Новый мир
Рассказы
Иннокентий Сланевский

© Иннокентий Сланевский, 2022

ISBN 978-5-0051-5934-2

Создано в интеллектуальной издательской системе Ridero

РАССКАЗЫ (2018—2020)

1. Бездна

1

– Что Вы делали в лесу в такой поздний час?

– Я собирал грибы.

– Ночью?

– Нет. Я вышел в лес утром, но я заблудился, а потому и прошатался по тому проклятому лесу вплоть до наступления темноты, будь он не ладен! Тут явно что-то не так, клянусь Вам, ведь я знаю тот лес как свои пять пальцев! Я бывал в нем уже много раз, и со мной никогда не происходило там ничего подобного! Я просто не должен был заблудиться в том лесу!

– Почему же Вы тогда заблудились?

– Я не знаю. Сначала все было как обычно, а потом… сам лес вдруг сделался мне незнакомым. Даже деревья стали совсем другими. Не такими, какими я привык их видеть раньше. Они изменились до неузнаваемости. У них изменились и вид, и размер, и цвет. И все произошло как будто за одно мгновение. Я испугался, прижал к себе свою корзинку с грибами и стал искать выход из того леса, в один миг ставшего мне совершенно незнакомым. Я метался в разные стороны, но не увидел ничего, что могло бы облегчить мои поиски.

– А что еще Вы помните?

– Я помню, как потом увидел очень яркий свет. Он как будто ослепил меня на какое-то мгновение. Но затем, немного привыкнув к нему, я не спеша двинулся в направлении того света и вскоре оказался на лесной поляне, где я увидел… какой-то непонятный мне больших размеров объект, похожий на летающую тарелку! Я пошел в сторону того объекта и заметил, что около него находились какие-то люди. Они были как будто в скафандрах. А больше я ничего не помню. Вероятно, я потерял сознание. Очнулся же я только утром. Я лежал на земле, а рядом со мной валялась пустая корзинка. Грибов в ней не было. Похоже, что их съели те проклятые пришельцы!

– А Вы сами-то тех грибов не ели?

– Нет.

– И запах тех грибов не вдыхали?

– К чему Вы клоните? Я хорошо разбираюсь в грибах!

– Как знать. Бывает и так, что даже опытный грибник с трудом может отличить съедобный гриб от ядовитого, ибо с виду они могут быть очень похожими. Некоторые грибы (не только их вкус, но даже и запах) могут вызвать галлюцинации.

– Я слышал об этом.

– Хорошо, а пока расскажите нам, как же Вам все-таки удалось выбраться из леса?

– Да очень просто! Когда я очнулся утром и огляделся вокруг, то я снова узнал знакомый мне лес. Он вновь стал таким как прежде. Таким, каким он был до произошедших с ним внезапных перемен. А потому я легко смог найти дорогу домой.

– А то, что было с Вами ночью, Вы не помните?

– Нет, как я Вам уже говорил, вероятно, я потерял сознание.

– А раньше Вам когда-нибудь приходилось видеть пришельцев?

– Нет.

– Ну, что ж, Вы – далеко не первый, у кого возникли проблемы с памятью после контакта с пришельцами. Если, конечно, Вы действительно видели пришельцев.

– Что Вы хотите этим сказать?

– У нас был тут один кадр, который утверждал, что общался с пришельцами. Мы ввели его в гипноз, и тот человек, находясь под гипнозом, поведал нам, что он всего лишь наглотался каких-то сильнодействующих таблеток и ему тут же привиделись пришельцы.

– Я никаких таблеток не глотал!

– Это легко проверить. Вы готовы к сеансу гипноза?

– Да.

О событиях той злополучной ночи, что напрочь выпала у меня из памяти, я поведал моим собеседникам вскоре после того, как они ввели меня в гипноз.

– Я могу сказать наверняка, – продолжил я, уже будучи под гипнозом, – что те существа, что находились около летающей тарелки, не были людьми! Я не могу с уверенностью сказать, были ли на тех существах надеты скафандры, либо это была их собственная кожа. Цвет скафандра или кожи имели серо-серебристый оттенок. Сами существа, как я полагаю, относились все же к гуманоидной расе: они были высокого роста, около трех метров, худощавого телосложения, у них были и руки и ноги, но и те и другие были длинными и костлявыми. На каждой руке их я заметил по три пальца. Но их глаза! У них были очень большие миндалевидные глаза! Я никогда не забуду взгляда их глаз! Когда они смотрят на тебя, то они как будто лишают тебя дара речи и способности к движениям! Ты словно каменеешь под воздействием их взгляда!

– Те существа, которых Вы увидели на лесной поляне, Вас сразу заметили?

– Да.

– И что же было потом?

– Под воздействием того же их взгляда мое тело медленно оторвалось от земли, плавно поднялось в воздух, приняло горизонтальное положение и направилось вперед головой в сторону летающей тарелки. Я не мог ни закричать, ни пошевелить ни руками, ни ногами! И вскоре я оказался внутри самой тарелки!

– Сколько примерно было тех существ?

– Я насчитал семерых.

– Кто-нибудь из них пытался говорить с Вами?

– Нет.

– А что было с Вами внутри тарелки?

– Мое тело там плавно приземлилось на какую-то ровную поверхность белого цвета. Это было что-то наподобие стола. А потом со мной начали проводить какие-то манипуляции. Сначала они вскрыли мой живот. Вскрыли каким то лучом, исходившим из предмета, который одно из существ держало в своей правой руке. Они что-то там внимательно осмотрели, а потом тем же лучом мне живот и зашили. Я помню, что в тот момент я не чувствовал никакой боли и не заметил, чтобы у меня тогда текла кровь.

– Мы только что осмотрели Ваш живот. На нем нет никаких следов порезов! Как Вы это объясните?

– Я не знаю, но, клянусь Вам, что они вскрывали мой живот лучом!

– Хорошо, а что еще они с Вами делали?

– А потом они стали копаться в моем черепе! И тоже этим своим проклятым лучом! Боли я также не чувствовал. Но я точно помню, что они внедрили мне в мозг какой то предмет! Очень маленький предмет. Предмет тот был похож на металлический. Но я не могу сказать точно, из чего на самом деле был сделан тот предмет.

Я не помнил того, что я говорил, будучи под гипнозом, но когда меня вывели из этого состояния и рассказали о том, что я поведал в гипнотическом трансе, меня охватил самый настоящий и неподдельный ужас!

– Мы Вам сделали компьютерную томографию головного мозга, когда Вы были под гипнозом, и не обнаружили в Вашем мозге никаких инородных тел, – сказали мне. – Да и на черепе Вашем также нет следов каких-либо манипуляций.

– Это невозможно! – не поверил я.

– Вы можете сами в этом убедиться, взглянув на снимки.

И мне предоставили снимки моего мозга.

Я действительно ничего не понимал. «Если то, что я поведал в состоянии гипнотического транса, – правда, – подумал я, – то каким образом проклятым пришельцам удалось скрыть следы своей деятельности?»

Похоже, что мои собеседники мне не поверили. Или не хотели верить. Быть может, тому были какие-нибудь объективные причины? Я никак не мог этого знать. Да, я не помнил того, что говорил, будучи под гипнозом, но когда меня выводили из этого состояния, я смотрел на своих собеседников, и на какой-то миг мне показалось, что лица их приобрели как будто серо-серебристый оттенок, а глаза их как будто увеличились и приняли миндалевидную форму. Но это продолжалось всего лишь одно мгновение, а потом все встало на круги своя, и я четко видел, что передо мной сидели именно люди!

«Что это было? – в ужасе подумал тогда я. – Видение? Или, быть может, я уже начинаю сходить с ума?»

2

– Как ты нашел тех людей?

– По рекламе в одной местной газете.

– И сколько их было?

– Трое.

– Они как-нибудь представились?

– Своих имен они не назвали. Один из них представился специалистом по НЛО, уфологом: он же и беседовал со мной. Второй был гипнотизером, он ввел меня в гипноз и, вероятно, беседовал со мной, когда я пребывал в состоянии гипнотического транса. А третий назвался агентом каких-то там спецслужб: этот на протяжении всего времени общения со мной хранил гордое молчание и только пристально смотрел на меня.

– А почему ты к ним обратился?

– Я надеялся, что они смогут помочь мне. Я подумал, что они смогут пролить свет на то, что произошло со мной той злополучной ночью.

– И зря ты это сделал.

– Почему?

– Ты ведь сказал, что на какое-то мгновение тебе показалось, что твои собеседники напомнили тебе тех, кого ты встретил на лесной поляне.

– Но мне это показалось только тогда, когда меня выводили из состояния гипноза. Мое видение не было отчетливым. Быть может, это результат сказавшегося перенапряжения сил и внутренних переживаний или результат действия самого гипноза.

– Может и так, а может, что те трое не были людьми в прямом смысле этого слова.

– И кто же они тогда? Пришельцы?

– Не факт.

– Как это?

– Ты говорил, что видел летающую тарелку.

– Верно.

– Но ведь ты не видел, чтобы она прилетела из космоса?

– Нет, она находилась на лесной поляне.

– В том-то и дело! Она могла появиться не обязательно из какой-то там далекой галактики.

– Откуда же тогда она могла появиться?

– Ну, например, из-под земли, или из глубин океана. А места эти очень мало изучены! Тарелка не обязательно прилетела из космоса. Те, кто с тобой беседовали, могли быть как пришельцами, так и местными. Древние легенды гласят, что до нас существовали и другие цивилизации, которые значительно превзошли нас в своих знаниях и достижениях. В свое время каждую из них постигла какая-то катастрофа: потоп, огонь, движение земли, и так далее. В тех легендах также сказано, что не все погибли в результате катастроф: кто-то ушел жить под воду, а кто-то – под землю.

– Я что-то слышал об этом. Так ты хочешь сказать, что те трое – это потомки уцелевших древних жителей Земли?

– Я этого не утверждаю, но такое вполне возможно. Это могут быть как их потомки, так и сами древние жители Земли, если они добились значительного увеличения продолжительности своей жизни.

Человек, с которым я общался на этот раз, обладал в некотором роде уникальными знаниями. В наших краях его называли академиком, хотя никаких ученых степеней у него не было. Он всего лишь много читал, и все считали, что, поэтому, он много знал и мог разгадать даже самую неразрешимую загадку. Многие местные обращались к нему за помощью со своими проблемами. Он практически не выходил из своего дома, а все читал, и читал. Весь дом его был усеян книгами. У него не было даже ни кровати, ни одеяла. Он спал на книгах и ими же и накрывался.

– А как ты объяснишь то, что случилось с лесом? Почему знакомый мне лес изменился до неузнаваемости? – поинтересовался я.

– Тут возможны два варианта, – ответил на это он.

– Какие же?

– Ты мог попасть в портал. Есть такие места на Земле. Попадая в портал, можно очутиться как в ином месте, так и в ином времени. Если те, кого ты увидел на лесной поляне, были пришельцами, то ты мог попасть через портал на их планету, а если это были потомки древних жителей Земли или сами древние жители, то ты очутился в их времени. Поэтому, и лес показался тебе совершенно незнакомым.

– А как же мне тогда удалось вернуться из портала?

– Тебя выкинули назад те, кого ты встретил на лесной поляне.

– А с какой целью они проводили свои манипуляции над моим телом?

– Тебя могли как просто изучать, так и запрограммировать для каких-то определенных целей.

– И для этого они внедрили в мой мозг какой-то предмет?

– Вполне возможно.

– Но почему же тогда этот предмет не удалось обнаружить с помощью специальных обследований?

– Не удалось обнаружить и никаких следов манипуляций на твоем теле. И это не удивительно, так как те, кто внедрили тебе в мозг какой-то предмет, наверняка, обладают более развитыми технологиями, чем технологии земные.

В отличие от моих прежних собеседников, которые, как мне показалось, мне не поверили, академик все же отнесся ко мне с некоторой долей доверия, он старался понять меня и что-то объяснить.

