Егор Румянцов
Судьба эскаписта

Часть 1. Сказка для дракона

Глава 1. Каменная голова

Примерно на границе севера и юга, там, где река Зеленозмея делает крутой поворот, вгрызаясь в равнину Пастухов в виде петли, на утёсе расположился крупный богатый город Горгона – «Ворота севера». Построен он был на обломках более старого поселения, название которого уже никто и не вспомнит, зато все помнят, что самый богатый кожевенный цех расположен именно в Горгоне. Однако, эта история будет, конечно же, не про кожевенников, ведь Горгона, в конце концов, славилась не только ими одними…

***

Неухоженные однотипные дома в три-четыре этажа сходились почти вплотную, оставляя для прохода путника совсем немного места. Солнце в такие переулки попадало только в середине дня, поэтому было уже довольно темно для летнего вечера. Где-то слева послышался скрип деревянных рам, собака залаяла в подворотне. На узкой улочке почти никого, лишь одинокий путник, закутанный в плащ, устало брёл, изредка поглядывая по сторонам. На плече справа у него висел рюкзак, а слева под плащом угадывался эфес меча. Хоть своим видом прохожий и не выделялся, вряд ли какой-нибудь местный бандит согласился бы на него напасть. И дело было вовсе не в мече. В конце концов меч – игрушка дорогая. Его можно отобрать и продать. Но что-то в путнике выдавало в нем наёмника-авантюриста. С такими местные бандюги старались, по возможности, не связываться.

Авантюристы – отчаянные сорвиголовы, исследовали древние руины в поисках всяких богатств. Сражались в глуши с такими страшными тварями, что хоть стой, хоть падай. Вольные наёмные бойцы, что не гнушались сложной работой. Впрочем, собственно бойцами были не все. Кто-то пользовался луком, кто-то вообще мог уделать врага голыми руками, были среди них и маги, лекари и прочие колдуны и фокусники разных мастей. В общем, братство авантюристов представляло собой довольно пеструю кампанию. Встречались в их кругах как благородные идеалисты, так и последние подлецы. Но в общей массе это были относительно нейтральные наёмники, делавшие свою работу за награду, конечно.

Путник в плаще, тем временем, прошёл ещё три дома и свернул направо, в переулок под каменной аркой. Дальше стало немножко попросторней и светлей. Впереди проема виднелся бесформенный внутренний дворик постоялого двора «Каменная голова» – место, где часто останавливались такие приключенцы. Первый этаж заведения – общий зал и трактир, как и полагалось, каменный. Последующие два – деревянные надстройки, были жилыми комнатами.

Когда хозяина этого места спрашивали, почему оно носит такое странное название, он отправлял интересующегося к восточной стене здания, где среди кладки грубо обработанного камня, была вмурована голова какой-то статуи. Голова лежала на боку, на правой щеке. В потертом выщербленном лице с трудом угадывались женские черты. Кого изображала статуя, не знал никто, даже хозяин постоялого двора, а ведь его семья владела этим заведением века два, не меньше. С другой стороны, в городе под названием Горгона статуями было никого не удивишь. Остатки древних монументов до сих пор выкапывали при строительстве домов, поэтому не было зазорным использовать хороший «камень» в кладке. Чем видимо и воспользовался далекий предок Рональда, теперешнего хозяина заведения.

Авантюрист отворил дверь, кивнул трактирщику, прошёл внутрь и только тогда скинул капюшон плаща. Наёмник оказался довольно молодым человеком, но не юнцом. Точный возраст угадать было сложно. Скорее всего, ему было около двадцати пяти. У него было простое, ещё не загрубевшее лицо, светло-каштановые чуть вьющиеся волосы и такого же цвета глаза. Из местного контингента он довольно сильно выделялся.

В это время дня найти свободный столик в Каменной голове трудно, и авантюрист хотел было подняться к себе в комнату на третьем этаже, как вдруг его окликнули гнусавым хриплым голосом из дальнего угла зала:

– Какие люди, дружище! Давай сюда, вот здесь свободно!

– Альварес?!

За столиком в углу сидел заросший щетиной южанин. Альварес – самое полное исключение из правил, какое только может случиться на этом свете. Двухметровый детина далеко за тридцать с огромными ручищами и не менее огромным животом, выпиравшим из-под просаленного кожаного жилета. Южанин производил довольно отталкивающее впечатление, поэтому часто сидел один. Прозванный за свою комплекцию «Боровом», Альварес являлся тем не менее одним из лучших фехтовальщиков юга, сражался рапирой, которую звал «Зубочистка». Как ему удавалось так виртуозно фехтовать с подобной комплекцией – загадка природы.

Сейчас он вальяжно развалился на стуле и расслабленно махал рукой, указывая на свободное место рядом с собой только что пришедшему наёмнику. На столе у южанина располагались огромная, видавшая виды широкополая чёрная шляпа и массивная деревянная кружка, а к спинке стула была приставлена, собственно, «Зубочистка» в ножнах. Наёмник секунду помедлил и направился к столику с Альваресом.

– Дориан по прозвищу «Лезвие», жив ещё! – южанин попытался улыбнуться, вместо этого скорчил довольно мерзкую рожу.

– Ты тоже, смотрю, не помер, – пробормотал подошедший наёмник.

– Не дождётесь! Ну, располагайся!

Альварес протянул свою огромную лапу, не вставая с места. Наёмник пожал её и только после этого сел на свободный стул.

– Рональд, организуй нам пожрать чего-нибудь! – прогнусавил южанин.

Трактирщик поднял руку в ответ, показывая, что заказ принят, а затем кивнул официантке, и она, захватив с собой поднос, мигом юркнула на кухню, чуть не столкнувшись в дверях с ещё одной, тащившей такой же, но доверху заставленный кружками с напитками.

– Я не думал, что встречу тебя в Горгоне, – пробормотал Дориан.

– Да я и сам не думал, что заберусь так далеко на Север, – Альварес отпил из кружки, смачно рыгнул и продолжил. – На юге работёнки всё меньше. Цивилизация. Всё, что можно выкопать и утащить, выкопали, утащили и…

– И давно прокутили! – отозвался басом дворф за столиком справа.

– Дело говоришь, бородатый, – продолжил Альварес. – На тварей тоже нет контрактов. Вот и пришлось тащиться аж до Горгоны.

– И как?

– Скверно… – Альварес вдруг расплылся своей мерзкой улыбкой. – Слушай, ты же у нас проныра. Может чего посоветуешь?

– Даже не знаю… – задумался Дориан. – Хотя, я давно думал собрать группу, сходить кое-куда, да всё некогда было.

– Отлично! Тебе же нужен лучший фехтовальщик юга? Конечно нужен! – Альварес скорчил заговорщицкую мину.

– Ладно, ладно уговорил. Только вот…

– Только что?

– Твои навыки здесь плохо знают, а своей рожей ты распугаешь остальных кандидатов.

– Ну как можно, дружище! Я – само обаяние! – Альварес пытался изобразить обаяние. Получилось мерзко. – Ты ещё кого-то приглашал?

– Нет, я же серьёзно за это дело не брался, так что пока только ты. Я думаю, будут нужны боец в доспехах и жрец какой-нибудь там, ну или маг, только чтобы мог лечить. Взломщик ещё потребуется.

– Это ты правильно говоришь. Я тут как раз наблюдаю очаровательного взломщика.

– Где?

– Там, – Альварес махнул рукой на группу из четырех авантюристов рядом с хозяйским прилавком. Тощий маг, коренастый рыцарь – даже в таверне в доспехах, нервный дерганый долговязый тип с двумя короткими мечами за спиной и эльфийка в зелёном плаще.

– А кто взломщик, остроухая что ли? Так она вроде лучница. Да и сразу понятно, что они дилетанты.

– Спокойно, дружище! У всех эльфиек довольно ловкие пальчики. Не сомневайся, замки вскрывать она умеет. К тому же сеньорита опытнее той троицы тупиц, – южанин хитро подмигнул, одновременно кивая в сторону девушки.

– Ну, может быть, не спорю. Но она всё равно уже в группе.

– Это ненадолго. Даже такой толстошкурый боров как я понял, что они не ладят. Видишь, какое у неё напряженное личико? – Альварес вновь скорчил гримасу. – Сеньорита видимо плохо умеет выбирать компанию, значит у нас есть шанс заполучить и взломщика, и лучника в одном лице, да ещё и такого очаровательного.

– Чепуха! У всех эльфиек напряженные лица, когда они находятся в человеческих городах. Эльфы поголовно ненавидят людей, а наши поселения, даже те, в которых сами живут, они вообще считают сточной канавой.

– Тогда предлагаю подождать развития событий, если я буду прав, ты платишь за обед, за нас обоих.

– Да у тебя просто денег нет. А черт с тобой, пусть так, – Дориан махнул рукой, соглашаясь на пари.

– Вот это по-нашему!

Авантюрист Дориан оглядел зал. Приметил несколько знакомых лиц то тут, то там. Двое типов играют в кости, оба шулеры, и оба, видимо, не подозревают об этом. В соседнем углу сдвинула столы и празднует группа Януса – «Северные волки». Отмечают успешное окончание крупного дела. Серьёзные ребята. С такими лучше не связываться – перекусят пополам. Рядом с Рональдом наигрывает на лютне и притопывает в такт ногой Фрида – девушка-менестрель, она почти постоянный работник заведения, и местная звезда. У неё даже поклонники есть.

Наёмник пристальней присмотрелся к компании. Вообще-то, эльфийка, похоже, реально не ладит со своей партией, а значит есть шанс её перехватить. Только как это лучше сделать? Переманивание компаньонов хоть и было повсеместным делом, всё-таки не одобрялось в сообществе авантюристов.

– Она точно опытнее остальных, чего она забыла в такой компании?

– И я о том же.

Тем временем тип с двумя мечами схватил эльфийку за локоть, та отдернула руку, что-то прошипела, развернулась на пятках и выскочила из заведения. Мутная троица переглянулась и направилась следом.

– Вот теперь наш черед! Подсобишь? – Альварес тяжело встал из-за стола, нахлобучив свою уродливую шляпу почти на глаза и подвязав на пояс «Зубочистку». – За мной! Двое храбрых рыцарей идут спасать прекрасную сеньориту!

– Только без трупов, слышишь? Мне тут ещё жить, – одёрнул южанина Дориан.

– Обижаешь, дружище! Я, практически, пацифист.

– У меня предчувствие, что ты втащишь меня в очередную дурацкую историю, – пробормотал Дориан и проследовал за Альваресом.

Двое авантюристов вышли наружу, где обнаружили эльфийку, окружённую тремя её уже бывшими компаньонами. Впереди стоял тип с мечами, слева заходил латник. А тощий маг, ухмыляясь, уже обошёл девушку сзади, загородив единственный выход.

– Отвали! Я ничего тебе не должна! Оставь меня в покое!

– Да ты что? А то ожерелье, которое ты сняла с кобольда, а? Думаешь я не видел?

Дёрганый тип уже достал один из своих мечей и игрался им пред эльфийкой. Латник упер руки в боки, но огромного двуручника из-за спины не вынул. Маг всё это время что-то бормотал себе под нос, держась за посох обеими руками.

– Вы мне и так ничего на заплатили!

– Это ты нам должна! Каждому! – жутко расхохотался маг.

Неторопливо вывалившись на улицу, южанин принялся праздно осматривать окрестности постоялого двора, видимо прикидывая в уме свои дальнейшие действия. Заметив перед собой пустую бочку, заботливо оставленную кем-то, Альварес внезапно пнул её со всей силы. Бочка по широкой дуге пролетела над головами четвёрки, с грохотом врезалась в стену и разлетелась на куски.

– Чё?! А ты ещё кто такой?! – уставился на Альвареса тип с двумя мечами.

Южанин одним прыжком сократил дистанцию, и с треском зарядил типу огромным кулаком по лицу. От такого удара мечник отлетел в сторону как кегля, продемонстрировав при этом замысловатый пируэт. Послышался глухой удар падающего тела и звук разлетевшихся по мостовой зубов.

– Я, Франсиско Алонсо де Альварес – идальго! Пришёл спасти прекрасную даму из лап таких презренных типов, как вы! – продекламировал южанин, сделав вычурный реверанс шляпой в сторону эльфийки. Та в ответ выпучила глаза и раскрыла рот от неожиданности.

– УУУУУ! – это дерганый, получивший по роже, начал кататься по мостовой, схватившись за окровавленную пасть, лишившуюся всех передних зубов. – Фто фы фтоите?! Приконфите ефо!

– АААА!!!

Латник опомнился, выхватил двуручник и, крича как сумасшедший, принялся им размахивать. Альварес легко увернулся от нескольких ударов. Ловко перебирая ногами, выхватил «Зубочистку» и пару раз со звоном ткнул в броню оппоненту. Сонливость и праздность южанина как рукой сняло. Дориан воспользовался замешательством, тоже достал широкий меч-полуторник и преградил путь магу, встав между ним и эльфийкой.

– Хи-хи двойной шашлычок! [Flamma pyramidalis]! – забормотал маг и направил свой посох на Дориана. С кончика жезла моментально вспыхнул огонь, распространившись в виде конуса в сторону Дориана.

Хотя [Flamma pyramidalis] или «Конус огня» одно из базовых заклинаний домена огня, оно очень эффективно. Ведь иметь под рукой личный магический огнемет совсем не плохо, поэтому заклинанием пользовались как новички, так и ветераны. Единственный недостаток – радиус действия всего два метра.

– [Blockierung]! – Дориан молниеносно провел левой ладонью по клинку и выставил его вперед. Огонь со звуком «пшшш» вспыхнул в обратную сторону, обдав мага. Впрочем, тот успел отскочить назад и серьёзного урона не получил, отделавшись подпалинами на своей поношенной мантии.

– Что? Ночной клинок?! Противомаг!

– Дошло наконец? – оскалился Дориан.

А дальше произошло то, что никто не мог предсказать.

– Меняем тактику! – прогнусавил Альварес, видимо, устав без толку колоть латника, и ловко отправил рапиру обратно в ножны.

– Шутки шутишь?! Н-на! – латник со всей дури горизонтально махнул клинком.

Южанин грациозно увернулся, тут же подскочил к латнику вплотную и шарахнул его своим кулачищем сверху вниз по шлему, оглашая двор колокольным звоном. Латник зашатался и непременно бы упал, если бы не Альварес. Левой рукой он схватил его за пояс, правой за отворот латного воротника и поднял над собой, как мешок с зерном.

– ВПЕРЕД! НА ЛУНУ! – с диким криком, рыча, южанин отправил уже не сопротивлявшегося латника в полёт. Тот пролетел до стены, ударился, гремя доспехами, и затих, упав рядом с разломанной бочкой.

– Ну, кто лучший фехтовальщик, а?! Кто ещё хочет?! – Альварес разошёлся не на шутку, скорчив крайне дикую физиономию.

От неожиданности замерли все: и Дориан, и эльфийка, и маг. Даже тип, что всё ещё валялся на мостовой, прекратил скулить и уставился на Альвареса, открыв беззубый окровавленный рот.

– Чума в Ньюпорте, мне ж никто не поверит… – в дверях в группе зевак появился Рональд, владелец «Каменной головы».

– Прекратите, сейчас же! – Фрида тоже была здесь. – Дориан, что вы творите?

Теперь уже маг воспользовался замешательством, подхватил беззубого, и двое, прошмыгнув в переулок, бросились наутёк. Латник, никем не подобранный, так и остался лежать у стены.

– О, благородная сеньорита, больше эти прохвосты вас не побеспокоят! – Альварес выдал ещё один реверанс шляпой, ловко отплясав на месте.

– Вы чего наделали?! – эльфийка наконец пришла в себя, и вид у неё был совсем не благодарный.

– Э?

– Жирдяй, ты что наделал? Они же мне теперь ни за что не заплатят!

– Эти «господа» всё равно бы тебе ничего не заплатили, – Дориан подошёл к эльфийке. – Я узнал мага. Это Гоуга Огненный. За него положена награда в Эрлиге.

– Чего?! В моём заведении пил преступник? – разозлился Рональд. – Дориан, ты что меня сразу не предупредил?

– Да я сам его только что узнал. Эх, убежал гонорар. Кстати, глянь листовки. Может и за летучего латника чего полагается?

– Ага, я сейчас, мигом! А вы что встали, расходитесь! – Рональд побежал в трактир попутно разгоняя зевак.

– Сеньорита, а вы кажется остались без партии? – подмигнул эльфийке Альварес.

– Ну осталась, и чего, жирдяй?

– Не согласитесь ли составить компанию двум благородным воителям?

– Что?! Эй, кудрявый, чего этот боров только что сказал?

– Боров?! Как грубо, сеньорита, разве так ведут себя эльфийские дамы?

– Альварес, забудь. Она не эльфийка, ты ошибся, – тихо процедил Дориан, мельком поглядывая на толпу зевак.

– Э?

– Чё? – Альварес, и эльфийка недоуменно уставились на Дориана.

– Как не эльфийка, дружище, ты что сам не видишь?

– Тихо ты! И всё я отлично вижу. Пойдём, пройдёмся подальше от ушей. И ты тоже, как тебя вообще звать?

– Лили…

– Прелестно. Для твоей же безопасности идёшь с нами.

Трое авантюристов прошли по улице, пока гул трактира не затих, и они не оказались в узком тихом переулке. Дориан остановился, озираясь по сторонам, постоянно всматриваясь в темноту. Поняв, что никто за ними не следит, ночной клинок облегчённо вздохнул и пристально уставился на лучницу.

– Дружище, да объяснись наконец! – не выдержал Альварес.

– Хорошо, здесь как раз спокойно. И так, уважаемая Лили, ты у нас редкой породы.

– Я?

– Она полудемон, Альварес! Настоящий полудемон. Ты хоть понимаешь, что бы с тобой сделали, если бы это вскрылось?

– Сожгли б, наверное, – тихо пробубнила поддельная эльфийка, продемонстрировав при ухмылке клыки чуть длиннее обычных и совершенно не характерные для эльфов. Светлые волосы девушки вдруг покраснели, но сразу же пришли в норму.

– Э? Demonio?! – Альварес был явно ошарашен.

– Эти трое прохвостов не знают?

– Нет, меня до тебя ещё никто не раскрыл. И что теперь будем делать? Сдашь меня страже?

– Больно надо. Впрочем, всё обернулось гораздо удачнее. Ты замки вскрывать умеешь?

– Конечно умею. Кто я по-твоему такая?

– Мы с Альваресом организуем небольшой забег кое-куда. И нам нужен взломщик, если ещё и из лука стрелять будешь – вообще прекрасно.

– Дориан, но она же demonio!

– Успокойся, ты сам её предлагал полчаса назад. Чего бы не напридумывали церковники Алого Храма, полудемоны не опасны. Это практически люди, хоть и со своими особенностями.

– Ну если ты утверждаешь… Но demonio! Они пробираются в мысли и…

– Жирдяй, да успокойся уже, мне на тебя наплевать.

– Сеньорита, как грубо… – тихо, почти шепотом прогнусавил Альварес.

– Ну так что, согласна? – Дориан протянул свою руку Лили.

– А куда мне ещё деваться?

– Тогда, может, вернёмся в трактир и обсудим детали в спокойной обстановке? У меня там комната на третьем этаже.

***

В этот вечер в трактире «Каменная голова» было гораздо оживлённее, чем обычно. Виной тому было невероятное представление, показанное более-менее известным в этих краях Дорианом, и до этого совершенно неизвестным южанином. Конечно, драками и подтасовками местную публику было не удивишь, но вот латника, отправленного в полёт, вспоминали потом ещё очень долго.

Когда троица вернулась в трактир, их приветствовали аплодисментами и свистом, как известных менестрелей. Даже вечно хмурый Янус при виде их ухмыльнулся и поднял вверх кулак, выражая солидарность. Одна лишь Фрида, как показалось Дориану, смотрела укоризненно. Наконец, она не выдержала и подошла к ним:

– Дориан Нордвинд, я думала, что уж у тебя с головой всё должно было быть в порядке.

– Извини, так вышло.

– Ничего себе вышло! Этот вот кабанчик, – Фрида указала указательным пальцем на Альвареса – не плохо у нас во дворе порезвился.

– Сеньорита, как грубо! Кстати, Дориан, представь нас, мы не знакомы.

– Фрида – менестрель и бард в «Голове». Фрида – это Альварес, лучший фехтовальщик юга, без дураков.

– Да ну? Интересно, все южные фехтовальщики отправляют в полёт своих оппонентов?

– Кхем, – Альварес попытался изобразить раскаяние.

– Пф… Да мне, в принципе, всё равно, но я тут старалась, бойца тебе нашла наконец, еле её уговорила! Но после ТАКОГО она просто развернулась и ушла.

– В смысле, она? – прищурился Дориан.

– Этна-Копейщица, я её уболтала почти, а вы всё испортили. Особенно этот твой южанин.

– Мда, нашли взломщицу, потеряли копейщицу, – философским тоном проговорил Дориан. – Может поговоришь с ней ещё раз, а?

– Ладно уж, – ухмыльнулась Фрида. – Но с одним условием, вы включаете меня в партию! Или ищите латника сами!

– Наверху поговорим, тут слишком шумно… – недовольно пробурчал Дориан.

Вся компания проследовала по большой лестнице. Дориан подошёл к тяжёлой деревянной двери, достал ключ, и открыл проход. Комната авантюриста Дориана Нордвинда располагалась на третьем этаже, прямо над входом. Она была достаточно просторна, чтобы в ней спокойно разместились четверо человек, и в тоже время не лишена уюта. По середине стоял добротный прямоугольный стол, несколько стульев. Рядом с окном поместились небольшая кровать и сундук. В самом дальнем углу валялся маленький круглый щит и пара мечей к нему в придачу. По слою пыли, можно было понять, что ими давно не пользовались. Парочка картин, с изображёнными на них экзотическими пейзажами, и старый выцветший гобелен довершали антураж.

– Богато, – прогнусавил Альварес оглядывая стены с гобеленами. – Дружище, ты не плохо устроился!

