Анатолий Николаевич Левушкин
Брачный договор в Российской Федерации, других государствах – участниках Содружества Независимых Государств и Балтии

Рецензенты:

Ольга Юрьевна Ильина – доктор юридических наук, профессор, заведующая кафедрой гражданского права и процесса ФГБОУ ВПО «Тверской государственный университет»

Тамара Васильевна Шершень – кандидат юридических наук, доцент, заведующая кафедрой гражданского права и процесса ФГБОУ ВПО «Пермский государственный национальный исследовательский университет».

Предисловие

Семейные правоотношения являются одним из основополагающих видов общественных отношений. Большое значение в любой сфере правоприменения имеют и имущественные отношения. Брачный договор, являясь регулятором имущественных отношений супругов, становится действительно важным правовым институтом.

Брачный договор имеет многовековую историю. Уже в Древнем Риме и Греции молодая семья подписывала соглашение по поводу совместного имущества и его последующего наследования. Во многих европейских странах, в частности Франции, Англии, Германии, Австралии, с конца XVIII – начала XIX в. брачный договор регулировал имущественные взаимоотношения семьи. В современном мире брачный договор закрепился также за счет активной борьбы феминистического движения за права женщин, которое активизировало процесс развития института брачного контракта. И это неудивительно – в средние века права женщин подвергались существенному ущемлению, в том числе и имущественные права. В дореволюционной России, кстати, были нормы, указывающие на то, что если женщина была домохозяйкой, т. е. вела домашнее хозяйство, растила и воспитывала детей, но при этом не работала и не имела собственного дохода, она не имела прав на имущество в случае развода супругов. В современном обществе подобная «страховка» никого не удивляет. В части европейских стран и стран Северной Америки брачный договор регулирует не только имущественные, но и личные отношения.

Совсем недавно о брачном договоре можно было говорить лишь при характеристике семейного права зарубежных стран. В советском обществе бытовало понятие, что сама идея «брачного договора» абсолютно чужда воззрениям советских людей и порочна в корне.

Современное семейно-брачное законодательство России предоставляет возможность регулирования семейных отношений посредством заключаемых членами семьи договоров и соглашений. Договор как средство взаимоотношений известен с давних пор, но чем сложнее устроено общество, тем более разнообразные договорные отношения складываются в нем.

Отношения, складывающиеся в семье, носят разнообразный характер, в том числе характер правоотношений, в которых одно лицо несет перед другим обязательства исполнить что-либо или воздержаться от совершения определенных действий. Чем шире круг договорных отношений, построенных на соглашении сторон, тем больше такого рода отношений обязательственного характера возникает.

В настоящее время, согласно данным социологов, распадается каждый второй брак, причем в большинстве случаев причиной разводов выступают имущественные споры[1]. В связи с этим составление брачного договора становится самым цивилизованным способом решения имущественных проблем еще до их возникновения. Несмотря на это, брачный договор по-прежнему остается мало востребованным институтом, хотя с момента вступления в силу Семейного кодекса Российской Федерации[2] (далее – СК РФ) прошло уже более 15 лет. Поэтому приобретает большое значение изучение потенциала данного договора, заключение которого укоренилось в сознании большинства российских граждан как неэтичное.

Семейно-правовые аспекты договорного режима имущества супругов достаточно полно и широко освещены в юридической литературе, ряд диссертационных исследований посвящен теоретическим и практическим проблемам, возникающим при заключении брачного договора. Однако в науке не проводилось сравнительно-правовое исследование договорного регулирования (института брачного договора) отношений между супругами в Российской Федерации, государствах – участниках Содружества Независимых Государств (далее – СНГ) и Балтии.

Проблематика договорного режима имущества супругов в России, по мнению автора, нуждается в дальнейшем изучении, поиске и разработке направлений совершенствования установленной законодателем договорной конструкции. В этом, безусловно, может помочь законодательство государств – участников СНГ и Балтии.

Возникновение института брачного договора большинство исследователей считают абсолютно закономерным этапом развития правовых отношений в целом и договорных отношений в частности. Появление в российском праве нового института – института брачного договора – было предопределено рядом объективных причин.