– И что же мне теперь делать? Быть может, уехать куда-нибудь подальше отсюда?

– Если предмет, который внедрили тебе в мозг, предназначен для того, чтобы контролировать тебя, то отъезд куда бы то ни было тебя не спасет. Тебя все равно найдут через этот предмет.

– Но для чего я им понадобился?

– Ты попал в портал, даже если и случайно, но ты увидел то, чего, скорее всего, глазу простого обывателя видеть и не следовало бы.

– Так значит…

– Да. Тебе остается всего лишь ждать дальнейшего развития событий.

– А если меня убьют?

– Я так не думаю. Скорее всего, тебе всего лишь сотрут память, если в этом возникнет острая необходимость.

Академик посмотрел на меня прищуренным взглядом, подмигнул мне глазом и как-то ехидно улыбнулся. У меня создалось впечатление, что он как будто что-то знает. Знает что-то большее, чем говорит. Знает, но не договаривает. «А вдруг он с ними заодно, с теми тремя, что вводили меня в гипноз? – подумал я. – Вдруг академик – тоже не человек, а какой-нибудь пришелец или древний житель Земли, который живет уже много тысяч лет?»

Я старался гнать прочь от себя эту нелепую мысль, ведь у меня не было никакой объективной причины так думать! Академик не показался мне похожим на пришельца даже на мгновение: меня смутили всего лишь его подмигивание и его улыбка. Не знаю, почему.

3

– Что вам от меня надо?! – в ужасе воскликнул я, когда чьи-то длинные костлявые руки вытащили меня из окна дома, разбив при этом оконное стекло.

Но ответа не последовало. Некто высокого роста и худощавого телосложения взвалил меня себе на плечо и понес куда-то в неизвестном направлении. Я пытался вырваться, но не смог этого сделать. Силы в одночасье покинули меня, а потом я и вовсе отключился.

Не послушав совета академика, я все-таки решил бежать как можно дальше из этого проклятого места. Я добрался до какой-то отдаленной глухой деревни, где снял на первое время какой-то очень старый и ветхий домишко. В деревне были и чистый воздух, и тишина, и спокойствие.

Однако, моему спокойствию не суждено было длиться долго. В первую же ночь, которую я собирался провести на новом месте, в дом внезапно нагрянула беда. Той ночью я никак не мог заснуть. Я ощущал какое-то необъяснимое внутреннее беспокойство, какую-то непонятную тревогу, чье-то незримое присутствие. Как будто вот-вот должно было произойти что-то ужасное и непредсказуемое. Какая-то непреодолимая сила потянула меня к окну. Я поднялся с кровати и направился в сторону окна с намерением открыть его и сделать глоток свежего воздуха. И в этот момент меня внезапно схватили!

Очнулся же я потом у себя дома под утро. Но не в том доме, куда я сбежал, а в своем собственном доме! Собравшись с мыслями, я стал думать, что же мне делать дальше. «Странная вещь, – подумал я, когда вновь оказался в ясном сознании. – Мне уже никуда не хотелось бежать. Что же со мной опять произошло, когда я в очередной раз потерял сознание? Что опять сотворили со мной эти проклятые пришельцы или кто бы они там ни были?»

Я принял решение снова отправиться на сеанс гипноза. И я опять отправился к тем троим, которые меня уже вводили в это состояние. Я не хотел к ним идти, я предполагал, а, быть может, и был уверен, что они – не люди, я подсознательно боялся их, но у меня не было другого выхода. Те трое, по крайней мере, моли хоть как-то прояснить ситуацию, пролить на нее свет, так сказать. Они могли рассказать мне, что же со мной произошло на самом деле на этот раз.

Пребывая в гипнотическом трансе, я поведал своим собеседникам, что я вновь оказался на том же самом месте: на белом столе внутри летающей тарелки, и неизвестные существа снова проводили над моим телом свои манипуляции. Они вскрыли мой мозг, вытащили оттуда какой-то маленький предмет, обработали тот предмет каким-то лучом, а потом обратно засунули тот предмет мне в мозг.

Когда меня вывели из гипноза, мне сообщили о том, что я рассказал, будучи в гипнотическом трансе. Мне также объяснили, что никаких следов манипуляций над моим мозгом опять же обнаружено не было. «Выходит, мне опять не поверили? – подумал я. – Или не хотели верить? Быть может, меня принимают за сумасшедшего? А может, меня просто-напросто обманывают?» Этого я, определенно, знать не мог.

Выходя из состояния гипноза, я вновь на какой-то краткий миг заметил, что лица тех троих как будто изменились: они снова приобрели серо-серебристый оттенок, а глаза моих собеседников как будто увеличились и приняли миндалевидную форму. Но все это, опять же, продолжалось всего лишь какое-то мгновение!

Я решил, что мне необходимо снова встретиться с академиком. Спросить у него совета. Хотя, какой тут может быть совет? Академик мне ясно дал понять, что мне следует ждать дальнейшего развития событий. Но развития каких событий? Моего повторного похищения неизвестными? Очередных манипуляций над моим головным мозгом? Я прекрасно осознавал, что это далеко не радужная перспектива!

Я продолжал размышлять над сложившейся ситуацией. За этим занятием меня и застал внезапно появившийся в моем доме академик.

– Откуда ты взялся? – удивился я.

– До меня долетела твоя мысль, – спокойно ответил он. – Мысль о том, что ты желаешь со мной встретиться. И расстояние не является помехой чтению мысли. Достаточно лишь подумать об объекте, представить его в своем воображении. И ты сможешь уловить и его мысль.

– Вот как? Так ты не только книги умеешь читать, но и мысли?

– Именно. Читая книги, со временем научишься читать и мысли.

– И о чем же я сейчас думаю?

– Ты думаешь о многом. Ну, например, о том, почему у тебя пропало желание куда-то бежать и где-то скрыться.

– И действительно, почему?

– Все очень просто. Предмет, который достали из твоего мозга, обработали. Предмету задали новую программу и вновь внедрили его в твой мозг. Раньше ты хотел бежать, а теперь ты не хочешь этого делать. Да ты и сам, наверняка, догадываешься, что бегство абсолютно бесполезно. Тебя все равно найдут. Это тебе уже удалось проверить и на собственном опыте, не так ли?

– Так. А о чем еще я думаю?

– Ты не понимаешь, почему все это с тобой происходит. Ты не понимаешь, зачем ты понадобился тем пришельцам, как ты их сам называешь.

– И действительно, зачем?

– Все дело в том, что ты попал в бездну.

– В бездну?! Как это?

– Одним из значений этого слова является пространство или пропасть, которые имеют очень большую, неведомую глубину. И выбраться из этой бездны практически невозможно. Я и сам попал в эту бездну. Провалился в нее. Провалился в нее и ты. Как думаешь, почему я так много читаю? Я всего лишь пытаюсь найти выход! Выход из этой бездны! Но пока, несмотря на все мои титанические усилия, у меня так ничего и не вышло!

– Но ведь ты же – академик!

– И академики порой бывают бессильны!

– А тебя тоже похищали пришельцы?

– Пришельцы?! Похоже, что в этой бездне пришельцы – это мы! А они… я не знаю, кто они и откуда они. Мне не удалось этого узнать. Бездна же, судя по всему, является управляемой. Она управляется ими!

– Но что им от нас нужно?

– Похоже, что они нас изучают. Экспериментируют над нами. Задают нам определенные программы действий и контролируют нас. А те трое, что вводили тебя в гипноз, да и меня в свое время тоже, – это их руководящее звено. Они – главные экспериментаторы. Но самое ужасное – не это.

– А что же?

– Самое ужасное то, что я не знаю кто мы, где мы и когда мы!

– Как это?

– Границы пространства и времени, по всей видимости, окончательно стерлись. Бездна – она как черная дыра в космосе, как управляемая неведомой нам силой черная дыра, она втягивает в себя всех и вся откуда бы то ни было. Они втягивают других в эту свою бездну. Они втянули в нее и нас с тобой. А они… они как пауки. Они сидят в этой бездне, как в какой-то паутине, и плетут свои ужасные нити. И только им одним ведомо, куда и зачем распространяется их зловещая паутина.

На какой-то момент мне показалось, что академик и вовсе спятил. Особенно после того, как, сказав эти свои слова, он в очередной раз посмотрел на меня прищуренным взглядом, подмигнул мне глазом и как-то ехидно улыбнулся.

– Что все это значит? – не понял я.

– Сейчас я все тебе объясню, – ответил на это он, дотронувшись ладонью до моей щеки, слегка подергав при этом меня за кожу. – Вот ты, скорее всего, – все-таки человек. А вот я… кто же тогда я? И откуда я???

И с этими словами академик, на этот раз, схватив уже себя за кожу на щеке, резким рывком сорвал ее с себя, как срывают маску с лица. И тут же самый неподдельный вопль ужаса вырвался из моей глотки.

А потом академик сорвал с себя и остальную свою кожу, как снимают с себя одежду. И я увидел невиданного мне доселе зверя. Зверя, скрывавшегося под человеческой кожей. Зверя, непохожего ни на одно известное на Земле живое существо. И этот зверь, сорвав с себя человеческую кожу, издал дикий и нечеловеческий вопль. Но вопль тот не был воплем ярости зверя, готового кинуться на свою добычу и разорвать ее в клочья. Наоборот, в том зверином вопле было совсем несложно угадать отчаяние и безнадегу.

Я тоже схватил себя рукой за щеку и дернул себя за кожу, желая убедиться в том, что я являюсь на самом деле человеком. Но кожа моя как будто поддалась и немного отвисла. Мне даже показалось, что она начала отслаиваться от моего лица! «Что же это?! – в ужасе подумал я. – Неужели академик ошибся? Неужели я – тоже не человек, как и он?! И Земля ли – то место, где мы находимся? И если так, то кто, когда и зачем забросил нас сюда? И кто проделал над нами такой чудовищный эксперимент, надев на нас человеческую кожу, заставив нас вести себя как земляне, и даже убедив нас самих в том, что мы на самом деле – люди?!»

И в этот момент я очнулся. Я огляделся вокруг. Уже смеркалось. Я лежал на земле, одежда у меня была испачкана. У меня сильно болела голова. Я нащупал на своей голове какую-то шишку. Один мой сапог валялся около торчащего снаружи корня дерева. Похоже, что я зацепился ногой за корень дерева, не заметив его и упал, сильно ударившись головой, после чего потерял сознание. Рядом со мной валялась корзинка из-под грибов. Грибы частично высыпались из нее, вероятно, во время моего падения. «Но что это было? – подумал я, тут же восстановив в памяти только что прошедшие события – И было ли это вообще? Или же все это мне просто-напросто приснилось?»

Я был в лесу. Я снова огляделся по сторонам и… лес вдруг сделался мне совершенно незнакомым. Даже деревья стали совсем другими. Я испугался. «Неужели все это снова повторяется?» – испугался я.

Я собрал высыпавшиеся из корзинки грибы, прижал корзинку к себе и стал судорожно искать выход из того проклятого леса, вновь сделавшегося мне совершенно незнакомым. Я метался в разные стороны, но не увидел ничего, что могло бы облегчить мои поиски.

Я дотронулся до своей кожи на щеке, и она… она вновь как будто начала отслаиваться!

