# Пираты Гибралтара

Ерофей Трофимов

Компания молодых людей, профессор с картой сокровищ и профессиональный ныряльщик отправились в морскую экспедицию в надежде найти клад, спрятанный на дне бухты Гибралтара.
Все шло по плану, пока они не выловили загадочный бочонок…
Теперь путешественники из будущего оказались в XVII веке среди самых настоящих пиратов, и их главная задача – выжить во что бы то ни стало.

Автор идеиАнтон Калинкин

по сценариюДмитрия Иванова и Антона Калинкина

© Ерофей Трофимов, текст, 2020

© ООО «Издательство АСТ», 2020

* * *

Дымом от сгоревшего пороха заволокло небо, и матросы английского фрегата напряженно всматривались в этот серо-черный туман. Туда, куда были направлены жерла пушек. Канонирам нужно было увидеть результат залпа, чтобы внести поправки в прицел. Внезапно поднявшийся бриз отнес клубы дыма в сторону, и над эскадрой раздался дружный вздох разочарования. Уже третий залп не нанес крепости пиратов никакого ущерба.

Ветер отогнал набежавшее на светило облако, и полуденное солнце озарило полощущийся над башней флаг. Черное знамя с «Веселым Роджером». Скалящийся на полотнище череп словно насмехался над гордостью английского флота, созданной адмиралом и любимцем королевы лордом Томасом эскадрой, в экипажи которой были набраны лучшие люди империи…

– Ангард! – раздалась звучная, словно щелчок кнута, команда, и Соня приняла привычную стойку.

Сабля с тихим свистом разрезала воздух, описывая замысловатую петлю, а ноги пружинисто качнули тело из стороны в сторону. Голубые глаза девушки холодно блеснули, а губы скривились в легкой усмешке. Ее пытались поймать на нехитрую уловку, но годы тренировок не прошли даром. Этот прием ее соперница использовала очень зря. На такие шутки Соня не покупалась с тех пор, как научилась правильно держать в руке саблю…

## 1

Выскочив из дверей офисного центра, Миша привычным движением выхватил из кармана брелок сигнализации, и «лендкрузер» приветливо мигнул поворотниками, негромко мявкнув сиреной. Плюхнувшись на сиденье, Миша запустил двигатель и, откинувшись на спинку, широко, от души потянулся. Вот теперь можно и отдохнуть. Проект, который он выхаживал почти полгода, что называется, пошел. Теперь дело за исполнителями, а ему как хозяину и владельцу компании остается только контролировать процесс. Но это можно делать и по сети.

А значит, самое время приступить к исполнению своей детской мечты – отправиться искать пиратский клад. Море всегда было его главным увлечением, следуя которому он сам попросился служить в морфлот, а потом, когда сумел раскрутить собственную фирму, купил океанскую яхту. Вложил все, что сумел скопить и заработать, но мечта того стоила. Он так ее и назвал: «Мечта»…

* * *

Звонок мобильного застал Алексея в постели. С трудом продрав глаза, парень кое-как разглядел на экране мобилы имя звонившего и, тихо выругавшись, коснулся кнопки «ответ». Уронив голову на подушку и закрыв глаза, чтобы удержать хоть какие-то крохи приятной неги, Алексей сонным голосом произнес:

– Алле, слухаю в оба уха.

Но, разобрав сказанное в ответ, подскочил в постели так, словно и не спал вовсе. Внимательно дослушав все до конца, парень сумел только удивленно выдохнуть:

– Да ладно! Прикалываешься?

* * *

Медленно шевеля ластами, Джеронимо плавно двигался к поверхности, стараясь не обгонять пузыри отработанного воздуха, вырывавшиеся из клапана акваланга. Вот уже третью неделю его с напарником нещадно эксплуатировал заезжий историк, командовавший какой-то околонаучной экспедицией. Мужик откопал в каком-то архиве пыльный манускрипт, где было указано место затопления нескольких пиратских кораблей. Что именно он искал, Джеронимо так и не понял, но профессор Блан явно знал свое дело.

В разговоре из него так и сыпались названия кораблей, имена, даты и даже точные координаты мест гибели многих судов. Слушать его было интересно, так что Джеронимо работал, можно сказать, с удовольствием. Впрочем, ему было все равно, где и для кого нырять. Главное – нырять. Родился Джеронимо в Португалии. Сын рыбака, он с самого детства жил морем, и оно стало частью его жизни. Проникло в каждую частичку его тела, пропитав солью каждую клетку организма…

* * *

Они встретились в летнем кафе. Еще толком не проснувшийся после ночного загула Алексей с ходу потребовал себе большую чашку кофе и, отхлебнув глоток, вопросительно уставился на сидящего с видом сытого кота Михаила. Соня, с еще влажными после душа светло-русыми, коротко подстриженными волосами, аккуратно пригубила свой сок и, покосившись на виновника этого срочного сборища, негромко произнесла:

– Ну и что за шум, а драки нет?

– Я предлагаю отправиться в путешествие, – решительно заявил Миша, откровенно любуясь девушкой.

– Вот так, с ходу?

– Ага.

– Что, даже вещи собирать не надо? – продолжала ехидничать Соня.

– Издеваешься? – прищурился Миша.

– Нет. Пытаюсь понять, ты так пошутить решил или серьезно?

– Серьезен как сердечный приступ, – заявил Миша.

– У меня на такие эскапады денег нет, – вздохнула Соня с явным сожалением.

– А кто говорил о деньгах? – развел Миша руками.

– Это как понимать? – насторожилась Соня.

– Прямо. Идея моя, значит, и плачу за все тоже я.

– И куда ты собрался?

– В Испании у меня стоит яхта. Называется «Мечта». Это действительно моя мечта, и наконец она сбылась. А еще я всегда хотел поискать пиратский клад. Карибы и Тортуга слишком далеко, но здесь, недалеко, есть еще одно очень интересное место.

