Юлия Жердева
Кольцо Хранителя снов

Спасение дедушки

Налетевший дерзкий осенний ветер, колкий и пронзительный, нагло сорвал последнюю листву с деревьев и тут же стремительно разбросал её по мокрой, блестящей мостовой, прибавляя работу дворникам. Приближался вечер, поэтому на улицах мягким желтым светом зажглись уличные фонари, а за ними и в окнах, то тут, то там появлялся теплый гостеприимный свет. Ветру быстро наскучил этот город, ничем не выделяющийся из остальных, поэтому он резко сменил направление и улетел на поиски новых приключений, решив пошалить на прощанье, загоняя несколько золотистых листьев в приоткрытую форточку.

– Вот это да, – удивилась зеленоглазая девочка, заглядывая на кухню.

Прикрыв форточку, она присела на корточки, с удивлением разглядывая рыжеватую листву, под цвет своих золотистых локонов, непонятно, каким образом появившуюся на полу и расположенную то ли в форме круга, то ли – кольца.

Мила, а нашу героиню звали именно так, поиграла с листьями и начала расставлять тарелки к ужину, то и дело поглядывая в окно. Девочка ждала родителей, которые почему-то сегодня задерживались на работе. Она была совсем взрослая, – в мае ей исполнилось семь лет, поэтому с первым осенним днем Мила пошла в школу, а со следующего понедельника начинались осенние каникулы, а значит, можно было опять беззаботно играть с Андреем.

Из соседней комнаты доносился разговор ее бабушки Ады Иосифовны и соседки Прасковьи Кирилловны – бабушки Андрея. Перед тем как дверь закрылась наглухо, до нее донеслась фраза:

– А ведь он так и не крестился, что делать – ума не приложу.

Дальше можно было не продолжать, – Мила догадалась, что разговор опять зашел о дедушке. Он единственный некрещеный в их семье, бабушка всегда переживала, что даже записку в церкви о его здравии она не может подать. Все разговоры с ним ни к чему не привели, даже священник – отец Александр, пытавшийся объяснить всю значимость и важность таинства Крещения, потерпел фиаско. Подобные разговоры затягивались надолго, но, к ее удивлению, обе неразлучные подружки устремились на кухню.

– Внученька, – голос бабушки был подозрительно ласков, – детка, собирайся, сегодня ты поспишь в гостях у Андрея. Родителей задержали важные дела, они поздно приедут, а мне нужно вернуться на дачу.

Мила была просто поражена, – переночевать вместе с Андреем! Значит, подушная атака и машинные гонки обеспечены. Жаль, что придется засыпать без маминой сказки, но завтра можно попросить прочитать сразу две. Все эти мысли моментально пронеслись у нее в голове со скоростью кометы, и, не задавая вопросов, девочка окунулась с головой в сборы. Три машины, две куклы, плюшевый шоколадный мишка, дудка, подушка, и лишь паровоз упорно не хотел помещаться в руках. Но и без него Мила не могла сдвинуться с места, чтобы что-нибудь не выронить. Бабушка вошла в детскую комнату, всплеснула руками и сразу разоружила внучку, оставляя из огромного Милиного снаряжения мягкую игрушку.

Спустя несколько минут вся компания, состоящая из двух бабушек, Милы и Андрея, дружно пила чай с мятой, который так нравился всем и который умела заваривать только Прасковья Кирилловна. Взрослые продолжали начатый разговор и были чем-то озабочены. Поэтому за девочкой не было обычного контроля, чем она тотчас поспешила воспользоваться: вместо положенных двух конфет съела семь, а еще четыре были надежно спрятаны в карманчике с белыми кружевами. Можно было бы спрятать и больше, но, к сожалению, карман кофты был маленький, поэтому не слишком гостеприимный. Андрей, с завистью наблюдавший за исчезновением конфет, тоже предпринял попытку провести аналогичную операцию похищения и уничтожения печенья, но перехватил строгий взгляд Прасковьи Кирилловны, и его рука так и зависла над последним девятым печеньем. Оно так и осталось одиноко лежать в вазе. Чаепитие закончилось. Все поблагодарили за чай, бабушка поцеловала внучку и, пожелав всем спокойной ночи, удалилась. Мила растерянно смотрела ей вслед, но Прасковья Кирилловна, не дав девочке опомниться, увлекла ее в ванную комнату. Так Мила оказалась под душем. Потом ее извлекли, облачили в ночную сорочку и доставили на первый ярус двухэтажной кровати. Настала очередь Андрея. Соседка скрылась с ним в ванной, а девочка стала рассматривать комнату. Она была не такой светлой, как обычно после обеда, когда они играли. Это потому, что уже поздний вечер, догадалась Мила, рассматривая зажженный ночник. Здесь царил почти идеальный порядок. Правда, шкаф не закрывался из-за наспех набросанных игрушек, а находящиеся в комнате стулья стояли почему-то вверх тормашками или лежали на боку. «Вероятно, это запчасти от нашей ракеты», – подумала про них Мила. Помимо перечисленного, здесь были стол, полки и диван, а подвижную часть комнаты представлял бело-рыжий кот Андрея – Макс. Вот и сейчас он соскочил с подоконника, где до этого разглядывал луну, изредка пытаясь дотянуться до нее лапой, правда, каждый раз наталкиваясь на стекло. В итоге он оставил это неблагодарное занятие и направился к девочке, заранее подставляя шейку. Мила почесала кота, как раз в это мгновенье в дверях появилась Прасковья Кирилловна с внуком.

– Сейчас же брысь, – скомандовала Прасковья Кирилловна, приметив пушистый хвост в белоснежной постели, – брысь, кому говорю.

Кому она говорила, для Макса так и осталось загадкой, поскольку он не только не сдвинулся с места, но даже и не подумал об этом. Прасковья Кирилловна начала его стаскивать с постели, но он успел во что-то вцепиться и в таком виде – с покрывалом в лапах – был вынесен из комнаты. Бабушка Андрея была чрезвычайно довольна тем, что Макс оказался у нее в руках и что ей сегодня не пришлось бегать за ним по всей комнате, как это обычно происходило каждый вечер. По дороге на кухню Прасковья Кирилловна постоянно причитала:

– Сколько раз тебе говорить, чтоб ты не спал в детской комнате. Ты же – ходячая инфекция. Когда ты это наконец-то поймешь?

