# Шопоголик и Рождество

Софи Кинселла

Бекки возвращается домой из США, чтобы как следует отметить Рождество. Родители устроят традиционную семейную вечеринку с пением рождественских гимнов, мама снова будет делать вид, что сама приготовила пудинг, а соседи зайдут на рюмочку шерри в жутких праздничных свитерах. Что может быть лучше? Вот только мама с папой задумали переезд в ультрамодный Шордич – поближе к модным барам с крафтовым пивом и хипстерским кофейням. Поэтому устраивать прием в этом году придется Бэкки. И, конечно, катастрофа поджидает ее за первым же поворотом. Но разве она хоть когда-нибудь сдавалась? Приготовьтесь к самому уморительному Рождеству в вашей жизни.

> Посвящается Ким Уизерспун

Sophie Kinsella

CHRISTMAS SHOPAHOLIC

Copyright © 2015 by Madhen Media Ltd.


Перевод с английскогоВиктории Кульницкой


© Кульницкая В., перевод на русский язык, 2020

© Издание на русском языке. ООО «Издательство «Эксмо», 2020

* * *

> От кого:Управляющий

> Кому:Бекки Брендон

> Тема: Re: Запрос


> Дорогая миссис Брендон!

> Спасибо за ваше обращение.

> Был счастлив узнать, что вы планируете закупить «кучу» рождественских подарков в магазине «Гектор Гуд: Одежда для джентльменов».

> Очень рад, что вы решили приобрести пальто «Кэмпбелл» в подарок вашему мужу Люку.

> К сожалению, боюсь, не могу вам сказать, будет ли на эту модель скидка в предрождественский период.

> Наша команда поздравляет вас с наступающими зимними праздниками!

> Искренне ваш

> Мэттью Хикс

> Управляющий

> «Гектор Гуд: Одежда для джентльменов»

> 561 Нью-Риджент-стрит

> Лондон W1

> От кого:Управляющий

> Кому:Бекки Брендон

> Тема: Re: Re: Re: Запрос


> Дорогая миссис Брендон!

> Спасибо за ваше обращение.

> Согласен, будет «чертовски обидно», если цена на пальто «Кэмпбелл» упадет вдвое уже после того, как вы его приобретете.

> Также понимаю, что вы не хотите тянуть с покупкой слишком долго, чтобы потом не оказалось, что все пальто уже раскупили, и вам не пришлось «в мыле носиться по магазинам в сочельник».

> И все же, к сожалению, я не вправе дать вам подобную информацию.

> Наша команда поздравляет вас с наступающими зимними праздниками!

> Искренне ваш

> Мэттью Хикс

> Управляющий

> «Гектор Гуд: Одежда для джентльменов»

> 561 Нью-Риджент-стрит

> Лондон W1

> От кого:Управляющий

> Кому:Бекки Брендон

> Тема: Re: Re: Re: Re: Re:Запрос


> Дорогая миссис Брендон!

> Спасибо за ваше обращение.

> Нет, к сожалению, я не могу вам «аккуратно намекнуть».

> Мне очень жаль, что рождественский шопинг в последнее время кажется вам игрой «Кто первый встал, того и тапки».

> Согласен, в прошлом, когда распродажи начинались только после Дня подарков[1] и «человек знал, на что может рассчитывать», жизнь была куда проще.

> Тем не менее поздравляю вас с наступающими зимними праздниками!

> Искренне ваш

> Мэттью Хикс

> Управляющий

> «Гектор Гуд: Одежда для джентльменов»

> 561 Нью-Риджент-стрит

> Лондон W1

## Глава 1

Спокойствие, толькоспокойствие. До обнуления корзины еще целых 5 минут 52 секунды. Это масса времени! Нужно просто быстренько найти что-нибудь полезное, чтобы добить общую сумму покупок до 75 фунтов, и я получу бесплатную доставку.

Давай же, Бекки! Ты справишься.

Чувствуя себя космонавтом НАСА, который и под жутким давлением не теряет хладнокровия, скролю сайт СемейкаСкидок. А сама краем глаза слежу за таймером в углу экрана, не дающим мне забыть, что«Моя Корзина Скоро Обнулится!». Когда закупаешься на распродажных сайтах, ни в коем случае нельзя поддаваться страху. Нужно быть твердой и несгибаемой. Как вольфрам!

За прошедшие годы мой подход к шопингу в корне изменился. А может, это я сама изменилась. Времена, когда я была не замужем, жила со Сьюзи в Фулхэме и целыми днями носилась по магазинам,давнопрошли. Да, в те дни я была транжирой. Вот как легко я теперь в этом признаюсь. И да, я делала ошибки, ну и пусть. Зато я, как Фрэнк Синатра, шла своей дорогой.

(Если, конечно, идти «своей дорогой» означает в том числе прятать под кроватью счета по карте «Виза», чего, думаю, Фрэнк Синатра никогда не делал.)

Но я усвоила несколько важных уроков, которые полностью изменили мое отношение к вещам. Например:


1. Я больше не пользуюсь бумажными сумочками с логотипами магазинов. До чего же я любила их в прошлом!Боже, держать в руках новенький хрусткий пакетик… Эти веревочные ручки… Шелест бумаги… (Я до сих пор иногда достаю со дна шкафа свою старую коллекцию фирменных сумочек и с кайфом их перебираю.) Но теперь я хожу по магазинам с экосумкой. Во имя спасения планеты и всего такого.

2. Я стала фанатом этичного шопинга. Это как одним выстрелом убить двух зайцев: покупаешь классную вещь иот этого чувствуешь себя невероятно правильной.

3. Я теперь даже деньги не трачу. Яэкономлю.


Ладно. Может быть, тут я слегка хватила лишку. Но суть в том, что, прежде чем что-нибудь купить, я всегда ищу выгодное предложение. Считаю, что, как жена и мать, просто обязана выискивать нужные нам товары по самым низким ценам. Вот почему СемейкаСкидок для меня –идеальный вариант. Тут все вещи уцененные! Даже дизайнерские наряды!

Единственная проблема в том, что покупать на этом сайте нужно очень быстро, иначе корзина обнулится и придется все начинать сначала. Я уже набрала товаров на 62,97 фунта, а значит, осталось всего лишь найти что-нибудь за двенадцать. Ну же, поторопись! Здесь точно есть что-нибудькрайне тебе необходимое. Я кликаю на оранжевый кардиган за 13,99 фунта (старая цена 45 фунтов), но, приблизив картинку, обнаруживаю на нем жуткую кружевную кайму.

Белая рубашка?

Нет, белую рубашку я купила на прошлой неделе. (Стопроцентный лен, цена снижена с 99,99 до 29,99 фунта. Не забыть надеть ее куда-нибудь!)

Я заглядываю в корзину, чтобы еще раз глянуть на все, что уже успела туда забросить, и на экране всплывает баннер:«Бекки, вы сэкономили 284 фунта!»

Разглядывая свои приобретения, я едва не лопаюсь от гордости. Я сэкономила целых 284 фунта! И при этом раздобыла для Минни очаровательный халатик с зайчиками, невероятный пиджак отDKNY, уцененный с 299 до 39,99 фунта, и огромный плавательный круг в виде фламинго, который обязательно пригодится нам во время следующего отпуска.

И да, конечно. В теории ямогла бы завершить заказ уже сейчас и заплатить 5,95 за доставку. Но это будет слишком расточительно. Я в таких вещах разбираюсь, не зря же работала журналистом в финансовом издании. Гораздо выгоднее найти еще что-то необходимое и получить бесплатную доставку.

Ну ладно, должно же тут быть хоть что-нибудь. Колготки, например. Колготки всегда нужны!

Ох, но ведь я всегда добиваю недостающую сумму колготками. Черных матовых мне до сто пятого дня рождения хватит. А те в клеточку, что я купила на прошлой неделе, оказались огромной ошибкой.

Я открываю раздел «Товары для дома» и быстро прокручиваю страницу вниз. Статуэтка антилопа, серебро, старая цена 79,99, новая 12,99 фунта? Хмм… Не уверена. Ароматическая свеча? Боже, нет. Не могу больше их покупать. У нас уже весь дом как одна большая ароматическая свеча. На днях Люк даже сказал мне: «Бекки, может, для разнообразия хоть раз купишь свечку с запахом свежего воздуха?»

Я как раз рассматриваю хлебницу в виде Биг-Бена, когда на экране появляется надпись:«Бекки, ваше время на исходе!», и меня передергивает от ужаса.

Вотзачемони это делают? Как будто я не знаю, что мое время на исходе.