– Это в Алжире, что ли? – проявил осведомленность сонный Алексей. – Так они там, кажется, в двенадцатом – пятнадцатом веках были. Так что искать можно до ишачьей пасхи. Да и власти там стремные. Найдешь что, так отберут сразу. Да еще и башку оттяпают. Одно слово – Африка.

– Во-первых, не до пятнадцатого, а до семнадцатого. А во-вторых, не в Алжире, но рядом. Средиземное море и побережье Атлантики. Если знаешь историю, то должен помнить про берберских пиратов. Знаменитый капитан Рейс как раз из тех мест. Голландец, ставший берберским пиратом. Нейтральные воды. Короче, самая что ни на есть Европа. Так что морское купание, приятный отдых на собственной яхте и правильное питание будут обеспечены.

– А что, у тебя и карта есть? – снова не сдержала ехидства Соня.

– А вот об этом я пока умолчу, – усмехнулся Миша, придав голосу загадочности. – Скажу только, что меня по этому вопросу консультировал профессор Блан, известный в мире истории и археологии человек. Кстати, он сам сейчас находится в тех местах. Признаюсь, это он подкинул мне идею об этой поездке.

– Предложил разделить добытое золото пополам? – продолжала издеваться девушка.

– Нет, – улыбнулся Миша, продолжая поедать ее взглядом. – Он затеял очередную экспедицию, но, как всегда, на науку денег не нашлось. В общем, как у нас. Мы общались с ним по сети, и когда он узнал, что у меня есть яхта и я собираюсь отправиться в море, предложил совместить приятное с полезным. У него даже ныряльщик свой есть. Настоящий. Из Португалии.

– А мы там что делать будем? – проснулся наконец Алексей.

– Нырять, загорать, просто развлекаться. Ну и нам помогать, когда потребуется, – ответил Миша так, что сразу было понятно: в этой поездке он с удовольствием обошелся бы без несообразительного братца Сони.

– Не волнуйся, Леший, если поедем, я тебе там дело быстро найду, – проворчала Соня, с укоризной глядя на брата.

Главной чертой характера Леши было умение создавать всем вокруг кучу проблем по причине неугомонности характера. Впрочем, это компенсировалось его искренностью и незлобивостью. Поссориться с ним надолго ни у кого не получалось. Впрочем, нужно было признать, что никто особо и не старался. Здоровенный, добродушный, как ребенок, лоб, умевший радоваться любому пустяку и совершенно не умевший серьезно обижаться. Но и к жизни относиться серьезно Алексей к своим двадцати пяти годам тоже не умел.

Соня в свои двадцать два чувствовала себя рядом с братом взрослой, умудренной жизнью женщиной, обязанной то и дело останавливать это великовозрастное дитя и учить его уму-разуму. Сам же Лешка, обожавший сестру и готовый порвать за нее любого на британский флаг голыми руками, относился к ее опеке с веселой терпимостью, при этом умудряясь вить из Сони веревки. Отказать в какой-то просьбе этому обаятельному оболтусу было просто невозможно, чем он беззастенчиво и пользовался, вовлекая в круг своих приключений всех подряд. Даже родителей.

Из состояния задумчивости Соню вывел голос Михаила. Прислушавшись к его словам, девушка вдруг поняла, что и сама не прочь отправиться из душного, пропахшего пылью города куда-нибудь на морское побережье, чтобы всласть поваляться на песке и до одури накупаться в море. От этих мыслей ей вдруг даже почудилось, что запахло морем, а на губах появился привкус морской соли.

– Ну, две недели я смогу выкроить, – не очень уверенно протянула девушка. – К сессии готовиться можно и там.

– Сонь, ну что такое две недели?! – подскочил Леша, моментально сообразивший, что сестра дала слабину. – Пока доедем, пока доплывем до места, пока разведаем, что там вообще на дне валяется… Считай, туда и обратно конем скатаемся. Клади два месяца смело, тогда и дело выгорит.

– Издеваешься?! Да нас родители с костями съедят, – огрызнулась Соня. – Да и стоить это будет столько, что тебе и за год не заработать.

– Стоп, ребята, – оборвал их перепалку Миша. – Про деньги забудьте. Я все равно туда отправлюсь, с вами или без вас. Это не оговаривается. Другой вопрос, что отправиться туда я хотел бы в приятной для себя компании, а не с кем попало. Так что про деньги разговоров больше не надо. Считайте это официальным приглашением. Все расходы за счет приглашающей стороны.

– Что, даже на девушку, в кафе сводить? – тут же влез Леша.

– Леший, уши оборву.

– Если дотянешься.

– Значит, саблей обрежу.

– Злая ты, Сонька. Родного брата изувечить готова, – сокрушенно вздохнул Леша, продолжая блестеть взглядом, в котором водила хороводы сразу дюжина бесенят.

– Ну не отпустят нас родители за границу на два месяца, – сдаваясь, привела Соня последний и самый весомый, по ее мнению, аргумент.

– Предков я беру на себя, – с ходу заявил Леша. – Маманя все равно скоро за город переедет, а фазеру не до нас. У него на фирме опять запара какая-то, так что они только рады будут спихнуть нас куда-нибудь. Тем более что я буду под твоим присмотром, – напоследок подпустил он шпильку.

– Ты сам это сказал, – тут же поймала его за язык Соня.

– Угу, – сделал вид, что расстроен, братец.

– В общем, так, – решительно резюмировала Соня, – если сумеешь уговорить родителей и пообещаешь в поездке слушаться меня как папу, то я согласна.

– А может, лучше как маму? – сделал попытку выкрутиться Леша.

– Леший, я ведь про уши не шутила. Достал своими шуточками. Надоело тебя из всяких приключений вытаскивать, – рыкнула Соня, подпустив в голос металла.

– Вот не повезет кому-то с тобой, – надулся парень.

– А я думаю, наоборот, очень повезет, – улыбнулся Миша. – Красивая и умная женщина – редкость.

