Кирилл Казанцев
Многостаночник

Глава 1

Агент тайной организации по борьбе с коррупцией в высших эшелонах власти был на все сто процентов уверен в том, что предстоящая встреча, которую ему назначили ровно в полночь на окраине одного из спальных районов Москвы, пройдет в типичном деловом ключе. Сначала последует крепкое рукопожатие. Затем состоится разговор по существу. Потом разгорится ожесточенный торг. Ну а в итоге заключившие сделку новоиспеченные партнеры снова крепко пожмут друг другу руки и разъедутся по домам.

Но излишняя самоуверенность сыграла с антикором злую шутку. Лишь только он приехал в указанное время на оговоренное место и выбрался из машины, как на него тут же направили свои «пушки» появившиеся неизвестно откуда четверо наголо бритых мордоворотов в спортивных костюмах. Направили и в приказном тоне потребовали: «медленно, без лишних движений, достань ствол», «аккуратно положи оружие на землю и подтолкни ногой к нам», «заложи руки за голову и опустись на колени». А напоследок один из бритоголовых, колоритный бугай под два метра ростом с черной повязкой на правом глазу, который всем своим видом показывал, что он у них за главного, предупредил: «И только попробуй что-нибудь выкинуть, сразу же пулю в лоб получишь».

Вот тут-то взятому на прицел агенту тайной антикоррупционной организации нужно было пойти на хитрость. Покорно выполнить первые два требования мордоворотов, усыпив тем самым их бдительность, после чего быстро нырнуть в свое авто, укрыться за панелью приборов, дать по газам и под шквальным обстрелом попытаться вырваться из западни. Так-то оно так, но беда была в том, что он изначально настроил себя на дружелюбный формат встречи, на которой, по понятным причинам, не было места вооруженным людям. Следовательно, не удосужился заранее разработать пошаговый план своих действий при возникновении подобной ситуации.

А потому, вместо того чтобы все сделать по уму – медленно выудить из кобуры пистолет, неторопливо опустить оружие на землю, отфутболить от себя, а потом неожиданно для противника юркнуть в салон машины – антикор поступил совершенно бесхитростно. Он резко отпрыгнул за стоявший неподалеку ржавый мусорный контейнер. Все бы ничего, да вот только во время этого самого прыжка его успел ранить в плечо тот самый одноглазый бугай-великан, который в отличие от своих не замешкался и вовремя нажал на курок.

– Вот сука, за контейнер спрятался… ничего-ничего, сейчас мы его оттуда выкурим… он же вооружен… ну и хули? Он один, а нас четверо… – доносились до слуха агента тайной антикоррупционной организации голоса мордоворотов.

Последняя реплика словно отрезвила антикора, поумерила его пыл. Ведь если еще несколько секунд назад он был готов дать бой бритоголовым, то теперь засомневался в собственных силах. Мол, а по плечу ли мне расправиться с четырьмя вооруженными противниками, будучи при этом раненным? Ответ не заставил себя долго ждать: нет, нет и еще раз нет. Но что тогда делать? Сдаться? В таком случае, зачем было рыпаться? И тут нашелся ответ.

Агент тайной антикоррупционной организации неожиданно толкнул на мордоворотов наполненный зловонным мусором контейнер и со всех ног побежал по двору. Вслед ему уже гремели выстрелы. Но попасть в движущуюся «мишень», которая к тому же постоянно петляет между припаркованными у тротуара машинами, – задача не из легких.

– Уйдет! – рыкнул один из бритоголовых, со злости ударяя ногой по контейнеру.

– Не уйдет, – убежденно произнес одноглазый великан и скомандовал: – В погоню! – Но прежде чем броситься вслед за своими людьми, он буквально вырвал из нагрудного кармана рацию и отправил в радиоэфир: – Объект оказал сопротивление и сейчас спасается бегством… скорее всего он будет уходить дворами… так что перекройте все арки и проезды…

И хотя беглец не слышал прозвучавшего распоряжения, он прекрасно понимал, какого рода меры для его поимки примет, вернее, уже принял главарь бритоголовых. А значит, нужно спутать противнику карты, сделать нестандартный ход, к которому он не готов. Одним словом, навязать ему собственные правила игры.

Уже подбегая к арке, которая вела в соседний двор, антикор вдруг остановился. Оглянулся на своих преследователей. Потом бросил взгляд на подступающую к микрорайону масштабную стройплощадку. Возвышающиеся над фундаментами будущих жилых домов подъемные краны-великаны. Покоящиеся у их подножий железобетонные плиты. Замершие то тут, то там бульдозеры, экскаваторы и самосвалы. Выстроившиеся вдоль забора многочисленные вагончики-бытовки, в окнах которых горел свет. Что ж, видимо, строители только недавно закончили трудиться и занимались сейчас приготовлениями ко сну.

