# Легенды Шартра. Багровая луна

Лилия Чужова

Дикая магия. Она развращает любого, кто ее коснется. Именно из-за нее Шартр погряз в затяжной войне. Пока, наконец, Первой волшебнице не удалось запечатать ее источник, пусть и не навсегда.Столетия спустя Аврора Майли – талантливая, но неопытная волшебница становится свидетелем изощренного убийства в королевском дворце. Берясь за расследование, девушка вместе со своим напарником Беном, сама того не осознавая, становится той, кому под силу не только раскрыть дело, но и спасти Шартр от гибели.

> ⠀

> С благодарностью,

> Семье за поддержку,

> Подругам за то, что верят,

> Косте за то, что есть.


Даниил Иванов Иллюстратор

© Лилия Чужова, 2023

© Даниил Иванов, иллюстрации, 2023

ISBN 978-5-0051-7235-8

Создано в интеллектуальной издательской системе Ridero


## Пролог

Молодая пара торопливо вела маленькую дочь по главной шатровой аллее легендарной Халитской ярмарки.

В этом году она удалась на славу. Великолепные аквамарины, цианы, королевские лазури фейерверков взвивались в блестящее ночное небо и медленно растворялись в его покое.

Не в силах оторвать глаз от разноцветной небесной феерии, кроха постоянно спотыкалась. Но родители этого не замечали, поскольку были очень обеспокоены, и постоянно подтягивали дочь вперед, словно боясь куда-то опоздать.

Наконец показалась нужная им палатка. В сомнении переглянувшись, они сказали дочери, что ненадолго зайдут в шатер, но она должна остаться снаружи. Девочка было запротестовала, но мама успокоила ее крепким объятием, строго-настрого наказав оставаться у палатки и никуда не отходить. Малышка скорчила недовольную рожицу, но спорить не стала, послушно замерев у входа.

Палатка, в которую вошла пара, выглядела, мягко говоря, непритязательно. Покосившиеся опоры, выцветшая и покрывшаяся слоем грязи тяжелая ткань. На деревянной табличке при входе стояло лишь одно слово: «Селена».

Внутри же атмосфера неуловимо менялась. В заставленном склянками и книгами помещении разливался резкий запах благовоний, разбавленный лишь легкой ноткой жасмина. Словно светлячки, из каждого уголка палатки посетителям подмигивали многочисленные магические кристаллы, чье неровное сияние окрашивало темные стены во всевозможные цвета.

И в центре этой взбесившейся радуги за покрытым бархатом столом расположилась завернутая в просторные одежды женщина. В ее тонких чертах угадывалось близкое родство с низшими эльфами. На вечно молодом лице хозяйки шатра блуждала полубезумная улыбка.

Супруги в нерешительности замерли на пороге.

– Ну, что же вы? – продолжая насмешливо скалить зубы, спросила прорицательница. – Проходите, садитесь, – она взглянула на треснутые песочные часы, примостившиеся на столике рядом с ней, – хотя, должна признаться, я уже начала переживать, что вы не появитесь, но, как видно, есть еще порох в… Да что ж такое-то! Проходите, наконец! – недовольно фыркнула она.

Родители девочки, все так же недоверчиво переглядываясь, молча сели.

– Вот и хорошо, – хлопнула в ладоши эльфийка. – Теперь, когда мы все так уютно устроились, можно приступать к делу.

– Будем честными… мэм, – сказал мужчина, не отпуская руку жены, – мы не до конца были уверены, что стоило приходить, но наша дочь…

– Важна, как никто другой, – грубо прервала его прорицательница. – Ее появление было предсказано задолго до нашего с вами рождения, она следующая в линии…

– Но она же такая кроха… – тихо сказала мать девочки.

Отблески кристаллов в ее глазах смешивались со страхом.

– Вскоре эта кроха превратится в одного из самых могущественных магов за последние пятьсот лет, – уже более серьезным тоном произнесла Селена, – я чую ее кровь…

Прорицательница сделала глубокий вдох.

– Время пришло… – голос ее опустился до хриплого шепота, а темные глаза закатились.

Кристаллы вокруг стола ритмично замерцали.

– Все было решено в тот момент, когда она приняла тьму, словно родную сестру…

Пологи палатки заколыхались под внезапно поднявшимся ветром. В нарушаемой лишь его завыванием тишине слышался замогильный голос Селены.

– … И разгневались небеса, окрасив землю в медь и уголь. Познав свою ошибку, древний народ поклялся хранить секрет магии пуще прежнего. Но было предсказано: все повторится, когда багровый лик вновь поглотит небесную твердь…

Издав неприятный гортанный звук, остроухая замолкла. Магические кристаллы ярко полыхнули, выхватив из полумрака ее неестественно белые зрачки, и палатка погрузилась в непроглядную тьму.

Спустя секунду послышался легкий щелчок, и комната вновь наполнилась неверным радужным светом.

– А есть ли шанс, что речь не о ней? – напряженным голосом спросила мать девочки.

Уже оправившись от сеанса, эльфийка неспешно пила чай из расписанной звездами глиняной пиалы.

– Вам ведь известно, что у первых волшебниц были потомки? – помедлив, задала свой вопрос она.

Супруги кивнули.

– Ваша дочь одна из тех, в ком течет их кровь. Впрочем, по глазам вижу: это вы и так знали. Придет время, и ей придется выбрать. Она постоянно будет в опасности. Отступники будут охотиться за древней магией и не упустят шанс завладеть малышкой.

Мать девочки судорожно сглотнула.

Мужчина сочувственно посмотрел на жену и заботливо сказал:

– Не волнуйся, дорогая, мы ее защитим…

К их удивлению, прорицательница покачала головой.

– Девочке предстоит сделать выбор, и сделать его она должна сама, – женщина слегка замялась, словно была не уверена, стоит ли раскрывать всю правду. – Боюсь, вы не доживете даже до ее совершеннолетия…

Супруги переглянулись. Все оказалась гораздо хуже, чем они предполагали. Когда они узнали о пророчестве, все их мысли были о дочери, о своей судьбе они даже и не задумывались.

– Мы справимся, – твердо сказал отец девочки. – Посмотри на меня, – обратился он к жене, – время еще есть, мы сможем ее подготовить… Мы справимся, дорогая.

Смахнув навернувшиеся слезы, его супруга тяжело вздохнула и слабо кивнула.

Сеанс был закончен, и пара, отблагодарив прорицательницу внушительным кошелем, направилась к выходу.

– И последнее… – хриплый голос застал их уже у выхода, – советую обратить внимание на странного юношу, который с минуты на минуту окажется у этой палатки. Его выдаст темно-синяя накидка Министерства Чар. Он гость в этом времени, и чрезвычайно важно, чтобы он узнал об опасности, которая грозит ему и девочке в будущем. Лишь он сможет помочь вашей дочери… Торопитесь!

Выйдя из палатки, супруги остановились. Потрясение от услышанного накатывало на них беспорядочными волнами.

Их дочери нигде видно не было. Понимающе переглянувшись, родители без слов поняли, что непоседливому ребенку стало скучно и она вновь отправилась искать приключений на свою милую головку.

– Я найду ее, – сказала женщина, – а ты должен поговорить с этим юношей. Но, дорогой… не рассказывай ему всего. Мы не знаем, кто он на самом деле и зачем прибыл сюда. Я не хочу, чтобы она узнала обо всем раньше времени… Мы будем рядом, сколько сможем, да и Василиса, я уверена, поможет, – она на секунду замолчала, едва сдерживая очередной всхлип. – У малышки должна быть нормальная жизнь…

Помедлив, мужчина кивнул. Смотря в блестящие от слез глаза жены, он приобнял ее за плечи.

– Все будет хорошо…

– Знаю…

* * *


## Часть 1. Предостережение

### Глава 1. Первое задание. Аврора

Зал взорвался аплодисментами.

Отовсюду слышались приветственные выкрики и поздравления. Что ж, толпа любит героев. А Бенджамин Атертон был именно им. Очередная успешная миссия, со счета которых, кажется, все уже давно сбились. Королевский зал торжеств мелко вибрировал от человеческих голосов, и в его эпицентре блистала широкая улыбка Бена – самого известного оперативника и по совместительству первого ловеласа королевства Шартр.

Подайте ведерко, меня сейчас стошнит. А Атертон тем временем утопал в лучах славы: шутка ли – в одиночку предотвратить войну с Кампеллой. И несмотря на то, что подобные типы а-ля «я самый неотразимый» меня привлекали меньше всего, в глубине души приходилось признать: такой магический талант надо еще поискать.

По случаю столь знаменательной победы в этот вечер во дворце собралась не просто элита общества, но те люди, которые за завтраком успевают развязать войну с соседом, а за обедом уже подписать мирный договор. Кого здесь только не было: люди, высшие эльфы, гномы, не говоря уж о представителях стремительно растущей в столице общины троллей.

На этом празднике жизни я оказалась не по своей воле. К балам я была непривычна и потому всегда чувствовала себя на них не в своей тарелке. Но начальница моего отдела сегодня была вызвана во дворец по каким-то неотложным делам, а остальные члены коллектива такие приемы тоже по возможности избегали. Им подавай расследования, да позаковыристей. Так что отдуваться за Особый отдел при Министерстве Чар отправили меня – только поступившую на службу стажерку Аврору Майли.

Овальный зал был украшен тысячами разноцветных свечей, парящих в воздухе. По светлому мраморному полу вился затейливый рисунок, удивительным образом перекликающийся с изломами жемчужных драпировок на колоннах и массивных окнах. Но даже подобное великолепие меркло в сравнении с потрясающим стеклянным куполом, венчающим зал. Несмотря на то что даже в осеннее время года в столице темнеет очень поздно и за окном еще тлел последний закатный луч, над куполом царила глубокая ночь. Каждые полчаса там происходила смена созвездий, сопровождающаяся грандиозным метеоритным дождем.

Мне всегда нравилась такая магия. Красиво, пусть и пафосно.

Чтобы лучше рассмотреть очередную метаморфозу зодиака, я подошла почти к самому центру зала.

Внезапно до меня донеслось знакомое хихиканье:

– Что вы, Бенджамин! Я уверена, вы лукавите…

В метре от меня стояла Фелисити Найт собственной персоной – старая «подруга» еще со времен учебы в Академии Чар. К глубочайшему сожалению, наши пути постоянно пересекаются, и потому нам очень часто приходится терпеть общество друг друга. Почему терпеть? А потому, что мне нравятся книги и алхимия, а ей – дворцовый этикет и придворные балы. Вот и скажите, о чем с ней можно разговаривать? Ее семья славилась своим древним происхождением, а сама Фелисити считала, что ничего важнее этого не существует. И когда я, без роду без племени, неожиданно оказалась во сто крат талантливее ее во владении магией, да и вообще впереди всего курса, Фелли это принять не смогла, такая «несправедливость» доводила ее до исступления.

