# Секретный проект №0017

Александр Ничаев

Книга предназначена для любителей военно-приключенческих романов, в ней рассказывается о трудной и опасной работе военных следователей.

© Александр Ничаев, 2021

ISBN 978-5-0051-7028-6

Создано в интеллектуальной издательской системе Ridero


В книге рассказывается о работе спецслужб, о работе военно-оперативных подразделений, о кропотливой и сложной работе военных следователей и, как всегда, о погонях, связанных с рукопашным боем, стрельбой, использованием холодного оружия.

В рассказах использованы элементы фантастики.

Приношу извинения всем, чьи должности, звания и фамилии совпали с книжными, это просто случайное совпадение!

## Глава 1. Похищение

Директор закрытого военного завода № 0017, генерал-лейтенант Северов Иван Иванович, вызвал к себе на доклад полковника Грачёва Петра Григорьевича, который возглавлял первый проектный отдел. Когда он вошел, генерал сразу его спросил:

– Пётр Григорьевич, доложите о происшедшем коротко и ясно, времени лишнего нет!

Полковник заранее знал о своем вызове к генералу и обстоятельно обдумал свой ответ, чтобы не попасть впросак.

– Сегодня ночью из домашнего сейфа моего заместителя, подполковника Шестакова Константина Эдуардовича, исчезли документы по закрытому проекту №0017. Сам подполковник пропал. Как оказалось, его жена и двое детей дома тоже отсутствуют. Служба безопасности завода, полиция и местная военная часть задействованы в розыске указанных лиц. Пока никаких результатов это не дало. Вот все об этом происшествии, если говорить коротко.

Генерал недовольно проговорил:

– Все понятно, о происшествии придется доложить на самый верх, а вы зайдите к начальнику спецотдела, обо всем этом доложите, и от моего имени пусть он задействует по этому делу всех своих сотрудников.

Министр обороны был взбешен: на одном из военных заводов исчезла документация по совершенно секретному проекту, который находился под контролем самого президента, который регулярно интересовался ходом его исполнения, даже как-то приезжал лично проверить результаты этого эксперимента.

Министр вызвал к себе генерал-полковника Макашева Сергея Ивановича, начальника Главного разведывательного управления, он неожиданно для министра ответил:

– Уже наслышан об этом происшествии, подобрал лучшую группу. Старший группы – полковник Иволгин Александр Васильевич, на данное время лучший военный следователь по особо важным делам. С ним поедут его подчиненные: подполковник Шеремет Герман Александрович, майор Вяземский Евгений Иванович, капитан Поволокина Екатерина Андреевна, технари: капитан Кайшуков Никита Андреевич и старший лейтенант Конопкина Светлана Андреевна.

Министр похвалил своего заместителя по разведработе:

– Отлично! О полковнике Иволгине много наслышан. Он, как бульдог, вцепится и не отпустит, пока своего не добьется! И голова у него прекрасно работает. Прекрасный выбор! Ему от моего имени наивысшие полномочия. Весь спецотдел завода и охрана в его распоряжении. Пусть срочно выезжают!

– Они в пути! – продолжил генерал Макашев.

– Хорошо! Ежедневно мне лично докладывать о результатах проделанной работы. И без очереди! Своего помощника я предупрежу о ваших визитах, – добавил министр.

Спецгруппа полковника Иволгина первым же рейсом вылетела на военный завод № 0017. Когда они прилетели, их на аэродроме уже ждали два черных джипа. Встречал сам директор завода, генерал-лейтенант Северов, с ним были начальник спецотдела генерал-майор Ракитин Роман Алексеевич и начальник первого проектного отдела полковник Грачёв. После представления друг другу и рукопожатий, полковник Иволгин сразу предложил:

– Время не ждет, нужно торопиться, едем на завод, по дороге каждый из вас расскажет мне все, что известно о происшедшем, также выскажет свои догадки и предположения о случившемся. Единственное у меня требование – рассказывать об этом коротко и ясно. Я и мой заместитель, подполковник Шеремет Герман Александрович, едем на первой машине вместе с представителями завода. На второй машине едут оперативные работники нашей спецгруппы – майор Вяземский, капитан Поволокина – а также наши технари: капитан Кайшуков и старший лейтенант Конопкина. Всё! Выезжаем!