Агенту тайной антикоррупционной организации не хотелось нарушать покой уставших работяг, но другого выбора у него не было. Еще раз взглянув на стремительно приближающихся к нему четверых мордоворотов, он вновь побежал. И, к удивлению его преследователей, не в соседний двор, а по направлению к стройке.

– За ним… – бросил на ходу одноглазый, который едва поспевал за своими людьми, снова выдернул из кармана рацию и запыхавшимся голосом сообщил в эфир: – Объект оказался хитрее, чем я думал, и изменил направление движения…

Тем временем антикор перелез через забор и исчез из поля зрения преследователей. Правда, ненадолго. Ведь вскоре через забор перелезли и бритоголовые, один из которых не преминул вскинуть пистолет и выстрелить вдогонку беглецу. Однако промахнулся. Выпущенная им пуля просвистела в считаных сантиметрах над головой агента тайной антикоррупционной организации и угодила в окно одной из бытовок. Разбитое стекло со звоном осыпалось на землю. А в ощерившемся острыми осколками квадратном проеме тут же показалось белое как простыня лицо строителя, который незадолго до выстрела, словно бы предчувствуя надвигающуюся опасность, отошел от окна, что и спасло ему жизнь. Выглянули на улицу обитатели и других вагончиков. Все они, как один, испуганно смотрели на вооруженных людей, проникших на территорию стройплощадки. И тем не менее никто из них не спешил вызывать полицию. В этом не было ничего удивительного – все работяги были гастарбайтерами из южных стран и трудились на стройке нелегально, а у некоторых даже не имелось регистрации. Вот и не хотели они связываться с представителями правоохранительных органов. Впрочем, как не горели желанием пересекаться с ними и мордовороты.

– Ты что – охренел? – заорал на стрелка одноглазый. – Он же нам живым нужен. Какого черта ты ему в голову целился?

– Так я это… – начал невнятно лепетать тот.

– Пасть закрой, – грубо оборвал его великан. – Твое счастье, что промахнулся…

Пока мордовороты препирались друг с другом, беглец забрался в один из бульдозеров, выудил из кармашка джинсов швейцарский армейский ножик, который он всегда носил с собой и который однажды даже спас ему жизнь, подцепил лезвием какой-то щиток под панелью приборов и выломал его. Наружу вывалились переплетенные в замысловатую «косичку» разноцветные проводки. Распутывать их антикор не стал. Быстро и со знанием дела выбрал два проводка – красный и зеленый, перерезав и перемкнув которые между собой, можно было завести двигатель.

Бритоголовые уже окружали бульдозер. А копошащийся в его кабине агент тайной антикоррупционной организации все никак не мог «оживить» движок. Он искрил и искрил оголенными контактами проводков, а стартер лишь глухо щелкал в ответ. И с каждым таким щелчком его шансы на спасение становились все призрачнее и призрачнее.

– Не глупи! Ты окружен! Так что бросай оружие и выбирайся из кабины с поднятыми руками! – крикнул одноглазый великан.

Вдруг двигатель отозвался мощным ревом. Настолько мощным, что у бритоголовых заложило уши. А в следующий момент произошло то, к чему никто из них не был готов – продолжая стоять на прежнем месте, бульдозер стал совершать вращательные движения вокруг своей оси. Из-под гусениц во все стороны полетели сгустки грязи, которые полностью залепили лица не успевших отвернуться мордоворотов. На какое-то мгновение все они оказались «ослепленными», а значит, и деморализованными. На то и был расчет антикора.

Когда великан, наконец, протер от грязи свой единственный глаз и проморгался, то увидел, как бульдозер, в прямом смысле этого слова, утрамбовал в землю одного из его людей и, прорвав «окружение», поехал прочь. Казалось бы, уцелевшие мордовороты должны броситься за громоздкой машиной на гусеничном ходу в погоню или, по крайней мере, открыть по ней огонь. Но никто из них даже не шелохнулся. Все они смотрели на изувеченное тело товарища, которого только что сровнял с землей многотонный бульдозер.

Первым из оцепенения вышел одноглазый – зло процедил сквозь стиснутые зубы:

– Прямо какой-то неуловимый Джо, мать его, – выругался он и во второй раз за сегодняшний день скомандовал: – За ним! Чего стали, как истуканы?!

Как только в зеркале заднего вида замелькали три бегущие фигуры, агент тайной антикоррупционной организации прибавил газу. Натужно загудел двигатель. Из выхлопной трубы повалил густой черный дым. Разогнавшийся до предельной скорости бульдозер снес секцию забора и выскочил за пределы стройплощадки. За заляпанным грязью лобовым стеклом показалась железная дорога. Никаких переездов, переходов через нее поблизости не наблюдалось. Короче, как говорится, приплыли. Точнее, приехали.

