Карина Вальц
Одарённые

ГЛАВА 1. Неприятно познакомиться

– Эй, коротышка! – совершенно неуместное оскорбление стало вишенкой на торте. Перед этим чьи-то наглые руки бесцеремонно сгребли меня за шиворот и переставили на нижнюю ступеньку с такой легкостью, словно я была тряпичной куклой.

– Прости, Кудряха, но я опаздываю! Не люблю пропускать интересное, – и наглец побежал вверх по узкой лестнице, даже обернуться не удосужился. И кто бы в этом сомневался, ведь всем известно, что у Мартина (так звали нахала) совершенно нет манер и чувства такта, даром что он Ароктийский.

Но очень скоро нам точно придется встретиться еще раз, ведь узкая лестница, что змейкой вилась внутри башни, вела в кабинет нашего общего ректора. Больше тут свернуть негде, можно только обратно вернуться или из окна выпрыгнуть. Оба варианта вполне в духе Мартина, он точно мог устроить забег по лестницам прямо под носом у ректора или устроить вынос окна со всеми вытекающими, но что-то мне подсказывало: поднимался он в заветный кабинет, в который вызвали и меня саму. Дежурный первокурсник робко прервал практикум и сообщил, что меня ожидают наверху. Немедленно.

Вопреки приказу, я не особо торопилась, шла и гадала, что могло понадобится начальству от меня. Все выдуманные варианты не очень радовали, потому по лестнице я поднималась рекордно медленно, но после инцидента с однокурсником все же ускорилась. Если ректор вызвал не меня одну, значит, не все так плохо, как я успела нафантазировать.

Уже наверху я притормозила, чтобы перевести дух и собраться.

Раздались шаги – кто-то поднимался следом за мной. Вскоре из темноты вынырнул парень примерно моего возраста, увидев меня, он резко остановился, как будто узнал меня. Он учится у нас? Ни разу его не видела, хотя он явно не первокурсник. И слишком примечателен, чтобы его не заметить: светлые растрепанные волосы резко контрастировали с абсолютно черными глазами, наводя на мысль о темных магах и демонах. И было в этом парне что-то такое, от чего хотелось бежать без оглядки, и я не могла понять, в чем дело, откуда это взялось. Может, все дело в слишком темных глазах? Нет, не только в них, тут что-то другое, должно быть что-то еще. Со мной такое впервые произошло, ноги приросли к полу, а внутри все кричит о побеге и потребности спастись.

До конца понять, что вообще случилось, я не успела. Парень мне улыбнулся и подбородком указал на дверь кабинета:

– Девушки вперед.

Я вздрогнула и прошла в кабинет. Неожиданная встреча полностью выбила меня из колеи, теперь меня беспокоил не вызов к ректору, а этот странный парень и моя необычная реакция. Хотелось разобраться, с чем это связано.

Но загадок у меня только прибавлялось. Оказалось, Мартин Ароктийский и странный парень с черными глазами не единственные, кого вызвал к себе ректор. На диванчике справа восседала известная на всю академию парочка. Их имен я не знала, но звались они Близнецами. Брат и сестра, неразлучные, недоступные, всегда вдвоем, но никогда с кем-либо еще. Их боялись и уважали одновременно.

Что может быть общего у нас всех, к чему эта встреча?

Пока я оглядывалась, Мартин Ароктийский упал в ректорское кресло, закинул ноги на стол и сложил руки за головой.

– Итак, дети мои, расскажете, кто вы все такие и как сильно меня любите? Кстати, у нашего ректора на редкость неудобное кресло, – в доказательство он поерзал на месте. – Неудивительно, что он все время такой злобный.

– Он добрейшей души человек, – заметила Близняшка, сдвинув платиновые брови.

– Да? А на меня все время зевает во весь голос.

– Может, дело не в ректоре?

– Вообще не понимаю, на что ты намекаешь, – весело подмигнул девушке Мартин. И почему-то повернулся ко мне: – Кудрявая, а ты чего встала, как неродная? Проходи, разувайся, раздевайся… можешь заодно и спутника своего представить… – говоря это, он спустил ноги со стола и начал копаться в чужих бумагах, время от времени досадливо морща нос и откладывая в сторону малоинтересное чтиво.

Со стороны это его мельтешение можно было бы принять за нервозность, но я точно знала, что ее и в помине не было. Уверенность Мартина Ароктийского граничила с идиотизмом, этого парня ничем не прошибить. Видимо, это как раз тот случай, когда слухи не врут и парень может горы свернуть одним своим глупым лбом, зато с твердой уверенностью, что только так и надо делать. Отчасти за это его и звали Воином. За это и за уникальный по силе дар.

Но в противовес твердым эмоциям Мартина рядом волновались Близнецы. Сразу оба, хотя сразу так и не скажешь, ведь на лице парня сквозила только скука, а девушка выглядела недовольной, как будто ее не с практикума вызвали, а из столовой. Зато внутри оба места себе не находили и почему-то очень боялись. Может, их тоже напугал черноглазый парень, что пришел со мной?

Он, кстати, Мартина проигнорировал и молча сел в одно из кресел. Мне эта тактика понравилась, я последовала его примеру.

Некоторое время в кабинете царила тишина, все напряженно приглядывались друг к другу. Думаю, и вопросами задавались похожими: что мы тут делаем? И почему напротив сидят именно эти люди? Зачем нас вызвали всех одновременно? И такими вопросами мне нравилось задаваться, ведь это означало, что вызов к ректору не связан с моей семьей, что уже хорошая новость.

– Вы очень скучные, – через некоторое время сделал вывод неугомонный Воин. – Предлагаю не молчать, а обсудить мысли вслух. Мы ведь все думаем об одном и том же?

– И о чем же? – поинтересовалась Близняшка.

– О многом. Например: как Кудрявая спит по ночам? Серьезно, я слабо представляю, как можно не задохнуться во сне в таких-то торчащих во все стороны дебрях. Если специальный прием, чтобы не умереть? Или приходится смотреть сны стоя? Или что, как это работает?

Это не первая шутка о моих волосах, но уж точно самая раздражающая и бестолковая.

– У меня встречный вопрос, – глядя Воину в глаза, улыбнулась я. – Зачем мы здесь собрались? Ты ведь об этом уже знаешь.

Тишина вернулась, теперь взгляды всех присутствующих сосредоточились на Воине. Но это его ничуть не трогало, парень привык к популярности, ведь считался местной знаменитостью. Мартин Ароктийский в Ароктийской академии – звучит! И многое объясняет.

– Смелое заявление, – наконец признал парень. – Но ты уверена?

– Я уверена.

– Это же та девчонка, которая мысли читает, – заметила Близняшка.

Теперь все внимание сосредоточилось на мне, вот только в отличие от Воина, мне это не особо нравилось. Слишком много чужих эмоций, в которые не хотелось вникать, а отстранение мне давалось с трудом.

– Я не читаю мысли.

– Так уж и нет? – прищурился Ароктийский. – И о чем я сейчас думаю?

– Ты слышал, что я ответила «нет»?

– Скажи.

– Хорошо, – сдалась я. – В твоих мыслях ничего интересного. Возможно, зреет очередная бестолковая шутка про мои кудри.

– Значит, все правда, что люди врут! – притворно ахнул он. – В очередной раз убеждаюсь, что надо слушать всех подряд и всем верить на слово. А его мысли прочитать можешь? – ткнул он пальцем в сидящего по соседству со мной черноглазого.

– Конечно. Он думает, что ты очень утомительный.

– Точно? Он как-то странно улыбается, аж жуть берет…

И я совершила ошибку: посмотрела на парня с лестницы. Едва повернув голову, оказалась в плену черных глаз. И, говоря про плен, я имею ввиду нечто страшное, когда дышать трудно, внутри все цепенеет, а по коже бежит неприятный мороз. Когда голова кругом от ощущения безвыходности, как будто окунулась в пустоту и никогда уже оттуда не вернешься. Вот такой плен.

И со второй попытки я поняла, что не так с этим парнем.

Это не укрылось от внимания черноглазого, он едва заметно улыбнулся и кивнул. Мне стало страшно, захотелось отсесть от него подальше, но я удержала себя на месте, помня, что мы тут не одни.

– Что в его мыслях, Кудрявая? Явно что-то неприличное, с таким-то взглядом…

От необходимости что-то врать в ответ меня спасли шаги – кто-то явно шел к кабинету от лестницы. Все тут же забыли о чтении мыслей и уставились на дверь в ожидании ректора, который все объяснит и отправит восвояси. Хотя… ладно, ректора ждали не все, а лишь четверо из присутствующих. И тут нельзя не отметить, как ловко глуповатый на вид Воин ушел от моего вопроса и переключил внимание на других.

Дверь открылась, но вместо невысокого и плотного на вид ректора нашему внимаю предстал незнакомый мужчина. Высокий, подтянутый и взрослый, как минимум на пятнадцать лет старше нас всех. С темным ежиком волос и умным взглядом. И мужчина был облачен в традиционную форму ближайшего круга самого короля, этот ярко-красный мундир трудно спутать с чем-то еще.

– Ноги убрал, – коротко бросил он Воину и тот сразу же послушался, что неудивительно – уверенность мужчины в форме была настолько мощной, что казалась осязаемой.

Не надо быть эмпатом, чтобы почувствовать всю его важность и значимость. И эти качества не напускные, принадлежность к королевской свите это доказывала. Ведь Пламенный король, по слухам, отличался рассудительностью и никогда, никогда не допускал к себе близко людей непроверенных, какими высокородными они бы ни были. В последние лет этак пятнадцать всем приходилось доказывать свое право находиться при дворе и носить особые титулы. Оттого Пламенного обожали так же сильно, как порой и ненавидели.

Поэтому я опять не удивилась, когда Воин под колючим взглядом нашего внезапного гостя поднялся, обошел ректорский стул и устроился рядом со мной, без особой вежливости подвинув меня к черноглазому.

Прибывший мужчина устроился на ректорском месте.

– Смотрю, вы уже успели познакомиться. Что ж, отлично, теперь моя очередь, если вообще есть такая необходимость. Дэнвер Верном Стрейт, государственный советник внутренней службы его величества. На данный момент я один из тех, кто отвечает за безопасность нашего с вами короля.

Дэнвер Стрейт! И почему я не узнала его сразу? Видимо, все дело в возрасте, ведь последний раз я могла видеть советника пять лет назад, тогда я часто посещала различные приемы с семьей. Но в те времена я вряд ли могла обратить внимание на кого-то вроде Дэнвера Стрейта, я была девочкой-подростком с интересным даром и жадно изучала наиболее ярких в плане эмоций окружающих людей. А в советнике все говорило о закрытости, он явно не самый простой объект для изучения.

Мужчина тем временем продолжил:

– Каждого из вас я выбрал лично, так что представляться вам не обязательно. Честно говоря, времени у меня в обрез, но я посчитал, что не стоит передавать подобные вести через вашего ректора. Уверен, каждый из присутствующих в этой комнате уже строит планы на будущее – вы все выпускаетесь из академии уже через несколько месяцев. И никто из вас не откажется поступить на службу к королю. Даже несмотря на высокое происхождение, – тут особый взгляд достался Воину, а потом и мне самой. – Говорю сразу – легко не будет. Потому что вами намерен заниматься я лично. Поблажек не предвидится, увеселений и глупостей я вам так же не позволю, и ни на какие прошения свыше смотреть не стану, – опять особый взгляд для Воина, меня на сей раз пронесло. – Если кто-то из вас желает отказаться, пусть делает это прямо сейчас.

Картинка потихоньку складывалась – я была права, Воин знал, что нас ждет. А все потому, что за него просил отец – человек, без сомнений, богатый и очень влиятельный, о чем нам намекнули весьма непрозрачно. Хотя можно было и обойтись, уверена, все тут помнят название учебного заведения и на чьей земле оно стоит.

– Отказаться? – впервые за все это время голос подал Близнец. – У нас есть такая возможность?

– Возможность есть. Но это меня сильно расстроит.

Не похоже, что у нас есть выбор, по крайней мере, так советник все пытается выставить. Но где же правда? Дэнвер Стрейт категоричен и не приемлет отказов – с этим его качеством я сразу определилась, одного взгляда на глухо застегнутый мундир достаточно. Но еще советник слишком умен, чтобы наживать потенциальных недоброжелателей на пустом месте, да еще и приглашать их для работы на короля, слишком много заморочек. Значит, он уверен, что каждый тут будет рад открывшейся возможности. Я точно буду рада, Мартин Ароктийский тоже. Остальные? Не сомневаюсь, что так.