– Грубая лесть вам не поможет. Ты мои условия слышал, – отрезала Соня, чувствуя, как начинают розоветь щеки от комплимента.

* * *

Их с Лешим отношения всегда вызывали у окружающих недоумение, вплоть до легкого шока. Привыкшие с детства подтрунивать друг над другом брат с сестрой даже и не думали обижаться на взаимные подколки и шутки. Хотя, если быть откровенной перед самой собой, Соне как младшей и более вредной в детстве частенько попадало от брата. Но, став чуть постарше, он перестал полагаться на грубую силу и начал пользоваться собственным интеллектом.

И даже в детстве Леша старательно опекал сестру и беспокоился о ней больше, чем о самом себе. Наверное, именно поэтому, повзрослев, Соня начала заботиться о нем. Становясь старше, Леша все больше становился безалаберным и невнимательным к окружающей жизни. Словно добирая то, чего был лишен, занимаясь сестрой. Ему действительно досталось. Родители, вынужденные постоянно работать, чтобы обеспечить детям приличное существование, на заботу о них тратили минимум времени.

Леший таскал Соню в садик, забирал оттуда и, приведя домой, кормил тем, что оставила мать. Потом, дождавшись кого-то из старших, отправлялся на секцию по плаванию. Когда же Соня стала постарше, ему пришлось возить на занятия и ее. Девочка увлеклась фехтованием, и брату приходилось сначала везти на тренировку ее, таща на себе сумку с экипировкой, а потом мчаться в другой район, на тренировку. Но и заниматься все отпущенное время он не мог. Нужно было срочно ехать обратно, чтобы встретить сестру. В итоге, получив разряд по плаванию, Леша был вынужден оставить регулярные тренировки. Но спорт парень не забросил.

Водя Соню на занятия, он пристрастился к тяжелой атлетике и очень скоро в том же спорткомплексе накачал себе такую раму, что тренер только головой удивленно крутил. В школе же за любой косой взгляд в сторону сестры Леша бросался в драку, за что был не однажды наказан учителями. Но парня это не останавливало. Очень скоро все школьные задиры отлично знали: не хочешь неприятностей – не лезь к Соньке. Родители, весьма довольные таким поведением сына, окончательно взвалили на него заботу о девочке, благо к тому времени она уже подросла и в регулярном утирании носа не нуждалась.

Проблемы начались, когда Леша понял, что нравится девочкам, и стал отвечать им взаимностью. Посягательства на свою личную собственность Соня терпеть не собиралась и тут же начала делать все, чтобы вернуть внимание брата к собственной персоне. Подростковый период Сони стоил Леше немало нервов. Вытянувшись в высокую худощавую девчонку, Соня все больше времени стала проводить перед зеркалом, изводя брата странными вопросами о своей внешности.

А первые женские проблемы Соня вообще вспоминала, краснея от стыда. Мама, как всегда, по уши погруженная в работу и бытовые проблемы, даже не поняла, что девочка-подросток превратилась в девушку. В итоге Леше пришлось успокаивать рыдающую от страха сестру, путано объясняя, что это нормально и так теперь будет происходить регулярно. Где и когда он сам умудрился это узнать, Соня так и не поняла. Леший только смущенно отмалчивался, пряча глаза и уходя от темы. И, вспоминая тот период, Соня мысленно извинялась перед братом.

Когда дела на фирме отца наладились, им стало немного проще. Мать наконец уволилась с работы и с удовольствием погрузилась в создание семейного гнезда. Но время было упущено. Дети уже привыкли опираться друг на друга и к родителям относились скорее как к важной необходимости быта, чем близким родственникам. Чего стоил только поход по ателье и магазинам для покупки платья на выпускной бал!

Леший, уже по привычке, просто ввалился в кабинет к отцу и не терпящим возражения тоном потребовал денег. Когда же тот попытался возразить, что сумма слишком велика, Леший попросту посоветовал папаше самому отправиться в магазин и поискать что-нибудь подешевле, при этом предварительно уговорив дочь на подобную покупку. Моментально сообразив, что рискует влезть в серьезные неприятности, отец быстренько выдал требуемую сумму и, дождавшись ухода сына, снял телефонную трубку. Леша, задержавшийся у двери, слышал его разговор с матерью и потом слово в слово передал его сестре, покатываясь со смеху.

– Милая, сколько сегодня стоит платье: нарядное, для выпускного? Как не знаешь?! А я откуда могу знать? У меня только что был наш сын и огласил такие цифры, что я поперхнулся. Конечно, выдал. Теперь сижу и думаю: а зачем ей столько? Или это не только ей, но и ему? Поговори с ней. Нет, но я считаю, что в таком юном возрасте носить платья за такие деньги – это нонсенс.

– Ну, я ему устрою нонсенс! – взвилась Соня разъяренной фурией. – У папаши своя фирма, а я на выпускной должна оборванкой идти?!

– Уймись, сеструха. Папане, как всегда, не до таких мелочей. А у маман только оранжерея и эстетика дома на уме, – со смехом отмахнулся Леша. – Главное – бабки я тебе выбил, так что поехали в лабаз.

В общем, и этой эпопеей Леша умудрился справиться на ять. Полученные от отца деньги, все до копейки, он потратил на сестру. В итоге на выпускной Соня приехала в роскошном платье, новых туфлях и с прелестными сережками, очень подходившими к ее глазам. Из остатков суммы Леша заказал ей такси, так что в школу Соня входила, чувствуя себя королевой. И в тот же вечер девушка вдруг поняла, что детство действительно закончилось.

Леша, уже поступивший в институт и быстренько обросший кучей друзей и подружек, приехал забирать ее на машине одной из них. Сидевшая за рулем небольшой иномарки девица то и дело хватала Лешу за руку, жеманно закатывая глаза и улыбаясь улыбкой чеширского кота. Сам же Леший только непринужденно болтал ни о чем и при появлении сестры выскочил из машины, распахивая перед ней заднюю дверцу.

