# Сюрприз для покойника

Сергей Алексеевич Глазков

Виктор Кашин – эксперт бюро судебно-медицинской экспертизы. Он так давно работает в этой должности, что иногда делает заключения, не проводя положенного вскрытия. До определенного времени это у него проходит безнаказанно. Но все меняется, когда на мусорке находят мертвого бомжа. Следователь, чтобы избежать «глухаря», предлагает убийство бездомного выдать за самоубийство. Кашин соглашается, не зная, что убитый ранее украл у него паспорт. Считая, что погибший бомж его однофамилец, Кашин подписывает документы. С этого момента его жизнь превращается в кошмар. Его квартиру опечатывают, его увольняют с работы в связи со смертью. Новый начальник РУВД не идёт ему на встречу. А помогает Кашину молодой коллега Костя Гришин. Вместе они выясняют, как паспорт попал к убитому бомжу, находят убийцу и раскрывают загадочное убийство, совершённое много лет назад.

## Первая серия

1

Панорама города Санкт-Петербурга с высоты птичьего полёта. Посыпается город. По городским улицам начинают двигаться первые трамваи. Люди выходят на улицы и двигаются в сторону метро.

2

Ранним утром сонный Кашин идет по городской улице. Это крепкий мужчина пред пенсионного возраста. За кадром звучит его голос:

– Меня зовут Виктор Петрович Кашин. Я работаю судмедэкспертом. Каждый день обследую убитых и составляю заключения об их смерти.

3

Всё, что происходит в этой сцене – гиперболически преувеличено. Будто действие происходит во сне. Где-то замедленно, а где-то ускоренно. Кашин в прозекторской проводит вскрытие трупа. Ноги трупа дергаются в конвульсиях. Кашин зловеще улыбается…

4

Сонный Кашин приходит на автобусную остановку. Смотрит на дорогу: нет ли автобуса? Впереди – пустынная улица.

– Если вы думаете, что покойники меня волнуют, то вы ошибаетесь. За свою долгую жизнь я их видел столько… что и не посчитать.

Понимая, что есть некоторое время, Кашин садится на лавочку, спиной опирается на спинку и закрывает глаза.

– Работа мне порядком надоела, но радует, что до пенсии мне осталось

всего девяносто восемь дней. Девяносто восемь…

5

Опять перед нами возникают кадры, похожие на сон: Кашин стоит на набережной с удочкой в руках. Поплавок прыгает на поверхности воды. Кашин наматывает леску на бобину. Она идет с большим трудом. Кашин старается изо всех сил. Результат улова – маленькая рыбка.

– Через девяносто восемь дней я буду только отдыхать.

6

На остановке никого нет. Поэтому Кашин расслабляется и вытягивает вперед ноги.

– Давным-давно я был женат. Жена ушла, потому что не выносила запах формалина. С тех пор я живу один в двухкомнатной квартире, которая досталась мне от родителей.

7

Продолжение сна Кашина: Он подходит к жене. Она принюхивается и начинает чихать от аллергии. Ставит на стол чемодан, в который забрасывает вещи. Затем закрывает его, забирает со стола и быстро покидает квартиру. Кашин садится на стул в центре комнаты и обхватывает голову руками. Сначала кажется, что он плачет, но потом принимается плясать от радости.

8

Заслышав шум двигающегося транспорта, он открывает один глаз, чтобы взглянуть на номер маршрута. Увидев нужный номер, медленно поднимается, подходит к бордюру и останавливается, дожидаясь пока длинный автобус, вывернет к остановке.

– И всё бы было ничего в моей жизни, если бы не Костя Гришин… В принципе: он хороший малый. У нас в отделе он появился недавно. Сам того не желая, меня подставил…

9

Продолжение сна Кашина: За столом в кабинете сидит Кречетова. Перед ней стоят Кашин и Гришин, опустив головы. Кречетова машет перед ними кулаком. Гришин показывает пальцем на Кашина. Тот отрицательно вертит головой. Кречетова поднимается из-за стола и грозно указывает Кашину в угол. Кашин вздыхает и идет в угол. Стоит в углу и горько плачет.

10

Громко скрипя тормозами, автобус останавливается и шумно открывает двери перед самым носом Кашина. Доведя до автоматизма ежедневную утреннюю посадку в общественный транспорт, Кашин загружается в автобус, который сразу трогается с места.

– На совещании отметил, что я подготовил заключение о смерти убитого в драке хулигана без проведения вскрытия. Мне объявили выговор и лишили премии…

11

В автобусе едут двое парней, женщина, девушка и двое мужчин забулдыжного вида Колымагин и Опалев. Кашин прикладывает проездной к валидатору, проходит в середину салона, усаживается у окна и закрывает глаза.