– Ты что-то хочешь сказать, Таната? – взгляд серо-голубых глаз советника вновь обратился ко мне. Смотрел он так проницательно, что я забеспокоилась: а ну как он мысли читает?

– Я… нет.

– Ты не уверена? Что означает эта пауза? Так, с этого момента я ввожу новое правило: говорить. Домыслы, соображения – все приветствуется, если по делу. Я собираюсь вас учить и если вы собираетесь мямлить и молчать, то нам не по пути. Так что спрошу еще раз: ты что-то хочешь сказать, Таната?

– Хочу. Думаю, вы лишили нас выбора, чтобы сэкономить время, ведь вы точно уверены, что каждый из нас согласится в итоге. Путем ненужных вопросов и сомнений, но все же согласится.

– Она читает мысли, – Воин шепотом пояснил для советника.

Дэнвер Стрейт покачал головой:

– Она не читает мысли.

– Нет?! Но слухи ведь не могут врать! Или могут?

Советник вздохнул так тяжко, что и без эмпатии вызвал сочувствие. Видимо, представил, что в будущем ему придется каждый день иметь дело с Воином и заранее расстроился. Я это тоже представила и содрогнулась.

А вот Близнецы заметно расслабились. Их порадовала новость, что я мысли читать не умею? Или предложение Стрейта? Интересно.

– Алекс, что скажешь ты? – советник обратился к черноглазому.

– А я должен что-то сказать?

– Да, раз я к тебе обратился.

Алекс коротко усмехнулся и промолчал. Высшая форма наглости, это даже грубее, чем шуточки Воина. Словно поняв, что я думаю о нем, черноглазый обратил свой взгляд на меня, и неприятный холодок, от которого я почти избавилась, вернулся. Как там говорят? Если долго смотреть в бездну, она начнет всматриваться в тебя. Наверное, тот, кто это сказал, был знаком с таким вот Алексом. Взгляд бездны – слишком уж точное описание моих ощущений. Неужели так будет всегда? Судя по всему, в будущем нам придется видеться часто, нехорошо, если я каждый раз буду вздрагивать. А все мой дар виноват.

– Таната – эмпат, она читает не мысли, а эмоции, – словно нехотя выдал Алекс, все еще не отрывая от меня взгляда. – Надеюсь, с меня слов достаточно?

– На сегодня, – равнодушно ответил советник. – И мы заметно отвлеклись. Вижу, Ника и Вик, у вас много вопросов, – он посмотрел на Близнецов, – и постараюсь на них ответить. Я уже сказал, что занимаюсь особыми поручениями короля, под моей ответственностью находятся все расследования, связанные с короной. Я курирую все до самой последней мелочи.

«Особые поручения» и «расследования».

Звучит занятно, но чем Дэнвер Стрейт занимается на самом деле?

– И мне не нужны ваши магические таланты, мы все понимаем, что при желании я могу найти кого-то сильнее и с необходимым мне опытом. Меня интересует другой ваш талант, Ника. Схожий с тем, коим одарен ваш брат, но в то же время разительно отличающийся, – подбросил советник очередную загадку и тут же перешел к следующей: – При дворе так же не нужны и артефакторы, но нужны такие, как ты, Алекс. Одаренные, но не магически. Если есть дар, то его нужно использовать, в последнее время я занимаюсь этим по приказу короля. Магия истончается с каждым годом, приходится развивать другие направления. Науку, артефакты… и дар, вот что меня интересует в вас, вот что вам нужно знать уже сейчас. Остальное вы узнаете уже в ходе обучения.

Итак, советник собирается обучать нас и использовать наши таланты в дальнейшем. Талантливы тут очевидно все, не только я со своей эмпатией. Возможно, даже советник скрывает некий дар, это было бы логично. И интересно.

– Разумеется, ваш труд будет высоко оплачиваться, – подытожил советник.

И эти слова эффектно завершили картину, лишили последних сомнений Близнецов. Я сдалась еще раньше, Воин и вовсе пришел в полной боевой готовности, колебались только Вик и Ника. И новость о высокой оплате их заметно порадовала. Ну а Алекс… хотела бы я знать, что происходило в голове у Алекса.

– Мое время здесь подходит к концу, – поднимаясь из-за стола, заметил Дэнвер Стрейт. – Думаю, я и так все объяснил доступно, советую вам начинать собираться. С ректором я уже поговорил, через три дня он обеспечит вас порталом к моему поместью в столице. Ваш путь начнется оттуда.

– Через три дня? Но учебный год…

– Для вас окончен, как и обучение в целом. Три дня у вас есть, чтобы сдать все экзамены, к выпуску я выделю вам два дня выходных. Еще вопросы?

Вопросов у нас накопилось много, но благоразумнее было промолчать.

Советник попрощался и вышел, оставив нас недоуменно таращиться друг на друга и переваривать услышанное. Не знаю, как у остальных, но у меня это получилось легко. Экзамены за три дня я с легкостью сдам, может, баллы будут не самыми высокими, но Дэнвера Стрейта это вряд ли смутит.

И самое главное, мне не придется возвращаться домой, если я поселюсь в столице и стану работать на самого короля. Фактически, только приказ короны и мог стать хорошим предлогом никогда не показываться в мрачном замке Альмар и не следовать застарелым семейным правилам.

– Ну что? Кажется, теперь мы будем не разлей вода? – Мартин пихнул меня всем весом и зазывно улыбнулся, ожидая ответа, но его не последовало. Его слова так и повисли в воздухе – каждый думал о своем и готовился к предстоящему переезду. Будущее оказалось ближе, чем мы могли предположить.

ГЛАВА 2. Урок вводный, неудачный

Оставшиеся до переезда дни прошли суматошно и так быстро, что слились в один. Я бегала по академии, что-то подписывая, что-то сдавая, с кем-то разговаривая… Одновременно с этим собирала вещи, потом разбирала их и паковала вновь, а спала совсем мало. В общем, нервничала. Как ни странно, за все время беготни я ни разу не столкнулась ни с кем из пятерки, отобранной советником. Даже с Никой, а ведь раньше я частенько замечала ее платиновую макушку в женском крыле общежития.

Перемещение в резиденцию Дэнвера Стрэйта прошло так же сумбурно, как и мои сборы. Ректор вызвал нашу пятерку к себе, выдал напутственную речь и лично проводил до стационарного портала. У самого портала, конечно, намекнул, что академии неплохо было бы пополнить запасы тальмарина и глянул на меня со значением, как будто я лично контролировала все семейные дела и поставки.

– Вперед, мои хорошие! Не подведите! Таната, вы с Мартином идите вперед.

Не знаю, почему ректор нас вдруг в пару объединил, но Воин от такой перспективы встрепенулся и быстро вспомнил, что язык за зубами – совсем не про него.

– Можешь меня обнять, Кудрявая, я возражать не стану. Как говорится, на безлюдье и Фома король!

– Это ты про себя?

– Про тебя, Кудряшка, про тебя. – Он схватил меня за запястье и потянул в арку портала, не затыкаясь по дороге: – А что такого? Мы молоды, я красив… к чему тратить время попусту? Ты же понимаешь, о чем я?

Как только мы оказались по другую сторону, я молча выдернула руку из лап этого самоуверенного болвана и отошла подальше. И это он-то у нас первый парень академии, о котором все девчонки только и говорили? Сплошное разочарование, ведь хамить с широкой улыбкой на губах кому угодно под силу.

В общем, если и присутствовал минус в предложении Дэнвера Стрейта, так это был Мартин Ароктийский. Придется либо его терпеть, либо находить какое-то другое решение.

Ну а в том, что присутствие Мартина именно минус, большой и жирный, я уверилась уже на следующий день, когда советник решил, что мы достаточно обустроились в его поместье и вполне способны приступить к делу. Начать решил он с малого и собрал нас вместе у себя в кабинете.

И нас стало не пять, а неожиданно шесть. Незнакомый черноволосый парень занял место рядом со мной, он сделал это так тихо и незаметно, словно старался стать невидимым. Но вряд ли хоть кто-то его не заметил. Например, Вик, садясь по другую от меня сторону, заметно на новичка косился.

– К вашему сожалению, я не смогу уделять вам достаточно времени, – без лишнего вступления начал советник. – Как понимаете, дел у меня много и без вас, и вам многое придется постигать самостоятельно.

Повторял это он уже не в первый раз, думаю, дошло до всех. Но вот что мы будем постигать, пока загадка. Хотя вчера сам советник дал подсказку, ведь в комнате я нашла внушительную папку с документами. Записки к ней не прилагалось, но я и так поняла, чего хотел советник. Уверена, похожую папку получили и остальные, я только сомневалась насчет содержания.

– Самостоятельно? Или вы оставите с нами помощника? – осведомился Вик.

Советник тут же понял, о ком речь и переключился в режим наставника:

– Думаешь, он мой помощник?

– Я так и сказал.

– Ника, ты согласна с теорией брата?

– Да, – ответила Близняшка. Звучало уверенно, но внутри она сомневалась. Видимо, у этой парочки принято поддерживать друг друга во всем и без раздумий.

Взгляд советника сдвинулся в сторону.

– Алекс?

– Вы же знаете, ответ для меня очевиден.

Неужели он мысли читает? Если не я, то кто-то же должен… Ох, надеюсь, что это не так, иначе… иначе что? Мне бы очень не хотелось, чтобы он мои мысли прочитал, вот что. И в любом случае не стоит паниковать раньше времени, может, у парня совсем другой дар. Или специальность. Ведь советник и до этого обращался именно к Алексу в первую очередь. Он какой-нибудь гений? Что у него может быть за дар?

– Таната, отвечай ты, – вынес вердикт советник.

Едва от волнения не ляпнув «ответ для меня очевиден», я выдохнула:

– Он один из… нас.

– Поясни для других. Твоя специальность больше других приближена к тому, чем вы будете заниматься, так что привыкай говорить объемнее для остальных.

– Ваш помощник не сидел бы в одном ряду с нами. Думаю, он стоял бы возле вас или чуть позади. К тому же, он нашего возраста, слишком молод, чтобы вам помогать. Вы недоверчивы, нужны годы, чтобы завоевать ваше расположение и право находиться рядом, уверена, помощника у вас вообще нет. Думаю, парень тоже студент-выпускник, но вы нашли его где-то в другом месте, в нашей академии я его ни разу не видела.

Губы советника дрогнули в едва заметной улыбке.

– Может, ты и имя его знаешь?

– Пока нет.

– Выс-коч-ка, – прошептал со своего места Воин и сделал это слишком громко, чтобы услышали все.

– Арастан, – представился новичок немного плаксивым голосом. – И я учился в столице, в королевской академии. Рад наконец увидеть вас всех.

Его слова повисли в воздухе.

– И него тоже есть талант? – недоверчиво спросил Воин.

– Мы все здесь не просто так, – хмыкнула Ника.

– Это я заметил. Но вам не кажется, что Растаман не особо вписывается? – Мартин скосил глаза в сторону стола, явно прикидывая, дотянутся ли до него его длинные ноги, но потом взгляд его упал на поджатые губы Дэнвера Стрейта и до парня дошло, что трюк с ногами лучше оставить до лучших времен, советник – это тебе не бедолага-ректор.

За неимением подходящей поверхности, Воин закинул ногу на ногу, скрестил руки за головой и продолжил излагать свои ценные догадки:

– Я имею ввиду, посмотрите на себя: нас явно подбирали по цвету волос! Кудряха – блондинистее некуда, угрюмая парочка туда же, демон тоже светловолос. А с новеньким ошибочка вышла на этапе отбора.

Как это просто – одним предложением насолить каждому из присутствующих. Неприязнь так и витала в воздухе, равнодушным остался один Алекс.

– Меня зовут Арастан!

– У тебя тоже волосы не слишком светлые. И что же?

– Ничего. Мое место куплено, если еще кто-то не в курсе. Уверен, Кудрявая прочитала все мои мысли и всем растрепала…

И все это продолжалось и продолжалось. Так бывает, когда собираются слишком разные люди, половина из которых не понимает, что же от них ждут, а другая половина поддается на провокацию первой. Советник Стрейт наблюдал за происходящим с нейтральным видом, хотя я на его месте как минимум испытала бы разочарование, ведь вместо готовых выпускников, взрослых и рассудительных, он получил кучку детей. Ну ладно, пятеро детишек и одного… Алекса, кем бы он ни был.