– Да, конечно, если бы я его тогда не заставила раскошелиться, он так бы и ночевал чёрт знает где! – фыркнула Фрида.

– Дружище, а ты и поэтесса себе отличную комнату прихватили, – Альварес толкнул локтем Дориана.

Фрида чуть не выронила графин, который держала до этого в руке и застыла на месте, выпучив глаза.

– Прекрати, Альварес! Фрида Нордвинд – моя родная сестра.

– А?! Простите мою бестактность, – теперь уже южанин вытаращил глаза. – Как я мог не заметить, вы так похожи.

– А вот и нет!

– А вот и нет! – хором ответили Нордвинды.

– Слушайте, да у вас тут прямо как в чёртовой опере! – рассматривая гобелен, отозвалась Лили. – Красивая тряпка, я б себе такую тоже повесила. Дерево уж очень цветасто нарисовано.

– Это просто хлам. Давно надо было его выкинуть, да Фрида не дает.

– И не дам! Как тебе не стыдно! Это гобелен с фамильным древом, а не какая-то тряпка! Это я и тебе, Лили, говорю.

– Так вы эта, из этих что ли, из господ?! – Лили уставилась на Нордвиндов.

– Дружище, и ты всё это время скрывал такой секрет? Дай догадаюсь, древо довольно солидное, такое для простого идальго будет слишком жирно?

– А то! – улыбнулась Фрида.

– Значит, угадал. Может вы младшие дети какого-нибудь барона?

– Альварес, хватит. Наш отец был графом в одном из маленьких пограничных владений на северо-западе. Это и графством назвать трудно – всего одно поселение на границе Серого Леса. Отца и матери давно нет в живых. И нас осталось всего двое. Я и Фрида.

– Подожди-ка, а разве титул не передается по наследству? – Лили подозрительно посмотрела на Дориана.

– Дружище, так ты на самом деле целый граф?! Простите мою бестактность, сеньор! – Альварес отвесил поклон.

– Да хватит уже! Не бывает графа без земель! А земель больше нет. Нашу вотчину разорили бестии с фронтира! Владение давно поглотил Серый Лес. В живых из всего дома, из всех наших людей, остались только я и сестра. Всё, точка. Я не хочу об этом говорить!

– Прости, дружище, я не знал… Ну так может перейдём к делам?

– Я как раз собирался, – Дориан, обрадованный сменой темы, открыл сундук и достал потёртый сверток. – Это карта нашего королевства. Вот здесь на западе, на границе с землями графа Фергуса, в заболоченной чаще местного леса расположен старый заброшенный замок.

На карте отчетливо красовались три красных пятна – три главных города королевства: Столица на востоке почти у границы с империей, собственно Горгона в центре, и Эрлиг чуть севернее. На северо-западе виднелась едва различимая неподписанная точка – центр владений графа Фергуса. А ещё западнее большое зелёное аляповатое пятно, изображавшее лес. Про него как раз и говорил Дориан.

– И это всё? – Лили сморщила нос. – Пшик какой-то! Оттуда уже всё вынесли давно…

– Как бы не так! Лес и замок, похоже, заколдованы. Лес все обходят стороной по широкой дуге, а замка вообще нет ни на одной карте. Более того, нет ни одного источника, в котором он бы упоминался! Местные селяне про него не слышали, а вот лес и топь считают проклятыми, даже хворост там не собирают, детей этим лесом пугают.

– Хм, дружище, а как ты на него вышел тогда?

– Я же противомаг, Альварес. Я изучал заклинания иллюзии. Когда мне местные сказали не ходить в проклятый лес, я туда сразу же и поперся. Морок был действительно очень сильный, я еле прошёл, и на холме увидел замок, который был почти полностью скрыт в тумане. Громадина ещё та! Башенки и всё такое. Я запомнил место и вернулся.

– А чего внутрь не полез? – опять перебила Лили.

– Я не больной, чтобы в заколдованный замок лезть в одиночку. Сразу понятно, что в замке жил какой-то чудак-чародей. Он и скрыл махину от посторонних глаз, да ещё так ловко. Так что дело может быть довольно опасным, но и куш, скорее всего, не маленький!

– Как будем делить трофеи? – оживился Альварес.

– По стандартной схеме. Добычу делим поровну, плюс я как предводитель группы могу взять одну любую вещь на выбор. Ну, что скажите?

– Разумно, я согласна! – первой отозвалась Лили.

– Дружище, я с тобой! – прогнусавил Альварес

– Меня не забудьте! – улыбнулась Фрида.

– Послушай-ка, дружище, – прогнусавил южанин, – обычно, когда основная грязная работа уже сделана, на сокровища набегает куча всякой швали, в том числе и соседи аристократы.

– К чему ты клонишь?

– Да этот граф Фергус, например, не захочет поживиться, когда мы обезвредим замок?

– Если бы глава группы был человек не знатный, но я же, как ты выразился, «целый граф», пусть и формально. Да и ты не простолюдин.

– Я, дружище, девятый ребёнок в семье. Так что почти простолюдин. Но вот вариант с тобой может и сработать. У тебя и печатка есть?

– Есть. Где-то в сундуке валяется, надо поискать.

– Дориан, что за безответственность! Отец гробу перевернулся уже бессчетное количество раз!

Дориан ещё раз открыл сундук, порылся в нём и достал на свет серебряный перстень-печатку с узором в виде ощерившейся морды неизвестного зверя.

– Когда убегали, Фрида его подобрала. Не думал, что он пригодиться.

– Это же замечательно. Теперь местным феодалом придётся считаться с нашим отрядом! – Альварес снова скорчил свою мерзкую ухмылку.

– С вводной закончили, теперь, поскольку не все хорошо знают друг друга, предлагаю рассказать о своих навыках, чтобы каждый знал на что рассчитывать. Конечно, свои козыри можете оставить при себе. Кто первый? Тогда я начну. Дориан встал из-за стола:

– Я Дориан Нордвинд. Человек. Ночной клинок. Другими словами, сражаюсь мечом и поддерживаю себя заклинаниями, владею навыками противомагии. Я отлично справляюсь с тварями. С людьми тоже проблем нет, особенно с магами, в общем универсальный боец авангарда. Лили, давай теперь ты.

– Я?! Ну, я Лили Купер, просто Лили. Лучница-рейнджер. Если кто не понял, я – полудемон. Менестрелька, да хватит на меня так подозрительно смотреть, я тебя не съем! Могу обезвреживать ловушки, магические тоже. Могу замки вскрывать похуже. Умею хорошо бить из лука. Охотиться могу. Вблизи сражаюсь кинжалами, но предпочитаю лук и держать дистанцию. Обычно представляюсь эльфийкой.

– Франсиско Алонсо де Альварес – идальго! Боец передовой. Лучший фехтовальщик юга!

– Что Ты можешь, мы все прекрасно видели! Фрида Нордвинд. Я менестрель и бард. Владею искусством волшебной музыки. Поддерживаю в бою команду, передавая благословления через мелодии и поднимая боевой дух. А также ослабляю врагов. Я способна за себя постоять. В близи сражаюсь коротким мечом, немного владею копьём, но с собой его не ношу. Могу лютней дать по башке, если потребуется, но после этого волшебных песен уже не дождётесь.

– Ну вот и познакомились, – Дориан окинул взглядом собравшихся. – Теперь поговорим о недостающих членах отряда. Фрида, просвети нас по поводу этой Этны.

– Она тяжёлый боец. Мы, в общем то, немного совсем поговорили, и она сказала, что сейчас свободна и ищет группу. Насколько я поняла, эта Этна сражается копьём и щитом или просто копьём.

– То есть вы не подруги?

– Я же объясняю, мы просто разговорились.

– Другими словами, ты не знаешь, что она за человек, и её силу в бою тоже.

– В-общем да, ты прав. Но я ведь тоже не без глаз. Поверь, она умеет сражаться. Мне она показалась довольно спокойной и рассудительной особой.

– Ладно. Завтра надо её найти. Без латника нам туго придётся. Я могу на тебя рассчитывать?

– Сразу с утра к ней отправлюсь, Рональд говорил, что знает, где она живет.

– Вот и отлично! Что бы мы все делали без Рональда? Теперь маг. Может кто-то знает колдуна какого-нибудь?

– Ты же сам колдуешь, я видела. Да и менестрелька вон поет песни зачарованные.

– Ха! Моё колдовство, Лили, узкоспециализированное. Я не могу лечить. Но зато я отлично режу глотки, особенно с помощью магии. Понимаешь разницу?

– Дориан! Прекрати! Меня в дрожь бросает, когда ты так говоришь и скалишься.

– Дружище, ты прямо опасный типус!

– И ты туда же? Извиняюсь, погорячился.

– Правда, чтобы напугать меня, потребуется всё же нечто большее, чем вид одной порезанной шеи, – Альварес мерзко ухмыльнулся.

– Мужики… – простонала Фрида, качая головой.

– На счет мага, – Лили подняла руку вверх, – можно сделать небольшой крюк и заехать в Эрлиг, там ведь есть академия магии или что-то вроде неё? Можно нанять какого-нибудь способного школяра, они по молодости берут немного.

– А это идея! – оживился Дориан.

– Не плохо придумано, сеньорита.

– Маленький крюк – это мягко сказано, но я давно там не была. Я тоже согласна.

– Значит, решено. Первой серьёзной точкой нашего маршрута будет город магов Эрлиг. Ну и последний и самый важный вопрос. Группу из четырех и более человек нужно регистрировать, иначе мы будем признаны незаконной вооружённой компанией, а за это королевские вояки рубят головы.

– Ты чертовски прав, дружище, моя мерзкая харя мне пока ещё дорога. Но они ведь требуют официального названия команды, и взноса в виде пошлины.

– Вот и я о том же. Взнос я уплачу как глава группы, но нужно ещё придумать, как мы будем официально называться. Ваши предложения?

– Это не ко мне, дружище. У меня с воображением плохо совсем, – поморщился Альварес.

– Название?! – явно растерявшись, стала озираться по сторонам Лили.

– Эх вы, дилетанты! – Фрида заговорщицки улыбнулась. – Предоставьте это профессионалу! И так, наша команда отныне и впредь именуется: «Сказка для дракона»!

Интерлюдия 1. Лекции профессора. Введение

Старомодная лекционная аудитория в форме амфитеатра была основательно заставлена. Длинные ряды видавших виды, но добротных массивных столов, сформированные в виде полукруга, повторяли форму комнаты. Они располагались на ярусах, каждый следующий был чуть выше предыдущего. Сбоку также ярусами находились шкафы, доверху набитые фолиантами и какими-то странными инструментами. Вытянутые стрельчатые окна несмотря на то, что были целиком составлены из разноцветных витражей, пропускали подозрительно много света. Но если этого было недостаточно, с потолка свисала огромная люстра, собранная не из каких-то обычных свечей, а из магических светильников. Настоящее произведение искусства. В центре аудитории, в самом низу, расположились большая учебная доска и преподавательский стол в комплекте с кафедрой.

Сейчас аудитория была почти до отказа наполнена детьми, мальчиками и девочками примерно десяти-двенадцати лет отроду. Большинство из них сидели по одному, но были и те, кто образовали мелкие группки и теперь шушукались между собой. Кто-то пытался шутить, кто-то пялился в потолок. Один мальчуган откровенно ковырял в носу, наивно полагая, что его действие останется не замеченным. Несколько девочек, усевшись почти вплотную, рассматривали цветную брошюрку, видимо принесенную одной из них. На последнем ярусе расположилась группа мальчишек, весь вид которых говорил о том, что они чего-то задумали. Несколькими ярусами ниже, ближе к середине, собралась совершенно другая компания. Несмотря на малый возраст, от них исходила некая надменность. Эти вели себя более сдержано и поглядывали на остальных свысока. Группа с «галёрки» и вовсе удостоилась презрительных взглядов. Но было то, что объединяло всех этих детей – необычные мантии серого цвета с серебряной вышивкой. Носили их как мальчики, так и девочки.

Дверь в аудиторию внезапно открылась, и несколько десятков испуганных пар глаз уставились на вошедшего. Им оказался опрятного вида старичок в похожей мантии, но не серого, а красного цвета с золотой вышивкой. Он был лысоват. Седые волосы остались только на висках. На простом круглом лице было выражение крайней доброжелательности. Старичок осмотрел класс, добродушно улыбнулся и начал.

– Здравствуйте, юные дамы и господа! – радушно сказал он.

– Здравствуйте! – дети повставали с мест и робко промямлили ответное приветствие.

– Какие воспитанные ученики мне попались в этом году! – похвалил старичок. – Рад знакомству. Прошу, присаживайтесь!

Дети послушно сели на свои места, не сводя глаз с преподавателя.

– А теперь, позвольте представиться, Гюнтер Форшер, профессор колледжа авантюристов города Горгоны. На следующие несколько лет я буду куратором вашего класса и преподавателем по магии. А это значит, что мы с вами проведём много времени вместе, постигая такое невероятное искусство, как волшебство!

Сообразив, что преподаватель попался явно незлой, многие дети расслабились, кто-то выдохнул с облегчением. Парни с «галерки» начали откровенно ухмыляться. Старичок, казалось, не замечал этого и продолжал.

– Магия – величайшая из тайн этого мира, а я могу помочь вам приоткрыть дверь, за которой вас ждёт невероятное приключение всей вашей жизни. Но пройти этот путь дальше сможете только вы сами, поэтому я жду от вас усердия и терпения, ибо ничего не дается легко. У вас будут как победы, так и неудачи. И я надеюсь, что совместными усилиями, мы с вами достигнем больших успехов и преодолеем все трудности.

Вы уже три года постигали базовый курс. Научились чтению, письму, арифметике. Прошли географию и немножко коснулись наук о природе. Освоили курс физической подготовки. Это был хороший задел. Все вы, безусловно, молодцы. Сейчас же настала пора приступить к углублённому изучению специальных дисциплин.

Кто-то из вас решил стать воином, кто-то предпочитает искусство дальнего боя из лука, например, а у кого-то душа лежит к волшебству. Вы можете возразить, что многим из вас магия не нужна. Но уверяю вас – это не так. Знать азы будет крайне полезно даже простому мечнику, поэтому основы магической теории, которым буду обучать вас я, обязательны для всех вас.

Я вижу, что вы надели мантии для практики. Это крайне похвально, так как мантия необходимый атрибут любого, кто использует магию. Не важно при этом, является ли он магом. Заверяю вас, что это не просто тряпки. Все они зачарованы высококлассным специалистом и способны смягчить некие негативные моменты, которые вы, несомненно, в процессе обучения будете создавать, поэтому заклинаю вас носить мантии на всех моих занятиях, так как я не делю их на лекции и практики. Всем всё понятно? Класс закивал в ответ.

– Замечательно! А теперь приступим к нашей дисциплине. К основным магическим наукам, коих на свете, скажу я вам, превеликое множество, относятся: декламирование заклинаний, колдовство, зачарование, алхимия. А теперь, может ли кто-нибудь из вас сказать мне, что такое магия?

Вопрос на первом занятии явно застал детей врасплох. Многие из них опустили глаза, боясь, что спросят именно их. Девочки с первых рядов даже побледнели. Побледнели почему-то и мальчишки с последнего яруса. Пухлый парнишка, ковырявший раньше в носу, вытащил книжку и принялся панически её листать. С первого ряда робко поднялась рука. По залу прошёл вздох облегчения. Руку тянула щуплая курносая девчушка.

– Прошу, юная леди.

«Юная леди» явно опешила от такого обращения и замялась.

– Она не юная леди, она просто пастушка! – раздался мальчишеский голос с задних рядов.

– Кто это сказал? Почему пастушка? – старичок выглядел несколько раздосадованным.

– Так она с фермы, значит – пастушка! – крикнул другой мальчик. Класс разразился смехом. Девочка, которую назвали пастушкой вскочила, посмотрела на обидчиков, набрала воздуху в грудь и протараторила.

– Магия – это мера изменчивости нашего мира, учитель. Мир – это магия, а магия – это мир.

– Превосходно, юная леди! Такая точная цитата из Андреуса Схоласта заслуживает высшей оценки! Прошу, назовите нам свое имя.

– Юна Макбэйн, – пробормотала девочка, покраснев.

– Замечательно, мисс Макбэйн, – добродушно улыбнулся старичок. – Как я уже сказал, вы заслужили высшую оценку, прошу присаживайтесь.

Девочка села, но, несмотря на смущение, на её лице отразилась победная улыбка.

– И так, продолжим. Достаньте, пожалуйста, бумагу и принадлежности для письма. Следующая часть моей лекции под запись.

Магия, это, как было уже сказано, мера изменчивости нашего мира. Как известно, мир наш, в основе своей, имеет два начала. Это порядок и хаос. Другими словами, в мире протекают изменения, которые можно отнести либо к созиданию, либо к разрушению. И красной нитью через все эти процессы пролегает магия. Она, можно сказать, позволяет этим процессам осуществляться. Она словно кровь для всего мира. Магом же можно назвать человека, который немного сумел прикоснуться к этой силе. И я предостерегаю вас от излишне самонадеянных суждений, человек – это не вершина всего и уж тем более не господин над природой. На моей памяти было немало талантливых молодых людей, которые стали жертвой собственного тщеславия или глупости, поэтому к магии надо относиться с уважением и почтением. И тогда у вас всё обязательно получится!

Существует бесконечное множество школ магии, но среди них есть несколько особенно крупных. Первейшей из них будет «Школа старой империи». Огромное количество заклинаний принадлежит к ней. Школа эта имеет свой магический язык – Староимперский. Классическим заклинанием этой школы является [Flamma pyramidalis], а по-другому «Конус огня».

Другой большой школой является «Учение о противомагии». Это направление тоже использует свой сакральный язык «Рэден». В этой школе главным образом учат противостоять магии, много заклинаний защитного и поддерживающего характера. В основном, подобными заклинаниями овладевают ночные мечи, магические бойцы и, так называемые противомаги. Но и обычному волшебнику было бы не плохо знать парочку подобных заклятий.

Конечно же, этими двумя дело не ограничивается. Множество школ, не имеющих собственного магического языка, используют Староимперский или Рэден.

Особняком стоят школа иллюзий, природная ворожба друидов, а также божественная магия, которую используют жрецы, священники или монахи, взывая к своему богу.

Разнообразные монстры и прочие твари, представьте себе, способны колдовать, и порой весьма успешно. И конечно, стоит упомянуть демонические сущности, которые прекрасно владеют магией и очень технично способны её применять на погибель к неудачному призывателю, поэтому, хоть демонологию официально и разрешили, заклинаю вас быть предельно осторожными с демонами.

– Профессор, – один из благородно выглядящих ребятишек поднял руку, – у меня вопрос!

– Пожалуйста, молодой человек.

– Отец говорил, что демоны сражались на нашей стороне несколько лет назад в битве при Столице. Получается, что с ними тогда как-то смогли договориться?

– Как вас зовут, молодой человек?

– Эван де Гарден, – произнёс мальчик с достоинством, кивнув головой, а затем добавил. – Первый сын барона де Гардена.

Мальчик был явно человеком, однако ж в его лице и фигуре недвусмысленно угадывались эльфийские черты, что говорило о широких взглядах его отца.

– Понятно… Хоть вам и рано ещё такое проходить, но раз уж спросили… Демоны действительно помогли нам тогда. По залу побежали возгласы удивления и вздохи.

– Но, – учитель сделал акцент, подняв указательный палец правой руки вверх, – они сделали это со своим умыслом. Не останови мы тогда армию сумасшедшего бога и примкнувших, они бы стёрли сначала нас, а затем бы принялась за демонов. Да, удалось достичь некого консенсуса, выпущен закон, по которому нельзя призывать разумного демона без его согласия, но, если интересно моё мнение, долго это не продержится. Хаос и тяга к разрушению этих созданий непреодолима. Когда-нибудь хрупкий мир будет нарушен, но на данный момент мы не находимся в состоянии взаимного уничтожения, что само по себе уже не плохо. Ну что же продолжим ближе к теме…

Глава 2. Отбытие

Альварес и Лили довольно быстро справились с закупкой припасов и теперь направлялись по оживлённой улице в королевскую канцелярию, где Дориан должен был зарегистрировать группу, но почему-то задерживался. Фрида ушла договариваться с Этной-Копейщицей и тоже ещё не вернулась.

Это была широкая улица, тянувшаяся стрелой через полгорода. Она упиралась прямо в главную площадь Горгоны, где располагалась, как сказал Дориан, лавка отличного алхимика. По бокам стояли добротные каменные дома с богатыми фасадами. Кое-где виднелись лавочные вывески, расписанные яркими дорогими красками. Сейчас же конкуренцию вывескам составляли расклеенные к месту и нет приветственные плакаты и мишура. На полотнах изображалась благообразная пожилая женщина с диадемой на голове. Город ждал долгожданного визита королевы-матери. Виолетту вторую любили не в пример больше её собственного сына – нынешнего короля. Не смотря на все старания и успехи последнего, авторитет его матушки был абсолютным. Вопреки преклонному возрасту королева оставалась национальной героиней, остановившей смуту, и принесшей мир и процветание в стране.

Взгляд Лили скользнул с такого плаката на ближайшую вывеску. Она принадлежала солидной городской харчевне под названием «Филин и Сова». Оттуда тянуло приятным ароматом жареного мяса с травами. Другие прохожие тоже водили носами рядом с таверной, но цены в ней сильно кусались и отпугивали всех, кроме уж совсем откровенных богатеев.

– Вот накоплю деньжат и обязательно отобедаю в такой таверне, – мечтательно пробормотала Лили.

– Да, за простой ужин они стрясут с три дорого… – пожаловался Альварес.

– А на юге что едят? Я там не была никогда.

– Везде по-разному, сеньорита. Но жареное мясо у всех в почете.

– Точно! Прямо слюнки текут! Надо будет Рональду в «Голове» заказать.

– Отличная идея! Но сначала нужно найти эту королевскую канцелярию.

– Уже недалеко. Я регистрировалась здесь не раз.

– Так ты местная?