Изящная ручка Фелисити покоилась на перчатке Атертона. Они обменивались приветливыми улыбками. Впрочем, Бена всегда окружают либо красотки, либо поклонники его магического таланта. Поговаривают, что он следующий в очереди на место главы своего департамента в Министерстве Чар, и это при том, что ему нет еще и двадцати трех. Хотя кто знает, что он за фрукт на самом деле, – у него в друзьях имеется даже наследный принц. Может, дело просто в связях и его благородном происхождении, а совсем не в таланте? Самой мне наблюдать мага в деле не приходилось, все же его департамент действует за пределами королевства. В любом случае внимание Фелисити к его персоне было понятно. Несмотря на то что писем с предложениями руки и сердца у чертовки было столько, что впору было открывать отдельную библиотеку, Фелли всегда целилась чуть выше, чем остальные. Меня все эти любовные перипетии волновали мало: в жизни стажерки и без них хватает проблем!

Убрав с лица непослушный локон, я вновь обратилась к волшебному ночному небу, по которому величественно плыли яркие серебряные звезды…

Неожиданно в дальнем конце зала послышался истошный вопль. Все замерли, включая остановившийся посреди вальса оркестр. Крик повторился, на этот раз громче.

Атертон, я, да и многие другие, бросились на звук. Добежав до очередной белой колонны, я остановилась. Зрелище было ужасающее. Кричавший уже мало напоминал человека. Все его тело было покрыто темно-зелеными язвами, а между ними алели воспаленные остатки кожи. Что странно, характерного запаха я не чувствовала, хотя ощущение было, будто его зажарили заживо, медленно и мучительно. Глаза мужчины закатились, он захлебывался кровью, потоками льющейся изо рта и носа. Его камзол цвета слоновой кости насквозь пропитался ей и теперь стал грязно-бурым. Маги вокруг меня, включая Атертона, что-то колдовали, хотя было очевидно: бедняге уже не помочь. Спустя несколько секунд агония закончилась. И повисла тишина, показавшаяся мне оглушительнее любого крика.

Первым заговорил Бен. Подозвав мальчишку-слугу с перекошенным от ужаса лицом, он наказал ему срочно отправить весточку в Министерство Чар. То, что эта смерть не была обычной, понимали все, а значит, нужны специалисты.

Кем я, кстати, и являюсь, пусть пока и в статусе стажера.

Придержав рванувшего к выходу паренька, я как можно увереннее произнесла:

– Подобные случаи находятся в юрисдикции Особого отдела. Так что будь добр, им сообщи в первую очередь.

Головы присутствующих тут же повернулись ко мне. В их глазах я заметила привычное изумление. Со стороны я кажусь почти ребенком.

Атертон окинул меня скептическим взглядом.

– Неужели в Особый отдел теперь набирают школьников? – его губы расплылись в ехидной ухмылочке.

Нашел время придираться!

– Мне почти восемнадцать, и не понимаю, при чем тут мой возраст! – огрызнулась я. – Уверена, слуга передаст в Отдел информацию о случившемся и они скоро будут здесь, а до тех пор есть только я.

Маг скрестил руки на груди. Похоже, он был рад этому факту не больше моего…

Всегда удивлялась оперативности моих коллег. Они появились в зале не больше чем через полчаса. Я успела оцепить пространство вокруг несчастного заклятьем нерушимого барьера, осмотреть тело и опросить пару свидетелей – все согласно протоколу Отдела.

Люди постепенно приходили в себя, и благодаря помощи Бена и других оперативников, затесавшихся среди гостей, их удавалось держать в относительно спокойном состоянии.

Наконец к нам подошли. В этот раз прибыла лично моя начальница – Василиса Минявская, которая ко всему прочему была моей крестной, что не мешало ей общаться со мной таким же строгим тоном, каким она говорила с любым другим, будь он хоть трижды герцогом. И двое наших сотрудников: Лилит и Уилл.

Задав мне пару стандартных вопросов, Минявская похвалила за сообразительность и отошла переговорить с Атертоном.

Ко мне приблизились Лилит и Уилл.

– Ты как?

Было приятно, что в изумрудных глазах моей самой близкой подруги светилась забота.

Я коротко вздохнула.

– Да как тут будешь? Я и так эти вечеринки не перевариваю, а тут еще это…

Уилл похлопал меня по плечу.

– Ты отлично справилась, поверь мне. Помнится, Лилит на первом убийстве вывернуло так, что…

– А ну, хватит! – подруга шутливо толкнула его в бок. – Пошли лучше осмотрим тело.

Я сняла барьер, и мы остановились около все еще дымящихся останков. Первым к телу направился Уилл. В Отделе он славился своим беспрецедентным нюхом на магию, недаром среди его предков были северные оборотни. Правда, кроме нюха он унаследовал и необычайную волосатость. Выглядело это… забавно.

Моя крестная была уже рядом. Оказывается, они с Атертоном разобрались с вопросами юрисдикции и тому подобной бюрократической чепухой и дело было полностью передано под контроль Особого отдела. Уилл тут же поделился наблюдением, что здесь точно замешана магия, причем какая-то странная, с совершенно незнакомым ему запахом. Лилит тем временем деловито настраивала чары переноса для тела. На ее манипуляции я смотрела с некоторой завистью. Телепортация была сложным процессом, и проводить ее разрешалось лишь нескольким магам королевства. Лилит была одной из них, а вот мне таких привилегий пока никто не предоставил. А попробовать свои силы хотелось жутко.

Выслушав Уилла и убедившись, что место зачищено от последствий происшествия, Минявская приказала нам следовать за ней в офис.

Атертон провожал нас странным взглядом. Случившееся явно его заинтриговало. Однако вмешиваться он не спешил. И правильно! Нечего Его Оперативности сюда соваться, дело ведет Особый отдел!

Не успели мы подняться на второй этаж, на котором располагались основные рабочие места, как услышали громкие крики.

В центре большого зала в окружении наших коллег стоял крупный мужчина. В нем я узнала одного из придворных – графа Валетти. Кажется, он тоже был на балу. И как успел оказаться в Отделе раньше нас?

– Это возмутительно! – кричал он. – Как такое вообще могло произойти?!

Круглое лицо графа отсвечивало нездоровой желтизной, отчего походило на перезрелую тыкву, готовую вот-вот лопнуть.

– Я понимаю, вы расстроены, но мы приложим все силы к расследованию сего происшествия… – примирительно говорил Лоренс, один из наших клерков.

– Это, по-вашему, похоже на происшествие?! Это было чистой воды убийство, говорю вам! Я был от бедного Кристоффа в двух шагах…

Минявская решительно прошагала к графу.

– Ваше сиятельство, Лоренс прав. Мы во всем разберемся, а ваши показания мы обязательно сейчас запишем, – она кивнула стоящей тут же Марте Лири, первой язве Отдела, – пожалуйста, проходите вот к тому столу…

И начальница одарила графа одной из своих умопомрачительных улыбок. Той, от которой хочется заползти за ближайший фикус и одновременно падать в обморок от восторга.

Валетти ответил ей слегка ошалевшим взглядом, согласно качнул головой и поплелся к указанному столу.

Крестная тяжело вздохнула и повернулась к собравшимся. Все непроизвольно сжались. Ощущение было, что температура в зале упала градусов на пять.

– Ну что ж, коллеги, – начала она, обводя нас грозным взглядом, – ситуация сложилась крайне интересная…

– А что случилось-то? – послышался робкий вопрос с задних рядов.

– Сегодня в городе произошло несколько очень странных смертей…

Несколько? То есть этот Кристофф на балу был не единственным?

– Их связывает пока только причина смерти – неестественно быстрое и, должна заметить, крайне мучительное разрушение клеток организма с явным применением магии. По предварительным данным, жертвы никак не связаны, в том числе и расой: среди погибших люди, гномы, тролли и даже два эльфа. Пока я классифицирую произошедшее как убийства. Дело вырисовывается непростое, так что сформирую отдельную группу. Показания некоторых свидетелей у нас уже есть благодаря расторопности нового стажера, а вот остальные пойдем брать завтра. На этом все! Уилл, Лилит, Марта, ко мне в офис! Аврора, а ты куда собралась? Живо за мной!

Сотрудники Отдела с любопытством переглядывались, и вскоре по офису пошли шепотки, с каждой секундой набирающие мощность. Особый отдел убийствами не удивишь, но чтобы так необъяснимо и сразу несколько жертв в разных районах столицы… Это было нечто новенькое…

Спустя несколько минут мы все расселись за огромным столом во главе с Минявской.

– Сразу скажу, даже мне до сих пор непонятно, какого черта произошло, – мрачно начала она. – Сообщения об этих смертях поступают со всех концов столицы. Что бы это ни было, коснулось оно всех: от знати до обычных горожан. И в этом главная загвоздка. Ведь обычно ищем мы что? Мотив! А тут жертвы даже одним воздухом не дышали! У кого есть идеи?

Мы с Лилит переглянулись. Дельных мыслей пока было маловато.

Но Марта даром времени не теряла.

– Мэм, я готова взять на себя поиски связей между жертвами. Не может быть, чтобы ничего не нашлось…

Дородную, всю в кудряшках гномку в Отделе не особо любили. Кажется, Лилит называла ее выскочкой и первостатейной стервой. И многие коллеги были с подругой согласны, пусть и не говорили этого Марте в лицо. Но у нее талант к анализу информации, ее сопоставлению и так далее, то есть ко всему тому, что позволяет ей никогда не появляться на улицах, но уверенно раздавать указания остальным из-за широкого офисного стола. И Минявская терпела ее склочный характер: в нашей профессии разбрасываться хорошими кадрами вредно для жизни.

Крестная одобрительно кивнула:

– Завтра доложишься!

– Есть! – отрапортовала наша офисная злюка и отправилась на выход.

По дороге она кинула на меня презрительный взгляд: мол, зачем тебя-то сюда позвали, не доросла еще… И в чем-то я была с ней согласна. В оперативной работе мой опыт был пока невелик, к расследованию меня вряд ли привлекут. Может, хотят узнать, что случилось на балу из первых уст и со всеми кровавыми подробностями?

– Теперь с вами, – Минявская побарабанила пальцами по столу и по-командирски продолжила: – Лилит, ты, как специалист по видам магии, хватай Уилла за шикарный нос, и прочешите места происшествий со всей тщательностью. То, как умерли эти несчастные, ставит меня в тупик. Это явно необычная магия, в Зале торжеств это отметил и Уилл. Нужно срочно понять, с чем конкретно мы имеем дело. Я понятно излагаю?

– Да, мэм, предельно, – бодро ответили коллеги.

Кажется, никакие смерти не могли испортить их неизменно позитивный настрой.

– Отлично, тогда свободны.

Подруга, улыбнувшись, одними губами прошептала мне «Не дрейфь!» и отправилась вслед за Уиллом к двери.