И хотя проблемам правового регулирования брачного договора в настоящее время посвящено множество работ, ряд вопросов по-прежнему остается дискуссионным, а отсутствие единой теоретической позиции и четкой законодательной регламентации делает затруднительным разрешение конкретных ситуаций на практике. Так, в юридической литературе нет единого мнения относительно отраслевой принадлежности брачного договора; не решен вопрос относительно возможности заключения брачного договора через представителей супругов; не установлено, кого следует относить к лицам, вступающим в брак; не урегулированы жилищные отношения бывших супругов и др. Многие из данных вопросов, не урегулированные нормами российского законодательства, не нашли отражения и в законодательстве государств – участников СНГ. Однако следует заметить, что в отдельных государствах СНГ эти и другие вопросы получили закрепление на законодательном уровне, кроме того представляется необходимым заимствовать в российское законодательство некоторые нормы, регулирующие институт брачного договора в отдельных государствах СНГ.

Сегодня число российских пар и граждан в отдельных государствах СНГ, заключающих брачный договор, крайне невелико. Если в Европе и США, где этот институт существует уже более ста лет, официальные контракты заключают не менее 70 % вступающих в брак пар, в России этот показатель не превышает 3–5 %, да и среди них большинство составляют те, кто собирается разводиться и просто-напросто стремится избежать длительных судебных тяжб по поводу раздела имущества. Иными словами, в таких случаях брачный договор превращается просто в мировое соглашение лиц, фактически уже не являющихся супругами.

По нашему мнению, говоря о семейных отношениях с иностранным элементом, необходимо отметить, что не всегда возможно заключение брачного договора. Дело в том, что в некоторых странах прямо запрещается изменение законного режима имущества супругов посредством заключения брачного договора (Аргентина, Боливия, Куба, Румыния и др.), а в других – заключение брачного договора возможно только до регистрации брака (Бразилия, Колумбия, Япония, Португалия, Венесуэла и др.)[3].

Брачный договор, хотя и является до сих пор определенного рода «экзотикой» в семейно-правовом регулировании, в то же время может быть использован супругами как весьма действенный способ обеспечения их имущественных прав и интересов. Определенная динамика в этой сфере прослеживается, поскольку в связи с возрастанием количества имущественных споров, касающихся раздела имущества супругов, увеличилась численность нотариальных действий, связанных с удостоверением брачного договора. В 2010 г. на территории субъектов Российской Федерации нотариусами удостоверено 25 647 брачных договоров, что на 18,6 % выше аналогичного показателя 2009 г.[4].

Об актуальности и важности рассматриваемого вопроса также можно судить по статистическим данным, согласно которым, например, в Уфе, городе более чем с миллионным населением, на 1 сентября 2008 г. заключен 121 брачный договор[5], а по данным архива нотариуса г. Димитровграда Ульяновской области А.С. Богомоловой, в 2010 г. было заключено всего два брачных договора на данном участке и 15 договоров на всех участках. Однако и эта незначительная практика свидетельствует о том, что брачный договор заключают чаще всего лица с высокими доходами и вступающие в повторный брак[6]. В настоящее время 90 % российских брачных договоров заключается в Москве[7].

К сожалению, в СК РФ институт брачного договора не нашел достаточной правовой регламентации. Статистический учет применительно к брачному договору как в Ульяновской области, так и в целом по России не ведется, но можно однозначно сказать, что брачные договоры в России заключаются редко. В правоприменительной практике также возникает немало проблем как в Российской Федерации, так и в государствах – участниках СНГ и Балтии относительно порядка заключения, исполнения, содержания и расторжения брачного договора.

Глава 1
Договорное регулирование отношений между супругами и институт брачного договора в России

1.1. История возникновения и развития института брачного договора в России

Исторически появление института брачного договора в семейном праве связано с возникновением частной собственности. Брачный контракт был известен еще римскому праву, где основные формы вступления в брак носили признаки гражданско-правовой сделки. Древнерусскому праву тоже известна такая форма брака[8]. Появление брачного договора в законодательстве зарубежных стран было обусловлено потребностью имущих классов оградить свой капитал от постороннего вмешательства. Появление понятия брачного договора в законодательстве зарубежных стран было обусловлено характером буржуазного общества, различные слои которого нуждались в решении своих имущественных проблем.