– Не совсем. Мы с мамой раньше жили в паре дней пути от Горгоны, и в городе я бывала иногда. Я под эльфийку почти с младенчества научилась маскироваться, чтобы мамку не выдать. Она-то всем говорила, что подобрала меня в лесу.

***

Упитанный клерк в цветастом камзоле выверенным годами службы движением недовольно шлепнул большую красную печать на бумаги, подтверждающие регистрацию компании авантюристов под названием «Сказка для дракона». Дориан забрал заверенные документы и покинул королевскую канцелярию. На улице его уже давно ожидали двое.

– Дружище, что же так долго?

– Скажите спасибо Фриде. Чиновник никак не хотел регистрировать нашу команду. Этот напыщенный индюк заявил мне, что это глупое название порочит королевскую вольную военную службу!

– Но тебе же удалось все уладить?

– Да, пришлось поводить перстнем у его носа. Знали бы вы, как я это не люблю. Ладно, Лили, как проходит сбор припасов?

– Отлично. Провиант купили, и наш кабанчик уже все отнес к тебе в комнату.

– Кабанчик?! Ну нельзя же так, сеньорита!

– Да успокойтесь вы! Фрида уже вернулась?

– Нет, дружище, мы не стали её ждать и поперлись за зельями, а по дороге решили узнать, как у тебя дела.

– Понятно. Тогда идём к алхимику что ли?

– Идём.

Лавка одного из уважаемых алхимиков, одноэтажный деревянный домик, притаилась прямо между двумя большими каменными особняками купцов-патрициев. Впрочем, хозяин-алхимик мог себе позволить спокойно отгрохать дом побольше, но почему-то не хотел этого делать. Сам хозяин лавки – совершенно лысый худой дед, приветствовал Дориана длинной костлявой рукой.

– Господин Нордвинд! Добро пожаловать! – у алхимика был густой баритон, что совсем не гармонировало с его внешностью тощего дылды.

– Давно не виделись, Себастьян!

– Давненько. Не представите меня своим спутникам?

– Конечно. Мои сопартийцы: Франсиско Альварес, боец передовой, и лучница Лили Купер.

– Себастьян Фиораванти. Рад знакомству господа и дамы! Рад знакомству. А как поживает ваша прелестная сестра?

– У неё всё хорошо, спасибо.

– Вот и замечательно. Ну, вы же не поболтать пришли? – алхимик жестом указал на прилавок.

Стеллажи и витрины, сделанные из дорогого мореного дерева, ясно давали понять, что алхимик являлся далеко не простым бедным травником. На самом деле, он входил в городской совет и был очень уважаем жителями Горгоны. Говорили, что в молодости он много путешествовал в составе группы приключенцев. В эту же группу, как поговаривали, инкогнито входила младшая дочь видного аристократа. С тех пор дела у алхимика шли только лучше.

– И то верно. У нас будет большой заказ.

– Славно! Славно. Знали бы вы, как приятно вести с вами дела, господин Нордвинд, – алхимик достал аккуратные золочёные рычажные весы. Затем выложил на стол коробочку с гирьками.

– Я такой хороший клиент?

– Вы – платёжеспособный клиент, и не заказываете ерунды. Редкое сочетание в наше сумасшедшее время. Знали бы вы, господин Нордвинд, как нынче плохо с платёжеспособностью. А дураков развелось и того больше! – посетовал алхимик, потирая рукой лоб. – Эх, видать, трудные времена нас ждут. Впрочем, к делу, господа!

Аптекарь быстро изучил вручённый список и принялся рыться в поисках нужных зелий. Разобравшись со всем довольно быстро, он сложил бутылочки в лёгкий деревянный ящик с клеймом лавки.

– Вот! Всё по списку. Господин Нордвинд, с вас пять золотых и тридцать серебряных монет с учетом скидки.

– Хорошо, Себастьян. Вот деньги.

– Как я и говорил, с вами приятно иметь дело!

– Кстати, Себастьян, ты случайно не знаешь кого-нибудь в Эрлиге. Нам нужен маг в команду.

– Тут вам немножко не повезло. Мой старый приятель гостил у меня. Но сегодня рано утром отбыл домой, как раз в Эрлиг. Там он точно всех знает.

– Значит не судьба…

– Почему же. Отправился он пешком, тем более в компании прелестной девушки-охранницы. Я знаю его уже пятьдесят лет и могу сказать точно – путешествовать с этим старым язвой одно наказание. Вы его быстро догоните.

– А что за охранница?

– Внучка другого моего старого друга, Этна по прозвищу Копейщица.

– Что?! – разом крикнули все три приключенца.

– Дружище, а не её ли должна была разыскать твоя сестра?

– Её, похоже. Надо торопиться. Если повезёт – догоним! Себастьян, спасибо, ты нам очень помог.

– Да незачем, только не втравите девочку в совсем уж большие неприятности.

– Обижаешь, Себастьян.

– Нисколько. Просто господин Нордвинд высоко поднимает планку.

– Так значит про меня говорят? Может быть, не спорю, но это позволяет мне оставаться платёжеспособным клиентом. До скорого, Себастьян!

– До новых встреч, господин Нордвинд!

Дориан и компания уже подходили к Каменной голове, когда на них чуть не налетела Фрида. Вид у не был крайне запыхавшийся. Поэтесса была в дорожной одежде, а за спиной у неё дрягалась лютня.

– Она уже ушла! Я опоздала! Надо спешить!

– Знаю! Если поторопимся – успеем. Значит так, команда! Полдня на сборы, с обеда выдвигаемся. Что не успели прикупить, возьмем в Эрлиге. Собираемся у городских ворот.

Чуть позже полудня старший стражник городского гарнизона, сорокалетний усач Эдмунд Вольф благосклонно взирал на компанию из четырёх приключенцев. Зевая, он мельком глянул на протянутые бумаги и лениво махнул помощнику рукой, чтобы тот пропустил авантюристов. Старшему стражнику Эдмунду Вольфу вдруг тоже захотелось вот так бросить всё и рвануть в неизвестность на встречу приключениям. Затем он посмотрел на корзинку с едой, заботливо принесённую его женой, сделал глубокий вдох в ожидании обеденного перерыва, ухмыльнулся, и крамольные мысли сами улетучились из его головы.

Конечно, крепостными стенами город не ограничивался. Дальше по дороге располагались посады и предместья. Сразу за воротами под стенами города можно было наблюдать небольшое открытое пространство, заполненное, впрочем, несколькими повозками с торговцами – скряги не захотели платить въездную пошлину и поэтому остановились здесь, разумно смекнув, что и тут им ничего не грозит. Дальше от стен шли сами посады, в которых располагались многочисленные мастерские и мануфактурки, большая часть из которых принадлежала кожевенникам.

Всюду торчали неаккуратные деревянные хибары, неровные и корявые, сколоченные наспех из потемневшего дерева домики в два, реже в три этажа. Дома эти ютились вдоль улиц с деревянными настилами. Камнем здесь мостили только главные проходы. И конечно, благодаря тем же кожевенникам, запах стоял просто «отличный». Однако, зелени в предместьях было не в пример больше, чем в пределах городских стен.

Горожане считали посады плохими районами, а кожевенников уж и тем более не жаловали, однако изделия из кожи были одной из главных статей дохода Горгоны, поэтому производство только увеличивалось, и город обрастал всё новыми и новыми кварталами.

Но даже они постепенно сменились полями и фермами, которые обеспечивали город продовольствием, а главное, сырьём для выделки кожи. Естественно, что крупный цех кожевенников Горгоны требовал колоссальное количество шкур, поэтому местные крестьяне, тоже многочисленные, специализировались на скотоводстве. Процветание ремесленников позволяло хорошо жить многим и в городе, и далеко за его пределами.

Плохой запах от кожевен сменился ароматом лугов, и идти стало гораздо бодрее. Скученные дома тоже пропали, явив взору открытые пшеничные поля и зелёные пастбища, где паслись тучные стада коров.

Группа оживилась и в быстром темпе зашагала по тракту. Поскольку Горгона располагалась на оживлённом торговом пути, то и тракт соответствовал требованиям. Он был широкий и ровный. Путешествовать по такой дороге – одно удовольствие. Она не превратиться в месиво от небольшого дождя, и бандитов можно сильно не опасаться, ведь королевские патрули регулярно объезжали крупные пути, пресекая бесчинства. Конечно, и на такой крупной дороге всегда можно было найти неприятности, но даже шайка бандитов не стала бы лезть на компанию авантюристов.

Чем дальше отходила от города группа Дориана, тем реже попадались им другие путники и торговые повозки. Причем, почти все из них направлялись именно в Горгону. Наконец, когда солнце почти зашло, авантюристы и вовсе оказались единственными странниками на пустом тракте посреди бескрайних полей и небольших перелесков.

Авантюристы предпочитали носить броню на марше, а не таскать её с собой в поклаже, поскольку от тракта всего можно было ожидать, и лучше быть подготовленным и уставшим, чем мертвым. Впрочем, вес и усталость можно было уменьшить специальными зельями, действовавшими около шести часов.

Впереди группы шёл Дориан, звеня лёгкой кольчугой под своим дорожным плащом. Лили, как и положено лучнице, носила кожаную куртку и штаны с наголенниками, тоже кожаными, а Фрида и вовсе не одевала брони, предпочитая дорожное, но цветастое одеяние менестреля, из-за чего неоднократно ругалась с братом. Замыкал процессию Альварес, который как-то умудрился напялить на свое брюхо потёртую старую кирасу.

Начало темнеть, ведь солнце уже почти спряталось за горизонтом. Как бы подтверждая это, проснулись сверчки и запустили свои песни. К ним присоединились и надоедливые комары. Будто оркестр из безумных скрипачей, они кружили над головами путников, оттягивая всё внимание на себя. В полях уже начал расползаться туман, обволакивая белым пленом всё, что в него попадало. Вдруг подул лёгкий ветер, принеся спасение от дневного зноя и разогнав уже порядком надоевших комаров. С ветром начало холодать, и от летней жары совсем ничего не осталось. Солнце растворилось за горизонтом на западе, оставив после себя лишь отблески. Да и их вскоре скрыл туман.

– На сегодня, я думаю, хватит. Ночами по дороге бродить точно не стоит. Да и холодает. Расположимся на привал вон на том холмике, – Дориан сделал знак рукой, и команда остановилась.

– Отличная идея, дружище! Я уж думал ты нас всю ночь потащишь по тракту! Давай-ка принесём вон то гнилое бревно – из него отличный костёр получится, а то как-то холодает.

– Тут кролики водятся, может подстрелить парочку?

– Сеньорита, отличная идея!

– Только слюной не захлебнись, кабанчик!

– Кабанчик?! Как грубо!

Через час костёр уже вовсю трещал, освещая холм тусклым светом, а аромат жареной на огне крольчатины подстегивал аппетит. Лили уселась у костра и стала закидывать в угли несколько картошин, Фрида перебирала на лютне какой-то простой мотив, а Дориан и Альварес просто бездельничали, болтая друг с другом. Потихоньку наступила ночь. Она подкралась почти незаметно, как кошка, а потом в один момент ринулась вперед и заволокла округу темнотой. Звезды, ещё недавно совсем тусклые, теперь зажглись в полную силу, пытаясь возместить отсутствие луны. Какая-то большая птица пролетела, шурша крыльями, и похоже, привела за собой особенно холодный порыв ветра. Но костёр, постоянно подкармливаемый новой порцией дров, одаривал путников теплом и располагал к беседам. Никто из компании ещё не спал.

– Вот это я понимаю следопыт, – прогнусавил южанин, развалившись на спине и подложив руки под голову. – Глаз наметан, сразу определила, где кролики живут.

– Да я знаю эти места хорошо, до фермы моей мамки день ходу! – сказала Лили, вынимая из костра последнюю партию картофелин.

– Э?! Так может навестишь матушку?

– Альварес! – Дориан резко одернул южанина.

– Хряк! Ну это уже слишком, я ж тебе говорила, что мамка умерла давно!

– Э?! Черт, прокололся! Прошу простить.

– Ну ты и… – Фрида тоже рассердилась, – вот уж точно боров толстокожий!

– Да ладно, чего там, – тихим голосом прошептала Лили, и неожиданно для себя продолжила.

Ферма её матери была совсем небольшой, даже крошечной, и располагалось сразу за более крупным хозяйством Макбэйнов.

Мать как-то сама управлялась и с посевами, и с немногочисленной живностью. Как ей это удавалось? Лили так и не поняла до сих пор. Детские воспоминания сохранили в памяти большую рыжую корову. Как её звали? Астра, кажется. Ещё были утки и куры, и злобный цветастый петух, и пшеничное поле почти сразу за домом.

А потом в один дождливый осенний вечер три пьяных прохожих ландскнехта спалили ферму. Мать крикнула Лили бежать, и та сама не заметила, как оказалась у Макбэйнов.

– Сеньорита, простите!

– Хряк, я сама не знаю, почему я это говорю! В общем старик Макбэйн был мужик что надо, вояка, сержант в отставке. Он тут же взял своих старших сыновей. Похватали ребята, вилы с топорами, да старый арбалет. Что стало с теми бандюками, они мне так и не сказали, но мамку было всё равно уже не вернуть.

– Лили… – слеза скатилась по щеке у Фриды.

– Макбэйны меня приютили, но долго я у них не задержалась, сбежала через месяц. Они бы догадались, кто я такая. И… я ведь им так ничего и не сказала тогда. Может действительно зайти завтра? Тут по пути.

– О чем ты, конечно зайдём! – Фрида уже не могла сдерживать слёзы. – Дориан?

– Ладно, зайдём. Всяко лучше, чем гоняться за какой-то непонятной копейщицей.

Интерлюдия 2. Лекции профессора. Структура магии

– И так, – профессор Форшер окинул взглядом класс, – настало время нам с вами разобраться, как устроена магия, что называется, «изнутри». На прошлом занятии, если вы не забыли, мисс Юна Макбэйн довольно точно процитировала Андреуса Схоласта, пояснив что магия есть мера изменчивости мира. И это чистая правда. Основой магии является хаос, который мы привносим в наш мир посредством неких манипуляций. Но напрямую к хаосу обращаться нельзя, поэтому приходится искать обходные пути. И в этом нам помогает теория Доменов. Однако, я вижу поднятую руку. Да, молодой человек.

– Простите, – с крайней парты на среднем ряду поднялся полноватый мальчишка в очках, – а почему мы не можем управлять… хаосом напрямую?

– Как вас зовут?

– Я – Вальтер. Вальтер Бинг.

– Вы – ученик жреца, я полагаю?

– Как вы догадались? – изумился мальчик.

– Святая простота, – улыбнулся учитель. – Пусть это будет вашим домашним заданием, узнать, как я догадался, что вы – ученик жреца. А что касается вашего вопроса, то…

Гюнтер Форшер замолчал, уставившись на витражное окно напротив преподавательского стола. Учитель задумался, приложив согнутый указательный палец правой руки к подбородку. Левой же рукой Форшер принялся отстукивать по столу простенький ритм, насвистывая ему в такт незамысловатую мелодию, которую сразу узнали некоторые из учеников. По аудитории пробежал тихий смешок.

– Отлично! А теперь поведайте мне, что за мотив я пытался изобразить. Тот, кто первый назовёт правильный ответ, получит высший бал!

– Это песенка про весёлого лиса! – выкрикнула девочка с первой парты.

– Глупая, а вот и не угадала, – подпрыгнул на месте парнишка с галёрки. – Это известная считалочка!

– Какая же это считалочка? – под нос пробормотал расстроенный Вальтер. – Это совершенно точно вирша метра Певуна – «Куплеты у таверны».

– Это колыбельная! – осмотрев всех высокомерным взглядом, манерно заявила одна из учениц-дворянок.

А дальше зал наполнился гамом и криками. Все дети наперебой стали доказывать, что именно имел в виду их учитель. Сам же Гюнтер пристально взирал на класс, не проронив ни слова. Его взгляд встретился с другим. Юна Макбэйн молча смотрела на профессора удивлёнными глазами. Затем её взгляд упал на левую руку Форшера, после чего их глаза снова встретились. Преподаватель виновато ухмыльнулся и чуть кивнул Юне.

– Достаточно, дети. Тишина! Я рад вам сообщить, что никто не угадал! – профессор Форшер поднял левую руку вверх, продемонстрировав, что с неё поднимается полупрозрачный туман. – Я должен извиниться перед вами, юные друзья, но насвистывал я начало баллады «Ночь перед бурей».

По залу прошёл стон негодования.

– Но ведь совсем непохоже было? – шёпотом возмутился Вальтер.

– Да. Обидно, когда ожидания не оправдываются. Но можете ли вы мне сказать, как так получилось? Тишина? Мисс Макбэйн. Вы кажется догадались?

– Простите, профессор, – краснея, Юна поднялась из-за стола, – это только предположение, может быть, вы использовали иллюзионное заклинание, какой-то невербальный его вариант?

– Браво! – перепугав детей, неожиданно воскликнул учитель. – Совершенно верно!

– Так не честно! – выпалил с места Эван де Гарден.

– Возможно, но я затеял этот фокус, чтобы показать вам аналогию с хаосом. Изначально хаос не может понять, что нам от него надо. Он словно наш класс пять минут назад, пытается додумать, что от него требуется, и не может. Ведь хаос многолик! Чародеи, что обращались напрямую к хаосу, получали совершенно не то, что хотели. Скажу вам прямо, все известные мне эксперименты в данной области заканчивались трагедиями, поэтому, мы в своём волшебстве оперируем не первородным хаосом, а его составными элементами. Эти элементы и стали называться доменами. Эту фразу и далее – под запись.

Существует множество доменов, но основными из них являются, вне всяких сомнений: огонь, вода, земля и воздух. Есть ещё куча менее известных, но эти четыре самые распространённые. У каждого мага есть своя предрасположенность к конкретным доменам, но, как правило, на бытовом уровне базовые заклинания основных четырёх доменов способны творить все практикующие волшебники. Например, специалист домена воды вполне в состоянии разжечь магией костёр. Но достичь значительных высот маг способен только в одном реже в двух доменах. Трёхдоменники или так называемые «терции» встречаются крайне редко. Я предполагаю, это будет один на тысячу магов. Всё записали? Чудесно! А теперь продолжим дальше…

Глава 3. Деревенская жизнь

На следующий день ближе к полудню компания стояла под высокой деревянной аркой, на которой красовалась массивная вывеска «Макбэйн и сыновья». Было понятно с первого взгляда, что хозяйство очень зажиточно и похоже, скорее, на полноценную усадьбу сквайра, чем на ферму. Дорога к дому была щедро отсыпана щебнем, а сам дом в два этажа под высокой двускатной крышей создавал впечатление очень добротного основательного строения. В карманах хозяина такого дома точно водились монеты, и скорей всего, они были золотыми. Поодаль от главного дома стояли конюшни и коровник. Вдалеке, на пастбище, паслось приличного размера стадо коров, а где-то за строениями блеяли овцы.

– Волнуешься?

– Менестрелька, да у меня ноги к земле прилипли! Это была плохая идея! Что я им скажу?!

Когда приключенцы подходили к дому, практически волоча упирающуюся Лили, с веранды раздался громкий крик старика.

– Это кто тут шастает у меня на ферме, да ещё с оружьем?

На веранде дома в плетеном кресле сидел седой крупный дед. На голове у него была нахлобучена старая соломенная шляпа. Старик развернулся в кресле, демонстрируя арбалет у себя на коленях, намекая, что в любого всадит болт, если надо.

– Дядя не стреляй, это я, Лили! Мы не грабители!

– Малышка Лили?! Разрази меня гром! И правда, соплячка-то выжила!

– Бать! Что там за шум? – из окна дома высунулся рыжий молодой человек лет двадцати. И тут же уставился на авантюристов. – Лили?!

– Эдди…

– Лили! – молодой человек выскочил из окна, перемахнул через перила, подбежал к Лили и обнял её. – Где ж ты шаталась столько лет?!

– Эд, веди их в дом, чего на улице стоять-то! – у старика дрожал голос.

***

Дом фермера Макбэйна внутри был ещё просторнее, чем казался снаружи. С большими окнами, выкрашенными в белый цвет, он скорее напоминал главное строение плантации, а не ферму. В зале на первом этаже располагался массивный дубовый стол, за который усадили гостей. Несмотря на то, что было светло, Эдди поджог несколько свечей и вставил их в подсвечники на стенах.

– Авантюристка, хех?

Сам старик расположился во главе стола и сейчас улыбался. Он уже и не помнил, когда у него было такое хорошее настроение. Дочка Марты выжила, да ещё и стала авантюристкой, кто бы мог подумать. И спутники сразу видно, что не профаны, свое дело знают. Он таких в войске насмотрелся.

– Я вон совсем плохой стал. Суставы скрипят, что доспехи у межевого рыцаря, – пожаловался старик. – Уже с год на полевые работы не выхожу. Всё теперь на сыновьях держится.

– Значит, Том теперь всем заправляет?

– Не… – махнул рукой Макбэйн. – Старшой женился и съехал. Ты уж не злись. Мы выкупили у лендлорда ферму твоей матери. Все же думали, что ты сгинула. Томми там с женой живёт и дочкой.

– Да пустое, дядь. Я на ферму теперь не вернусь точно. Выкупили и ладно, зато поля не пропадают. А с остальными что?

Старик сразу погрустнел, призадумался, но всё же продолжил:

– Четыре сына у меня теперь, Лили. Джон в солдаты записался, думал, что сможет как я. Сгинул он в сражении с разбойниками. Получил стрелу под рёбра.

– Как?!

– Уж мы его отговаривали! Жизнь в армии королевской не сахар, мне ли не знать. Том даже морду ему набил. А он уперся – всегда упрямый был, в мамку свою уродился. Говорил: «Вот денег заработаю, женюсь, и заживу!» – утер слезу старик.

– Ну а с Билом и Сэмом всё в порядке?

– А чего с ними будет? На ярмарку уехали, в Три Липы, поросей продавать, а я как знал, одного пятачка придержал. Эд его сейчас мигом зажарит. Правда Эдди?

– Сейчас всё устроим в лучшем виде, – раздался голос с кухни.