– Теперь с тобой… Надо признать, масштабы проблемы потрясают. А учитывая, что вовлечены такие люди, как Валетти, просто так это все не закончится. Пусть до каких-то там бедняков знати нет дела, но случившееся задело их лично, а значит, приглядываться к тому, как мы ведем это дело, будут многие. Если что-то пойдет не так, они не побоятся слить все это прессе, а ты знаешь, как давно шишки в правительстве мечтают урезать обширные полномочия Отдела в королевстве. Даром что подчиняемся лично принцу. А Его Высочество всегда выступал против фаворитизма. Так что мне нужен кто-то, кто не будет отсвечивать, и поэтому…

Дзы-ы-ынь!

От внезапно задребезжавшего на столе зеркальца магической связи я аж подпрыгнула.

– Ну что ж… началось, – крестная сделала глубокий вдох и подняла изящную вещицу. – Минявская слушает!

По стремительно мрачнеющему лицу я поняла, что разговор далеко не из приятных. С той стороны отчетливо слышался глубокий и очень недовольный голос. Она бросила еще пару слов и, нарочито вежливо попрощавшись, с размаху опустила неповинный предмет на стол.

– Чертов министр! – немаленькие кулаки Минявской громыхнули по массивному столу. – Вечно хочет оставить за собой последнее слово. Да и принц хорош, мог бы и отвертеться как-то…

– Теть Василис, вы сейчас о чем?

– Сколько раз я просила не называть меня так?! Ты уже не маленькая, и мы не в песочнице, «мэм» будет достаточно, – крестная нервно пригладила выбившуюся из прически длинную темную прядь.

Я лишь хмыкнула, пряча улыбку. Знаю, она не любит, когда я ее так называю, но отказать себе в удовольствии не могу.

– Так вы мне поясните, зачем тут я, или телепатию тренировать?

– Не дерзи, – было видно, что она уже немного расслабилась. Словно разговор с министром навел ее на какие-то недоступные моему молодому стажерскому мозгу размышления. – Пусть Уилл, Лилит и Марта работают, их в городе знают, а вот тебя нет. А мне нужно, чтобы кто-то тихо и без лишнего плеска поискал нужные разгадки. Чует мое сердце, только убийствами мы не отделаемся. Ведется игра помасштабнее.

– То есть вы отправляете меня одну на задание?!

От радости я вскочила так резко, что чуть не отправила в полет любимую вазу крестной.

– Тихо, не кричи. Да, отправляю, но прошу тебя, не лезь туда, куда не просят! Твоя задача – просто собирать информацию и помогать остальным.

Я ликовала. Проявить себя я мечтала с того момента, как переступила порог Отдела. А тут такая возможность!

– Но на твоем месте я бы не сильно радовалась. Благодаря министру и тому, что Бенджамин Атертон – один из близких друзей нашего дражайшего королевского начальства, его отправили тебе в напарники. Якобы у него есть какой-то опыт работы с подобными инцидентами. По мне, так лучше бы дальше занимался внешними угрозами и не лез в наши дела, но разве меня кто-то послушает, – последние слова были сказаны недовольным шепотом.

Мне оставалось только хлопать глазами. Этого… этого Капитана Высокомерие мне в напарники?! Ой, нет, увольте, справлюсь сама.

Но только я открыла рот, чтобы высказать все, что думаю о маге, Минявская тут же вскинула руку:

– Да, придется учиться ладить с другими. Ты хочешь строить карьеру в министерстве и Отделе в частности? Хочешь! Для этого я тебя сюда и взяла.

– То есть не за красивые глазки?

– Аврора!

Я улыбнулась. Ладно, показывать характер можно кому-нибудь поинтереснее, например одному несносному магу с голубыми глазами.

– Ты прекрасно знаешь, на что способна, я просто хочу, чтобы и другие это знали. Тайна есть, голова есть, дальше разберешься. Первым делом отправляйся в старые архивы Отдела, Атертон встретится с тобой там. Симптомы у жертв крайне необычны, и мы должны определить вид магии, которая могла сотворить такое, – она наморщила высокий лоб. – Если память мне не изменяет, последний похожий случай произошел лет триста назад. И пока Уилл и Лилит заняты настоящим, ты пороешься в прошлом…

– То есть такое все-таки происходило раньше? – недоверчиво спросила я.

– Не совсем, но нечто схожее. В те времена использование магии не регулировалось так строго, как сегодня. Доложишь о результатах, на этом свободна. И, Аврора… не геройствуй…

– Обещать ничего не могу, стажерам Особого отдела трусить не положено по Уставу, – не удержавшись, съязвила я.

Крестной оставалось только покачать головой и с благословением отправить фонтанирующую энтузиазмом новую сотрудницу на ее первую самостоятельную миссию.

* * *

* * *

* * *

### Глава 2. Лучший оперативник. Аврора

Большой Королевский Архив, этот удивительный комплекс в южной части города, – просто волшебное место… Нет, серьезно. Чтобы поддерживать это грандиозное заведение в порядке и чистоте, не покладая рук работают лучшие маги-архитекторы города вместе с целой толпой прислуги.

Это место по запутанности и размерам могло сравниться с небольшим городом. Архив имел несколько секций, под каждую из которых было выделено отдельное здание определенного цвета. Архитектура строений постоянно менялась, следуя то последним веяниям моды, то воле монархов. Например, наш нынешний правитель Александр VI очень любил строить что-то необычное, поэтому при его правлении в столице появилось столько новых зданий, сколько не строилось при жизни трех предыдущих королей вместе взятых.

К тому же абы кого в Архив в принципе не пускали. Доступ в комплекс был разрешен только при наличии у посетителя официальной накидки министерского мага, которые каждый из нас берег пуще любых драгоценностей. Правда, накидки Особого отдела были ярко-красного цвета, в отличие от приглушенных синих у остальных магов. Исключение в допуске делалось лишь для одаренных студентов из Академии Чар, имевших специальное разрешение. Я впервые в Архив так и попала. Здания произвели на меня неизгладимое впечатление. Столько мощи и магии, собранных в одном месте…

Даже под бледной луной здание, в котором располагался нужный мне отдел Архива, переливалось всеми оттенками зелени, захватившей каждый уголок этого внушительных размеров корпуса (благодаря специальному климатическому заклятью растения оставались зелеными круглый год). Когда я училась, северная стена еще была девственно-чистой, теперь же изумрудное буйство нарушали лишь белокаменные фонтаны, расположившиеся среди аккуратных газонов и дорожек, да массивные скамейки, усыпанные припозднившимися магами.

Махнув рукой паре знакомых, я поспешила в отворенную настежь внушительную двустворчатую дверь красного дерева. Внутри меня ждало неровное свечение магических кристаллов, понатыканных на каждый подходящий стенной уступ. Оттенки были выбраны сплошь желтые и оранжевые, видимо с целью создать иллюзию настоящих свечей. Отметив, что народу непривычно много для столь позднего часа, я направилась к стойке библиотекаря. Передо мной в очереди стояли еще двое, так что можно было спокойно оглядеться вокруг. Архив и раньше казался мне гигантским, но, кажется, за то время, что я сюда не заглядывала, тут прибавились как минимум несколько десятков новых стеллажей и пара совершенно новых секций. Из омута воспоминаний меня вытянул слегка надтреснутый голос одной из местных сов.

Здесь мне придется сделать маленькое отступление. Дело в том, что несколько лет назад один из магов вывел особый вид сов – сову-ассистента. Он наделил этих и без того прекрасных птиц развитым интеллектом и невероятно высокой способностью к обучению. Слыхали про то, как кошки состоят на королевской службе, отлавливая мышей? Тут примерно то же самое. Теперь каждое учреждение в стране имеет в штате этих удивительных созданий. У нас в Отделе их аж две.

Благодаря мутации у сов также развилась возможность разговаривать на человеческом языке. Но спрашивать меня, как и почему это получилось, совершенно бесполезно – в магенетике я не сильна.

Сову, к которой подошла я, звали Саша, и она работала в архиве уже три года.

– Надо же! Аврора Майли собственной персоной!

Я ласково улыбнулась.

– Давненько ты к нам не забегала.

– Ладно тебе, Саш, ты же знаешь, я теперь стажируюсь в Особом отделе, а там не до чтения.

– Знаю, знаю, – сова повела крылом. – Так что привело тебя в нашу скромную обитель?

– Мне нужны все записи об убийствах, которые расследовал наш Отдел примерно триста лет назад.

Сова мелодично присвистнула.

– Ничего себе задачка…

– Да уж, – я виновато развела руками.

– Да не переживай ты так! – она вдруг хитро подмигнула мне желтым глазом. – На самом деле мне даже искать не придется, все нужные записи уже в зале.

– Стоп. А как ты узнала, что они мне понадобятся?

– Так я и не знала. Час назад пришел какой-то парень в синей накидке Министерства Чар и сделал точно такой же запрос.

Неужто Атертон уже здесь? Черт, я-то надеялась, что успею взглянуть на документы раньше него. А маг времени даром не теряет…

– Ничего, все нормально. Лучше скажи, где этот товарищ обосновался?

– В Изумрудном холле. Сидит там, даже не выходил никуда…

– Спасибо, Саш. До скорого!

Я махнула пернатой красавице рукой и решительным шагом направилась в дальнюю часть здания, где располагался величественный Изумрудный холл.

Меня одновременно раздирали тревога и восторг.

Мое первое собственное задание! Жутко не хотелось подвести Отдел, и для себя я решила: как бы ни сложилось мое сотрудничество с Атертоном, в расследовании я выложусь на все двести!

Изумрудный холл встретил меня привычной прохладой и запахом истлевшей бумаги. Внутренняя облицовка зала была старой, если не сказать древней: не обновлялась она уже несколько столетий. Для комфорта посетителей центральную зону освободили от полок, заставив столами и широкими диванами. Народу в зале было сравнительно немного. Основная масса посетителей в теплое время года предпочитала познавать магическую науку среди журчания воды и ароматной зелени двора. Так что всю популяцию архива составляла пара сонных преподавателей Академии Чар и… он.

Атертон устроился на одном из уютных бархатных диванов, сосредоточенно просматривая какие-то документы. И на мое появление отреагировал лишь изящно изогнувшейся бровью.

Все-таки он чертовски хорош собой!

– Ах, это вы! – между тем сказал маг, демонстрируя свою фирменную улыбку. – Я могу вам чем-то помочь?

Ну ладно, да! Мне понадобилось несколько секунд, чтобы справиться с собой. Все-таки одно дело, когда он стоит в отдалении и ты знаешь, что ни при каких обстоятельствах не зацепишь взгляд первого сердцееда королевства, и совершенно другое – когда ты понимаешь, что придется с ним работать.

– Меня прислала Василиса Минявская… – я постаралась вложить в голос всю уверенность, на какую была способна.

В ту же секунду, как я произнесла эти слова, лицо Бенджамина изменилось. Такой фантастической надменности я даже у короля не видела!

– Тебя?! Она прислала мне в напарники стажерку?! – последние слова он разве что не выплюнул. – Они что, в этом Особом отделе совсем с ума посходили?