Нет, конечно, антикор мог попытаться пересечь рельсы на вездеходном бульдозере, и, вероятнее всего, тот преодолел бы преграду. Но, во-первых, на это ушло бы достаточно много времени. А во-вторых, этого самого времени ему сейчас катастрофически не хватало. И не только потому, что мордовороты были уже близко. Но и по той причине, что приближался длиннющий товарняк, которому не было видно ни конца ни края – как ни крути, а проскочить перед ним на бульдозере не успеешь.

И тут агента тайной антикоррупционной организации осенило. Дескать, зачем зацикливаться на строительной машине, ведь перебраться через железную дорогу можно и собственными силами – к тому же вот-вот подойдет товарняк, и если преследователи не успеют…

Недолго думая, беглец выскочил из кабины и устремился к железнодорожным путям – наперерез неотвратимо приближающемуся поезду. Со стороны могло показаться, что он собирается покончить жизнь самоубийством, бросившись под колеса товарняка. Но мордовороты моментально разгадали его отчаянный замысел.

– Стреляем, иначе уйдет, – дал отмашку своим людям одноглазый и тут же уточнил: – Только по ногам. Вы слышите? По ногам! – И с этими словами он вскинул пистолет, прицелился.

Тут же вскинули свои «пушки» и другие мордовороты. После чего поочередно прогремели три выстрела. Но только последний из них оказался точным. Раненый в правую ногу антикор упал на землю, стиснул от нестерпимой боли зубы и зло прищурился на своих преследователей. Казалось, что на этом его песенка спета. Ну, куда ты побежишь с раненой ногой? Разве только поползешь.

Агент тайной антикоррупционной организации спешно вытащил из-за пазухи пистолет, про существование которого он вспомнил почему-то только теперь, и, особо не целясь, высадил всю обойму в бритоголовых. И хоть он ни в кого из них не попал, те на время отложили свое наступление – попадали в траву, полагая, что у беглеца есть запасная обойма, которой у него, к сожалению, не было.

Отбросив за ненадобностью пистолет, антикор стал карабкаться по крутому откосу железнодорожного полотна. При этом он не сводил глаз с приближающегося локомотива, который тянул за собой вереницу груженных углем вагонов.

Мордовороты уже не гнались за агентом тайной антикоррупционной организации. Лежа в траве, они с недоумением смотрели на то, как тот ползет к рельсам, прямо под колеса надвигающегося товарняка, и никак не могли понять логику его действий. На что рассчитывает? Что проскочит прямо перед носом локомотива и окажется отрезанным от них проходящим железнодорожным составом. Ладно, проскочит. А что потом? Продолжит спасаться бегством? Но ведь далеко с раненой ногой не уйдешь. И когда длинный товарняк пройдет, вновь открыв им, преследователям, дорогу – они быстро настигнут беглеца.

Однако никакой логики в действиях антикора и не нужно было искать. Он просто решил бороться до последнего, уже заранее зная, что проиграл. Ну а чем закончится эта борьба – гибелью или пленением – его в данный момент не волновало.

Внезапно раздался невероятно громкий, протяжный гудок – то машинист локомотива попытался образумить выползающего на рельсы агента тайной антикоррупционной организации. Но тщетно. Тогда машинист дернул за стоп-кран. Из-под колес поезда полетели искры, и железнодорожный состав стал постепенно сбавлять скорость. Антикор пополз быстрее. Однако сегодня фортуна была не на его стороне. Когда он уже переползал через железнодорожные пути, то зацепился шнуровкой одного из ботинок за ржавую шляпку «костыля», торчащую из шпалы. Тут же дернул ногой, надеясь, что шнурки порвутся. Но, прочные и крепко затянутые, те лишь немного ослабились. Да и только.

Пока агент тайной антикоррупционной организации высвобождал ногу, он потерял добрых секунд двадцать. Которые и стали для него роковыми. Заметно замедлившийся к этому времени, но продолжающий при этом катиться по инерции товарняк буквально подмял под себя завозившегося на рельсах мужчину. Из-под колес поезда, вперемешку с искрами, брызнула кровь, которая окрасила растущую на откосе железнодорожного полотна траву в красный цвет.

– Вот же бля… – с отвращением поморщился одноглазый, наблюдая эту омерзительную картину.

– Меня сейчас вырвет, – отозвался кто-то из его людей.

– Вырвет не вырвет, а за то, что мы не смогли взять его живым – нам влетит по первое число. Бля буду, – подавленно произнес великан и прищурил свой единственный глаз. – Ладно, пацаны, пошли. А то скоро здесь целая туча ментов нарисуется.