– Я в курсе! – доносится до меня мой собственный голос. – И нечего нагонять панику!

Снова кликаю на корзину – просто чтобы взбодриться, – и сердце замирает в груди. Резиновые фламинго закончились!

Товар отсутствует!

О неееет! Зачем же я так долго копалась? Аррргх! Вот в чем минус распродажных сайтов: пока ты хлопаешь ушами, народ утаскивает у тебя из-под носа выгодные предложения. Сердце бьется, как сумасшедшее.Ни за что не упущу свой пиджак и халатик Минни. Нужно добить корзину и все оплатить, живо.

– Мааааам! – раздается за дверью вопль Минни.

И сразу же за ним звучит голос Люка:

– Минни, детка, не дергай маму. У нее медитация осознанности. Прости, Бекки, – кричит он мне через дверь. – Мы не хотели тебе мешать.

– Эмм… Все о’кей! – отвечаю я, испытывая легкие угрызения совести.

Знаю, Люк думает, что я тут тихо-мирно достигаю гармонии с собой. И, в общем-то, поначалу так оно и было. Скажу больше, окошко с роликом про духовные практики до сих пор маячит в углу экрана компьютера, так что, в каком-то смысле, яи правда медитирую. Вот только звук у видео отключила, чтобы оно не мешало мне делать покупки.

Эту самую осознанность я теперь регулярно тренирую. Запираюсь в кабинете, включаю видео и привожу мысли в порядок. Правда, порой я еще попутно открываю сайты интернет-магазинов.

Вся беда в том, что ассортимент СемейкиСкидок постоянно меняется, а значит, в раздел «Товары дня» приходится заглядывать регулярно. Началось с того, что я решила купить Минни новый халатик. Потом увидела пиджак отDKNY за 39,99 фунта – ну как тут было устоять? Ведь это такое выгодное предложение, я его тысячу лет проношу. А после пришлось искать еще что-нибудь, чтобы получить бесплатную доставку. Вот тогда я и прикрутила гуру осознанности звук. Нет, он, конечно, очень милый и все такое. Но слишком уж серьезный, к тому же отвлекает от важных дел.

И вообще, как по мне, шопингсам по себе отличная медитация осознанности. Глядите-ка, все мои тревоги забыты. Я осознаю себя в моменте. И определенно достигла зоны комфорта.

Кошусь на таймер, и в животе что-то переворачивается. До обнуления корзины 2 минуты 34 секунды. Давай же, Бекки…

В спешке открываю раздел «Аксессуары». Вот оно! Аксессуаров ведь много не бывает, верно? К тому же их всегда можно кому-нибудь подарить.

Торопливо пролистываю картинки с унылыми клатчами, странными шляпками и уродливыми золотыми цепочками. Пока новая страница загружается, я каждый раз испытываю прилив оптимизма, но стоит ей открыться, мгновенно падаю духом. Ничего мне не нравится. Да что со мной не так? Разве ятакая уж привереда?

Я уже готовлюсь признать поражение и впервые в жизни оплатить доставку, но все же кликаю на следующую страницу, и у меня сию же минуту пересыхает в горле. Это же не?..

Может, меня зрение подводит?

Разглядываю набивной бирюзовый шарф из тончайшего шелка. Да нет, не может быть, чтобы…

«Денни и Джордж»? На СемейкеСкидок?Серьезно?

Проморгавшись для верности, читаю описание.Шелковый шарф, старая цена 239 фунтов, новая цена 30 фунтов.

Тридцать фунтов за шарф от «Денни и Джордж»?Тридцать фунтов?

Прокрутив страницу вниз, вижу еще два шарфа. Оба из стопроцентного шелка. Оба невероятные. Оба «последний экземпляр». Черт, надо торопиться!

Не тратя времени на размышления, начинаю кликать мышкой.Купить. Купить. Купить. Перейти в корзину. Оформить заказ.Ну прямо-таки великий пианист, исполняющий свою коронное произведение, виртуозно стуча по клавишам. Осталось всего лишь двадцать секунд! Заказ оформлен! Данные кредитки вбиты, еще немного и…

Ваш пароль ненадежен.

Выскочившая откуда ни возьмись надпись сбивает меня. Я смотрю на нее, не в силах дышать. Да в чем проблема? Уставившись в экран, дочитываю сообщение до конца.

Хотите сменить пароль на C?/x887dau?

Да непременно! Вот ведь, не могут не прикопаться! Все с моим паролем в порядке. Я аккуратно вбиваю«Эрминтруда2» и нажимаю «Подтвердить».

Тяжело дыша, откидываюсь на стуле и читаю новое сообщение.«Поздравляем! Вы сэкономили 879 фунтов!»

Вот так-то! Копейка рубль бережет! Считай, я только что заработала 879 фунтов. На онлайн-шопинге! Да если бы я каждый день этим занималась, я бы… Зажмурившись, пытаюсь сосчитать. Ну, в общем, вышла бы шестизначная сумма. Люк, правда, по-моему, не слишком ценит мои успехи: не верит, что я регулярно зарабатываю для нашей семьи тысячи фунтов.

Ладно, теперь мне непременно нужно купить что-нибудь этичное. Эту привычку привила мне сестрица Джесс. (Сводная сестрица, если быть точной.) Джесс вся из себя такая правильная и бережливая. И как-то раз мы с ней беседовали – ну ладно, спорили – насчет покупок. Я утверждала, что шопинг поддерживает экономику, а она – что нашу преступную экономику и поддерживать не стоит. И, в конце концов, Джесс выдала: «Ах, Бекки, если бы ты хоть иногда покупала что-нибудь из этических соображений…»

Ну и меня пробрало. Если честно, даже совесть начала мучить. Я вдруг поняла, что обязательно должна стать этичным покупателем. И не только я, это всем бы не помешало! И вот тогда я взяла себе за правило – как только на меня находит шопоголический азарт, я всегда заодно с другими товарами прихватываю и что-нибудь жутко этичное. Ну, знаете, как те люди, которые сажают деревья, чтобы возместить природе ущерб за то, что летают на самолетах.

Я открываю сайт магазина «Этичный потребитель» и начинаю рассматривать каталог товаров. Беда в том, что я тут уже почти все скупила. Свечи из пчелиного воска, кофе, маркированный значком «Справедливая торговля», все виды йога-браслетов…

Минуточку. Тут что-то новенькое! Органическая смесь специй для фалафеля. Отлично! Как раз органической смеси специй для фалафеля мне в жизни и не хватало! Я поскорее заказываю восемь пачек (доставка бесплатно), нажатием клавиши завершаю покупку и, довольная собой, откидываюсь на спинку стула. Скажу Люку, что по вторникам у нас теперь будет Вечер Фалафеля. Давно пора, это ведь так полезно для здоровья!

Вспомнив о Люке, я поскорее прибавляю громкость ролику с медитацией. И успеваю как раз вовремя: он входит в кабинет ровно в ту секунду, когда гуру осознанности на экране произносит:

– Отпустите все ваши тревоги.

Обернувшись к Люку, я одариваю его безмятежной осознанной улыбкой и говорю:

– Привет!

– Просто решил напомнить, – виновато произносит он. – Нам выезжать в ресторан через пятнадцать минут. Как тут у тебя дела?

– Все хорошо, – отвечаю я. – Просто замечательно.

– Ты прямо светишься, – замечает он. – Такая… даже не знаю… умиротворенная. Довольная.

– Очень довольная, – широко улыбаюсь я в ответ.

Три шарфа от «Денни и Джордж» по 30 фунтов каждый! Как тутне быть довольной? Один подарю на день рождения Сьюзи, а второй сберегу для Минни…

– Как здорово, что ты нашла для себя эти практики, – говорит Люк, целуя меня в макушку. – Раньше я довольно скептически относился ко всем этим медитациям, но ты меня переубедила.

– Нужно просто научиться концентрироваться на том, что в жизнидействительно важно, – степенно произношу я, и тут раздается звонок в дверь.

Люк идет открывать, и я слышу, как в холле что-то тяжело плюхается на пол. Затем входная дверь закрывается, и Люк снова возникает в дверях кабинета.

– Там тебе что-то привезли, – говорит он.

– О-о! – оживляюсь я. – Доставка приехала!


Мне ужасно нравится, что все покупки, сделанные онлайн, приезжают к тебесами. Я несусь в холл и вижу там три картонных коробки и полиэтиленовый пакет из ASOS. Отлично! Я так надеялась, что заказ из ASOS успеют доставить к сегодняшнему вечеру. Хватаю пакет, вспарываю его ножницами, которые храню в холле как раз на такие случаи, и на пол выскальзывают четыре темно-синих атласных комбинезона.