Столь внезапная перемена меня слегка огорошила, но лишь на секунду. К такой реакции на мое появление мне как раз не привыкать.

– Сэр, вы не могли бы держать себя в руках? Меня совершенно не радует, что ко мне приставили кого-то из министерства, я бы прекрасно справилась сама…

– Я буду разговаривать так, как хочу, стажерка! Я здесь только потому, что указание пришло от самого министра, иначе разгребать этот бардак тебе бы пришлось в одиночку. Как будто у меня других дел нет…

Я лишь хмыкнула. Ну, раз он не собирается церемониться, то и мне не придется.

– Значит, так, мистер Атертон, слушай сюда, – вкрадчиво сказала я, очаровательно улыбаясь, – меня совершенно не волнует, от чего тебя там отвлекли и кризис отношений с кем из наших соседей ты будешь решать завтра. У меня есть задание, которое я намерена выполнить. Поэтому если ты намерен вести себя как вздорный мальчишка, советую постоять в сторонке.

К подобному подходу мне приходилось прибегать не раз и не два. Каждый норовит потешить самолюбие за счет «глупенькой юной стажерки», но, к удивлению многих, редко кому это удается.

После моей тирады маг насторожился. И правильно.

– Слишком острый язычок для столь хрупкого создания… – прищурив взгляд, проговорил он. Во внимательно изучающих меня глазах мелькнуло нечто похожее на уважение. – Но раз уж нам придется работать вместе, предлагаю начать сначала. Меня зовут Бенджамин Атертон, но можно просто Бен. И кстати, на балу ты так и не назвала свое имя.

– Аврора, – ответила я, ежась от его пристального внимания, – Аврора Майли.

– Вот и познакомились! И давай сразу к делу, – его лицо мигом посерьезнело. – Я здесь уже битый час, и все без толку. С чего в Отделе вообще решили, что в этих записях что-то должно быть?

– Минявская лично дала мне задание. А она, как правило, не ошибается.

– Про вашу главу я наслышан, министр отзывается о ней с уважением.

– Еще бы! Такого специалиста, как она, во всем Шартре не сыскать! – не без гордости фыркнула я.

– Ладно, ладно. Верю, что у нее были свои причины. Давай изучим оставшиеся записи, а потом уже решим, что делать дальше, если ничего не найдем.

Время неслось со скоростью молнии, а мы топтались на прежнем месте. Единственное, что я почерпнула в этих записях, – работа магов триста лет назад была гораздо труднее, чем сейчас. Никакой тебе поддержки алхимиков, самописцев и сов-ассистентов. Все на своих двоих.

Внезапно от увлекательного чтения истории магических убийств меня отвлек раздраженный возглас Бена:

– Все впустую! Ну что мы можем тут найти?

– «Наберитесь терпения, и это принесет свои плоды…» – процитировала я нашего преподавателя по теории магии (мужик был полон избитых мудростей).

С кислым лицом Бен взял в руки очередную стопку пыльных томов.

– Мне начинает казаться, что я зря согласился на всю эту авантюру! Лучше бы уехал за тридевять земель, там хотя бы…

Дослушивать его ворчания я не стала, направившись к полкам за новой порцией записей. Уже привычно потянувшись наверх, я с удивлением заметила, что одного из томов не хватает.

– Эй, смотри-ка! Одной книги не хватает…

– Уверена?

Бросив недочитанные листы, Бен подошел ко мне.

Нахмурившись, я провела пальцем по темному дереву стеллажа. Некоторые книги стоят на этих полках столетиями, оставляя отчетливые метки.

Маг, аккуратно отстранив меня, приложил руку к зияющей книжной пустоте и принялся нашептывать слова на древнешартрском – большинство заклятий написано именно на нем.

– Действительно, странно… – наконец сказал маг. – Ментальный след есть, но его едва можно различить. Словно стоит какая-то магическая защита.

Чутье подсказывало: здесь кроется загадка. Подтянувшись поближе и приглядевшись внимательнее к дальней стенке стеллажа, я заметила едва различимый выступ. От остальной поверхности он отличался лишь шероховатостью и более светлым цветом древесины.

Легкое нажатие – и стенка пришла в движение! В задней панели образовалась ниша, где золотом поблескивал какой-то медальон.

Мы с Беном переглянулись.

Внутри меня что-то зашевелилось. И это что-то желало, чтобы я прикоснулась к находке.

В каком-то странном забытьи я протянула руку, но та была грубо перехвачена Беном.

– Аврора! Что с тобой? Его ведь не зря спрятали, нужно проверить, нет ли там проклятия или чего похуже…

Но сознание путалось, затуманенное диким непреодолимым желанием.

– Я должна…

Свободной от мага рукой я вновь потянулась вперед, но Бен был быстрее.

Ладонь мага накрыла металл, как вдруг он замер. Следом послышался странный хлопок, и все вокруг залил ослепляющий рубиновый свет.

Я невольно зажмурилась, а когда открыла глаза, Бен лежал на полу без сознания.

* * *

* * *

### Глава 3. Назад в прошлое. Бен

«Какое странное чувство… Словно я плыву куда-то, – думал я. – Ничего не вижу. Я что, ослеп? Да нет же, просто здесь очень темно… Стоп, а где это здесь?»

Постепенно глаза привыкли к темноте, и я понял, что нахожусь в какой-то палатке или шатре.

Ощущения были странные. Стараясь не обращать внимания на пульсирующую боль в висках, я попытался вспомнить, что произошло. Но получилось не очень.

С трудом поднявшись, я направился к единственному светлому пятну, за которым, я надеялся, скрывался выход.

Мне повезло: отвернув тяжелый полог, я шагнул прямо в теплый вечерний воздух, наполненный яркими вспышками в небе и жутким шумом. Вокруг царила суматоха и столпотворение. Прикрывая глаза рукой, я постарался осмотреться. На широкой равнине раскинулся огромный «монстр» из бесконечных черно-белых палаток, тонущий в ярких сполохах разноцветных гирлянд и фейерверков. Судя по всему, это была стоянка какого-то цирка или, может, ярмарки. Мимо прогуливались многочисленные посетители, среди которых монохромными пятнами мелькали местные работники в одинаковой черно-белой полосатой форме.

Мое внимание привлекла табличка на соседней палатке: «Магазин „Карта судьбы“: все, что вы хотели знать о грядущем, но боялись спросить. Халитская ярмарка, шатер №35».

Вот так-так. Как же это я умудрился оказаться на Халите? Чем дальше, тем интереснее.

Пока я разглядывал название шатра, мимо меня с фантастической скоростью пронесся щуплый мальчик-посыльный с огромным подносом для почты – такой на ярмарке устоялся способ связи между шатрами. Внезапно паренек резко вильнул в сторону, уворачиваясь от упражнявшегося в мастерстве глотателя огня, и ненароком налетел на меня. Не знаю, что тут сработало: неожиданность столкновения или резкая боль от ушибленной о соседний столб руки, – но внезапно я все вспомнил. Министерство, экстренную встречу с министром, поиски в Архиве и… ее.

Мальчишка, рассыпавшись в извинениях, уже скрылся за ближайшим поворотом, а я так и стоял, хватаясь то за раскалывающуюся от боли голову, то за стремительно распухавшее запястье.

Спокойно, Бенджи. Доводилось нам попадать в передряги и похуже. Надо поднапрячься и вспомнить, что произошло. Так, последнее, что я помню, – это стеллажи в Архиве. Аврора открыла какой-то тайник и… Что было дальше? Я почувствовал какую-то ловушку, но несносная стажерка все тянула к нему руки, и я… прикоснулся первым! Что ж, на кущи небесные похоже мало, так что, скорее всего, я жив.

Тогда каким образом меня занесло на ярмарку? На дворе уже осень, а Халита проходит строго в последние выходные дни лета. Да и погода слишком теплая. Что-то тут не вяжется…

Мои размышления прервала девчушка, во весь голос рассказывающая родителям о синих лягушках, которых она не далее как сегодня спасала в парковом пруду. Родители малышки, державшие ее за руки, постоянно бросали друг на друга тревожные взгляды. Девочка вдруг замолчала – ее внимание привлекли волшебные художества местного фокусника, чья палочка направо и налево цветастыми брызгами рассыпала простенькие фейерверки. И ведь даже проводник задействовал, дилетант…

Я поймал себя на мысли, что в чертах крохи было что-то знакомое. Например, этот карамельно-шоколадный цвет волос точно был мне знаком. Жаль, моя память на женские лица уже совсем не та.

Тем временем родители девочки отошли к соседней палатке, оставив дочь у входа.

И малышка, вдоволь насмотревшись на фокусы этого недомага, шустро направилась к стоящему чуть в отдалении шатру, у входа в который расположилась самая уродливая птица, какую я когда-либо видел.

Сложно сказать, почему я это сделал, но мне вдруг непреодолимо захотелось последовать за девчонкой, которая уже заходила в шатер. Наскоро сотворив покров невидимости, я спешно отправился за ней. Осторожно проскользнув мимо пернатого охранника, я, щурясь от нахлынувшей полутьмы, с любопытством огляделся.

Чего здесь только не было! Покосившиеся картонки для шляп, старинные часы всех мастей и размеров, невообразимое количество магических кристаллов, колбы с непонятным содержимым, которое того и гляди мне подмигнет, стопки пыльных книг и один полноценный человеческий скелет в высоком бордовом цилиндре. Миленько, ничего не скажешь…

И посреди этого «великолепия» восседала старуха в черном. Надо отдать должное девочке, она и не моргнула, хотя эта карга даже меня заставила чувствовать себя не в своей тарелке. Вскоре послышался скрипучий голос старухи и ответный мелодичный голосок маленькой гостьи. Стараясь не задеть горы хлама, я тихонько придвинулся поближе, отчаянно стараясь разобрать еле слышимые слова. Хотя я стоял не так уж далеко, до меня долетали лишь обрывки фраз. Что-то о магах и особом виде магии, остальное тонуло во тьме.

Внезапно снаружи послышались взволнованные возгласы.

– Аврора, милая! – кричала женщина.

И я вдруг понял, почему девочка показалась мне такой знакомой, – даже сейчас у девчонки были волосы точно такого же цвета, как в детстве… Но погодите, ведь это значит, что я попал в… Что за чушь! Каждый знает, путешествия во времени невозможны, этому учат на первом курсе Академии. И все же…

Я потер глаза, но ничего не изменилось. Голос становился все громче, и девочка спешно отправилась наружу. Проводив ее взглядом, я невольно подумал о том, как это удивительно, что из маленькой розовощекой пухляшки Аврора превратилась в столь, кхм, привлекательную особу…

И только я хотел выйти вслед за ней, как откуда-то из-под дальней занавески показался еще один ребенок. Разглядеть, мальчик это или девочка, было невозможно. Маленькая фигурка была закутана во всевозможные лохмотья, наполовину скрывавшие крохотное лицо. Ребенок шустро подбежал к старухе, в его руках был стакан с грязной мутноватой жидкостью.