А потом я снова увидел в лесу очень яркий свет…

© Copyright: Иннокентий Сланевский, 2018

Свидетельство о публикации №218010100012

2. Последняя война

Ситуация создалась патовая. Мы укрепились на одном берегу реки, а противник – на другом. Сидя в своих окопах, мы время от времени обменивались, так сказать, любезностями: то мы пустим снаряд в сторону врага, то враг нам ответит похожим снарядом; то с нашей стороны раздастся пулеметная очередь, то – с противоположной стороны. И мы, и враждебная нам сторона заняли выжидательную позицию. В наступление идти было опасно и нам, и им: необходимо было форсировать под постоянным обстрелом широкую и глубокую реку, что было чревато большими потерями в живой силе. А умирать никто не хотел… хотя это никак не зависело от нашей воли: если будет дан приказ о наступлении, то нам все-же придется пойти в атаку несмотря ни на что. Мы в страхе ожидали возможного поступления подобного приказа и в то же время молились, чтобы такой приказ нам не пришел. Мы прекрасно понимали, что если такой приказ будет, – то это верная смерть! Некоторые из нас настолько верили в то, что этот приказ вот-вот поступит, что каждый день писали прощальные письма своим родным и близким. Конечно же, однажды, такой приказ обязательно придет, ведь с момента начала войны мы только и делаем, что все время отступаем под напором в разы превосходящего нас в живой силе противника. Но так же не может продолжаться вечно, ибо если мы все время будем отступать, то попросту потеряем все и вся: и свою страну, и дома, и землю, и свободу, а может, даже и собственные жизни!

И в этот момент от моих раздумий меня оторвал появившийся в окопе командир нашей роты. Тут на линии фронта, на передовой, ротный был всем нам как отец родной. Задача у него была не из легких: он не только должен был уметь командовать, но и, в то же время, найти к каждому из нас свой подход, найти для каждого из нас свое, подходящее слово, а люд в нашей роте был самый что ни на есть разношерстный (солдаты наши были разных национальностей и вероисповеданий) и удержать этот люд в одной, так сказать, упряжке, не позволить ему просто-напросто разбежаться в разные стороны или, того хуже, и вовсе передраться друг с другом, что было бы очень даже на руку пришедшим на нашу родную землю врагам!

– Тебе письмо от родных, солдат, – сказал ротный и передал мне сложенный и помятый листок бумаги.

Письмо было без конверта. Понятно, что все письма, которые писали мы и которые писали нам, предварительно прочитывались нашим начальством, ведь шла война, и руководители страны очень опасались антивоенных настроений в солдатской среде. Они также опасались и настроений революционных, появления среди солдат шпионов и дезертиров.

«Вот оно самое настоящее письмо! – подумал я. – Письмо на обычном листке бумаги! Письмо, написанное человеческой рукой! Письмо, в котором угадывается родной и знакомый мне почерк! И мы снова ждем этих писем! И ждем мы их не один день! И само это ожидание вновь стало для нас чем-то волнительным и желанным! Раньше я и представить себе не мог, что такое возможно, что письмо можно ждать несколько дней! Это казалось просто невероятным! Да, когда-то мы могли написать друг другу сообщения по интернету или по мобильному телефону и тут же прочесть их, но с тех пор, как была выведена из строя мобильная связь, и перестал работать интернет, мы опять вернулись к старым добрым временам, когда письма писали на листках бумаги».

Я взял переданный мне листок бумаги, раскрыл его и начал читать. Ротный остался стоять рядом со мной, пристально смотря на меня и ожидая моей реакции от скорого прочтения полученного мной письма.

– Да что у нас, черт побери, тут вообще происходит?! – в гневе воскликнул я, закончив чтение письма, написанного моей женой. – Как это вообще понимать?!

– Идет война, солдат, – ответил на это мой командир.

– Я это знаю, ротный. Но я не об этом, а о том, что написано в письме.

– Не только у тебя такая проблема, солдат.

– Ведь Вы тоже читали письмо, ротный?

– Разумеется, это в порядке вещей.

В письме моя жена мне сообщала, что с тех пор, как началась война, и я был призван в армию, положение дел в нашей семье только ухудшалось. В мирное время я работал школьным учителем, получая мизерную зарплату, а моя жена не работала и получала такое же мизерное пособие по уходу за нашими малолетними детьми. Но, худо-бедно мы существовали и выживали. А вот теперь, когда мне пришлось взять в руки вместо указки автомат, который я никогда ранее и в руках-то не держал и из которого и стрелять-то толком не умел, и отправиться на войну, моей супруге пришлось совсем тяжко существовать на одно пособие. Зарплату нам в армии не платили, а то, что мы воевали, считалось нашим гражданским долгом. Нас только кормили один раз в день какой-то похлебкой, которую и есть-то было невозможно, ибо была она абсолютно несъедобной! Воевать мы были обязаны, а питаться – как получится.

В письме моя супруга писала, что у нее не хватило средств из пособия оплатить коммунальные услуги и что ее собираются, поэтому, выселить из дома, из нашего единственного жилья! Пособие ей перестали платить и сказали, что те деньги пойдут в счет погашения долга, и жена теперь даже не может купить детишкам кусок хлеба! Она также сообщала, что приходила какая-то служба, которая обвинила ее в том, что, теряя жилье и денежное довольствие, она, тем самым, создала опасные условия для существования наших детей и что детей из-за этого у нее необходимо забрать. А помочь я ей, к сожалению, ничем и никак не мог! Тогда моя супруга отправилась в военкомат и попросила военных призвать ее в армию, чтобы как-то выжить, но ей ответили, что женщин в армию не берут и отказали ей в призыве на воинскую службу.

Мы все устали от этой проклятой войны, и нервы у нас были уже на пределе.

– И вот за это мы все тут воюем, ротный?! – возмутился сложившейся ситуацией я.

– Отставить подобные рассуждения, солдат! – рассердился мой командир. – Так ты и до трибунала договориться можешь! Главное – это то, что ты жив, и ты должен этому искренне радоваться! Пусть радуется этому и твоя жена, ведь она тоже еще жива! И разве может быть в мире что-нибудь важнее, что-нибудь дороже человеческой жизни? На войне это начинаешь понимать по-особенному. Тут, на войне, важна, в первую очередь, жизнь, содат! Нам дорога каждая боевая единица, ведь чем больше нас будет – тем выше наши шансы на победу в конечном итоге! А все прочие проблемы – второстепенны а, по большому счету, и вовсе не важны!

– Вы это серьезно, ротный?

– О чем?

– О шансах на победу. Вы действительно в нее верите? Вы действительно верите в победу?

– Если бы я в нее не верил – я бы застрелился! Тотчас пустил бы себе пулю в лоб!

– Но ведь враг, пришедший к нам с юга, – его и не счесть! На каждого нашего солдата приходится не менее десятка солдат противника! А мы все отступаем и отступаем! Мы потеряли уже половину территории страны! Среди наших солдат уже никто не верит в победу! Бойцы каждый день вспоминают Господа Бога и просят Его простить им все их грехи и прегрешения. Они молятся Ему лишь об одном: о том, чтобы в предстоящем бою их не зацепила какая-нибудь шальная пуля! Солдаты молятся лишь о том, чтобы выжить, а о победе уже давно никто и не мечтает!

– Отставить эти разговоры! – услышав эти слова, грозно рявкнул на меня ротный, при этом выхватив из кобуры свой пистолет и приставив дуло пистолета к моему лбу. – Или пристрелю как собаку! Победа обязательно будет! Рано или поздно, но она будет! Победа обязательно будет за нами!

– Чушь собачья! – воскликнул другой солдат, находившийся в окопе рядом со мной и слышавший весь этот разговор. – Не видать нам победы как своих собственных ушей! Если, конечно мы не используем ядерное оружие! Врагов много как саранчи! Они медленно, но верно приближаются к нашей столице! Почему же тогда наш правитель не использует против них ядерное оружие?! Почему он не нажмет на кнопку?! Чего он ждет?!

– Использование и применение ядерного оружия запрещено международными соглашениями, – ответил на это ротный. – И вам всем это хорошо известно, бойцы! Если глава нашего государства, наш Верховный главнокомандующий, применит ядерное оружие, то все остальные ядерные державы вправе будут нанести по нам ответный ядерный удар! А это уже – конец!

– Черта с два! – не унимался солдат. – Нас просто предали! Нас предал наш Верховный!

– Неужели ты и впрямь думаешь, боец, – не согласился с ним командир, – что наш правитель хочет гибели нашей страны и нашего народа?! А кем и чем тогда, скажи ты мне, он будет управлять?! Разве ты не помнишь, как он уже не раз защищал нашу страну от врагов?

– От каких врагов? – не сдавался солдат. – То были государства-карлики, которые не представляли для нас никакой опасности, и победить их не составило никакого труда! То были мелкие, локальные конфликты. А сейчас – враг уже не тот, и это – самый настоящий враг! У него только армия в разы больше всего нашего населения! У нас просто нет таких человеческих ресурсов, чтобы противостоять этому врагу! О какой победе тут вообще можно говорить?!

– Отставить, солдат!

– Черта лысого! Вы – как хотите, а я сам немедленно отправляюсь в столицу, чтобы собственноручно нажать на эту проклятую кнопку!

Ротный мгновенно отвел от моего лба дуло своего пистолета и выстрелил в беспокойного солдата. Бедняга упал и больше не поднялся. А затем командир снова приставил дуло пистолета к моему лбу.

Я не дернулся от испуга. Я уже привык к тому, что пули частенько со свистом пролетали а каких-то сантиметрах от моих ушей. Я посмотрел прямо в глаза ротному. У него были узкие зрачки. И держался он как-то неестественно, слегка покачиваясь, но, в то же время, он пребывал в состоянии некоего возбуждения. И язык у него немного заплетался. Командир пытался говорить уверенно, но в его голосе чувствовалась дрожь. Ротный, явно, находился под воздействием какого-то сильнодействующего препарата. Это я заметил. А еще я заметил, глядя ему в глаза, что он тоже боится. Боится, как и все мы. Он все прекрасно понимает и осознает. Он боится погибнуть. И в победу он совсем не верит, хоть и пытается с уверенностью утверждать обратное.

– Хотелось бы верить в победу, ротный – сказал я, еще будучи под дулом пистолета. – Хотелось бы в нее поверить!

– Вот и верь в нее, солдат! – ответил на это мой командир, убрав при этом свой пистолет обратно к себе в кобуру. – Вера в победу укрепляет боевой дух любого бойца!

– А еще хотелось бы верить в то, что эта война станет для нас последней, – снова сказал я, пытаясь изобразить на своем лице некое подобие улыбки, которая в те дни мне давалась уж с очень большим трудом и выглядела какой-то нервной, дерганной и неестественной!

– А вот в этом едва ли кто-нибудь сомневается! – слегка усмехнувшись, заметил на это ротный. – Эта война действительно будет для нас последней! И есть серьезный повод так думать. Сегодня пришло известие из столицы. Наш Верховный решил вступить с противником в переговоры.

– Вот как?

– Да.

– И что же хочет предложить противнику Верховный?

– Он планирует установить новые границы. Новая граница пройдет по этой реке, за которой находятся позиции нашего противника.

– То есть, он хочет отдать врагу половину территории нашей страны?!

– Я же ясно сказал тебе, боец, что Верховный желает именно установить новые границы, а не что-то там кому-то отдать! Такова цена, которую он хочет предложить врагу за мир. Если враг, конечно, согласится. Неужели ты не хочешь мира? Неужели ты не хочешь вернуться домой, солдат?

– Домой?! Да и к кому? Судя по письму, которое я сегодня получил, у меня, скорее всего, уже больше нет дома. А если супруга моя от отчаяния полезла в петлю, то и семьи у меня уже больше нет!

© Copyright: Иннокентий Сланевский, 2018

Свидетельство о публикации №218010300114

3. Дон Мигель и чупакабра

Однажды, у дверей одного из домов на окраине небольшого мексиканского городка Мансанильо (1), который расположен на тихоокеанском побережье страны, появился небольшого роста человек в большой широкополой шляпе, сомбреро. Человек был настолько мал, а шляпа его была настолько велика, что со стороны могло показаться, что она вот-вот его раздавит. Но так лишь только казалось.

Человек громко постучал в двери дома, и через какое-то мгновение эти двери отворились, и из них вышел хозяин дома. Он посмотрел на незнакомца недовольным взглядом, и даже как будто с каким-то презрением. А небольшого роста человек лишь широко ему улыбнулся в ответ, снял свою шляпу, вытянул руки в стороны и, в знак уважения, отвесил низкий поклон хозяину дома.