Отделив кота от покрывала, она зашла пожелать ребятам спокойной ночи и, плотно закрыв дверь, удалилась. К счастью для Макса, она так и не заметила, как он успел прошмыгнуть обратно, через закрывающуюся дверь, едва не прищемив пушистый хвост. Он как ни в чем не бывало шмыгнул на свое излюбленное место – подоконник, продолжая астрономические наблюдения луны. В Андрея полетела подушка, но он не стал продолжать сражение, а шепотом позвал девочку.

– Мила, а я знаю, что случилось. Случайно услышал от наших бабушек за чаем, пока ты конфеты добывала.

– Они же так тихо говорили, совсем неслышно.

– Ничего, у меня слух хороший, да и сидел я ближе к ним. Так вот, – твой дедушка вчера пропал. Он позвонил, что выезжает с дачи, но до дома так и не доехал. Мой папа вызвался его искать и также таинственно исчез. Сегодня твои и мои родственники отправились на их поиски вместе со многими мужчинами из нашего дома и с собаками. А твою бабушку не взяли, тогда она поехала на дачу: искать священника – отца Александра, чтобы за всех помолился и отслужил молебен.

Мила возмущенно села на кровати:

– А почему нас не взяли?

– Наверное, потому что маленькие.

– Маленькие? Да нам же по семь лет, скоро восемь. Может быть, на них напали разбойники или пираты, мы бы с ними сразились. Мы ведь едим кашу на завтрак, а значит, с каждым днем становимся все сильнее.

– Ну да, – подхватил Андрей, – смотри, как я разделываюсь с пиратами.

Он соскочил с постели, швырнул подушку на диван и принялся ее нещадно мутузить. Мила присоединилась к нему, стараясь не меньше. Битва бы еще продолжалась долго, но неожиданно Андрей прервал свое занятие и прислушался.

– Бабушка идет, по местам, – раздалась его командирская команда.

Спустя минуту они вместе с подушками-пиратами дружно лежали в своих постелях и «спали». Прасковья Кирилловна с легким скрипом приоткрыла дверь, шепотом позвав кота. Макс, естественно, даже и не думал откликаться. Тогда она вошла в комнату, поправила одеяла у детей и безрезультатно поискала кота под диваном, кроватью и шкафом, так и не заметив его за шторой, на подоконнике. Устав от поисков, она покинула комнату, плотно закрыв за собой дверь.

Андрей выглянул из-под одеяла:

– Ну, наконец-то, ушла. Так что будем делать? – поинтересовался он, слезая с кровати.

– Давай молиться. Моя бабушка говорит, что молитва – самое сильное оружие, – шепотом предложила Мила.

– Давай, – отозвался ее друг, беря кота на руки, – давай всю ночь, а?

– Согласна, – и Мила начала бойко читать, – Отче наш и… Ой, Андрей, я забыла молитву, а она ведь самая главная. И что нам теперь делать?

Мальчик задумался, почесал Макса и предложил молиться своими словами. Мила обрадовалась и начала думать о том, как правильно подобрать слова в молитве, чтобы их обязательно услышал Господь. Думала она долго, но потом на свет появилась следующая молитва:

– Господи, услышь нас, пожалуйста, пусть мой дедушка и папа Андрея вернутся живыми и невредимыми. Если они в плену у пиратов, помоги им их победить. А еще пусть мой дедушка решит креститься, чтобы бабушка больше не переживала, что он некрещеный. Ну как?

Последние слова относились к Андрею, но слов одобрения Мила так и не услышала. Ее друг безмятежно спал на полу, крепко прижимая к груди недовольного Макса, у которого, видимо, на эту ночь были несколько иные планы. Девочка возмутилась, вытащила кота, и прилегла рядом, на плюшевый коврик, и, гладя Макса, думала: «Стоит ли будить Андрея или самой продолжать молиться всю ночь?» Мила приняла решение молиться без Андрея, но в это же мгновение, незаметно для самой себя, уснула. Макс обреченно вздохнул, миновать руки одного спящего ребенка, чтобы попасть ко второму, это для него было слишком. Но, после двух ленивых попыток освободиться, на третьей – кот тоже присоединился к детям.

Лунный луч, заглянувший в комнату, должно быть, сильно удивился, увидев эту компанию, спящую на плюшевом коврике, но так как он был очень воспитанным лучом, то ничего не сказал, а решил не мешать спать детям, и потихоньку стал покидать комнату.

– Да это же лунный луч, – Мила, широко открыв глаза, в последний момент умудрилась ухватиться за него, – Андрей, помоги.

Ее друг присоединился, и они уже вдвоем держались за конец луча, который неумолимо двигался к окну, увлекая за собой детей. Макс, ощутив вкус свободы, внезапно рванул вверх по лунной дорожке, достигнув окна, он ударил лапой по задвижке и скрылся через распахнувшееся окно в темно-синем бархатном небосводе.

– Ого, – оценил Андрей и, повернувшись к Миле, спросил, – а зачем нам этот луч?

– Это же элементарно, – от непонимания друга Мила чуть было не разжала руки, – луч откуда?

– От луны, – неуверенно ответил Андрей.

– А Луна где?

– На небе, а что?

– А то, что Бог тоже на небе.

– Кажется, я догадался, – заулыбался Андрей.

– Ну, наконец-то, – облегченно вздохнула Мила.