Во Франции и Англии – странах, где существование брачного договора имеет очень давнюю историю, – его появление было вызвано необходимостью сохранения за женщиной, вступающей в брак, и ее родственниками права управления добрачным имуществом и пользования доходами от этого имущества. Сегодня зарубежное законодательство подробно регламентирует порядок заключения брачных контрактов, четко определяет правовое положение их участников, основываясь на многолетней договорной практике взаимоотношений супругов.

Если обратиться к истории брачного договора в нашей стране, можно заметить, что само понятие «брачный договор» Россия знала еще в XV в. В то время под брачным договором понималось гражданское обручение, т. е. обещание вступить в брак. Чаще всего этот договор заключался родителями малолетних жениха и невесты и обеспечивался неустойкой или задатком. Кроме неустойки или задатка, что важнее всего, в договоре обручения предусматривались условия и о приданом, его размере, обеспечении, оговаривалась доля жениха в приданом. Доли приданого подлежали государственной регистрации. Правильное оформление приданого супруги имело для супруга огромное значение: если он своевременно не «справил» на себя поместье (не подал челобитную о регистрации имущества на себя), то мог пользоваться им только при жизни супруги, а после ее смерти приданное переходило к ее родственникам. Однако в течение супружеской жизни супруг распоряжался приданым супруги самостоятельно.

Обычное право Древней и Московской Руси предусматривает целый ряд договоров, призванных урегулировать имущественные отношения будущих супругов (необходимо подчеркнуть, именно будущих супругов, так как подобные договоры заключались обычно до вступления в брак и, как и сам институт брака, носили пожизненный и нерасторжимый характер), а также других членов семьи, поскольку молодые, как правило, не жили самостоятельно, и с изменением состава семьи (обычно сразу же после церемонии), сватовства заключались следующие договоры:

договор о приданом, в котором указывалось, сколько и какого «имения» вносят родители невесты в пользу ее новой семьи, определялась судьба приданого на случай смерти жены или мужа (тогда, как правило, свекор или деверь возвращали невестке ее платье и часть денег);

договор о «кладке» (или «столовых деньгах») – так именовался взнос со стороны жениха;

предбрачный договор о наследовании.

Если молодые намеревались жить в доме у родителей жены, тесть и теща также заключали договор об имуществе с зятем-влазнем[9].

Наиболее распространенной формой брачного договора была рядная запись: отец невесты рядился (уговаривался) со своим будущим зятем относительно условий свадьбы, и главнейшие условия этого ряда заносились в письменное обязательство и удостоверялись свидетелями. Этот документ часто содержал условия и о приданом, и о взносе со стороны жениха, и о наследовании, т. е. объединял упомянутые договоры. При этом одним из главных или, как мы сейчас бы сказали, существенных условий рядной записи являлось обязательство жениха вступить в брак с невестой в определенный срок и корреспондирующее ему обязательство отца невесты выдать за него дочь. На случай нарушения этого личного обязательства для виновной стороны устанавливалась неустойка. «И они меж себя с обе стороны учнут уговариваться о всяких свадебных статьях, и положат свадьбе срок… И учнут меж себя писати в записех своих имена и третьих, и невестино, а напишут, что по сговору тое невесту взять на прямой установленный срок, без пременения, а тому человеку невесту за него выдать на тот же срок, без пременения. И положат в том письме меж собою заряд, буде тот человек на тот установленный срок тое девицы не возьмет, или тот человек своей девицы на срок не выдаст, взяти на виноватом 1000 или 5000 или 10000 рублев денег, сколько кто запишет в записи…»[10]. В рядной записи, как уже было сказано, определялись также наследственные права будущих супругов. По прекращении брака смертью мужа жена иногда владела его вотчинами и движимостями, если не вступала в новый брак. Часть, в которой жена наследовала в имуществе мужа, определялась рядной записью. По прекращении брака смертью жены приданое оставалось у мужа, от которого поступало к их общим детям; если же жена умирала бездетной, приданое возвращалось в ее род к тем лицам, которые дали за ней приданое, или к их наследникам[11].