– Я понимаю, что Вы не таким меня себе представляли, – с ходу заговорил гость. – Вы думали, что к Вам придет высокий, статный и широкоплечий атлет с пышной шевелюрой, настоящий мачо. А я – маленький, худой и лысый, похожий на беса человечек. Да и улыбка у меня как у идиота. Но Вам-то, не все ли равно? Ведь Вы ж не замуж за меня собираетесь, в самом деле!

– Идиот! – буркнул в ответ хозяин дома, и уже собрался было развернуться и захлопнуть дверь перед носом незнакомца, но тот продолжил уже завязавшийся разговор:

– Очень приятно. А меня зовут Мигель. Мигель Аранья из Колимы (2). Я – частный детектив. Вы звонили мне три дня назад, и мы с Вами договорились на сегодняшний день о встрече. Вот я к Вам и приехал!

– Ах, так это Вы! Милости прошу в мой дом, дон Мигель! Я с нетерпением Вас ожидаю все эти три дня! Рад с вами познакомиться. Премного наслышан о Вас. Говорят, что Вы способны разрешить самые неразрешимые загадки!

– И чего только обо мне не говорят! До того договорились, что и Вы меня представили совсем не таким, какой я есть на самом деле.

– И то правда, дон Мигель! Я – капитан Рубен Морено.

– Капитан?! Вы меня пугаете! Не унесет ли Ваш дом вместе с нами в открытое море? Я, знаете ли, боюсь морской болезни. В море меня сильно укачивает!

– Неужели? Какое удивительное совпадение! И меня в море укачивает!

– Не может быть! Ведь Вы же капитан!

– Бывший капитан, дон Мигель, бывший! Я долго плавал в море, а потом у меня вдруг стала кружиться голова. Я вынужден был оставить море и осесть здесь, на суше. В итоге я сделался фермером.

– А в море-то все равно тянет?

– Еще как! Но Вы не переживайте насчет моего дома, дон Мигель! Его никуда не унесет! Его не унесет вместе с нами в открытое море. Я прикрепил к дому цепь с якорем, а сам якорь я закопал глубоко в землю!

– Насколько глубоко закопали?

– Я думаю, что на километр.

– Вы – действительно настоящий моряк, дон Рубен! Настоящий капитан!

Капитан Рубен Морено и детектив Мигель Аранья присели за стол в комнате хозяина дома, где и продолжили свой разговор.

– А теперь оставим тему моря, детектив, и поговорим о деле. Поговорим о том деле, ради которого я Вас сюда и пригласил, и которое, в чем я нисколько не сомневаюсь, Вы обязательно распутаете!

– Я Вас внимательно слушаю, капитан.

– Суша, как ни странно, пошла мне на пользу: у меня перестала кружиться голова. А когда я окончательно осел на этой суше, то я приобрел животных, в основном коз. Я стал работать на земле и сделался фермером. Какое-то время все шло замечательно, мое хозяйство процветало, но вот недавно… мои козы внезапно сдохли!

– Они чем-то болели?

– В том-то и дело, что нет! Они были абсолютно здоровы, уверяю Вас, но они, тем не менее, сдохли внезапно! Они сдохли все разом! Сдохли за одну ночь! Да и смерть их была какой-то неестественной. У них как будто выпили всю кровь!

– Очень интересно! Вы говорите, что это случилось ночью?

– Да, именно ночью.

– А Вы ничего ночью не слышали?

– Нет.

– И никакого шума не слышали?

– Никакого.

– Быть может, той ночью что-нибудь слышали Ваши соседи?

– Я спрашивал у них, но они утверждают, что тоже ничего не слышали.

– В моей работе так почти всегда бывает: никто ничего не видел, и никто ничего не слышал. Вот и попробуй разгадать загадку!

– Да уж, нелегкая у Вас работа, детектив.

– А у Ваших соседей козы есть, капитан?

– Есть.

– И с ними все в порядке?

– С кем? С козами или с соседями?

– С козами.

– Да, с соседскими козами все в порядке. Той ночью они не пострадали.

– А в последующие ночи ничего подобного с их козами не происходило?

– Если бы что-то и произошло, то я бы об этом знал. Наш Мансанильо – городок небольшой, а земля слухами полнится.

– Согласен. А враги у Вас ест, капитан? Может, кто-то из соседей Вами недоволен?

– Враги? Не знаю, детектив. Я предпочитаю жить в мире с соседями и постоянно им улыбаюсь.

– Вы полагаете, что улыбка может спасти Вас от недоброжелателей? А если кому-то нужно что-то большее от Вас, чем Ваша улыбка? Вы об этом не думали?

– Не думал, детектив.

– А сами-то Вы никого не подозреваете?

– У меня есть одна догадка.

– И какая же?

– Я полагаю, что причина гибели моих коз – это происки ведьмы.

– Ведьмы?! Какой ведьмы? У Вас, в Мансанильо, ведьмы есть?!

– А у Вас, в Колиме, их нет? Мне кажется, что ведьмы есть везде.

– Я был уверен, что святая инквизиция их всех давно сожгла на костре, капитан.

– Ошибаетесь, детектив. Даже наш местный священник, падре Хорхе Диас, женат на ведьме!

– Да что Вы говорите! И как такое вообще возможно?!

– Дело в том, что наш падре – человек прогрессивный. Он идет в ногу со временем, и ему чужды всякие там людские предрассудки! На мессе, которую он служит, он даже пляшет и поет! А по поводу ведьм падре Хорхе утверждает, что с ними следует дружить, а не сжигать их.

– Это почему же?

– Падре Хорхе говорит, что в борьбе с нечистой силой не всегда удается одержать верх. И вот тут-то его жена-ведьма и приходит к нему на помощь! Она ведь может замолвить за падре словечко перед той самой нечистой силой, чтобы, не дай Бог, святого отца преждевременно черт не побрал!

– Ай-да, падре! А какой хитрый ход!

– Вот именно!

– И Вы полагаете, что жена падре Хорхе погубила ваших коз?

– Я этого не утверждаю, но такое вполне возможно.

– Но почему?!

– Видите ли, детектив, у меня очень много дел в хозяйстве, и я уже давно перестал посещать мессу. Быть может, падре Хорхе рассердился на меня за это и велел своей жене навести на меня порчу. Или на моих животных.

– Ну, что ж, эту версию, я полагаю, следует обязательно проверить! Я немедленно отправляюсь к падре Хорхе Диасу! Не желаете составить мне компанию, капитан?

– Никоим образом, детектив! Я до жути боюсь этих ведьм! А вдруг мне еще хуже станет?

А детектив, тем временем, отправился с визитом к местному священнику.

Из окна дома падре Хорхе было отчетливо слышно, как святой отец громким оперным голосом затянул песню из репертуара знаменитого испанского певца Хулио Иглесиаса:

«…Por un poco de tu amor, por un trozo de tu vida…»

Семья падре, однако, приняла незваного гостя весьма дружелюбно.

– Что привело в наши края столь знаменитого колимского детектива? – поинтересовался падре Хорхе.

– А что еще, как не расследование очередного запутанного дела, могло меня сюда привести, святой отец? – вопросом на вопрос ответил дон Мигель.

– И Вы полагаете, что я смогу Вам чем-то в этом помочь, сын мой?

– Как знать, падре… ну, если Вы готовы ответить на кое-какие мои вопросы, то, быть может, Вы и поможете мне немного приблизиться к разгадке.

– Ну, что ж, спрашивайте, сын мой.

– Это правда, что Ваша жена – ведьма?

– Кто Вам такое сказал?

– Так люди говорят.

– Люди?! А я было подумал, что это Вам бесы на ухо нашептали.

– Так это правда, падре?

– Давайте спросим об этом у нее самой!

– Давайте!

И падре Хорхе позвал свою жену:

– Нури, любовь моя, подойди-ка ко мне на минуточку!

И Нурия, или просто Нури, как называл свою жену священник, вскоре появилась в комнате.

– Этот бес… – начал было падре Хорхе, указав рукой на детектива Аранью, а потом тут же осекся: – ой, простите, ради Бога, этот человек утверждает, что ты – ведьма! Так ли это, милая?

– Это – хоть и человек, но не иначе, как в него бес вселился, раз он утверждает подобное. Я – всего лишь твоя помощница и помогаю тебе бороться с нечистой силой, не так ли, любимый?

– Так, конечно так, Нури, – подтвердил слова своей жены падре Хорхе, а потом спросил, обращаясь к детективу: – Вы довольны ответом, дон Мигель?

– Вполне доволен, падре.

– У Вас будут ко мне еще какие-нибудь вопросы?

– Да. А Ваша супруга не имеет никакого отношения к скоропостижной гибели животных сеньора Рубена Морено?

Но вместо падре Хорхе на вопрос детектива ответила жена священника.

– Так он меня подозревает в гибели своих коз? – возмутилась Нурия. – Каков нахал, однако! На мессу нашу не ходит, а еще и сплетни про нас всякие распускает!

– Да, сеньору Морено следует обязательно и как можно скорее посетить мессу, – сказал падре Хорхе, – а то его и вовсе бесы одолеют. Я даже боюсь представить, что еще может наболтать его безбожный язык! Сегодня он говорит, что моя жена – ведьма, а завтра он скажет, что и я – сам дьявол во плоти!

– Я обязательно передам сеньору Морено ваши рекомендации, падре Хорхе, – заметил на это детектив Аранья.

– Благодарю Вас, дон Мигель, – сказал падре Хорхе.

– А мы все же сможем Вам кое в чем помочь, детектив, – добавила от себя Нурия.

– И в чем же?

– В расследовании Вашего дела.

И супруга священника принесла небольшое круглое зеркальце, села за стол и воскурила какие-то благовония, пуская дым в сторону зеркальца. Она просидела так около получаса, а потом сообщила:

– Зеркало мне сказало, что ни я, ни мой муж к падежу скота сеньора Морено ни коим образом не причастны!

– Замечательно, – ответил на это детектив Аранья. – Значит, круг моих поисков сужается! Вы мне очень помогли. Благодарю Вас!

И детектив Мигель Аранья распрощался с семьей священника и отправился на дальнейшие поиски злодея (или злодеев), погубивших коз сеньора Рубена Морено.

Дон Мигель опросил многих жителей города и, в первую очередь, соседей, но результат для детектива оказался вполне ожидаемым: никто ничего не видел и никто ничего не слышал. И вот, когда детектив проходил мимо очередного, очень маленького домика в Мансанильо, к нему навстречу вышел один человек, хозяин того домика.

– Детектив Мигель Аранья? – поинтересовался он.

– Он самый, – отозвался дон Мигель.

– Мне кажется, что я смогу Вам помочь.

– Вот как? В таком случае, как раз Вы-то мне и нужны!

– Меня зовут Карлос. Карлос Агава. Я живу в этом домике. Добро пожаловать в мою скромную хижину, сеньор Аранья!

– Я искренне рад нашему знакомству, сеньор Агава!

И детектив отправился вместе со своим новым знакомым внутрь дома.

– Выпьете, сеньор Аранья? – предложил гостю Карлос, достав из-за пазухи бутылку текилы, когда оба уселись за стол.

– Нет, я на работе, благодарю Вас, – отказался от предложения детектив.

– Как хотите, – сказал Карлос, – А я не на работе. Потому и выпью!

И Карлос сделал большой глоток прямо из горлышка бутылки.

– А Вы вообще-то работаете, сеньор Агава? – поинтересовался детектив.

– Никоим образом, сеньор Аранья! – ответил на это Карлос.

– И почему?

– А почему работаете Вы?

– Мне нравится моя работа, поэтому я и работаю.

– А мне никакая работа не нравится, поэтому я и не работаю!

– Но ведь работа еще и кормит!

– А еще она и много сил забирает!