– Вы, ребята, не стесняйтесь, располагайтесь! Уж сегодня я вас никуда не отпущу. Радость-то какая! И харчей на стол положим. Для дорогих гостей не жалко. Есть у нас харчи, Эдди?

– Вы столько не съедите!

Фрида достала лютню и начала наигрывать веселый мотив, быстро перебирая струны. Альварес развалился на диване, а Дориан уселся рядом за стол. Спустя какое-то время по комнате разнесся запах жареного мяса, а Эдди приволок ещё снеди из погреба.

Ближе к вечеру вернулись близнецы Бил и Сэм и теперь с удивлёнными глазами сидели за столом, расспрашивая Лили о её житье, и сами наперебой пересказывали последние сплетни, уплетая вместе с гостями жареного поросёнка.

– А гоблинов видели уже за Ручьём.

– Да быть не может! – сразу посерьёзнел старик. – Это ж совсем близко к ферме Тома.

– Откуда здесь гоблины, дядь? Их здесь сроду не было.

– Да ты ведь не знаешь, приперлись года два назад, черти. Иногда их в одном месте видели, иногда в другом. Шляются по округе, на людей не нападают, да всё равно тревожно.

– С гоблинами не шути, – встрял в разговор Альварес.

– А то я не знаю. Если эти паразиты расплодятся – осмелеют и на людей кидаться начнут. Это так же точно как солнце и луна. Только лендлорду – плевать! Этот стручок старше меня, и уже года три как в маразме. А местных трусов собрать на облаву, так вообще невыполнимое занятие. Даже наши батраки отказались.

– Эй, дружище, – Альварес растолкал начинавшего дремать Дориана. – Может, ну её, эту копейщицу? Разворошим гнездо паразитов, заодно и потренируемся.

– Если поможете, не обижу! Деньги водятся! – ударил кулаком по столу старик.

– Да какие деньги, дядь! Прекрати. Я и одна справлюсь. Ребята, вы меня день подождёте?

– Никто никуда один не пойдёт. Нам всё равно нужна командная тренировка. Завтра с утра глянем. Где их видели? – оживился Дориан.

– За Струйным Ручьём, на границе с Болотиной, – стал перечислять Сэм, загибая пальцы. – У Лягушачьего Холма ещё.

– Это ж почти ферма мамы, то есть ферма Тома, – встревожилась Лили.

– Так мы и говорили, – продолжил за брата Бил. – Совсем они осмелели, гоблины эти.

***

Старик Макбэйн в последнее время часто мучился бессонницей. А в эту ночь ему было и вовсе не уснуть. Он вздохнул, оделся и поплелся на веранду.

– Что, дядь, не спиться? – лучница смотрела на звездное небо, опершись на перила.

– Лили…

– И мне. Ни за что я сегодня не усну!

– Вот ведь как бывает, а мы-то думали – сгинула. Алой Богине молились за твою душу.

– Прости, дядь, я хотела раньше прийти, но не могла себя заставить. Как вспомню горящую ферму, и маму…

– Тяжело тебе пришлось?

– Да, не просто. Но я справилась!

– Команда у тебя хорошая, я в людях толк знаю! Держитесь вместе, и всё у вас сложится.

– Мы совсем недавно познакомились, это, можно сказать, первое совместное задание. А что ты о них думаешь?

– Ну, про певичку вашу не скажу, музыкам не обучен, но песни у неё хорошие, душевные, правильные песни. А вот южанин, хотя мордой и не вышел, точно фехтовальщик что надо.

– Хорошие фехтовальщики не отправляют своих оппонентов в полёт.

– Значит, даже так? Но это не мешает ему быть хорошим фехтовальщиком. Движения у него плавные и точные, с клинком он однозначно обращаться умеет.

– А Дориан?

– Северянин-то? Магический боец. Сразу видно – крепкий орешек. В войске они были особой кастой. Такие отправляют на тот свет пачками. Но он неплохой человек, спину друга не подставит и сам не подставится.

– Ясно, значит и мне хоть раз повезло, а то попадались одни проходимцы.

– А, вообще, хорошо, что нам наедине удалось поговорить. Тут про тебя спрашивали с год назад.

– Кто?!

– Я думаю, это был твой отец.

– Невозможно! – Лили вцепилась в перила руками. – Как он выглядел?

– Странный тип. Пришёл как-то раз весь разодетый. Эльф. Наши командиры в армии такие мундиры только на парад напяливали. А он – весь такой франт. У нас же тут грязь, да коровьи лепёшки, а на нем ни пылинки. И ладно бы если в дорожном костюме был, а он как из дворца вывалился.

– А почему ты решил, что он мой отец?

– Он про Марту и про тебя выспрашивал. Мы ему могилу показали. Он постоял немного и ушёл. И ещё, ты же на мать не похожа совсем, а вот с ним почти одно лицо.

– Бред…

– А вообще, странный тип. Веяло от него каким-то… холодом. Помнишь, пес у нас был здоровенный, Кусай?

– Такую зверюгу разве забудешь.

– Так он тогда под веранду забился, и не вылезал три дня из-под неё, скулил всё так жалобно. А через месяц совсем окочурился.

– Да ты что!

– Чистая правда! Ты аккуратней будь, если где этого типа повстречаешь. Я думаю мамка твоя от него сбежала, и в глуши пряталась.

– На ферме? Она говорила, что родилась неподалёку.

– Марта-то? Нет, она пришлая, точно тебе говорю. С тобой маленькой на руках появилась. А за аренду фермы, говорят, золотом заплатила на много лет вперед.

– Вот как… А какой хоть он из себя был?

– Высокий, худой, бледный, ну и на тебя лицом похож очень. Я думаю, что он эльф-чародей. Хочешь совет старика? Держись от этого типа как можно дальше. Я жизнь повидал. Меня напугать трудно. Но вот от него поджилки тряслись как те листья на осинке.

– А куда он потом делся, папаша этот?

– Да пёс его знает! Растворился, как и не было. Больше его тут не видели.

***

На следующее утро, когда солнце ещё только выходило из-за горизонта, с фермы Макбэйнов выехала крытая повозка. На козлах возничего сидел Эдди, в то время как авантюристы и старик Макбэйн убрались внутрь. Близнецов же старик решил оставить приглядывать за хозяйством. От усадьбы Макбэйнов, до фермы Марты Купер было около пяти миль, но это по прямой. Дорога же петляла, как луговая змейка, удлиняя расстояние ещё на половину. Постепенно большие ровные поля измельчились, ощетинились кустарником, которого становилось всё больше и больше, пока он не подобрался вплотную к обочине. Рельеф стал более бугристым, и дорога, некогда довольно ровная, теперь всё чаще давала о себе знать ухабами, резкими подъемами и крутыми спусками. Всё это время кибитка опасно скрипела, и казалось вот-вот развалиться, но старик Макбэйн бил себя в грудь и заявлял, что эта колымага переживёт его внуков.

Где-то на полпути Эдди пояснил, что кляче, тянувшей кибитку со столькими людьми, надо дать отдохнуть, и поэтому придётся остановиться. Авантюристы не без радости вывалились из повозки размять бока. В то время как Эдди пошёл до ручья за водой для лошади.

– Мда… Тут вообще ничего не изменилось, – оглядывалась по сторонам Лили. – Те же кусты и буераки. Те же птицы поют. И тот же ручей справа так же шумит. Как будто столько лет и не проходило вовсе.

– Да, – старик Макбэйн кряхтя выбрался из повозки. – У нас тут ничего, считай, не меняется. Последним большим событием была свадьба Тома.

– Долго гуляли? – Лили хитро посмотрела на старика

– Почти четыре дня!

– Жаль меня там не было…

– Вот уж точно! Хех! – смех старика перешёл в кашель.

– Правда, Том меня всегда недолюбливал, может и не пригласил бы, на свадьбу-то?

– Да брось! Куда бы он, зараза этакий, делся! О, Эдди! Чего-то он быстро.

Эдд подошёл ближе, и стало ясно, что он чем-то взволнован. Пустое ведерко болталось у него в левой руке. А правой он махал остальным.

– Чего ещё? – сразу посерьёзнел старик Макбэйн.

– Гоблины! – выдавил Эдди. – Прямо за ручьём, в кустах копошатся.

– Сколько их? – переспросил Дориан, взявшись за рукоять меча.

– Пять, может больше, они на той стороне ручья, – Эдди махнул рукой с ведром.

– Отряд фуражиров или разведчики? Ладно, я и Лили идём проверить, Альварес – за старшего. И башкой крутите вокруг. Эти гады могли нас уже обойти.

– Это вы дело говорите, господин мечник, – старик вытащил из кибитки арбалет. – Только сами там по осторожнее, если чего – зовите.

– Обижаешь дядь! – улыбнулась Лили. – Я всё-таки следопыт!

Пригнувшись, Дориан и Лили начали аккуратно пробираться через заросли, пока не спустились к ручью. Стараясь не шуметь, они остановились в метре от воды. Сначала было слышно только мерное журчание ручья и щебетание птиц, но, если прислушаться, за звуками воды отчетливо проступал гортанный говор, тарабарщина, которую ни с чем не спутаешь.

– Точно гоблины, – почти неслышно прошептала Лили.

– Они самые. И довольно далеко. Нас, похоже, не заметили. Странно…

– Или не восприняли всерьёз, мы же ехали в фермерской повозке.

– Или они слишком уверены в себе. А это уже плохо. Сколько их, как думаешь?

– А я их вижу? Проклятые кусты закрывают весь обзор. Голоса вроде разные, так что больше трех, я думаю.

– Ладно, возвращаемся, только тихо.

– Знаю, не дура…

Стрела, просвистев, воткнулась в землю у ног Дориана. Тот выругался и вытащил меч. Лили выхватила лук и пустила стрелу в ответ. Писк и вопли раздались по округе. Стайка маленьких птичек слетела с ближайшего куста.

– Да ладно?! Попала!

– К повозке! Быстро! – Дориан схватил лучницу за плечо, когда та уже прикладывала новую стрелу.

– Сейчас ещё одного подстрелю!

– На том свете подстрелишь, у них тоже лучники есть!

– Да они косорукие все!

В подтверждение этому вторая стрела просвистела гораздо выше. Лили, немного пригнувшись, тут же пустила ещё стрелу. На этот раз криков не последовало.

– Мимо…

– К повозке, быстро!

– Как скажешь, шеф, – огрызнулась лучница

Когда они возвращались, Дориану на секунду показалось, что одна прядь волос Лили покраснела. Он присмотрелся пристальнее. Нет. Показалось.

У кибитки было пока спокойно. Услышав крики, Альварес сразу достал Зубочистку из ножен, Фрида взяла лошадь под уздцы, а старик водил арбалетом вправо-влево, выискивая врагов. Эдди уже был на козлах. Рядом с ним лежал неизвестно откуда взявшийся топор. Обернувшись на шорох, Альварес заметил Лили и Дориана.

– Ну чего там, дружище? – не покидая своего поста у повозки, нервно поинтересовался южанин.

– Гоблины. Отряд. Есть лучники. Одного подстрелили, – коротко проговорил Дориан.

– Так это он орал? Ну, одним меньше.

– Они сейчас будут здесь. И за флангами смотрите в оба!

– Не боитесь, господа авантюристы, фланги мы надежно прикроем! – с армейской ноткой отбарабанил Макбэйн.

Испытывая его обещание на прочность, первый гоблин выбрался на дорогу сзади повозки. Маленькое грязное серо-зелёное существо, не выше метра, с рахитным, выпирающим животом, и тощими конечностями. Непропорционально большая голова с длиннющими узкими ушами, торчащими в стороны, и крючковатым носом. И ещё абсолютно чёрные глаза без зрачков. Гоблин поднял дубинку, с косо прикреплённым на ней каменным набалдашником, и призывно заорал. За ним выскочило ещё трое. И все они с воплями безо всякого строя бросились к повозке.

Свист – и один из гоблинов, не успев добежать, отлетел назад аж на три метра. Из грудины у него торчал арбалетный болт. Макбэйн тем временем натренированным движением приладил новый снаряд, упер арбалет в землю и натянул. Через секунду кривая стрела воткнулась в борт повозки чуть левее середины, затем ещё одна упала под копыта лошади. Лили принялась стрелять в сторону, откуда летели стрелы. Снова раздался визг и всхлипывания. Лошадь заржала и дернулась, Фрида стала её успокаивать. Арбалет выстрелил снова. На этот раз гоблина задело за правое плечо. Монстра закрутило, и он, скуля, повалился в кусты, выронив нож.

Двое гоблинов успели добежать, но их встретил Дориан. На лезвие его меча уже было нанесено затачивающее заклинание, поэтому голова монстра отлетела от тела с одного удара. Второй, более мелкий, и, видимо, неопытный, остановился в нерешительности. До него наконец дошло, что атака провалилась, гоблин заверещал, выронил хлипкое короткое копьё и бросился в спасительные кусты, но запутался в ногах, споткнулся и растянулся на дороге. Опять истошно закричал и, барахтаясь, попытался уползти, но его нагнал возникший как из ни откуда Альварес. Южанин поднял прекратившего сопротивляться гоблина за шиворот, и с силой приложил его о борт телеги. Сразу стало тихо.

– Всё что ли? – пробормотал с козел бледный как мел Эдди. – Надо б проверить, сухие ли портки…

– Лили? – Дориан посмотрел на лучницу.

Та крутила головой во все стороны, прислушиваясь:

– Не слыхать ни шороха, похоже остальные разбежались.

После слов Лили все сразу немного расслабились. Старик опустил арбалет, а Дориан убрал меч в ножны. Они ещё какое-то время вслушивались в тишину, но так и не смогли засечь никаких подозрительных звуков.

– Ладно, Альварес, кончай этого, последнего, и валим.

– Да полно тебе дружище, он молодой совсем, может ещё не слишком злобный. Они пока мелкие, вполне приручаются. Или просто загоним его дрессировщику?

– Вот только экзотических домашних питомцев нам не хватало, – фыркнула Фрида.

– Боров, ты че вообще на башку больной? Он тебе не собачка.

– Как грубо, сеньорита! – Альварес на секунду задумался, а потом его лицо просияло в мерзкой ухмылке. – Это ж гениально. Вот эту живность теперь зовут Тузик. Ясно всем?

Южанин помахал бездыханным гоблином, как кульком с конфетами. Затем достал веревку, связал ему руки и ноги и бесцеремонно бросил в повозку, как будто так и надо.

– Уважаемый сеньор Макбэйн, вы не возражаете?

– Только смотри, чтоб он тебя ночью не прирезал, верзила.

– Обижаете! Из моих узлов так просто не вывернуться!

– Поехали уже, пока они подкрепление не выслали, – раздраженно скомандовал Дориан.

Повозка двинулась дальше. Если раньше на козлах сидел только Эдди, теперь справа от него расположилась Лили с натянутым луком. Сзади в кибитке за тылом присматривал старик Макбэйн, держа арбалет наготове. А справа и слева от повозки шли Альварес и Дориан. Все молчали. Наконец, ближе к концу дня вдалеке за полем показался одинокий двухэтажный дом. Лили привстала с козел и приложила ладонь ко лбу, заслоняясь от солнца.

– А ничего себе хибарку Том отгрохал!

– Если б сам. Мы этот домик всем семейством сооружали, – присвистнул в ответ старик Макбэйн.

– Долго строили?

– Так, считай почти два сезона!

– Только вот… – лицо лучницы вдруг посерьёзнело, она напрягла зрение, активировав навык [Дальнозоркость], – там движение какое-то.

Разные уловки и приемы часто использовались различными «немагическими» классами авантюристов. Боевые навыки мечника, уловки вора, приемы разведчика, все они составляли обширный пласт разнообразных умений, призванных облегчить жизнь их обладателям. Исследователи расходились во мнении в природе таких навыков. Если приемы фехтования мечника ещё можно считать просто стилями боя, то куда отнести умение скрытности вора или чувство опасности у разведчика? Кто-то утверждал, что это примитивная магия на уровне рефлексов, а кто-то доказывал, что всё это результат тренировок собственного тела. Третьи же пытались найти золотую середину между первыми двумя предположениями. Были ещё те, кто приплетал в проблему богов. А кто из них был прав, так и не было понятно.

Одним из таких навыков и была [Дальнозоркость], позволявшая разведчикам и стрелкам в деталях рассмотреть объекты вдалеке и увеличить меткость попаданий на дальней дистанции, если дело дошло до боя. Расстояние и точность зависели от мастерства исполнителя. Был у умения и один существенный недостаток, разведчик под действием [Дальнозоркости] почти ничего не видел рядом с собой.

– Ребята, там бой идёт! – Лили выпрямилась на козлах повозки, её правая рука потянулась за стрелой. – Проклятые гоблины напали на ферму!

Альварес грубо выругался. Фрида выпрыгнула из кибитки с лютней в руках. Дориан достал меч, и повернулся к Эдди.

– Сколько людей на ферме?

– Том, его жена и дочка, совсем кроха, – тихим голосом ответил с козел бледный как мел Эдди.

– Надеюсь мы не слишком поздно? – пробормотал Альварес. – Ну что дружище, форсированный марш?

Группа авантюристов моментально собралась в боевой порядок. Впереди Дориан с Альваресом, в центре Фрида, крайняя Лили. В построении команда перешла с быстрого шага на бег, моментально оставив повозку позади.

На ферме, представлявшей собой добротный двухэтажный дом, сарай и несколько построек поменьше, творился полный бедлам. Жильцы, очевидно, забаррикадировались внутри здания, в то время как несколько десятков гоблинов хозяйничали во дворе. Они орали, гонялись за перепуганными курицами. Пятеро с трудом тащили большой мешок, доверху набитый чем-то. Двери сарая, расположенного слева от дома, были настежь открыты, оттуда раздавался пронзительный поросячий визг. Ещё чуть дальше, на поляне, валялась зарезанная корова, а несколько тварей уже пытались снять с неё шкуру.

Секундой позже одного из них настигла стрела, он даже пискнуть не успел, просто отшатнулся в сторону. Затем второй повалился, широко выпучив от удивления глаза. А вот третий почувствовал опасность, увернулся, но это его не спасло, потому что четвертая попала точно в цель, прямо промеж глаз. А лучница Лили с сумасшедшей скоростью продолжала пускать одну стрелу за другой. Её волосы стали кроваво-красными, а лицо исказила гримаса злости.

– Мелкие поганцы, нате, жрите! [Быстрый выстрел]! [Быстрый выстрел]! Не уйдёшь, крысёныш! [Быстрый выстрел]!

Дориан и Альварес преградили путь группе гоблинов, сообразивших в чем дело и пытавшихся добраться до Лили. Фрида же отошла на замыкающую позицию. Затем послышалась резкая обрывистая мелодия, и гоблины, недавно торжествовавшие полную победу, неожиданно почувствовали страх. Кто-то из тварей попятившись, споткнулся, кто-то сразу бросился бежать, кто-то просто встал в ступор, непонимающе пялясь на появившихся врагов. Это Фрида, заставляя свою лютню издавать странные резкие звуки, заиграла [Марш страха]. Умение барда, позволявшее наводить ужас на слабых духом врагов. Такая волшебная мелодия идеально подходила против гоблинов и других полуразумных монстров.

В это время Дориан с Альваресом успешно наступали на деморализованных врагов. Южанин метко колол Зубочисткой, поражая одного гоблина за другим молниеносными точными выпадами. Дориан же заточил магией меч, делая ставку на простые режущие горизонтальные приемы, стараясь задеть как можно больше противников за раз.

– Надо отогнать их от дома, пока не опомнились!

Дориан задел ещё двоих врагов. Один из них сразу повалился, сложившись почти пополам, второй запищал, схватившись за окровавленную руку, а затем ринулся наутёк. Монстр не добежал до спасительной растительности совсем чуть-чуть, когда получил стрелу в затылок и грохнулся плашмя.

– Дело говоришь, дружище! [Прокол]!

Альварес не отставал, ловко насадив гоблина на рапиру, а затем не менее ловко освободил клинок от повисшего на нем тела монстра.

Они зарубил уже примерно дюжину, когда из-за угла сарая выскочил новый отряд гоблинов с размалеванными охрой рожами, в руках у некоторых из них были зажжённые факелы.

– Они хотят спалить дом! – закричала Лили, выпустив в них несколько стрел. – Валите их!

– Я разберусь! Разделяемся?

– Добро, дружище!

Дориан преградил путь поджигателям, отгоняя их от дома. Те попятились, но не отступили. Дориан сделал выпад, рубанул наотмашь и достал одного. В это время Альварес взял авангард на себя.

– [Frigus pyramidalis]! – из левой руки Дориана Нордвинда вырвался холод и обдал гоблинов, моментально потушив факелы, а монстров и вовсе заморозил. Теперь они стали похожи на причудливые фигуры изо льда.

Заклинание [Frigus pyramidalis] было очень похоже на «Конус огня», но с одним фундаментальным отличием. Вместо пламени появлялся ледяной поток, замораживавший всё в пределах радиуса действия. Это заклинание было не так распространено, как огненный вариант, но всё же иногда использовалось магами.

– Отлично сработано! – крикнул Альварес, проткнув не глядя ещё одного гоблина и пнув второго.

Запаниковавших гоблинов уже стали теснить, но ситуация резко поменялась.

– «Консервы» заявились, левее сарая! – Дориан указал мечом на новый отряд.

И это были уже не голодранцы. Таким термином авантюристы называли гоблинов, носивших броню. На каждом было что-то вроде нагрудника, и все с короткими мечами и щитами-баклерами. На головах круглые шлемы. Вперед вышел самый большой и высокий гоблин. В руках у довольно мускулистой твари были фальшион и щит с железным умбоном. Ухмылка не сходила с его мерзкой круглой рожи, щедро разукрашенной ярко-красной краской. Правого уха до половины не было. Этот гоблин не боялся, наоборот, он всем видом излучал уверенность. И это предалось остальным. Они прекратили панику, организовались вокруг лидера и напали с удвоенной силой. Откуда-то набежали новые твари. Дориана в один миг отрезали от остальных, он встал спиной к дому и ушёл в оборону.