– Но я на него не в обиде. Молодой он ещё, не опытный. Со временем научиться, как быстро выполнять работу и не подставлять товарищей…

Опалев висит на поручне, а Колымагин оглядывается по сторонам.

Двое парней, отвернувшись, разговаривают друг с другом.

Женщина, положив голову на сумку, стоящую у неё на коленях, спит.

Девушка, уткнувшись в электронную книгу, читает.

Колымагин присаживается на сиденье, расположенное за спиной у Кашина. Делая вид, что смотрит в окно, одной рукой лезет во внутренний карман пиджака. Продолжая сидеть с закрытыми глазами, Кашин не замечает этого. Колымагин вытаскивает кошелёк и документы. Засовывает добычу себе за пазуху и снова оглядывается.

Пассажиры автобуса продолжают заниматься своими делами, не заметив произошедшего. Автобус останавливается на остановке. Колымагин поднимается с места и, схватив за грязный пиджак Опалева, тащит его наружу. С выдохом закрываются двери. Автобус продолжает движение.

Кашин дремлет, прислонив голову к окну, в котором мимо проплывают дома, только что проснувшегося города.

12

Кречетова входит в кабинет. Кашин и Гришин поднимаются с мест.

– Доброе утро.

– Доброе утро, начальница, – здоровается Кашин.

– Не правильно отвечаете, Виктор Петрович, – качает головой она, – Сколько раз вас нужно учить? Вот Константин Гришин знает, как отвечать.

Кречетова и Кашин поворачиваются к Гришину. Тот улыбается.

– Нужно говорить: «Доброе утро, любимая начальница»?

Она машет рукой:

– Подхалим! Я не это имела в виду. Нужно говорить, самая красивая женщина на свете.

– Это вне сомнения, Ольга Львовна. Это даже не обсуждается.

– Ладно, – Кречетова поворачивается к Кашину, – Виктор Петрович, вам срочно нужно выехать на вызов в Приморский район.

КАШИН: А больше некому?

КРЕЧЕТОВА: Некому. Гришин тоже едет.

КАШИН: С утра пораньше, Ольга Львовна? Даже чай не успел попить.

ГРИШИН: (напевает) «Наша служба и опасна, и трудна…»

КРЕЧЕТОВА: Во дворе дома 15 на Ланском шоссе на мусорке найден труп неизвестного.

КАШИН: На мусорке?

КРЕЧЕТОВА: На мусорке.

КАШИН: На голодный желудок?

ГРИШИН: Это же лучше, чем не сытый, Виктор Петрович.

КАШИН: (Гришину) Я бы на твоем месте помолчал.

КРЕЧЕТОВА: Виктор Петрович, через час жду отчет.

КАШИН: Если бы труп нашли в музее, вы бы туда Гришина послали. А как на мусорке – так сразу Кашина. Где справедливость?

КРЕЧЕТОВА: Отгадали, Виктор Петрович. Вы, наверное, слышали, что во время ремонта в доме Шереметьевых был найден клад.

ГРИШИН: Об этом сегодня в газетах написали и по телевизору передали.

КРЕЧЕТОВА: Костя, поедете туда.

ГРИШИН: Мне нужно сделать оценку антиквариата?

КРЕЧЕТОВА: Нет. С этим успешно справятся работники музея. У них свои эксперты есть. Знаю я одну… Ниязову…

ГРИШИН: Красивая.

КРЕЧЕТОВА: Да.

ГРИШИН: Тогда что остается мне?

КРЕЧЕТОВА: То, о чем умолчали средства массовой информации. Об ещё одной находке.

ГРИШИН: О какой?

КРЕЧЕТОВА: В тайной комнате кроме драгоценностей находились останки неизвестного человека.

ГРИШИН: Вот как?

КРЕЧЕТОВА: Вот его вам и придётся исследовать. Поезжайте на место и осмотритесь.

КАШИН: А я – на мусорку?

КРЕЧЕТОВА: А вы – на мусорку.

КАШИН: Где справедливость?

ГРИШИН: (снова напевает) «Часто слышим мы упрёки от родных, что работаем на мусорках одних…»

КАШИН: Паяц!

Кречетова смеётся и идет в свой кабинет. Кашин собирает вещи, а Гришин возвращается к столу.

13

У мусорки стоят следователь Куприянов, участковый Трубников и дворничиха Сидорова. Дворничиха рыдает навзрыд.