Вопрос о юридической природе взноса со стороны жениха («кладки», «столовых денег») является спорным. Так, историк И.И. Срезневский, основываясь на том, что в русских летописях в связи со вступлением членов княжеского дома в брак с иноземцами упоминается вено (веном в Польше назывался брачный дар мужа жене, размер которого соответствовал размеру принесенного приданого), считает, что на Руси существовала плата, вносимая женихом или его отцом отцу невесты[12]. В.Д. Спасович, видимо, также основываясь на упоминании в летописи вена, которое Ярослав получил при выдаче своей сестры замуж за польского короля Казимира, при характеристике данного института в польском праве отмечает, что польское вено представляет собой дар мужа жене, а не ее родственникам, как в русском праве. Возможно, взнос со стороны жениха в пользу невесты или ее родных представлял собой частичную оплату свадебных расходов или что-либо подобное. Как отмечается в современном филологическом исследовании русской семейно-правовой терминологии XV–XVII вв., в правовых документах частного характера широко представлены термины, обозначающие затраты для вступающих в брак. Среди таких терминов, помимо уже упомянутых вена и неустойки, часто встречается «вывод», обозначаемый также словами «куница выводная», «куница благословенная», «выводное», «куничное», представляющий собой плату жениха семье невесты за отлучение ее от рода или плату помещику от семьи новобрачных за переход невесты к другому крепостнику[13]. Это является еще одним подтверждением тому, что на Руси, видимо, существовал обычай внесения платы за невесту, а не преподнесения ей самой брачного дара, соответствовавшего приданому.

В допетровской России правоотношения по поводу имущества супругов можно охарактеризовать следующим образом. Имущественные права и обязанности не только не отделены от личных, но, напротив, тесно с ними связаны. Так, брачный договор (совершаемый обычно в форме рядной записи) устанавливает одновременно личные и имущественные права и обязанности сторон – обязательства о заключении брака и обязательства по приданому.

Объектом правоотношений супругов является не все нажитое супругами имущество, а в первую очередь приданое – имущество, выделявшееся невесте ее родными и передававшееся вместе с ней из одной семьи в другую. Правовые памятники наиболее древнего периода юридически отделяют имущество жены от имущества мужа (например, путем запрета привлекать имущество жены к ответственности по долгам мужа, посредством разрешения жене требовать развода в случае растраты мужем ее имущества), но не содержат указаний на состав обособленного имущества жены. Это позволяет сделать вывод, что таким отдельным имуществом жены является именно приданое, права и обязанности по поводу которого при вступлении в брак и при прекращении брака определены и в законодательных актах, и в договорах. Например, установленный в Московской Руси запрет мужу свободно распоряжаться вотчинами жены распространялся на вотчины, принесенные в приданое.

Поскольку брак рассматривается как пожизненный и в принципе нерасторжимый союз, четко не определяются правомочия супругов по владению, пользованию и распоряжению их имуществом во время брака (за исключением указанных выше ограничений свободного распоряжения приданым). Права и обязанности в отношении супружеского имущества устанавливаются главным образом при вступлении в брак (обязанность дать за дочерью или сестрой приданое) и на случай прекращения брака (например, возврат приданого).

Очевидно, что в русском праве времен Киевской и Московской Руси существовала неопределенность регулирования имущественных отношений между супругами.

Что касается брачных договоров в период империи, то, несмотря на их популярность в народной среде (характер и основные разновидности брачных договоров по русскому обычному праву приведены выше), законодательное закрепление они получили только в Литве, Полтавской и Черниговской губерниях, где действовала уже рассмотренная польско-литовская система приданого с веном, оправой, венцом девичьим. За исключением законов, касавшихся вышеуказанных областей, как отмечает Р.П. Мананкова, «…в писаном русском праве уже нет богатой палитры брачных договоров, но сама возможность заключения допускается при господствующей в законе конструкции полной раздельности»[14].