– Дружище, держись, я сейчас к тебе прорвусь!

– Стой где стоишь! Я в порядке. Черт, Фрида, сзади!

Трое гоблинов обошли приключенцев с тыла и теперь оказались за спиной у Фриды, решив, что бард – самая лёгкая мишень. Один из них уже был в прыжке с занесенным кинжалом, когда поэтесса обернулась назад. Раздался громкий крик, словно десятки горнов заревели разом. Всех трех гоблинов откинуло назад. Один, ударившись об землю, не шевелился. Двое других заорали, обхватили головы руками и стали кататься по земле. Из ушей у них текла кровь. Фрида закинула лютню за спину и добила тварей коротким мечом.

– Нечего на меня глазеть, валите вожака! – голос Фриды, усиленный заклятием, прогремел как гром.

Дальше она снова достала лютню, но на этот раз заиграла приятная мелодия. А затем менестрелька запела. Её ясный голос вселял уверенность. Команда, боевой дух которой только что упал, снова воодушевилась. Гоблины же, наоборот, ослабили натиск. Даже их вожак немного замешкался. Этой возможностью воспользовался Дориан. Очередной размашистый горизонтальный удар зачарованным мечом уделал одного бронированного и достал второго гоблина. Остальные, не сговариваясь, сыпя проклятия, отпрыгнули на два шага назад,

– Это большое племя. У них должен быть шаман! Смотрите в оба! – Дориан воспользовался передышкой, чтобы отдать приказы. – Альварес разбей их строй! Лили, сможешь подстрелить главаря?

– Да я пытаюсь, но его постоянно заслоняет свита, у меня уже стрелы кончаются… Стоп! Дом подожгли, Дориан! Дом горит!

Лидер обернулся, и увидел, как по углу стены бегут алые огоньки пламени, разрастаясь всё больше. Повеяло гарью и дымом. Затрещали горящие доски. Двое гоблинов воспользовались этим и набросились на Дориана, прижав его к стене. Один из монстров воткнул кинжал ему в бедро, но железка, звякнув, отскочила. Сработал магический оберег.

– Братик!

– Дружище, я уже мигом!

Альварес с ревом вклинился в толпу гоблинов расталкивая их разные стороны. Одного мелкого он пнул, и тот кубарем покатился по дорожке, словно мяч, другой, покрупнее, получил по голове кулаком, ещё троих гоблинов достала Зубочистка.

– Проклятые мелкие поганцы! Варгх! – а с Лили происходило что-то неладное. Она бросила свой лук. Её лицо заострилось, приняло звериные черты. Волосы окончательно покраснели, их стало в два раза больше. На кончиках пальцев её рук появились треугольные когти. В голосе проявилось рычание и хрипота. – Почему именно это место? Почему опять? Отстаньте уже от этой фермы! Пшли прочь!

А дальше она прыгнула. Одним махом оказалась впереди Альвареса, в самой гуще бронированной ватаги вожака. Гоблины раскатились в разные стороны как биллиардные шары. Одного она поймала за шиворот, словно котёнка, приложила о землю и выкинула, как тряпку. Затем добралась до ещё одного. Полосонула когтями, и хлипкий нагрудник отлетел в одну сторону, а гоблин в другую. Следующий удар прикончил ещё одного монстра. Потом Лили ловко отскочила в сторону, увернулась от клинка, располосовала морду ещё одному. Снова отскочила, а потом прыгнула в перед, стараясь задеть когтями как можно больше врагов.

– Полудемоны неопасны… – пробормотал ошарашенный Альварес.

В это время часть охраны успешно отступила и опять собралась вокруг вожака. Главарь племени больше не ухмылялся, а что-то орал и махал рукой в сторону Фриды. Там, сзади, стоял недавно связанный Альваресом, а теперь полностью свободный молодой гоблин. И он готовился колдовать.

– Вот же… – выругался южанин

Фрида была всех ближе к шаману, она прекратила петь, ожидая встретить заклинание. И заклинание последовало. [Рой насекомых] – примитивное, но эффективное заклятье природной магии, так любимое друидами и шаманами разных полуразумных племен монстров. Туча мелкой полосатой жалящей мошкары появилась из ниоткуда и атаковала почему-то гоблинов, проигнорировав авантюристов.

Спустя секунду к вожаку подлетела чёрная тень. Из брюха гоблина показался клинок. Главарь монстров повалился, изрыгая проклятья. За его спиной стоял Дориан Нордвинд. Ещё один молниеносный выпад – и два бронированных гоблина-телохранителя свалились на землю рядом, лишившись своих голов.

– Ха! Пора уже заканчивать этот балаган, – голос лидера изменился, стал более грубым и низким.

Остальная масса монстров оказалась между буйствующей Лили и Дорианом. А ещё вокруг крутились тучи насекомых, жаля по непонятной причине только гоблинов. Бой моментально превратился в суматоху и кутерьму. Округу заполонили стоны и вопли гоблинов, вперемешку с забористой руганью Альвареса. Вожак и почти вся его охрана погибли. Паника моментально передалась на всё племя. Они, не сговариваясь, кинулись в рассыпную. Кого-то схватила Лили, кто-то попался под клинки Дориану и Альваресу. Кто-то успешно сбежал в поля. Со второго этажа полыхавшего дома раздался женский крик, и южанин, продолжая ругаться, кинулся внутрь, потеряв по дороге свою шляпу. Сходу снеся дверь вместе с баррикадой, Альварес исчез в горящем здании. Лидер последовал за ним, но вдруг передумал и остановился.

– Мда… Дориан уставился на Лили, пока та продолжала гонятся за отступающими гоблинами, – никогда бы не подумал.

– Ты чего, головой ударился? – Фрида подбежала к брату и теперь недоверчиво его осматривала.

– О! А ты, должно быть, его сестра. Фрида Нордвинд, надо полагать?

– Чего? – беспокойство Фриды усилилось.

– Стой, уберись! – Дориан заговорил своим голосом.

– Да ладно тебе, потом всё им объяснишь.

– Братик, ты чего?

– Посмотри, теперь она решит, что я псих! Уберись, тебе говорят!

– Я-то уберусь, но вот что вы будете делать с разбушевавшейся демонессой, а? Держу пари, она сейчас чертовски опасна.

– И что ты предлагаешь?

– Ну, для начала, успокоить девчонку, иначе она точно кому-нибудь что-нибудь оторвёт.

– Кто ты такой?! Что ты сделал с моим братом?!

– Фрида успокойся, я в порядке. Я потом тебе всё объясню. Просто успокойся, хорошо?

– Слушай брата, дитя, он правильно говорит.

– Дитя?! Я старшая из нас!

– Ладно, пора за работу. – Дориан, похлопав по плечу остолбеневшую Фриду, несвойственной ему вальяжной походкой, направился к Лили. – Эй, Лулу или как там тебя звать? Ты меня хоть понимаешь?

– Архр!!! Раракхр!!!

– Понятно, изменения уже произошли. Будем надеяться, что это ещё обратимо.

Дориан подошёл ещё ближе к Лили. Та угрожающе зарычала и сразу бросилась на него. Он увернулся, отшатнувшись влево, задел её ребром ладони по спине. Демонесса потеряла равновесие, перекувырнулась вперед, вскочила на ноги, невероятным образом развернувшись на сто восемьдесят градусов, согнулась как пружина и, рыча, прыгнула опять.

– Ха! Вот ведь неугомонная! – сначала меч Дориана завис в воздухе перед его рукой клинком вниз, затем повернулся как часовая стрелка с шести до двенадцати, клинок сверкнул серебром. – [Halbmond]!

Демонесса неслась как вихрь. Растопырив когти, она собралась закончить схватку одним страшным ударом, но вместо этого впечаталась в невидимую стенку перед мечом. Раздался глухой звук.

[Halbmond], «Полумесяц» – магический прием, позволяющий создать прочный невидимый барьер перед собой. Даже среди опытных магических бойцов считался сложным, поскольку при его использовании нужно точно подгадать момент времени. Лили налетела на барьер со всей силы, с таким же упорством она могла врезаться в крепостную стену. Демонесса упала, тут же попыталась встать. У неё получилось только со второй попытки. Пошатываясь, она смотрела по сторонам… А затем Дориан каким-то образом оказался у неё за спиной, пролетел темной тенью так же, как он провернул это с главарем гоблинов. Нордвинд замахнулся и вырубил Демонессу навершием меча по голове.

Лили тут же обмякла, её ноги подкосились. Дориан придержал её сзади, и мягко опустил на землю. Лицо лучницы стремительно приходило в норму, меняясь на глазах. Когти втянулись, краснота волос ушла. Через несколько секунд это была совершенно обычная Лили Купер.

– Что ты с ней сделал?

– Да ничего, она просто спит.

– Кто ты всё-таки такой?

– …

– Так, это снова я! – Дориану вернулся его старый голос.

Окно на втором этаже вывалилось наружу и оттуда в клубах едкого дыма показалось закопчённая физиономия Альвареса. Он отер рукой сажу с лица, огляделся, нашёл Дориана.

– Дружище, может ты всё-таки мне подсобишь? – его голос хрипел больше, чем обычно. – Тут огонь лестницу перекрыл! Нам не спуститься!

– Уже иду! Фрида, прости, потом объясню.

– Быстрее давай, лестница сразу направо за входом! – отплёвываясь крикнул в вдогонку Альварес.

Дориан ввалился в дом. Внутреннее пространство заволокло дымом, но лестницу, объятую огнем, было ещё видно. Нордвинд закрыл рот левой рукой, прокашлялся, правую же направил прямо на ступени:

– [Frigus pyramidalis]!

– Отлично, дружище, подействовало! Давай ещё! Кхе… Проклятый дым!

– [Frigus pyramidalis]! [Frigus pyramidalis]! [Frigus pyramidalis]!

Обданный холодом огонь всё же отступил и на верху показался силуэт человека.

– Отлично, мы спускаемся. Посторонись!

Вниз по ступенькам почти съехал Альварес. На плече у него висела молодая женщина. Она была без сознания. За ним спрыгнул высокий парень с ребёнком на руках. Наконец, вся кампания выскочила из горящего здания.

Когда они выбежали наружу, Лили уже пришла в себя и теперь стояла, прижав правую руку к левой ключице, не понимающе озираясь вокруг. Фрида что-то кричала ей, показывая на разбросанные по полю растерзанные тела гоблинов.

В это время подгоняемая кляча на последнем дыхании втащила к дому фермерскую повозку. С козел спрыгнул Эдди и помчался с ведром к колодцу. Старик Макбэйн подбежал к Альваресу и помог уложить женщину на траву. Она наглоталась дыма, но постепенно приходила в сознание, и теперь кашляла, протирая слезящиеся глаза. Парень с ребёнком на руках так и остался стоять. Прижимая кроху к груди, он ошалело озирался по сторонам, отказываясь поверить в произошедшее. Дориан подошёл к нему, встряхнул, крикнул, что-то. Только после этого тот дал забрать ребёнка. Девочка заплакала.

– Живая… – пробормотал Дориан, передав кроху подоспевшему Эдди.

Парень начал приходить в себя, он было кинулся к колодцу вслед за Эдди, но видя полыхающий вовсю пожар, остановился. Дом был уже весь объят огнем. Его левый бок полностью почернел. Яркое оранжевое пламя выглядывало из окон и взвивалось над крышей, а ещё выше уходил в небо плотный клуб чёрного дыма. Эдди выплеснул на дом несколько ведер из колодца, но огонь было уже не удержать. Он вырвался на волю и теперь вдоволь уничтожал всё, до чего мог добраться.

До парнишки дошла бесполезность его занятия. Он сплюнул на землю, поставил ведро донышком вверх, уселся на него. Внутри строения что-то затрещало, что-то переломилось. Из окон полетели пламя и искры, следом крыша просела и обвалилась во внутрь. Всех обдало жаром и гарью. Огонь разгорелся ещё больше, пожирая уже остатки дома и разлетаясь во все стороны. Бой с гоблинами был выигран, но битва с пламенем заканчивалась полной и безоговорочной победой огня.

– Черт! – заорал спасенный парень во всю глотку. – Как же так!

– Том…

Лили, хромая на правую ногу, попыталась его успокоить, но парень только отмахнулся, зло посмотрел на неё, узнал. У него перекосило лицо.

– Ты! Всё из-за тебя! Проклятая тварь! – заорал он, выпучив глаза.

– Том, ты что… – опешила Лили.

– Томас, прекрати истерику! Главное, что все живы, – старик Макбэйн подошёл к парню, пытаясь его успокоить. Но он только отшатнулся. Посмотрел на отца, оглядел остальных.

– Ты что, не видишь, отец? Всё из-за неё. Это она всё подстроила. И тогда, и сейчас.

– О чём ты вообще говоришь, они тебя спасли?!

– Спасли, Эдди?! Всё сгорело! Всё!

– Но мы хотели помочь…

– Врёшь, тварь!

– Закрой уже рот, Томас!

– Это ты закрой рот, папаша! Ты её постоянно выгораживал. И вот чем она отплатила! Я ещё тогда говорил, что нужно сообщить кому надо. Уже тогда было понятно, что она проклятый монстр! Три ландскнехта спалили ферму?! Кто вообще поверит в эту чушь? Её мамаша якшалась с демонами, а когда поняла, что понесла, спряталась в глуши на ферме!

– Прекратить! – заорал басом старик Макбэйн.

– Да пошёл ты! Эти трое были охотниками на ведьм! Серьёзные люди под патронатом Алого Храма. А наша кроткая тихоня Марта Купер уже успела прожарить двоих до хрустящей корочки, когда мы их нашли. Хорошо, что третий укокошил ведьму. Помнишь, папаша, что этот третий нам сказал перед смертью? А то, что вот этот вот милый ребёночек, – Том махнул рукой в сторону Лили, – оторвал ему правую руку по самое плечо и ускакал к нам, притворившись жертвой! А теперь она вернулась, и всё повторилось снова!

– Замолчи, сопляк, ты не в себе! – старик Макбэйн схватил Тома за грудки.

– Да отцепись ты, старый дурак! – Том толкнул отца и тот, не устояв, повалился на землю.

– Теперь осталось только закончить начатое. Эй, авантюристы, вот задание как раз по вам. Замочите тварь!

Альварес и Дориан не сговариваясь встали впереди Лили, заслоняя её.

– Как всегда, дружище. Всё как всегда…

– Что?! Так они за одно с ней! Демонисты! Сдать их всех Алому Храму! – голос Тома сорвался на фальцет. – Давина… ты очнулась.

К Тому уверенным шагом подошла его пришедшая в чувство жена и слёту влепила оплеуху, затем ещё одну, он непонимающе уставился на неё, схватившись за ухо, но орать прекратил.

– Кретин, хватит уже ныть как баба! Разуй глаза, они нас спасли! – кричала Давина. – Черт с ним с домом, главное, что малышка Юна, и ты, идиот, живы!

Лили в это время помогла встать старику. Макбэйн тяжело дышал и держался за сердце.

– Дядя, то, что Том сказал, правда? Я тогда почти ничего не помню…

– Не слушай этого ненормального, Лили, никто тебя монстром не считает. А ландскнехты это были или кто ещё, да какая разница. Если в чужой дом с оружием пришёл, будь готов, что настучат тебе по макушке, а может и ещё сверх того добавят. А ты, Том, полный неблагодарный дурак. Тебя же Марта вылечила, когда еле живой лежал в бреду. Раньше ещё рану тебе залечила, что даже шрама не осталось. Вот твоя благодарность? Ничего, я близнецов кликну, они тебе мозги уж как-нибудь вправят вдвоем. Это ведь не стариков расталкивать.

– И я тоже помогу! – встрял Эдди.

Пока Макбэйны бранили Тома, Дориан с Альваресом вытащили свои вещи из повозки и сложили их отдельною, лидер кинул Лили её рюкзак.

– Всё ещё хотите путешествовать со мной? – горько пробормотала она, поймав поклажу.

– Мы же команда, – возразила подошедшая Фрида. – К тому же, тут нашёлся ещё одержимый, ловко маскировавшийся под нормального. Интересно, может и фехтовальщик наш какой-нибудь древний бог?

– Сеньорита, уверяю вас, я абсолютно нормальный скучный человек, аж завидно. А что вообще я пропустил, пока был в доме?

– Оставь в покое девочку, ей и так не позавидуешь. А вот ты, мой дорогой братец, на первом же привале расскажешь нам, кто это такой живёт у тебя в голове.

– Как скажешь, сестрёнка. Меня другое беспокоит, куда делся шаман гоблинов? Не вернется ли сюда?

– Это который нам вдруг помог? – Фрида недоверчиво посмотрела куда-то вдаль. – Я, когда его увидала, думала, что нам конец.

– Да уж, дружище, но каков ловкач. Выбрался из моих узлов.

– Эм… Альварес, больше никаких питомцев! Понял? – Фрида сверкнула глазами. – И ведь действительно сбежал из-под носа.

– Да понял я, понял. Виноват… – Альварес скорчил извиняющуюся гримасу.

– Ладно. Хватаем наши вещи и в путь. Лили сможешь провести нас напрямик, через поля?

– Так мне можно остаться? Я же монстр…

– Ты наш рейнджер, куда мы без тебя, – улыбнулась Фрида.

– Спасибо… – по лицу у лучницы потекли слёзы

– Вот видишь, никакой ты не демон, – успокаивающее сказал Дориан.

– Откуда… такая уверенность? – Лили попыталась остановить слёзы, но только размазала их по лицу.

– Демоны не умеют плакать.

Интерлюдия 3. Лекции профессора. Введение в монстрологию

В аудиторию, к удивлению собравшейся там детворы, вошли двое. Первым был, несомненно, их куратор профессор Гюнтер Форшер. Вторая же особа была детям абсолютно незнакома. Она оказалась девушкой лет двадцати. На ней были надеты простая белая блузка и свободная юбка чуть ниже колен. Выделяло её то, что вместо туфель или башмаков, она носила длинные шнурованные сапоги. Лицо девушки излучало неуверенность и нервозность. Обе её руки, сомкнутые в замке, были спрятаны за спиной. Спутница профессора чувствовала себя неуютно перед аудиторией.

– Здравствуйте, дети! – начал профессор.

– Здравствуйте! – хором ответили ученики.

– Прошу, присаживайтесь! Разрешите вам представить – Кэтрин Хилл, ассистентка кафедры монстрологии. Эту самую монстрологию она и будет у вас преподавать. Пожалуйста, будьте с ней вежливы! Хочу вам заметить, что мисс Хилл так же является практикующей авантюристкой по классу рейнджер. Мисс Хилл, прошу!

Кэтрин неуверенно заняла место преподавателя, вцепившись в стенки кафедры так, что побелели пальцы. Нервно усмехнувшись, она окинула взглядом класс. Её узкие серые глаза за считаные секунды пробежались по всем ученикам. Затем ассистентка посмотрела на профессора Форшера, который, никуда не собираясь уходить, скромно устроился на первой парте, почти у самого выхода в аудиторию. Наконец новоиспечённая лекторша набрала в грудь воздуха и начала.

– Меня зовут Кэтрин Хилл, – пробормотала девушка довольно тихо.

– Прошу вас, мисс Хилл, погромче! – подбадривающе напутствовал со своего места Форшер. – Не стесняйтесь!

– Да… Меня зовут Кэтрин Хилл! И я буду вести у вас курс монстрологии, – немного увереннее продолжила девушка. – И… начнём мы с вами с того, что будем изучать основы монстрологии. Да, таким образом, монстрология это наука о монстрах. Вы все знаете, что в нашем мире много разнообразных существ. И, эм, до сих пор открывают новых. Те существа, которые обладают уникальными особенностями, называются монстрами. На самом деле все живые существа в какой-то мере монстры. И… эта граница очень размыта. Чтобы вы лучше поняли, например, обычная кошка вряд ли будет называться монстром, в то время как призрачный кот… Да, призрачный кот точно является им.

Таким образом, те живые существа, которые способны использовать боевые навыки или колдовать считаются монстрами. А ещё к монстрам относят существ, чьи компоненты используются в магии или алхимии. И ещё в ритуалах жрецов. Однако есть совершенно обособленная группа монстров, которая выделяется ото всех. Да, и это – бестии. Их главное отличие – способность вредить человеку и другим разумным. Самыми распространёнными бестиями в нашем мире являются существа из отряда гоблинообразных. С них мы и начнём изучение… Да. Самым распространённым представителем этого отряда является вид гоблин обыкновенный или Goblin vulgaris, и… С задних рядов по аудитории пробежал еле слышный смешок. Кэтрин замолчала, осёкшись на полуслове, и стала нервно переминаться с ноги на ногу, но ей на выручку пришёл профессор Форшер.

– Так, юные господа, вы меня разочаровали! – поднялся со своего места преподаватель. – Не вижу здесь ничего смешного!

– Гоблины слабаки, чего их изучать? Их крестьяне сами бьют! – закричали мальчишки с галёрки.

– Кто ещё так думает? – серьёзно спросил старичок. – Давайте проголосуем.

Около двух третей всех учеников класса дружно потянули свои руки кверху. Один сорванец даже подпрыгнул, подняв сразу обе.

– Замечательно, – улыбнулся учитель. – Но кажется не все в этом классе так считают. Мисс Макбэйн, почему вы не подняли руки?

– Потому что гоблины приносят много вреда! – вскочив со своего места, с негодованием выпалила Юна. – Мои родители рассказывали мне, когда я была очень маленькой, гоблины напали на нашу ферму и сожгли её. И если бы не группа знакомых авантюристов, мы бы все погибли тогда.

– Вот видите, – назидательно сказал учитель. – Да будет вам известно, что от гоблинов гибнет больше людей чем от каких-нибудь мантикор или диких виверн.

– Ерунда всё это! – не унимался мальчик с заднего ряда. – Если бы я их встретил. Я б один их прогнал! Они же даже доспехов не носят!

– Вообще-то носят, – раздражённо выпалила Юна. – А ты, Бобби, наверное, и гоблина в глаза не видел никогда!