* * *

– Кто бы мог подумать… кто бы мог подумать… – Уже немолодой мужчина с волевым мясистым лицом, облаченный в махровый халат, открыл бар, достал оттуда бутылку водки. – Тебе как: просто «беленькой»… или, как всегда?

– Мне, как всегда, Павел Игнатьевич, – обронил Андрей Ларин и на всякий случай уточнил: – С морковным соком. – После чего отдернул занавеску и выглянул на улицу.

Окна конспиративной квартиры, расположенной в самом центре Москвы, выходили во двор. Добротные детская горка, качели, песочница. Аккуратные скамеечки у подъездов. Цветочные клумбы. Специальная площадка для выгула собак. На последней и сконцентрировал все свое внимание Ларин. Вернее, сконцентрировал он его не на самой площадке, а на эффектной блондинке в широких солнцезащитных очках, которая выгуливала короткошерстного пинчера.

«Красивая женщина. Да к тому же еще и выгодно отличается от других блондинок, которые повально заводят себе банальных декоративных собачонок, типа чихуа-хуа, йоркширского терьера или мопса. А вот пинчер – это креативно и даже аристократично. Следовательно, она не плывет по течению, не пытается подражать общей массе, трендовым веяниям. А это говорит о том, что у нее есть своя голова на плечах. Короче, мой идеал: и умная, и обаятельная. Эх, жаль только, что у меня времени свободного нету. Иначе непременно приударил бы за ней», – подумал Андрей, тяжело вздыхая.

И тут блондинка, которая до этого момента была занята исключительно своим питомцем и не обращала на происходящее вокруг никакого внимания, вдруг резко обернулась. Посмотрела на окно, из которого за ней наблюдал Ларин. Последний, словно прыщавый школьник, застуканный классной руководительницей за подглядыванием в женском туалете, встрепенулся, спешно задернул занавеску и отпрянул от окна.

– Ты чего? – вскинул густые брови Павел Игнатьевич.

– Да так, ничего, – отмахнулся Андрей.

– Странный ты какой-то в последнее время стал, – хмыкнул себе под нос немолодой мужчина и протянул Ларину рюмку водки, а когда тот удивленно округлил глаз – мол, а где же обещанный морковный сок – развел руками и проговорил: – Извини, не знал, что он закончился.

– И на том спасибо…

Андрей уже собирался опрокинуть «стопочку», как Павел Игнатьевич неожиданно взял его за руку и спросил:

– Ты разве не слышал?

– Не слышал о чем? – Моментально напрягся Ларин, почуяв неладное.

– А я-то думал – тебя известили, – загробным голосом произнес Павел Игнатьевич, сел в кресло и устремил свой взор в потолок. – Ну, раз уж не известили, то это сделаю я. В общем, нет больше Ильи Гиряева, – прозвучало, как гром среди ясного неба.

Сердце Андрея словно сдавили тисками. А к горлу подкатил слезливый комок. Давно он не испытывал подобного состояния. Состояния, которое возникает в тот момент, когда ты узнаешь, что из жизни ушел близкий тебе человек.

– Как? – сглотнул Ларин.

– Ты выпей – полегчает. Заодно и Илью помянешь, – посоветовал Павел Игнатьевич.

Так Ларин и поступил. После чего поставил опустевшую рюмку на подоконник, на непослушных ногах пересек комнату и плюхнулся на диван. Запрокинул голову. Перед его глазами сразу же все поплыло, будто он только что выпил не пятьдесят граммов водки, а целый литр.

– Как? – вновь прозвучал тот же вопрос, на который Андрей до сих пор так и не получил ответа.

– Поездом переехало, – мрачно отозвался Павел Игнатьевич.

– Несчастный случай… – вздохнул Ларин и сам не поверил в то, что сказал.

– В нашем деле несчастных случаев не бывает, – проговорил пожилой мужчина. – Илья, как и многие твои напарники, с которыми ты когда-то работал и которых уже нет в живых, погиб при исполнении задания.

– И какое же задание он выполнял? – поинтересовался Андрей, постепенно свыкаясь с мыслью, что Гиряев, который когда-то спас ему жизнь и стал впоследствии его лучшим другом, мертв, и с этим фактом ничего не поделаешь.

Павел Игнатьевич поднялся, заложил руки за спину и стал кружить по комнате. Поначалу молчал, но потом его словно бы прорвало, и он затараторил…

…Глядя на разглагольствующего пожилого мужчину в махровом халате, невозможно было себе и представить, что он возглавляет ни много ни мало мощнейшую и отлично законспирированную тайную структуру. В отличие от большинства подобных организаций она не ставила перед собой цель свержение действующего режима с последующим захватом власти. Цели были более чем благородными: беспощадная борьба с коррупцией в любых ее проявлениях, и притом – исключительно неконституционными методами.