Оспаривать сказанное никто не стал. Всем было не до этого, они расселись по машинам и поехали на завод. В машине Александр Васильевич предложил начать рассказ о происшедшем в порядке старшинства по званиям.

Директор завода был немногословен:

– Я практически всех подробностей не знаю, поэтому по этому поводу мне нечего сказать.

Следующим был начальник первого проектного отдела, полковник Грачёв:

– Документы по разработке аппарата постоянно находятся у меня в сейфе или в сейфе моего заместителя, подполковника Шестакова. В пятницу по его просьбе передал ему все документы по проекту для работы. В понедельник хотел их забрать обратно, но, как оказалось, на работе мой зам не появился, причина отсутствия неизвестна. Стали ему звонить – не отвечает. Послали за ним, дома его не оказалось, как и членов его семьи – жены и детей. На квартире, где он проживал, каких-то следов борьбы и изменений не обнаружено. Пока его искали, о происшествии было доложено директору завода и начальнику спецотдела. Пришли с начальником спецотдела и его сотрудниками в кабинет зама, раскодировали замок в его сейфе, открыли его – а там ничего нет! Подняли тревогу. Вот и все!

– Теперь вы, генерал Ракитин, пожалуйста! – предложил полковник Иволгин.

Генерал Ракитин заступил на должность вместе с директором, точнее, по его распоряжению, как только тот занял место директора завода. В свое время он прошел хорошую школу по своей линии: был опером, главспецом, заместителем начальника спецотдела. Себя он проявил только с хорошей стороны и при назначении на должность начальника спецотдела, выбор пал на него неслучайно. Директор прекрасно знал, кого он назначает на эту должность. Поэтому начальник спецотдела сделал все возможное, чтобы найти пропавшего высокопоставленного сотрудника, его семью и, самое главное, особо секретную документацию.

– Как только мне доложили, что пропал наш сотрудник, документы и его семья, сразу объявил операцию «Петля», военные и полицейские патрули обследовали все возможные места, где мог находиться пропавший сотрудник, обследован городской водоканал, проверена везде свежеперекопанная земля на наличие возможных захоронений, а также заброшенные кусты, буераки. Городок и завод оцеплен войсками по всему периметру. Пока никто не выезжал и не выходил за пределы населенного пункта за прошедшее время. Просмотрены видеозаписи городских и заводских камер. Ничего подозрительного не обнаружено. К расследованию подключили всех своих спецов, фотографии имеются на руках и у военных, и у полиции.

– Ищет полиция, ищут военные парня какого-то… лет сорока, ‒продекламировал подполковник Шеремет.

На него недовольно взглянули, но промолчали. Ситуация действительно была аховая.

– Практически ничего нет! – подытожил Иволгин.

– Как приедем, отведите нам место для работы в большом кабинете, чтобы было удобно работать всем вместе, и желательно рядом со спецотделом. Придется еще раз обследовать место жительства и работы пропавшего офицера, даже дороги, по которым ходили и ездили он и его семья. Возможно, хоть что-то найдем.

– Свежа инструкция, но верится с трудом… – опять пошутил Шеремет.

Полковник Иволгин и подполковник Шеремет дружили семьями, поэтому Александр Васильевич иногда позволял своему другу некоторые вольности. Но на этот раз он не сдержался:

– Герман! Хватит действовать на нервы и так все на пределе!

Шеремет в ответ высказался, но в своей излюбленной манере:

– Я все понимаю, я умолкаю!

Последней шуткой, как это было ни странно, он снял напряжение среди едущих, которые молча заулыбались.