– Консервы… – сквозь зубы пробормотала Кэтрин, стоя за трибуной. – Слушайте, детки, вот эта ученица полностью права. Мне приходилось видеть, что остаётся после налёта этих маленьких поган… то есть я хотела сказать гоблинов обыкновенных. И я вам доложу – приятного в этом мало. А теперь усядьтесь поудобней и послушайте.

Гоблины обитают на пересечённой местности. Живут кланами, насчитывающими от тридцати до трёхсот особей. Как правило, занимают бесхозную пещеру, но могут жить и под открытым небом, сооружая что-то вроде хлипких шалашей из веток и грязи. Это называется гнездо. Пока семья небольшая, они стараются не пересекаться с людьми, но стоит им разрастись примерно до сотни голов, как они становятся наглыми и смелыми. В какой-то момент вся эта орава начинает нападать на ближайшие строения и людей. Сначала они мелко пакостят, крадут скот, разоряют посевы, потом переключаются на жителей. А теперь объясните мне, как фермер и его семья справятся с набегом в двести рыл?

В классе повисла тишина. Дети, не ожидавшие такой решительной перемены в характере своей новой учительницы, испуганно выпучили на неё глаза. Кто-то нервно сглотнул. Полноватый Вальтер так и вовсе затрясся всем телом.

– Это был очень увлекательный рассказ! – решил в очередной раз спасти положение профессор Форшер. – А теперь достаньте перья и чернила, мисс Хилл продиктует вам материал под запись. Прошу!

– Да, конечно, – обречённо вздохнула новоиспечённая учительница.

Часть 2. Никогда не знаешь, что может скрывать старый амбар

Глава 4. Одинокий дом

Весь остаток дня команда шла молча. Отчасти из-за того, что боялись нового нападения гоблинов, отчасти что каждый должен был переварить случившееся. Сама лучница пыталась не подавать виду и уверяла, что успокоилась, при этом стараясь не смотреть в глаза остальным, пряча заплаканное лицо. Фрида попробовала заиграть на лютне, но ей самой это быстро надоело. Альварес пару раз неудачно пошутил и тоже утратил интерес к общению. Дориан молчал с самого начала, погрузившись в свои мысли. Дорога по сильнопересечённой местности после ожесточённого боя тоже не располагала к разговорам. Немногочисленные поля фермы Томаса Макбэйна быстро закончились, превратившись в какие-то совсем уж плотные заросли ивняка вперемешку с берёзовой порослью. Кое-где на возвышениях торчали одинокие деревья, в основном, те же берёзы, но корявые и щуплые, с желтоватой редкой листвой. А в низинах текли ручьи, холодные до жути. Идти становилось всё труднее.

Земли эти перестали использовать ещё во времена молодости старика Макбэйна, когда прошёл очередной мор, и рабочих рук просто не хватало. Да и раньше не часто пользовались, считая бросовыми. Разве что пасли овец. Местность, изрезанная поросшими высокой травой и кустами холмиками вперемешку с мелкими ручьями, кое-где в низинах совсем заболачивалась, становясь труднопроходимой, что сильно снижало скорость и сказывалось на усталости. Приходилось идти не по прямой, а постоянно петлять, выискивая путь среди оврагов, спрятавшихся в высокой траве, и заболоченных стариц, где ноги моментально уходили в грязь и ил по колено. Пройти же заросший холмик, даже если он был крохотный, представлялось совсем непросто. Растительность цеплялась за промокшую после форсирования ручья одежду, отбирая последние капли сил и окончательно портя настроение.

Одно радовало команду – гоблины больше не появлялись. Вообще не ощущалось присутствия никаких крупных зверей и уж тем более монстров. Лили не раз проверяла следы, но, похоже, даже мелкие хищники вроде диких кошек обходили эту местность стороной. А вот птиц здесь было просто изобилие. Большие и маленькие, тихие и громкие, пестрые и невзрачные, они были настоящими исконными хозяевами этой территории. Крохотные малиновки и группки воробьёв прятались в кустах, постоянно вереща и чирикая на разные лады. Перепёлки и куропатки, оккупировавшие холмики, дружно выпархивали целыми стаями из зарослей травы, когда на них натыкались путники. А в вышине чинно парил коричневый коршун, высматривая, чем бы поживиться. Иногда он громко пронзительно кричал, ругая путников за то, что они распугали всю добычу. Ближе к вечеру ему это надоело, и он улетел ни с чем.

Потом они набрели на родник, обрадовались, передохнули, наполнили фляги и, ворча, двинулись дальше. Лили сказала, что к середине следующего дня можно успеть добраться до Леса Ящериц, а обойдя его с востока, выйти на тракт, при этом изрядно срезав путь, но никто не верил, что это получится сделать так легко и быстро.

Вечером, когда уже начало смеркаться, компания неожиданно для себя набрела на странную ветхую хижину. Они бы прошли мимо, если бы не Лили. Каким-то образом лучница обратила внимание на плотные заросли по левую руку и решила проверить их на предмет дичи на ужин. Каково же было её удивление, когда за кустами обнаружился маленький грубо сложенный деревянный домик. Лили не стала заглядывать внутрь, а поспешила сообщить об этом команде. После недолгого совещания было решено выдвинуться к хижине и проверить. В конце концов, заночевать под крышей в этой глуши было бы отличным везением.

При ближайшем рассмотрении это оказалась бревенчатая избушка, только очень маленькая и приземистая, вместо крыши – односкатный настил, заросший травой и кустарником. Да и само строение почти вросло в землю, и скорее напоминало землянку, а не сруб. Квадратная дверь, сколоченная из толстых досок, была плотно закрыта и, к тому же, вся обросла вьюнком. Похоже, строением долго не пользовались. Дориан обошёл его вокруг, заглянул в маленькое щелевидное окошко, прорубленное в бревне, но оно оказалось заколочено изнутри доской.

– Есть кто живой? Эй! – Дориан постучал в дверь. Ему никто не ответил.

– Дружище, может это охотничий домик? – Альварес стоял рядом и переминался с ноги на ногу.

– И на кого здесь охотится, а? На птичек? Так живности и вокруг деревень хватает, – возразила Лили. – Зачем лезть в такие дебри из-за пары уток?

– А откуда они брёвна взяли для дома? Вокруг леса нет. Не с собой же перли по оврагам и ручьям? – задумался Дориан. – Чего-то здесь не сходится. Все будьте начеку.

– Так берёз может нарубили? – невозмутимо предложил Альварес.

– Ага, ты уж скажешь! – ухмыльнулась Лили. – Сразу видно городского жителя. Берёза – твердое дерево, на дома не годится – тяжело обрабатывать и полно дёгтя, только на дрова и идёт. А местные корявые берёзы, наверное, и на дрова не сгодятся.

– Лили, ты говорила, что давно здесь овец пасли. Может домик с тех времен?

– А что? На пастушью хижину похоже, может так и есть. Хотя откуда они брёвна приволокли, так и непонятно?

– Ладно, я вхожу. – Дориан ещё раз постучал, затем дернул дверь. Та не поддалась. – Альварес, подсоби-ка.

– Легко!

Под напором двоих приключенцев дверь быстро сдалась, и команда вошла внутрь.

– [Luminis]! – с кончика пальца Дориана слетел и завис над головой маленький светящийся шарик. Простое базовое заклинание, некий магический аналог факела, позволяющее добавить неподвижный источник света, использовалось повсеместно всеми, кто хот как-то умел колдовать.

Тусклый бело-зелёный огонёк озарил внутреннее пространство. Интерьер хижины оказался крайне неоднозначным. Наряду с вполне ожидаемыми скамьёй, шириной в две доски, типичным квадратным столом и простеньким стулом, внутри находилась маленькая железная печь – такие ни пастуху, ни охотнику не по карману. На печке же лежала совершенно обычная аккуратная чугунная сковорода, и в ней две ложки: большая и маленькая и даже настоящая вилка. По стенам размещались несколько примитивных полочек с керамическими коричневыми горшками разной величины. Какие-то засушенные травы, вениками висящие на верёвочке. Прочая вполне обычная и уместная утварь. И в то же время на длинном толстом гвозде, торчащем из стены, крепилась изящная масляная лампа, украшенная завитками цвета латуни. Самым бросающимся в глаза предметом оказался трёхъярусный стеллаж, полностью заставленный книгами. Большой слой нетронутой пыли говорил, что хижиной долго не пользовались.

– Может это был очень образованный пастух? – пошутил Альварес, проведя пальцем по столу.

– Или король всех охотников, – вздохнул Дориан. – Мое предположение, похоже, подтверждается. Хижиной давно никто не пользовался, я правильно говорю, Лили?

– Несколько лет эта хибарка пустовала точно.

Лили взяла с полки один из горшков, и теперь с интересом осматривала его. Затем поморщилась, и уселась на лавку, абсолютно не беспокоясь о пыли.

– Значит ночуем здесь. Всё лучше, чем под открытым небом.

– Вот это дело, дружище! Я пойду дров поищу, а то глупо таким агрегатом не воспользоваться, – южанин кивнул в сторону печки, а затем вышел на улицу.

Дориан хотел ему что-то сказать вслед, но передумал. Вместо этого он подошёл к полке, осмотрел её на предмет ловушек, и только после этого достал одну из книг, затем вторую. Заинтересовался, смахнул пыль. Книги очень пострадали от сырости, их страницы готовы были распасться в труху при неаккуратном прикосновении, но названия некоторых трудов можно было прочесть.

– Андреус Схоларий, «Мир магии» издание второе, исправленное и дополненное. Занятно… Аренарий-Восточник, «Семантика божественных знаков». Прямо классика. А это у нас Максимилиан Грано «Современная прикладная демонология». Великолепно!

– Демонология? – отозвалась Лили.

– Ага, да ещё и прикладная. За одну эту книжку можно попасть на костер. А вообще, если бы эти фолианты были в нормальном состоянии, за них можно было бы выручить приличные деньги у коллекционеров. Зачем гноить их в таком месте? Это ж просто варварство. Ничего не понимаю.

– Маленькая академическая библиотека по среди глухомани… Филиал кафедры университета на выезде. – Фрида тоже начала рыться в полке с книгами.

– Вот и я про это говорю. Мне всё больше кажется, что здесь прятался какой-то волшебник-диссидент, очень может быть, что ведающий в демонологии, а таких сейчас единицы.

– А чего же ему тут прятаться? – отозвалась Лили. На лице у неё отразилось беспокойство.

– Может наблюдал за неким полудемоном, живущим неподалёку?

– Чё?! За мной что ли?! Да быть не может! – Лили почему-то начала озираться по сторонам. Потом опять поморщилась и помассировала левое плечо.

– Вполне может, – согласилась Фрида. – Но, в любом случае, сейчас его здесь нет, так что точно не узнаешь.

– Да, повезло, что он магических ловушек не наставил… Чего у тебя с плечом?

– Да пустяки! Ушиблась в битве…

Дориан подошёл к запаниковавшей лучнице и, несмотря на протесты, бесцеремонно отодвинул её воротник. На месте левой ключицы зиял огромный синяк. Да и само плечо довольно сильно опухло.

– Ты чего?! – Лили испуганно отдёрнула руку Дориана и отодвинулась подальше.

– У тебя ключица повреждена. Ты что, целый день так шла?! Пей зелье.

– Всё нормально, на мне как на собаке заживает. Нечего тратить зелья на ерунду.

– Завтра у нас долгий переход, а за ночь оно ещё опухнет. Да и боль, наверно, адская. Пей, тебе говорят!

Дориан открыл рюкзак и достал оттуда бутылочку с красной жидкостью. Это была одна из тех микстур, которую они купили у аптекаря Себастьяна в Горгоне. Такие зелья ценились, поскольку позволяли заживлять довольно тяжёлые раны за минуты. Качественные зелья даже переломы могли лечить, хотя на срастание кости требовалось много больше времени. Однако, цена у подобных бутылочек кусалась больнее чем некоторые монстры, поэтому авантюристы берегли зелья лечений и пользовались ими только в крайних случаях, предпочитая просто брать в партию целителей и жрецов с соответствующими навыками.

– Не могу… – опустила голову Лили.

– Почему? – Фрида тревожно посмотрела на Лили.

– Мне с них плохо.

– В смысле?

– Менестрелька, я же демон, пусть и наполовину. Выпила я один раз такое, и лучше б не пила, потому что живот зажгло так, что хоть помирай. Тошнило потом два дня. И рана совсем не затянулась, только хуже стало.

Дориан поставил бутылочку на стол перед носом у лучницы:

– Пей. Плохо тебе сделалось потому, что горе-аптекари освящают зелья в храмах для повышения их свойств. Вот только Себастьян превосходный алхимик, с церковниками никогда не связывался – он в богов не верит, потому я у него и закупаюсь. С обычных дешёвых зелий мне тоже плохо, хоть и не так сильно, как тебе. Пей спокойно.

Лили недоверчиво взяла бутылочку с красной жидкостью, открутила пробочку, принюхалась и, пробормотав что-то, выпила залпом и тут же расслабилась.

– Вот я дура… Как же хорошо, боль проходит.

Её лицо порозовело. Лучница облокотилось на стену, прикрыла глаза рукой. В это время дверь в хижину отворилась и внутрь заглянул Альварес. Он торжествующе ухмыльнулся, намекая, что справился с поставленной задачей полностью:

– Дружище, тут топорика не найдётся, а то эту проклятую берёзу чем-то порубить надо?

– Топора здесь нет, но я кое-чего уже придумал. Фрида, присмотри за раненой, если что – зелья в рюкзаке у стола, а мы разберёмся с дровами.

На полянке у хижины валялась целая толстенная берёза, которую, очевидно, волокли по земле. След от дерева, уходивший под горку, явно указывал на это.

– Ну ты даёшь.

– Могём!

– Как ты её вообще выкорчевал?

– Да легко, дружище, у неё корни совсем гнилые были и слабые. Я чуть-чуть на неё навалился, она и упала. А вот как её теперь распилить?

Дориан не стал ни чего объяснять, решив, что легче будет просто показать. Он вынул из ножен свой клинок

– [Gladius acutus]!

– О, заклинание значит.

Меч Дориана засветился блёкло-жёлтым цветом. Лидер выставил клинок на протянутой руке и продолжил:

– [Hacksaw]! – лезвие завибрировало, от клинка стал исходить неприятный свист.

«Острое лезвие» или [Gladius acutus] – распространённое заклинание магической заточки меча, улучшающее его остроту, и немного повышающее прочность. [Hacksaw] дополнительное заклинание, добавляющее заточенному лезвию элемент вибрации. Первое заклинание было довольно распространено и использовалось повсеместно. А вот добавочное встречалось не часто, поскольку потребляло приличное количество маны, но какой-то безымянный находчивый волшебник обратил внимание, что это превращало меч в пилу, что позволило магическим бойцам с хорошими запасами маны обходиться в походе без топора.

– Составное заклинание, – пояснил Дориан. – Держи бревно.

– Уже держу.

Альварес уселся на ствол, в то время как Дориан осторожно поднес меч к дереву. Клинок затрещал, когда соприкоснулся с древесиной, из-под него посыпались щепки. Лезвие довольно быстро и легко проникало в глубь бревна, рассекая его на части. Спустя пол часа берёза, добытая Альваресом, превратилась в приличное количество дров. Оставшиеся ветки Дориан отнес к ближайшим зарослям ивняка и там припрятал.

Сырое дерево долго не хотело разгораться, поскольку было полностью пропитано водой, но и эту проблему удалось решить. Фрида предусмотрительно взяла в поход пузырёк с алхимическим порошком, позволявшим разжечь костер где угодно. В печке успокаивающее затрещал огонь, а на сковороде уже грелись колбаски, заставляя авантюристов облизываться, в ожидании ужина. Там же булькал и котелок с родниковой водой.

Лавку было решено отдать Лили, чтобы она смогла быстрее восстановиться. Альварес уселся на полу в углу комнаты, подложив какое-то тряпьё. Фриде достался стул, а Дориан расположился у печки, исполняя обязанности повара.

– Ну, братик, рассказывай.

– Что рассказывать?

– Не валяй дурака, я же говорила, что не отвертишься.

– Да что я тебе расскажу? Может сама у него спросишь?

– Дружище, так о чем вообще речь? Я, кажется, многое пропустил, пока спасал погорельцев.

– Ха! Даже словами изъяснятся не нормально можешь. Что бы ты без меня делал!

– Ничего себе! А как вот так вот можно голос изменить? – присвистнув, привстал со своего места Альварес.

Фрида застыла, вцепившись в стул руками. Она пристально смотрела на своего брата, пытаясь собраться с мыслями. Изменился не только сам голос Дориана, но и манера речи. Даже лицо как будто стало немного другим. Но что поменялось точно, так это взгляд. В глазах отражалась мудрость прожитых лет, совсем не характерная для молодого человека. Более того, зрачки в полутьме хижины словно светились тусклым синим цветом. Или это воображение разыгралось на фоне игры света и тени от очага? Незнакомец в теле Дориана осмотрел всех пристальным взглядом и улыбнулся странной улыбкой-ухмылкой:

– Наверное, стоит представиться, да? Вас я всех знаю, а вот вы меня нет. В таком случае меня зовут Обсидиан.

– Ты демон? – выпалила Фрида.

– Нет, Фрида Нордвинд, я не демон, хотя люди готовы обозвать демоном практически всё, что чуть-чуть отличается от них. Я нахожу это слегка неприятным, – поморщился, словно вспомнил что-то Дориан, или, точнее, Обсидиан

– Тогда кто ты, и что ты забыл в теле моего брата?

– Что забыл говоришь? Ничего я не забывал, это такое же моё тело, как и его. Я был всегда.

– Что значит всегда? Когда мой брат стал одержимым?

– Люди, как же с вами сложно. Теперь я понимаю, почему Дориан сбагрил этот разговор на меня. Всегда – значит всегда, то есть с самого рождения твоего дражайшего брата, а может и раньше.

– Не может быть, ты лжёшь!

– Ха! Отрицание того, что не хочешь признавать. Типичная человеческая логика. Впрочем, твой брат не одержимый, можешь уже успокоиться, наконец. Просто так вышло, что сознание его прошлой жизни не стёрлось, а наоборот, стало просыпаться со временем.

– Я, конечно, ничего не понял, но разве такое бывает? – Альварес скорчил гримасу, которая должна была выразить крайнюю степень удивления.

– Случай далеко не типичный, это точно. Но иногда, когда сознание предыдущей жизни на порядок превосходит жизнь теперешнюю, это возможно. Доказательство, я думаю, все наблюдают.

– Ну и кто же ты такой, «Обсидиан»? – Фрида продолжала сверлить глазами своего брата.

– Обсидиан есть Обсидиан, ну по крайней мере я не демон, как я уже сказал.

– Хватит юлить! – поэтесса вскочила со стула, топнув ногой.

Альварес хмыкнул, проснулась даже дремавшая на лавке Лили.

– Точнее, был Обсидианом когда-то, пока не умер. И теперь переродился человеком. Для меня это тоже оказалось неожиданностью, если это вас успокоит. Сознания людей по сравнению с моим, откровенно говоря, слабенькие, поэтому барьер был частично прорван, и старая личность просочилась в новую, породив что-то другое.

– Фрида, сядь на место, – успокоил Дориан сестру своим нормальным голосом. – Со мной всё в порядке, он ни как на меня не влияет, и в общем то, мы отлично уживаемся.

– Знала бы ты, сколько раз я спасал его задницу от неминуемой гибели. Так что ты, уважаемая сестрица, должна мне спасибо сказать, за живого и здорового брата!

– Ни чего себе! Уж мне теперь спокойней будет. Я-то думала, что одна такая «ненормальная» – окончательно проснулась Лили.

– Какие ещё вопросы? Может юная дочь демона Этельреда хочет что-то спросить?

– Дочь демона? Что ещё за «Этилрет»? – Лили несмотря на травму привстала с лавки.

– Не «Этилрет», а Этельред! Уж имя собственного отца стоит называть правильно.

– Да я и не видела его никогда! Откуда мне знать, как его зовут?! Кто он вообще такой, и с чего ты решил, что это мой папаша?

– Ха, скажем так, благодаря моему уникальному навыку, а, вообще, вы с ним очень похожи. И для тебя это не лучший вариант.

– Это ещё почему? Кто он такой?

– Лучше присядь.

– Чего это мне садиться, он что, помер?

– Такой помрёт, как же! Ты действительно хочешь знать, кто он?

– Да!

– Этельред первый, он же единственный – предводитель самого многочисленного клана демонов, Стаи. Один из Курфюрстов Нижнего мира. Страшное безжалостное существо. Некоторые поклоняются ему как старшему богу, хотя, между нами, до старшего он всё-таки не дотягивает.

– И я его дочь? Да брехня всё это! Ты хочешь сказать, что моя мать фермерша и этот курфрюст или кто он там были вместе?

– Я, честно говоря, сам в некотором замешательстве. Никогда не замечал за ним слабости перед смертными женщинами. Чего его вдруг потянуло на экзотику? Есть у меня одна догадка, но я, пожалуй, попридержу её при себе.

– Подожди-ка, так он благородный? – опомнилась Лили.

– Он как бы правитель.

– Стоп… Стоп. Так я принцесса что ли? Настоящая?!

– Теоретически, да, но, если об этом узнают смертные, я тебе не завидую. Стоит добавить, что демонов мало беспокоят вопросы родства в свете преемственности власти, да и привычного вам понятия о аристократии у них нет. Всё просто. Самый сильный, как правило, самый же и главный. Если какой-нибудь неизвестный демон сможет победить Этельреда, он тут же займет его место. Вот только Этельреда никому не победить. На деле это значит, что прикрываться именем своего папеньки тебе не получится.

– Мне надо это обмозговать… – Лили снова села на лавку, обхватив голову руками.

– Дам тебе совет. Опасайся не его, а его сыновей.

– Это ещё почему?

– У демонов, как я уже сказал, в почете сила. А сила Этельреда не оспорима, но грызня за места около него идёт не шуточная. Всё же отпрыски сильного демона, по большей части, тоже сильны. Естественно, появление ещё одной претендентки на кусочек власти никого не обрадует. Я думаю, появятся желающие убрать эту претендентку до того, как она разберётся в своих возможностях.