В это мгновенье луч подтянул их к окну и выскользнул из комнаты. Дети тоже миновали распахнутое окно и очутились в воздухе. Освежающий ветер трепал ребятам волосы и, прощаясь с ними, что-то неспешно насвистывал. Их дом стремительно удалялся, вскоре и он, и город с окружающим его лесом остались далеко внизу. Ребята завороженно смотрели на постоянно меняющуюся панораму. Чем выше они поднимались, тем все мельче казалось на земле, но при этом они могли наблюдать, как появлялись рядом с лесом поля, возникали все новые и новые дороги и извилистые, как жилки, речушки. Дети так засмотрелись вниз, что наверх ни разу не взглянули. И очень даже напрасно. Бах! Мила с Андреем оказались в чем-то белом, полупрозрачном и холодном. От удивления они отпустили луч, и он, никем не задерживаемый, быстро поднимался в небо, став недосягаемым для ребят. Вскоре он и вовсе перестал быть видимым в белой пелене.

– Что мы натворили, – расстроилась Мила, вылезая из белого тумана и помогая Андрею, – мы же застряли на облаке, а наш луч улетел.

Перед ними раскинулась только белая туманная пустыня, в которую постоянно проваливались ноги, и, кроме нее, ничего не было. Самое страшное, – что она была везде – сверху, снизу, по бокам. Мила заплакала.

– Тише, тише, ты слышишь? – шепотом спросил Андрей.

– Нет, ничего я не слышу, я хочу домой, – уже навзрыд рыдала девочка.

Андрей начал осторожно продвигаться налево и вскоре, запустив руку в белую пелену, извлек из нее что-то, отдаленно напоминающее кота.

– Макс! – в оба голоса закричали обрадованные ребята.

– Дети, нельзя в облаках громко кричать, к тому же, что вы здесь делаете, да еще с котом?

Мила, Андрей и полузамерзший Макс моментально обернулись на голос. Их взору предстал высокий, симпатичный, улыбающийся юноша в темно-синем костюме, расшитом золотыми звездами и полумесяцами. Изящно уложенные черные волосы, волной спадающие на плечи, были обрамлены золотым обручем, на плече висела потертая холщовая сумка, которая никак не подходила к костюму, а сам он стоял на небольшой лодочке (также украшенной звездами и полумесяцами), держа в руках тонкое, резное золотое весло.

– Вы Дед Мороз? – неуверенно спросил Андрей. Тот отрицательно покачал головой.

– Неужели – волшебник? – тут же выдохнула Мила.

– Что вы, что вы, ребята, – заулыбался незнакомец. – Я – просто Хранитель. Меня зовут Рад.

– Хранитель чего? Что вы храните? – поинтересовался Андрей.

– Конечно, сны, что же еще? – буднично ответил Хранитель, забирая кота и устраивая его на борту, кивком приглашая и ребят следовать за собой. Они не заставили себя долго ждать, моментально очутившись в маленькой уютной лодочке. Юноша, стоя, легко работая веслом, развил неплохую скорость, при этом насвистывая какой-то веселый мотивчик.

– Ну вот мы и приехали, – весело проговорил Рад, указывая на показавшуюся в этом сплошном белом тумане скалу и небольшой полукруглый уступ перед ней. Лодка заплыла на уступчик и остановилась, неожиданно часть скалы повернулись, а вся компания оказалась внутри – в большом полутемном помещении, освещенном только изредка развешенными по стенам факелами. Заметив, что дети не в восторге от полумрака, Хранитель пообещал зажечь свет. Да, он именно зажег, а не включил его: взяв ближайший факел, он поднес его к камину и к огромной старинной люстре. Огонь наполнил помещение уютом, теплом и веселым треском дров.

Покинув лодку, Макс первым делом побежал к камину греться, а детей Рад пригласил отведать чаю. Сидя за огромным деревянным столом, ребята изо всех сил крутили головами, осматривая комнату. Она была величиной с небольшой зал, стены были сложены из темного камня, рядом с камином стоял массивный дубовый шкаф, а напротив – витая, старинная деревянная лестница.

– С чем чай будете пить? – осведомился Хранитель.

– А что, есть варианты? – удивился Андрей.

Зато Мила не растерялась:

– С тортом или пирожными. И, если можно, с шоколадными конфетами, – дома девочку из-за аллергии ограничивали в шоколаде, но в гостях, да еще и без родных, нужно было пользоваться ситуацией.

– Ну, конечно, все можно, – заулыбался Рад, ставя на стол свою небольшую, изрядно потрепанную сумку и доставая из нее разнообразные предметы.

К изумлению ребят, на столе появились самовар, чашки с блюдцами и ложками, огромный торт, разнообразные конфеты и необыкновенной красоты пирожные. Он также извлек полную миску молока и тарелку жареной рыбы. Отогревшийся Макс не заставил себя долго ждать и, моментально осознав, кто в доме хозяин, начал тереться о ноги Хранителя. Еда тут же была отправлена вниз, к нему, под самый любопытный нос в мире.

Наблюдая, как Рад разливает чай по чашкам из самовара, Андрей все же не утерпел.

– Значит, вы все-таки волшебник, или у вас просто волшебная сумка?

– Нет, – Хранитель поставил чашки перед ребятами, – сумка обычная, просто в нее я иногда кладу сны, которые мне могут пригодиться. Да, совсем забыл убрать ее, – он подошел к стоящей лодке, и она вместе с веслом запросто исчезла в его сумке, которая при этом не стала выглядеть объемней, – ну что, помолимся перед едой?

Мила и Андрей послушно встали, а вот Макс в этот момент разгрызал очередную рыбу и явно не желал отвлекаться от этого занятия. Пришлось молиться без него. Хранитель просто прочитал молитву «Отче наш», а Мила внимательно слушала и пыталась сохранить ее в памяти. Знакомые слова рождали образы то неба, то хлеба, то долгов в виде свитков. Потом все пили необыкновенно душистый чай, наполненный травами и солнечным теплом.

– Этот чай постоянно снится одной бабушке, он из ее детства, а те конфеты – из старинных восточных снов, – пояснял ребятам Хранитель Рад. После чаепития он прочитал благодарственную молитву и спросил ребят, как их зовут и из какого они сна.

– Я – Мила, это – Андрей, кот – Макс, только мы не из сна, мы упустили лунный луч и застряли в облаке. Наши родные потерялись, поэтому мы ищем Бога, чтобы Он нам помог.