– Вау, – произносит Люк, уставившись на разлившееся по полу синее шелковое море. – Сколько… каких-то штук. А зачем тебе так много?

– Я не стану оставлять себевсе, – терпеливо, словно объясняя непонятливому школьнику задачу по алгебре, говорю я. – Так не делается. Ты примеряешь вещи, берешь ту, что подошла, а остальные отправляешь обратно. К тому же они продавались за полцены. – Я прикладываю к себе комбинезон 12-го размера и добавляю для пущей убедительности: – Очень выгодно!

Люк все еще хмурится в растерянности.

– И что, обязательно заказывать сразу четыре штуки?

– Я точно не знаю, какой мне нужен размер, – отзываюсь я. – И рост – обычный или высокий. Винине меня, Люк, – добавляю я, внезапно придумав себе отличное оправдание, – а индустрию моды. Это она не может нормально откалибровать размерную сетку. А страдают невинные покупатели.

– Хмм… А как насчет тех восьми диванных подушек? – спрашивает Люк, кивая на составленные у плинтуса пакеты, которые мне доставили вчера. – Тоже беда с размерами?

– С экрана оттенки толком не разглядишь, – защищаюсь я. – Пришлось заказать все варианты, чтобы рассмотреть их как следует. Я оставлю только две, а остальные завтра отошлю обратно. Возврат бесплатный. Кстати, знаешь, сколько я на них сэкономила? 52 фунта!

– Бекки, честное слово, я бы пожертвовал этими 52 фунтами, лишь бы наш дом не был похож на чертов склад, – говорит Люк, окидывая взглядом все громоздящиеся в холле коробки и пакеты. – Осталось только запустить сюда погрузчик с водителем в коричневом комбинезоне.

– Ха-ха, – фыркаю я, саркастически закатив глаза.

– А когда ты вернешь вон те скульптуры? – Люк указывает на выполненные в натуральную величину статуи Афродиты и Гермеса, что стоят у лестницы все еще в обрывках упаковочной бумаги. – Их уже неделю как привезли. Они просто нелепы!

– Они не нелепы! – возражаю я. – Этоавангард! И я не могу их вернуть, потому что это был этичный шопинг.

–Этичный шопинг? – изумляется Люк.

– Это работа творческого коллектива неблагополучных подростков, – объясняю я. – Они сделали их из велосипедных деталей и запчастей для холодильников.

Должна признать, статуи и правда выглядят жутковато. К тому же я не предполагала, что они окажутся такими огромными. Но как я могу их вернуть? Ведь это станет для молодого творческого коллектива ужасным ударом. Окончательно лишит трудных подростков веры в себя. И виноваты будем мы: в том, что оказались слишком зашоренными, чтобы оценить их искусство.

– Минни из-за них стали кошмары сниться, – не уступает Люк. – Мне пришлось Афродите пакет на голову надеть.

– По-моему, с пакетом на голове она выглядитеще страшнее, – возражаю я. – Просто жуть. Будто мы ее тут в заложниках держим.

– Зато хоть не пялится на нас своими холодными железными глазами, – Люк передергивает плечами. – А нельзя было просто пожертвовать этой молодежной группе немного денег?

– Но ведь этоне был бы этичный шопинг, Люк, – терпеливо объясняю я. – Когда занимаешься шопингом, нужно что-нибудь покупать. Ладно, я побегу примерю костюм. Когда мы выезжаем?

– Через восемь минут, – отвечает Люк. – Время пошло.

Я взбегаю вверх по лестнице, раздираю пакеты и примеряю первый комбинезон. Хмм. Длинноват. Хватаю тот, что на обычный рост, надеваю его – и смотрю на себя в зеркало. Наконец-то!

Дело было так: на прошлой неделе я смотрела по телевизору передачу и увидела там классный комбинезон. Ясное дело, про шоу я тут же забыла, схватила ноутбук и стала гуглить, где такой можно купить. Пришлось повозиться, чтобы найти магазин, где все модели еще не были распроданы, – но зато вот оно, счастье!

Я придирчиво разглядываю себя в зеркало, стараясь вынести объективный вердикт. Темно-синий – очень элегантный цвет, а расклешенные брюки выгодно подчеркивают фигуру. Что вызывает у меня некоторые сомнения, так это верх. Вернее, почти полное его отсутствие. Тот комбинезон, что я видела по телеку, казался куда более скромным.

Можно ли мне носить комбинезон с вырезом до пупа?

А?

Или мне уже не по возрасту?

Нет. Нет! Мода возраста не имеет. И носить нужно то, что нравится. А устаревшие правила пускай катятся к черту!

Звезды на красной ковровой дорожке постоянно в таких щеголяют, – успокаиваю себя я. Ребра в декольте – это новый тренд! К тому же, строго говоря, ничегонеприличного в костюме нет. Соски-то закрыты.

Ну почти.

Ладно, пускай я отправляюсь не на красную ковровую дорожку, а в Оксшотт, ужинать с родителями в ресторанчике «Луиджи», но это ведь не значит, что я не имею права надеть кое-что ультрамодное, верно? Меня станут называть «девушкой в сногсшибательном комбинезоне». А когда я продефилирую между столиков, другие посетители шеи себе посворачивают, да еще жалеть будут, что сами не решились надеть что-нибудь столь же смелое.

Вот так-то.

Решившись, я хватаю красную помаду и начинаю красить губы. Я смогу. Покажу, кто тут стильная штучка. Вперед, Бекки!

## Глава 2

Стоит ноябрь, на улице свежо и морозно, откуда-то тянет дымом. Через дорогу мигает разноцветными огоньками ярмарка. Не успеешь оглянуться – вот и Рождество. Стоит мне только подумать об этом, как меня сразу же окутывает теплом и счастьем. Рождество – оно такое… ну…рождественское! Елка. Подарки. Старенький вертеп, который мы ставим каждый год. (Правда, фигурка младенца Христа лет сто назад потерялась, и теперь мы вместо нее кладем в ясли бельевую прищепку.) Звучат праздничные песенки, мама делает вид, будто сама приготовила пудинг. Папа разжигает камин, а Дженис и Мартин в жутких рождественских свитерах заглядывают к нам выпить рюмочку шерри.

А самое главное в нашем семейном Рождестве – это то, что оно всегда одинаковое. В хорошем смысле. Мама из года в год покупает одни и те же праздничные атрибуты, начиная с хлопушек и заканчивая шоколадным рулетом от «Уэйтроуз». С тех пор, как у нас появилась Минни, мы все стали ждать праздников с еще большим нетерпением. А в этом году она уже достаточно взрослая, чтобы по-настоящему принять участие в торжестве. Я купила ей очень симпатичный рождественский костюмчик. Мы станем высматривать в небе Санту, а отправляясь спать, оставим ему сладкий пирожок… Если честно, мне прямоне терпится всем этим заняться!

Отец и сестра Люка на Рождество едут во Флориду. И вообще-то звали нас к ним присоединиться. А его мама Элинор проведет праздники в Хэмптонсе и тоже приглашала нас к себе. Но мы всем отказали. Просто очень уж хочется такого обычного, милого, теплого, семейного Рождества.

Усадив Минни в автомобильное кресло, я оглядываюсь на дом и привычно удивляюсь: ну надо же, как за последние годы изменилась наша с Люком жизнь. Вроде бы совсем недавно мы жили в центре Лондона, и я работала в универмаге под названием «Облик». У нас были четкие планы на будущее, и жизнь казалась расписанной на сто лет вперед.

Но потом мы отправились в невероятное, полностью изменившее нашу жизнь путешествие в Калифорнию – и за время нашего отсутствия «Облик» разорился. Хороших вакансий персонального покупателя в то время на рынке не было. А моя подруга Сьюзи как раз решила расширить сувенирный магазинчик в Летерби-Холле, громадном поместье, где она с недавних пор обитает. (До этого он был скорее похож на сувенирный чуланчик.) И вот как-то вечером мы с ней пили вино и жаловались друг другу на жизнь. Я сетовала, что никак не могу найти работу, а она – что замучилась искать ассистента в свой магазин. И тут нас осенило.

В общем, теперь я работаю в магазине «Сувениры Летерби-Холла»! Мало того, мы с Люком и сами переехали из Лондона в Летерби. Сняли дом в трех минутах езды от Сьюзи у пары, которая на два года перебралась в Дубай. А свой лондонский дом сдали в аренду. Люк ездит на работу в город, а Минни ходит в местную школу с детьми Сьюзи. Все просто замечательно! Конечно, тут, в Летерби, по магазинам особо не походишь – зато можно сделать заказ онлайн, и курьер доставит покупки уже на следующий день. Так что все хорошо.