– Да мне дела нет ни до каких разборок демонов, ни на какие привилегии я претендовать не буду. Я всего лишь авантюристка Лили Купер.

– Вот ей и оставайся, целее будешь. И силы свои демонические лучше не используй вообще.

– Что я дура что ли? Мне эти разборки даром не сдались.

– Умная девочка, схватываешь налету. Впрочем, Нижний мир далековат от сюда. Может я зря пугаю? В конце концов, демонические силы помогли бы тебе достичь высот, которые недоступны многим.

– Каких ещё высот?

– Например, стать авантюристкой ранга «чемпион».

– Че-чемпион?! Это же те люди, которые невероятно сильны? Те, что в одиночку способны захватить крепость или перевернуть ход битвы. Ты хочешь сказать, что я стану такой же?! Да не может быть!

– Отчего же? Я ведь говорил, что дети сильных демонов, обычно, сами сильны. Причём старший сын получает на порядок больше, чем последующие.

– Ты же сам сказал, что детей у этого моего папани было много. Выходит, я в самом в хвосте?

– Ты невнимательно слушала. Я говорил, что у него много сыновей. А про дочерей я не слышал ничего. Ты можешь оказаться первым и единственным его потомком женского рода.

– Подождите, я кажется начинаю понимать, – Фрида с подозрением уставилась на Лили. – Наследование способностей у сыновей и дочерей демонов происходит раздельно?

– Ха! В точку! Старшая дочь получит не многим меньше чем старший сын.

– Чего?! – Лили в очередной раз вскочила с лавки.

– Дошло наконец? Если сумеешь контролировать демонические силы, повысишь свою ценность как бойца на заоблачные высоты. Правда, если кое-кто поймёт, что ты связана с демонами, окажешься на костре. Особенно это касается паладинов ордена Солнечного бога. Да и местных охотников на ведьм всегда хватает. Алый Храм опять же. Красная демонов очень не любит. У неё это личное.

– Что же делать? Это уж как-то слишком, – Лили снова села на лавку и уставилась в пол. – Лучше б ты мне вообще ничего не говорил…

– А я ведь предупреждал…

– Сеньорита Лили, если кому интересно мнение скромного идальго, то я вас ни за что не сдам и в обиду не дам! Пусть только попробуют прийти по вашу душу. У меня на родине сталь не хуже, чем у фанатиков Солнечноликого. Я не бросаю тех, с кем сражался бок о бок! – высокопарно заявил Альварес, молчавший всё это время.

– К том уже паладинов Солнечного бога на севере давно не видели, – присоединилась Фрида.

– А если тебя захотят обидеть местные, – неожиданно своим голосом откликнулся Дориан, – то сильно пожалеют об этом!

– Я же сейчас опять разревусь, – начала всхлипывать Лили.

– Если вам интересно мое мнение, то я рекомендовал хотя бы научиться контролировать свои силы, чтобы они предательски не вылезли в неподходящий момент. – Обсидиан замолчал, задумавшись о чем-то, затем окинул взглядом книжную полку, и направил на неё указательный палец правой руки. – Занятная коллекция. [Reconstruction]!

Полка покрылась подобием тумана, внутри которого книги начали восстанавливаться на глазах. Обложкам вернулся цвет, жухлые страницы побелели. Через минуту на полке лежали абсолютно новёхонькие книги, да и сама полка выглядела, как будто ещё вчера её сколотил мебельщик.

– Ни чего себе, дружище, то есть сеньор Обсидиан! – удивлённый Альварес подошёл к полке и начал осматривать её со всех сторон. – А такой магии сложно научиться?

– Человеческой жизни будет маловато. Но дракона, я думаю, лет за сто натаскать можно было бы попробовать. Ну, и раз уж подошёл, не подашь мне вон ту книгу по практической демонологии?

– Вот эту? – Альварес указал на труд Максимилиана Грано, который до этого заинтересовал Дориана.

– Её самую. Благодарю.

Обсидиан раскрыл книгу, представлявшую собой добротный фолиант с дорогой красной обложкой из тонкой кожи и золотыми буквами, и энергично пролистал её, иногда останавливаясь на заинтересовавших местах.

– Как я и думал. Круг призыва Грано основан на изысканиях уже упомянутых здесь южных паладинов. Уважаемый Альварес, в южных землях ведь особенно чтут Солнечного бога?

– Да это так. Его культ достаточно распространен, но среди его последователей слишком много увлекающихся ребят. Фанатики, одним словом, – отмахнулся Альварес.

– Я бы сам не смог сформулировать лучше.

– А причем здесь вообще Солнечный бог и его паладины? – осведомилась Фрида.

– Да так, просто изначально паладины искали способ проникнуть в демонический мир, с целью устроить там геноцид местного населения. Эти проходимцы даже как-то смогли обойти систему и создали магический круг, позволявший им пройти в мир демонов.

– Невероятно! – воскликнул Альварес. – Я никогда не слышал о походе в Нижний мир.

– Естественно, не слышал. Отряд, отправленный туда, там и остался в разобранном состоянии, ясное дело. Кто захочет афишировать свой полный провал?

– Закономерный финал для самоубийц, а причем тут этот Грано? – спросила Фрида.

– Всё просто, Максимилиан был умный малый. Он как-то разнюхал об изысканиях паладинов и приспособил их круги для обратного действия, то есть для затягивания демона и призыва его в мир смертных. Сам же он разработал лишь оковы, позволявшие контролировать призванного. Правда, некоторые служители богов нашли его исследование несколько противоречащим догматам их веры, поэтому судьба у бедолаги была не многим лучше тех паладинов.

– Значит за эту книжку можно реально угодить на костер? – осведомилась Фрида

– Легко и непринуждённо! Однако, и выручить за неё можно солидное количество золотых монет, если найдёте правильного ценителя. Уважаемый идальго, не передадите мне ещё одну книгу. На верхней полке, справа. Да, благодарю!

Альварес передал Обсидиану книгу в синей обложке с окованными латунью углами. Она была на порядок тоньше предыдущей.

– Мартиана фон Ротте «Усовершенствование методики призыва Грано». Интересное чтиво. Эту книжку стоит оставить. Лучница, если хочешь узнать больше о своей природе, советую прочитать. Ты же умеешь читать? – Обсидиан открыл книгу и принялся её листать, бормоча себе под нос.

– Конечно умею. Мамка меня научила и читать, и писать, и арифметике, и много чего ещё мне в голову вдолбила.

– Ха! Грамотная у тебя похоже была мать?

– Не то слово! А к чему ты клонишь?

– Да так, держи вот, – обсидиан швырнул книгу Лили, – если чего не поймёшь, обращайся.

– И кто эта Мартиана?

– Видный демонолог, надо полагать.

– Может закончим в следующий раз? Я уже на пределе.

– Братик?!

– Что, уже всё? А я только разговорился. Впрочем, ты стал держаться гораздо лучше в последнее время. Можешь себя похвалить, юный Дориан Нордвинд.

– Просто иди уже спать…

– У нас появилась гораздо более важная проблема, чем одержимость лидера! – Альварес, скорчив испуганную физиономию, неожиданно вскочил на ноги, приковав к себе всеобщее внимание.

– Что ещё? – воскликнули почти одновременно Фрида и Лили.

– Я, кажется, оставил свою шляпу на ферме… – трагически продекламировал Южанин.

– Чё?! Боров, ты совсем сдурел так пугать? Кто вообще будет беспокоится о какой-то уродливой шляпе?!

Первым засмеялся Дориан, за ним прыснула Фрида. Лили пыталась сохранять серьёзность, но у неё получилось продержаться всего секунду. Альварес скорчил недоумение, но сквозь смех сделать это было не просто. Наконец, дружный хохот разрядил обстановку. Напряжение, что витало в команде со времени битвы с гоблинами, моментально сошло на нет. Они смеялись долго. Смеялись, потому что это был самый простой способ растерять все те негативные мысли и эмоции, которые заполонили их доверху в последнее время. Прогнать их прочь, чтобы никогда не возвращались.

– Боров, вот что ты делаешь, у меня только ключица зажила! – Лили тщетно пыталась справится со смехом, держась за плечо.

– Сеньорита, вам совершенно меня не жаль. Эта шляпа была со мной всю жизнь, она для меня, практически, как член семьи!

– Шляпа – член семьи?! Я ещё не слышала большей глупости! – Фрида почти сползла со стула. – Ты бы ещё женился на ней!

***

Авантюристы решили остаться в хижине ещё на день, разумно решив, что всем им нужен отдых. От планов на Этну-копейщицу окончательно отказались, так как она уже, по-видимому, ушла далеко вперёд, и догнать её не представлялось возможным, даже если идти на прямик по бездорожью. Дориан предложил за этот день отработать несколько командных тактик и построений. Остальные быстро согласились, поскольку у всех был в памяти откровенно неудачный бой на ферме. И хотя в результате того боя никто не пострадал, каждый прекрасно понимал, что битву с относительно слабыми тварями они вытянули чудом. Стало очевидно, что недавно сколоченная группа плохо действует как единое целое, а исправить это можно только совместными тренировками.

По команде Дориана авантюристы перестраивались в различные формации и отрабатывали комбинированные приёмы, но всем было ясно, что им банально не хватает бойцов. Их группа получилась слишком однобокой, в ней отсутствовали такие важные персоны, как жрец, который мог подлатать во время боя, и латник, берущий на себя основной урон, поэтому Дориан пытался найти оптимальную формацию, чтобы увеличить шансы на выживание и снизить недостатки.

Затем они провели несколько тренировочных поединков один на один, но полноценный бой получился только у Дориана с Альваресом. Они довольно долго кружили вокруг друг друга, пытаясь найти слабые стороны. Наконец, южанин победил, обозначив довольно точный удар. Потом Альварес высказал интерес к стрельбе из лука, и Лили принялась его учить, но затея оказалась заведомо провальной. Как бы ни пытался южанин, стрелы летели совсем не туда, если летели вообще. Лили всё это время откровенно смеялась, заявляя, что она так специально не смогла бы сделать. Затем лук взял Дориан и, к удивлению остальных, довольно сносно стал из него стрелять, но в центр мишени попал всего один раз из десяти. Дориан, желавший реабилитироваться за проигранный спарринг, не успокоился и начал практиковаться в магии, кастуя простые заклинания усилений друг за другом. Завершили картину несколько эффектных [Конусов холода], вызвав дружные аплодисменты остальных. В тренировках прошло полдня, а затем проголодавшиеся авантюристы убрались в хижину на обед.

– Так я и говорю, – Альварес оживлённо жестикулировал вилкой с насаженной на неё колбаской для жарки. – Если бы дружище использовал в той тренировке магию, у меня не было бы ни шанса. Я же просто фехтовальщик, пусть и отличный. Магия – это сила, против неё не попрёшь!

– Хорош уже, проехали. Ты честно выиграл, – Дориан попытался скрыть раздражение в голосе.

– Да ладно вам, – Фрида хозяйничала у печки. – Вы мне лучше скажите, что это за Лес Ящериц, через который нам идти, и почему он так странно называется?

– Лес Ящериц? – отозвалась Лили. – Ну, это большой лес южнее Эрлига. В основном, дубы и вязы. Вроде бы, в самой чаще озеро есть. А ещё там обитает племя яшероголовых. Здоровые черти, под два метра ростом!

– Знавал я одного такого, – поддержал лучницу Альварес. – Тот, вообще, был почти два с половиной. Авантюрист, как и мы.

– А ты сама их видела?

– Только издалека. Что я совсем что ли, к этим верзилам лезть? Я только по краю леса ходила. И в этот раз так же собираюсь вас провести. Зачем связываться с дикарями?

– Я бы не назвал Шкеша дикарём, – задумался Альварес. – Воин он, правда, грозный, но зверюга грамотная и в чём-то даже мудрая.

– Ящероголовые, в отличие от змееголовых, не агрессивны, если им не надоедать, и вполне идут на контакт с цивилизованным миром, – ухмыльнулся Дориан, – Но, как и с другими представителями нечеловеческих племен, с ними сложно. Никогда не знаешь, чем можешь их оскорбить. Иногда достаточно одного сорванного на священной для них поляне цветка, чтобы за тобой с топорами и копьями наперевес погналось всё племя. А можно набить морду вожаку и заслужить их полное уважение.

– Это точно дружище, ты вот прямо сейчас объяснил лучше любого профессора. Шкеш тоже самое мне когда-то говорил. Мы не понимаем их образа мысли, и ещё что-то про разные ценности.

– А кто он такой, этот Шкеш? – поинтересовалась Лили.

– Ну, Шкеш – это Шкеш. Представь себе здорового ящера на двух ногах. Представила?

– Да.

– А теперь представь, что вот этот монстр закован с ног до головы в стальную броню. И размахивает перед тобой огроменным стальным же молотом!

– Ничего себе!

– Вот и я о том же. Шкеш, он не ищет лёгких путей. Была у него идея стать паладином. Только ящероголовые поклоняются Змеиной богине. А у неё никогда не было никаких орденов защитников. А Шкеш уперся. Говорил, что будет первым, что его богиня не хуже других. Не знаю, получилось у него чего, или она его не услышала.

– Да уж, – ухмыльнулась Фрида. – Паладин Змеебогини, это было бы что-то невероятное.

– У меня, дружище, другое сейчас на уме. Скажи, зачем тебе на самом деле потребовался этот заколдованный замок? Уж не прибрать ли его к рукам собрался по праву занявшего?

– Хех, просто так мне он вообще не сдался, но ты прав. Я думал, чтобы закрепиться там и, по возможности, предъявить права на крепость, но это не конечная цель. Просто для моей идеи потребуется что-то вроде базы.

– Базы? Братик, если собрался делать переворот в королевстве, то предупреди меня заранее, ладно?

– Да какой переворот. Просто у меня есть мечта. У всех есть своя гильдия. У сапожников, у виноделов, у кузнецов, даже у кожевенников. А у авантюристов нет.

– А зачем нам вообще гильдия? – удивилась Лили.

– Тут я соглашусь с сеньоритой, нам лучше быть вольными, – прищурился Альварес. – Сама соль авантюриста, что ты никому не принадлежишь. Ты волен делать то, что хочешь. Над тобой нет ни господ, ни начальников. И налоги с авантюристов не собирают.

– Да нет же, никто не посягает на твою свободу. Я про другое. Нужна организация, которая бы отстаивала интересы авантюристов. Если ограбили купца, куда он побежит в первую очередь?

– В местное отделение своей торговой гильдии, тут без вариантов.

– Вот именно, а если ограбили авантюриста? В городской страже его пошлют, да он туда и не пойдёт. Или другой пример, группа самонадеянных вчерашних детей берут сложное задание на зачистку руин от монстров и там бесславно гибнут, окружённые какими-нибудь тварями. Должен быть кто-то, кто отсортировал бы задания по уровням. Новички могли бы выполнять простые поручения, постепенно совершенствуясь. Я думаю, это спасло бы много жизней.

– Тут я согласна с братом, новичков гибнет очень много. И не потому, что они неумехи, просто ещё не научились правильно определять свой предел. И гибнут за зря, из-за банального недостатка опыта или неправильно составленной команды.

– Но тогда в довесок к королевским пошлинам нас всех дружно обложат постоянным налогом! – возразил южанин.

– Если удерживать совсем небольшой процент с официальных наград на задания, не облагая добычу из подземелий, это позволит организации нормально существовать.

– Всё равно никто не захочет вступать в такую гильдию, кому охота делиться своими деньгами, да и ещё добытыми с риском для жизни, – усомнилась лучница.

– Отчего же? Я разговаривал с ветеранами, многие вполне соглашались с моими доводами. А если в гильдию вступят несколько известных команд, то и остальные подтянутся.

– Ну не знаю…

– Лили, я говорю, что гильдия смогла бы присваивать авантюристам ранги, как положено, а то с ними сейчас полная неразбериха. И выдавать задания, соответствующие опыту приключенца. Конечно, пришлось бы нанимать штат сотрудников, но взимание небольшого процента с наград решило бы эту проблему. А сейчас даже чтобы повысить свою категорию нужно топать к властям, вставать в длиннющую очередь на экзамен и платить за него. Гильдия могла бы это взять на себя

– Многим такое не понравиться, дружище. Просто люди решат, что к ним залезли в карман, и перебегут в соседние страны.

– А ты сколько отвалил властям за экзамен на свой ранг «B»? – ухмыльнулся Дориан, пристально взглянув на Альвареса.

– Хм… Не мало, тут ты прав, но всё равно, дружище…

– Некоторое количество людей всегда будет только ныть, согласен. Но гильдия может предоставлять и другие полезные услуги. Например, помощь в подборе команды. Приходит Этна-Копейщица в отделение гильдии и говорит, что она латник такого-то ранга и ищет группу. А ей в ответ, что группе некого Дориана позарез требуется именно воин в доспехах. Или есть ещё такая проблема, как объективная оценка предметов, добытых во время задания. Сейчас торговцы пользуются тем, что выставляют заниженные цены на покупку подобных вещей, потому что грамотного оценщика найти – невыполнимая задача. Кто-нибудь из вас знает, где в Горгоне можно оценить магическую вещь? И что бы этот умник не был прикормлен местной гильдией торговцев.

– А ведь точно, я знаю парочку типов, но доверять этим проходимцам – большая глупость, – закивала Лили.

– Я вообще неместный, дружище, так что тут придётся с тобой согласиться. Справедливая оценка предметов очень нужна.

– На следующем этапе развития гильдия могла бы организовать тренировочные курсы для новичков. В качестве инструкторов можно пригласить авантюристов-ветеранов, отошедших от дел. Эти же люди могли бы составлять инструкции и памятки, как вести себя в подземельях или как побеждать конкретных монстров. Их сильные и слабые стороны.

– А ты далеко всё продумал, братик.

– Потом сертификация зелий, чтобы ушлые травники не впаривали неликвид. От этих микстур зависят наши жизни всё-таки. Я до этого говорил с Себастьяном. Помните алхимика в Горгоне? Он меня поддержал.

– Если тебя поддержал сам Себастьян Фиораванти, считай тебя поддержал городской совет Горгоны, – ухмыльнулась Фрида. – И когда ты только успел сдружиться с этим маразматиком.

– Со свитками и прочими расходниками та же ситуация. И ещё гильдия могла бы выполнять контролирующие функции и решать споры. Большое количество групп распалось из-за банальной жадности при разделе добычи. Гильдия могла бы оказывать услуги третейского судьи. И такие инциденты, как произошедший с тобой, Лили, можно было бы свести на нет. Гильдия бы просто отлучила от заданий этих типов, и им пришлось бы не сладко. Да и не попёрли бы они на организацию.

– Думаешь?

– Дружище, похоже тебе удалось даже меня немного поколебать. Должен признать, твои доводы вполне рациональны.

– Наконец, королевству будет спокойней, когда такая масса вооружённых людей находится под организованным контролем, пусть и символическим. В идеале исключение из гильдии должно приводить к потере профессии, как это происходит с другими мастерами. Изгнанник просто не сможет получать задания и окажется вне игры. Себастьян, кстати, предположил, что королевская семья вполне может согласиться с основанием такой организации. Они просто будут рады спихнуть на гильдию авантюристов большую часть проблем. Особенно это касается жалоб от клиентов. Нужно признать, что портачей и халтурщиков среди нашего брата развелось навалом. Такие «коллеги» только портят репутацию остальных, но призвать их к ответу сейчас совсем непросто. Натворил он дел в Горгоне, а завтра свалил куда-нибудь в Мозаику, на запад. В идеале отделение гильдии будут не только в этом королевстве, поэтому наломавшему дров приключенцу не удастся сбежать от ответственности. Но это уже программа максимум. Первый этап – создать хоть что-то напоминающее гильдию в пределах нашей страны.

– На это потребуется просто неприличная гора золота, дружище. У тебя, конечно, всё в порядке с платёжеспособностью, но, извини, я думаю, ты материально не потянешь.

– Именно поэтому мне и нужен этот замок. Если добыча будет не высока – значит мне не повезло. Но если куш окажется достаточным, я попробую.

– Тихо! – Лучница вскочила с места.

Остальные сразу стали серьёзными. Дориан беззвучно вытащил меч из ножен, молниеносно оценив ситуацию. Альварес последовал его примеру.

– Что там?

– Пока не знаю, – Лили перешла на шёпот. – Но я точно что-то слышала.

– С какой стороны?

– С разных… Около нас кто-то шарится. Но вот кто, пока не пойму.

– Все будьте начеку!

Вскоре и остальные услышали. Какое-то существо точно искало их. Оно ходило кругами вокруг хибарки, но при этом как будто не видело её. Иногда слышалось копошение, иногда непонятный шёпот, иногда шуршание и бормотание. Наконец Лили вынесла свой вердикт.

– Это гоблин, – произнесла она почти бесшумно, двигая одними губами.

– Всего один? Уверена?

Дориан недоверчиво посмотрел на Лили. Затем прислушался сам. Точно гоблин. Теперь уже и бормотание твари отчетливо слышно. Стало ясно, что монстр шёл по их следу и практически справился с заданием. Более того, ему удалось сделать это так, что опытный рейнджер в их команде до последнего не подозревала о присутствии постороннего. Дориан помрачнел.

– Точно разведчик. Упустим его, и к нам заявится целая компания. Надо его валить.

– Он уже почти у двери, – прошептала Лили. – Слышите, скребётся?

Дориан посмотрел на Альвареса:

– Ну что, на счет три я открываю дверь, а ты его хватаешь. Лили, готовь лук. Если не изловим, подстрели его. Фрида, по моей команде начинай играть ошеломление.

– Поняла.

– Замётано, дружище.

– Берегите уши.

– Начали! – Дориан рывком открыл дверь.

– [Конфуз]!

Фрида достала лютню и быстро ударила по струнам. Инструмент словно закричал, даже Дориан, не раз слышавший этот прием, не понимал, как лютня способна выдавать такие звуки. [Конфуз] это прием-ошеломление, доступный бардам. Специально подобрав нужные полутона в правильной последовательности и быстро их сыграв, менестрель вызывал замешательство у своих врагов. На союзников это то же действовало, но гораздо слабее, особенно на тех, которые уже слышали подобное не раз.