ТРУБНИКОВ: Сидорова, успокойся! Он мертвый, его не надо бояться.

СИДОРОВА: Тебе легко говорить, а я его руками трогала.

ТРУБНИКОВ: Он же тебе ничего не сделал.

КУПРИЯНОВ: Как малое дитя, в самом деле. Сидорова, возьмите себя в руки и прекратите истерику.

СИДОРОВА: Вот если бы вы его первый увидели, я бы посмотрела на вас.

К ним подходит Кашин.

КАШИН: Добрый день.

КУПРИЯНОВ: Привет Кашин!

ТРУБНИКОВ: А это свидетельница Сидорова. Она первая обнаружила труп.

СИДОРОВА: О, Господи! Страх какой!

КАШИН: Уведите её куда подальше, чтобы вопли её не мешали работать.

Трубников вопросительно смотрит на Куприянова. Тот машет рукой.

КУПРИЯНОВ: Веди, участковый. Все равно от неё толку сейчас нет.

Трубников подхватывает Сидорову под руку и ведёт со двора.

СИДОРОВА: Это теперь как же я буду в ящики мусор высыпать? Мне же он теперь везде мерещиться будет.

Кашин и Куприянов подходят к мусорному баку. В баке лежит мёртвый Колымагин с воткнутым в грудь по рукоять ножом. Кашин надевает перчатки и брезгливо проверяет пульс у убитого. Потом вынимает нож и прячет его в целлофановый пакет. Пакет закрывает и кладёт в портфель. Снимает перчатки и бросает их на Колымагина.

КАШИН: Ну, здесь всё понятно.

КУПРИЯНОВ: Когда его убили?

КАШИН: Сегодня. Точнее скажу, когда сделаю вскрытие.

КУПРИЯНОВ: Это будет долго?

КАШИН: Ну, как тебе сказать?

КУПРИЯНОВ: А быстрее нельзя? Посмотри на него сам. Бомж. Кто его искать будет? Напишем, что умер своей смертью. Быстро дело закроем и разбежимся?

КАШИН: Я хоть сейчас готов подписать протокол.

КУПРИЯНОВ: Идет. Я подготовлю документы и через час буду у тебя в отделе.

КАШИН: Там всё и порешаем.

14

Дом Шереметьевых затянут в строительные леса, которые прикрыты сверху сеткой зеленого цвета. Гришин подходит к дому и ныряет с проем, ведущий к парадной двери.

15

Гришин входит в здание и, минуя работающих строителей, поднимается по широкой мраморной лестнице на второй этаж дома Шереметьевых.

Проходит по анфиладе, состоящей из нескольких комнат, и входит в комнату, где были найдены драгоценности. В тайной комнате без окон установлены по углам четыре небольших прожектора, которые освещают все помещение.

От их света, разложенные по полу золотые и серебряные предметы, отливают загадочным блеском. Музейный работник Ниязова и Следователь Половенко раскладывают антиквариат по кучкам. Половенко, заметив Гришина, подходит к нему.

ГРИШИН: Привет, Гена.

ПОЛОВЕНКО: Здорово, Костя.

ГРИШИН: Где мой клиент?

ПОЛОВЕНКО: Сидит в нише. Мы его не трогали.

Половенко подводит Гришина к нише, где располагается высохший труп (мумия) неизвестного, сидящего в кресле среди драгоценностей. Одежда на нем хорошо сохранилась. Руки и ноги опутаны верёвками. Гришин подходит к нему ближе.

ГРИШИН: «И злой Кащей над златом чахнет…»

НИЯЗОВА: Хорошо сохранился.

Гришин вопросительно смотрит на Ниязову.

НИЯЗОВА: Ниязова… Александра… Старший научный сотрудник Исторического музея.

ГРИШИН: Гришин… Костя… Младший криминалист экспертного отдела Следственного Комитета.

НИЯЗОВА: Почему только младший?

ГРИШИН: Не дорос.

Ниязова оценивает рост Гришина.

НИЯЗОВА: Я бы так не сказала.

ГРИШИН: Мое начальство так не считает.

Они пожимают друг другу руки.

ГРИШИН: Рад познакомиться.

НИЯЗОВА: Я тоже.

Половенко показывает на комнату и нишу, в которой сидит покойник.

ПОЛОВЕНКО: Доступ воздуха в эту комнату был ограничен, поэтому он и сохранился.

НИЯЗОВА: Если вам понадобиться консультация – я рядом.

Гришин кивает. Ниязова продолжает описывать драгоценности. Гришин проводит внешний осмотр. Ниязова заинтересовано следит за Гришиным.