Проанализировав вышеперечисленное, очевидно, что нельзя однозначно утверждать о том, что в Российской империи существовала возможность заключения супругами не только «обычных» гражданско-правовых договоров (купли-продажи, дарения и др.) относительно конкретного имущества, но и особого брачного договора, определяющего правовой режим различных видов их имущества. Так, по Д.И. Мейеру, «…определения законодательства о разъединении имущества супругов разделяют общее свойство гражданского права, т. е. получают силу там, где нет самоопределения граждан, нет никакого законного препятствия супругам заключить брачный договор, по которому все имущество супругов считалось бы общим и состояло или в обоюдном их распоряжении, или в распоряжении одного лица, когда один из супругов передает другому право собственности по своему имуществу. Словом, нет препятствия супругам установить имущественные отношения на началах, подходящих к той или другой системе имущественных отношений между супругами, какие существуют в государствах Западной Европы»[15]. Как указывает А.М. Нечаева, «.из смысла ст. 116 Свода законов граждансктх вытекает, что супруги могли как до брака, так и после его совершения “войти в соглашение” относительно определенного имущества, принадлежащего тому или другому»[16]. Это пишет и С.Н. Бондов[17]. Однако ни в труде А.И. Загоровского[18] по семейному праву, ни у Г.Ф. Шершеневича[19] ничего не сказано о возможности заключения брачного договора в его западноевропейском понимании генерального договора, устанавливающего режим имущества супругов. Как видно из приведенной цитаты, Д.И. Мейер выводит допустимость такого брачного договора из общих начал и смысла гражданского законодательства. А.М. Нечаева, исходя из смысла ст. 116 Свода законов гражданских, отмечает только возможность заключать договор относительно определенного имущества и не касается природы такого договора[20]. С учетом этого представляется, что данную статью можно толковать не как допустимость именно брачного договора, определяющего принципы построения отношений собственности между супругами, а как разрешение на «взаимные переукрепления», т. е. на совершение супругами между собой «обычных» гражданско-правовых сделок. Тем более, что буквальное содержание ст. 116 Свода законов гражданских следующее: «Супругам не возбраняется взаимно переукреплять между собою собственное их имение посредством продажи или дара на общем законном основании»[21]. Далее ее логичным продолжением является ст. 117, которая гласит: «Не воспрещается равномерно супругам совершать взаимно закладные на принадлежащее каждому из них имение и вступать в другие законные между собою обязательства». Видимо, смысл данных статей заключается в закреплении непосредственно в законе возможности для супругов заключать между собой различного рода сделки. Допустимость самостоятельного распоряжения супругами своим имуществом любыми способами, в том числе посредством заключения друг с другом договоров купли-продажи, имущественного найма, займа и др., является следствием построения правоотношений собственности супругов на началах раздельности. При этом в законодательстве Российской империи отсутствуют прямые указания на возможность посредством брачного договора установить, что все имущество супругов (или его часть) является общим или подлежит управлению одним из них. Как отмечает В.П. Никитина, иной режим имущественных отношений между супругами, отличный от раздельности, исключался[22].

Хотя требования к форме и регистрации такого договора, приведенные А.М. Нечаевой, характерны как раз для брачного договора: «В любом случае подобного рода договор оформлялся посредством акта, совершенного нотариусом. Под страхом недействительности этого договора о нем должно было быть упомянуто в акте бракосочетания»[23].

Итак, в Своде законов Российской империи был установлен принцип раздельности имущества супругов, который не давал женщине, не имевшей самостоятельного источника доходов и занятой ведением домашнего хозяйства, никаких прав на имущество семьи, что существенно нарушало интересы таких женщин.

Таким образом, брачный договор в его классическом понимании не является институтом российского имперского законодательства.

Что касается послереволюционного периода, т. е. во время существования СССР, регламентация супружеских отношений осуществлялась императивно закрепленным способом регулирования – общая (совместная) собственность супругов. Однако ст. 13 Кодекса законов о браке, семье и опеке (далее – КЗоБСО) устанавливала, что супруги могут вступать между собой во все дозволенные законом имущественно-договорные отношения. Соглашения между супругами, направленные к умалению имущественных прав жены или мужа, недействительны и необязательны как для третьих лиц, так и для супругов, которым предоставляется в любой момент от исполнения их отказаться (ст. 13)[24]. Можно отметить, что с принятием КЗоБСО в России начался новый этап в развитии правоотношений собственности супругов. При этом КЗоБСО распространил режим супружеского имущества на собственность лиц, фактически состоящих в брачных отношениях, хотя бы и не зарегистрированных[25].