К моему удивлению, карга ласково погладила малютку по голове, с благодарностью приняв напиток.

– Не волнуйся, дитя, – сказала она, громко прочистив горло, – мое время еще не пришло.

Малыш прижался к женщине так крепко, словно она была смыслом всей его жизни. Старуха качнулась вперед, и на ее груди среди складок рваной одежды блеснуло нечто темно-красное.

– Ничего, ничего, времени еще достаточно. Сегодня мы сделали первый шаг к нашей цели. Еще немного, и даже Дария не сможет нас остановить.

Женщина затряслась всем телом, извергая потоки неприятного смеха.

– Особый отдел еще поплатится! Мы справимся, дитя мое…

– Да, бабушка… – шепотом ответил ребенок.

Мне стало совсем не по себе, и я осторожно начал пробираться обратно к выходу. По дороге я по законам жанра умудрился задеть один из высоких позолоченных кувшинов, торчащих в проходе. Обитатели тента мгновенно обернулись на звук. Глаза ребенка вспыхнули неестественным темно-синим светом. Я не стал выяснять, смогут ли они обнаружить меня, и как можно быстрее вылетел из шатра на улицу.

Страшно не было, скорее любопытно. Даже в прошлой командировке в соседнюю с нами Кампеллу ситуация была куда опаснее.

Сбросив невидимость, я было хотел отправиться на поиски маленькой Авроры, как вдруг меня кто-то крепко схватил за руку.

Не дав даже опомниться, загадочная коренастая фигура затащила меня в крохотный закуток между двумя шатрами.

– Не бойся! Я не причиню тебе вреда!

Странная фигура сняла капюшон и оказалась моложавым мужчиной с копной темных волос и аккуратной бородкой. Удивительно, но его лицо было мне знакомо.

– Сомневаюсь, что у вас бы получилось, – огрызнулся я.

– Сейчас не до этого! – незнакомец явно торопился. – Если я правильно понял, у тебя мало времени, а рассказать нужно много.

– Рассказать? О чем вы? – осторожно спросил я, на всякий случай готовя подходящие боевые заклинания. – Как вы вообще узнали, что я буду здесь?

– Давай лучше начнем с того, как меня зовут.

Мужчина с опаской оглянулся по сторонам.

– Мое имя Артур Майли, я…

– Стоп. Артур Майли, придворный алхимик? Отец Авроры?!

– Видишь, мы уже начинаем понимать друг друга, – нервно улыбнулся мужчина.

Я, чуть помедлив, кивнул.

– Чудно! А теперь не перебивай меня и послушай! Ты попал сюда неслучайно. Наверняка ты уже догадался, что тебе удалось переместиться во времени.

– Но это невозможно!

– Я же просил не перебивать. Чему вас только в будущем учат… – укоризненно заявил собеседник. – Да, ты переместился во времени, и не надо смотреть на меня таким страшным взглядом! Случившееся было предопределено давным-давно. Да и переместился ты… как бы сказать… только астральным телом.

Он положил руки мне на плечи.

– Послушай меня, ваши с Авророй жизни в опасности, скоро вам придется столкнуться с теми, кто превосходит вас по силе, хитрости и не имеет абсолютно никакого морального компаса. Если, конечно, это уже не случилось… Мы с женой давно исследовали природу магии, обращались даже к самым опасным ее видам. И мне известно, что мы не доживем до того момента, когда сможем передать эти знания вам. Когда ты вернешься в свое время, вы с Авророй должны найти наши записи и использовать то, что мы смогли узнать, чтобы остановить грядущее… зло. Дочь поймет, как их найти и что делать.

В этот момент головная боль резко усилилась. Я схватился за виски.

– Времени почти нет! – отчаянно закричал Артур. – Запомни: подвал нашей лаборатории, полумесяц и солнце! Повтори!

– По-одвал лаборатории, полумесяц, солнце… – с трудом выдерживая пронизывающую раскаленной иглой боль, выговорил я.

– И самое важное: ты ни в коем случае не должен рассказывать Авроре о нашей встрече!

– Что? Почему? – прокряхтел я.

К горлу подкатила противная тошнота.

– Так для нее будет лучше. Обещай мне!

– Обещаю… – прошептал я и провалился во тьму.

### Глава 4. Связи. Аврора

Когда Бен упал без сознания, не скрою, поначалу я банально растерялась. Во-первых, я никогда не оказывалась в подобных ситуациях, а во-вторых, неожиданно для себя я вдруг поняла, что мне не все равно, что произойдет с этим выскочкой-магом, пусть и со времени нашего знакомства прошло всего ничего.

А дальше все произошло так быстро, что я даже пикнуть не успела. В холле мигом появились работники Архива, и Бена тут же перенесли на диван. Вокруг царила суета, слуги что-то кричали, а я лишь остолбенело переводила взгляд со своих рук на бледного Бена. Треклятая побрякушка валялась между нами, зловеще подмигивая кроваво-алыми рубинами обрамления. Странное желание коснуться ее улетучилось, но что на меня нашло – я так и не поняла. А ведь на месте Бена могла быть я…

Тем временем к Бену подошел кто-то еще. Он был высок, худощав, источал уверенность. Но накидки мага на нем не было. Странно…

Мужчина быстро оглядел покрытого бисером пота Бена и внезапно обратился ко мне:

– Мисс Майли, сожалею, что наша первая встреча проходит при столь неудачных обстоятельствах, однако на все воля божья. Карета ждет у входа, я прошу вас проследовать в нее, пока я организую телепортацию мастера Бенджамина.

– Простите, но кто вы? И куда собираетесь забрать Бена? – мой голос бессовестно дрожал.

– Меня зовут Ришли, мисс. Я служу дому Атертонов. Моя задача – обеспечить вашу безопасность и безопасность молодого господина. Он предупреждал, что вы можете его сопровождать. Сейчас наилучшим выходом из ситуации будет доставить и вас, и его в фамильное поместье. Надеюсь, вы понимаете всю серьезность сложившегося положения. В особняке нас уже ожидает лекарь. Он сможет ему помочь.

Отец всегда говорил, что я неплохо разбираюсь в людях. «Чувствуешь нутром», – так, кажется. Вот и сейчас быстренько прикинув все варианты, я поняла, что мужчина предлагает наиболее разумный из всех. Опять же, мало ли дам в королевстве мечтали попасть в дом самого Бенджамина Атертона? То-то и оно.

– Я могу чем-то помочь?

Ришли обаятельно улыбнулся.

– Нет, мисс. Пожалуйста, пройдите в карету.

Я еще раз кинула обеспокоенный взгляд на Бена и, осторожно обернув отсвечивающий красным медальон в свою накидку, вышла.

За свою недолгую жизнь мне удалось побывать во многих домах столицы, но такого дома, как у семьи Атертонов, я не видела никогда. Либо архитектор, который его строил, сошел с ума, либо я ничего не понимаю в современной архитектуре. Видимо, когда-то среди раскидистых парковых деревьев стоял строгий особняк из темного камня с остроконечными башенками и широкой подъездной дорогой. Но со временем к дому пристраивались все новые и новые флигели, пара дополнительных крыльев, оранжерея, отдельная магическая лаборатория в форме алхимической колбы, увенчанная стеклянным куполом (вероятно, там располагалась еще и обсерватория). В целом все строение скорее походило на небольшой сказочный замок, чем на чье-то родовое гнездо.

К тому времени, когда карета привезла меня в поместье, небо уже начинало светлеть. И признаться, на ногах я держалась с трудом.

На пороге меня встретила приветливая служанка в хрустко накрахмаленном передничке, которая тут же проводила в просторную, со вкусом обставленную гостиную. От нее я смогла добиться только того, что молодой господин уже здесь и им занимаются. После чего она, изящно поклонившись, шустро выскользнула за дверь.

Значит, Ришли не соврал, Бена действительно телепортировали. Ничего себе, ресурсы у этой семейки!

Оставшись одна, я вдруг осознала, насколько переживаю за этого недотепу. Он, считай, из-за меня схлопотал какой-то гадостью по голове. Черт… надеюсь, с ним все хорошо.

А за окном рассвет уже вошел в полную силу, раскрашивая стены гостиной во все оттенки оранжевого. Около получаса я с открытым ртом засматривалась на расставленные по комнате произведения искусства, виденные мной только на картинках, и уже собиралась идти выяснять все самостоятельно, как дверь внезапно распахнулась и в гостиную, расправляя закатанные рукава, вошел симпатичный молодой парень.

Одет он был с иголочки, и лишь торчащие во все стороны темные вьющиеся волосы выбивались из общего тщательно подобранного ансамбля. Накидки мага на нем тоже не было, но ошибиться было невозможно. К тому же на отвороте темно-серой жилетки идеально сидящего на нем костюма я заметила серебряную змею – знак Гильдии лекарей Шартра. Видимо, это тот парень, о котором говорил мистер Ришли.

– Доброе утро! – лицо незнакомца озарила широкая улыбка. – Аврора, верно? Могу я называть вас Авророй? Я Томас, можно просто Том. Хотел поблагодарить, что не бросили старшего братца в беде!

Не зря мне показалось, что они похожи. Вот он какой – Атертон. другой

– Что вы, мне не сложно! – ответила я, отчего-то заливаясь краской. – Кхм… скажите, а с Беном все в порядке?

– Сейчас ему уже ничего не угрожает. На том медальоне стояло мощное заклятие, но мне удалось нейтрализовать эффект, так что Бенджи сейчас отсыпается.

В комнате повисло молчание. Кажется, пора было собираться домой…

– Что ж, – смущенно продолжила я, – спасибо за гостеприимство, но сегодня был долгий день, и я бы хотела отправиться домой.

– Конечно, конечно, я попрошу отвезти вас.

Ожидая, пока подгонят карету, я с наслаждением вдыхала свежий утренний воздух. Легкий бриз доносил сладкий запах цветов – видимо, где-то за домом был сад.

Какое удивительное место! Обернувшись в сторону поместья, я вновь невольно восхитилась асимметричной красотой необычного дома Атертонов. В особняке горело лишь несколько окон.

«Интересно, какое из них Бена?» – подумала я и в который раз за сутки удивилась этим странным мыслям.

Уже дома, кое-как устроившись в постели, я попыталась ухватить хотя бы пару часов сна. Безуспешно. И только стоило мне наконец погрузиться в сон, как раздался громкий стук в дверь. Неимоверным усилием отодрав себя от кровати, я накинула халат и, громко ругаясь вслух, отправилась смотреть, какому это смельчаку взбрело в голову меня будить.

Добравшись до двери, я с недовольством заглянула в глазок.

Э, нет, ребята, мы на такие сюрпризы не договаривались!

На пороге стоял не кто иной, как Бенджамин Атертон.

Сердце тут же бешено заколотилось.