Уже подъезжая к заводоуправлению, полковник Иволгин начал раздавать свои распоряжения:

– Первая группа в составе подполковника Шеремета, капитана Поволокина и капитана Кайшуков обследует квартиру подполковника Шестакова. Вторая группа – я, майор Вяземский и старший лейтенант Конопкина – проверяет кабинет подполковника. Вечером встречаемся в заводоуправлении. Просьба к вам, Иван Иванович, определить в заводоуправлении, еще и помещения для проживания и отдыха членов спецгруппы, так как нам некогда будет мотаться в гостиницу и обратно. И еще просьба к вам, Роман Алексеевич, назначить нам в помощь двух толковых сотрудников из спецотдела, которые умеют водить машину, знают хорошо город и окрестности. Также за нами, то есть за ними, закрепить две машины с хорошей проходимостью. В ночное время на машинах должны дежурить водители, сотрудников спецотдела на ночь будем отпускать, если ничего не будет экстренного. Проинструктируйте охрану завода о работе нашей спецгруппы, чтобы они нас знали в лицо и при необходимости помогали нам в работе, а не препятствовали. Чтобы нас в любое время выпускали и запускали на территорию завода и заводоуправления. И если будем работать в ночное время – значит, так нужно, и чтобы никто не мешал. Выезжаем ночью – значит, так нужно, чтобы не задавали лишних вопросов типа куда, зачем, почему, а есть ли разрешение и тому подобное. Сами понимаете, ночью вас не будет, и беспокоить вас как-то неудобно! Да, еще, пожалуйста, организуйте для нас питание, чай, кофе. В столовой завода, которая я знаю работает круглосуточно, чтобы про нас тоже знали и ни в чем не отказывали, имеется в виду питание и напитки. Вот, все на этом.

Машины подъехали к заводоуправлению, которое представляло собой современное здание из стекла и бетона, находилось перед заводом практически на всю его длину. В нем располагались руководство, отделы, технические службы, круглосуточная столовая, мини-гостиница. В цокольном этаже находились: бассейн, сауна, мастерские, сантехническая и электрослужба.

Завод снаружи охранялся частной охраной, а внутри военными.

Город патрулировали и военные, и полиция.

Все приехавшие прошли в заводоуправление и стали располагаться в отведенных помещениях.

## Глава 2. Первые улики

Сначала гостям показали места для отдыха и работы, затем их повели в столовую на обед, для них отвели два отдельных стола. Обедали торопливо, не было лишнего времени, Иволгин постоянно всех подгонял, напоминал о работе, которая не терпит отлагательств. Всем и так было понятно: рассиживаться сейчас некогда.

После обеда группа подполковника Шеремета уехала на квартиру Шестакова, а группа полковника Иволгина направилась в кабинет подполковника Шестакова. Началось тщательное расследование. В кабинете исследовали каждый уголок, каждый цветок, все укромные места. Никаких посторонних средств слежения за хозяином кабинета не было обнаружено. Однако были сделаны определенные выводы: всё находилось на своих местах и в рабочем состоянии. Отсюда следовало: заранее Шестаков никуда не собирался или очень тщательно маскировался.

Группа подполковника Шеремета тоже все досконально обследовала в квартире Шестакова. Итоговый результат был аналогичный: ничего серьезного не было обнаружено. Продуктов было на целую неделю, холодильник был полный.

Была вызвана кинологическая служба. Собака все обнюхала, прошла к балкону и там остановилась, поскуливая. Следы заканчивались на балконе.

Шеремет вслух предположил:

– По-видимому, ушли через балкон. А почему? Их могли увидеть соседи или проходящие люди. Можно было просто уйти через дверь, однако они этого не сделали. Значит, была основательная для этого причина. Здесь было что-то непонятное.

Подполковник очень внимательно обследовал сейф, где находились секретные документы. Повреждений не обнаружил. Группа вернулась в заводоуправление.