Подходя к машине, Соня впервые в жизни вдруг поняла, что ее братец, балабол и обаяшка, умевший расположить к себе кого угодно, давно уже превратился в молодого мужчину, за внимание которого девицы готовы друг дружке в волосы вцепиться. Чего стоил только взгляд сидевшей за рулем девицы! Соне на мгновение показалось, что на ней сейчас платье загорится. Даже послышался лязг скрещенных в схватке клинков, как в зале во время соревнований. Леша стоял у машины, улыбаясь сестре широкой, чуть насмешливой улыбкой.

Высокий, почти двух метров ростом, широкоплечий, с отлично развитой мускулатурой. Светло-русые волосы были слегка растрепаны, ярко-синие глаза в обрамлении пушистых, как у девушки, ресниц смотрели весело и дерзко, а ровные брови срослись над переносицей, словно он собирался нахмуриться. Алексей действительно превратился в молодого красивого мужчину. Но от того заботливого, вечно ворчащего на нее брата с каждым днем оставалось все меньше.

Соня выросла, и Леша словно вернулся во времена своего отрочества. Он стал веселее, раскованнее, но при этом умудрялся забывать элементарные вещи и влезать в проблемы там, где их просто не могло быть. В итоге теперь уже Соне пришлось взять на себя заботу о брате. Благо теперь она уже могла противостоять любому противнику и бывать там, где бывал сам Леша. Не понимая, что с ним происходит, девушка решила поговорить с одним знакомым психологом.

Внимательно выслушав девушку, дипломированный мозгоправ пару минут молчал, а потом поведал ей то, о чем Соня и сама давно догадывалась. Ее предположение оказалось совершенно правильным. Лишенный нормального раздолбайства в детстве и юности, Леша ринулся добирать то, чего был когда-то лишен. Точнее, за него это сделало подсознание. Как и с чем это связано, Соня не спрашивала. Главное – что рано или поздно все должно было вернуться на свои места. А пока парню нужно было перебеситься, что он и делал с огромным удовольствием.

Выслушав психолога, Соня ощутила невольный укол совести. Ведь все детство брата прошло в постоянной заботе именно о ней. С того дня Соня сама вдруг превратилась в заботливую няньку для великовозрастного братца. Леша же пустился во все тяжкие. Дела у отца шли хорошо, и вскоре оба отпрыска были обеспечены собственным жильем. И если Соня, будучи настоящей женщиной, тут же превратила свою квартиру в уютное гнездышко, то Леша из своей студии устроил смесь ночлежки со спортзалом.

Соне пришлось пару раз даже разгонять шумные сборища, которые Леший с огромным удовольствием регулярно устраивал в своей берлоге. В девицах же, которые вешались ему на шею пачками, девушка давно уже запуталась. Единственное, что в этой ситуации Соню по-настоящему радовало, так это серьезное отношение брата к собственному здоровью. Короче говоря, про контрацепцию он никогда не забывал.

Постепенно эти загулы стали сходить на нет, и Соня уже обрадовалась, что брат решил взяться за ум, но тут возникла новая проблема. Леше вздумалось путешествовать. Благо учеба давалась ему легко, и папаня, обрадованный этим обстоятельством, не нашел причин ограничивать наследника в таком невинном увлечении. Тем более что в любую поездку Леша первой приглашал с собой Соню. Так что за последние два года они умудрились облазить половину земного шарика.

Сама Соня быстро уставала от обилия впечатлений, но девушку радовала большая языковая практика. А еще ей очень не нравилось, что Лешу все время тянуло в Юго-Восточную Азию. Самой девушке намного больше нравились старая Европа и Южная Америка. Пляжи Бразилии и Кубы произвели на нее неизгладимое впечатление. Именно там Леша вдруг помимо дайвинга увлекся еще и капоэйрой.

Секцию по этой помеси африканского танца с рукопашным боем он умудрился найти и в Москве и даже затащил туда сестру. Но Соня осталась верна фехтованию. Пару раз они даже устраивали шуточные поединки, когда девушка вставала против брата с саблей в руках. В итоге после нескольких хлестких ударов Леша прекратил подобные эскапады и начал еще упорнее тренироваться.

Спонтанно возникшая возможность отправиться в морское путешествие произвела на Соню странное впечатление. Это приключение одновременно будоражило ее своей романтичностью и пугало непредсказуемостью. Ко всему прочему Соню несколько озадачивал вопрос, чего от нее потребует Михаил за свое приглашение. Не то чтобы он был ей неприятен или сама Соня была ханжой или недотрогой, но расплачиваться с ним подобным образом девушке совсем не хотелось.

Партнеров она предпочитала выбирать сама и отступаться от этого правила не собиралась. После долгих размышлений девушка взялась за телефон и, набрав номер Михаила, задала волнующий ее вопрос прямо в лоб. Не ожидавший такого финта Миша явно опешил и долго молчал, после чего, осторожно подбирая слова, очень серьезным тоном ответил:

– Соня, давай договоримся так: я не оставляю попыток ухаживать за тобой, но окончательное решение останется за тобой. Не буду врать: ты мне действительно нравишься, но я никогда не брал женщин силой или шантажом. Только по добровольному согласию. Решишь, что ты не против провести со мной ночь, значит, мне повезло. Нет – значит, так тому и быть.

– Прости, Миша, но в голый альтруизм я не верю, – смутилась от такой откровенности Соня.

– А нет никакого альтруизма. И ты, и твой брат мне симпатичны. Я уже говорил: в эту экспедицию я в любом случае поеду. Но предпочитаю сделать это с теми, кто мне нравится, чем с кем попало. К тому же Леша умеет нырять с аквалангом, а там нам придется нырять часто и много. Одного ныряльщика для такой работы будет мало. А ты как женщина возьмешь на себя камбуз и обязанности медсестры. Будешь оказывать первую помощь в случае необходимости. Как спортсменке тебе это будет просто. Думаю, переломы и ссадины тебе лечить приходилось.