Рад улыбнулся, подошел к шкафу, достал коробку со свитками и начал их просматривать.

– Это сны этой ночи, если ваши родные сейчас спят, мы сможем их найти.

– А если нет? – с замиранием сердца поинтересовалась Мила.

– Значит, можно подождать, когда они уснут, – улыбнулся Рад, – а вот и нужные сны.

Хранитель взял два свитка, развернул их и стал внимательно изучать.

– Ну вот, – наконец произнес он, – родные Андрея сейчас не спят, а твой дедушка начал засыпать, свиток еще не прочитан, значит, он пока еще свой сон не видит.

– А где они сейчас? – наперебой спрашивали ребята.

Рад развел руками:

– Можно только войти в его сон и спросить его самого, – где они сейчас находятся. Но я сейчас занят, поэтому не могу заглянуть к нему в сон. А вот если у вас будет желание попутешествовать, я смогу вас туда отправить.

– Да, конечно, у нас есть такое желание, – наперебой кричали ребята, прыгая от радости.

– Тогда слушайте меня внимательно. Кот погостит у меня, а то вдруг еще потеряется во сне, – Макс, объевшись рыбы, сейчас преспокойно спал и, похоже, не рвался ни в какие приключения. Рад еще раз внимательно взглянул на свиток, – здесь записаны сразу два сна. Первый сон связан с его детством. Да, – Хранитель читал свиток, и его лицо все больше и больше озарялось улыбкой, – заодно и посмотрите, почему он не крестился, – Хранитель окинул взглядом ребят, они согласно кивнули. – Потом сразу начнется второй сон, который, как я погляжу, связан с их недавним путешествием. Сидите тихо между этими снами, ведь, если вы его разбудите, вам придется ждать, пока дедушка снова заснет, так как дорога в сны открыта, только когда свиток читается, а прочесть его может только тот, кому он предназначен во время своего сна. Итак, ваша задача – вернуться до того, как он проснется. Рад заглянул в самый конец свитка и зачитал отрывок: «Облака, заслоняющие солнце, стали рассеиваться, дождь перестал моросить. Солнечный луч упал на росинку, и она заискрилась всеми цветами радуги, но поднявшийся ветер не пощадил ее алмазную красоту и смахнул ее с цветка. Росинка лишь успела вымолвить «Кап», но тут же оказалась в небольшом ручье. Отовсюду доносились такие же дружные «Кап, кап», это ее подружки тоже пострадали от хулиганских выходок ветра. Послышался шорох, и к ручью подошли два уставших путника и начали пить, счастливо улыбаясь друг другу, не слыша больше ничего вокруг: ни шум ветра, ни капанье алмазных росинок, ни доносившийся лай собак и крики людей, спешащих им на помощь. К путникам подбежала белая маленькая собачка и начала громко лаять». Рад окончил читать и окинул взглядом притихших ребят, – все, после этого он проснется, еще раз повторяю, что вы должны вернуться до этого момента, понятно?

– Да, спасибо, только как мы туда попадем? – поинтересовалась Мила.

Хранитель извлек из своей бездонной сумки два серебряных колечка и мобильный телефон и торжественно вручил их ребятам.

«Вот это да! – подумал про себя Андрей, рассматривая телефон, – даже здесь от прогресса не отстают».

Однако при дальнейшем осмотре оказалось, что телефон имеет всего лишь одну кнопку.

– Да, – кивнул головой Рад, заметив удивленный взгляд ребят, – в случае чего, нажав на кнопку телефона, можно будет связаться со мной. Связь еще с кем-либо не предусмотрена. Кольца надеваете – оказываетесь во сне, снимаете – возвращаетесь назад ко мне. Понятно?

Мила и Андрей переглянулись и надели кольца. В то же мгновенье ребят ослепил такой белый свет, что им пришлось зажмурить глаза. Одновременно с этим они услышали кошачий вопль Макса, которого, вероятно, разбудил такой необычайно яркий свет. Спросонья он ничего не понял, но, будучи слегка трусоватым котом, он решил, что держаться в этом странном месте лучше всего за своих хозяев, и в считанные доли секунды, преодолев расстояние почти в два метра, повис на ком-то из них.

– Что вы делаете в моей комнате? – неожиданно раздался детский незнакомый голос. Мила осторожно открыла глаза – сначала левый, за ним – правый, потом с опаской огляделась по сторонам: на её юбке висел перепуганный Макс, слева, со все еще зажмуренными глазами, стоял Андрей, а перед ними стоял мальчик, в пижаме, с растрепанными рыжими волосами, на вид – их ровесник. Но больше всего Милу поразила комната, где-то она ее уже видела, ну да – это же дедушкина дачная комната. Только она была какая-то другая: не было телевизора, дивана, огромного книжного шкафа, ковров, люстры и многих других вещей. Вместо них царил беспорядок: кровать была разобрана, на полу валялась мятая одежда, мяч и грязная деревянная хоккейная клюшка, на столе стояла чернильница и, как солнце окружают планеты и их спутники, так и ее окружали многочисленные чернильные кляксы различных размеров. Устав висеть, Макс свалился с юбки и в целях безопасности забился под кровать.

– Да уйдем, не переживай, ты нам не нужен, – Андрей, взяв Милу за руку, с решительным видом направился к выходу.

Макс, наблюдая за происходящим, показался из-под кровати, не весь, конечно, а только передними лапами и мордочкой.

– Подожди, – Мила вырвала руку и направилась на рыжеволосого мальчугана, резко указала на противоположную стену, – откуда у тебя портрет моей прабабушки? Сознавайся немедленно, зачем присвоил его себе?