Оклемался, значит, и прямиком ко мне? Наверное, я должна быть польщена, но, стоя в тонком халатике с заспанным опухшим лицом, почувствовать это было трудновато.

Что ж, вечно держать его за дверью было невозможно, так что, кое-как приведя себя в порядок перед висящим в прихожей зеркалом, я открыла.

Выглядел Бен, мягко говоря, неважно. Последствия проклятия были, что называется, налицо. Под глазами виднелись мешки, а его обычно загорелая кожа была убийственно бледна.

– Доброе утро, – бесцветным голосом сказал он, – я могу войти?

Если честно, я не знала, как должна реагировать. Последнее, что я ожидала, – увидеть мага у себя дома.

Получив от меня растерянный кивок, Бен решительным шагом отправился прямиком в гостиную.

Я медленно последовала за ним.

– Я присяду? – поинтересовался он, бесцеремонно устраиваясь на диванчике, к слову единственном сиденье в комнате.

Молчание накрыло комнату тяжелым покрывалом. Не хватало только пресловутых сверчков.

Нервно прочистив горло, я спросила:

– Чаю?

– Буду признателен, – послышался сдержанный ответ.

«Да что же это такое?» – думала я, ставя на огонь любимый медный чайник.

Где сарказм, колкости, ирония, наконец? С ними было интереснее. От этой ледяной вежливости мне было не по себе.

Справившись с чайным подносом и кое-как собравшись с духом, я вышла в гостиную.

Бен осматривал комнату, с нескрываемым любопытством разглядывая обстановку моей крошечной квартирки. Мимоходом я подумала, что после его хором мои, наверное, кажутся жалкой лачугой. Но другого на зарплату стажерки я позволить не могла. Нарочно громко гремя посудой, я поставила чайные приборы на стол и присела в одно из кресел.

Продолжившееся молчание теперь приобрело неприятную вязкость. Маг решил выбраться из его плена первым.

– Кхм… мне кажется, я заслуживаю извинений…

Вот это поворот!

– С чего бы это?

Его глаза вспыхнули раздражением.

– Я предупреждал, чтобы ты не трогала медальон, пока я его не проверю, но ты же у нас суперумная ! Можешь все сама! А в итоге Тому пришлось меня вытаскивать чуть ли не с того света! стажерка

– Думаешь, я этого не знаю?! – в свою очередь взорвалась я. – Мне и самой интересно, что на меня нашло… Да я… я чуть сознание не потеряла, когда это случилось…

Скрестив руки на груди, он хитро прищурился.

– Так за каким лядом ты к нему полезла?

– Сложно объяснить… только я его увидела, как мне нестерпимо захотелось прикоснуться…

В глубине души, конечно, было стыдно. Но только самую капельку!

– Вот что значит связываться с новичками… – тяжело вздохнул маг, но, заметив мой недовольный взгляд, хмуро продолжил: – Ладно, сейчас было бы здорово понять, откуда столь сильное проклятие и что в этом медальоне такого особенного. Где он?

Вместо ответа я дотянулась до своей рабочей сумки и осторожно вытащила оттуда сверток. Сквозь ткань пробивалось красное свечение.

Получив медальон в руки, Бен закрыл глаза и прошептал несколько слов.

– Странно, – удивленно пробормотал он, – сейчас в нем ничего нет, даже частички магии, обычное ожерелье…

Я с опаской взяла побрякушку и вгляделась в ее рельефную поверхность.

– Слушай, а ведь эти символы мне знакомы… – сказала я, указывая на искусно выполненные плетения в виде скрещенных солнца и полумесяца. – Эй, что с тобой?

Бен выглядел так, словно увидел призрака.

– Солнце и полумесяц… не может быть… – ошарашенно прошептал он.

Но узнать, о чем это он, я не успела.

Настольное зеркало связи внезапно пошло рябью и задребезжало.

Отложив книгу, я прикоснулась к серебряной поверхности.

– Аврора слушает!

В небольшом овале возникла белобрысая голова секретаря Минявской, Валерии, прощебетавшей, что в Отделе назначено срочное совещание и если Бенджамин Атертон со мной, то его тоже нужно поставить в известность. После чего она тут же отключилась.

Слышавший разговор маг уже поднялся, явно собираясь пройти к выходу.

Закатив глаза, я заявила:

– А мне предлагаешь так в халате и ехать?

Словно взглянув на меня в первый раз, Бен захлопал глазами и, сообразив, о чем я говорю, с готовностью кивнул, пряча смущенную улыбку.

Напряжение в комнате, где проходило совещание, к моменту нашего прибытия можно было не просто ножом резать, но и устраивать распродажу излишков всем желающим. С разных концов небольшого стола сверлили друг друга взглядами величественная Василиса Минявская и пожилой, но все еще статный мужчина крепкого телосложения, являющийся самим нынешним министром Чар Аполлинием Варди. Кроме нас и начальства в переговорной присутствовали все члены группы, расследующей таинственные убийства. Марта была вновь чем-то недовольна, ну а Лилит и Уилл о чем-то увлеченно переговаривались.

– …Полли, ну сколько можно! – кипятилась крестная.

– Ты же знаешь, я ненавижу, когда ты меня так зовешь! – огрызался Варди. – И вообще, я давно говорю королю, что от Особого отдела проку как от козла молока, только эксплуатируете магические ресурсы да место в государственном здании занимаете…

Минявская побелела. По опыту знаю, когда ее лицо становится такого цвета, лучше срочно прятаться под ближайший стол.

– Ну, Полли, это уже слишком…

Пока перебранка продолжалась, ко мне приблизилась Лилит.

– Привет, – прошептала она, – нехилое представление, да? Они так уже полчаса препираются.

– Да уж, жаль толку в этом никакого, – так же тихо ответила я.

Лилит внезапно пихнула меня в бок и сделала легкий кивок в сторону Бена.

– Давай лучше колись, как тебе работается с самим Бенджамином Атертоном? – ее зеленые глаза пылали любопытством.

– Да ладно тебе, Лил, маг как маг…

Глаза подруги сощурились.

– А почему тогда у тебя кончики ушей покраснели? – ехидно спросила она. – Сама знаешь, такое происходит, только когда ты врешь.

На этот раз была моя очередь ее пихать.

– Хорошо, хорошо, только давай не будем об этом здесь и сейчас. Тут дела поинтереснее творятся. Вчера вообще такое было…

Лилит придвинулась ближе и навострила уши. Но поделиться находкой в Архиве я не успела, Лилит и Уилла вызвали на доклад.

Как и было приказано, была тщательно осмотрена большая часть мест преступлений. Все, что коллеги смогли доподлинно определить, – то, что орудием убийства стал очень необычный вид магии. Оба утверждали, что никогда с таким не сталкивались. Оборотень заявил, что запах у этой магии очень неприятный, он бы даже сказал, токсичный. Этакий магический эквивалент яда.

От меня не укрылось, какие красноречивые взгляды бросали друга на друга крестная и министр. Словно точно знали, о чем идет речь. В свою очередь Марта рассказала, что связи между жертвами она не нашла. Все, что удалось установить: каждый из убитых хоть раз бывал в «Изнанке». И это было странно. Подземная часть столицы не то место, куда можно забрести просто по неосторожности.

Когда очередь дошла до нас, я поведала о наших приключениях в Архиве и выложила на стол злополучную находку. Бен уверил присутствующих, что теперь медальон безопасен. Побрякушка пошла по рукам, но ничего, кроме недоумения, не вызвала. Все происходящее ставило меня в тупик. Что было целью убийств? И почему медальон, защищенный столь мощным проклятием, был спрятан в архивах?

Мои размышления прервал Бен, обративший внимание коллег на необычные символы полумесяца и солнца, поблескивающие полированными гранями. Спохватившись, и я вставила свои два слова. Ведь подобные рисунки я видела на книгах в лаборатории родителей. Словно подтверждая мои подозрения о том, что нам не все рассказывают, начальство ухватилось за эту совершенно косвенную ниточку, наказав нам с Беном отправиться туда как можно скорее. «Все же алхимики Майли были выдающимися учеными по части видов магии», – объяснила крестная. А Бен даже не возразил, словно знал, что этим все и кончится. Голова шла кругом.

В лабораторию с нами рвалась и Лилит. Наверное, переживает за меня… пусть и пострадал только Бен. Но ее вместе с Уиллом отправили обшаривать оставшиеся места убийств, велев также заглянуть к министерским алхимикам: возможно, запах, который учуял Уилл, действительно означает некий симбиоз магии и ядов. Марта добавила, что не готова сдаться и постарается поискать связи между убитыми с учетом их пребывания в «Изнанке». И под нахмуренными взглядами Минявской и министра мы разошлись по своим делам.

* * *

* * *

* * *

* * *


### Глава 5. Что хранит волшебница. Аврора

Вот уже полчаса, как мы с Беном покинули Отдел и направлялись прочь от столицы в старую лабораторию моих родителей.

Когда-то все магические лаборатории располагались в самой столице. Однако после пяти-шести довольно фееричных взрывов размещать лаборатории в черте города стало невыгодно. Многие из них принадлежали государству, а королевская казна не любит убытков. Поэтому вскоре за городом образовался отдельный участок, застроенный лабораториями самых различных направлений: от зельеварения до медицины. За взрывоопасность он приобрел собственное прозвище: «Фитиль». Раньше на этом месте был густой лес, но специально под строительство пространство значительно расчистили. Здесь ученые могли творить любые эксперименты, не боясь случайно взорвать булочную по соседству. Это, кстати, не мешало им взрывать друг друга – строительные молотки здесь стучали чуть ли не каждую неделю.

– А тебе не показалось, что министр и Минявская что-то от нас скрывают? – спросила я, задумчиво перебирая кисточки на окнах кареты.

– Да кто же их знает. Согласен, выглядело странно, но, если бы это касалось нашего расследования, уверен, нас бы ввели в курс дела. Раз они промолчали, значит, так положено.

Ну надо же, какой правильный! Но я решила не отступать.

– Нет, субординация – это, конечно, важно, но не до такой же степени! Мне вот интересно, о чем были эти странные взгляды. Не знала, что ты такой блюститель правил…

– Не вижу в этом ничего плохого, – не обратив внимания на колкость, спокойно ответил Бен.

Разговор как-то не клеился, а жаль. К тому же один вопрос меня мучил с тех пор, как я с магом познакомилась.

– А скажи… почему тебя вообще приставили к Особому отделу? Я считала, что ваша оперативная братия служит строго за пределами королевства…

Прошла секунда, но маг молчал. В полутьме салона его лица было не разглядеть, и мне показалось, что Бен задремал.

– Об этом знают немногие, но кое-какие дела мы ведем и в Шартре, а что касается этих убийств… – он помолчал, словно подбирая слова. – Министр счел мое присутствие необходимым, и для меня этого достаточно.

На чем разговор и был закончен.

Спустя еще несколько поворотов стали отчетливо видны покатые крыши «Фитиля».