Мама с папой тоже в восторге, потому что: 1. Летерби расположен неподалеку от Оксшота, где живут они. 2. У нашего дома своя парковка. Собственная парковка для моих родителей прямо объект поклонения. А также двойные рамы и занавески «хорошего качества».

(Правда, в том, что понимать под занавесками «хорошего качества», наши с мамой мнения слегка расходятся. Это выяснилось однажды, когда она затащила меня в ателье по пошиву штор и там уговаривала купить какие-то жуткие подержанные занавески в синий цветочек, потому что «ведь новые такие будут стоитьвдвое дороже, Бекки, милая, вдвое!» В конце концов, я сказала: «Пожалуй, я возьму жалюзи», на что мама разочарованно вздохнула: «Но ведь занавески такие качественные!» А я в ответ бросила: «Зато мерзкие!» Чего делать не стоило.

Нет-нет, все закончилось хорошо. Мама обижалась на меня всего полчаса. И теперь, заезжая к ним в гости, я каждый раз на всякий случай говорю: «Ой, мам, какие же шикарные занавески у тебя в гостевой. А покрывало в цвет – просто бомба!»)

Стоит нам подъехать к массивным воротам поместья Сьюзи, как Минни начинает ерзать от нетерпения. Она обожает оставаться у Сьюзи с ночевкой. Мне даже немного обидно. В смысле, а дома-то чем плохо?

«Уилфи! – вопит она, заметив его на подъездной дорожке. – Уилфи! Я тут, тут! Давай играть в мостел-тлаки!»

«Мостел-тлаки» – это монстр-траки в Миннином исполнении. Минни, Уилфи и его сестра-близняшка Клементина могут часами гонять монстр-траки по бесконечным коридорам Летерби-Холла. Я даже купила Минни свой собственный грузовичок и оставила его у Сьюзи.

И, конечно же, не забыла упомянуть об этом в письме Джесс, которая сейчас живет в Чили. Джесс и ее муж Том решили, что не станут вносить свою лепту в перенаселение Земли, и подали заявку на усыновление ребенка. И теперь Джесс постоянно внушает мне, что я должна воспитывать Минни в гендерно-нейтральном ключе, и засыпает меня книжками с названиями типа«Безуглеродный ребенок».

И вот на прошлой неделе, отправляя Джесс имейл, я как бы между делом заметила, что «всячески поддерживаю стремление дочери играть в гендерно-нейтральные игры», и приложила фото, на котором Минни, одетая в джинсы Уилфи, катала по полу грузовик. (На самом деле она перед этим просто шлепнулась в грязь и испачкала свою пышную юбочку.) Джесс ответила: «Так держать, Бекки! Дадим бой сексистским стереотипам! Но было бы еще лучше, если бы тебе удалось найти для Минни грузовичок из дерева».

Я пока еще не придумала, что ей ответить. (Спросила Люка, не мог бы он смастерить для Минни деревянный грузовичок, но он только многозначительно на меня посмотрел.)

О том, что у Минни огромная коллекция кукол и сверкающих крылышек феи, и что она требует каждый день надевать ей розовое платье, я тоже решила пока не упоминать. В конце концов, не обязательно ведь рассказывать своей принципиальной, экономной сестре-вегануабсолютно все?

Я едва успеваю поцеловать Минни на прощание, и вот она уже несется в дом вместе с Уилфи, волоча за собой рюкзачок с пижамой и зубной щеткой. А на дорожке появляется Сьюзи в леггинсах, толстовке и с волосами, заколотыми зажимом для бумаги.

– Пойду проверю, все ли у Минни в порядке, – говорит Люк, направляясь к дому.

– Сьюзи, спасибо огромное, что пригласила Минни к себе. – Я обнимаю подругу.

– Всегда пожалуйста, – отвечает Сьюзи. – Передавай привет родителям!

– Обязательно, – немного помедлив, я непринужденно спрашиваю: – Слушай, Сьюз, у вас ведь тут есть на территории небольшой парк скульптур?

Это я про Северную лужайку в Летерби-Холле. На ней установлена куча металлических шаров и каких-то фигур из камня. Простор, люди гуляют – в общем, как по мне, это решило бы все мои проблемы.

– Да, – удивленно кивает Сьюзи. – А что такое?

– Да вот, хотела узнать, может, примешь в дар произведение искусства.

–Произведение искусства? – округляет глаза Сьюзи.

– Ага, две статуи. Очень авангардные, – беспечно добавляю я. – Если сама их заберешь, отдам даром.

– Статуи? – в недоумении переспрашивает Сьюзи и тут же меняется в лице. – Ты про техдвух монстров, что стоят у тебя в холле?

Проклятье. Не думала, что она их видела.

– Они вовсе не монстры, – защищаюсь я. – Это высокое искусство. И вообще, когда это ты успела их увидеть?

– На днях, когда подвозила Минни домой. Бекс, они просто жуткие. С какого перепугу ты их купила?

– Потому что это работа очень перспективного молодежного коллектива, – с пафосом изрекаю я. – И я считаю, что онивполне заслуживают народного признания.

– Что ж, молодец, – отвечает Сьюзи. – Надеюсь, они доставят тебе много радости. Кстати, раз уж ты так ими восхищаешься, почему у одной из статуй пакет на голове?

Боже. Я больше не могу притворяться.

– Сьюзи,умоляю, забери их, – выпаливаю я. – У тебя столько места. Сунешь куда-нибудь за дерево, никто и не заметит.

– Ни за что. – Сьюзи скрещивает руки на груди. – Просто верни их, и все.

Поверить не могу. Она что, меня не слушала?

– Я не могу их вернуть! Это работаначинающей творческой группы!

– Тогда подари кому-нибудь другому.

– Кому? – в отчаянии спрашиваю я.

– Не знаю, – пожимает плечами Сьюзи. – Но здесь их не будет.

Я бы и дальше продолжила ее уламывать, но тут из дома выходит Люк.

– Все в силе? – спрашивает он.

– Кстати, а что это на тебе? – Сьюзи разглядывает мои темно-синие атласные ноги. – Новые брюки?

– Комбинезон, – хвастаюсь я.

– О-о, я тоже себе такой хочу! – загорается Сьюзи. – Ну-ка покажи!

Я машинально начинаю расстегивать пальто – но тут же замираю.

– Он немного… смелый.

– Это же прекрасно!

Сьюзи жестом просит меня распахнуть пальто, но мои пальцы не двигаются. Черт его знает почему, но я как-то опасаюсь демонстрировать свой наряд.

– В смысле, слегка вызывающий. – Я стараюсь выиграть время.

– Звучит шикарно! – не унимается Сьюзи. – Давай же, Бекс, показывай!

Теперь даже и Люк смотрит на меня с интересом.

Ребра в декольте – это новый тренд, – напоминаю себе я. Затем отважно распахиваю пальто и восклицаю:

– Таа-дааам!

Ноябрьский морозец покусывает голую кожу. Я же беззвучно благодарю бога за то, что ни одна из силиконовых наклеек, которые я налепила на грудь вместо лифчика, не отвалилась, не то я бы простоумерла на месте.

Все ненадолго лишаются дара речи. У Люка буквально челюсть отпадает. Сьюзи отступает на шаг и моргает раз двадцать подряд.

– Вау, – наконец, выдавливает подруга. – Это просто…

– Тебе не кажется, что чего-то в нем не хватает? – невозмутимо выдает Люк. – Вот тут, спереди.

– Нет! – уверенно отвечаю я. – Это такой фасон.

– Что ж, по-моему, ты ослепительна, – встает на мою защиту Сьюзи. – Очень круто, Бекс.

–Спасибо!Что? – оборачиваюсь я к Люку.

– Нет-нет, ничего. Прекрасно. Поехали. – Уголок его рта ползет вниз. – Уверен, у твоих родителей просто крышу снесет.


«Луиджи» – один из тех милых, уютных ресторанчиков, где тебе в нос уже с порога ударяет запах чеснока и вина. Мама с папой еще не приехали, но столик нас уже ждет. Я повожу плечами, сбрасывая пальто, и чувствую себя невероятно крутой. Комбинезон простосказка. Нужно будет купить эту модель во всех расцветках! Пробираясь к столику, я бросаю на себя взгляд в темное стекло и, не удержавшись, невольно начинаю идти, как модель по подиуму, любуясь трепетом и блеском атласа.