Видимо, в конце концов все это советника достало.

– Похоже, дела обстоят куда хуже, чем я думал, – заметил он тихо. Но все услышали и замолчали. – А я планировал, что сегодня вы покажете мне, на что способны.

Это он наверняка о посланных нам папках. Кстати, не одна я принесла свою на сегодняшнюю встречу, так поступили все, кроме Мартина. Вряд ли советник обделил его, скорее уж Воин попросту ее не заметил. Или забыл. Или оба варианта сразу.

– Хотел, чтобы вы поняли, что от вас требуется.

– Может, вы просто нам расскажете?

– Возможно, но…

– Но пятеро из шести здесь безнадежны, это понятно, – пригорюнился Воин.

– Но оставим это на потом, – советник легко поднялся, и я заметила, как взгляд его упал в сторону пепельницы. Искусно выполненная и до блеска начищенная, она вряд ли использовалась для курения. Скорее, стояла тут для красоты. Мужчина едва заметно поморщился, тоже отметив сей факт.

«Курит» – тут же обнаружила я изъян в идеальном Дэнвере Стрейте. Курит и не хочет портить элемент декора. Но других пепельниц тут не наблюдалось, стало быть, и этот кабинет советник использовал крайне редко. Я бы сказала, что дома он бывает лишь наездами и чувствует тут себя неловко. Простые черные брюки и того же цвета рубашка, что сменили его глухой мундир, ситуацию так же не спасали – он явно любил свой мундир и привык к нему, как к родному, а рубашка отравляла его существование.

Свое место Дэнвер Стрейт покинул не просто так, а с целью – он добыл с полки округлую вазу нежного песочного цвета и сунул ее мне в руки. Сходил за чистым листком и буркнул:

– Раздели на шесть частей и черкни на каждом по имени.

Его задумку я поняла сразу и быстро выполнила указание, закинув порванные бумажки в вазу. Советник хмуро кивнул и развернулся к нашему полукругу:

– Правила такие: каждый тянет имя товарища. И рассказывает о нем все.

– Я думал, вы в курсе – мы тут не все друзья, – хмыкнул Воин. – Я к тому, что рассказ может получиться коротким. Буквально одно имя. Хотя… кого тут как зовут?

– Я в курсе, Мартин. И скажу больше – у тебя тут меньше всего шансов даже на приятельство, если продолжишь в том же духе. Сегодня ваш первый урок, шанс произвести впечатление и познакомиться, так что вперед, – как всегда коротко и информативно поведал советник, тряхнув перед Воином вазой и только чудом не дав ему по носу.

Затем трюк с рукой пришлось повторить каждому из присутствующих.

Я посмотрела на выпавшее мне имя и мысленно содрогнулась.

– Правило одно – все обсуждения потом. Пока один говорит, остальные слушают и анализируют. Вы должны знать друг друга лучше себя, научиться думать, делать выводы. Доверять, стать командой и использовать возможности друг друга наиполезнейшим образом. Считайте, что это начало. Алекс, ты первый.

– Вик, – коротко озвучил тот выпавшее ему имя, поднимая черные глаза на близнеца. – Его связь с сестрой очевидна, они редко отходят друг от друга. Готов защитить ее по первому требованию. Думаю, их связывает тяжелое детство, они многое пережили вместе. Легко предположить, что они от кого-то скрываются. Возможно, жестокий отец, а может, и другой призрак прошлого.

Украдкой взглянув на пепельноволосую парочку, я поняла – Алекс не ошибся. Страх, удивление, даже паника – их чувства были настолько сильными, что казалось, стоит протянуть руку и их можно будет потрогать. В прошлом Близнецов и в самом деле таится что-то ужасное.

– С другими сходится тяжело, никому не доверяет. Кроме сестры, конечно. Предпочитает молча следить за происходящим, но это только пока – в будущем он начнет говорить. И много. Насчет их дара… у меня есть предположение. Специфическая внешность, разные глаза, бесцветные волосы – они наследственные перевертыши. Подробнее сказать не могу, но вы упоминали, что дар у них разный. Какой именно у Вика, полагаю, скоро узнаем. Собственно, вариантов не очень много, лично я знаю лишь четыре вида перевертышей. Что еще? Магический резерв ниже среднего, такова природа этого уникального дара – он снижает способности к магии почти до нуля. И Вику нравится, что они с сестрой попали сюда. Чем бы вы ни заставили нас заниматься, он согласится. Но не думаю, что это большой сюрприз для вас, советник.

«Интересно, почему он решил, что они скрываются?» – задумалась я, но ничего толкового высмотреть так и не смогла. Конечно, я знала, что Алекс не ошибся, но почему? Что заставило его сделать такой вывод?

И теперь я поняла задумку советника куда лучше – узнавая друг о друге, легко понять, чего он от нас хочет. Я читаю эмоции, Близнецы – перевертыши. Признаться, я не слышала, что все, кто наделен столь редким даром, имеет так же и внешние особенности. Я думала, это забавная игра природы – сделать Близнецов разноглазыми. Но нет. И если кто-нибудь из них двоих может обращаться в другого человека – то это… почти невероятно. Что можно делать с таким талантом? Да что угодно! Скрываться, вести допрос, втереться к кому-нибудь в доверие… Дэнвера Стрейта интересуют не просто талантливые выпускники, а те, кого не обманешь. Или те, кто может выдать себя за кого угодно в самом прямом смысле слова.

– Вот как? И чем я, по-твоему, заставлю вас заниматься? – опешил советник.

– Вы нарушаете свое же правило, – равнодушно пожал плечами Алекс. – Все вопросы после.

– Принято. У тебя все?

– Пока да.

– Отлично. Таната, твоя очередь.

И наступила она куда быстрее, чем я того хотела. Но делать нечего, боюсь только, что у меня не получится так же сухо изложить факты, как это сделал Алекс. Коротко, информативно, безэмоционально… нет, не выйдет.

Кашлянув, я назвала выпавшее мне имя:

– Алекс. Он умен, даже очень, – начать стоит с главного. Это самая простая часть – во-первых, так сказал сам советник, во-вторых, Алекс уже не раз это показал. – Он взвешивает любое свое слово. Манипулирует каждым – легко раскусил меня и вывел из равновесия Мартина. Наблюдатель. Его девиз – врать, врать и врать. По-другому не может. Не говорит правды, если не видит в этом выгоды, не испытывает раскаяния, использует других…

– Остановись, Таната, – оборвал меня советник. – Это не то, что ты увидела.

Я испуганно вздрогнула, поняв, что увлеклась.

– Вы правы. Все, кроме склонности к манипулированию – мои догадки. Но обоснованные, – я сделала паузу, все еще сомневаясь. – …Алекс не испытывает эмоции так же, как мы с вами, у него их нет. Такие люди встречаются время от времени, и все они… обычно они причиняют вред другим, просто потому что по-другому не умеют. О его даре я могу лишь догадываться, но уверена – это что-то весьма похожее на мой собственный дар. Или что-то, связанное с умственными способностями. Здесь он, потому что… потому что по своей природе склонен к поиску увлекательного. Того, что не покажется ему скучным, даст хотя бы слабые эмоции. Если такого не случится, он уйдет искать дальше и… неизвестно, к чему приведут его поиски. Вряд ли к чему-то хорошему, если верить историям о похожих людях. Ах да – магический резерв у него средний.

Мое выступление повергло всех в шок. Ни у кого не было слов, даже у вездесущего Воина. Потому что переварить сказанное мной нелегко. Пусть я избегала прямых слов, все поняли, кто есть Алекс. Человек без души. Неудивительно, что сидящая рядом с ним Ника заерзала и попыталась отодвинуться подальше.

– Неплохо, – в своей суховатой манере отозвался советник. – Арастан, теперь ты. И постарайся без отступлений.

Но тут к Воину вернулся дар речи:

– Погодите, погодите… это что сейчас было? Я один резко перестал чувствовать себя в безопасности?!

– Все обсуждения потом. Еще слово, и я вышвырну тебя за дверь. Арастан, начинай говорить.

У новенького с анализом получилось хуже – он сбивчиво повторил все, что ранее сообщил Алекс, добавив, что Ника красивая. Не особо информативно. Не отличился и Близнец, которому достался сам Арастан. Но винить его не в чем – черноволосый с нами сколько, полдня? Трудно проанализировать другого человека за такое время, тем более, если раньше подобным не занимался. Хотя, уверена, Алекс смог бы что-то сказать. Может, он даже дар Арастана уже вычислил.

– Ника, твоя очередь.

Сейчас либо я, либо Мартин.

– Мартин, – разрушила мои надежды Близняшка.

Значит, мне «повезло» и вскоре придется выслушать порцию оскорблений.

– Папенькин сынок, – не особо мудрствуя, начала Ника и за такое бодрое начало я ее почти полюбила. – Избалованный, задиристый и чувствующий свою вседозволенность.

Пока все верно, по крайней мере, полностью совпадало с моими впечатлениями.

– Слушаю и не верю – неужели я настолько хорош?

– Считает себя выше других…

– Я и есть тут самый высокий, дурочка.

Ника поморщилась, но нашла в себе силы не вступать в перепалку.

– …и не только потому, что его семья – богаче не придумаешь. У него гигантский магический резерв, говорят, с ним даже наш ректор не мог тягаться, оттого и позволял больше дозволенного, например – выходить за пределы академии в любое время суток и творить, что вздумается, лишь бы стены академии устояли до его выпуска. Учился Воин на факультете боевой магии, равных ему не было и вряд ли когда-нибудь такое случится, он считал себя королем. И, раз уж все рассказывали о причине присутствия здесь, могу напомнить его же слова – потому что так захотел его папочка. У меня все.

– Отлично, хоть и поверхностно. Мартин, остался только ты.

– Ну наконец-то, – Воин даже вскочил, радуясь, что ему официально дали слово. – Пользуясь случаем, хочу сказать спасибо нашей язве: сказала прям вот ах! Сам бы лучше себя не описал!

– Ближе к делу. И без лишнего трепа.

– Конечно, советник. Так, что у меня тут, – склонный к театральности Воин картинно махнул бумажкой, разворачивая ее. – Некая Таната. Хмм… таких я не знаю, но, раз уж о Кудряшке до сих пор никто не высказался, это сделаю я. Не люблю, когда кого-то обделяют. И прежде всего хочу сообщить вам ее полное имя – Таната Вэндел Альмар. Уж если мое происхождение знают и обсуждают все, то пусть и Кудрявая страдает. Если вы еще не поняли, озвучу – ее семейство очень похоже на мое собственное, но академии в честь Альмар никто не назвал, похоже, не было у них в роду умников. Зато есть некий волшебный камешек тальмарин, за который многие готовы друг другу глотки порвать, лишь бы достать кусочек, и вот семья Альмар как раз на одном таком кусочке замок себе отгрохала. Кусочек большой у них есть.

Все посмотрели на меня с интересом, особенно новенький Арастан.

– Но мы тут анализировать должны, так что слушайте: за все время учебы я Кудряху знать не знал, а ведь обычно такие как она в тени не остаются. О чем это говорит? Она любит быть неприметной. Забитая девчонка, что не стремится быть в центре внимания. Из богатой семьи, но учиться пошла не в королевскую академию, а в нашу. Так что я уверен: из дома ее попросту выгнали и у бедняжки не осталось другого выбора. Куда взяли, там и оказалась.

Я, выгнанная из дому бедняжка, подняла на Воина круглые глаза: это ж как надо до такого додуматься? А ведь начал он почти неплохо!

– А еще они с Психодемоном постоянно косятся друг на друга. Это так, к слову. Что-то здесь явно нечисто. Возможно, у них заговор…

Тут уже советник сдался:

– Достаточно, Мартин. Высказались все? Неплохо для первого раза. У кого-нибудь остались вопросы?

Может, и остались, но никто в этом не сознался.

– Ника, собери бумажки с именами обратно.

– Еще одна лотерея? Вы нас балуете, советник! – понятно, чей это комментарий.

– Вы должны научиться взаимодействовать друг с другом. Не думал, что с этим будут проблемы, но раз так вышло – будем учиться, одновременно изучая ближнего. Вы нужны мне как команда.

Мы дружно переглянулись. Думаю, абсолютно каждый сомневался, что из нас может получиться команда. Советник наши взгляды проигнорировал и вытащил из вазы три бумажки с именами.