Я вздохнула. Слишком хорошо я помнила эту дорогу. Родители проводили в лаборатории большую часть своего времени. У них в гостях бывали и другие алхимики и прочие ученые Шартра. А как-то раз приезжали даже студенты Академии с экскурсией.

На втором этаже специально для нас были оборудованы спальни. Учитывая, что эксперименты в «Фитиле» велись на каждом углу, гулять мне, конечно, разрешалось строго на поляне около самой лаборатории.

Странно, но по прошествии времени у меня не было желания сюда вернуться. Воспоминания об этом месте – это как вечно незаживающая рана, с которой я ничего не могу поделать. Ведь родители погибли здесь всего пару лет назад. Какой-то из очередных алхимических опытов пошел не так, и все закончилось пожаром. Я тогда училась в Академии и даже не успела с ними попрощаться.

С трудом проглотив комок в горле, я постаралась незаметно смахнуть навернувшиеся слезы.

– Ты в порядке?

– Что? А, да, конечно. Остановиться можно вот там, под каштаном, – это я уже крикнула вознице.

– Ого, вот это дерево! – восхищенно произнес Бен.

Я не смогла сдержать улыбку.

Древний раскидистый каштан был местным старожилом, пережившим и потопы, и ураганы, а один раз даже превращение в юную нимфу… Преинтереснейшая тогда вышла история…

– Этот великан рос здесь, сколько я себя помню, ему что-то около двух сотен лет. Когда родители заняли эту лабораторию, я была еще совсем маленькой. Отец даже построил мне домик наверху.

Я указала на остатки деревянной конструкции, темными иглами торчащие из буро-зеленой кроны.

Тем временем карета замерла. Выбравшись наружу, я со смешанным сладостно-горьким чувством вдохнула прохладный лесной воздух.

Наказав вознице ждать у дерева, мы двинулись вперед.

Удивительно, как быстро здания теряют обжитой вид, стоит людям их покинуть. Лаборатория явно нуждалась в капитальном ремонте. Когда-то двухэтажное здание сильно обветшало, кое-где обсыпалось. По темно-красным остовам стен змеились черные разводы копоти. После пожара уцелел лишь первый этаж и подвал.

Пока я предавалась ностальгии, Бен осматривался. В его движениях сквозила какая-то нервозность. И где-то в глубине души поселился неприятный холодок. Маг тоже будто что-то скрывает…

С трудом отперев рассохшиеся почерневшие двери, мы вошли внутрь.

– Ну и пылища, – изрекла я, огласив холл первого этажа оглушительным чихом.

– Фантастическая наблюдательность, – съязвил маг, – достойная стажерки Особого отдела!

Я лишь фыркнула.

Шаг за шагом мы продвигались вглубь дома. Изнутри он выглядел не лучше, чем снаружи. Входная дверь осталась открытой, и покореженные деревянные перекрытия, поддавшись напору сквозняка, противно скрипели.

Все здесь дышало прошлым: скрытая тканью изувеченная мебель, обрывки того, что когда-то было портьерами, испорченные гарью картины на стенах…

Лаборатория встретила нас мертвой тишиной.

В очередной раз закашлявшись, я с немалым трудом смогла открыть одно из окон главного холла. Мама всегда махала мне из него, когда звала обедать… На секунду я вновь почувствовала себя маленькой девочкой, которая играла с лягушками в пруду и мечтала стать лучшим магом всех времен.

Предавшись счастливым воспоминаниям, я и не заметила, что Бен внимательно смотрит на меня.

– С тобой все в порядке?

– Да, конечно… просто немного душно, – соврала я.

Он нахмурился, но спрашивать больше не стал.

Наконец мы ступили на лестницу, ведущую на подвальный этаж, сохранившийся, кстати, гораздо лучше, чем первый. Остались нетронутыми даже покрытые лаковыми панелями стены.

Бен прошел вперед, и я не возражала. Мало ли, что там, внизу. Не то чтобы я трусила, но пребывание здесь всколыхнуло во мне нечто забытое и очень болезненное.

Кованая винтовая лестница привела нас в небольшой коридор, в котором кучами было свалено вздувшееся, испорченное оборудование – все, что осталось после пожара уровнем выше.

Бен выглядел сосредоточенным, не отпускал шуточек, не подкалывал. Похоже, депрессивная атмосфера этого места давила и на него.

В конце прохода виднелась очередная комната – центральная для этого этажа. Бен сразу пошел внутрь, а я притормозила – полюбоваться на портрет родителей, так и оставшийся висеть на стене. Холст пожелтел, но краски все еще были яркими. Родители стояли в окружении любимых колб и пробирок, улыбаясь друг другу. Это один из последних их портретов…

Против моего желания в глазах снова появились слезы.

Внезапно послышался резкий звук захлопнувшейся двери.

– Если ты хотел уединиться, то можно было просто попросить, – ехидно заметила я, подходя к наглухо закрытой двери комнаты, в которую прошел Бен.

Ответом мне стало гробовое молчание.

Я подергала кованые ручки, но упрямое дерево не двинулось с места.

– Бен! – громко позвала я.

Что-то явно было не так.

Я кинула взгляд вниз. В узкую щель медленно сочился странный зеленый туман…

Что еще за чертовщина?!

Глубоко вдохнув, я как можно сильнее навалилась на проклятую створку.

– Аврора! Аврора, ты меня слышишь? – слова мага донеслись до меня словно из другого измерения.

– Бен! Ты в порядке?! Я не могу открыть дверь!

Послышался приглушенный кашель.

– Пока да, но, боюсь, это ненадолго. Дверь точно запечатана магией, и не слабой, так просто не развеешь. Да еще этот туман…

На секунду он замолк, и мое сердце испуганно екнуло.

– Не хочу тебя расстраивать, но это «поцелуй принца», – наконец продолжил он, – жутко неприятная штука. Сначала он погружает жертву в сон, а потом, если быстро не оказать помощь, человек умирает…

С той стороны послышались глухие удары, штукатурка вокруг двери посыпалась мелкими песчинками.

Бен тихо выругался.

– Ни в какую… Аврора, отойди в сторону! Я попробую телепортироваться!

Я послушно сделала шаг назад. Прошло мгновенье, другое. Затаив дыхание, я пыталась успокоить обезумевшее сердце.

Пространство перед дверью пошло рябью, заклятье начало действовать!

Но вместо невредимого мага я услышала лишь его ослабевший голос:

– С моей стороны это бесполезно, вокруг рамы… врезаны… нейтрализующие… – голос Бена стал еле различимым, пока окончательно не пропал.

Меня накрыла паника… Спокойно, Аврора! Вспомни тренировки в Академии!

Для начала надо обезопасить себя! Оторвав лоскут от подола платья, я повязала импровизированную маску на лицо.

Просто открыть дверь не получится. Если уж Бен не смог, мне и подавно не справиться. Остается только… что он там сказал? С его стороны телепортироваться нельзя, тогда, выходит, с моей-то…

Пальцы похолодели от страха.

Ты же хотела шанс попрактиковаться в перемещениях? В следующий раз мечтать будешь осторожнее…

«Что я наделала!» – тревожным набатом долбило мне в виски.

Вот уже пара секунд, как я закончила заклинание, а Бен все не появлялся. В полнейшем ужасе я закрыла лицо руками и медленно сползла по пыльной кирпичной стене.

Неожиданно послышался легкий хлопок, и, открыв глаза, я увидела мертвенно бледного чародея, распластавшегося на грязном полу. От счастья я чуть не закричала!

Хотя радоваться было рановато – глаза Бена были закрыты… Черт, он же еще под действием «принца»!

Я вскочила, надеясь, что ослабевшие от переживаний ноги меня не подведут, особенно теперь, когда нужно было вытащить из этого подвала не только себя, но и мага.

Спустя две передышки и несколько весьма ощутимых ушибов я наконец втащила Бена на первый этаж. Сбросив повязку с лица, я приложила ухо к его груди на уровне сердца. И, услышав благословенное «тук-тук, тук-тук», облегченно выдохнула. Он жив, а это уже что-то.

Напрягая перегруженный мозг, я попыталась вспомнить лекции по разновидностям заклятий. Кажется, «поцелуй принца» можно было снять… ой, мамочки!

В голове зазвучал скрипучий голос нашей гномихи-преподавательницы: «Чтобы спасти того, кто оказался под влиянием этого заклятья, нужен поцелуй. Причем подойдет первый попавшийся. Сколько было в истории из-за этого скандалов, вы себе не представляете…»

Сглотнув, я в отчаянии посмотрела на Бена. С личной жизнью у меня в принципе был напряг, и… стыдно признаться, поцелуев со мной пока как-то не случалось.

Тряхнув головой, я попыталась выбросить из головы эти глупости. Ты профессионал или кто? Твой товарищ тут умирает, а ты мнешься! Он бы сделал для тебя то же самое. И, отбросив сомнения, я наклонилась к еле живому оперативнику.

– Аврора… что случилось? – голос Бена, пусть и слабый, был словно бальзам на душу.

– Ну, как тебе сказать… – я отвернулась в другую сторону, старательно пряча пылающие щеки. – Один чародей оказался в магической ловушке, и одной талантливой стажерке пришлось его срочно спасать. Так что ничего особенного!

Бен ошарашенно замолчал.

– Погоди, я помню комнату, потом захлопнулась дверь, и повалил этот отвратительный туман, вынести ее не получилось, а затем… – он потряс головой.

– Ты отключился, и мне пришлось вытаскивать тебя оттуда, – услужливо подсказала я, помогая ему подняться.

Он бросил на меня недоверчивый взгляд.

– Но дверь была запечатана магией, как же ты…

– Ну ты же заговорил о телепортации, вот я и прислушалась к совету, – с победной ухмылкой ответила я.

– Ты… ты самостоятельно телепортировала меня из комнаты?

Я пожала плечами. Мол, а что такого сверхъестественного? Но грудь распирало от гордости.

Внезапно он положил руки мне на плечи.

– Больше никогда, слышишь, никогда не применяй телепортацию самостоятельно!

– А что я такого сделала? – удивилась я.

– Телепортация – штука нестабильная, не зря лицензию на ее использование выдают лишь нескольким, лучшим магам. Если кто-то узнает, тебе может грозить заключение или что похуже, ты понимаешь?

Аккуратно освободившись из его объятий, я сделала шаг назад.

– Правила существуют, чтобы их нарушать, и, если мне нужно будет спасти чью-то жизнь, никакие наказания меня не остановят, понятно? И кстати, не стоит благодарности!

И, одарив его победоносным взглядом, я направилась к лестнице в подвал, оставляя Бена в немом изумлении.

К тому моменту, как мы добрались до комнаты, туман почти рассеялся. То тут, то там еще витали зеленые клочки, но опасности они уже не представляли.

Нижняя лаборатория была довольно просторной, пусть и с низким потолком. Как только мы вошли, заиграли красками магические кристаллы, симметрично торчащие из каждой стены. Вокруг тут же заплясали мягкие отсветы и тени.