И даже по старой привычке мысленно описываю свой наряд, как делают в модных журналах под фотографиями. Пальто:Topshop. Комбинезон: ASOS. Туфли: See by Chloe. Браслет: собственность модели. (Не помню, где я его купила.)

Сидящая с родителями за одним из столиков девочка-подросток таращится на меня во все глаза, и я дружелюбно ей улыбаюсь. Отлично помню, как сама была девчонкой из пригорода и с завистью разглядывала шикарных женщин в потрясных нарядах. Правда, один пожилой мужчина, когда я прохожу мимо него, давится супом. Но он, наверное, о Миранде Керр и слыхом не слыхивал, так что это не в счет.

Лиф комбинезона я прилепила к груди специальным скотчем для одежды, а потому не волнуюсь, что что-нибудь вывалится, и просто наслаждаюсь своей минутой славы. Официант отодвигает для меня стул, я благодарно улыбаюсь ему, опускаюсь на сидение и…

Черт.

Черт. О господи.

Он разъезжается. Когда садишься, вырез разъезжается в разные стороны.

К моему ужасу, стоит мне опуститься на стул, как атлас отлепляется от скотча (и вовсе он не «надежен в любой ситуации», лжецы!). Вырез расползается, принимая форму почтового ящика, и всем на обозрение вываливаются мои…

О боже,боже…

Я инстинктивно хватаюсь за края выреза и пытаюсь стянуть его обратно, но ведь у меня всего десять пальцев. И как бы я ни старалась, на виду по-прежнему остается слишком много голого тела, скотча и силикона. Официант, всего лишь раз взглянув в мою сторону, испуганно роняет на стол меню в кожаном переплете и стремительно улепетывает. Я не могу пошевелиться и вся трясусь от ужаса. Все заметили, да, все? И весь ресторан теперь на меня пялится? Что же делать?

В отчаянии поднимаю глаза на Люка, который с интересом меня разглядывает.

– Так и задумано? – спрашивает муж. – Прости, я не сильно разбираюсь в моде.

– Ха-ха, обхохочешься, – в ярости бормочу я.

Теперь понятно, это же комбинезон для коктейльных вечеринок! Сидеть в нем не положено. Так бы сразу и писали на сайте:«Только для вертикального использования».

– Люк, мне нужен твой пиджак, – вполголоса командую я. – Давай его сюда, быстро!

– У меня нет пиджака, – разводит руками он. – Извини.

Что?

– Как это у тебя нет пиджака? – не верю я. – Ты же без пиджака из дома не выходишь.

– Ты сама мне велела его не надевать, – невозмутимо отвечает он.

– Что? – округляю глаза я. – Ничего подобного.

– Так и было. В прошлый раз, когда мы отправлялись ужинать, ты сказала: «Люк, вечно ты ходишь в пиджаке. Это так скучно. Может, пора внести какое-то разнообразие?»

Ох, точно. Теперь припоминаю. Наверное, я и правда так сказала.

– Ладно, беру свои слова назад, – заявляю я. – Всегда,всегда надевай пиджак на случай, если мой наряд выйдет из строя.

– Всегда надевать пиджак. – Люк делает вид, будто вносит в телефон напоминание. – Еще что-нибудь?

– Да. Дай мне салфетку. Живо!

К счастью, салфетки тут большие и сделаны из прекрасного алого дамасского хлопка. Я связываю вместе три штуки – получается что-то вроде топа от купальника. Потом туго обматываю вокруг себя получившуюся конструкцию и, задержав дыхание, поднимаю глаза. Из хорошего: я вернулась в стан приличных женщин. Из плохого: на кого я теперьпохожа?

– Просто огонь! – говорит Люк, словно прочитав мои мысли.

– Заткнись! – свирепо шиплю я.

– Нет, серьезно. Очень круто, – ухмыляется он. – Браво!

– Дорогая!

Слышу папин голос, оборачиваюсь и вижу, что мои родители как раз входят в ресторан. На отце льняной пиджак, из кармана которого торчит пестрый носовой платок. На маме розовый костюм в цветочек, который раньше я видела на их соседке Дженис.

Мама и Дженис постоянно меняются одеждой, чтобы «освежить» свой гардероб. И даже тот факт, что Дженис меньше мамы размера на два, их не останавливает. Мама просто не застегивает ее вещи до конца, а Дженис утягивает все лишнее ремнем.

– Бекки, солнышко! Как ты? Как Минни? – мама крепко обнимает меня, а затем окидывает взглядом. – Какой необычный наряд! Это вот такой фасон называют «топ из платков»?

– Эмм… Да, что-то вроде, – стараясь не смотреть на Люка, бормочу я и быстро добавляю: – Может быть, закажем выпить?

Немолодой официант уже несет отцу джин, а маме шерри. В этом ресторанчике мои родителизавсегдатаи. С тех пор, как мама с папой поселились в Оксшотте – что произошло еще до моего рождения, – они ужинают в «Луиджи» как минимум два раза в месяц. Мама всегда заказывает фирменное блюдо, а отец лет сто изучает меню, будто и правда верит, что в нем появилось что-то новенькое, а потом просит принести ему телятину в соусе марсала.

– Люк, – папа пожимает руку моему мужу, а потом обнимает меня. – Рад тебя видеть.

– Намстолько всего нужно обсудить! – говорит мама. – Что вы будете есть?

Мы заказываем напитки, официант наливает нам воды, и мама ерзает в нетерпении. Ясно, что ей не терпится о чем-то рассказать, но делать это при официанте она ни за что не станет, даже в «Луиджи». Можно подумать, он немедленно бросится в «Вечерний Оксшотт» делиться последней сплетней:«Блумвуды задумали купить новую газонокосилку, но никак не могут определиться с маркой».

– Итак! – объявляет мама, когда официант, наконец, уходит. – Даже не знаю,с чего начать.

– Можно с Рождества, – предлагает папа.

– О, Рождество, – расплываюсь в улыбке я. – Дождаться не могу! Я беру на себя хлопушки. Как думаете, какие лучше купить? С маникюрными щипчиками или с пингвинами?

Жду, что папа ответит «с пингвинами», потому что в прошлом году мы устроили пингвиний забег, папа выиграл и был страшно этим доволен. Но, к моему удивлению, он молчит. И смотрит на маму. Я бы даже сказала,переглядываетсяс мамой.

Мой родительский радар работает с потрясающей точностью. Я всегда знаю, когда у них что-то происходит. Вот и сейчас сразу же догадываюсь: они собрались уехать на Рождество. Наверное, в круиз. Точно, отправляются в круиз. Наверняка это Мартин и Дженис их уговорили и они уже купили себе отпускные наряды.

– Вы едете в круиз? – выпаливаю я, но мама в ответ изумленно вскидывает брови.

– Вовсе нет, солнышко. С чего ты взяла?

О как. Выходит, мой родительский радар не такой точный, как мне казалось. Но с чего тогда все эти переглядки?

– Вы что-то затеваете, – догадываюсь я.

– Верно, – соглашается папа, снова покосившись на маму.

– И это связано с Рождеством, – заключаю я. Да у меня навыки дедукции не хуже, чем у Шерлока Холмса!

– Ну, Рождество – это толькоодин из аспектов, – отвечает мама.

Один из аспектов?

– Мама, в чем дело? Ничего плохого не случилось же? – добавляю я, внезапно испугавшись.

– Нет, конечно, – смеется мама. – Солнышко, это все пустяки. Просто мы пригласили Джесс пожить немного в нашем доме. И Тома, конечно, – спохватившись, добавляет она. – Их обоих.

Том – сын Дженис и Мартина. А еще он женился на Джесс. Так что мы все теперь в каком-то смысле родственники.

– Но ведь они живут в Чили, – растерянно бормочу я.

– Они на пару месяцев возвращаются в Англию, – отвечает отец.

– А мне Джесс ничего не сказала! – возмущенно вскрикиваю я.

– Ой, ну ты же знаешь, какая Джесс осмотрительная, – объясняет мама. – Она из тех, кто ни за что ничего не расскажет, пока не будет уверен на сто процентов. О, глядите-ка, а вот и наши напитки.

Пока официант расставляет на столе стаканы, мне остается лишь теряться в догадках. Мы с Джесс, конечно, обмениваемся имейлами, но она всегда отвечает коротко и по делу. И мама права: она из тех, кто до последнего не станет делиться новостями. Даже если это прекрасные, изумительные новости. (Как-то раз она получила престижную премию в области геологии и ничего мне не сказала. А когда все выплыло наружу, лишь пожала плечами: «Думала, тебе будет неинтересно».)