– А на какие средства Вы тогда текилу покупаете, сеньор Агава?

– Вы что, думаете, что я – вор?!

– Я этого не говорил. И все же…

– А я на текилу заработал!

– Так значит, Вы слукавили, и Вы все-таки работаете!

– Да как Вам сказать, сеньор Аранья… если, конечно, это можно назвать работой.

– Да уж скажите как есть.

– Ну ладно, уговорили. В общем, работаю я на центральной площади нашего городка, которая называется Хардин Альваро Обрегон. Там есть еще скульптура рыбы парусника. Вот там я и работаю.

– И в чем же заключается Ваша работа, сеньор Агава?

– А я просто сижу около той скульптуры. Я одеваю старую, грязную, дырявую и поношенную одежду, присаживаюсь около той скульптуры и просто лью горькие слезы целый божий день. А мир – не без добрых людей. Кто-то, да и кинет мне пару монет. Вот так я и зарабатываю на свою текилу!

– И много Вы таким образом зарабатываете?

– Бывает, и немало.

– А знаете, сеньор Агава, Вы только что навели меня на одну очень мудрую мысль!

– И на какую же?

– Я только что стал подумывать о смене места работы. Может и мне пойти работать на площадь Хардин Альваро Обрегон? Мы будем вместе с Вами там лить горькие слезы. Вдвоем – оно как-то не так скучно получится, Вы не находите?

– Нет, не нахожу. Это будет выглядеть неестественно.

– Ну а если Вы будете лить слезы, а я там рядом буду на гитаре играть? Я действительно умею неплохо играть на гитаре, сеньор Агава!

– Э нет, так не пойдет! Вы сорвете мне весь заработок, сеньор Аранья! Люди начнут платить за Вашу игру, а не за мои слезы! И если такое случится, то боюсь, что мне просто-напросто придется набить Вам морду! А конкурентов я не потерплю!

– Спасибо за откровенность, сеньор Агава.

– Да не за что, сеньор Аранья! Всегда пожалуйста!

– А теперь расскажите-ка мне, чем конкретно Вы сможете мне помочь в моем деле?

– Мне кажется, что я знаю, кто погубил коз моего соседа, сеньора Рубена Морено.

– Так Вам кажется, или Вы все-таки это знаете?

– Наверное, я все-таки это знаю.

– И кто же это сотворил, если не секрет?

– Сейчас я шепотом произнесу Вам на ухо имя этого мерзавца, сеньор Аранья, – сказал Карлос, при этом пугливо озираясь по сторонам.

– К чему такая конспирация, сеньор Агава? Неужели Вы намерены произнести фамилию мэра или, быть может, начальника местной полиции?

– Нет, хотя… полицейские наши – те еще кровопийцы! Иногда они гоняют меня с площади Хардин Альваро Обрегон… если я недостаточно зарабатываю или отказываюсь с ними делиться. Да еще и бьют меня своими дубинками! И как им только не стыдно грабить бедного безработного?! У самих-то работа есть, а мне, позвольте спросить, на что жить? Вот узнает об этом наш президент, сеньор Энрике Пенья Ньето, и обязательно накажет этих негодяев! Обязательно накажет! Я собираюсь лично встретиться с президентом! Но это – так, в планах на будущее. А что касается коз сеньора Морено, то их кровь все-таки выпили не полицейские. Хотя жаль, что не они: я бы и об этом тогда сообщил сеньору президенту, и наказание для них было бы более суровым!

– И кто же тогда выпил кровь тех коз?

И Карлос Агава, вновь с опаской оглядевшись по сторонам, наклонился над детективом и прошептал ему на ухо всего одно лишь слово:

– Чупакабра (3)!

– Да Вы что! – не поверил детектив. – Не может быть!

– Уверяю Вас, сеньор Аранья, что это была именно чупакабра! А шепотом я говорю потому, чтобы зверь этот нас не услышал и, не дай Бог, не покусал!

– И Вы видели этого зверя?

– Так, мельком. В ту ночь я вышел покурить и увидел нечто страшное!

– И что же Вы увидели, сеньор Агава?

– Я увидел морду самого зверя! Я увидел морду чупакабры! Я увидел ее всего лишь на какое-то мгновение. Но этого мне хватило, поверьте мне! Морда у нее как будто ярко светилась во тьме, а на той морде блестела пара огромных и до жути страшных глаз! Эти глаза взглянули на меня с какой-то злобой и ненавистью, а потом, в мгновение ока, зверь скрылся во тьме! И больше я чупакабру не видел.

– А почему Вы думаете, что это была именно чупакабра?

– А Вы разве не слышали, что именно этот зверь пьет кровь у коз?

– Но ведь это всего лишь легенда!

– Я бы посмотрел на Вас, если бы Вы нос к носу столкнулись с этой легендой! Вы бы так не говорили!

Детектив ничего на это не ответил, он распрощался с Карлосом Агавой и отправился в дом сеньора Морено. Дон Мигель порекомендовал сеньору Морено вновь приобрести коз, распустить слух о том, что он, детектив Аранья, покинул Мансанильо в удрученном и подавленном состоянии, так и не найдя разгадки столь запутанного и таинственного дела. А сам дон Мигель сообщил сеньору Морено, что собирается затаиться в его доме, устроить в нем засаду, чтобы кого-то тут поймать. А вот кого именно – об этом колимский детектив до поры до времени решил не сообщать.

Сделали так, как и договорились: дон Рубен приобрел новых коз, а дон Мигель устроил засаду в доме сеньора Морено. Ждали около недели. А потом, в одну из ночей, на территории хозяйства внезапно появился незваный гость.

Все произошло за какое-то мгновение. Нечто со светящимся лицом и передвигавшееся на четырех конечностях, перепрыгнуло через забор на территорию, принадлежавшую сеньору Морено, и понеслось в сторону сарая, где находились козы, и где затаился детектив Аранья.

«Вот те на! Никогда ничего подобного не видел!» – подумал дон Мигель, когда увидел, как нечто поднялось на задние лапы, а передними, в которых был крепко зажат какой-то предмет, похожий на стеклорез, стало аккуратно вырезать маленькое оконное стекло в сарае, чтобы проникнуть внутрь.

Детектив Аранья, находившийся в сарае на сене под крышей, все это отчетливо видел. А когда неизвестное существо пролезло через оконный проем в сарае и устремилось к козам, дон Мигель, уже приготовившийся к этому времени к решающему прыжку, приловчился, прыгнул сверху и тут же оседлал незваного гостя.

Детектив показал себя как опытный и умелый наездник. Направив того, кого он оседлал, в сторону выхода из сарая, дон Мигель, по ходу дела, открыл рукой дверь сарая изнутри и выскочил верхом на неизвестном звере наружу, отправив последнего в бешеный галоп.

Зверь брыкался и сопротивлялся, он всячески пытался скинуть с себя седока. Но, поняв, что седок – далеко не промах и это вряд ли получится, зверь попытался перескочить через забор, но дон Мигель не позволил ему этого сделать. Детектив гонял зверя по территории хозяйства, выжимая из него все силы и соки и не давая зверю скинуть с себя седока. И во время этой бешеной езды были повреждены некоторые хозяйственные постройки, находившиеся на территории самого хозяйства.

А вскоре зверь, наконец, устал и выдохся. Он остановился, упал и распластался на земле. И дон Мигель тогда услышал голос самого зверя:

– Все! Больше не могу! Сдаюсь!

Детектив тут же узнал этот голос: он принадлежал сеньору Агаве! Дон Мигель накинул на шею пленнику веревку и повел его за собой на этом поводке, как собаку. Детектив тут же позвал сеньора Морено, представив последнему свою добычу, которая в очередной раз задумала погубить коз дона Рубена.

– Ну и родео вы тут мне устроили! – в ужасе воскликнул сеньор Морено, увидев причиненные его имуществу значительные повреждения.

– Зато преступник пойман, дон Рубен! – ответил на это детектив.

– Никогда бы не подумал, что виновником окажется кто-то из моих соседей! – сказал сеньор Морено, тут же узнавший приведенного на веревочном поводке человека.

– Что говорит о том, что Вы совсем не знаете жизни, дон Рубен! – заметил на это детектив Аранья. – Все наши беды – именно от соседей и от их зависти, на почве которой у них вырастают к нам ненависть и злоба, а также непреодолимое желание нам навредить!

– Вы сразу догадались, что виновником был именно он?

– Я предполагал, что это кто-то из Ваших соседей, а вот кто именно… я понял это сразу же после личного общения с этим субъектом.

– И что же он такое Вам сказал, если не секрет?

– Ничего дельного, но он активнее других пытался ввести меня в заблуждение, не так ли, сеньор Чупакабра?

– Так, – подавленным и побежденным голосом произнес Карлос Агава.

– А кое-что он действительно неплохо придумал, – продолжил детектив Аранья. – Похоже, что он намазал свою физиономию фосфором или чем-то еще, чтобы светиться во тьме. Этим он надеялся напугать Вас на тот случай, если Вы его заметите.

– Выходит, что это он выпил кровь моих коз? – поинтересовался сеньор Морено.

– Я этого не делал, клянусь Вам! – воскликнул Карлос.

– Да, – согласился с ним дон Мигель, – кровь животных он, действительно не пил, но он этих животных, тем не менее, обескровил.

– Но как?! – сеньор Морено был явно озадачен.

– Видите ли, дон Рубен, ожидая Вашего соседа в засаде, я продолжал работать. Я навел о нем справки по телефону через своих знакомых. И вот что выяснилось. Когда-то он был весьма известным и почитаемым ветеринаром. Он процветал. У него даже была своя клиника в Колиме. Многие местные ходили к нему лечить своих животных. А потом он подружился с текилой, так сказать, и стал безбожно пить. Он пропил и потерял все. А потом он перебрался сюда, в маленький домик на окраине Мансанильо. Он обозлился на жизнь, посчитав, что она поступила с ним несправедливо. Он также обозлился и на окружающих за то, что они не желали его понять и не стремились ему помочь. Он увидел, что у Вас, у его соседа, – процветающее хозяйство, а у него ничего нет. Вот он и позавидовал Вам и замыслил против Вас недоброе дело. Он привез с собой из Колимы свои медицинские инструменты, которыми и выкачал из Ваших коз кровь, не так ли, сеньор Чупакабра?

– Так, – согласился Карлос Агава, а потом продолжил: – Но я прошу Вас, сеньоры, не наказывать меня строго и не передавать меня полиции! Ведь они там всю мою кровь выпьют, эти кровопийцы! Со своей стороны я обязуюсь посетить падре Хорхе Диаса и вымолить у него отпущение грехов! Ведь если сам падре Хорхе, который представляет тут, в Мансанильо, интересы Господа Бога, отпустит мне грехи, то неужели не простите меня и Вы, простые смертные?

И сеньор Карлос Агава принялся тут же заливать окружающих своими горькими слезами, являя всем свой бесценный опыт, приобретенный на площади Хардин Альваро Обрегон.

ПРИМЕЧАНИЯ АВТОРА:

(1) – Мансанильо – небольшой городок в мексиканском штате Колима.

(2) – Колима – город, столица одноименного мексиканского штата.

(3) – Чупакабра – согласно легенде, неизвестное животное, пьющее кровь коз.

© Copyright: Иннокентий Сланевский, 2018

Свидетельство о публикации №218010500126

4. Шепот смерти

Я открыл глаза. Все было как в тумане. Я попытался сфокусировать взгляд на каком-нибудь предмете, но у меня ничего не получилось: перед глазами все плыло. И тогда я снова закрыл глаза.

Воспоминания тут же нахлынули на меня. Они всплывали в моей памяти отдельными фрагментами. Отдельными отчетливыми фрагментами. Как будто кадры из какого-то кинофильма.

Я вспомнил тот день, когда мне позвонили из больницы. Звонил хирург.

