# Живая сила и разум воды для исполнения желаний и продления молодости

Алексей Линберг

Тайна могущества водной стихии разгадана! Древнее знание – наследие азиатских шаманов – после долгих веков забвения возвращается к людям. Таинство, позволяющее грамотно вступить в контакт с водой, раскрыть ее чудесные возможности, получить от нее огромную силу, теперь доступно и вам! Вы сможете самостоятельно инициировать воду, получив доступ к святая святых – идеальной матрице жизни, записанной в ее жидкокристаллической структуре. В этой книге – одна из немногих по-настоящему действенных, работающих методик получения помощи от воды, этой живой, одушевленной, наделенной разумом и сознанием дружественной человеку силы.

## Вступление. древнее знание возвращается к людям

Много лет назад мой отец, будучи гидротехником, принимал участие в строительстве гидроэлектростанции в одном из небольших азиатских государств и вернулся оттуда заметно изменившимся. Встречая его в аэропорту после почти двухгодичной разлуки, я не сразу узнал своего пятидесятилетнего папочку: он выглядел не больше чем на тридцать пять!

Сначала я решил, что иллюзию молодости создает азиатский загар, но приглядевшись, увидел, что дело не в этом: на его лице почти не было морщин, и что меня больше всего поразило – явно уменьшилось количество седых волос.

Я тогда пошутил по этому поводу: мол, не побывал ли он в Азии у какого-нибудь местного шамана, который поделился с ним секретом вечной молодости? Отец в ответ отшутился, и разговор на этом закончился.

Но главные сюрпризы ожидали меня впереди. Отец помолодел не только внешне – он стал гораздо энергичнее, бодрее и веселее. Раньше, бывало, он жаловался на здоровье – частые экспедиции в жаркие страны вовсе не укрепляли его организм. Теперь я ясно видел, что отец вполне здоров!

Будучи тогда двадцатилетним студентом, я смотрел на отца со все возрастающим удивлением. Временами мне бывало странно, как этот молодой человек может быть моим отцом. Со стороны его теперь скорее можно было принять за моего старшего брата.

Вскоре отец женился – после почти девятилетнего вдовства (моя мать умерла от неизлечимой болезни, когда мне только исполнилось одиннадцать). Все эти годы он очень тяжело переживал потерю, старел на глазах, отчего в конечном итоге стал выглядеть старше своих лет. Тем неожиданнее оказались для меня происшедшие с ним перемены.

Избранница отца была моложе его почти на двадцать лет. После его женитьбы в нашей жизни все окончательно запуталось. Его молодая супруга родила одного за другим двоих детей, мальчика и девочку. А затем и я обзавелся семьей – и теперь мои собственные дети являются почти ровесниками моих же сестры и брата. А у отца, соответственно, внуки и дети одного возраста.

Отцу недавно исполнилось девяносто. Врачи говорят, что сердце у него лучше, чем у многих сорокалетних. Выглядит он от силы на шестьдесят пять. При этом утверждает, что в душе ему никак не больше двадцати пяти…

Тайна его чудесного преображения не давала мне покоя долгие годы. И так и этак я расспрашивал отца, пытался выведать эту тайну – но он либо отшучивался, как прежде, либо просто отмалчивался. Только один раз сказал: «Придет время – узнаешь», чем только больше раззадорил мое любопытство.

Волею судьбы это время настало раньше, чем планировал отец.

Он был в очередной командировке, когда мне потребовался какой-то документ, и я вынужден был открыть ящик его письменного стола.

На глаза мне попалась странная папка – безо всяких обозначений, кроме каких-то цифр и букв на обложке, похожих на шифр или какой-то код. Я открыл эту папку, думая, не там ли нужная мне бумага – но в ней оказалось что-то совсем другое: толстая синяя тетрадь и пачка фотографий.

Я хотел было закрыть папку – в нашей семье четко соблюдалось правило не заглядывать в чужие бумаги без крайней необходимости – но на пачке фотографий в моих руках лопнула стягивающая ее аптечная резинка, и они рассыпались. И я не смог оторвать глаз от увиденного.

На черно-белых фотографиях оказались запечатлены какие-то свитки с непонятными письменами. Каждая фотография была пронумерована – наподобие страниц в книге. Насколько можно было понять по фото, свитки были довольно древними. Я пытался разобрать текст на них – и понял лишь то, что это совершенно не похоже ни на один из знакомых мне языков.

Отец явно привез это из командировки – но зачем? Он ведь гидротехник, а не лингвист и не археолог. Что за свитки на непонятном языке?

В общем, любопытство пересилило все прививаемые мне с детства правила приличия, и я открыл синюю тетрадь.

Страницы оказались сплошь исписаны мелким отцовским почерком. Довольно скоро я разобрался, что это – перевод тех самых текстов, что были на фото, потому что страницы оказались пронумерованы в полном соответствии с цифрами на снимках. Перевод явно не полный, фрагментарный – где-то были пропущены слова и даже целые строки.

Часто встречались слова про какой-то Дух Воды, священную реку, лунный календарь, известные лишь посвященным заклинания…

Я ничего не понял. Почерк был явно отцовский. Но все это не вязалось с ним – советским ученым, атеистом, материалистом. Он никогда не был склонен к мистике и всяким разговорам про духов.

Я снова начал вникать в текст, и наконец до меня дошло, что речь идет о воде, и не о простой воде, а о воде, обладающей тайной силой, дающей молодость, долгие года жизни и здоровье.

Когда я дочитал синюю тетрадь до конца, начисто забыв о том, для чего полез в отцовский стол, мне все стало окончательно ясно. Тайна отцовского омоложения лежала передо мной.

Когда отец вернулся, я долго сомневался, признаться ли ему в своей находке. И в итоге решил сказать все как есть.

Отец к моему удивлению не рассердился, когда я сообщил, что ненароком узнал о его тайне. Он попросил меня только об одном: хранить все в секрете. Шел конец семидесятых, самые, как говорится, застойные годы, страной единовластно правила коммунистическая партия, а мой отец состоял в ее рядах. За распространение «антинаучных» знаний он, ученый, мог запросто лишиться партбилета, что тогда означало конец карьеры, а значит, и нормальной благополучной жизни. Меня по молодости лет никакие репрессии не пугали, но я пообещал отцу, что буду молчать. И он рассказал мне, что произошло в той азиатской стране.