Андрей присоединился к Миле. Не ожидая такого поворота событий, мальчик стал пятиться назад и, дойдя до кровати, умудрился наступить Максу на лапу и завалился на неубранную постель. Макс взвыл и совершил невероятную паркуру по комнате: из-под кровати – на стол, разлив оставшиеся чернила. Далее вскарабкался вверх по занавеске, оставляя на ней чернильные следы, следом шла геройская попытка запрыгнуть на люстру. К сожалению, первая попытка не увенчалась успехом, он промахнулся, но повторил попытку. Браво, Макс, браво! Вторая попытка удалась на славу, – кот победоносно раскачивался на люстре, правда, на занавеске добавилась дополнительная цепочка чернильных пятен. Ребята, забыв про все на свете, смотрели на балансирующего кота с замиранием сердца. Послышались шаги, дверь открылась, и на пороге показалась молодая женщина, словно сошедшая с портрета. Сходство было удивительным, и Андрей с Милой по очереди смотрели то на нее, то на портрет.

– Да, это мой портрет, – подтвердила она, оценивая комнату. – Владик, можно тебя на минуточку, а вы, ребята, проходите в кухню, пирог уже на подходе, сейчас будем пить чай.

Закрыв за ними дверь, женщина стала о чем-то тихо разговаривать с Владиком. Ее слов практически нельзя было разобрать, а вот то, что бубнил Владик, было слышно хорошо: «Да убирал я все как раз», «Ну не успел я еще постель заправить», «Никого я не звал в неубранную комнату, они сами пришли», «Это все их кот натворил», «Да не мучил я его», «Ну, подумаешь, на лапу встал нечаянно, но это все они виноваты», «Да оденусь я прилично, я как раз одевался» и все в том же духе.

– Мила, давай пока уйдем, ведь нам надо искать еще твоего дедушку, – тихо шепнул Андрей.

– Знаешь, а я думаю, что мы его нашли.

– Как это?

– Видишь ли, моего дедушку зовут Владилен, а сокращенно – Владик. Он у меня давно стал совсем седым, но бабушка рассказывала, что когда-то у него были рыжие волосы. А портрет моей прабабушки рисовали на заказ перед ее венчанием, я точно знаю, что это был подарок ее родителей к свадьбе. Мою прабабушку звали Любовь, красивое имя, правда? А здесь почти все, как у нас на даче, кроме обстановки, но бабушка говорила, что раньше это была не дача, а дом в деревне, и здесь жил дедушка с родителями и младшим братом.

– Вот это да, – протянул Андрей, – значит, мы в детстве твоего дедушки. Слушай, а давай уговорим его креститься, пока он маленький, вот и проблемам конец.

Мила не успела ничего ответить, на кухню вошла улыбающаяся мама дедушки и усадила ребят за стол. Пить чай не хотелось, но отказываться было неудобно. На столе появились чашки, ложки, пирог и вазочка с вареньем. Последним появился сам Владик, но уже не в пижаме, а в голубом костюмчике, зато явно не в духе. Сев за стол, он начал сильно стучать ногой по ножке стола, отчего стол начал качаться и скрипеть.

– Владик, – его мама укоризненно покачала головой.

– Я уже семь лет как Владик, – пробурчал он в ответ.

– Да, – сразу заулыбалась мама, – уже семь лет, подумать только, сегодня мы отмечаем твой седьмой день рожденья.

– Ну да, – снова послышалось бурчание, – а подарков-то что-то не видно.

– Не спеши, отец отправился встречать гостей, как они вернутся, мы тебя все вместе поздравим.

С недовольством посматривая на незваных гостей, Владик отрезал себе огромный кусок пирога и начал поливать его вареньем, так, что оно спадало с пирога как Ниагарский водопад. Мила еле себя сдерживала, чтобы не рассмеяться.

– Ты чего? – шепотом спросил Андрей.

– Он мне Карлсона напоминает, только пропеллера нет.

– Да, вылитый, – согласился мальчик.

– Чего это вы там шушукаетесь? – поинтересовался Владик с набитым ртом.

– Да мы просто поздравляем тебя с днем рожденья и… – Мила запнулась, она чувствовала, что должна что-то подарить, но у нее ничего с собой не было, рука автоматически полезла в карман и там неожиданно для себя нащупала телефон Рада, – ой, вы меня извините, я сейчас, только пойду нашего кота проведаю.

Не дав никому опомниться, она вбежала в комнату, Макс мирно спал на люстре, все еще тихонько покачиваясь на ней, но ее кот явно не интересовал, Мила нажала на кнопку, и через секунду уже разговаривала с Радом.

– Нужен подарок? Понимаю. А ты сама, что бы ему хотела подарить?

– Я? – девочка над этим как-то не задумывалась. – Наверное, хорошее настроение, а то он какой-то вечно недовольный, и моей бабушке постоянно с ним тяжело.

Рад рассмеялся:

– Да, прекрасный подарок, только его ленточкой не перевяжешь, и оно появляется в человеке только от добрых дел, какие еще предложения с подарком?

Мила не знала. Хотя, нет, конечно, знала:

– Рад, а можно подарить ему крестик?

– Хорошая идея, но ты увидишь, что он будет среди подарков, а вот коробочку для его хранения, пока он не крестился, можно подарить.

Связь закончилась, рядом с телефоном тут же появилась необычайная шкатулка. Мила от восторга даже замерла: она была сделана, наверное, из хрусталя, так как была полупрозрачной и светилась голубоватым светом. Взяв сокровище в руки, девочка вернулась на кухню.

– Поздравляю, – торжественно произнесла она, протянув подарок дедушке.

– Какая прелесть, я ничего подобного не видела, – восторженно воскликнула мама.

Владик, не вытирая рук, взял шкатулку в руки и, открыв, пренебрежительно швырнул на стол.

– Фи, да она же пустая.

– Владик, ты что, сейчас же поблагодари за подарок.

– Да зачем он мне нужен?

– Владик, – мама начала выходить из себя, но продолжить не успела, раздался стук в дверь, и она, забрав сына, ушла встречать гостей.

– Откуда подарок? – поинтересовался Андрей, оставшись с Милой наедине.

– Рад дал, ты посмотри, что за прелесть, – говорила Мила, бережно вытирая и рассматривая шкатулку. Рассмотрев её, ребята увидели резную вставку на внутренней стороне крышки, изображавшую крещение Спасителя.

Мама вернулась, обняв по очереди детей.

– Спасибо вам, ребята, вы уж Владика извините, он, видно, не с той ноги встал сегодня. Пойдемте в беседку, к столу, все гости уже там.