– Вам несказанно повезло! – радостным и бодрым голосом сообщил он мне. – Для Вас нашелся донор! Как я Вам уже говорил, Вам необходима срочная операция. Вам необходима пересадка сердца. С таким пороком как у Вас, Вы можете умереть в любой момент. Операции на Вашем сердце не помогут. Вы готовы немедленно прибыть в клинику?

– Конечно, да! – обрадовался я.

У меня было больное сердце. Неоперабельный порок сердца. Я задыхался каждую ночь. Каждую ночь я ожидал со страхом и ужасом. Я прекрасно понимал, что в любую из этих ночей за мной может прийти смерть. Но умирать я совсем не хотел! Я хотел жить!

– И Вы, конечно же, помните, что операция будет стоить вам немалых денег, – продолжил доктор. – Вы готовы за нее заплатить?

– Да, готов, – ответил я.

К тому времени я уже набрал кредитов в банках и продал почти все, что имел. Я продал почти все, что нажил. И все ради того, чтобы остаться в живых. Но долгое время не удавалось найти донора. И вот, он наконец-то, появился! Я был безумно рад этому! Я радовался этому от всей души!

Я быстро собрался и отправился в клинику. Там меня встретил звонивший мне хирург. Я поинтересовался у него, откуда ему удалось найти донора, и доктор ответил мне, что в клинику доставили в состоянии комы какого-то бездомного с тяжелейшей черепно-мозговой травмой. Он был до полусмерти избит, по всей видимости, уличными хулиганами, которые тренировались, на таких как он, рукопашному бою. Хирург сказал, что пострадавший вряд ли выживет. Доктор также сообщил мне, что у того бездомного, как ни странно, абсолютно здоровое сердце. Это сердце хирург и планировал пересадить мне. Я напомнил доктору, что в таких случаях необходимо согласие родственников, если сам пациент не в состоянии это согласие дать. На это хирург мне ответил, что мне не следует об этом беспокоиться, что у этого бездомного вряд ли отыщутся какие-либо родственники, и его едва ли кто будет искать.

И в тот же день мне пересадили сердце. Операция прошла удачно, и я был, как говорится, на седьмом небе от счастья!

Но так продолжалось только сорок дней со дня операции. А потом…

А потом у меня начались ночные кошмары. Сначала мне казалось, что кто-то как будто засовывает свою руку внутрь моего тела, берет в эту руку мое сердце и пытается его из моего тела вытащить! И так продолжалось каждую ночь! И каждую ночь я просыпался в холодном поту!

А спустя еще несколько дней я стал слышать голос по ночам. Я слышал этот голос каждую ночь. И каждую ночь этот голос повторял мне одну и ту же фразу: «Верни мне то, что тебе не принадлежит, и я смогу, наконец, обрести покой в моем мире! А если не вернешь, то и тебе в твоем мире покоя не видать!»

Я почему-то подумал, что мне необходимо срочно встретиться с оперировавшим меня хирургом. Я приехал в клинику, но мне там сообщили, что доктор отошел от дел и больше в клинике не работает. Я спросил, не дадут ли мне адрес хирурга, но мне ответили, что это не положено. Но медики, тем не менее, поинтересовались моей фамилией. Когда же я назвал себя, то один из них произнес весьма загадочную фразу:

– Странное дело. Доктор просил оставить свой адрес именно Вам. Он сказал, что Вы непременно появитесь в клинике и пожелаете с ним увидеться.

Я взял адрес хирурга и отправился к нему домой. Дверь мне открыла его жена и пригласила пройти в дом.

Я увидел доктора в ужасном состоянии. Он сидел за столом, а его жена его кормила с ложки супом. Руки доктора не двигались и висели как плети.

– Я ждал тебя, – обратился ко мне хирург, – и я знал, что ты придешь. Значит, и к тебе он тоже приходит.

– Кто он? – не понял я.

– Тот бездомный, чье сердце я тебе пересадил, – пояснил доктор. – Он и ко мне приходит, хотя он и умер в тот день, когда я вынул из его тела сердце.

Мне поначалу показалось, что хирург спятил, но я ошибся.

– Что это значит? – снова спросил я.

– Все началось не сразу. Со дня операции прошло сорок дней. Если я не ошибаюсь, то именно такое количество времени требуется душе, чтобы окончательно покинуть этот мир и обрести покой в мире ином. Хотя, честно говоря, я не силен в религиозных вопросах. Но душа того бездомного, похоже, вернулась за тем, что мы с Вами у нее украли. Украли у ее тела. Вероятно, без своего сердца бедняга бездомный так и не может обрести покой в загробном мире. Он ведь и к Вам приходит и требует вернуть ему его сердце?

– Приходит, – подтвердил я. – А что у Вас с руками?

– Он и ко мне приходит. Сначала он требовал, чтобы я снова сделал Вам операцию, достал из Вашего тела его сердце и похоронил это сердце рядом с его телом. Он угрожал мне, что если я этого не сделаю, то у меня перестанут двигаться руки, и я уже никому больше не смогу сделать операцию.

– А Вы? Что сделали Вы?

– А что я должен был делать? Я не воспринял его слова всерьез, но результат, как видите, налицо! Но он продолжает приходить ко мне по ночам. Тот бездомный.

– И что же он от Вас хочет?

– Он хочет, чтобы я убедил Вас отказаться от Вашего сердца. Чтобы Вам снова сделали операцию, чтобы извлекли из Вашего тела сердце и похоронили его рядом с телом того бездомного. Я сам этого сделать теперь не могу, так как у меня уже не двигаются руки.

– Но ведь это же – верная смерть!

– Безусловно, но это же – и та цена, которую он требует за то, чтобы вновь привести мои руки в рабочее состояние.

– И Вы в это верите?

– В то, что мои руки перестанут работать, я тоже сначала не поверил. Однако, это свершилось! Я догадался, что тот бездомный приходит т к Вам, так как он хочет забрать свое сердце. А оно находится у Вас. Поэтому, я знал, что Вы ко мне придете. Вы ведь пришли за тем, чтобы повторно сделать операцию, не так ли?

– И да, и нет. Я не хочу умирать, но и видеть и слышать того бездомного каждую ночь, и ощущать прикосновения его рук к моему сердцу уже просто выше моих сил!

– Ну, что ж, решайтесь! Я порекомендую Вам другого способного хирурга. Вы и меня, заодно, спасете! Люди жалеют, что я теперь не у дел, ведь я сделал немало удачных операций! Остались и те, которые ждут своих операций и хотят, чтобы им их сделал именно я! На кону немало человеческих жизней!

Я решился не сразу. Я еще какое-то время подумал. Но постоянные ночные визиты того бездомного я уже больше просто не мог терпеть! Я не мог больше слышать его шепот… этот шепот смерти! Еще немного – и я просто сойду с ума!

И вот, я наконец-таки решился! Я снова приехал в клинику и потребовал, чтобы мне вырезали сердце и похоронили его. Я рассказ медикам о том, что случилось с оперировавшим меня хирургом, и почему так произошло. Но мне никто не поверил.

И тогда я ворвался в операционную, вырвал из рук оперировавшего там хирурга скальпель и попытался собственноручно извлечь из тела свое сердце. Но меня тут же скрутили санитары.

И вот, я снова открываю глаза. Все опять как в тумане. Все опять плывет перед глазами. Я лежу на койке в какой-то палате. В палате светло. Видимо, сейчас день. На мне надета смирительная рубашка. Наверное, для того, чтобы я не смог причинить себе телесных повреждений. Не могу ничего видеть отчетливо. В теле ощущается жуткая слабость. Даже не могу пошевелиться – это требует очень больших усилий! Вероятно, мне сделали какую-то инъекцию.

А потом снова наступает ночь. И снова ко мне приходит тот бездомный. Я думаю о хирурге: «Он тоже, наверняка, мучается. Мы далеко друг от друга. И мы ничем не можем друг другу помочь».

И когда весь этот кошмар, наконец-таки, закончится?

Или он не закончится уже никогда?

© Copyright: Иннокентий Сланевский, 2018

Свидетельство о публикации №218010501381

5. Погружение

609 год до Рождества Христова.

Фараон Нехо (1), сидя на своем троне, приложил кулак к подбородку и погрузился в раздумья. Находившиеся подле него вельможи также хранили молчание, опасаясь вызвать неудовольствие владыки и впасть к нему в немилость. Они ждали, когда государь первым скажет свое слово.

Фараон, оглядев грозным взором своих подданных, наконец-таки нарушил тишину и сказал:

– Говорите!

И вельможи, почуяв спад царившего все это время напряжения, заговорили.

– Государь, – сказал один из них, – царь Ашшурубаллит (2) просит о помощи в борьбе с Вавилоном. Ассирийская держава на грани краха. Их столица Ниневия уже пала. Но ассирийцы – наши соперники и враги! Мы всегда с ними боролись и воевали. Я полагаю, что не следует им помогать. Им нельзя доверять – они нас обманут! Они хитры и коварны. Если им удастся выстоять, то они снова обратят свои силы против нас!

– Не согласен, – ответил на это другой вельможа. – Старый враг – знакомый враг. Мы знаем, чего от него ожидать и как с ним бороться. При необходимости можно и договориться с ним. И мы знаем как А если место ассирийцев займет Вавилон, то сможем ли мы договориться с ним? Или одолеть его? Это – большой вопрос!

Вельможи продолжали делиться с государем своим видением сложившейся ситуации. Их мнения разделились примерно поровну. Одни настаивали на том, что Ассирии необходимо срочно помочь, что победа Египта обязательно усилит его влияние в регионе, а другие были категорически против такого варианта развития событий: они утверждали, что спасти Ассирию уже не удастся, а попытка сделать это приведет лишь к новой войне в регионе, к войне с набирающим силу Вавилоном.

Фараон Нехо внимательно выслушал своих подданных. Ему предстояло принять судьбоносное для своей страны решение, последствия которого могли стать абсолютно непредсказуемыми. Государь снова задумался на какое-то мгновение, а потом сказал:

– Приведите сюда моего халдея! – велел Нехо.

И один из воинов, находившихся на страже у дверей дворцового зала, тут же поспешил исполнить волю фараона.

Воин привел в зал человека, состоявшего на службе у фараона предсказателем.

– Помоги нам, халдей, разрешить неразрешимую задачу, – обратился к своему слуге Нехо, – Ты уверял меня, что твои астрологические познания настолько велики, что ты способен увидеть любые будущие события так же легко, как я могу увидеть свое собственное отражение в воде. Так ли это?

– Это правда, божественный владыка, – ответил халдей.

– Халдеи – лгуны и шарлатаны, государь, – заметил на это один из вельмож. – Им доверять нельзя. У этого человека дрожат голос и руки, у него бегающий взгляд, что говорит о том, что на самом деле он ничего наперед не видит и не знает, а лишь судорожно пытается что-то придумать на ходу.

– Ну, если он нам скажет неправду, то ничто не помешает мне найти другого предсказателя, более надежного, а этого – скормить крокодилам, – сказал, усмехнувшись, Нехо.

В дворцовом зале раздались смех и одобрительные возгласы государевых подданных.

– Итак, халдей, – продолжил фараон, – как тебе известно, Ассирия в настоящее время ведет тяжелейшую борьбу с Вавилоном, в котором живет немало халдеев. И вот, мои вельможи никак не могут прийти к единому мнению по поводу того, как нам в данном случае следует поступить. Прийти ли нам на помощь Ассирии или остаться в стороне от войны? Расскажи нам, каковы шансы у твоих соплеменников на победу?

– Их шансы зависят от Вашего решения, божественный владыка, – с лукавой улыбкой и заискивающим голосом ответил на это предсказатель. – Если Вы не станете помогать ассирийцам, то Вавилон, конечно же, одержит победу. А если Вы придете к ним на помощь, то халдеев и след простынет! Они разбегутся как крысы с тонущего корабля как только узнают, что Вы находитесь от них совсем близко! Одно Ваше имя внушит им страх и трепет, уверяю Вас, божественный владыка!