– Мартин, Вик и Алекс – вы выбираете себе пару, – приказал он.

– Звучит немного двусмысленно!

– Не испытывай мое терпение, – советник сунул Воин вазу. Может, его предостережение и звучало как угроза, но выглядел он абсолютно равнодушно, да и внутри ощущалось холодное спокойствие.

– Ар… Новенький? Вы что, шутите?!

– Ближайшие три дня получаете задания и работаете вместе. Алекс?

– Таната.

И вот опять – бездна смотрит на меня, а я тону в черноте. К этому можно привыкнуть, наверное. Раньше у меня с трудом получалось описать свой дар. На что он похож, что я ощущаю, «читая» другого? Я не задумывалась особо, просто распознавала эмоции. Знала и все. В последнее время начала делать выводы, нехитрые, но все же. А теперь вот пришло осознание – все куда глубже. Может и затянуть. Казалось, если я сосредоточусь и подойду чуть ближе, окажусь в пропасти сама. Свалюсь и не смогу выбраться. Интересно, такое возможно? То есть, я могу… заразиться? Глядя в темноту, появлялся страх, что смогу.

– Эй, а разве это честно – Близнецы остаются вместе? – в очередной раз ожил Мартин. – Может, мы махнемся и Вредина достанется мне?

– Жребий есть жребий, – отрезал советник.

Все возражения Воина он так же проигнорировал, а остальное время потратил на короткие пояснения, что нам делать можно, а что не стоит ни в коем случае. Ходить в его домашнюю библиотеку и сидеть там круглосуточно – можно. Вести себя как сегодня – нельзя.

ГЛАВА 3. Убийство первое, шокирующее

Наше с Алексом взаимодействие проходило легче, чем я опасалась, а еще растянулось на более долгий срок.

По замыслу советника нам предписывалось выполнять различные задания, на что у остальных уходили целые вечера, а Воин с Арастаном и вовсе до утра засиживались. Хотя, судя по красным глазам Арастана и помятому виду Мартина, я бы предположила, что последний спал, оставив напарника в гордом одиночестве. У нас же с Алексом ситуация выдалась прямо противоположной – мы не только не засиживались, я даже присесть не успевала. Может, это и преувеличение, но совсем небольшое.

В первый день мы разбирали дело, которое вел сам советник много лет назад. У одного из приближенных короля похитили дочь – потенциально сильного мага, что сейчас большая редкость. Найти девочку не смогли, даже Дэнвер Стрейт оказался бессилен. Вот только много лет спустя девочка, точнее, уже девушка, вернулась. Говорить она отказывалась, да и родители никого к ней не допускали. Даже лекарей – она их пугалась и впадала в истерику. Но постепенно все пошло на лад, девушка начала общаться с окружающими и даже выходить за стены семейного поместья. Но все оказалось глубже. Советник предлагал нам поработать над версиями и понять, что же не так с этим делом.

Честно говоря, все и впрямь выглядело немного странно.

– Все элементарно, – сказал тогда Алекс, откинув папку. – Это подстава. Советник занимается безопасностью короля, этот тип с похищенной дочерью – его приближенный. Не утверждаю, что это связано, похищение может существовать и отдельно, но кто-то воспользовался горем родителей и исчезнувшей дочерью. И подсунул им подмену. Вот тебе и нежелание общаться, допрос никому не нужен. Да и про резерв похищенной девчонки тут сказано – сильный. Не так просто это подставить, а лекари могли почуять неладное. А дальше сыграли на чувствах родителей – вот вам дочь, немного похожа, в остальном привыкнете. Не вычисли мошенницу Стрейт, она смогла бы подобраться к королю, раз отец у нее… ну, я уже говорил. Главное – ловко обмануть всех.

Не знаю, что в тот момент меня больше впечатлило – скорость, с которой построил версию Алекс, или сложность всей этой аферы. Наверное, все-таки второе. На следующий день он раскусил преступника столь же быстро и мне опять пришлось оправиться восвояси. Не знаю, торопился ли Алекс избавиться от моего присутствия или избавить меня от своего. Трудно сказать наверняка, но чутье подсказывало, что второе.

Отчасти поэтому на третий день я и позвала его в библиотеку – времени вместе мы проводили мало, а советник упоминал про слаженную группу. Не уверена, что его странная задумка вообще выгорит, но наша задача ведь попытаться? Была у меня и другая причина провести время с Алексом – успокоить себя, убедить, что смогу выдержать его общество чуть дольше. А еще Алекс виделся мне хорошим помощником именно в библиотечных делах.

– Я думал, ты знаешь все о своей эмпатии, – сдув пыль с очередной книги, сказал парень. – Что именно ты хочешь найти?

– Не уверена точно… – слукавила я совсем чуть-чуть. Не заявлять же, что хочу выяснить, как далеко могут простираться мои возможности и смогу ли я… упасть в бездну?

Да уж, про бездну точно лучше не упоминать.

Конечно, Алекс сразу разглядел мое вранье.

– Можешь не говорить, если не хочешь, тальмариновая наследница.

– Не называй меня так.

– Почему? Ты же Альмар.

Прозвучало обыденно и отчего-то неприятно. Я нахмурилась и отложила книгу, все равно все прочитанное проходило мимо меня.

– В чем твой талант, Алекс?

– Зачем ты спрашиваешь?

– Это же очевидно – потому что мне любопытно.

– Нет, я не об этом. Ты сама говорила, что я лжец. Что я вру постоянно, это моя сущность. И ты была права, я тебе вру и буду врать дальше… скорее всего. Так что повторю вопрос: зачем ты спрашиваешь?

– Может, я надеюсь на честный ответ? Для разнообразия.

– Вот как? – кажется, разговор его забавлял.

– Почему бы и нет?

– Потому что мне незачем это делать. К тому же, люди не всегда готовы к правде.

Но всегда стремятся ее узнать, как я сейчас. И мне нужна была эта правда, нужна ради общего дела, чтобы взаимодействовать с Алексом дальше. Обычно я знала все про человека, с которым разговариваю. Эмоции рассказывают о многом: он раздражен, весел, ему все равно? А тут я вдруг сделалась слепым котенком в полной темноте, это меня не устраивало. Я так не привыкла, вот и старалась ситуацию исправить.

Вздохнув, я все же решилась:

– А что, если я готова? Скажи мне что-нибудь правдивое. Мне интересно, как ты видишь мир и о чем думаешь.

– Готова, значит? – он поднял на меня взгляд и я честно его выдержала.

– Да.

– Любую правду?

– Для моего понимания, да.

– Что ж, если так, то слушай: я люблю узнавать что-то новое, но сидеть тут с тобой и листать пыльные книжки – занятие скучнее не придумаешь. Но ты неплохо выглядишь и меня в каком-то смысле привлекаешь, так что я готов потерпеть скуку, если это означает, что дальше мы займемся чем-то поинтереснее уже для меня. Так я вижу честную сделку.

– Не продолжай, – проявила я понятливость. Уверена, сейчас я покраснела до самых кончиков своих кудряшек, одними ушами дело не ограничилось.

– Вот видишь, – Алекс вернул книгу в руки. – Как я и сказал – ты не готова к правде, и уж точно не хочешь знать, о чем я думаю.

– Просто я не ожидала… такого. Если помнишь, речь шла о твоем даре.

– Нет. Речь шла о правде. А если точнее – «скажи что-нибудь, любую правду», – ловко изобразил он меня.

– Хорошо. В конце концов, ты не сказал ничего такого, чего обычно мне не говорит Мартин. По сравнению с его вывертами, твоя формулировка почти очаровательна.

– Вот как? Ты считаешь мои фантазии очаровательными? – ну вот, теперь он надо мной откровенно смеялся.

Я закатила глаза:

– Сказала же – по сравнению с трепотней Мартина.

– Хмм…

– Я не считаю это очаровательным, понятно?

Алекс пожал плечами, мол, ну как хочешь, и вернулся к чтению. Время от времени он указывал мне на интересные моменты об известных эмпатах, мы читали вместе и спорили о правдивости информации. Все дело в том, что раньше магия затмевала дары вроде моего. Маг считался магом, все было связано магией. Эмпаты существовали, но трудно разобраться, отделить один конкретный дар от магии. Это сейчас стало проще, когда люди растеряли бо́льшую часть былого могущества.

– Знаешь, у меня есть еще вопрос, – призналась я через некоторое время. – Уже два дня я ломаю голову – почему ты решил, что Близнецы скрываются? И что в прошлом у них случилось нечто нехорошее?

«Это и есть твой дар – знать?» – едва не добавила я, но удержалась. Потому что нет такого дара. Среди известных, конечно.

– Это же очевидно, Таната. Ты могла бы сама догадаться, ты умная.

– Видимо, не такая уж и умная.

– Все мы порой не замечаем прозрачных вещей, – патетически заметил Алекс.

– Значит, не скажешь? – проявила я чудеса догадливости.

– Нет.

Придется и дальше ломать голову. Это часть моей сути – докопаться, выяснить. Меня многое беспокоило в Алексе, но еще больше тревожила собственная слепота. Он увидел что-то в Близнецах, а я нет? Меня такое не устраивало.

Понаблюдав за мной некоторое время, Алекс поморщился:

– Не мучайся, это отвлекает и раздражает. Если пообещаешь прекратить, дам тебе подсказку.

Не уверена, как такое можно пообещать, но любопытство пересилило:

– Уже прекратила.

– И больше никаких вопросов.

– Сегодня больше никаких вопросов, – улыбнулась я.

Алекс поднял одну бровь, но мое «сегодня» комментировать не стал.

– Вик и Ника – подумай над этим.

Открыв рот, я быстро его закрыла. Обещала же, никаких вопросов, а Алекс к чужим обещаниям относится серьезно. Это на свои он может наплевать, но когда правила нарушают другие, он может выйти из себя. Потому я кивнула, благодаря за «подсказку» и вновь уткнулась в книгу, посвященную всем проявлениям эмпатии в людях.

«Вик и Ника – подумай над этим».

Так и сделаю. Если пойму, что это вообще означает.

В поместье Дэнвера Стрейта мы провели несколько дней, как он и обещал. Все это время разбирали старые дела советника, ситуации, в которые он попадал. Наконец стало понятно, чего добивался от нас Стрейт и как он собирался нас использовать в будущем. Этакая замена ему самому, только в большем количестве.

А дальше мы переехали во дворец.

Ладно, не совсем во дворец, а в королевскую академию. Ее территория примыкала ко дворцу, оттого учиться здесь считалось особой честью и выпадала она не многим. Либо самым богатым наследникам, либо… богатым наследникам, что богаче первых, просто богатых. К слову, Арастан оказался будущим выпускником, можно сказать, из поместья Стрейта он вернулся домой. Вот только он не был похож на обеспеченного наследника и у меня появилась еще одна загадка: как он попал в стены королевской академии и как тут удержался аж до самого выпуска?

Советник объяснил наше проживание вне стен дворца так: нечего путаться под ногами лишний раз. Король готовится к легендарному приему «Алое сияние Новой Крови» через два месяца, его нельзя отвлекать. А мы точно умудримся это сделать, с нашей-то незрелостью. Сказано будет явиться во дворец – явимся, в остальное время заниматься своими делами полагается тихо и незаметно.

А дальше мы узнали больше о работе советника внутренней безопасности короля. Звучит внушительно, но так ли это на самом деле? Честно говоря, все это время я представляла работу Стрейта как целую череду интриг, загадок, бесконечный список заговорщиков, которых надо успеть вывести на чистую воду, пока они не подобрались к королю… На деле же мы всю неделю рассматривали жалобы служанок, тайные доносы стражников друг на друга и кляузы графских жен. И в реальности это еще «веселее», чем звучит.

– Если в будущем вы хотите работать со мной, придется уяснить: любая мелочь может быть важной. Я знаю обо всем, что происходит во дворце. А вы? – комментировал советник.

Мы, понятное дело, не знали ничего. Странно вообще об этом спрашивать.

Зато мой дар оказался полезным как минимум трижды: я вычислила, что один из стражников наговорил на другого и дважды выявила воровку. Алекс оба раза кивком подтвердил мои выводы. Может, парень чувствует ложь? Этот дар сродни эмпатии и объяснил бы многое. Но опять же, Алекс и эмпатия понятия несовместимые.