По мере проведения реформы в области семейного права видоизменялся и режим супружеского имущества. Так, в 1926 г. был принят КЗоБСО, в котором была проведена замена раздельности супружеского имущества режимом общности.

Кодекс о браке и семье (далее – КоБС), продолжая линию КЗоБСО, установил режим общей совместной собственности супругов на нажитое ими во время брака имущество и равные права супругов владеть, пользоваться и распоряжаться этим имуществом даже в том случае, если один из них был занят ведением домашнего хозяйства, уходом за детьми или по другим уважительным причинам не имел самостоятельного заработка (ст. 20)[26]. При разделе имущества, являющегося общей совместной собственностью супругов, их доли признаются равными; от принципа равенства долей суд может отступить в отдельных случаях, учитывая интересы несовершеннолетних детей или заслуживающие внимания интересы одного из супругов, например, увеличить долю одного из супругов, если другой супруг уклонялся от общественно полезного труда или расходовал общее имущество в ущерб интересам семьи (ст. 21). К личной собственности каждого из супругов КоБС относил имущество, принадлежавшее супругам до вступления в брак, полученное ими во время брака в дар или в порядке наследования, а также вещи индивидуального пользования, за исключением драгоценностей и других предметов роскоши (ст. 22). Личное имущество может быть признано общей совместной собственностью, если будет установлено, что в течение брака были произведены вложения, значительно увеличившие стоимость этого имущества: капитальный ремонт, достройка и т. п. (ст. 22). КоБС также установил правила обращения взыскания на имущество супругов по обязательствам одного из них (ст. 23).

Таким образом, в советский период в стране был закреплен императивными нормами правовой режим общей совместной собственности на нажитое супругами во время брака имущество. Институт брачного договора в советском праве отсутствовал[27]. Поскольку данный институт отсутствовал и на большей части территории Российской империи, то решение Советской власти об окончательном исключении данного института из права России можно назвать последовательным продолжением политики российского государства в данной сфере общественных отношений.

Как Гражданский кодекс РСФСР 1964 г., так и КоБС РСФСР 1969 г. также предусматривали совместный режим супружеского имущества[28]. Отступление от начала равенства долей в совместно нажитом имуществе допускалось судом лишь в случае необходимости защиты интересов несовершеннолетних детей или заслуживающих внимания интересов одного из супругов. Однако на практике уже встречались случаи, когда супруги заключали «договора о правовом режиме имущества супругов», которые подлежали нотариальному удостоверению[29].

С распадом СССР и возникновением новых экономических отношений произошли существенные изменения во всех сферах общественной жизни граждан, что предопределило принятие нового Гражданского и Семейного кодексов Российской Федерации.

С развитием отношений частной собственности появились семьи, владеющие значительными доходами, и вопрос о разделе общего имущества при разводах встал более остро. В 1990 г. был внесен ряд существенных изменений в Основы законодательства о браке и семье Союза ССР и Республик от 27 июня 1968 г., а именно предусмотрена возможность исключения из состава общего имущества супругов имущества, нажитого ими после фактического прекращения брачных отношений. В 1992 г. число разводов на 1000 браков впервые превысило 500, а в середине 1990-х годов, когда показатели разводимости достигли своего первого пикового значения[30], законодателем была введена система брачного договора.

Одной из новелл современного российского законодательства является появление диспозитивности в определении режима имущества супругов. Институт договорного режима имущества супругов представлен в Семейном кодексе Российской Федерации альтернативой законному режиму и, по сути, регулирует реализацию права супругов и лиц, вступающих в брак, самостоятельно устанавливать содержание своих имущественных отношений в браке и (или) в случае его расторжения посредством заключения брачного договора.