Костяк тайной структуры составляли честные офицеры силовых структур, которые еще не забыли такие старомодные понятия, как «порядочность», «совесть», «присяга» и «интересы державы». Однако одиночка, сколь бы благороден он ни был, не в состоянии победить тотальную продажность властей. Тем более коррупция в России – это не только гаишник, вымогающий на шоссе дежурную взятку, и не только ректор вуза, гарантирующий абитуриенту поступление за определенную плату. Коррупция в России – это стиль жизни…

Начиналось все несколько лет назад, как обычно, с самого малого. Офицерам, выгнанным со службы за излишнюю порядочность, влиятельный силовик Дугин подыскивал новые места работы. Тем более что его генеральские погоны и высокая должность в Главке МВД открывали самые широкие возможности. Затем начались хитроумные подставы для «оборотней в погонах», этих самых честных офицеров уволивших. Для этого несколько наиболее проверенных людей были объединены в первую «пятерку». Вскоре организовалась еще одна. Затем – еще и еще…

Заговор – это не обязательно одеяла на окнах, зашитая за подкладку шифровка, надписи кровью на пергаменте и пистолет, замаскированный под авторучку. Залог любого успешного заговора и любой тайной организации – полное и взаимное доверие ее членов. Доверительные отношения между заговорщиками возникли сразу же.

Вычищать скверну законными методами оказалось нереально – та же «внутренняя безопасность» во всех без исключения силовых структурах занимается, как правило, только теми, на кого укажет пальцем начальство. К тому же корпоративная солидарность, продажность судов и, самое главное, низменные шкурные интересы российского чиновничества не оставляли никаких шансов для честной борьбы. И потому Дугин практиковал способы, куда более радикальные, вплоть до физического уничтожения наиболее ярых коррупционеров. Точечные удары вызывали у тех естественный страх, количество загадочных самоубийств среди них росло, и многие догадывались, что эти самоубийства далеко не случайны. Слухи о некой тайной организации, этаком «ордене меченосцев», безжалостном и беспощадном, росли и ширились, причем не только в Москве, но и на периферии. Корпус продажных чиновников просто не знал, с какой стороны ждать удара и в какой именно момент этот удар последует. Что, в свою очередь, становилось не меньшим поводом для страха, чем сами акции.

Сколько людей входило в тайную структуру и на сколь высоких этажах власти эти люди сидели, знал один лишь Дугин. Даже в случае провала одной из «пятерок» структура теряла лишь одно звено, да и то ненадолго – как известно, у акулы вместо сточенного ряда зубов очень быстро вырастают новые.

Самому же Андрею Ларину, бывшему наро-фоминскому оперативнику, бывшему заключенному ментовской зоны «Красная шапочка», бежавшему оттуда не без помощи Дугина, отводилась в законспирированной системе роль этакого «боевого копья». И, как догадывался Андрей, далеко не единственного. Таких «копий» у Дугина наверняка было несколько. Пластическая операция до неузнаваемости изменила лицо бывшего наро-фоминского опера – случайного провала можно было не опасаться. Жизненного опыта Андрею было не занимать. Он умел быстро ориентироваться в самых сложных ситуациях. Природного артистизма – чтобы убедительно разыграть любую нужную роль, от посыльного до полномочного представителя президента – тоже. Профессиональные навыки, естественно, были на высоте. Все, причастные к тайной антикоррупционной структуре, проходили занятия по стрельбе, спецвождению, безопасности в Интернете и даже прикладной химии…

Однако навыки навыками, но даже самые подготовленные бойцы иногда допускают ошибки, зачастую фатальные. Допустил ее и бывший напарник Ларина – Илья Гиряев…

…Когда Павел Игнатьевич закончил, остановился посреди комнаты и вопросительно посмотрел на Андрея, последний почесал затылок и изрек:

– Если я правильно понял ваш намек, то именно во мне вы видите того, кто способен довести до логического финала задание, которое не дали закончить Гиряеву?

– Точно, – кивнул Дугин и тут же пояснил свой выбор: – Во-первых, на данный момент ты лучший агент-антикор. Во-вторых, ты меня еще ни разу не подводил.

Ларин, хоть и знал себе цену, но не любил, когда его хвалят. А потому махнул рукой. Мол, да ладно вам, Павел Игнатьевич, незаменимых людей не бывает. А затем прищурился и полюбопытствовал:

– Полагаю, я буду действовать один? – прозвучало с надеждой в голосе.