– Конечно. На тренировках всякое бывает, – поспешно согласилась девушка, припомнив случаи из собственной жизни.

– Вот и договорились. Так что альтруизмом тут и не пахнет. Наоборот, голый прагматизм, – усмехнулся Миша. – Но надежды на развитие наших отношений я не оставляю. Согласна?

– Ну, если только надежды, – осторожно согласилась Соня и, попрощавшись, отключила телефон.

Теперь, когда все точки над «и» были расставлены, оставалось только дождаться результата дипломатической работы Лешего, а потом отправиться туда, где когда-то хозяйничали самые настоящие пираты.

## 2

Лешка умудрился сдержать слово и уговорить родителей отпустить их с Соней в Европу. Мать, слегка поворчав, надавала деткам кучу мудрых советов и, буквально выдавив из чада обещание вести себя разумно, успокоилась. Отец, как всегда, занятый проблемами фирмы, только деловито поинтересовался, как дела в учебе и сколько денег надо. Сообразив, что, отказавшись, вызовет нездоровое любопытство таким альтруизмом, Леша потребовал по две тысячи евро на нос и, получив озвученную сумму, сделал вид, что счастлив. Отец же, исполнив таким образом свой родительский долг, моментально забыл об отпрысках, снова погрузившись в дела.

Ввалившись в квартиру к сестре с видом победителя, Леша гордо продемонстрировал деньги и, плюхнувшись на диван, спросил, с интересом разглядывая сестру:

– Сонька, а ты уже успела его окучить?

– В каком смысле? – не поняла Соня, задумчиво рассматривая содержимое шифоньера и размышляя, воспользоваться тем, что есть, или потратить неожиданно полученные деньги, которые Леший небрежно швырнул на стол, на приобретение очередной партии тряпок. Исходя из соображений практичности деньги стоило придержать до европейских бутиков, но и про неприкосновенный запас забывать тоже не стоило. К тому же тряпок в шкафу было и так больше, чем нужно. Некоторые вещи Соня надевала только один раз.

– Он же на тебя смотрит как наркоман на дозу. Только что слюни не пускает, – продолжал ерничать Леший.

– Кто? – не поняла девушка, пребывая в своих размышлениях.

– Да Мишка же. Он же тебя взглядом раздевает, когда мы встречаемся. Вот я и спрашиваю: ты его уже окучила или продолжаешь за нос водить? – не унимался Леший.

– Никого я не окучивала. И вообще, это не твое собачье дело! – возмутилась Соня, сообразив, о чем идет речь.

– Не мое, конечно. Но имей в виду: будешь долго кочевряжиться – упустишь.

– Леший, иди к лешему. Сказала же, не твое дело. И вообще, заткнись. Ты мне мешаешь.

– Ой, можно подумать… Уставилась на кучу тряпок и медитируешь перед ними. Выбираешь так, словно на королевский бал собралась.

– Я женщина и должна всегда иметь выбор необходимой одежды, – наставительно произнесла Соня, начиная вынимать с полок стопки вещей.

– Не парься. Шорты, топики, майки, легкая обувь, ну и купальники, само собой. Ты лучше о главном позаботься.

– Ты про что?

– Это я про регулярные женские проблемы. Лучше подумай, что будешь в такие дни носить.

– Леший, ты опять не в свое дело лезешь? – с угрозой произнесла девушка.

– Лезу, – с не меньшим возмущением отозвался тот. – И имею на то полное право. Опять в тряпки уткнешься и обо всем забудешь, а потом будешь ныть и портить мне отдых, рассказывая, что тебе плохо и срочно нужно в аптеку.

– Когда это я ныла?! – вспылила Соня.

– Тебе напомнить? – ехидно отозвался братец. – Я могу.

Вспомнив некоторые эпизоды их совместных поездок, Соня чуть покраснела и, вздохнув, мысленно призналась себе, что ее несносный брат действительно прав. Подобные эпизоды в их совместных поездках действительно бывали. Но, глядя на его довольную физиономию, не смогла отказать себе в удовольствии отыграться.

– Ну, раз ты об этом вспомнил, тебе и карты в руки, – невинно пропела девушка, хватая со стола ручку и лист бумаги. – Вот список всего, что мне может понадобиться. Деньги у тебя есть. Так что вали в аптеку и покупай все, что тут написано. И про себя не забудь. А то будешь потом резинки у всех подряд клянчить. Если хочешь, могу напомнить парочку подобных случаев.

– Э-э-э, стоп, подруга. Это твои дела, – попытался отказаться Леша, но Соня была непреклонна.

– Сам сказал, увлекусь тряпками, а потом тебе весь отдых испорчу. Не хочешь такого удовольствия, чеши в аптеку. Или потом будешь самого себя винить.

– Сонька, я тебя, конечно, люблю, но иногда удавить готов, – честно признался Леша, забирая у нее список и с обреченным видом вставая с дивана.

– Вали давай, Торквемада, – фыркнула Соня, выпихивая его из квартиры.

Звонок от Миши раздался, когда девушка уже успела отобрать нужные, на ее взгляд, вещи и теперь размышляла, во что их лучше уложить. Услышав, что у Лешки все получилось и ребята готовы ехать, Михаил, явно обрадовавшись, тут же предложил встретиться и слегка отпраздновать начало экспедиции. Решив не портить себе и другим начала захватывающего путешествия, Соня согласилась. К собственному удивлению, девушка вдруг поняла, что ее действительно увлекло это маленькое приключение. Легкий флер романтизма волновал и будоражил кровь. Яхта, море, пиратские клады – это не могло не увлечь.