Хм, а может, это связано с… О боже! Как только официант исчезает, я взволнованно выдаю:

– Мам, колись! Джесс и Том усыновили ребенка?

И снова по выражению маминого лица понимаю, что попала пальцем в небо.

– Пока нет, – говорит мама, а папа едва заметно хмурится.

– Нет, солнышко. Колесики все крутятся. Ты же понимаешь, бюрократия и все-такое. Бедняжка Дженис уже и спрашивать боится.

– О, – сникаю я. – А я-то думала, вдруг… Вау. Небыстрое это дело, верно?

Джесс еще тысячу лет назад показала мне фото очаровательного мальчишки, и я-то думала, что мы совсем скоро с ним познакомимся. Но в тот раз ничего не вышло, все мы были ужасно расстроены. И с той поры Джесс и Том перестали делиться своими планами.

– У них все получится. – Папин оптимизм нерушим. – Будем верить в лучшее.

Люк смешивает джин с тоником, а я представляю себе, как Джесс и Том, где-то там, в Чили, все ждут и ждут новостей, но ничего не происходит, и сердце мое сжимается. Я очень волнуюсь за Джесс. Она станетотличной матерью (ну, в этаком строгом, вегетарианском и экологически сознательном смысле), жутко несправедливо, что процесс усыновления так затягивается.

Потом я вспоминаю о Сьюзи, и мое сердце сжимается еще раз. После того, как мы вернулись из Штатов, у нее случился выкидыш. Для всех нас это стало настоящим шоком. И пускай она постоянно повторяет: «Мне и так уже очень повезло… Просто не судьба», я знаю, что в глубине души она очень переживает.

Что до нас с Люком, мы были бы рады еще одному ребенку. Но пока почему-то не получается.

Ну вот, теперь мое сердце совсем скукожилось. Жизнь такая странная штука. Ты можешьбытьсамым счастливым человеком на земле. Отлично понимать, что тебе не на что жаловаться. И все равно печалиться из-за того, что рядом с тобой нет еще одного маленького существа.

– За здоровье! – говорит Люк, поднимая бокал, и я поспешно натягиваю на лицо улыбку. – И за… – он запинается. – А за что, собственно?

– Как раз это я и пытаюсь рассказать, – говорит отец после того, как мы все отпиваем из своих стаканов. – Итак, Джесс и Том ненадолго приедут в Британию. Дженис вся испереживалась из-за того, где они будут жить… И в итоге мы предложили им провести эти несколько месяцев в нашем доме.

– Так они все будут рядом, но не друг у друга на головах, – вставляет мама. – И Дженис не придется каждый вечер готовить нут. Бедняжка, ее это так нервировало! В смысле, Дженис и сама, конечно, веган, но от яйца всмятку на завтрак ни за что не откажется.

– Надолго они приедут? – спрашивает Люк прежде, чем я успеваю уточнить у мамы, знает ли она вообще, что такое веган.

– В этом-то все и дело, – отвечает мама. – Они пробудут тут как минимум до января. А это значит, что мы позвать к себе гостей на Рождество не сможем. Вот мы и подумали, Бекки… – добавляет она, весело поглядывая на меня. – У тебя теперь такой милый дом. Так, может быть, в этом годуты пригласишь всех к себе?

–Мне принимать гостей на Рождество? – я пораженно смотрю на маму. – Но…

Такое чувство, будто до сих пор у меня в голове играло «Вести ангельской внемли», а тут вдруг кто-то снял с пластинки иглу и воцарилась мертвая тишина.

Я не принимаю гостей на Рождество, этомама принимает гостей на Рождество. Она знает, как это делается. Умеет разворачивать шоколадный рулет, выкладывать его на блюдо и посыпать сахарной пудрой.

– Что ж, – я судорожно сглатываю. – Вау. Рождество у меня. Звучит… пугающе! – И смеюсь, чтобы никто случайно не подумал, что я это всерьез (хотя так оно и есть).

– Солнышко, у тебя все получится. – Мама уверенно гладит меня по руке. – Достань хорошую индейку – и полдела сделано. Кстати, я пригласила Дженис и Мартина, – добавляет она. – И Джесс с Томом, конечно. Мы ведь теперь все одна семья, верно?

– Верно.

Я отхлебываю джин-тоник, пытаясь переварить всю эту информацию. Джесс и Том возвращаются, мы принимаем гостей на Рождество, и…

– Минуточку, – я мысленно отматываю наш разговор назад и вскидываю голову. – Когда вы сказали, что предложили Джесс и Тому ваш дом, вы имели в виду, что они поселятся там вместе с вами? Или…

– Нет, мы сами ненадолго переедем, – отвечает папа, возбужденно блестя глазами. – У нас, Бекки, намечается настоящее приключение.

– Еще одноприключение? – спрашиваю я, переглянувшись с Люком.

Я-то думала, что после поездки в Штаты родители не захотят больше никаких приключений до конца жизни.

– Смена обстановки, – кивает мама. – Поездка в Америку заставила нас задуматься, солнышко. Все эти годы мы прожили в одном и том же доме. И ни разу не пробовали ничего другого. А папа всегда хотел завести пасеку.

– Да уж, была у меня такая мечта, – смущенно подтверждает отец.

– Ну и если не сейчас, то когда же? – вторит ему мама.

– Вау, – говорю я, обдумывая услышанное.

Если подумать, то все верно: родители, действительно, никогда особо не экспериментировали. И смена обстановки должна пойти им на пользу. Прямо вижу, как папа обоснуется в маленьком загородном коттедже, будет возиться там с ульями, ухаживать за садом. А мы станем приезжать в гости. Минни будет собирать яблоки, а я куплю себе ту симпатичную льняную «дачную» юбочку из каталога Toast…

Пожалуй, мне очень нравится эта идея.

– И какие у вас наметки? – спрашиваю я. – Не думали насчет Летерби? Наверняка там что-нибудь сдается. Ой, а ведь точно, сдается! Один симпатичный коттедж с соломенной крышей! – вспомнив об этом, я едва не давлюсь от радости. – Он чудесный. Вам понравится!

– О, солнышко. – Мама взволнованно переглядывается с отцом. – У нас немного другие планы.

– Летерби годится для тебя и Сьюзи, – ласково объясняет мне папа. – А нам хотелось бы поселиться в месте, где все гудит. И я сейчас не о пчелах! – добавляет он и смеется над собственной шуткой.

Мои родители? Хотят поселиться в месте, где все гудит?

– Так куда же вы переезжаете? – Я совершенно сбита с толку. – В Доркинг?

– Милая! – хохочет мама. – Грэхем, ты это слышал? Доркинг! Нет, солнышко, мы будем жить в Лондоне. В самом центре.

– Не совсем вцентре, – сразу же поправляет ее папа. – В восточном Лондоне.

– Ну что за ерунда, Грэхем. В наши дни восточный Лондон считаетсяцентром. Правда же, Бекки? – оборачивается ко мне за поддержкой мама.

– Не знаю, – растерянно мямлю я. – О каком конкретно месте вы говорите?

– Что ж! – со знанием дела принимается расписывать мама. – Это прекрасный небольшой район. Очень уединенный. Мы как-то раз забрели туда, когда папа показывал мне, где раньше находился его офис. Называется… – Она выдерживает паузу для пущего эффекта и объявляет: – …Шордитч[2].

Шордитч? Я изумленно смотрю на нее, полагая, что ослышалась. Шордитч – это же…

Шордитч?

– Туда ходит метро, – говорит мама. – Это чуть севернее Ливерпуль-стрит. Ты легко нас найдешь, солнышко.

– Да знаю я, где это, – отвечаю я, снова обретя дар речи. – Но, мама, вы не можете переехать в Шордитч.

– Почему это? – оскорбленно осведомляется мама.

– Потому что Шордитч – район для молодежи! Оттуда хипстеры пошли! Там один цельнозерновой хлеб да крафтовое пиво! Это… – я беспомощно всплескиваю руками, – …не про вас.

– Еще чего! – негодует мама. – Кто, собственно, сказал, что это не про нас? Как по мне, так мы отлично впишемся! Твой отец пиво обожает.

– Да просто… – делаю еще одну попытку я, – там особая атмосфера.

– «Атмосфера»? – передразнивает мама, закатывая глаза. – Чепуха какая! О, Карло, прости, – оборачивается она к склонившемуся над столом официанту. – Придется тебе обождать минутку. А потом расскажешь нам, как там твоя дочка, которая взяла академ в институте.