Один из знатных вельмож, однако, активно поддержал халдея.

– Я полагаю, что нам все же следует выдвигаться в район Харрана, – сказал он. – В Харране находится лишь небольшой вавилонский гарнизон, как утверждает один наш лазутчик. Смять этот гарнизон для нас не составит большого труда, государь.

Нехо задумался на какое-то время, взвешивая все «за» и «против», а его подданные терпеливо ожидали решения государя. И вскоре фараон заговорил:

– Очевидно, что Вавилон пытается занять место Ассирийской державы. Он желает стать таким же могущественным, какой была в свое время и Ассирия. А это – не в наших интересах! Вавилон следует задавить на корню. Пока он не поднялся на непреодолимую для нас высоту. Если мы будем медлить, то упустим свой шанс, а Вавилон окрепнет, усилится и начнет диктовать всем свою волю в регионе. А потом вавилонские солдаты придут и в наши дома!

– Да не позволят им наши боги! – в один голос воскликнули на это несколько вельмож.

– Поэтому, вот что я решил, друзья мои, – продолжил фараон. – Пришло время забыть прежние обиды. Мы идем на помощь ассирийцам! Приказываю немедленно привести нашу армию в полную боевую готовность! Мы выступаем завтра на рассвете и двинемся к Каркемишу, где соединимся с армией царя Ашшурубаллита, а затем перейдем реку Евфрат и атакуем Харран! Я лично возглавлю нашу армию! После нашей победы диктовать всем правила игры в регионе будет наша страна! И да помогут нам наши боги!

И в дворцовом зале вновь раздались одобрительные возгласы вельмож.

А на следующий день армия Египта выступила в поход. В поход на Харран. Чтобы спасти Ассирию. Борьба оказалась совсем нелегкой. Газа и Аскалон оказали армии фараона ожесточенное сопротивление, но это сопротивление было в конечном итоге сломлено, а жители непокорных городов были жестоко наказаны. А потом, близ Мегиддо, навстречу армии фараона вышел царь Иосия (3). Для Нехо это оказалось полной неожиданностью.

– Государь, – обратился тогда к фараону один из его военачальников, – иудеи наотрез отказываются пропустить нас к Евфрату.

– Да ну! – не поверил фараон.

– Именно так, государь, – продолжил все тот же военачальник. – Их царь Иосия надеется на помощь Вавилона. Он всерьез считает нас слабаками! Он уверен, что после того, как в прошлом году скончался наш прежний государь, Ваш отец, Вы еще не успели в полной мере набраться сил и стать сильным и могущественным правителем. А он правит своей страной вот уже тридцать лет и считает себя опытным и непобедимым. Он Вас ни вот что не ставит! Он осмелился прогнать Вашего посланника, передав ему, чтобы Вы немедленно убирались с его земли и сказал, что прохода через свои земли он нашей армии не даст!

– Вот как? Ну, что ж, значит, он сам выбрал себе судьбу, – усмехнулся фараон Нехо, а потом, обратившись к сопровождавшему его в походе своему предсказателю, спросил: – Не так ли, халдей?

– Так, божественный владыка, – отозвался предсказатель.

– И какова же будет Ваша воля, государь? – поинтересовался египетский военачальник.

– Раздавите червяка! – велел Нехо.

И начался бой. А в начале того самого боя царь Иосия был смертельно ранен в горло египетской стрелой, а его армия разбежалась. Нехо приказал привести к себе того воина, что совершил, по словам фараона, столь выдающийся подвиг. И лучник тотчас явился.

– Какую награду ты желаешь получить за свой меткий выстрел, который решил исход боя, доблестный воин? – поинтересовался у лучника фараон Нехо.

– Моя награда – это моя служба Вам, государь, – ответил на это лучник.

– Это понятно, – согласился с ним Нехо, – но ты заслуживаешь большего. Я дарю тебе в рабыни дочь поверженного тобою царя! Любую! На твой выбор!

– Благодарю вас, государь! – не стал скрывать своей радости лучник.

Чуть позже, у Каркемиша, египтяне соединились с ассирийцами. Царь Ашшурубаллит, увидев прибывшую к нему на помощь египетскую армию во главе с самим фараоном, спрыгнул с коня и пошел навстречу египетскому правителю. Нехо тоже спешился и двинулся навстречу ассирийскому царю.

– Рад видеть тебя в добром здравии, дорогой брат, – обратился Ашшурубаллит к фараону и с этими словами обнял последнего.

– Взаимно, – ответил на это Нехо и тоже обнял царя, похлопав его ладонью по спине, а потом поинтересовался: – Так значит, в Харране находится лишь небольшой гарнизон вавилонян?

– Да, дорогой брат, – подтвердил эту информацию Ашшурубаллит, – и мы очень быстро его одолеем! Когда выступаем?

– Через пару-тройку дней, – ответил Нехо. – Я лишь немного отдохну с дороги, если ты не возражаешь. Мой путь сюда был совсем нелегким!

Современные дни.

Я очнулся как будто ото сна. Я огляделся по сторонам. Надо мной склонились какие-то люди.

– Вы что-нибудь помните? – спросили у меня.

– Нет, – ответил я.

– Мы погрузили Вас в Вашу прошлую жизнь. И погружение прошло успешно. В своей прошлой жизни Вы были египетским фараоном.

– Вы это серьезно?

– Абсолютно. Что Вы сейчас чувствуете?

– Какую-то тяжесть на теле. Как будто на мне что-то надето. Вроде что-то металлическое, если я не ошибаюсь.

– На Вас надето что-то наподобие доспехов. Вы говорили нам об этом во время погружения. То, во что обычно облачались египетские фараоны перед битвой.

– Это я-то – фараон?! Вы что, шутите, что-ли?

– Вовсе нет. В Вас, вероятно, вселилась его душа. Душа фараона Нехо. Вы действительно ничего не помните?

– Абсолютно ничего. Я не верю в переселение душ. Но мне был интересен ваш эксперимент. И только потому, что этот эксперимент не потребовал от меня никаких финансовых затрат. Иначе я бы на него никогда не согласился! А вам он был нужен для вашей научной работы, которой вы собирались доказать, что переселение душ на самом деле существует, не так ли?

– Так.

– Даже если это переселение душ и существует… то тогда ответьте мне, почему сейчас я – обычный грузчик, а раньше я был фараоном? Как вы мне это объясните?

– В этом нет ничего удивительного, поверьте нам. Люди знания утверждают, что в каждой очередной жизни человеку предоставляются разные возможности. Иногда большие, иногда – меньшие. И главное тут – правильно эти возможности использовать. В соответствии со Вселенским законом. И если Вам предоставляются большие возможности, но Вы ими злоупотребляете и действуете вопреки этому Вселенскому закону, то в следующей жизни этих возможностей у Вас будет уже значительно меньше! В Книге мертвых сказано, что при определенных обстоятельствах душа человека может переселиться даже в тело червя!

ПРИМЕЧАНИЯ АВТОРА:

(1) – Нехо II – египетский фараон (610—595 г.г. до Р.Х.)

(2) – Ашшурубаллит II – ассирийский царь (612—609 г.г. до Р.Х.)

(3) – Иосия – иудейский царь (639—609 г.г. до Р.Х.)

© Copyright: Иннокентий Сланевский, 2018

Свидетельство о публикации №218010702229

6. Сирена

Я не узнавал своего друга. С ним было явно что-то не так. Глаза у него были немигающими и чем-то похожими на рыбьи глаза. Я заметил перепонки между пальцев его рук. А его голос стал каким-то булькающим.

Я давно не видел своего друга, но теперь он неожиданно появился и постучал в дверь моего дома. Я открыл дверь и увидел, что мой друг был очень взволнован и даже испуган.

– Что с тобой? – удивленно воскликнул я.

– Сейчас расскажу! – ответил он и прошел внутрь дома.

А потом мы уселись с ним за стол в моей комнате.

– Что с тобой случилось? – снова спросил я.

– Мне нужна твоя помощь, – ответил он.

– Какого рода?

– Я собираюсь убить аббата!

– Убить аббата?! Да ты с ума сошел!

– Вовсе нет. Этой ночью я покинул монастырь, где я жил последние несколько месяцев.

– Так ты ушел в монастырь?

– Да, после трагической гибели моей жены.

– Ты не говорил мне об этом!

– Верно, не говорил. А зачем? Тогда я решил резко и круто изменить свою жизнь. Ты же знаешь, что я очень любил мою жену. А с ее потерей я так и не смог смириться.

– А что с ней случилось?

– Однажды она ушла в лес собирать ягоды, а там, в лесу, ее загрыз какой-то зверь! После этого я и принял решение навсегда уйти в монастырь. Но этой ночью я покинул тот монастырь. Надеюсь, что тоже навсегда.

– И что же заставило тебя принять такое решение?

– Не что, а кто. Аббат, настоятель нашего монастыря. Он заставил меня это сделать! Вернее не он, а его поведение. Его необъяснимое, и, я бы даже сказал, дьявольское поведение!

– Что ты имеешь в виду?

– Я уверен, что аббат спутался с самим дьяволом! Да, я в этом абсолютно уверен! Я в этом убежден!

– И почему же ты так считаешь?

– Однажды, недалеко от монастыря, я нашел какой-то заброшенный колодец. Я кинул внутрь колодца камень. А потом я услышал плеск воды. В нем все-таки была вода, но она была на очень большой глубине, так как камень летел очень долго! И какой же глубины должен был быть тогда колодец?! Мне показалось все это очень странным, и я решил исследовать тот колодец. Я взял несколько веревок, связал их узлами и начал спускаться по ним внутрь колодца. Но потом как будто кто-то очень сильно дернул за веревку, и я полетел вместе с ней вниз.

– А зачем ты полез в тот колодец?

– Не знаю. Я думаю, просто из любопытства.

– Обычное человеческое любопытство порой играет с нами очень злые шутки.

– Ты прав. Как раз это со мной и случилось!

– И что же было потом?

– А потом я очнулся на большой глубине. Я находился в воде и свободно дышал под водой! Но как такое может быть?! Но это еще не самое страшное. Когда я очнулся, то я увидел под водой аббата, настоятеля нашего монастыря. Он надавливал пальцами на какие-то точки на моем теле. И у него были перепонки между пальцами! Как и у меня сейчас! И он тоже свободно дышал под водой! В монастыре он постоянно носил на руках перчатки. Мне это казалось странным, но тогда у меня не возникало никаких подозрений по этому поводу, и я старался не обращать на это внимание.

– И ты все это действительно видел?

– Клянусь тебе! Все это было, и я все это отчетливо видел! Я видел это также отчетливо, как вижу теперь и тебя! Но это еще не все! Аббат заговорил со мной в воде булькающим голосом! Он сказал, что настоящий Бог живет тут, в воде, а не на небе. Он сказал, что нам следует молиться истинному Богу, что мы все, в скором времени, окажемся в воде и поймем, что мы заблуждались, вознося молитвы небесному Богу, который нас совсем не слышит и ничем нам не помогает.

– Вот как?

– Да.

– А чем же тогда нам может помочь Бог, который находится в воде?

– Аббат сказал, что многим. Например, на дне морском за долгие века накопилось немало сокровищ с затонувших кораблей. И ими можно пользоваться в свое удовольствие, выходя временами на поверхность земли. И никто из нас никогда не будет знать нужды. Он сказал, что водный Бог – всемогущ и способен принести нам настоящее счастье, которого мы никогда не сможем найти ни на земле, ни на небе!

– А что еще говорил аббат?

– Он сообщил мне, что те точки на моем теле, на которые он надавил, привели меня в чувство, они пробудили меня ото сна. Он сказал, что те точки являются, по словам медиков, биологически активными точками. Зная их, можно приучить человека к дыханию под водой. Он говорил, что нам это всем доступно, что надо только знать, как пробудить наши способности! Он говорил, что каждый из нас, находясь в утробе матери, тем не менее, не захлебнулся околоплодными водами! А значит, мы и теперь можем дышать под водой, и что надо только вспомнить, как это делать! Он обещал, что обучит этому всех братьев в монастыре! Он сказал, что заберет нас всех с собой в море! Но я не хочу жить в воде! Я хочу жить тут, на земле! Я – человек, а не рыба, в конце концов! Разве планы аббата – это не дьявольщина?