После я часто ловила на себе взгляд черных глаз. Обычно в эти моменты Алекс улыбался краешком губ, как бы говоря «не угадала». Как будто знал мои мысли. И почему-то именно с ним мне было легче всего – за пару недель, что наша шестерка провела вместе, я смогла сойтись лишь с Алексом. Может, потому что мы похожи? Странным образом, но похожи. А еще я чувствовала – мы здесь к месту. Это правильно. Несмотря на все вопросы, ответов на которые у меня пока не было, это правильно.

То же чувствовали еще трое – Близнецы и Арастан. Или Видящий, как мы стали его называть, когда узнали, каков его дар – прикасаясь к предметам, он мог понять прошлое, все ситуации, в которых побывали предметы. Картинка часто получалась размытой, иногда – очень короткой. Но всегда точной.

А вот Воин чувствовал себя неуместно, лишним. Я улавливала эти ощущения даже через его непробиваемую самоуверенность, ставшую привычной. Он не изменился, нет. Ему не нравилось, что остальные могут сделать больше. Мартин к такому не привык, ведь он один должен быть в центре внимания. Но мы не использовали магию, а Воин был именно магом, редким по силе, уникальным. Жаль, его сила пока ни разу не пригодилась.

Вскоре у нас установился определенный распорядок дня: утром советник разбирал с нами по паре-тройке случаев, затем сухо читал лекцию. Обычно – что-нибудь криминалистическое, вроде «Как распознать следы магии» или «Что делать, если на предмет наложен морок. Как его обнаружить и уничтожить». После он нас покидал, впрочем, не забывая дать очередное каверзное задание. Мне, как единственному следователю, несколько раз доставался «подарок» в виде Воина – необходимо было объяснить ему самые азы. Далее советник появлялся уже под вечер и мы разбирали одно из сложных дел, кои попадались ему в прошлом. Алекс обычно молчал, давая нам возможность подумать самим. При других он вообще становился менее разговорчивым, а часто даже грубым.

В принципе, все происходящее не сильно отличалось от моих обычных будней в академии. Если задуматься, мы и жили сейчас как раз в академии, только королевской… вот только выходных у нас не было. Совсем. Кажется, советник даже не слышал о таком слове и не предполагал, что отдых может понадобиться нам. Попросить об одном свободном дне никто не решался, даже хваленая (им самим) смелость Воина куда-то подевалась.

Не знаю, как долго бы все это продолжалось, возможно, до самого нашего выпуска (советник пообещал нам два свободных дня в честь такого праздника). Но, как известно, все плохое случается неожиданно. Вот и в наш выверенный распорядок закрался хаос.

День был совсем обычным.

Мы сидели в кабинете советника и уже лениво перекидывались колкими замечаниями. Это тоже своеобразная традиция, что у нас завелась, иногда даже Алекс принимал участие в общем пустом трепе. Воин ухмылялся и норовил пошутить поострее, я же отвлеклась на убранство дворцового кабинета советника. Тут все сильно отличалось от домашней обстановки, больше души и беспорядка. Сразу понятно, где мужчина живет, а где бывает лишь набегами. А еще моя догадка о курении оказалась верной, ведь пепельницы тут торчали из каждого угла. Куда бы ни упал взгляд – на тебя смотрела пепельница. Почему-то раньше это от моего внимания ускользнуло, зато теперь здорово рассмешило.

– Кудряшка, я буду на тебя жаловаться! – Воин пощелкал пальцами перед моим носом, но этого показалось ему мало, и он дернул меня за волосы. – Ау! Красавчик вызывает Кудряшку!

– Сделаешь так еще раз, и…

– И что?

Угрожать этому парню мне и в самом деле нечем. Если только…

– Расскажу, что ты шатаешься по ночам непонятно где, – выдвинула я угрозу. Как-то ночью я застукала Воина, крадущегося по коридору в сторону крыла для прислуги. Не уверена, узнал ли он меня, и видел ли вообще, но сама я разглядела его прекрасно.

– Так это была ты… – вместо того, чтобы поддаться на угрозу, он разулыбался, явно довольный тем, что я его застукала. – Ну конечно, ты! Как я мог не узнать твои кудри? Они же в темноте светятся и торчат во все стороны!

– Похоже, что-то важное отвлекло… от моих волос.

Воин открыл было рот, чтобы ответить, что мне так и не удалось узнать, что же такое его отвлекло в ту ночь. Дверь кабинета распахнулась, и перед нами предстал советник Стрейт. Выглядел он мрачным. Я имею ввиду, еще более мрачным, чем обычно. А еще в его настроении сквозило беспокойство пополам с ледяным гневом. Это странно – такого за советником ранее не водилось. Он всегда излучал уверенность и непоколебимость, которые могли посоревноваться со скалой, не меньше.

– Вставайте и за мной, – бросил он.

Само собой, мы вскочили и кинулись к двери. Может, эмпатка я тут и единственная, но остальные перемены в советнике тоже заметили, у них же есть глаза. Все отреагировали по-разному, Близнецы, например, привычно запаниковали.

Так как находились мы во дворце, долго идти не пришлось – всего четыре длинных коридора и около двадцати ступеней. Здесь я оказалась впервые, но примерное расположение многих помещений во дворце знала, и сейчас мы прибыли в зону, полностью принадлежащую обслуживающему персоналу. Рабочие, кухонные помещения, жилое крыло – все здесь. Может, очередное дело? Еще одна жалоба служанки или случай воровства?

Но я не угадала. Совсем.

– Заходите, – бросил советник, кивая на приоткрытую дверь комнаты.

Первым сделал шаг Воин, за ним и мы все.

– Это…

– Но…

– Твою ж матушку! – громче всех выругался Мартин.

Ника слабо пискнула и схватила брата за руку, ища поддержки. Не знаю, как она вообще устояла на ногах – меня окатила такая волна чужой паники, что я сама едва не упала. Чужие эмоции порой затмевают все.

– Интересно, да? – шепнул рядом Алекс. Так, чтобы слышала только я одна.

Вот так он описал смерть. Интересно. Не пугающе, жутко, нелепо, неестественно… а интересно. Для него это так и было. И, если быть до конца честной, для меня тоже. В какой-то степени. Загадка, я уже ее чувствовала и сама не заметила, как взгляд начал жадно бегать по комнате, отмечая, какой беспорядок царит здесь. Или, быть может, я избегала смотреть на девушку, лежащую на полу возле кровати? На мертвую девушку.

– Молчание – не та реакция, которую я от вас жду, – сухо бросил советник Стрейт. Он остался стоять у двери, внимательно наблюдая за нашими действиями и открытыми от шока ртами.

– Мы здесь не первые посетители, – Алекс даже не спрашивал, а утверждал. – Все осмотрели до нас. Прошло уже немало времени, тут побывало много людей.

– Естественно.

Почему советник нас сюда привел? Обучение обучением, но это… слишком. То, как он цепко наблюдает, на что мы способны. Его наплевательское отношение к девушке, на которую я до сих пор не решилась взглянуть… наверное, за годы работы становишься настолько циничным, что чужая смерть – лишь часть жизни. Часть работы, рутина. Во дворце многое происходит, это место сосредоточения интриг и подлостей.

«Прекрати изображать из себя изнеженную девицу» – приказала я себе.

Не зря же я поступила наперекор семье, убежав учиться. Я не хотела быть похожей на сестер, а сейчас как раз с успехом изображаю одну из них. Осталось только упасть в обморок для полной картины. А я так мечтала о другой жизни.

– Таната, – голос советника привел меня в чувство. – Расскажи, что мы ищем на любом месте преступления в первую очередь.

Как всегда, если дело касалось теории – первый вопрос мой.

– Мы… – я осеклась, наблюдая, как Алекс подошел к девушке и присел рядом, удачно скрыв ее от наших глаз. – …мы ищем следы, носители информации. Мы ищем следы-излишки, следы-недостачи и следы-изменения. То есть, то, что появилось на месте преступления, то, что исчезло и то, что преступник попытался изменить.

– А ты не упустила самое главное? – подал голос Алекс. – Ведь мы не установили, что это преступление. Ты не взглянула на тело. Кстати, девушку убили, – будничным тоном закончил он. – На мой взгляд, заметны следы водной магии и немного боевой, слабые заклинания. Можешь в этом сама убедиться.

Это вызов, я видела по глазам. А еще Алекс что-то обнаружил. Понял. И предлагал мне найти тоже самое. Мне даже показалось, что он слегка качнул головой, подтверждая мою догадку.

– Псих, прекрати нервировать, – бросил Воин.

– А ты не нервничай, – Алекс медленно отошел от девушки.

Я решила принять его молчаливый вызов. Взяв себя в руки, прошла вперед.

На самом деле, требовалось сделать всего пару шагов – комната довольно узкая. Кровати две, обе прижаты к противоположным стенам – значит, у погибшей имелась соседка. Но где она сейчас? Это она нашла тело?

Копируя движения Алекса, я присела рядом с девушкой, между двух кроватей. Погибшую я видела впервые, но по форме легко сказать, что это одна из служанок, горничных. Молодая, вряд ли старше меня самой. Наверное, была красивой. Как минимум очень милой. Рыжеватые волосы выбились из-под съехавшего на бок чепчика. Повода не верить выводам Алекса у меня не было, но сама я ни за что бы не обнаружила причину убийства. Хотя о водной магии можно догадаться. Но следов боевой я не видела и, честно говоря, даже не знала, что искать. Сильные заклинания мне не удавались, как и большинству теоретиков, приходилось справляться без магического поиска следов или в будущем рассчитывать на более одаренных коллег.

– Не стоим, – рыкнул советник. Надо думать, обращался он к остальным.

Но что нашел Алекс? Теперь уже без страха разглядывая девушку, я пыталась это понять. Но меня опередили. И, как ни странно, сделал это Мартин:

– Такое чувство, что у меня дежавю… и где-то все это я уже видел. Ни у кого такого нет? Нет? Ну ладно… пойду, пожалуй, присяду, – он ткнул пальцем в единственное кресло в комнате и упал на него.

– Ты серьезно решил сейчас посидеть?

– А что в этом, собственно, такого? Все равно я ничем не могу помочь вам, умникам. Смотрите тут все сами… Кстати, я вспомнил! Все это очень похоже на ту скукоту, в которую мы вникали на прошлой неделе. Мертвая девица, бардак, следы водной магии, скрытые под боевой, как сказал Психодемоноид… один в один же!

В комнате повисла тишина.

Я медленно поднялась и тоже повернулась к остальным.

– Что такого я сказал?! – искренне изумился Воин.

Ничего особенного, лишь нашел причину, по которой Стрейт притащил нас сюда.

Воин, хоть и дурак, но оказался прав – это точная инсценировка одного из дел, которое мы разбирали вместе с советником. На мгновение пришла шальная мысль, что Стрейт решил все воссоздать, инсценировать, и нет тут никакой мертвой девушки, но я сама только что ее осматривала. Она мертва. Она настоящая, никаких подделок. И если опустить мысль, что советник чокнулся на почве нашего обучения, то выходит…

– Кто-то полностью скопировал старое убийство, – тихо заметила Ника.

– Верно. Вот только кто? – советник мазнул взглядом по каждому из нас.

– Тот, кто знал о старом деле. Или узнал о нем совсем недавно, – любезно объяснил Алекс, почему-то глядя на меня…

ГЛАВА 4. Высказываемся вслух

Первый шок прошел быстро.

Прийти в себя нас заставил советник Стрейт.

– Не стоим столбом. Докажите, что я не зря выбрал именно вас. Смотрим, ищем.

На этот раз мы избегали смотреть друг на друга. Возможно, последним высказался советник, но в воздухе повисли именно слова Алекса: убийцей может быть один из нас. Даже наиболее вероятно, что это так. Серьезно, каков шанс, что все это – большое и неловкое совпадение? Нулевой, я думаю. Такого не бывает. Все это связано с нами, кто-то из нас либо проболтался о старом деле советника Стрейта (что трудно представить), либо… все страшнее.

– Вик, что скажешь?

Близнец вздрогнул, не ожидал, что советник обратится к нему.

– Я… я думаю… здесь что-то искали?

– Не, ну вы видели этого гения?

– Я не давал тебе слово, Мартин. Вик, продолжай.

– Вокруг бардак. Шкаф открыт, все полки выдвинуты, многие вещи не на месте. Как будто кто-то здесь рылся. Может, здесь орудовал вор? Зашел поживиться чем-нибудь, но девушка вернулась и ему помешала. И случилось… убийство.