Датой легального закрепления института брачного договора в праве России считается 1 января 1995 г., когда вступила в действие первая часть Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ)[31]. В частности, ч. 1 ст. 256 ГК РФ закрепила право супругов устанавливать договорный режим имущества супругов. СК РФ от 29 декабря 1995 г. № 223-ФЗ, введенный в действие 1 марта 1996 г.[32], конкретизировал эту норму, введя понятие «брачный договор» (термин является дословным переводом английского «marriage contract» и русским аналогом этого понятия). До принятия СК РФ заключение брачного договора было крайне затруднительно, поскольку ГК РФ не содержал норм, регулирующих его содержание, порядок заключения, расторжения и другие важнейшие моменты. Супруги могли руководствоваться лишь общими нормами гражданского законодательства о договорах, что, учитывая специфику брачного договора, было явно недостаточно. Следует отметить, что положения ст. 34–37 СК РФ применяются и к имуществу, нажитому супругами (одним из них) до 1 марта 1996 г. (п. 6 ст. 169 СК РФ). В СК РФ институту брачного договора посвящена специальная глава, в которой содержатся нормы, позволяющие супругам самостоятельно разрабатывать брачные договоры с учетом их интересов. Таким образом, нормы, регулирующие имущественные отношения супругов, сегодня носят диспозитивный характер[33].

При разработке СК РФ встал вопрос о том, какой правовой режим супружеского имущества должен быть избран в качестве законного, т. е. применимого, при отсутствии брачного договора[34]. Совместная собственность была признана оптимальной. Однако следует иметь в виду, что ни один правовой режим имущества супругов не может удовлетворить интересы всех супружеских пар. Единственный выход из положения – выбрать в качестве законного режим, отвечающий интересам большинства населения, и одновременно предоставить супругам возможность по-иному урегулировать имущественные отношения с помощью брачного договора.

В действительности основная цель договора – устройство имущественных вопросов в семейной паре. Такое соглашение – это гибкий способ устранения многих имущественных вопросов перед вступлением в брачные узы, этим устраняя сложности при разводе. Зачастую бракоразводные процессы даже с понятными обстоятельствами тянутся несколько лет и в любом случае не устраивают никого из супругов. Брачный договор может облегчить такого рода судебные споры, так как он регулирует семейные отношения, делая их более гибкими. Моральный аспект договора еще долго будет подвергаться обсуждению, но уже сейчас наблюдается рост числа людей, которые поддерживают задумку составления контракта при вступлении в брак. Понятно, что больше всего сторонников насчитывается в рядах молодых людей, а противников – среди пожилых и пенсионеров, людей, воспитанных в СССР, где явления брачного контракта попросту не могло быть.

Для наших же предков до 1917 г. брачный контракт был привычным и удобным, по свидетельствам оставшихся документов того времени. Возможно, спустя несколько десятков лет, брачный контракт снова вернет свою популярность в Российской Федерации, потому что он ни к чему не обязывает и не нарушает любовь, а просто дает возможность оградиться от споров и длительных судебных процессов[35].

Таким образом, наш законодатель воспринял нормы зарубежного законодательства о брачном договоре, предоставив супругам право устанавливать режим супружеского имущества по своему усмотрению, реализуя ст. 19 Конституции РФ.

1.2. Понятие, правовая природа и перспективы развития договорного регулирования отношений между супругами и брачного договора по законодательству Российской Федерации

Понятие брачного договора издревле было известно многим странам.

Название «брачный контракт» является дословным переводом английского «marriage contract» и русским аналогом понятия «брачный договор»[36].

Согласно ст. 4 °CК РФ брачным договором признается соглашение лиц, вступающих в брак, или соглашение супругов, определяющее имущественные права и обязанности супругов в браке и (или) в случае его расторжения.

Из данной дефиниции вытекают следующие признаки договора:

брачный договор – это соглашение;

субъектный состав договора – это лица, вступающие в брак, или супруги;

содержание договора – определение имущественных прав и обязанностей супругов;

период действия положений договора – в течение брака и (или) после его расторжения.

Оценки того, насколько часто в России заключаются брачные контракты, разнятся весьма сильно[37]. Из информации Первого канала российского телевидения (на апрель 2010 г.), в России 7 % вступающих в брак пар заключают брачный контракт[38]. В феврале 2009 г. кандидат психологических наук Татьяна Огородникова называла те же 7 % и обозначила, что еще «.. пару лет назад его заключали только 3 %»[39]. В 2000 г. брачные контракты были еще большей редкостью – например, по словам директора адвокатского бюро «Мошанский и Радутный» адвоката Алефтина Мошанского, на тот момент ему приходилось заверять 10–15 таких документов в год[40].