Она подмигивает Карло, подносит бокал к губам и сердито смотрит на меня поверх него.

– Мама, ну конечно, вы можете жить, где вам угодно, – уступаю я. – Но разве тебе не кажется, что ваше место здесь? – Я обвожу рукой уютный ресторанчик. – Вы же тут всех официантов знаете. Вместе со всеми их семьями. Любите телятину в соусе марсала. А Шордитч – это… Ну, Шордитч!

– А может, я не хочу больше есть телятину в соусе марсала, – внезапно выдает отец. – Может, я хочу… – помедлив, он нерешительно заканчивает: – …пюре из авокадо!

И запальчиво вздергивает подбородок. А я растерянно хлопаю глазами. Папа хочет пюре из авокадо?

– Авокадо? – подхватывает Карло. – Авокадо с креветками для начала? А после телятину?

Слышу, как Люк сдавленно хихикает, и бросаю на него многозначительный взгляд, хотя, если честно, я и сама уже близка к истерике.

– В любом случае, мы уже нашли квартиру, – с вызовом заявляет мама. – Въезжать можно хоть сейчас. Кстати, Бекки, там очень симпатичные жалюзи.

– Вид на город просто потрясающий, – добавляет довольный папа.

– Душ со сливом в полу, – с гордостью продолжает мама. – Для пожилых людей это очень практично.

– А на крыше общий для всех жильцов пчелиный улей, – радостно подхватывает папа. – И джакузи!

– А парковка своя? – не могу не вставить я, но мама укоризненно качает головой.

– Солнышко, не будь такой провинциальной. Мы будем ездить на Убере.

Даже не знаю, что и сказать. Родители переезжают в Шордитч. И я вдруг понимаю, что слегка им завидую. Я бы тоже не отказалась от квартиры с джакузи и видом на город.

– Что ж, поздравляю! – Я поднимаю бокал. – За новую жизнь!

– Думаю, это здорово, – сердечно отзывается Люк. – Вам, Грэхем, и вам, Джейн, будет там очень хорошо. Можно нам как-нибудь заехать в гости и посмотреть ваше новое жилище?

– Конечно! – сразу тает мама. – Мы обязательно устроим новоселье. Будет супер!

Она просто сияет. А потом вдруг хмурится. Несколько секунд озадаченно разглядывает мою грудь и, наконец, выдает:

– Бекки, милая. Я только что заметила. У тебя топ под цвет салфеток!

> От кого:Джесс Бертрам

> Кому: Бекки

> Тема:Рождество


> Привет, Бекки!

> Наверное, ты уже знаешь, что мы ненадолго возвращаемся домой. С нетерпением ждем приезда в Британию и встречи с семьей. Со стороны твоих родителей было очень великодушно предложить нам пожить у них в доме.

> И еще: большое спасибо за то, что пригласила нас отметить Рождество у тебя. Мы с радостью придем на вечеринку. Разумеется, мы надеемся, что праздник не будет противоречить ценностям умеренности и разумного потребления, которые мы всецело разделяем. Уверена, будет очень весело.

> Джесс

> От кого:Джесс Бертрам

> Кому:Бекки

> Тема: Re: Re:Рождество


> Привет, Бекки!

> Да, я по-прежнему веган. И Том тоже.

> Джесс

> От кого:Джесс Бертрам

> Кому:Бекки

> Тема: Re: Re: Re: Re:Рождество


> Привет, Бекки!

> Нет, мы не берем «отпуск от веганства» на Рождество, чтобы «вознаградить себя за старания».

> Насчет подарков. Нет, ничего такого, чего бы мне «жутко хотелось», назвать не могу. Мы с Томом договорились преподнести друг другу нематериальные подарки, чтобы не оставлять еще один след на и без того истерзанной Земле.

> Если ты по-прежнему не можешь противостоять общественному давлению, заставляющему тебя покупать ненужный хлам, «потому что так принято», могу я попросить, чтобы нам ты подарила что-то, отвечающее концепции умеренности и разумного потребления, и желательно изготовленное местным производителем? Нам бы пришелся по душе подарок, символизирующий духовную близость, а не ложное удовольствие от шопинга.

> С нетерпением жду праздника.

> Джесс

## Глава 3

Следующим утром, когда я привожу Минни в школу, голова у меня просто идет кругом. Даже не знаю, что меня больше беспокоит: 1. Мама и папа, переезжающие в Шордитч, или 2. Что мне впервые в жизни придется принимать гостей на Рождество.

Я твержу себе, что это просто еще один день в году. Подумаешь, делов-то! Ну, в самом деле, что такого страшного может случиться? (О нет, нет. Лучше даже не начинать фантазировать в эту сторону.)

Ну да ладно, все будет в порядке, я ведь уже начала подготовку. Заглянула на Pinterest и нашла миллион подборок на тему «Как устроить рождественскую вечеринку». И заказала два билета на рождественскую ярмарку в Олимпии. Схожу туда с мамой, там меня точно что-нибудь вдохновит. А еще я решила, что начну покупать все необходимоеуже сейчас. На дворе только ноябрь. Времени уйма!

Завожу Минни в раздевалку, помогаю ей повесить пальтишко, а потом провожаю до класса. И вдруг вижу подружку Минни Еву и ее маму Петру – и сердце у меня падает.

– Смотли! – кричит Минни, округлив глаза. – Бабабан! Огломный бабабан!

Петра и в самом деле держит в руках здоровенный туземный барабан, сделанный из веточек и холста и украшенный ленточками. Ева лупит по нему рукой, Петра гордо ухмыляется, а Минни смотрит на них во все глаза. Боже, они что, реальносами его сделали?

Я на секунду зажмуриваюсь, потом снова открываю глаза. Я обожаю нашу школу, обожаю мисс Лукас, учительницу Минни, но, право же, что у нее запунктик на поделках? Постоянно выдумывает «занимательные задания, по желанию», которые выполнять приходится вовсе не по желанию. В эти выходные она задала «смастерить музыкальный инструмент из подручных материалов». Э-э, что, простите?

Мы с Минни насыпали в пустую банку сушеной фасоли. И я считала, что мы отлично справились – но это ведь совершенно другое дело!

– Нам былотак весело! – соловьем заливается Петра. – Вся семья подключилась!

– О, я так рада! – сияет мисс Лукас. – Развивать фантазиюочень важно. Минни, а ты сделала музыкальный инструмент?

– Мы сделали трещотку, – с напускной уверенностью заявляю я.

– Чудесно! – миссис Лукас в полном восторге. – Можно посмотреть?

О господи!

Нехотя лезу в Миннин портфель и достаю нашу трещотку. Я вообще-то собиралась после ее раскрасить, ну или еще как-нибудь оживить, но как-то забыла. Так что это просто банка из-под кремаClarins. Петра пялит на меня глаза, мисс Лукас на секунду цепенеет, но я гордо вздергиваю подбородок. Она сама сказала «из подручных материалов», так ведь?

– Супер! – наконец, выдает мисс Лукас. – Поставим на выставку рядом с барабаном Евы.

Ну здорово! Смотрите все: Ева принесла туземный барабан, а Минни банку из-под крема.

К счастью, Минни никакого подвоха не замечает, ну а меня обдает жаром с ног до головы. И я клянусь себе мысленно, что в следующий раз у нас будет самая выдающаяся поделка. Такая, что все просто попадают. Пускай даже мне придется убить на это все выходные.

– Пока, Минни, милая. – Я целую дочку, и она, довольная, убегает в класс.

– Тарки, осторожно! – Все мы оборачиваемся на резкий окрик Сьюзи, и я ахаю. Мать честная, чтоэто такое она притащила? Что за гигантская хитроумная конструкция из трубок, воронок и изоленты? И волокут они ее с Тарки вдвоем, а их дети бегут за ними следом.

– Леди Клиф-Стюарт! – вопит мисс Лукас. – Божечки!

– Это эуфониум, – отдуваясь, говорит Сьюзи. – На нем можно сыграть три ноты.

Сьюзи обожает поделки и вообще любое рукоделие, и у нее всегда изумительно получается. Ее дети постоянно что-то ваяют из папье-маше, лепят коллажи из макарон, а потом их шедевры сохнут по всей кухне. Так что, в общем, нет ничего удивительного в том, что она способна за две минуты смастерить эуфониум из завалявшегося дома барахла.

– Сьюзи! – охаю я. – Это потрясающе!

– О, да пустяки, – скромничает подруга. – Нам занести его в класс? Тарки, осторожнее, не задень угол…

– Черт, – раздается позади меня приглушенный голос. – Черт,черт.