Обе группы поужинали в столовой заводоуправления, члены спецгруппы собрались в просторном рабочем помещении, где также присутствовали сотрудники спецотдела. О проделанной работе отчитались старшие групп – полковник Иволгин и подполковник Шеремет. В итоге был сделан вывод: или Шестаков, его семья и документы исчезли вместе с ними неожиданно для всех, что говорило о шпионской деятельности, или, что очень плохо, даже о целенаправленной шпионской акции по похищению секретных документов и последующего исчезновения семьи Шестаковых. Если в первом случае непонятно, куда и зачем пропали документы и семья Шестаковых, то во втором случае все понятно: семью эвакуировали вместе с документами.

Полковник Иволгин определил следующие задачи:

– Сделаем запрос в управление кадров министерства обороны и в отдел кадров завода. Проанализируем все данные о нем: где родился, где учился, где раньше жил, были ли окна в его биографии. То же самое нужно выяснить подробно насчет его жены. Этим будет заниматься моя группа, группа подполковника Шеремета займется окружением подполковника Шестакова.

Сведения о Шестакове из отдела кадров ничем не обрадовали. Все было вполне обычным: родился, учился, получил высшее военное образование, работал в приграничных районах. Основное направление в его работе – проектирование военной и авиакосмической техники.

«Здесь нужно копать, – подумал Иволгин. – Нутром чувствую, его только там могли завербовать!»

Во Владивосток, где служил подполковник Шестаков, был отправлен в срочном порядке майор Вяземский. А в Архангельск, где тоже служил подполковник Шестаков, был отправлен подполковник Шеремет. Им было дано строгое указание: в минимальные сроки выяснить, чем там занимался Шестаков, с кем работал, могли ли его там завербовать. Информацию сразу сбросить через интернет по спецканалам. Командировочным после этого вернуться сразу обратно.

Сам Иволгин с оставшимися сотрудниками спецгруппы решил заняться жизнью жены Шестакова и ее окружением. Когда он увидел фотографию жены подполковника, то его очень насторожила не очень европейская ее внешность – слегка раскосые глаза, небольшая скуластость. Что-то в ней было азиатское, и это сильно заинтересовало Александра Васильевича. Он поподробнее решил о ней все выяснить. Снова сделал запросы в управление кадров министерства обороны и в отдел кадров завода. Сведения, полученные от кадровиков, еще больше насторожили: жена Шестакова, в девичестве Григорьева, жила в Приморье, отец их бросил. У нее была тяжелая жизнь – ее мать рано умерла. Будущая жена Шестакова смогла закончить технический университет. Позднее познакомилась со своим будущим супругом, который помог ей перейти работать в военный научно-технический институт. Далее судьба супругов стала неразделима. В отделе кадров министерства знали об этом, и им приходилось подыскивать сразу два рабочих места. Так они и попали на секретный завод по производству аэрокосмической техники.

Из Архангельска по секретному каналу пришло донесение от подполковника Шеремета:

– За время службы в городе Архангельске замечаний и нарушений не обнаружено. Однако во время их работы пресечены несколько попыток информационного взлома засекреченного сайта по военно-космическим разработкам министерства обороны. Подозреваемые не найдены.

Оба сотрудника спецгруппы, майор Вяземский и подполковник Шеремет, вернулись обратно ближайшими авиарейсами.

По итогам расследования полковник Иволгин провел расширенное совещание в кабинете директора в его присутствии. На совещание были вызваны: сотрудники спецотдела, задействованные в расследовании, начальник спецотдела генерал Ракитин, начальник первого проектного отдела полковник Грачёв. Цель совещания – доложить о проделанной работе и по возможности выяснить какие-либо новые обстоятельства происшествия с помощью присутствующих специалистов.

Совещание, как и положено, открыл директор завода генерал-лейтенант Северов:

– Попрошу всех присутствующих внимательно выслушать полковника Иволгина, если у кого-то что-то будет добавить, дополнить – пожалуйста! Напомню, не забывайте: вся информация секретного характера и не должна распространяться!