Вечером, встретившись с Мишей все в том же кафе, они выпили по паре коктейлей и, продемонстрировав ему как главе экспедиции загранпаспорта с действующими визами, договорились, на какое число брать билеты. Еще черед два дня все трое вышли на пирс в маленьком сонном городке Сагунто, что в Валенсийском заливе. Оставив ребят на берегу, Миша побежал к управляющему крошечным портом. Минут через пятнадцать он вернулся в сопровождении тучного усатого мужика, который вальяжно, с чувством собственного достоинства, но при этом отчаянно потея, отвечал на все Мишины вопросы.

Пятнадцатиметровая «Мечта» вызвала у Сони странные чувства. Она, бесспорно, выглядела красиво, стремительно. Но стоило только девушке подумать о том, что эта скорлупка отправится в открытое море, как вдруг яхта стала казаться ей чем-то очень маленьким и хрупким. Миша же, предвкушая очередное исполнение своей мечты, не замечал ничего вокруг, с головой погрузившись в решение текущих проблем. Заправка, продукты, вода, средства связи, акваланги, спасательные средства, надувная лодка и еще тысяча и одна мелочь, о которой ребята даже и не подозревали.

Наконец все было залито, заправлено, закреплено и погружено, и Миша с торжественным видом объявил, что утром они выходят в море. Соня, которая все это время только и делала, что валялась на палубе, загорая и покрикивая на брата, не давая ему отлынивать от работы, только пожала плечами. Пора – значит, пора. Вечером Миша долго говорил с кем-то по скайпу. Соня удивилась, услышав, что парень бегло болтает по-испански и по-английски. Сама она овладела этими языками, потратив много лет на старательное их изучение. Леша кое-как шпрехал на английском, но предпочитал использовать сестру как переводчика, даже знакомясь с девушками.

Утром Соня проснулась от ощущения легкой качки и поскрипывания где-то за пределами ее каюты. Приглушенный плеск волн заставил ее встрепенуться и выскочить на палубу, не озаботившись одеванием. Накинув только футболку, она направилась к трапу, попутно бросив на себя оценивающий взгляд в висящее на стене зеркало. Волосы слегка растрепаны после сна, моська не накрашена, футболка свободно болтается, при этом ничего не скрывая, а розовые шортики, в которых она спала, только подчеркивают нужные места.

– Ничего так. С пивом потянет, – проворчала девушка и, показав собственному отражению язык, направилась к трапу.

Не то чтобы ей не хватало мужского внимания. Михаил ей по-настоящему нравился. Но не настолько, чтобы Соня потеряла голову от чувств. Да, он был серьезным, обстоятельным молодым мужчиной. Отслужил в армии, что для Сони было показателем определенной смелости, сумел создать и раскрутить собственную фирму. Не оборачивался на улице на каждую юбку, сворачивая себе шейные позвонки. Но Соне не хватало главного. Чего именно, она и сама не могла толком описать, но, если пользоваться современной риторикой, бабочки в животе не порхали.

Выбравшись на палубу, девушка краем глаза заметила стоящего у штурвала Мишу, развалившегося на палубе с банкой пива брата и, потянувшись, с интересом огляделась. Яхта шла в открытом море, чуть завалившись на правый борт. Белый парус, надутый попутным ветром, выгнулся над палубой, а такелаж тихо поскрипывал. Радостно улыбнувшись непонятно чему, Соня подошла к брату и, выхватив из переносного холодильника банку сока, спросила:

– Давно мы отчалили?

– Часа три уже бултыхаемся. Этот изверг поднял меня ни свет ни заря и заставил сонного носиться по всей яхте, швартовые отдавать, – пожаловался Леша, нещадно зевая.

– Что отдавать? – не поняла еще сонная девушка.

– Швартовые. Веревки такие, которыми лодка к берегу крепится.

– Сам ты веревка. На корабле это – конец. И вообще, начинай уже запоминать настоящие названия, – со смехом поправил его Миша, подходя к ребятам. – Привет, Соня. Как спалось? – добавил он.

– Отлично. Эй, а кто этой калошей рулит? – всполошилась Соня, сообразив, что у штурвала никого нет.

– Вот только не надо мою красавицу так обижать, – возмутился Миша. – Запомни, пожалуйста, «Мечта» – океанская яхта, оборудованная всеми необходимыми средствами управления для одиночного плавания, в том числе и автопилотом.

– Извини. Я просто слегка испугалась, – смутилась Соня. – Не забывай, что в морском деле я полный профан.

– Зато в деле охмурения парней профи, – тут же подпустил шпильку Леша.

– Убью, – мрачно пообещала Соня, сверкнув на него злым взглядом.

– Ребята, давайте жить дружно, – проговорил Миша голосом кота из мультика.

– А мы не ссоримся. Просто однажды я его зарежу. Любя, – зло проговорила Соня.

– Сеструха, ты еще красивее, когда злишься, – расхохотался несносный братец. – Я даже слышу, как звякают льдинки в твоих глазах. Но даже если ты меня зарежешь, я все равно буду тебя любить.

– Балабол, – фыркнула Соня, оттаивая. Долго злиться на этого трепача было просто невозможно.

– Зато добрый и обаятельный.

– Нахальный и безответственный. Долго мы плыть будем? – сменила девушка тему.

– Идти. В море ходят, а не плавают. Завтра к вечеру на месте будем, – улыбнулся Миша.

– И где мы будем?

– В устье Гибралтарского пролива. В Ла-Линеа заберем нашего профессора и потом отправимся туда, куда он скажет.

– А хоть какой-то ориентир ты можешь назвать? Хотелось бы понимать, куда вообще мы отправились, – нейтральным тоном поинтересовалась Соня.

– Ориентир – крепость Удайя. Столица пиратской республики.

– Ты это серьезно? – растерялся Леша. – Что, в натуре такая была?

– В тысяча шестьсот девятом году, в ходе реконкисты, из Испании были изгнаны тысячи мавров, мусульман, евреев, спасавшихся от инквизиции. Они поселились в старом монастыре, построенном еще в десятом веке на берегу реки Бу-Регрег. Среди бежавших было много купцов, владельцев кораблей, ученых, оружейников, мастеровых, бежавших от инквизиции. Все они потеряли в ходе реконкисты все и, желая отомстить, объединились. Закупив десяток кораблей, они начали нападать на испанские корабли, шедшие из колоний.