После чая у Рада, чая здесь, с пирогом, идти еще куда-то есть совсем не хотелось, ребята переглянулись, но послушно поплелись за стол.

Беседка была сделана, видимо, совсем недавно, так как была не покрашена и пахла свежей древесиной.

«Что-то я её не помню, – подумала девочка, – ах да, припоминаю, по просьбе мамы папа что-то разбирал в этом углу, ”чтобы рухлядь на нас не обрушилась”».

Вокруг беседки кружились люди, но никого из них Мила не знала.

– Ребята, не стесняйтесь, я вас сейчас со всеми познакомлю. Вот мой муж, папа Владика, это – младший сын Вячеслав, а там – бабушка и дедушка Владика.

Все дружно кивали и улыбались, а бабушка Владика, хотя и приветливо поздоровалась, так внимательно, изучающее посмотрела на Милу, что та слегка поежилась.

– Мила, а это мой друг Андрей, – в свою очередь представилась девочка.

Их в очередной раз усадили за стол, где вся еда еще была накрыта вышитыми салфетками для защиты от летающих назойливых насекомых. Во главе стола стоял пузатый самовар с баранками, а рядом лежали подарки для Владика. Сюда же мама принесла и Милину шкатулку. Владик со знанием дела подошел к подаркам и, не обращая на остальных никакого внимания, начал их открывать, швыряя упаковку на землю. Все собравшиеся молча наблюдали за раскрытием подарков, кто с умилением, бабушка с явным недовольством, а Мила с Андреем с какой-то растерянностью. Не сказать, что ребята жили в богатых семьях, но на праздники им обычно дарили подарки либо в подарочной упаковке, либо в красивых пакетах. Но, как подумала Мила, раньше на Руси, видимо, просто не было подарочной упаковки, вместо нее все подарки были завернуты в грубую коричневую бумагу, хотя нет, один подарок находился в маленьком, самодельном, вышитом мешочке.

«Вероятно, его вышила бабушка», – подумала Мила.

Возможно, что именно из-за вышивки беленький мешочек первым привлек внимание Владика. Но, заглянув в него, он явно разочаровался и, не вынимая подарок, тотчас отложил в сторону. Другим подаркам повезло больше. Из бумажных упаковок появились деревянные солдатики, футбольный мяч и нарядная белая рубашка. Рубашку постигла та же участь, что и мешочек, – она тут же была предана забвению, зато солдатики и мяч пошли на ура. К Владику тут же присоединились Вячеслав и Андрей и, позабыв про все на свете, мальчишки играли в войну с солдатиками, а когда у них отломались почти все ружья, принялись носиться с мячом. Мила не участвовала ни в войне, ни в футболе. Ковыряя салат вилкой в своей тарелке, она только делала вид, что с восторгом смотрит на забавы мальчиков. Но, во-первых, играть ее не приглашали, во-вторых, мама все время говорит, что девочкам в войну играть неприлично, а, в-третьих, она просто хотела послушать, – о чем говорят взрослые. Папа и дедушка, подкладывая друг другу в тарелку всевозможные закуски, вели разговор о футболе, что Миле было абсолютно безразлично, а вот в беседу мамы с бабушкой девочка жадно вслушивалась, стараясь не упустить ни одного слова.

– Любовь, когда ты сына окрестишь? Я ведь не могу его в записках писать, так только сама молюсь, но я-то не вечная. Ты смотри, он не ангел у тебя: самоуверен, непослушен, горд. В церковь сама перестала ходить и сына не водишь, лишая и себя, и его Божией Благодати. Случись что, тебя-то батюшка отпоет, чай – крещеная, а о сыне-то не думаешь и о Боге не рассказываешь. Я ему подарила золотой освященный крестик, не затягивай с крещением.

– Мама, да что вы все сказками живете. Не собираюсь я его крестить, это не модно, а моему мужу только неприятностей с работы не хватает, он же коммунист и работает прокурором.

– Коль боишься, сама отведу его крестить, в другую деревню увезу, никто и не узнает, вот увидишь, а Владику будет и помощь, и благодать.

– Мама, да какая там помощь, о чем вы говорите.

– Как какая, – не утерпела Мила и вмешалась в разговор, – очень даже большая, ведь при крещении Господь каждому человеку дает Ангела-хранителя, который нас везде оберегает, даже ночью он нас хранит, когда мы спим.

Бабушка обрадовалась поддержке и, обняв Милу, погладила ее по голове. Мама посмотрела на них, покачала головой.

– Она-то ребенок, верит в сказки, мам, ну а ты? Взрослый человек, кто Бога-то видел, да никто!

– Доченька, а дышишь ты чем? Воздухом? А ты его видела? А кто видел? А ведь и несколько минут не сможешь без него прожить. Так и благодать не видна телесными очами, но сердцем ее можно познать и ощутить. В церковь заходишь, и сразу тебя окружает благодать, в душе-то весна настает.

– Да какая весна, мама, о чем вы говорите. Закрытое помещение, народу много, какая благодать, только духота одна. Бога нет, это все попы выдумали, чтобы деньги им люди давали.

– Не смей так говорить, не бери грех на душу. Тебя никто не заставляет деньги отдавать, приходи только и молись, Господу нужно только твое любящее сердце, а вовсе не деньги, вся вселенная и так принадлежит Ему. Это, уж если будет большое желание, можно и записочку написать, и свечечку поставить, от этого не разоришься. А если не Бог создал нас и всю вселенную, то кто же?

– Само собой все создалось.

– Вот ты вяжешь, попробуй, возьми нитки, спицы, брось на ветер. Все нитки запутаются, а ни одна петелька не возникнет, а для свитера их не одна нужна. Брось буквы, разве создастся из них разумная фраза, брось слова, возникнет ли стихотворение? А чтобы сотворить вселенную, да еще всех живущих на земле, ох как много разума нужно. Люди живут на земле, ходят по ней, а не благодарят Господа и Владычицу нашу – Пресвятую Богородицу, за творение удивительное это, за все многообразие жизни, за всю Его безграничную любовь к нам.