ГРИШИН: Причину смерти определять буду, когда проведу вскрытие.

ПОЛОВЕНКО: Причина и так видна. Истощение. Его кто-то связал и бросит умирать от голода.

Гришин достает диктофон, включает его:

ГРИШИН: Сегодня 20 октября, 16 часов. Я эксперт Гришин провожу внешний осмотр трупа, найденного в доме Шереметьевых.

Половенко внимательно слушает Гришина, хмыкает.

ГРИШИН: Рост – 156 сантиметров, вес – приблизительно 48 килограммов. Видимых внешних повреждений нет.

Тихо работает диктофон, фиксируя слова Гришина. Он открывает рот покойника. Во рту обнаруживает золотые монеты.

ГРИШИН: Во рту находятся золотые монеты.

Он вынимает из специального чемоданчика пинцет. Им достает монеты и сразу упаковывает в целлофановый пакетик. Ниязова обращает внимание на монеты. Половенко подходит ближе, чтобы рассмотреть их.

ПОЛОВЕНКО: Вот это да! Эта находка подтверждает вечную истину: жрать захочешь, и камень хлебом покажется.

К Гришину подходит Ниязова и показывает на монеты.

НИЯЗОВА: Что вы делаете?

Гришин вопросительно поворачивается к ней.

НИЯЗОВА: Их забирать нельзя. Это золотые монеты, чеканенные во времена Екатерины Второй.

Гришин улыбается ей в ответ.

ГРИШИН: Александра, ценными историческими артефактами они станут только после завершения расследования этого уголовного дела.

Гришин показывает на труп, сидящий на стуле и связанный по рукам и ногам.

ГРИШИН: А на данном этапе – это вещественные доказательства с месте преступления.

16

Кашин сидит за столом, сочиняя протокол патологоанатомического исследования трупа. Гришин прячет в ящик стола пакетик с золотыми монетами. Он кладет их рядом с пистолетом. Затем в компьютере ищет информацию о доме Шереметьева. В отдел заходит следователь Куприянов.

КУПРИЯНОВ: Здорово, честной компании!

ГРИШИН: Привет, коли не шутишь.

КАШИН: Уже здоровались.

КУПРИЯНОВ: Я не опоздал?

ГРИШИН: Смотря к чему? Если на раздачу орденов и медалей, то ты за нами. Если для получения выговора или чего более, то ты первый.

КУПРИЯНОВ: Спасибо, добрый ты наш.

ГРИШИН: Пожалуйста.

Куприянов подходит к Кашину и выкладывает у него на столе документы.

КУПРИЯНОВ: Вот, Виктор Петрович, принёс, как мы договаривались.

КАШИН: Я тоже не сидел, сложа руки. Все подготовил. Вот протокол обследования, а вот вскрытия…

ГРИШИН: Опять влетишь, Кашин.

КАШИН: Не каркай!

КУПРИЯНОВ: Да его никто не кинется, капитан, бомжа этого. Если бы ты его увидел, Костя, то сам согласился быстренько прикрыть это вонючее дело.

КАШИН: Мне нужно внести его данные в документы. Ты выяснил, как его фамилия?

КУПРИЯНОВ: А что её выяснять. При нём документы были. Пиши.

Кашин берёт ручку, пододвигает к себе протоколы и готовиться писать.

КУПРИЯНОВ: Фамилия у него: Кашин.

ГРИШИН: Ничего себе! Это случайно не ваш родственник, Виктор Петрович?

КАШИН: В гробу я видел таких родственников! Что, мало Кашиных в Петербурге? Однофамилец это. Понятно.

ГРИШИН: Понятно.

Кашин записывает, потом поднимает голову на Куприянова.

КАШИН: А имя и отчество?

КУПРИЯНОВ: Виктор Петрович.

ГРИШИН: О! Полный тезка, значит. Вы бы паспорт у него проверили, Виктор Петрович? Может, действительно, родную душу встретили? А то всё один, неприкаянный ходите.

КАШИН: Уже не встречу. Покойник он.

ГРИШИН: Жаль. Но это хороший знак.

КАШИН: С чего ты взял?

ГРИШИН: Может быть, эта смерть вам предназначалась, а он её забрал.

КАШИН: Не говори ерунды. Я по помойкам не шляюсь.

ГРИШИН: Ещё не вечер.

КАШИН: Костя, наши пути идут параллельно. Они никогда не пересекутся ни на этом, ни на том свете.

ГРИШИН: Эйнштейн в своей теории относительности утверждал обратное.