Под дверью, которую уже открывал Дориан, кто-то заорал. Альварес протянул руку в проем и с волшебной ловкостью затащил нечто в хижину, приложив его попутно об пол. Или Альварес перестарался, или по какой другой причине, но существо не сопротивлялось. Гоблин лишь плотнее сжался в комок, закрыв морду тонкими ручонками. Альварес хотел ударить монстра и уже занес левую руку, но передумал. Лицо южанина просветлело, расплывшись в довольной ухмылке:

– Подождите-ка! Да это же Тузик! Я ж тебя поганца чуть не прибил… Ай, чтоб тебя!

Гоблин уличил момент и вырвался, попутно укусив Альвареса за палец. Монстр проворно прополз на четвереньках в сторону лучницы, которая уже натянула тетиву, готовая стрелять в упор. Гоблин пискнул и бухнулся в поклоне распластавшись на полу:

– Великая Демон-Богиня. Шрум готов служить! Не убивать Шрум. Шрум поклонятся! Шрум полезный.

Гоблин попытался распластаться ещё сильнее на сколько вообще это было возможно. Лили смотрела на него, широко раскрыв глаза от удивления. Остальные последовали её примеру.

– Чё?! – лучница наконец разрушила немую сцену.

– Виликая Демон-Богиня! Шрум пригодиться! Шрум слабый, но Шрум умный.

– Оно разговаривает на человеческом? Вы тоже это слышите? – лучница на секунду перевела взгляд на остальных. – Дориан, мне стрелять?

При слове «стрелять» гоблин испуганно забубнил себе под нос, стараясь ещё больше вжаться в пол. Дориан был не менее удивлен чем Лили, он пытался вспомнить похожую ситуацию, но ничего не приходило на ум. Всё же любопытство перевесило страх.

– Он точно понимает нашу речь. Первый раз такое вижу. Альварес, Фрида?

– Никогда такого не было, братик.

– Точно, дружище, поэтесса дело говорит, это уникальный случай. – Альварес потряс правой рукой. С мизинца на пол капала кровь, но палец был цел.

– Так чё делать-то? Стрелять, не стрелять?

– Погоди!

Дориан окончательно принял решение. Покопавшись в памяти, он так и не вспомнил ни одного зафиксированного случая контакта монстров с человеком. Да, гоблины имели подобие речи и могли считаться разумными, но ещё никому не удавалась обучить их ни одному нормальному языку. Хотя случаи прирученных гоблинов были не так уж и редки, ожидали от них не больше чем от смышлёной собаки или обезьянки. А тут гоблин заговорил сам.

– Дружище, может он сбежал из зверинца или от друидов?

– Вполне возможно, иначе как он выучил язык?

Гоблин внимательно вслушивался в разговор приключенцев и, кажется, до него дошло, что убивать прямо сейчас его никто не собирается. Он открыл рот и заговорил снова:

– О Демон-Богиня! Не губить! Шрум хороший. Шрум полезный. Шрум приго… пригошждатся! Умирать не хотеть. Страшно!

Голос у монстра был писклявым, как у зарёванного ребёнка, с непонятными интонациями и неправильными ударениями, да и сами предложения состояли из одного, реже двух слов. Но это точно была осмысленная речь, по крайней мере, ни у кого из приключенцев данный факт не вызывал сомнения.

Дориан задумался. Ситуация выходила крайне неординарная. Возможно, это был первый контакт разумных рас с гоблинами. Тогда это открытие мирового масштаба, способное перевернуть всю монстрологию разом. Тем более, гоблин был явно неравнодушен к лучнице. Лидер улыбнулся.

– Лили, похоже, тебе поклоняются.

– Очень смешно.

– Может выслушаем его? Случай просто уникальный.

– А если за ним припрётся отряд, братик?

– Шрум один! Шрум служить. Нет племя.

– Спроси у него чего-нибудь.

– Чего спрашивать-то?! Дориан?

– Да что угодно. Смелее. И убери лук, прибить его мы и так успеем.

Лучница сняла стрелу с тетивы, но лук убирать не стала. Она задумалась. Посмотрела на гоблина, затем на остальных, затем опять на гоблина:

– Ну и кто ты такой?

– Шрум, Госпожа! Шрум звать.

– И чего тебе от меня надо?

– Госпожа! Демон-Богиня! Богиня приходить. Наказывать нового вождя! Новый вождь. Быть плохой. Вождь неправ. Старый шаман предупреждать! Старого шамана убивать.

Дальше гоблина как прорвало. И из его бормотания, пусть и не сразу, но удалось сложить единую картину. Шрум был учеником шамана, поскольку ещё с детства отличался сообразительностью. Они с учителем много раз подбирались к человеческим селениям, где старик показывал своему ученику, как живут люди. И в один прекрасный день Шрум научился выговаривать слова сам. Сначала это было неосознанное повторение, но затем к нему пришло понимание. Оказалось, что человеческая речь не такая уж и сложная. Старый шаман был в восторге. Он порылся в своих вещах и нашёл там человеческую книжку, где напротив картинок были нарисованы слова. Так Шрум стал обладателем детского букваря. Откуда его получил шаман, гоблин не знал. За год Шрум достаточно освоил человеческую речь, что мог произносить простые предложения. А несколько слов даже умел писать.

Но тут умер вождь. На его место сел новый. Он стал управлять железной рукой и никого не хотел слушать. Старый вождь не связывался с людьми, так-как понимал, что за любую пакость люди начнут мстить. Поэтому племя жило тихо, стараясь не попадаться крестьянам на глаза. А вот новый был другого мнения. Он был сильный и смелый. Он желал большего. Шаман племени возразил. Но его не послушали. Новый вождь сказал, что их племени не нужен шаман, так как он только жрёт. И гоблины под радостные крики расправились с ним. Шрума не тронули, но вождь заявил, что теперь ученик шамана будет простым искателем в племени. Ему вручили самое плохое оружие и сказали, что он должен доказать свою полезность. Спустя какое-то время гоблины решили напасть на одинокую ферму, стоящую на отшибе. Это и оказалась ферма Тома.

Но новый вождь пошёл против заветов предков и духов. Более того, он приказал убить шамана, что вообще немыслимо. В результате, «Демон-Богиня» пришла и покарала нечестивца, уничтожив и «дурака-вождя», и его свиту. Шрум не стал возвращаться в ненавистное ему племя, так как видел, что человеческий старик собирает людей. Скорей всего фермеры уже нашли гнездо и расправились с оставшимися там гоблинами. Племя получило то, что заслужило. Теперь жизнь Шрума полностью в руках Демон-Богини, и он как законный шаман будет служить ей, пока не помрёт.

– Похоже, у сеньориты появился питомец.

– Боров, не смешно! Чего мне теперь с ним делать? Дориан?

– Может, действительно, натренировать его как питомца? Ты же рейнджер?

– Я, вообще-то, хотела волка или собаку, но это… Эй, гоблин, что ты умеешь делать?

– О, Шрум уметь. Много уметь. Уметь шаман.

– На ферме он использовал довольно продвинутую версию [Роя насекомых]. Похоже, его класс ближе к друиду.

Дориан наклонился к гоблину, монстр забормотал и отшатнулся, скаля зубы. Затем посмотрел на Лили:

– Кто не знать. Кто такой? Демон-Богиня слушаться его?

Шрум указал костлявой рукой на Дориана. Фрида, долго наблюдавшая за всем, решила вмешаться. Она озорно улыбнулась Лили и, сделав серьёзное лицо, обратилась к гоблину:

– Ты, несчастный! Ты что не знаешь, что это Вождь-Бог?! Даже Демон-Богиня слушается его.

– Вождь-Бог? Шрум не знать. Шрум не хотеть сердить! – гоблин отвесил поклон Дориану, правда, как перед лучницей не распластался.

– Э?!

Лили, Альварес и Дориан уставились на отчаянно подмигивающую им Фриду. Первым додумался южанин.

– Точно, это гневный бог, бог богов, который спустился на Землю. А Демон-Богиня его сопровождает. Вон та девушка – Богиня Песнопений, а я – Грозный Божественный Воитель. – Альварес решив довершить начатое Фридой, скорчил такую страшную рожу, что гоблин невольно попятился, прижавшись вплотную к лучнице.

– Шрум не знать! Шрум извинять!

– Что ж, служи до самой смерти своей богине. А если надумаешь её предать, то тебя настигнет неминуемая кара. И чёрное солнце свалится тебе прямо на башку! – пафосно закончил южанин.

– Шрум служить. Шрум не предать!

– Только, – сморщила нос Фрида. – Сходил бы ты, искупался в реке. Рядом с Демон-Богиней вонючкам места нет.

– Шрум с радость!

С весёлыми криками гоблин подпрыгнул на месте и выскочил из хижины, побежав искать ближайший ручей. Когда монстр скрылся из виду, Лили тяжело вздохнув, плюхнулась на лавку:

– Вы чего тут устроили? Почему я какая-то Демон-Богиня, а боров вдруг целый Божественный Воитель?

– А ведь неплохо получилось? – Дориан, с трудом всё это время сдерживавший смех, теперь открыто хохотал.

– Дело говоришь, дружище, то есть простите мою бестактность, Вождь-Бог.

– Да ну вас, – надулась Лили. – Что мне теперь делать с этим подарком?

– Всё обернулось куда лучше, чем тебе кажется, – просмеявшись ответил Дориан. – Если этот бесёнок и вправду владеет природной магией друида, то он и лечить сможет.

– А ведь верно, братик. Получается, этот гоблин – просто находка. Тем более, он принял Лили за богиню, а значит будет верен ей до последней капли крови, по крайней мере, в теории.

– А не в теории? Если он нас кинет во время боя? Или просто испугается и убежит. Или, чего хуже, прирежет всех во сне? – не унималась Лили.

– Решение, конечно, за тобой. Тут я как лидер указывать тебе не вправе. Но я думаю, что не стоит упускать уникальный случай. К тому же, я сканировал его магией. Он не испытывал ни капли агрессии, даже когда жрал Альвареса за палец.

– Ну, если ты так говоришь. В конце концов, отмыть его, чем не питомец? Хоть перед людьми похвастаюсь, не у каждого же есть говорящий гоблин. Только надо дать ему какую-нибудь тряпку, чтобы прикрылся.

Из старой накидки Лили авантюристы соорудили для гоблина что-то вроде туники. Когда полностью мокрый Шрум вернулся, его одели в этот наряд, чем он был невероятно горд. У Альвареса нашлась полоска кожи, из которой получился добротный ошейник. Закон королевства гласил, что ошейники в обязательном порядке должны быть надеты на прирученных монстров. Это позволяло отличить их от диких и опасных тварей. Кроме того, монстр в ошейнике считался собственностью, а значит на него нельзя было беспричинно напасть. Да и жители не станут шарахаться от твари в ошейнике, конечно, если это ни какая-нибудь мантикора.

Так отряд авантюристов под названием «Сказка для дракона» обзавёлся ещё одним участником.

Интерлюдия 4. Мартиана фон Ротте. Усовершенствование призыва Грано. Глава вторая (отрывок)

Прежде чем перейти непосредственно к теме работы, необходимо внести ясность в классификацию демонов. Осведомлённый читатель не даст мне соврать, если я скажу, что классификаций данных существ придумано ровно столько, сколько есть исследователей, работающих в текущем направлении. Всё это обусловлено крайней неполнотой и фрагментарностью того материала, которым мы располагаем на сегодняшний день и с которым вынуждены работать.

Стоит сразу уточнить, что автор этой книги видит смысл в разделении понятия «демон» на, собственно, демонов и демонических сущностей. Под последними понимаются в первую очередь существа неразумные, бестии демонического происхождения, если хотите. Это большой класс существ, которые обитают в Нижнем мире и, несомненно, составляют основу его экосистем. Подобные сущности выполняют функцию, главным образом, животных и других живых существ.

Собственно, демон – разумен. И это стоит взять за основу дальнейшего повествования. В своей работе я постулирую данный факт. Я думаю, что ни у кого не должно возникнуть сомнений в разумности существа, обладающего осознанной речью и независимой волей.

Если перейти непосредственно к изучаемому объекту данной работы, то стоит обратить внимание в первую очередь на кланы демонов, по которым и будет проведена основная классификация в моём труде.

Всего известных кланов демонов насчитывается ровно тринадцать. На это довольно ёмко указывал как сам господин Грано, так и его предшественники. Кланы демонов именуются курфюршествами, а существа, их возглавляющие, курфюрстами. Стоит отметить интересную особенность. Само понятие термина курфюрст подразумевает, что над ними должен существовать избранный монарх. Но, однако, нет ни одного свидетельства, что такая персона существует. Все до одного исследователи данного вопроса в один голос заявляют, что короля у демонов нет, а курфюрсты правят своими частями Нижнего мира самостоятельно и без оглядки на соседей. Это очень интересный вопрос, и в последующих главах я, несомненно, коснусь его более детально.

Теперь же более конкретно по кланам. В начале остановлюсь на более-менее изученных курфюршествах.

Самым известным, несомненно, и самым многочисленным считается курфюршество под названием «Союз огненной стаи» или просто Стая. Курфюрстом там является демон Этельред. Многие исследователи отмечают отметку бога Огненного Иерарха на данном клане, я так же склоняюсь к этому суждению. Невозможно не говорить о Стае и не упомянуть пламя. Данные демоны являются непревзойдёнными мастерами в магии домена огня. Но это не единственная из их черт. В первую очередь, демона Стаи можно отличить по его драконической природе. Все они имеют некоторое сходство с драконами. Это можно наблюдать в наличии вертикальных зрачков-щёлок у данной группы. У некоторых присутствует чешуя, характерная для драконьего племени. Были даже задокументированные случаи призыва демона Стаи с хвостом и крыльями, разумеется, драконьего типа.

У демонов стаи строго выстроена иерархия, а сам клан делится на две неравномерные части. Первая и самая многочисленная – это слуги. Как правило, существа эти обладают ограниченным интеллектом, склонны к агрессии и безумству. Внешний вид их напоминает карикатурных драконид.

Вторая группа – это господа или повелители. Данные существа человекоподобны, драконическую природу у них принято прятать. Более всего они похожи на эльфов с одним очень характерным отличием. Почти все они красноволосы. Повелители умны и, надо отдать должное, прекрасно используют свой интеллект. Хитрость и коварство присущи им в полной мере, поэтому призыв высшего демона Стаи необходимо проводить предельно осторожно и осмотрительно.

Другой многочисленный клан демонов, несомненно, – «Трескучие». Все представители этого курфюршества являются инсектоморфами, т.е. в строении их тел присутствуют черты, характерные для насекомых, или существ, похожих на насекомых. Иерархия в клане не изучена и до сих пор представляется туманной, но точно можно сказать, что Трескучие являются лидерами по количеству неразумных и полуразумных существ в своих рядах. Некоторые исследователи осторожно предполагают существование гештальт-сознания в клане по типу улья. Возможно, чем больше особей скопится в одном месте, тем умнее они будут. Но эти тезисы спорны и не доказаны на сегодняшний день.

Стоит отметить, что в отличие от той же Стаи, демоны Трескучих крайне неохотно идут на контакт, поэтому полноценное исследование данной группы ждёт своего первооткрывателя. Что касается лидера, то тут также нет единого мнения, но большинство специалистов отмечают, что курфюрстом является некое паукообразное существо, очень возможно, что женского пола.

«Рогоносцы». Возможно, для человеческого уха это понятие звучит курьёзно, но нет никаких сомнений, что именно так называется одно из курфюршеств. И его представители не видят ничего смешного в своём названии. Группа состоит из рогатых существ, продвигающихся на задних ногах. Вместо ступней у них имеются копыта, в то время как верхние конечности почти идентичны человеческим. Антропоморфную голову, как я уже сказала ранее, венчают рога, обычно парные. Их форма и размеры вариативны.

Представители этого клана, как правило, отличаются интеллектом, относительно спокойны, охотно идут на контакт и сообщают разнообразные сведения о Нижнем мире. Именно этому клану мы обязаны подавляющим количеством информации о демонах вообще. Лидер клана – существо, называющее себя Чемпион. Это типичный представитель клана, но отличающийся феноменальными способностями к боевым навыкам и магии. Рядовые представители Рогоносцев охотно рассказывают о нём, не забывая всячески прославлять его силу и могущество.

Также достаточно известно курфюршество под названием «Негоцианты». Это довольно разношёрстый альянс демонов, главное занятие которых, как следует из названия, является торговля. Разнообразие представителей клана поражает. Тут можно встретить совершенно различных демонов. Видимо, это клан, в который принимают представителей других. Негоцианты занимают нишу торговцев и всевозможных снабженцев в обществе демонов. Остальные кланы относятся к ним со снисходительным презрением.

Это, по всей видимости, это единственный клан, который не имеет явно выраженного лидера, а управляется несколькими представителями, по типу совета торговой республики. Стоит отметить, что эти демоны хитры и предприимчивы. Легко идут на контакт, часто сами предлагают сделки, в которых, как правило, будет подвох, поэтому, несмотря на заманчивые предложения, стоит соблюдать предельную осторожность в работе с ними.

Ещё одним известным курфюршеством является альянс «Жадность». Типичный представитель этого объединения выглядит как бесформенный кусок биомассы с многочисленными отростками в виде рук и ног. Крайне агрессивны и непредсказуемы. Как правило, очень крупны. Несмотря на свои размеры, достаточно проворны, чтобы без труда догнать взрослого человека. Задокументированы наличие у представителей ядовитых атак. Также их отличает потрясающая живучесть и способность к регенерации. Отрезанные во время эксперимента конечности жадный отращивал за пару минут. Курфюрстом является тварь по имени Хранилище Всего. Этот демон выглядит как типичный представитель клана, но гораздо крупнее. Данные исследований показывают, что это монстр размером с многоэтажный дом!

Среди специалистов демоны Жадности не пользуются спросом, поскольку их сложно контролировать. Коммуникация же и вовсе невозможна, так как их язык до сих пор не был достойно изучен.

Дальше мы будем вынуждены покинуть территорию фактов, поскольку знания об остальных кланах имеют немаленький налёт домыслов, мифов и легенд, а почти все сведения о них были получены в основном от представителей вышеописанных курфюршеств, с которыми удалось выйти на осознанный контакт.

Так сообщается, что один рогатый поведал о группе демонов под названием «Геоды». Но то, что он лепетал, не поддаётся никакой логике, поскольку рогатый на полном серьёзе утверждал, что представителями этого клана являются живые кристаллы.

Более правдоподобной видится информация о курфюршестве демонов под названием «Отчаяние». Туда, как и к Негоциантам, попадают из других кланов, но в отличие от тех же Негоциантов представители Отчаяния являются умелыми волшебниками. Возможно, это что-то вроде местной гильдии магов.

Также правдоподобной видится информация о клане демонов, практикующих некие умения, аналогичные навыкам воров и ассасинов. Их название неизвестно, поэтому в литературе принято называть данную группу «Тенеходами».

Громыхающие. Кто из исследователей не слышал о Громыхающих? Вот только никто их не видел. По собранным сведениям, это натуральные гиганты размером с башню замка. По описанию похожи на огроидов. Их лидером, по некоторым данным, является тварь по прозвищу «Сотрясатель земель».

В малоизвестной литературе упоминается объединение демонов, носящее название «Растущие во тьме». Некоторые указывают, что они имеют растительную природу и похожи на энтов, но эта информация крайне сомнительна и требует дальнейшей верификации.

Имеются слухи о клане демонов под названием «Тысяча глаз», который использует непонятные мистические практики, но информация требует всесторонней проверки.

О следующем клане информации гораздо больше, но непонятно другое: полноценное это курфюршество или некое образование на манер гильдии или ордена. Эта группа демонов зовётся «Владыки снов» и её представителями являются печально известные инкубы и суккубы. Главой клана выступает женщина, имя которой так и не удалось выяснить. Очевидно, что представители других кланов прекрасно знают эту особу, но боятся её выдавать. Из этого можно сделать вывод, что данная особь обладает большим влиянием на весь демонический мир.

Ну и последним мифическим кланом, несомненно, являются «Пепельные стражи». Про них вообще толком ничего неизвестно. Остальные демоны боятся их до жути и даже под пытками отказываются выдавать хоть какую-то полезную информацию о них…

Глава 5. Деревенская жизнь 2

На следующее утро, когда солнце чуть выползло из-за горизонта, компания двинулась дальше. Они с сожалением последний раз оглядели странную хижину, что была для них домом пару дней, и двинулись в путь.

Гоблин пригодился гораздо раньше, чем они предполагали. Он помогал своей новой хозяйке отыскивать тропы через холмы и переправы через ручьи. А топи и болотины он преодолевал с какой-то поразительной способностью, к тому же от прошлой гнетущей атмосферы в команде не осталось и следа, поэтому двигались авантюристы гораздо быстрее.

Лили объяснила, что хочет вывести их к деревеньке, расположенной у границы Леса Ящериц, затем по тропе, идущей по краю леса, выйти на тракт, и дальше по хорошей дороге до самого Эрлига. Деревенька эта звалась Сад. Те люди, что основали её, не сильно беспокоились о названии. Дорога же была скорее колеёй, которую повозками накатали ушлые купцы в обход Эрлига и его пошлин. Эта импровизированная трасса шла с запада на восток, огибая Лес Ящериц и вместе с ним Эрлиг с юга. И в один прекрасный момент на дороге появился хутор. Вскоре нарисовалась ещё парочка хижин. А затем дома полезли как грибы после дождя, образовав вполне приличных размеров поселение, между прочим, безо всякого дозволения герцога.

– Я и говорю, начинали они как лагерь охотников за дичью, но быстро перестроились в земледельцев, потому что в лесу живут ящероголовые, и особо не разгуляешься. В итоге селяне не прогадали, когда стали торговать с проезжими купцами и неплохо поднялись, – рассуждала Лили. – У них теперь даже лавка товарная есть и таверенка. Я там на ночь останавливалась один раз.