Не просто так задал этот вопрос Андрей. Ведь он уже подозревал, что Дугин хочет сосватать ему в напарницы рыжеволосую бестию Лору. Едва ли не единственную женщину-антикора, которая была отменным стрелком и владела многими видами боевых искусств. Одним словом, ничем не уступала своим коллегам-мужчинам по антикоррупционному цеху. А в некоторых аспектах, например таких, как «маскировка», «вербовка», «разведка», могла даже дать им фору. Но так уж сложилось, что с давних пор между Лариным и Лорой установились напряженные отношения. То ли характерами не совпали, то ли не сошлись во взглядах на жизнь, то ли еще что-то. Однако, как бы там ни было, а когда Павел Игнатьевич давал им общее задание, впрягал их, так сказать, в одну упряжку, они забывали о разногласиях и начинали действовать сплоченно. Правда, при этом рыжеволосая бестия не упускала удобной возможности уколоть самолюбие напарника, отпустив в его адрес какую-нибудь колкость или двусмысленную шутку. Но подобные мелочи делу не вредили.

Что ж, ожидания Андрея подтвердились. Ведь на его вопрос Дугин отрицательно покачал головой и тут же мотивировал причину своего решения:

– Учитывая печальный опыт Гиряева, лучше подстраховаться и дать тебе в помощь Лору. Поверь, так будет лучше для всех нас. И в первую очередь для тебя. Так как в случае возникновения «внештатной» ситуации она подставит тебе свое плечо, – рассудил он и с сожалением добавил: – До сих пор не могу простить себе то, что пошел на поводу у Ильи и не дал ему напарника. Если бы я тогда настоял на своем – возможно, он был бы сейчас жив.

Как ни странно, но спорить с руководителем тайной антикоррупционной организации Ларин не собирался. И не потому, что принимал его аргументацию – нет, он по-прежнему считал, что справится со всем сам, без какой-либо «страховки». Тут дело было в другом. Просто Андрей понимал, что в свете последних событий гнуть свою линию совершенно бессмысленно – все равно Дугин сделает по-своему и вопреки всему навяжет ему Лору. Да и зачем лишний раз нервировать «старика»?

– Хорошо, – согласился Ларин и сразу же перешел к делу. – Когда приступать к выполнению задания?

– Не гони лошадей, – осадил его Павел Игнатьевич. – Для начала встреться с Лорой, перескажи ей наш разговор… обрисуй ей проблему, которую вам предстоит решить. А затем грамотно распределите между собой роли… впрочем, чего это я тебе рассказываю? Ты и сам все знаешь, – с этими словами он глянул на наручные часы. – Как же быстро летит время. Вроде, только что с тобой встретились, а уже целых три часа прошло. Ну да ладно… в общем, ты меня понял. Все, удачи тебе, Андрей…

Мужчины крепко пожали друг другу руки. Но прежде, чем покинуть конспиративную квартиру, Ларин не сдержался и полюбопытствовал:

– Конечно, это не мое дело, Павел Игнатьевич…

– Удивлен, что я переехал жить на конспиративную квартиру? – перебил его догадливый Дугин, потуже затягивая пояс махрового халата. – Извини, но пока что я не могу рассказать о причине, толкнувшей меня на этот шаг.

Так и не получив ответа на интересующий его вопрос, озадаченный Андрей закрыл за собой дверь, вышел из подъезда и направился к припаркованной неподалеку машине. А пока шел к ней, пытался отыскать взглядом ту самую очаровательную блондинку с пинчером, которую он недавно созерцал из окна конспиративной квартиры. Но женщины уже и след простыл.

«Видимо, не судьба», – промелькнуло в мыслях у Ларина.

Глава 2

Невзирая на пасмурную погоду, в живописном парке, раскинувшемся на берегу Яузы, было шумно и многолюдно. По узеньким аллеям прогуливались влюбленные парочки. На скамейках болтали о том о сем излишне говорливые бабушки. По набережной неспешно прохаживались мамаши с карапузами, которые, словно сговорившись, подкармливали хлебом плавающих вдоль берега уток. А на просторной сцене летнего амфитеатра, расположенного в центральной части парка, катались на роликовых коньках, скейтбордах, велосипедах подростки.

Среди юных экстремалов особо выделялся худощавый роллер в бандане, из-под которой выглядывали лоснящиеся дреды. Причем выделялся не только своим колоритным видом, но и травмоопасными трюками, которые он проделывал с удивительной легкостью и непринужденностью. То проедется по самому краю сцены, рискуя упасть вниз. То разгонится до предельной скорости, а затем начнет выписывать «кренделя», мастерски лавируя между скейтбордистами и велосипедистами. То закружится на одном месте волчком, словно фигурист. Одним словом, демонстрировал настоящий мастер-класс.