– Или это постановка, – подхватила я и начала развивать догадку: – Если бы здесь что-то действительно искали, заглянули бы в каждую щель. То есть… если девушку убили ради чего-то, что было в комнате спрятано, убийца бы не ограничился парой шкафов. Кровати нетронуты, одежду из шкафа не вытащили до конца, даже издалека видно, что по меньшей мере половина платьев осталась висеть на месте. Их не трогали, и это странно. Ведь девушки обожают прятать что-то в карманах старых вещей, которые вряд ли еще наденут.

– Хорошо, Таната.

– Думаю, самое время воспользоваться теорией и поискать здесь что-нибудь, – заметил Алекс с полуулыбкой. Ситуация забавляла его все больше и больше.

– Отлично. Скоординируй других, – одобрил советник.

– Вик, Ника – вы обыскиваете комнату. Ищите все, что покажется хоть немного странным. Думаю, вы слышали, на что нужно обращать внимание в первую очередь – на следы, в том числе и те, что исчезли. Арастан – ты… ты знаешь, что должен делать. Оглядись тут, может, увидишь что-нибудь интересное.

Все тут же разбрелись по комнате, будто только и ожидали чужого приказа. Близняшка подалась в сторону шкафа, ее брат, аккуратно обойдя тело, занялся кроватью. Видящий подхватил самый крайний предмет с прикроватного столика и прикрыл глаза, пытаясь уловить его прошлое.

– Таната, мы с тобой побеседуем с соседкой убитой. Я же прав и она жила не одна? – Алекс обратился к советнику.

– Прав. Но с ней вы побеседуете позже. Я допросил ее, сейчас она отдыхает.

– Это она нашла тело?

– Да. Пришла после рабочего дня и застала картину, что мы с вами видим сейчас. Утверждает, что днем в комнату не возвращалась, ее слова проверяются. Так же после обнаружения тела она не отходила от двери, ожидая моего прибытия. Ничего не трогала, внутрь никого не пускала.

– Отлично. Тогда мы с Танатой…

– Псих, ты чего это к Кудряшке приклеился, паразит? Уж не надумал ли ты отхватить себе богатую наследницу всея порталов и тальмарина? – поинтересовался Воин, который остался без задания и ничуть по этому поводу не горевал.

– Еще один комментарий, не касающийся дела – и загремишь в темницу на сутки, – как всегда коротко, но информативно сообщил советник. Никто и не подумал усомниться в его словах, вот и Воин тут же затих.

– … мы с Танатой еще раз тут осмотримся.

– А я понаблюдаю за остальными, – решил Воин. – Побуду главным!

Я бы сказала, что ему некомфортно, но броня из самоуверенности никуда не делась, не позволяя мне разглядеть его эмоции до конца. Было что-то, глубоко внутри… но с Воином едва ли не труднее, чем с Алексом.

Последний, кстати, тихо присел рядом, вернув мое внимание обратно к девушке.

Второй раз осматривать мертвого человека оказалось намного проще, я была к этому готова и не паниковала. Раньше я так близко со смертью не сталкивалась, вот и перенервничала поначалу. Под внимательным взглядом Алекса старалась ничего не упустить, это помогало сосредоточиться.

– Что ты видишь? Сообщай остальным.

Желание советника – закон.

– Во-первых, эта комната и есть место, где ее… где было совершено преступление, это понятно по многим признакам. Во-вторых, преступник был один. Это лишь предположение, но… все это видится мне чем-то личным. Он пришел сюда, убил девушку и сделал вид, будто что-то искал. Зачем так делать? Обычно таким образом пытаются сбить со следа. В нашем случае он сделал это дважды: когда скопировал ваше старое дело, советник, а еще – когда устроил тут балаган. Это точно личное, продуманное убийство, и убить он хотел именно ее, потому речь идет об одиночке. Такие преступления не совершаются коллективно.

– Почему ты все время говоришь «он»? Я обижаюсь за всю мужскую половину, чтоб ты знала, – заявил Воин.

– Ты прав. Он или она.

– Я что-то нашла, – Ника отошла на шаг от шкафа, держа в руке сверток величиной с ладонь.

– Что там говорила Кудряшка? Нечего искать, постановка?

Говорила. И была в этом абсолютно уверена.

Неужели я ошиблась, и убийца просто не успел обыскать тут все? Но что ему в таком случае помешало? Тогда не сходится… я пока не уверена, что именно, но вот так поверить в новую теорию не могла.

Ника между тем дошла до нас с Алексом, демонстрируя обнаруженный предмет нам обоим и волнение – только мне. Советник Стрейт никакого интереса не выказал, значит, находка Ники таковой не являлась. Точнее, была найдена раньше им самим или кем-то из его людей, сейчас он наблюдал за нами. Потому что ему интересно, как мы справляемся, или он уже думает, кого подозревать в первую очередь? Два в одном, наверное.

Положив сверток на соседнюю кровать, Ника аккуратно развернула его, избавляя от верхнего слоя толстой бумаги. Внутри оказался небольшой бумажный пакет цвета умбры с неровно нацарапанным на нем набором букв и цифр. А-1М-230313. Номер ни о чем мне не говорил и на первый взгляд не имел смысла. На второй, кстати, тоже ничего не изменилось.

– Что там внутри? – рядом со мной на пол опустился и Мартин. – Ого, вот так находка! Теперь понятно, за что кокнули служаночку. Тут нормальная такая партия, убойная.

То, что было понятно ему, осталось загадкой для меня.

– Ты знаешь, что это?

– А кто не знает?

– Я не знаю.

– Серьезно? Кудряшка, я был о тебе лучшего мнения, – хмыкнул Воин и, заметив, как Ника начала разворачивать пакет, быстро остановил ее: – Блонди, не стоит это открывать, надышаться можно очень быстро. Хотя… может, это поможет нам всем? Парочка волшебных вдохов, и разбирайтесь с убийством сами, советник Стрейт.

– Это магический порошок, известный всем под названием «сиреневая пыль», – пояснил Алекс. – Обрел широкую популярность несколько лет назад, сейчас же это почти незаменимая дрянь, ее использует каждый студент во время сессии. И не только студент, но говорят, началось все как раз с учащихся королевской академии, хотя сейчас о «пыли» знают почти все. Порошок может на короткий срок повысить способности к магии, но вызывает привыкание и откаты потом очень болезненные. Состав порошка не определен до конца, что и делает его таким уникальным. Создатель неизвестен.

Конечно, я слышала о чудо-порошке и раньше, но название пролетело как-то мимо меня и в памяти не отложилось. И сама я никогда его не принимала, хотя знакомые девчонки в академии подбивали. Но я боялась, что порошок усилит мой дар и я попросту с ума сойду, слушая чужие эмоции.

– Вопрос: откуда «сиреневая пыль» взялась у служанки?

– Блонди, это смешно: все знают, как легко достать…

– Это тебе легко, – резко перебила я. – Не у всех гора папиных денег в кармане. Не думаю, что этот пакетик можно купить на зарплату служанки. Если только она годами не копила на него.

– Она могла украсть его. Или деньги, а уже на них разжиться «пылью».

– И за это ее убили?

– Видишь, Кудрявая. Я раскрыл убийство быстрее вас всех, умников.

Примерно на этом моменте я задалась еще одним вопросом, ответ на который мне бы хотелось узнать в ближайшее время. А именно: чем руководствовался советник, когда разбавлял нашу пятерку этим… Воином. Неужели только силой его магии? Ах да, еще просьбой отца. Все равно этого мало.

– Что означает этот буквенно-цифровой набор? – в обсуждение влез и Вик. – А-1М-2303. Эй, Ароктийский, ты должен знать, как постоянный покупатель порошочка.

– С какой стати?

– Потому что папины деньги позволяли тебе баловаться «пылью» чуть ли не ежедневно, – ядовито заметила Ника.

– Это да. Допустим – допустим! – ты права. Но стал бы я смотреть на какие-то записульки на пакетике? Какая вообще разница, что там нацарапано.

В это легко можно поверить.

Еще одной находкой стала тонкая цепочка с кулоном в виде половины сердца, на первый взгляд вещица простая и уж точно не дорогая. Но интересная, ведь у такого кулона должна быть вторая половина. Кому она принадлежала? Мужчине, сестре? Мои сестры носили когда-то похожие кулоны. А еще эта находка принадлежала Арастану, значит, нашел он не предмет, а его историю. Видящий уловил воспоминания.

Даже советник Стрейт заинтересовался новой информацией.

– Постарайся ничего не упустить.

Видящий кивнул.

– Она… ее звали Харита. Харита Энио. Молодая, красивая… ищущая. Она пришла сюда совсем недавно и не собиралась задерживаться надолго, дворец ей не нравился, вызывал отвращение. Но я не вижу причину… девушка точно собиралась уйти. Она что-то искала, она не воровка, нет. Искатель. Она пыталась найти нечто ценное, но не вещь, а ответы.

– Что за ответы?

– Ясное дело, что! Хотела разузнать что-нибудь интересное во дворце, а потом поднять денежек. Такая штука шантажом называется, – закатил глаза Мартин.

– По-моему, ты просто помешан на деньгах, – не выдержала я.

– По-моему, тебя бесит, что я во всем разобрался быстрее тебя.

– Ты еще ни в чем не разобрался.

– Так что за ответы? – настаивал на своем Вик.

– Я могу поймать отголоски эмоций, чувств, которые испытывал хозяин. Иногда вижу картинку, но только если чувства были очень сильными и направлены на предмет или связаны с ним. Я не могу ответить на все вопросы, даже если очень того захочу, – пояснил Арастан.

Я понимала, о чем он. Многие ожидают от дара куда больше, чем он способен дать.

– Что ж, неплохо, неплохо, – задумчиво пробормотал советник. – Теперь, когда вы все осмотрели, предлагаю переместиться обратно в мой кабинет. Я приду позже и надеюсь услышать от вас что-то, хотя бы отдаленно похожее на версию. Ах да, еще вы расскажете мне, кто и чем занимался этой ночью.

Похоже, вскоре нас ожидает настоящий допрос. И это хорошо – быть может, я смогу уловить что-нибудь подозрительное и нам не придется копаться во всем этом дальше. И уж точно не придется подозревать друг друга, как это происходит прямо сейчас.

ГЛАВА 5. Прошлая бурная ночь

Мы рассредоточено двигались по дворцовому коридору в сторону кабинета советника, каждый был занят своими мыслями. Я чутко улавливала эмоции каждого, но не видела ничего необычного. Близнецы паниковали и волновались – как всегда, Арастан нервничал – с ним такое и раньше случалось, а Воин… а Воин бесцеремонно схватил меня за руку и дернул на себя, заставляя отступить в один из боковых коридоров.

– Надо поболтать, – пояснил он с нахальной улыбкой.

– И мы поболтаем. В кабинете советника.

– Нет, надо сейчас и наедине. Ты ведь уже успела что-нибудь лишнее нафантазировать, верно? Так вот: брось ты это все.

– Пока я хочу бросить в тебя чем-нибудь тяжелым, – отметила я, хотя уже начала догадываться, к чему все идет. К его ночным прогулкам, конечно, уж слишком часто мы сталкивались в коридорах по ночам. Воин и во время осмотра комнаты на меня странно косился, и в его эмоциях скрывалось что-то… непонятное, неуловимое для меня. И даже сейчас я это чувствовала.

Воин воровато огляделся и придвинулся чуть ближе ко мне. При всем желании он не мог выглядеть еще более подозрительным. Специально что ли переигрывает?

– Другим необязательно знать о наших ночных встречах, – шепнул он. – Ты ведь со мной согласна? Это в наших общих интересах.

– Нашим ночным… а, это ты о том, что каждую ночь болтаешься по дворцу с неизвестной целью. Нет, мне так не кажется и даже не думай, что я промолчу.

Наверное, заявлять об этом так прямо не особо умно, но не убьет же он меня, в самом деле? В конце концов, наше отставание от толпы не осталось незамеченным, я точно видела, как Алекс провожал нас взглядом. В общем, я чувствовала себя в безопасности… почти. Будь Воин чуть пониже и поменьше в размерах, дышалось бы намного легче, если честно. Неприятно, когда над тобой нависает такой вот громила. Я к этому не привыкла.

– Но тогда ты выдашь и себя, – заявил Воин с некоторым раздражением.

– Я ходила в библиотеку, причем не одна, а с Алексом. А что делал ты?

– О, так Псих по ночам тоже шастал по дворцу вместо того, чтобы смотреть ненормальные бездушные сны и предаваться неадеквату в одиночестве? Вот так сюрприз!