– Похоже на то. И поэтому ты собираешься убить аббата?

– Именно! Я намерен сорвать его дьявольские планы!

– И ты хочешь, чтобы я тебе в этом помог?

– Да!

– Но каким образом? Я не собираюсь убивать аббата!

– Я знаю, но я прошу тебя помешать ему убить меня. Если вдруг аббат окажется сильнее.

– Ну что ж, на это я, пожалуй, соглашусь.

И мы отправились с моим другом в монастырь, из которого он этой ночью сбежал.

Была уже ночь. Мы постучались в дверь монастыря. Дверь открыл настоятель монастыря, аббат. Все братья уже спали, бодрствовал лишь один аббат.

– Я знал, что ты к нам вернешься, брат, – сказал он. – Я ждал тебя.

– Какого черта тут происходит? – возмущенно воскликнул мой друг.

– Ааа, – протянул аббат, увидев в руке моего друга нож. – Я вижу, что с недобрыми намерениями ты к нам вернулся, брат. Ты хочешь убить меня?

– А ты догадлив!

– Но ведь разве я не спас тебя тогда в воде, брат? Если бы не я, то ты просто-напросто утонул бы!

– Да? Но своим спасением ты отнял у меня мой человеческий облик! А это никак не входило в мои планы! Да и не ты ли дернул за веревку, чтобы потом меня спасти?

– Может, и так, но зато ты остался жив, брат. А что даст тебе моя смерть, скажи мне?

– Я избавлю мир от дьявола! Покайся перед смертью!

– Всему виной любовь, брат.

– Что?! Что ты такое несешь?!

– Я говорю тебе правду, брат. Любовь – штука непредсказуемая. Никогда не знаешь, когда она к тебе нагрянет. Разве ты не любил? Разве ты не любил свою жену? Разве ты не говорил мне об этом, когда пришел к нам в монастырь? Разве не трагическая гибель твоей любимой жены стала причиной твоего ухода в монастырь?

– Что ты хочешь этим сказать?

– А то, что однажды полюбил и я, брат.

– Как так?

– Да очень просто, брат. Однажды, я вышел на берег моря, что находится недалеко он нашего монастыря, и решил помолиться в одиночестве. Я был погружен в свою молитву, но тут… вдруг раздался сильный плеск воды, и из морских глубин появилась она!

– Кто она?

– Сирена, брат. Она была прекрасна. Ее тело было до пояса человеческим, а ниже пояса у нее был большой рыбий хвост! Она выпрыгивала из воды, а потом снова ныряла в воду. И так продолжалось много раз! Я не мог оторвать от нее взгляда! Она меня как будто загипнотизировала. Я и сам не заметил, как отправился к ней, в море. Я не заметил, как скрылся под водой. А очнулся я уже на дне моря, когда она надавила своими пальцами на точки на моем теле. Этому впоследствии она научила и меня. И еще многому другому. Она показала мне море. Во всей его красе. Она сказала, что со временем я начну меняться и меня все больше будет тянуть к морю! Ты ведь заметил, брат, что я вышел к тебе навстречу на костылях? Я уже не могу передвигаться на ногах, так как мои ноги стали меняться, они стали превращаться в щупальца. Как у осьминога. Скоро и ты таким же станешь! Так пойдем же со мной в море, брат, и ты не пожалеешь! А свою глупую затею убить меня брось! Моя смерть не поможет тебе остаться прежним. Со временем и тебя будет тянуть к морю! Пойдем со мной в море, брат! Сирена – вот самый настоящий Бог! Она знает и умеет все!

– Изыди, сатана! – в гневе воскликнул мой друг и бросился на аббата с ножом.

И в этот момент аббат издал какой-то непонятный протяжный вопль своим булькающим голосом, как будто в молитве обращался к кому-то неведомому, а здание монастыря, тем временем, словно пошатнулось как от какого-то подземного толчка, а потом стало стремительно опускаться вниз, под землю. И вскоре оно оказалось под водой. А потом вода пробила окна здания и бурным потоком хлынула внутрь с разных сторон.

Я судорожно пытался выбраться из этой неожиданно и коварно кем-то подстроенной западни, но вскоре почувствовал, что начинаю захлебываться водой.

Я очнулся, когда почувствовал, как чьи-то пальцы надавливают на определенные точки на моем теле. Я открыл глаза и увидел женщину неземной красоты, тело которой ниже пояса заканчивалось большим рыбьим хвостом. Я попытался выкрикнуть нечто вроде «Бог ты мой!», но не смог этого сделать. Я лишь смог издать какие-то непонятные и непереводимые гортанные и булькающие звуки.

© Copyright: Иннокентий Сланевский, 2018

Свидетельство о публикации №218012102280

7. Потерянный шанс

– Верните мне деньги!

– За что?

– За Ваш обман!

– А я разве обманул Вас?

– Да! Вы утверждали, что погрузившись в транс, Вы способны увидеть будущее любого человека, но ничего подобного Вы не увидели! Не зря знакомые мне говорили, чтобы я не ходил ко всяким там экстрасенсам, что все эти экстрасенсы – самые настоящие лжецы! Но я, тем не менее, пошел. Не иначе, как сам бес меня попутал! Эти экстрасенсы, на самом деле, вообще ничего не видят, а только обманывают людей! Видеть будущее может только Бог!

– Так почему же, в таком случае, Вы пошли ко мне, а не к Богу?

– А Вы еще и издеваетесь надо мной! Верните мне мои деньги, мошенник!

– Хорошо, я верну Вам Ваши деньги, но только в том случае, если Вы докажете мне, что я Вас действительно обманул.

– Да это проще простого!

– Вот как? Ну что же, посмотрим, так ли это. Доказывайте!

– Три года назад, когда я впервые к Вам пришел, Вы утверждали, что я несчастен в браке, что у меня ворчливая жена, которая вечно бубнит, что я все делаю не так, придирается к любым мелочам, постоянно треплет мне нервы. что на самом деле она не любит меня, а только использует в своих корыстных целях.

– А разве это не так?

– Но это я и без Вас знаю! Для этого не надо ходить по экстрасенсам! Однако, Вы также сказали, что пройдет всего лишь год и я встречу другую, которая сможет изменить мою жизнь к лучшему, и что в браке с той другой я наконец-таки обрету свое настоящее счастье!

– И?…

– А прошло уже три года, но у меня все по-прежнему: ничего не изменилось, мне так и приходится терпеть мою сварливую жену, пропади она пропадом, а ту другую, которую Вы мне пообещали, я так и не встретил!

– Вы в этом уверены?

– Вы опять издеваетесь надо мной?! Я же сказал Вам, что в моей жизни за все это время не произошло вообще никаких позитивных перемен, в ней ничего не изменилось! Вы солгали мне, а потому немедленно верните мне мои деньги!

– Не я Вам тогда солгал, а Вы мне только что солгали!

– Что?!

– То, что Вы слышали. Вы солгали мне, что не встретили ту, которую я Вам, по Вашим словам, пообещал.

– Как это?

– Да очень просто! Вернитесь мысленно на два года назад и вспомните все Ваши неожиданные встречи с женщинами на тот момент.

– Да не было у меня никаких неожиданных встреч с женщинами!

– Вы ошибаетесь, ибо одна такая встреча у Вас все-таки была. Вспомните, как я описал Вам внешность девушки, которая была Вам предначертана самой судьбой!

– Я это хорошо помню. Вы говорили, что та девушка будет невысокого роста худощавого телосложения, с длинными светлыми волосами и очень грустными глазами, что между нами сразу возникнет взаимная симпатия. Вы сказали, что она и есть мое счастье!

– Верно. И Вы такой девушки не помните?

– Нет!

– А Вы попробуйте вспомнить получше!

– Да нет же, говорю я Вам! Такая мне не встречалась, хотя… я припоминаю одну, подходящую под Ваше описание.

– Вот! Я же говорил Вам, что у Вас была судьбоносная встреча! А теперь постарайтесь-ка вспомнить подробности той встречи!

– В тот день я находился в командировке в другом городе. Вечером я возвращался домой с работы. Я находился за рулем. Ехать было около шести часов, и к ночи я должен был вернуться домой. И тут я увидел ее! Она полностью соответствовала Вашему описанию. И у нее были очень грустные глаза. Но тогда мне почему-то совсем не вспомнились Ваши слова: я спешил вернуться домой. Она вытянула вперед руку, пытаясь остановить какую-нибудь машину. Я остановился и подвез ее. В дороге мы разговорились. Она была не местной. Она рассказала, что у нее недавно умерла мать, которая жила в том городе, и она приехала, как наследница матери, чтобы продать ее квартиру., а на время продажи планировала временно поселиться в квартире матери. В том городе моя новая знакомая жить не собиралась. Я не знаю, почему она мне все это рассказала: быть может, я ей понравился, а, быть может, ей надо было просто перед кем-то выговориться после потери близкого человека. Она попросила довезти ее до дома, в котором находилась квартира. Я помог ей занести в квартиру вещи…

– И что же было потом?

– А потом она спросила, спешу ли я куда-нибудь и предложила мне остаться на квартире вместе с ней. Она была не замужем. Она сказала, что ей психологически тяжело было одной ночевать в той квартире после смерти матери. Она говорила, что раз в год, во время отпуска, она навещала свою мать и привыкла всегда видеть ее тут.

– И что же Вы?

– Она мне понравилась, но я отказался. Дома меня ждала семья: жена и дети. И я уехал к ним.

– И упустили свой шанс! Вы упустили шанс изменить свою жизнь к лучшему!

– Но ведь Вы же говорили, что я буду счастлив с той девушкой в браке!

– Абсолютно верно!

– Но второй брак у меня так и не состоялся!

– Потому, что Вы в тот вечер уехали! Я не говорил Вам, что у Вас будет второй брак. Я сказал Вам, что во втором браке Вы будете счастливы. А это, поверьте мне, совсем разные вещи!

– А если бы я не уехал, то брак бы состоялся?

– Именно! Это-то я тогда и увидел, пребывая в трансе.

– Но почему Вы меня об этом не предупредили? Почему Вы не сказали мене, как я должен буду поступить, когда встречу ее, свою судьбу?

– Это было бы бесполезно. Вы ведь сказали, что в тот момент Вы не вспомнили мои слова. Вы тогда думали только о своей семье, о том, как бы поскорее вернуться домой, не так ли? Даже если бы я и предупредил Вас, Вы бы тогда не вспомнили о моем предупреждении.

– Вы в этом уверены?

– Я это вижу.

– И Вы считаете, что Ваше предсказание о том, что я буду счастлив, сбылось?

– Сбылось мое предсказание о Вашей судьбоносной встрече, которая должна была обернуться для Вас счастливым браком. Но что такое само предсказание? Это – всего лишь возможность, вероятность, но никак не определенность! Не может все зависеть только от предсказания или предсказателя – какие-то действия должен предпринять и сам человек, которому это предсказание дано. А если человек не будет делать ровным счетом ничего, то и предсказание может не сбыться. Как говорится, «на Бога надейся, но и сам не плошай!» Вот, к примеру, предсказали бы Вам, что Вы разбогатеете. А спустя какое-то время Вы бы нашли где-нибудь потерянную кем-нибудь крупную сумму денег. Но если бы Вы не забрали свою находку, то как Вы думаете, сбылось бы предсказание? И был бы виноват в том предсказатель, что его предсказание не сбылось, и Вы на самом деле не разбогатели?

– И что же мне теперь делать?

– Это решать только Вам! Вы все еще хотите вернуть свои деньги?

– Нет, не хочу.