А потому неудивительно, что за трюками профессионального роллера наблюдали десятки любопытных глаз, которых с каждой минутой становилось все больше и больше. А в какой-то момент у летнего амфитеатра образовалась целая толпа зевак. Люди снимали происходящее камерами мобильных телефонов, планшетников, попутно восхищаясь мастерством парня в бандане. А тот в свою очередь подыгрывал публике, махая ей рукой перед исполнением очередного трюка.

– Во чувак дает! – с придыханием произнес хипстер, доставая айфон последней модели. – Это полюбахе нужно выложить на «YouTube».

– Точняк, – вторила ему девушка-эмо, расчехляя свой айпад.

За «выступлением» роллера следил и сидевший на скамейке Ларин. Вот уже целых полчаса он дожидался Лору. Наверное, любой другой агент тайной антикоррупционной организации давно бы плюнул и ушел, решив, что встреча по каким-то причинам не состоится. Но Андрей знал свою напарницу как облупленную. Та никогда не приходила вовремя. Всегда опаздывала, заставляя томиться его в ожидании.

«И какого черта я в очередной раз проявил пунктуальность? – спрашивал себя антикор. – Знал же, что все равно опоздает. Хотя, с другой стороны, роллер-шоу посмотрю. Не каждый день такое увидишь. Так что расслабься, Андрей, и получай удовольствие от просмотра».

Вдруг сзади что-то хрустнуло. Ларин моментально обернулся на звук. Каково же было его удивление, когда перед ним предстала та самая обворожительная блондинка в широких солнцезащитных очках, которую он созерцал намедни из окна конспиративной квартиры. Вот только сейчас она была без своего питомца – «аристократического» пинчера.

– Салют, красавчик, – игриво промурлыкала женщина.

Если еще несколько секунд назад Андрей не мог поверить своим глазам, то теперь он отказывался верить еще и своим ушам.

– Лора? – часто заморгал он, узнав голос своей напарницы – ему казалось, что все происходящее с ним в данный момент является ничем иным, как бредовым сном.

– А кто же еще? – ухмыльнулась блондинка, обогнула скамейку и расположилась рядом с Лариным. – Жаль, что не получилось подкрасться к тебе со спины и сделать сюрприз. На ветку случайно наступила, будь она неладна. А ты возьми да обернись на ее хруст.

Ошарашенный Андрей буквально пожирал Лору взглядом и никак не мог идентифицировать в ней свою напарницу, хотя понимал, что это она и есть.

– Ты что – пластическую операцию сделала? – сорвалось у него с языка.

– Не совсем, – забросив ногу за ногу, широко заулыбалась блондинка, – так, небольшую коррекцию лица. Вернее, не я, а спецы Дугина. По-моему, неплохо получилось. Ты не находишь?

– И ты называешь это небольшой коррекцией? – растерянно пробормотал Ларин. – Да ты же сама на себя не похожа стала. У тебя и форма носа, и губ, и лба, и щек со скулами изменилась. Даже линия подбородка…

– И разрез глаз изменился, – дополнила его Лора, снимая солнцезащитные очки. – К тому же, если ты заметил, я в блондинку перекрасилась. Но лично мое мнение таково – рыжий цвет волос мне все-таки больше шел. Так я хоть на стерву была похожа. Ну а всем остальным я полностью довольна.

Какое-то время Андрей еще продолжал разглядывать лицо Лоры, свыкаясь с ее новым обликом, а затем перевел взгляд на сцену летнего амфитеатра, по которой до сих пор разъезжал, демонстрируя зевакам головокружительные трюки, роллер, и задал сами собой напрашивающиеся вопросы:

– Зачем ты легла под нож пластического хирурга? Неужели не понимала, что это необратимый процесс и свою прежнюю внешность ты уже не сможешь вернуть?

– Почему же? Прекрасно понимала, – ответила Лора, и ее лицо вмиг сделалось серьезным. – Просто у меня не было другого выбора.

– Выбор есть всегда, – возразил Ларин.

– В моем конкретном случае его не было, – как-то уж совсем грустно проговорила блондинка и тут же пояснила, что она имеет в виду: – Просто при исполнении очередного задания меня «спалили» очень серьезные люди, которые устроили за мной настоящую охоту. Кое-как я от них ушла и залегла на дно. Чуть позже со мной связался Дугин и сказал, что мои обидчики не успокоились и продолжают поиски. А значит, стоит мне только высунуться, засветиться, как они сразу же схватят меня… Короче говоря, Павел Игнатьевич предложил мне сменить внешность. Мол, это единственный выход из сложившейся ситуации. Я несколько дней думала над его предложением, взвешивала все «за» и «против» и, наконец, решилась… И вот теперь я могу спокойно разгуливать по улице, будучи уверена, что мои преследователи если и увидят меня, то все равно не узнают и пройдут мимо.