Четыре стены покрывала искусно выложенная мозаика, рассказывающая историю короля Иберия и первой волшебницы Шартра Дарии. Всю дальнюю стену занимало масштабное изображение пяти апельсиновых деревьев, символизирующих сад, разбитый принцем во дворце для возлюбленной.

Эта мозаика всегда мне нравилась. Каждый кусочек стекла был кропотливо подобран по цвету и размеру, а зачарованные краски с годами становились только ярче. Фигуры короля и Дарии были изящными, тонкими, словно сошедшими со страниц сказок моего детства. Не знаю, как это объяснить, но их история всегда находила во мне отклик, будто я переживала события вместе с ними. На секунду я замерла, наслаждаясь волшебством.

– Солнце и полумесяц… – вполголоса пробормотал Бен.

– Что?

Он поманил меня пальцем и указал на самое крайнее дерево.

– Те же символы, что и на медальоне из Архива.

Я подошла ближе, силясь рассмотреть изображение.

Оказывается, в корни дерева была вплетена корзина с четырьмя золотистыми апельсинами. Корзинка почти сливалась с окружающим ее узором – сразу и не заметишь. А в самом ее низу, переливаясь всеми цветами радуги, и правда светился солнечный диск, окаймленный неполной луной.

Я присела на корточки и протянула руку. Только я коснулась стены, как с легким пшиком на апельсинах проступили цифры.

– Ничего себе… – присвистнул Бен.

Головоломка! Родители их обожали. Они стали своего рода семейным развлечением, мы даже соревнования на время устраивали.

Бен тем временем начал методично простукивать стену с изображением корзины.

Покачав головой, я мягко его остановила:

– Видишь, каждый из апельсинов помечен цифрой? Нам просто нужно ввести правильный код, и…

– И?

– Откуда мне знать? – я развела руками. – Ловушка тут тоже не просто так стояла, родители очень не хотели, чтобы кто-то сюда попал.

– Предположим… И какая комбинация?

– Хороший вопрос! Судя по количеству апельсинов, она состоит из четырех чисел… хм, а родители обожали историю магии. Может, это какая-то дата?

Поразмыслив, маг глубокомысленно изрек:

– Попробуй год твоего рождения.

– Пфф! Не может быть все так про…

Но он решительно оттолкнул меня локтем и ввел цифры сам. Когда только их запомнил…

К моему удивлению, апельсины пришли в движение, издавая при этом противное скрежетание. Затем, закончив свой геометрический танец, они с легким щелчком встали на место, открывая небольшую нишу посередине корзинки.

Внутри лежал невзрачный льняной сверток, перевязанный бечевкой.

Мои руки вновь потянулись вперед, но на этот раз Бен был непреклонен. Дважды наступать на эти грабли он не собирался. Остановив меня, он тщательно проверил тайник.

После того как мы убедились, что никаких проклятий на свертке нет, я осторожно извлекла его на свет. И в нетерпении принялась теребить веревку.

– Давай развернем там, – предложил маг, указывая на дощатый алхимический стол у соседней стены.

Я согласно кивнула. И минутой позже уже развязывала тугой узел, освобождая содержимое находки от пут и мягкой ткани упаковки. А внутри нас ждал…

– Свиток? – Бен был удивлен не меньше моего. – Запечатан сургучом. И на нем опять луна и солнце. Откуда он у твоих родителей?

«Мне бы и самой хотелось это знать!» – хмуро подумала я, а вслух сказала:

– Давай посмотрим пару страниц. Что-то мне подсказывает, там не просто исторические хроники…

Избавившись от скрепляющей печати, мы развернули страницы. Текст был рукописным, а размашистый почерк отца я узнаю где угодно.

После краткого предисловия начиналась какая-то старинная легенда. Мы углубились в чтение.

Легенда о волшебнице и принце

В стародавние времена на краю великого королевства Шартр жила девочка Дария. С детства отличалась она красотой и добрым нравом.

У Дарии была младшая сестра Вэллария, которую все звали просто Вэлли.

Все свободное время они проводили друг с другом, играя в любимом апельсиновом саду. И вот однажды, когда девочки резвились среди деревьев, на них налетел вдруг порыв ветра необычайной силы. Испугавшись, сестры тут же юркнули под ближайший куст. Впрочем, ветер стих так же внезапно, как и появился, а сад озарила самая настоящая радуга. Сестры онемели от восторга. Желая коснуться удивительного чуда, Дария подошла ближе и увидела на концах разноцветного полукруга сидящих крохотных существ. Сестры знали, что иногда в садах могут жить феи. Заметив сестер, маленькие гостьи шумным роем вылетели к ним.

– Приветствую, молодые госпожи, – тоненьким голосом произнесла фея с ярко-красными крылышками.

– Здравствуйте… – зачарованно прошептала Дария.

Выглядывая из-за сестры, Вэлли осмелела и протянула маленькую ручку к феям. И те тут же весело закружились вокруг девочки, а «красные крылышки» присела на ее указательный пальчик.

Поначалу Дария сомневалась, ведь люди говорили, что иногда феи делают пакости, но Вэлли так умоляла ее поиграть с ними, что старшая сестра быстро сдалась.

– Может быть, вы знаете, что это был за ветер? – спросила Дария.

«Красные крылышки» подлетела ближе к малышке.

– Это, моя милая, был всплеск особой силы, которая называется Дикая магия. Если хотите, я расскажу вам о ней…

Теперь каждый день, переделав домашние дела, девочки убегали в сад – пообщаться с новыми друзьями. Феи рассказывали им о Дикой магии, о добре и зле, учили заклятьям.

Вскоре феи открыли сестрам святилище – место сосредоточения Дикой магии этого мира. Но предупредили, что Дикая магия опасна и имеет свою цену – человеческую волю. Поддавшись всего раз губительной силе, волшебница уже не сможет вернуться назад.

Время шло, и девочки росли. Обе они превратились в красавиц, на которых приезжали посмотреть женихи со всех окрестных городов. Однако юных девушек мало интересовали приданое да кавалеры – изучать магию было гораздо интереснее. И пусть годы опасных странствий забрали у них отца, они всегда знали, что могут положиться друг на друга.

Дарии нравилось помогать всему живому, но Вэлли все больше интересовалась магией превращений и приумножением своей магической силы. И вскоре пришла расплата, о которой предупреждали феи. Вэлли поразила загадочная болезнь. Дария умоляла фей помочь, но это было выше их сил. Больше всех на свете девушка любила сестру, и теперь все время посвящала поиску лекарства.

Между тем жизнь шла своим чередом, и в один прекрасный день в их небольшой городок приехал второй принц Шартра – Иберий, слава о подвигах и благородстве которого гремела по всему королевству.

Утомительная придворная жизнь, полная церемоний и обязанностей, частенько наскучивала принцу, и тайком ото всех он отправлялся в конные прогулки по стране.

Однажды, проезжая мимо ухоженного домика, возле которого рос прекрасный апельсиновый сад, принц, пораженный красотой цветущих деревьев, спешился и направился вглубь по еле видневшейся тропинке.

И вот в окружении шумящих крон и ярких солнечных зайчиков он встретил ее.

Длинное белое платье развевалось на ветру, а волнистые светлые волосы были заплетены в простую косу. Незнакомка сидела на скамейке и сосредоточенно что-то читала.

Принц узнал, что ее звали Дария и она жила здесь с младшей сестрой. Иберий же решил умолчать о своем происхождении, представившись именем, которое ему дал старший брат – Бей. Не подозревая, что общается с принцем, Дария пригласила его в дом и напоила чаем, как это велят традиции.

Разговорившись, молодые люди поняли, что очень похожи. Иберий старался не говорить о своей семье, сказав лишь, что путешествует. Дария видела, что перед ней знатный человек, но что-то в нем отличалось от других знакомых дворян. Время летело незаметно, и вскоре, извинившись, Дария объяснила, что ей пора давать лекарство сестре. Не желая смущать хозяйку, Иберий засобирался в обратный путь, но напоследок поинтересовался, не может ли помочь с лечением сестры.

Погрустневшая Дария поблагодарила Бея, ответив, что уже все перепробовала и надежда тает с каждым днем. Иберию было жаль ее, но помочь было нечем, и с тяжелым сердцем принц отправился восвояси, пообещав себе, что обязательно вернется.

Время шло, а состояние Вэлли ухудшалось. Дария, как и прежде, жила лишь мыслью о том, чтобы спасти сестру, но со дня встречи с Иберием порой задумывалась, увидит ли она еще необычного гостя. Никто из мужчин не заставлял ее сердце биться так быстро и радостно. Дария корила себя за эти мечты, напоминая самой себе, что сестра надеется на нее, и хоронила зарождающееся чувство так глубоко, как только могла.

Каждый день феи приносили Дарии новые книги о магии. И однажды Дарии повезло. Удалось найти предание о волшебной пещере, дарующей чистому душой одно желание. Вне себя от радости, Дария принялась расспрашивать своих волшебных друзей о находке. Оказалось, что пещера действительно существует, но дорога к ней займет не меньше дня и она невероятно опасна и трудна. Но Дария была готова на все, чтобы спасти сестру.

К тому времени Вэлли была совсем плоха, и присмотреть за ней волшебница попросила соседку. Но не успела Дария выйти за ворота, как встретила Иберия. Поделившись радостью от своей находки, девушка сказала, что отправляется в путешествие.

Почувствовав, что она задумала нечто опасное, принц спросил, где же находится столь чудодейственное место? И, подтвердив свою догадку, Иберий, не говоря ни слова, подошел к красавице и взял ее руки в свои. Ощутив их тепло, Дария больше не могла противиться чувствам. Она рассказала ему все. О том, что она волшебница, о друзьях-феях и о Дикой магии. Иберий был не чужд волшебному искусству, ведь при дворе служило множество магов, однако про Дикую магию слышал впервые. Дария рассказала и о предании про волшебную пещеру. Выслушав рассказ, Иберий понял, что не может отпустить девушку одну, и предложил сопровождать ее. Дария лишь благодарно кивнула, смущенно утирая слезы. Неужели ей повезло встретить того, кто поможет ей в трудную минуту?

Лесами, полями ехали они в пещеру фей, пока не достигли нужного места. Окруженный камнями вход располагался на берегу крохотного пруда, усеянного нежно-розовыми цветками водяных лилий. Там Дария заметила небольшую стайку фей. Дав знак Иберию остановиться, она смело направилась к ним.

Девушка волновалась, ведь она знала только фей, живущих в ее саду. Друзья говорили ей, что их сородичи с холмов не очень любят людей и, будучи очень своенравными, часто устраивают им пакости. Однако Дария знала, что главное – правильно себя вести, ведь все феи чтут церемонии и традиции. Подойдя ближе ко входу, Дария глубоко вздохнула и низко поклонилась. Феи мгновенно взвились разноцветным роем, преграждая ей путь в пещеру.