– Среди нас один неадекват – и это ты.

– И одна дура. Хочешь, скажу, кто это? – скромно предложил Воин и неожиданно сдался: – Ладно, если выдам свою большую тайну, обещаешь не проболтаться советнику?

– Нет.

– Нам надо серьезно это обсудить.

– Этому не бывать! Вот и обсудили.

– Придушить бы тебя! – рыкнул Мартин, но слово с действием, само собой, у него разошлось. – Да жалко дурочку! В последнее время меня ничего так не вдохновляет, как твоя недовольная мордашка.

– Отлично, – порадовалась я. – И, если мы опустились до подобных признаний, может, ты и о ночной вылазке мне расскажешь?

Настойчивость я проявляла с единственной целью – позлить Мартина, на деле же знала, что советник правду из парня и без меня вытрясет, можно не стараться. Да и вряд ли шатающегося по ночам Ароктийского видела только я одна, есть ведь стража, да и много других людей. Непонятно, зачем этот разговор вообще нужен и почему все эти очевидные вещи не пришли в светлую голову Мартина, но злить его мне определенно нравилось, раз не нравился он сам.

– Знаешь, а за твоей тошнотворной милотой скрывается зубастая хищница, – вместо ответа на вопрос осчастливил Воин. – Напомни, почему мне до сих пор не выпадало время с тобой?

В небольшой игре советника мы с Воином еще ни разу не вытягивали друг друга, зато Алекс мне попался уже трижды, чему я искренне радовалась. С Алексом как минимум всегда интересно. Со странностями, но интересно.

– Наверное, все дело в моей удаче.

– А она мадам переменчивая, да?

– Это угроза?

– Скорее обещание.

– На твоем месте я бы такими штуками не разбрасывалась. Кто знает, возможно, советник узнает о твоих прогулках, и ты попадешь за решетку уже сегодня. А из королевской тюрьмы даже тебе не сбежать.

Говорят, эта тюрьма строилась очень давно, потому могла сдержать даже самого сильного мага, причем без дополнительной охраны. Слухи ходили самые разные, непонятно, насколько они точны, но раз тюрьма строилась для магов прошлого, то с нынешним уровнем магии в настоящем она способна удержать кого угодно.

Воина вновь коснулось раздражение:

– Ладно, есть у меня во дворце пара подружек! Вот к ним и ходил.

– Не делай из меня дуру, Ароктийский. К чему скрывать подружек от советника? Он даже не женат, значит, шастал ты не к его супруге, а больше причин прятаться я не вижу. Может, подружки и были, в это я даже верю… но ходил ты не только к ним, ведь так? – я улыбнулась, чувствуя свою правоту. – Давай, Ароктийский, признавайся. Ты же хочешь, чтобы я промолчала?

– Ты же сказала, что сдашь меня?

– Я подумаю.

И это даже не ложь. Я-то могу и промолчать, а вот стража так делать не станет, правда все равно наружу выйдет. Но разговор наконец меня заинтересовал, Воин уж слишком сильно раздражен и мнется, а на пустом месте такие треволнения не возникают, у парня есть причина нервничать и беситься. А ведь он всегда так уверен в себе! Что могло его вывести на нетипичное для себя поведение? Это… любопытно.

Он помялся еще немного, вглядываясь в мое лицо. И наконец выдал:

– Я ходил в город, ясно?

– Не особо. Мы с тобой встречались в коридорах дворца, Ароктийский. Кого ты надеешься обмануть? Чтобы выйти в город, надо всего-то выбраться из комнаты, спуститься вниз и выйти на улицу, во дворец прокрадываться ни к чему. И не надо врать, что ты делал крюк и заглядывал к одной из своих пассий!

– Чтоб тебя! Я делал крюк, потому что ходил за братом!

– У тебя брат во дворце?

– Да! Он командует стражей. Не один, конечно. Но вчера, например, именно он должен был приглядывать за порядком, но ведь можно отлучиться ненадолго. И не только вчера… и мы проводим время вместе. Что в этом такого?

Ничего, наверное. Кроме такой ерунды, как безалаберная охрана короля. И я поверила Мартину на этот раз. Теперь его беспокойство выглядело логичным – он не хотел подставлять родственника. Тот отлучался с поста, чтобы пошататься с братцем по всяким сомнительным местам в городе. Конечно, они могли просто гулять, но я в этом сомневалась. Спрашивать, где они были, не хотелось, иногда лучше довольствоваться предположениями. Так или иначе, Ароктийский-старший может получить по шапке и слететь с места как минимум, а все из-за дурацкого убийства.

– Теперь довольна? Не сдашь меня?

– Не сдам. Но на твоем месте я бы не стала недооценивать советника и сама все ему рассказала. Пока не стало поздно.

– Обойдусь без советов всяких Кудрявых, – буркнул Воин.

– Как знаешь. А теперь, если не возражаешь, нам лучше догнать остальных, наше уединение выглядит подозрительно, – и я протиснулась мимо него и свернула обратно к центральному коридору.

Воин тут же нагнал меня и попытался приобнять за плечи:

– Да скажем, что ты влюбилась в меня без памяти и начала приставать. Но я, конечно, отказал. Не рыдай раньше времени, Кучеряшка, заставим твоего Психического ревновать, а там и до великой любви рукой подать. Он вообще ревновать умеет, кстати?

– Руку убери! – я попыталась скинуть с себя тяжелую конечность, но выходило так себе: налицо перевес сил и упорство Воина, он вцепился в мое плечо и нахально улыбался, наблюдая за моими страданиями.

Поняв, что сопротивляться бесполезно, я расслабилась. Воину стало скучно и руку он быстро убрал. Возможно, сделал он это, чтобы толкнуть дверь кабинета советника.

– Прошу, – шутливо пропел он.

– Спасибо.

Под любопытными взглядами ожидающей нас четверки мы прошли к своим местам (Воин старательно пыхтел позади меня, явно пытаясь наступить на пятки). Я привычно устроилась между Арастаном и Виком. Осталось дождаться нашего главного – советника, и можно будет приступать… к чему бы ни было. Честно говоря, оставалось лишь догадываться, что ждет нас дальше.

– Как вы думаете, что теперь будет? – задала я вопрос вслух.

– Нас выпнут отсюда, как собак блохастых, вот что, – буркнула Ника, как обычно окатив меня эмоциональным клубком из волнения и страха. Постоянно опасаться чего-то для нее норма, значит, скоро и я привыкну.

– Советник нас подозревает, о чем сообщил прямо, – поддержал ее брат. – И ему ни к чему кучка потенциальных убийц рядом, за нами придется пристально следить. Как прежде уже не будет.

– Я один тут вижу одного потенциального убийцу? – влез Воин. – Серьезно, ребят, вы чего? Среди нас только одно бездушное зло.

– А еще парочка, примеряющая чужие лица, – подал голос Арастан.

– У нас с Виком разные способности, – заявила Ника. – И вообще, разве не ты тут учился по соседству все это время? Мы прибыли издалека, ту служанку знать не знали, да и узнать ее шанса не было, с чего вдруг ее убивать? А вот ты все время болтался по соседству.

– Думаешь, во время учебы мы спокойно могли попасть во дворец?

– Сейчас-то мы можем, не так ли.

И Ника права: мы проходили во дворец по одному из западных коридоров, но неужели так происходило всегда? В королевской академии учатся только лучшие и привилегированные, но все же за всеми начинающими магами никакая стража не уследит.

– Просто советник обеспечил нас пропуском, – спокойно пояснил Арастан. – Помнишь? Перед тем, как отправиться во дворец? Тогда он рассказывал про мороки, а потом и про защитные заклинания. Одно из таких и ограждает дворец от праздно шатающихся. А без пропуска никто из нас не продвинулся бы дальше западного коридора.

– Вот так новости!

– Подозревать стоит каждого, – сделал вывод Алекс. – Главный вопрос – у кого была возможность? И причина.

– А разве тебе нужна причина? Ты же Психодемон, – не желал отставать Воин.

Аргумент как всегда дурацкий. Очевидно, что убийцу-Алекса никто и никогда бы не вычислил. Он из тех, кто продумал бы все до самых мелочей, хорошо продумал, без лишних эмоций, дотошно и досконально. И уж точно он не стал бы копировать старое дело советника! Думаю, он выдал бы случившееся за несчастный случай, и в этом никто бы не усомнился, даже хваленый советник. Конечно, есть вариант, что за всем этим прячется какая-нибудь хитрость, мне недоступная, но всерьез я Алекса не подозревала, не верила, что он способен на топорность и простоту.

Другие же думали иначе:

– И в самом деле!

– Это логично.

– Ну да…

– Мы даже не знаем, почему он здесь, – Воин обрадовался поддержке и взял на себя роль дознавателя: – Серьезно, Псих! Какой у тебя вообще дар? Мы до сих пор этого не выяснили, так скажи уже сам, не томи!

Алекс на все реагировал с иронией.

– У меня нет таланта. Не так, как у вас.

– Он врет? – Ника стрельнула в меня взглядом.

– Я не знаю.

– Ты же эмпатка? И не знаешь?

– Я улавливаю эмоции, а не ложь.

– Неужели? А кто тут раньше выпендривался? «Вы врете, советник», – передразнила она меня.

– Я просто наблюдаю. Но я уже говорила, Алекс – идеальный лжец и никто не сможет понять, врет ли он. Если только не поймает за руку, – опять получилось резко, я украдкой глянула на невозмутимого Алекса. Тот слабо улыбнулся в ответ.

– Кудряшка, я слышу в твоем милом голоске восхищение? Да ты, наверное, соучастница! – не смог промолчать Воин. – Ну а что? По-моему, гениальная версия. Но у меня есть еще одна, намного лучше…

К счастью, озвучить очередной бред он не успел, в кабинет ворвался советник.

– А, вы здесь, – бросил он с удивлением, точно не ожидал нас увидеть. – Хорошо, хорошо.

Уверенным шагом Дэнвер Стрейт пересек комнату, вот только направлялся не к своему обычному месту за столом, а куда-то в сторону многочисленных книжных полок, они занимали большую часть его кабинета. Пошарив рукой чуть выше себя, советник вытянул с полки предмет, смутно напоминающий книгу. Приглядевшись, я поняла, что это не книга вовсе, а хьюмидор – такие используют для хранения сигар. Открыв его рывком, мужчина выругался сквозь зубы и опять полез рукой наверх за точной копией предыдущего ящика. В этот раз ругаться не стал, выудил сигару и вернулся к столу.

Под нашими заинтересованными взглядами он щелкнул пальцами и прикурил, с наслаждением выпустив дым. Похоже, он тоже сегодня перенервничал, раньше я только догадывалась о пристрастии советника к курению. Хотя волнения мужчины я не чувствовала, эмоции Дэнвера Стрейта не выделялись и не лезли на передний план. Я присмотрелась к нему получше и уловила слабую каплю раздражения. К чему тогда этот выпад? Может, он хотел показать эмоции, которых не испытывал. Ведь остальных его яростная беготня впечатлила.

– Ну что, проблемные мои? – советник усмехнулся и придвинул ближе одну из выглядывающих отовсюду пепельниц. – Надумали что-нибудь интересное?

– Вы нас подозреваете, советник?

– А мне стоит, Ника?

– Нет. Не знаю, – девушка дежурно занервничала.

Даже не глядя в сторону Близнецов, я уже знала, что они держатся за руки, ища поддержку друг в друге.

Воин же оседлал любимого коня:

– Если никто не хочет говорить о своих подозрениях, то начну я! Ведь все мы понимаем, кто тут самый подозрительный…

Дружный обреченный вздох.

– Придется мне озвучить то, о чем все молчат, – продолжил Воин, весело подмигнув видимо всем и сразу: – Ведь очевидно же, виновата Кудряшка. Сами подумайте: при одном взгляде на нее можно умереть от умиления. Или тошноты. Серьезно, даже наш Психический не устоял! Тебе, кстати, стыдно должно быть – так опозорить бездушных собратьев, – тут он с укором глянул на Алекса, встрепенулся и продолжил: – Это я к тому, что подобная внешность – отличное прикрытие для беспринципной и бездушной убийцы!

– Еще версии? – поинтересовался советник.

– Хватит и одной, – буркнула беспринципная и бездушная я.

– Значит, больше комментариев нет? – Дэнвер Стрейт с удовольствием затянулся и ответа, само собой, не дождался. – Что ж, отлично. Помолчим. Может, хотя бы это поможет вам напрячься и вспомнить, где вы накосячили во время осмотра.