– Ой, мама, мне совсем некогда молиться.

– Да знаю я, дочка, что людям вечно некогда, однако для еды время всегда находят. А молитва – это тоже пища, но духовная.

Мила была полностью согласна с бабушкой, но мама Владика придерживалась иного мнения. Она не знала, что еще сказать, чем возразить, но все равно была не согласна. Бабушка это почувствовала и, глубоко вздохнув, все же сделала еще одну попытку:

– Ну, давай все же окрестим ребенка.

– Нет, мама, однозначно, нет. Вот вырастет, пусть тогда сам к вере приходит и крестится, крестик я выбрасывать не буду, положу в шкатулку, – понимая, что бабушка хочет еще что-то сказать, мама поспешно удалилась на кухню.

Бабушка еще раз глубоко вздохнула и обняла Милу:

– Ну что, моя праправнучка, окрестился ли твой дедушка Владилен, а?

– Нет, – удивленно ответила Мила, – а откуда вы знаете, что я ваша праправнучка?

– Ой, дитятко, много я пожила на своем веку, много видала, молилась я тоже много, вот Господь и сподобил тебя увидеть, вот Любовь тебя тоже видела, да не поняла, кого видела. Закрыто сердце у нее, к сожалению, плотно закрыто. Вот и не видит чудес, что постоянно с нами происходят. А контора «Рога и копыта» никогда не дремлет. Самая серьезная победа врага в том, что люди не верят в его существование. А если, как они считают, его нет, зачем книгу жизни – Евангелие, читать, зачем молиться, зачем спасаться, зачем утруждать себя понапрасну? И ничего не делают. А ты, солнышко, запомни мои слова – будь с Богом, а Он-то тебя не оставит. И я не перестану за Владика молиться, моя молитва да твоя, это уже сила, вот Господь и услышит, и он обязательно покрестится, обязательно.

– Хотелось бы верить, но ему даже батюшка из нашего храма предлагал креститься, и то он отказался.

– Вот увидишь, для Бога ничего невозможного нет, – загадочно улыбнулась бабушка и неожиданно запела:

Не бойся в жизни ничего и верь,
Легко открой для света счастья дверь,
Зажги свечу и пригласи войти
Тех, кто поможет в жизненном пути.
Вот Вера – это старшая сестра,
За нею следом входит Доброта,
Даря влюбленность людям вновь и вновь,
Вошла любимая сестра – Любовь,
Идут Участье, Кротость, Красота,
Надежда и прекрасная Мечта.
Все ясным взором оградят тебя
От ссор, обмана и раздора зла,
Уйдут, исчезнут навсегда ненастья,
Чтобы в семье рождалось Счастье!

Во время песни она вдруг начала растворяться, как в тумане. Все вокруг тоже стало исчезать и терять свои краски. К Миле бежал Андрей:

– Мила, что-то происходит, я только не пойму, что именно.

Мила пожала плечами:

– Наверное, просто сон кончился, ты забыл – их же должно быть два. Надо перейти во второй. А где же Макс?

– Макс, Макс, кис-кис-кис, ну где ты? Мила, ну где его искать?

– Ну а телефон для чего нам Рад давал? Сейчас спросим. Рад, мы не знаем, где Макс. Похоже, что первый сон кончился, а кота мы найти не можем.

– Не волнуйтесь, все в порядке, Макс вместе с вами автоматически попадет во второй сон. Самое главное, не потеряйтесь в конце второго сна, держитесь все вместе и обязательно найдите кота, а то он, конечно, существо разумное, только моих инструкций не поймет. Не бойтесь, сейчас вы окажетесь в темноте, но это лишь смена снов. Удачи вам. Ангелов-хранителей в помощь.

И, действительно, скоро туман стал темнеть, ребята оказались в абсолютной темноте, они держались за руки, так было не так страшно, где-то послышалось негромкое мяуканье. В дневном свете они все оказались неожиданно. Мила зажмурила глаза, а, когда приоткрыла, они оказались в лесу, на поляне. И больше всего этому обрадовался Макс. Родные Андрея считали, что кот должен быть чистый и домашний, и, несмотря на то, что Макс придерживался совершенно другой точки зрения, дальше балкона гулять его не пускали. Ну а тут – лезь, куда хочешь, охоться, за кем хочешь. Правда, он был недоволен поведением ребят, которые на весь лес звали его по имени, распугали всю добычу, но это было только полбеды. Кота явно пытались поймать, и один раз его пушистый хвост даже очутился в руках Андрея, но Макс сумел вовремя его выдернуть и залезть на сосну. Сосна была высокой, ребята прыгали внизу, бросались шишками, но в кота ни разу не попали. Макс победоносно возвышался на дереве, дети в конце концов ушли, и он остался единоличным победителем почти на самой вершине. Можно было приступать к охоте, но тут оказалось, что он не может слезть. Наверх забираться было легко и приятно, но обратно слезть кот не мог. И ребята, как назло, ушли. Спрыгнуть? Макс не раз прыгал со шкафа, но тут такая высота, что у него просто перехватило дыхание. После целого часа бесполезных попыток слезть, кот начал мяукать, потом орать. Но его уже никто не слышал, – Андрей и Мила ушли совсем далеко.

Андрей шел, опустив голову. Мила, чтоб его подбодрить, сорвала красивый листочек и подарила другу.

– Спасибо, Мила, но это не поможет. Как жаль, что я не смог удержать Макса, он и дома иной раз убегал от меня, но это был дом, а не бесконечный лес.

– Не переживай. Эта сосна самая высокая и отсюда видна хорошо, сейчас мы найдем кого-нибудь и попросим помочь снять кота.

– Да нет здесь никого, что толку искать?

– Нет? – с улыбкой переспросила Мила. – А там кто?

Андрей обернулся. На проселочной дороге стояли две увязшие в грязи машины, а вокруг них хлопотали… Да, это были именно они – его отец и Милин дедушка, живые и невредимые.

– Папа, папа, – Андрей стремглав бежал к отцу, а Мила еле за ним поспевала.

