Пятница, вечер. Ненавижу.

– Иди в свою комнату,– говорит мама.

Она такая красивая: стоит у зеркала в прихожей, закалывает пряди черных волос, красит губы помадой. Ярко красная линия съезжает за уголок рта. Мама хмурится, хватает платок, подтирает алую метку. Она сердится. Может, и на меня. Я закусываю губу и отвожу взгляд от маминого отражения в зеркале.

– Зубы почистила? Ложись в постель. Бабушка вот-вот придет, – проговаривает мама. Она уже достает из коробки праздничные туфли.

Я открываю рот, чтобы сказать ей очень важное. Но я боюсь, и рот закрываю. Как она рассердится, когда я признаюсь. Но я же должна. Может быть, если я расскажу все-все, она поймет…

– Мама! – вырывается у меня всхлип. – Мама, останься дома, пожалуйста.

– Что? – Она разворачивается и быстро подходит ко мне. – Это что за истерика?

– Мама, ночью тут… мне страшно. Она говорит, что я должна…

– Что ты такое бормочешь? Кать, ты что, опять снов да темноты боишься?

Мама присела передо мною на корточки. Но ей неудобно на высоких каблуках, и уже пора уходить.

– Сны это выдумка. И в темноте нет ничего страшного. Если хочешь, оставь лампу включенной. Я разрешаю. Только не хнычь из-за ерунды. Большая уже.

Я хочу сказать, что не темноты боюсь. Но мама уже не слушает, а я ведь большая.

И я остаюсь в своей комнате. Залезаю на кровать, натягиваю одеяло на колени. Голая ветка царапает по окну из темноты двора. Круг желтого света от ночника защищает меня от темных углов комнаты. Я одна. Но это ненадолго.

Так случается каждую пятницу. Вечером меня отправляют пораньше спать. Иногда мама, иногда бабушка, которая приходит на ночь присмотреть за мной. Когда мама, красивая, нарядная, уходит, бабушка смотрит в телевизор, а я в щелочку двери – на нее. Бабушка не ругала меня, когда заметила, что я подглядываю. Только заперла дверь в мою комнату. Когда-то давно, в прошлом году еще, у двери не было замка. Теперь есть, и дверь запирают, чтобы мне крепче спалось. Так объяснила мама. Утром в субботу я не могу выйти, пока она не откроет.

Видите, все стало плохо не сразу. Иногда бабушка разрешала мне посидеть с ней на диване, посмотреть телевизор. А мне нравилось смотреть, как она чистит яблоки. Мяско яблока бабушка любит, а кожуру нет. У нее есть тонкий острый нож, она медленно и аккуратно срезала кожуру, а та падала длинным завитком. Красиво, и мне потом эти завитки можно было съесть.

Теперь уже бабушка не зовет меня на диван. Но и не всегда запирает меня с вечера, если я веду себя хорошо. Это делает мама ранним утром, когда возвращается. Я слышу ее шаги и чьи-то еще. Бабушка шаркает в коридоре и что-то ворчит. И захлопывает за собой входную дверь, хотя мама и просила ее быть тише. Я сама слышала.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «ЛитРес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на ЛитРес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.