Я отворачиваюсь от Сьюзи, которая все еще воюет со своим доморощенным эуфониумом, и вижу мамочку по имени Стеф Ричардс, которая в ужасе смотрит в окно на проходящую внизу дорогу.

– Там долбаный дорожный инспектор, – говорит она. – Припарковаться было негде, и я встала на зигзаге[3]. Харви, малыш, бежим в класс скорее.

Голос у нее сдавленный, лицо встревоженное. Я не слишком хорошо знакома со Стеф, но знаю, что Харви она родила в свой сороковой день рождения (она сама однажды рассказывала об этом на родительском собрании). Стеф занимает какой-то жутко важный пост в отделе кадров. В семье она главный кормилец, и потому лоб у нее всегда озабоченно нахмурен. Еще она разговаривает с йоркширским акцентом и как-то к слову упомянула, что выросла в Лидсе, но потом уехала оттуда учиться в университет и обратно уже не вернулась.

– Не волнуйся, – выпаливаю я. – Я его отвлеку. Попрощайся с Харви спокойно.

Я вылетаю из школы, мчусь к дороге, на которой по утрам всегда полно машин, и вижу дорожного инспектора, который идет по обочине и вот-вот поравняется с неправильно припаркованным автомобилем Стеф.

Ей не выпишут штраф, клянусь всеми богами. Уж я об этом позабочусь.

– Офицер! Доброе утро! – задыхаясь от быстрого бега, я успеваю перехватить его за три машины до автомобиля Стеф. –Как же я рада вас видеть!

– Да? – полисмен смотрит на меня неприветливо, но я не обращаю на это внимания.

– Мне очень нужно узнать у вас, как правильно парковаться на Сидар-роуд, – улыбаясь, тараторю я. – Там желтая двойная сплошная и знак «С 6:00 до 9:00 парковка запрещена», нопри этом еще и белый зигзаг… Так вот, как мне в таком случае запарковаться на мотоцикле?

– А? – переспрашивает инспектор.

– А еще я хотела у вас спросить, чтов точности подразумевается под понятием «груз», – добавляю я, невинно хлопая ресницами. – Предположим, я переезжаю, и мне нужно перевезти шесть диванов и несколько больших горшков с цветами. В общем-то, даже не с цветами, скорее, с деревьями… Как мне поступить?

– Ну, – отвечает инспектор, – если вы переезжаете, вам нужно получить разрешение…

Тут я вижу Стеф. Она уже выскочила из здания школы и теперь бежит вниз по улице, цокая каблучками своих строгих офисных туфель. Она проносится мимо меня, но я и бровью не веду.

– Разрешение, – повторяю я, будто бы завороженная словами инспектора. – Вот оно что. Разрешение. И куда же мне за ним обратиться?

Стеф подбегает к машине. Пикает сигналкой. Все, она спасена.

– А вообще-то знаете что? – добавляю я, прежде чем инспектор успевает мне ответить. – Я лучше в Интернете посмотрю. – И широко улыбаюсь. – Спасибо вамогромное!

Стеф выруливает на дорогу, проезжает несколько метров и, не глуша двигатель, останавливается возле меня.

– Спасибо, – говорит она, высунувшись из окна и через силу улыбаясь. Стеф худенькая, волосы у нее темные, а кожа очень тонкая, почти прозрачная. Этот тип кожи сразу сдает тебя с потрохами, когда ты вымотана до крайности. Вот сейчас как раз такой случай: я замечаю, что у Стеф огромные круги под глазами. И еще ей бы растушевать тональный крем под подбородком, но этого я говорить, конечно, не стану.

– Без проблем, – отвечаю я. – Всегда пожалуйста.

– Терпеть не могу утра, – качает головой она. – Сегодня еще и половина мамаш приволокла с собой проклятый Лондонский симфонический оркестр. Знаю, Сьюзи Клиф-Стюарт твоя подруга, но, в самом деле,эуфониум?

Я не могу сдержать смех, и меня тут же накрывает чувством вины за то, что я предаю Сьюзи.

– Знаешь, какой «инструмент» мы с Харви сделали? – продолжает Стеф. – Принесли пластиковую коробку из-под маргарина и деревянную ложку, чтобы по ней стучать.

– Ну а мы насыпали фасоли в банку, – пытаюсь я поддержать Стеф. – И я даже раскрасить ее забыла.

Мы смотрим друг на друга и улыбаемся – и тут, к моему ужасу, на глазах у Стеф выступают слезы.

– Стеф! – вскрикиваю я в панике. – Это же всего лишь поделки. Дачертс ними!

– Дело не в том. Просто… – Она медлит, и я по лицу вижу, что ее душит горечь, готовая вот-вот выплеснуться наружу. – Харви не должен ничего знать, ладно? – отводя глаза, продолжает она дрожащим голосом. – Понимаешь, Дэмиан нас бросил. Три дня назад. Вот просто на ровном месте взял и ушел. Харви думает, что он уехал в отпуск.

– Нет, – выдыхаю я, совершенно ошеломленная. Мужа Стеф, Дэмиана, я не слишком хорошо знаю. Ну так, видела пару раз. Он ее намного старше – такой пузатый грузный мужлан с седой бородой и близко посаженными глазами.

– Да, – подтверждает Стеф. – Прости, не нужно мне было все это на тебя вываливать. Не самая лучшая тема для болтовни у школьного крыльца.

– Да нет же… Ты вовсе… – отчаянно силюсь что-нибудь сказать я. – Хочешь поговорить? Может, выпьем кофе? Вдруг я смогу тебе чем-то помочь?

Но Стеф качает головой.

– Мне нужно ехать. Важная встреча. И ты и так уже мне помогла, Бекки. Спасибо еще раз. – Она натянуто улыбается и переключает передачу.

– Подожди, – неожиданно для самой себя выпаливаю я. Вытаскиваю из сумочки платок, наклоняюсь к окошку и растушевываю тональный крем у нее на подбородке. – Прости, – торопливо бормочу я. – Мне просто показалось, что…

– Нет-нет, спасибо. – Стеф бросает взгляд на свое отражение в зеркале заднего вида. – Мне сейчас совсем не до макияжа. – И помедлив, добавляет: – Можно тебя попросить, чтобы все это осталось между нами? Я про Дэмиана. Знаешь ведь, как по школе сплетни разлетаются…

– Ну, конечно, – горячо заверяю я. – Я ни одной живой душе не скажу.

– Спасибо, Бекки. Увидимся.

Она уезжает. А я смотрю ей вслед и понимаю, что очень хочу как следует треснуть ее мужа по голове. Думаю, у меня бы отлично получилось, и я даже знаю, какое оружие выбрала бы: свою новую сумочку изZara. У нее такие острые углы…


Добравшись до работы, я понимаю, что мне страшно хочется обсудить эту печальную новость со Сьюзи. Но я ведь обещала никому не говорить. В любом случае Сьюзи пока еще нет. Так что я сажусь разбирать электронную почту и, когда вижу новый имейл от Джесс с темой«Рождество – еще пара моментов», мне становится как-то не по себе.

Сама не знаю, что меня беспокоит. Мы с Джесс, в общем-то, уже обо всем договорились. Она даже написала, что уважает наши взгляды и не станет возражать, если мы будем есть за рождественским столом индейку. (Хотя, конечно же, она такого не понимает и никогда не поймет.)

Но при этом она ясно дала понять, что считает мишуру жутко вредной, блестки – чудовищными, а гирлянды – дьявольским изобретением. Чем же нам в таком случае украсить елку? И как быть с маминым пластиковым светящимся оленем?

Я люблю свою сестру Джесс всем сердцем и искренне ею восхищаюсь. Ее честностью, принципиальностью и тем, что она стремится нести в мир добро. Когда Джесс не занята изучением камней в Чили, она всегда берется за самые неприглядные благотворительные акции. Как-то раз, например, она целую неделю копала ямы под отхожие места. (А когда я в шоке ахнула: «Джесс, боже!», только пожала плечами и бросила: «Кто-то же должен».)

Сестра всегда такая серьезная, строгая, но если уж улыбнется, вы сразу понимаете, что день прошел не зря. Ну и вообще она замечательная. Просто мне соответствовать ее убеждениям немножечко трудновато.

# Примечания

1

День подарков – праздник, отмечаемый в Великобритании и ряде стран Британского Содружества наций 26 декабря (прим. переводчика).

2

Шордитч – богемный район Лондона (прим. переводчика).

3

Зигзаг – разметка в Британии предупреждает о приближении к пешеходному переходу. На такой разметке парковаться запрещено (прим. переводчика).