Как бы ни относился к своей напарнице Андрей, какого бы мнения о ней ни был, но то, что она рассказала, тронуло его до глубины души и заставило забыть все прошлые обиды. Ведь когда-то под ножом пластического хирурга довелось побывать и ему самому. Поэтому он не понаслышке знал, каково это – проснуться одним прекрасным утром, подойти к зеркалу и увидеть в нем отражение другого, чужого тебе человека. Конечно, со временем ты начинаешь привыкать к своей новой внешности, но твоя старая все равно будет казаться тебе более привлекательной и, в конце концов, родней.

– Сочувствую, напарница, – прозвучало так, словно у Лоры умер кто-то из близких родственников и Ларин выражал ей соболезнования.

Будь Лора обычной женщиной, она непременно сейчас расплакалась бы. Однако за годы работы на тайную организацию по борьбе с коррупцией в высших эшелонах власти у нее выработался стойкий иммунитет к слезам. Нет, плакать напарница Андрея не разучилась. Но делала это через силу и только тогда, когда того требовала та или иная роль, которую она разыгрывала перед тем или иным объектом для того, чтобы втереться к нему (ней) в доверие. Кого она только не переиграла: и убитую горем вдову, и рыдающую от радости невесту… А вот плакать по-настоящему, что говорится – от души, Лора уже не могла. Что ж, каждое ремесло несет за собой определенные издержки, профессиональные заболевания. Так сетевой маркетолог разучивается искренне улыбаться. Риелтор, игрок в покер – говорить правду. Ну а антикор, будь то мужчина иль женщина, становится этаким железным человеком, который перестает сопереживать даже самому себе.

И все же в глазах Лоры блеснули слезинки. Но Ларин этого не заметил, так как она моментально надела солнцезащитные очки и с оптимизмом в голосе заявила:

– Зато теперь, имея новую внешность, я могу рассчитывать, что ты, наконец-таки, проявишь ко мне интерес. Точнее, уже проявил. Не просто же так ты пялился на меня из окна конспиративной квартиры, – улыбнулась блондинка. – Кстати, как тебе мой пинчер?

Застигнутый врасплох Андрей тут же попытался объясниться:

– Во-первых, с чего ты взяла, что я на тебя пялился? Так, у окна стоял, во двор смотрел, – прозвучало неубедительно. – А во-вторых, с каких это пор ты решила собаку завести?

– Потому что мне в последнее время кобелечка не хватало, – съязвила Лора и добавила: – Но теперь, когда у меня появился ты, придется сдать пинчера в собачий приют. Жаль, конечно, я к нему успела привязаться. Но двое кобелей с одной женщиной не уживутся. Друг другу глотку перегрызут.

Сказанное подействовало на Ларина, как ледяной душ. Он-то, наивный, думал, что его напарница после пластической операции изменилась не только внешне, но и внутренне. А вот и нет. Как была стервой, так ею и осталась. А со стервами нужно разговаривать их же языком.

– Раз уж я кобель, то в таком случае ты… – но Андрей вовремя замялся, не став вестись на откровенную провокацию. – Ладно, проехали. Тем более что это личное. А личное не должно мешать работе, о которой мы сейчас, кстати, и поговорим. Не за тем же я тебе встречу назначил, чтобы отношения выяснять. – И он решительно поднялся со скамейки. – Давай прогуляемся. Надоело сидеть.

Спорить Лора не стала. Поднялась следом за Лариным. И напарники неспешно пошли по центральной аллее парка. Со стороны казалось, что они ведут непринужденную беседу. На самом же деле антикоры говорили о серьезных вещах. Вернее, говорил преимущественно Андрей. Блондинка же изредка кивала, время от времени перебивала его, чтобы уточнить кое-какие моменты.

– …Да погоди ты, – в очередной раз перебила разглагольствующего напарника Лора, – хочешь сказать, что Дугин замахнулся на рынок поддельных документов?

– Именно, – подтвердил Ларин. – А потому дал нам следующее задание – в течение ближайших месяцев напрочь его ликвидировать.

От сделанного заявления у блондинки аж челюсть отвисла. Мол, Павел Игнатьевич в своем уме, чтобы поручать своим агентам подобные задания, да к тому же отводить на их выполнение столь сжатые сроки?

– Может, он нас еще попросит и на Марс слетать? – вопросила возмущенная женщина и с иронией в голосе добавила: – Нет, я абсолютно серьезно. Это ж сущий пустяк. Спроектируем с тобой за месяц звездолет. Еще месяц уйдет на его постройку. Потом полетим. А когда приземлимся на Красную планету, отрапортуем Дугину на Землю: «Полет прошел в штатном режиме. Ваша миссия выполнена».

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.