Кашин машет рукой и протягивает документы Куприянову.

КАШИН: Готово.

КУПРИЯНОВ: Приятно с тобой иметь дело, Виктор Петрович.

КАШИН: Опыт не пропьешь…

Куприянов быстро прячет документы в папку.

КУПРИЯНОВ: Я пошел…

ГРИШИН: Иди. Тебя здесь никто не держит.

Куприянов уходит.

17

Половенко набирает на мобильнике номер и прикладывает трубку к уху. Ему отвечает Гришин.

ПОЛОВЕНКО: Костя, что показало вскрытие нашего свеженького трупа?

ГРИШИН: Наш свеженький труп не такой уж свеженький, Гена. Клиент умер своей смертью предположительно в январе 1942 года от голода.

ПОЛОВЕНКО: Это точно?

ГРИШИН: Обижаешь, Гена. Экспертиза сейчас достигла огромных высот.

ПОЛОВЕНКО: А она, эта ваша экспертиза случайно не может назвать имя и фамилию этого трупа?

ГРИШИН: К сожалению, это придется выяснять тебе.

ПОЛОВЕНКО: Жаль. Ну, и за это спасибо.

18

В отдел входит Кречетова. Кашин поднимается из-за стола.

КАШИН: Ольга Львовна, разрешите доложить о быстром выполнении вашего задания.

КРЕЧЕТОВА: Какого задания?

КАШИН: О найденном трупе на мусорке.

КРЕЧЕТОВА: Спасибо. Надеюсь, что прокуратура не будет его возвращать нам на доследование.

КАШИН: Ну, что вы, Ольга Львовна. Там и без нас всё ясно, как Божий день.

ГРИШИН: Если не считать, что труп сам себя зарезал ножом. В спину…

Кашин удивленно вскидывает брови.

КАШИН: А ты откуда знаешь про нож?

ГРИШИН: Из анекдота. Труп упал на нож одиннадцать раз.

КАШИН: Мой не падал. Согласно судебно-медицинской экспертизе, мой умер собственной смертью.

ГРИШИН: А причем здесь нож?

КАШИН: Какой нож? Что ты меня путаешь? Никакого ножа не было.

КРЕЧЕТОВА: Хочу обрадовать вас, Виктор Петрович, что я подала в финансовый отдел рапорт на выплату премиальных по итогам работы за месяц.

КАШИН: Спасибо, Ольга Львовна. Я себе новую удочку куплю. Чтоб на пенсии рыбку ловить…

КРЕЧЕТОВА: Ну, вы здесь радуйтесь этой новости, а я на обед пошла.

У Кречетовой звонит телефон. Она отвечает на звонок.

КРЕЧЕТОВА: Слушаю, Офелия Шахволадовна? Что-то со Славиком? Нет… А что мама? Поняла. Сейчас буду.

КАШИН: Что-то серьезное, Ольга Львовна?

ГРИШИН: Что от вас хотела загадочная Офелия Шоколадовна?

Кречетова вздыхает.

КРЕЧЕТОВА: В саду сегодня будет проводить санобработку в связи с карантином. Заведующая попросила срочно забрать детей.

ГРИШИН: Может я чего-то не знаю, Ольга Львовна. У вас есть дети детсадовского возраста?

КРЕЧЕТОВА: Костя, не хами… Неужели, я так плохо выгляжу?

Гришин понимает, что сморозил глупость.

ГРИШИН: Я не хотел вас обидеть.

КАШИН: Внуки, Костя. У Ольги Львовны есть замечательный внук Слава.

Кречетова машет рукой.

КРЕЧЕТОВА: Ему простительно, Виктор Петрович. Он у нас новенький. Ещё не успел изучить всю мою родословную.

ГРИШИН: Я постараюсь, Ольга Львовна. Со временем. Обещаю.

Кречетова уходит. Гришин вздыхает.

ГРИШИН: Неудобно получилось…

Кашин собирает бумаги, лежащие на столе, в одну стопку. Ручки и карандаши определяет в стаканчик.

КАШИН: Костя, ты идешь на обед?

ГРИШИН: Сегодня я буду поститься.

КАШИН: По церковному календарю пост ещё не начался.

ГРИШИН: Виктор Петрович, мой пост связан не с великой верой во Всевышнего, а с элементарной нехваткой денежных средств. Я сейчас на мели.

КАШИН: Может, тебе одолжить?

ГРИШИН: Премного благодарен. Но не стоит меня развращать. Я должен сам научиться планировать свой бюджет. Если я сейчас возьму у вас деньги, мне их нужно будет потом отдать?