После него с речью выступил полковник Иволгин:

– Сотрудники спецгруппы, спецотдела, отдела кадров министерства обороны и отдела кадров завода выполнили большой объем работы. Выяснены подробности по работе подполковника Шестакова и его жены в Приморье и на севере – в Архангельске. Особых замечаний по их работе не выявлено! Если у кого-то есть какие-то дополнительные сведения по этому делу – прошу излагать!

Один из сотрудников спецотдела предложил вызывать и проводить собеседование с сотрудниками, которые дружили, часто разговаривали с подполковником Шестаковым и его женой.

Александр Васильевич по этому поводу заявил:

– Да, согласен, в этом есть рациональное зерно, но всех опрашивать нельзя, слишком секретная информация, и не хотелось бы ее распространения на слишком большую аудиторию. У кого еще какие-нибудь есть соображения?

В этот момент взял слово полковник Грачёв:

– Я немного увлекаюсь уфологией и парапсихологией. Если дело совсем зашло в тупик, то можно пригласить для помощи известного парапсихолога-ясновидящего, который может здорово помочь в расследовании.

Сразу начался большой шум, его прекратил своим возгласом полковник Иволгин:

– Попрошу всех помолчать, говорить только по делу – это во-первых, во-вторых, для тех, кто не знает, напомню: парапсихологов, среди которых ясновидящие, гипнологи, уфологи целители, еще раз повторяю, часто привлекают к работе в полиции, органах дознания, госбезопасности. Существуют они, как обычно, скрытно и секретно, даже есть целые институты, занимающиеся этими проблемами. Поэтому считаю, если будет необходимость, то пригласим и парапсихолога-ясновидящего. И если полковник Грачёв занимается этим по необходимости, то в этом нет ничего странного!

Больше выступающих на совещании не было. Генерал Северов подвел итог:

– Спасибо всем присутствующим за участие и помощь. Все свободны, кроме группы сотрудников, которые занимаются расследованием по этому делу.

Люди стали расходиться. В кабинете директора остались только участвующие в расследовании. Совещание продолжилось, только в более узком кругу.

Совещание опять продолжил Александр Васильевич:

– Для продолжения расследования сначала придется провести собеседования с друзьями и близкими подполковника Шестакова и его жены. Если и что-то узнаем, то будем действовать в зависимости от полученных результатов. Если же ничего не выявим, то будем действовать по обстоятельствам.

После своей речи полковник Иволгин объявил об окончании совещания.

## Глава 3. Странное дело

Всех сотрудников завода Александр Васильевич разделил на три категории: самая большая часть, в силу своих обязанностей, не контактировала вживую с подполковником Шестаковым и его женой; вторая часть – около тридцати процентов всех сотрудников – имела непосредственный контакт с семьей Шестаковых в связи со своими служебными обязанностями; третья часть – десять процентов от всего коллектива завода – дружила и часто встречалась во время работы и после работы с супругами и их детьми. Поэтому в разработку попали люди второй и третьей категории, получилось примерно пятьсот человек. Работа предстояла долгая и скрупулезная, но необходимая в силу сложившихся обстоятельств.

Всех, кто попал в состав оперативной группы, полковник Иволгин привлек к работе с друзьями и коллегами, которые имели какое-то отношение к семье Шестаковых. В оперативную группу входили шесть человек спецгруппы, четыре сотрудника спецотдела – два дневных и два ночных, которые отвечали за машины. На каждого получалось около пятидесяти.

Как бы тяжело и долго ни было проводить эту работу, но ее пришлось сделать. Так пролетело несколько дней. Сотрудники оперативной группы днем и ночью тщательно и упорно проводили беседы с работниками завода, друзьями и знакомыми семьи Шестаковых. На это была потрачена целая неделя. В целом не было выяснено каких-то определенных сведений, за которые можно было зацепиться и добавить их к делу. Но, как говорится, отсутствие положительного результата тоже результат! В данном случае имеется в виду: была проведена необходимая работа, а то, что ничего не выявлено, – это не самый плохой результат в расследовании этого дела. Теперь можно было направить все силы и усилия в другом направлении. Но в каком? Это оставалось пока тайной за семью печатями.