Час от часу не легче. Неужели мы что-то проглядели?

И Алекс тоже?

С версиями у всех оказалось туго, мы сидели молча и ждали приговора. Хоть чего-то ждали. А вот советник вел себя странно. Думаю, мы все ожидали примерно одного и того же: гнева, криков, въедливого допроса каждого… да чего угодно, вплоть до тюремной камеры! А вместо этого что мы делаем? Вспоминаем, где накосячили во время осмотра места преступления и смотрим, как советник с наслаждением курит. И больше мы заняты последним.

– Значит, соображений никаких? – вскоре сделал он вывод. – Плохо, очень плохо. Надеюсь, завтра с утра вы сможете меня порадовать, а сейчас – все свободны. Сегодня уже поздно, лучше вам отдохнуть, да и мне тоже, – он неохотно поднялся и посмотрел на Воина: – А ты, Мартин, следуй за мной.

– Куда? – опешил тот.

Честно говоря, нам всем было интересно. В голове мелькало много версий, вплоть до самой кровавой, но последнюю я решительно отмела, как и в случае с Алексом. Воин, конечно, придурок редкостный, но чтобы убийца?

Советник подталкивал Мартина в сторону выхода:

– Как это куда? Я же обещал: еще один комментарий не по делу, и в темницу на сутки. Думаешь, у меня короткая память или я бросаюсь словами просто так?

– Это что, шутка?

– Нет. – И они оба скрылись за дверью.

– С советником шутки плохи, – прокомментировал Вик.

– Я один считаю, что Воин сам напросился? – хмыкнул Арастан.

– Определенно нет.

ГЛАВА 6. Загадочные загадки

Стоило советнику с Воином удалиться, как мы всей пятеркой обсудили судьбу Мартина и только хорошее воспитание не дало мне позлорадствовать вместе с остальными. Затем разговор плавно перешел на более злободневную тему – убийство и его влияние на наше будущее и положение при дворце в целом.

Все сошлись во мнении, что советник повел себя странно, раз допрос перенес на утро. Я, конечно, не полноценный следователь, раз даже диплом получить не успела и формально прохожу практику, но основы все же знаю и тактика Стрейта даже для меня осталась загадкой. Чем руководствовался советник, распуская нас по комнатам? Может, это ловушка, он надеялся, что виновный попытается сбежать? Он вообще нас подозревает? И что за допрос нас ждет завтра?

Неизвестно, как долго продолжался бы наш сбор, не предложи Вик разойтись.

Алекс вызвался проводить меня до комнаты, что звучало естественно и непринужденно. И вообще, он часто так делал. Но сейчас я его компании обрадовалась больше обычного: есть шанс поговорить наедине.

– Ты ведь понял, на что намекал Стрейт? – задала я насущный вопрос.

– И ты поняла. Когда, если не секрет?

– Слишком поздно. Уже после ухода советника, когда Ника начала намекать, что ночевала в комнате брата, потому что одной скучно, а она привыкла всегда быть с ним. Уж я-то помню, что в академии Ника жила в женском крыле и уж точно без брата под боком… ладно, это неважно. Главное, что ее слова напомнили мне о времени смерти. Мы забыли установить время смерти.

– Ты не поверила Нике? Может, она была с братом, – хмыкнул Алекс.

– Думаю, при случае это выяснится.

– Будет забавно, не находишь?

Алексу уж точно. Наверное, наблюдает за каждым из нас с чувством превосходства, да хихикает про себя над тем, какие мы все эмоциональные и глупые.

– Я впервые видела мертвого человека так близко, – зачем-то начала объяснять я. – Поэтому немного растерялась. А потом новость про постановку наложилась…все это вместе выбило меня из колеи.

– Не стоит передо мной оправдываться.

– А я не оправдываюсь, а объясняю, – опять же, зачем-то уперлась я. – Очевидно, что ты видишь ситуацию по-другому, Алекс. И не понимаешь, как на нее же смотрят остальные люди. Обычные. Как я, Ника, Вик, Арастан и Мартин. Иногда, даже часто, мы мыслим не так рационально, как ты, нами управляют эмоции и сопротивляться этому очень трудно.

Мы как раз успели дойти до моей комнаты, Алекс остановился и повернулся ко мне с улыбкой.

– Кажется, ты что-то путаешь, Таната. Я не нуждаюсь в твоих пояснениях, о таких обычных как ты я знаю все. Лучше открывай глаза остальным, им это необходимо.

– Ты прав. Наверное.

Мы так и замерли в темном коридоре, глядя друг на друга. Пригласить Алекса в комнату? Или остаться тут? И почему этот вопрос меня вообще беспокоит? Глупость какая-то. Мне с ним легко, потому что я не вижу его эмоций, они меня не отвлекают. В остальном с Алексом лучше даже не дружить, и уж точно не подпускать его близко. Он опасен.

– Заклинание остановленного сердца, – заговорил он неожиданно. – Тебе приходилось его применять, Таната?

– Нет. А тебе?

Глупый вопрос, он ведь не учился на следователя!

– Приходилось. Сегодня.

– Что?! Но… когда ты ему научился?

– На прошлой неделе, – хмыкнул Алекс, наслаждаясь моим недоверием, оно его забавляло. – Советник ошибся. Значит, он обычный человек, да? Не самый умный, не самый внимательный.

Выучить заклинание остановленного сердца за неделю – феноменальный успех. Я, к примеру, его и вовсе не освоила, а из всей группы студентов-теоретиков таким успехом могли похвастать от силы человек десять. А Алекс выучил так быстро, да еще сказал об этом, будто речь о рядовой ерунде.

– С такими темпами обучения… зачем ты вообще в академии учился?

– Ради магической печати.

– Врешь.

– Вру, – согласился он со смешком.

– Ладно, дело твое, – нахмурилась я, в этот момент жалея, что не могу подслушать его эмоции. Меня так и бросало из стороны в сторону: я то находила в этом плюсы, то одни минусы. – Значит, ты применил заклинание? И какой цвет?

– Оранжевый, но с переходом к желтому. Думаю, все случилось еще до рассвета, но девчонку никто не хватился, и она терпеливо ждала возвращения соседки.

Все-таки ночь, значит, но ближе к утру. С выводами Алекса я согласилась: алый свидетельствовал о недавней смерти, дальше цвет начинал меняться в зависимости от времени. Оранжевый – это половина суток, переход к желтому – плюс еще четверть. Осмотр мы проводили поздно вечером, посчитать легко.

Мне показалось, в конце коридора мелькнула тень.

– Может, пройдешь? – все-таки предложила я парню, сообразив, что болтать обо всем среди коридора не очень уместно.

– Не сегодня Таната. У меня другие планы на ночь.

– О-о. Отлично, замечательно, у меня тоже.

Прозвучало странно. Хорошо, что я не слышу его эмоций, мне и насмешливого взгляда хватило, чтобы опять покраснеть! А так бы вообще с ума сошла от неловкости. Интересно, что у него за планы? Прозвучало уж очень неоднозначно.

– Не хочешь спросить, что я делал в предрассветные часы, Таната? Есть ли у меня алиби? – Алекс понизил голос до шепота. – Ты хочешь узнать, но не спросишь. Я же лжец и все равно обману.

– Это игра у тебя такая?

– Нет.

Да. Он знает, что я ненавижу загадки, которые остаются без ответа, они меня мучают. И все время эти загадки мне подкидывает. Он играет, и играет постоянно, вот поэтому Алекс опасен.

И еще опасен его дар – кажется, я догадалась, в чем его суть. Странно, что не сообразила раньше. «У меня нет дара. По крайней мере, такого, как у вас» – сказал он раньше и соврал, сказав правду. Вот такой каламбур. Он и в самом деле не мог поразить так же, как и Близнецы, но запомнил целый курс следовательской теории за пару дней. И выучил сложнейшее заклинание остановленного сердца. Вот такой у него дар.

– У людей есть удивительная особенность: наделять других качествами, нафантазированными где-то в процессе взаимодействия друг с другом. Завышать ожидания и в итоге разочаровываться, когда что-то идет не по плану. Не фантазируй обо мне слишком сильно, Таната.

Надо срочно сменить тему, мне уже везде мерещится какой-то подтекст.

– Почему Воин меня боится? Ты упоминал об этом как-то.

– Он боится не тебя, а непонятного. Разбирайся с ним сама, ведь я уже опаздываю, – бездна в темных глазах Алекса в очередной раз посмеялась надо мной. – Спокойной ночи. Постарайся поспать.

И он исчез в темноте коридора.

– И ты постарайся. – буркнула я ему вслед, всерьез рассматривая вариант слежки. Но делать глупостей, само собой, не стала. Вместо этого скрылась в комнате, строя предположения. Не думаю, что хотя бы одно из них было верным.

Всю ночь я ворочалась и думала о всяком.

Неудивительно, что утром встала разбитой и с головной болью. В таком состоянии мне день не пережить, я наспех собралась и накинула форму – нам ее выдали по приказу советника, такая же строгая и яркая, как у самого Дэнвера Стрейта, вот только на мне она смотрелась иначе, наверное, из-за пушистости волос. Никакой тебе грозности и внушительности, но что есть, то есть. Я привела волосы в относительный порядок и быстро покинула комнату.

Советник о времени сбора ничего не сообщал, потому я логично решила, что ждет он нас после завтрака, как и в остальные дни. Вот и отлично, как раз успею заглянуть в библиотеку. Там обитала Хранительница, она приглядывала за бесценными артефактами и текстами, а еще делала прекрасные отвары с целебными свойствами, и часто угощала ими меня и Алекса, когда мы засиживались в библиотеке. За время, проведенное во дворце, мы успели неплохо сдружиться, тем более, Эли не многим старше нас с Алексом. Она питала роковую страсть к своей настоящей специальности, которая была весьма далека от библиотеки и от книжных дел, а еще к околодворцовым сплетням, потому не упускала возможности распить отвара в нашей компании. А еще ей нравился Алекс, но разве можно этому удивляться?

Помнится, Эли утверждала, что встает с первыми лучами солнца. Пожалуй, сейчас самое время это проверить, благо она жила при дворце, не придется караулить ее возле библиотеки с утра пораньше.

Под любопытными взглядами стражи я прошмыгнула по западному коридору во дворец, а затем и добралась до жилого крыла. Комнату Эли я нашла без особого труда, хотя и была здесь всего один раз – тогда девушка старательно зазывала нас с черноглазым в гости, отказываться было неудобно. Хотя тогда я быстро поняла, что как раз мой отказ ее бы не опечалил.

Возле двери я немного замялась: а что, если она еще спит? Некрасиво получится. С другой стороны, у меня дело, а Эли девушка добрая. Ладно, если не откроет после деликатного стука, то я уйду.

Вопреки ожиданиям дверь распахнулась едва ли не быстрее, чем к ней прикоснулся мой кулак. Я застыла от неожиданности с поднятым вверх кулаком.

– Кого там принесло? – Эли высунула конопатую физиономию в коридор, заметила меня и тут же одарила легкой волной удивления и радости. – Натка?

– Не возражаешь, если я зайду?

– Спрашиваешь! – Она хихикнула, открывая дверь пошире. – Честно говоря, удивлена. С утра пораньше, да при всем параде. Даже неприлично принимать тебя вот так, – она указала на себя, одновременно закрывая за мной дверь. Вид у нее и в самом деле мало походил на парадный, понятное дело, она только что проснулась.

– Забудем о приличиях, я к тебе по делу, – порадовала я.

– Даже как?

– Да. Спала – хуже не придумаешь, а дремать на ходу мне сегодня никак нельзя. Так что давай свой хваленый отвар. Если тебе не трудно.

Последнее я добавила из вежливости, потому что знала – рыжая Эли такому предложению не просто обрадуется, а еще и отблагодарит. Я ведь говорила, что она без ума от своей специальности? И это даже не отвары, нет. Это лекарное дело. Не так давно она закончила королевскую академию, став дипломированным специалистом, вот тогда-то все и пошло не по плану, потому что кроме веры в предназначение у Эли имелась одна опасная черта – чрезмерная инициативность. Пару лет назад она едва не угробила сразу несколько десятков стражников, пытаясь их вылечить, ей запретили лечить людей и благодаря высокопоставленному дядющке не выгнали из дворца с позором, а определили на должность Хранительницы.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «ЛитРес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на ЛитРес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.