– Дедушка, дедушка, ты нашелся, – кричала она следом на бегу. Взрослые подхватили ребят и заключили в свои объятья.

– Почему вы не дома? – строго спросил папа Андрея. – Что вы здесь делаете?

– Как, что делаем! Вас ищем! Что случилось? На вас напали пираты или разбойники? Вы сражались? Победили или просто сбежали? Где вы сейчас находитесь? – засыпали дети взрослых вопросами.

– Тише, тише, – рассмеялся дедушка, – все гораздо проще. Я, когда уезжал, позвонил, что еду, и забыл с дачи взять телефон. А в лесу захотел срезать, чтоб быстрее добраться, вот и добрался – по уши увяз в грязи.

– Ну да, – подтвердил папа Андрея, – я тоже оплошал, дедушку-то я нашел, да сам, пытаясь его вытащить, тоже увяз. А телефон я свой взял, да, к сожалению, не обратил внимания, что он не заряжен. Представляю, какой дома переполох поднялся.

– Да, пап, переполох хороший, но…

– Что за но?

– Да жалко, что вы не у пиратов были, мы бы вас спасли.

Мила согласилась с Андреем. Все так просто, банально, совершенно не интересно. А тут еще дождь стал моросить.

– Пойдемте, – дедушка встал и потянулся, – нам надо выбираться, всю ночь провозились, устали и все без толку, будем выбираться из леса, вот возьмите от дождя.

Из багажника дедушка достал плащи и зонты. Так как детям плащи были явно велики, им пришлось взять по зонтику.

– Пап, послушай, там Макс на дереве сидит, надо его снять.

– Макс? Андрей, он кот и умеет лазить по деревьям, а у меня нет ни сил, ни желания сейчас лезть на дерево. Мы очень устали, у нас кончилась вода, а по этой лесной дороге умные люди, в отличие от нас, не ездят, поэтому надо выбираться пешком, машины вытащим потом, я найму трактор. Доберемся до дома, возьму стремянку и полезу доставать кота, если он к тому времени сам не слезет.

– Но, пап, нам сейчас нужно его снять, – умолял Андрей, но его просьба так и осталась невыполненной. Папа вновь отрицательно покачал головой и вступил с дедушкой в дискуссию – куда идти.

– Папа, послушай… – начал Андрей, но тут его одернула Мила:

– Смотри, дождь кончается, Рад звонил, сказал, что у нас только десять минут и надо спешить. Бежим к Максу, пока есть время.

Ребята тут же бросились к сосне с котом.

– Вы куда, – дедушка схватил их обоих и, несмотря на свой возраст, очень крепко держал ребят.

– Мы, мы… – Андрей запутался и сходу не смог сообразить, что ответить.

– Мы только Макса сбегаем проверить, он вон на том дереве, и вернемся, – пролепетала Мила.

– Хорошо, идите, а мы пойдем туда, за березы, потом догоните нас.

Дедушка их отпустил, и они тотчас побежали к кошачьей сосне. Макс на дереве замяукал от радости, увидев детей. Но, к его сожалению, ребята очень плохо лазили по соснам и выше чем на полметра никак не могли подняться. Мила в очередной раз достала телефон и объяснила ситуацию Раду.

– Не волнуйтесь так, – услышали они его спокойный голос, – у вас в запасе пять минут времени. Я бы мог выслать коту парашют, только он его не сможет самостоятельно надеть. Доставайте кота, но без паники. Высылаю на помощь мини воздушный шар. Отвяжите его и взлетайте, для увеличения скорости можете сбрасывать мешки. Когда возьмете Макса, сразу поворачивайте кольца.

Связь оборвалась. Ребята растерянно переглянулись.

– Вот он, смотри, – у Милы даже перехватило дыхание.

Дрожащей рукой она показывала Андрею на сине-золотой маленький, уютный, но самый настоящий воздушный шар с плетеной корзиной, находившийся рядом с сосной. Ребята не заставили себя долго ждать, тут же отвязали трос и взлетели. О, это ни с чем не сравнимое ощущение полета! Дети чувствовали себя настоящими воздухоплавателями. Андрей тотчас на неизвестных основаниях возомнил себя капитаном и бойко отдавал распоряжения – скидывать небольшие мешочки с песком, висящие на стенках корзины. Скинув пару мешков, Мила просто перестала обращать на него внимание и стала наслаждаться полетом. Земля медленно отдалялась, они оказались в лучах засиявшего солнца и, наконец, поравнялись с котом. Бедный Макс! Он многое повидал в своей жизни, но такое, чтобы дети умели летать, видел впервые. По своей кошачьей натуре, по идее, он должен был убежать, но кот, если так можно выразиться, просто остолбенел и неподвижно сидел на краю ветки, вцепившись в нее всеми лапами. Корзина оказалась на одном уровне с ним, и Андрей, высунувшись, быстро втащил пушистое создание в корзину. Макс, с выпученными глазами, так и не понял, как он оказался внутри, а шар продолжал неспешно подниматься. Ребята забыли обо всем на свете, в том числе и о повороте колец. Они уже никуда не спешили, и, наконец, кот был у них, а значит, – волноваться больше не было смысла, к тому же в корзине они нашли телескоп. Шар был прекрасен, он был небольшой, но очень прочный, так как ни одна из веток деревьев, с которыми он соприкасался при полете, так и не смогла его проколоть. Они поднялись над лесом. Ветер трепал волосы и что-то насвистывал. Вымытый дождем лес светился и переливался в солнечных лучах. Лесную полосу пересекала синяя лента реки, и около нее ребята увидели дедушку Милы и папу Андрея, которые пили воду из реки. Вот бы сюда сейчас бабушку или маму, – они бы им прочитали нотацию: какую воду нужно пить. Это Мила очень твердо знала, – можно пить только кипяченую. В сырой слишком много микробов – страшных вредных существ, которые стремятся, чтоб люди болели, но храбрые люди сражаются с ними – воду кипятят, а все микробы погибают.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «ЛитРес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на ЛитРес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.