Там было все: слоновая кость, рабы, серебро, золото. Очень скоро это странное поселение превратилось в настоящее небольшое государство, которое пираты так и назвали: республика Бу-Регрег, со столицей Удайя. На купленные корабли нанимали беглых рабов, разных авантюристов, иногда и просто откровенных висельников, и уже в тысяча шестьсот тридцать седьмом году английский адмирал Рейнсборо смог рассмотреть в подзорную трубу более пятидесяти кораблей в бухте, рассчитанной на тридцать-сорок кораблей.

С тысяча шестьсот тридцатого по тысяча шестьсот сорок первый год республика была абсолютно независимой и никому не подчинялась. Самое смешное – что управлял этой республикой настоящий президент, которого избирали из числа жителей республики. Настоящая демократия. Избирался он на один год и должен был улаживать конфликты между разными сословиями республики. Вопросами же внешних сношений и проблемами обороны занимался так называемый совет девяти. Их избирали из самых известных и уважаемых граждан. Секрет же сокровищницы пиратов знали только члены совета. На сегодняшний день это одна из самых волнующих тайн мира.

Выдав эту историческую справку, Миша глотнул пива из банки и, улыбнувшись Соне, вернулся к штурвалу.

– Хрена се, пельмень! Демократия у пиратов семнадцатого века, – удивленно проворчал Леша.

– Говорила тебе мама: учи уроки. А то так дураком и помрешь, – тут же съехидничала Соня.

– Сонька, за борт сброшу, – пообещал Леша, снова растягиваясь на покрывале.

– Угу, а потом сам же первый следом прыгнешь. Спасать.

– С чего это?

– С того, что без меня ты тут в трех ларьках заблудишься, не зная языка.

– И в кого ты такая ехидина? – удрученно проворчал парень, устраиваясь удобнее.

## 3

Весь путь до пролива прошел для ребят в блаженном ничегонеделании. Одурев от безделья и обгорев на солнце, к вечеру второго дня они сползлись в кают-компанию, или как оно там, на яхте, называется, и, устроившись на диване, принялись лениво перебрасываться бессмысленными фразами. Миша, то и дело отвлекаясь на управление яхтой, слушал ленивую перепалку родственников вполуха, слегка улыбаясь. Наконец, не выдержав, Миша развернулся к ним всем телом и, уперев внушительные кулаки в бедра, спросил:

– Народ, а вы нормально общаться умеете? Я уже начинаю звереть от ваших шуточек, подколов и обещаний друг друга убить. Такое впечатление, что вы действительно друг друга ненавидите.

– Миша, ша, – тут же отреагировал Леша, вскидывая открытые ладони. – Все нормуль. Это мы таким образом выражаем свое теплое отношение друг к другу. Трудно спокойно разговаривать с человеком, которого любишь и ненавидишь одновременно с самого детства. Это мы сейчас розовые и пушистые. Видел бы ты, что бывало лет пятнадцать назад.

– Опять? – удрученно спросил Миша.

– Не, не опять. Снова. А вообще, старик, не парься. Среди нас это нормально. Мы так оттачиваем креатив и остроумие.

– Угу. Надеюсь, к концу экспедиции вы не удавите друг дружку, – вздохнул Миша.

– Я эту ехидину уже двадцать два года терплю. И ничего, оба живы пока.

– Леша, откровенно говоря, иногда мне и самому хочется тебе в лоб дать, – неожиданно признался Миша. – С того самого вечера.

Сообразив, о чем он говорит, Леша на минуту скукожился. Они познакомились в ночном клубе, где Леша, как всегда, старался быть в центре внимания. В итоге девчонка, с которой Миша пытался закрутить легкое знакомство, переключилась на Лешу, а сам поддатый ловелас был выведен на улицу для серьезного разговора. Назревавший мордобой погасила Соня, выскочившая следом за братом и буквально повисшая на злом Михаиле. Отлично зная собственного братца, девушка умудрилась сгладить конфликт, включив собственное обаяние на полную катушку.

К удивлению самой Сони, вечер прошел очень даже неплохо. Миша оказался интересным собеседником, при всем прочем умевшим держать себя в рамках приличий и не считавшим, что пара коктейлей обязывает новую знакомую к продолжению банкета в горизонтальном положении. Уже уходя из клуба, она снизошла даже до того, что дала новому знакомому номер своего мобильного. Их общение продолжилось, что, в свою очередь, привело к тому, что они с братом оказались втянутыми в это приключение.

Уже стемнело, когда яхта вошла в порт Ла-Линеа и встала на рейде. Выполнив все необходимые манипуляции, Миша включил компьютер и принялся названивать своему знакомому. Соня, которую вся эта история увлекала постольку-поскольку, слушала их разговор краем уха, листая какой-то журнал, посвященный яхтам и кораблям. Закончив разговор, Миша захлопнул ноутбук и, повернувшись, с довольным видом объявил:

– Завтра с утра профессор Блан и его ныряльщик Джеронимо будут у нас на борту. Леша, будь готов помогать при погрузке оборудования.

– Еще оборудование?! – возмутился Леша. – Да куда его столько?! И так на палубе не протолкнуться от ящиков.

– Не говори глупостей, – поморщился Миша. – У профессора есть оборудование, способное обнаружить любой металл под двумя метрами ила и песка. Или ты считаешь, что корабли, утонувшие в семнадцатом веке, лежат на дне открыто?

– Так суда же тогда были деревянные, – проворчал Леша, почесывая в затылке.

– Леший, не тупи. На любом судне того времени всякого железа было больше чем достаточно, чтобы засечь их современными приборами, – фыркнула Соня, откладывая журнал.

– Полностью поддерживаю предыдущего оратора, – улыбнулся Миша. – Скобы, стяжки, блоки, пушки – все это оставалось в корпусе корабля и тонуло вместе с ним. Теперь понял?

– Да ладно вам. Ну не подумал, – сдался Леша, разведя руками и скроив умилительную физиономию. – Может, вечеринку замутим? А то скучно что-то.

– Ты еще предложи девок из портового кабака притащить, – скривилась Соня.

– А что? Мы зачем сюда приехали? – оживился Леша. – За пиратским кладом. Где-то на дне он есть? Есть. Яхта парусная? Парусная. Значит, надо арендовать костюмы того времени и замутить тематическую вечеринку. С саблями и прекрасными пиратками. Пятнадцать человек на сундук мертвеца! Йо-хо-хо и бутылка рома! Пей – и дьявол тебя доведет до конца! Йо-хо-хо и бутылка рома!

– Скоморох, – хихикнула Соня, качая головой.

– Нет, приятель. Вечеринки, пьянки и прочие гулянки будем устраивать перед отъездом. И вообще, с завтрашнего дня постарайся воздержаться даже от пива и газировки.

– С чего это? Мы ж вроде в отпуске.

– С того, что нам предстоит нырять. Много и глубоко. И в этом вопросе я на тебя крепко рассчитываю. Сам говорил, что хорошо под водой ориентируешься и с аквалангами дело не раз имел. Значит, должен знать, что такое подводные работы. А море невнимательности не терпит. Так что я как капитан и руководитель данной экспедиции с завтрашнего дня объявляю на борту сухой закон. Работать будем серьезно.

– Что, и она? – ткнул Леша пальцем в сестру.

– Соня будет нырять только по желанию, но на борту и у нее будут свои обязанности. Мы с ней давно уже обо всем договорились, – без улыбки ответил Миша, и Соня поняла, что это совсем не шутки.

– Погоди, так ты нас как работников сюда притащил или отдыхать? – снова завелся Леша. – И когда это вы сговориться успели? Да еще и у меня за спиной?

– Леший, усохни. Миша прав. Он с самого начала честно нас предупредил, что предстоит серьезный поиск пиратских сокровищ. А значит, делать все надо правильно и серьезно. Я согласна, шкипер, – закончила свой спич девушка, глядя Михаилу в глаза.

– Спасибо, – улыбнулся Миша. – И ты права, говоря, что работать придется очень серьезно. Поверьте, ребята, это не просто погоня за призраком. Блан – человек очень серьезный, и я ему верю.

– Миш, а если и правда клад найдем, как делить будем? – помолчав, вдруг спросил Леша.

– После уплаты налогов – на пять равных долей. Скажу сразу: уходить от налогов я даже пытаться не стану. Загремим на кичу быстрее, чем мяукнуть успеем. Здесь с этим строго. Но и того, что останется, на три жизни хватит. Главное – распорядиться полученным с умом.

– Погоди, ведь такой клад будет иметь не только стоимость золота, но и историческую ценность, – подумав, напомнила Соня.

– Именно поэтому я и решил привлечь профессора. Его слово имеет вес в экспертном сообществе, и если он скажет, что та или иная вещь ценности не имеет как артефакт, то она будет реализована по стоимости металла или еще как-то. Поверьте, найдется много частных коллекционеров, желающих приобрести подобные вещи из-за их возраста.

– Похоже, ты всерьез готовился клад дербанить, – задумчиво усмехнулся Леша.

– Я готовился его найти, – улыбнулся Миша. – Деньги у меня есть. Тут дело не в ценности найденного, а в самом процессе.

– Это как? – нахмурился Леша.

– Главное – не сам клад, а процесс его поиска, – пояснила Соня. – Леший, ты, похоже, последние мозги дома забыл.

– Да ну вас, – надулся Леша. – Я никогда не собирался клад искать. Так откуда мне знать, в чем удовольствие от процесса и как найденным золотом торговать?

– Ну да. У тебя желания выше пояса не поднимаются, – не удержалась от шпильки сестра.

– Сама дура, – неожиданно обиделся Алексей. – Я нормальный, здоровый мужик, и желания у меня нормальные. Просто интересы другие. Вот ты на что свои деньги тратить будешь?

– Организовала бы заповедник, – неожиданно для себя ответила Соня.

– Что-о-о?! Нет, сестренка, ты точно блаженная, – удрученно покрутил головой Леша. – Это ж надо додуматься, такой куш во всякие «гринписы» отдавать. Это же проходимцы каких поискать. Вспомни, какой скандал был, когда их финансирование опубликовали.

– При чем здесь «Гринпис»? Я же сказала: заповедник. Свой. Арендовать или купить землю, завести там редких животных и нанять охрану, чтобы всяких браконьеров гоняла, – возбужденно размахивая руками, принялась пояснять девушка, явно увлеченная новой идеей.

– Чем бы дитя ни тешилось, лишь бы водки не просило, – проворчал Леша, глядя на сестру неверящим взглядом.

– В этом месте должно прозвучать: сам дурак, – усмехнулся Миша, пытаясь разрядить обстановку.

Не ожидавшие от него такой выходки родственники дружно расхохотались.

– М-да, что-то я разошлась не по делу, – смущенно улыбнулась девушка. – Начала делить шкуру неубитого медведя.

– Ничего. Это называется: мыслить в позитивном русле, – поспешил поддержать ее Миша. – Ну а ты что на свою долю купишь? – повернулся он к Леше.

– Клуб ночной открою. С большим танцполом, роскошным баром, кордебалетом, в общем, полный фарш. Чтобы народ мог всю ночь развлекаться, на проблемы не оглядываясь.

– Думаешь, если тебя во всех клубах столицы в рожу знают, то и сам сумеешь клубом заправлять? – иронично хмыкнула Соня. – Нет, братец. Бизнес – это не твое. Там думать надо. А ты этого делать не любишь.