Президент Федеральной нотариальной палаты М.В. Сазонова дает лишь косвенную оценку: «320 петербургских нотариусов оформляют лишь 10–20 брачных контрактов в год», следовательно, для России брачные контракты – пока еще редкость[41]. Однако еженедельник «Молодежь Якутии» приводит более высокие показатели: по его данным, в 2005 г. таких семей было более 14 %, а 30 % состоящих в браке пар заключали его после бра-косочетания[42].

Член Московской палаты адвокатов Светлана Кирюшина отмечала, что в экспертных подсчетах возможна следующая ошибка: часть этих контрактов, по ее мнению, – даже большинство, заключаются непосредственно перед разводом с целью избежать «.длительных судебных тяжб по поводу раздела имущества». В таком случае этот документ является уже не брачным контрактом, а де-факто мировым соглашением лиц, фактически уже не являющихся супругами[43].

Анализируя некоторые данные, можно прийти к выводу, что чаще всего брачные контракты заключаются:

супругами, среди которых один или оба уже находились в брачных отношениях и в свое время прошли через процедуру раздела имущества по закону;

соответственно, возрастной состав – от 30 лет;

среди тех, кто заключает договор уже будучи в браке, чаще всего это лица до 30. Причем стаж семейной жизни этих лиц – от одного года до трех лет. Значительно реже брачный договор заключают граждане в возрасте от 40 до 50 лет[44];

те, кто вступает в брак впервые, в достаточно молодом возрасте, договор заключают единицы. Можно предположить, что это происходит по настоянию либо рекомендации старших родственников (родителей);

можно предположить, что договоры заключаются чаще в центральных регионах и крупных городах страны – там, где по объективным причинам выше заработки, выше благосостояние населения.

Чаще инициаторами заключения брачного договора являются мужчины, которые хотят застраховать себя в случае развода от претензий со стороны супруги. Однако бывают случаи, что подписать брачный контракт требует женщина – все зависит от конкретных обстоятельств и непосредственно от благосостояния супругов. Вообще, сфера частного бизнеса стимулирует людей к заключению таких договоров, потому что к моменту регистрации брака, как правило, начальный капитал уже вложен в дело, дальнейшее приобретение собственности происходит на основе вложенных средств. Таким образом, чтобы обезопасить свой бизнес от посягательств, предприниматели идут на подписание брачного контракта.

Брачный договор может явиться своеобразным имущественным кодексом конкретной супружеской пары, детально определяя практически все имущественные аспекты семейной жизни[45].

Как известно, определение какого-то понятия должно охватывать его существенные признаки. С учетом этого обстоятельства любое определение в некоторой степени условно и неполно. Условность определения брачного договора состоит в том, что направленность (содержание) его дана излишне широко. Брачным договором можно определить не все, а лишь часть прав и обязанностей супругов (ст. 42 СК РФ).

Опыт зарубежных стран, в которых возможность заключения брачного договора давно признана законодательством, свидетельствует о том, что, как правило, заключение брачного договора предшествует вступлению в брак.

Это же доказывает и только начинающая складываться российская практика. Так, из 30 проанализированных брачных договоров, заключенных в Московской области, 10 заключены лицами, вступающими в брак; 14 – супругами-молодоженами, состоящими в браке от одного дня до двух месяцев; 6 – супругами с различным стажем семейной жизни. Иными словами, наиболее часто субъектами брачного договора становятся именно лица, вступающие в брак[46].

Первые шаги в обновлении семейного права России сделаны в конце 1994 – начале 1995 г. внесением изменений и дополнений в КоБС РСФСР. Однако до принятия нового СК РФ говорить всерьез о реформировании брачно-семейного законодательства было нельзя. Именно он заложил новый подход в регулировании брачносемейных отношений, заменив императивно-дозволительный метод на диспозитивный. В чем и проявляется главная и неоспоримая ценность нового кодифицированного акта, по мнению Н.Е. Сосипатровой.

С точки зрения этого же автора, существенной новацией кодекса, где ярко проявился метод диспозитивности, явилось закрепление в нем договорного режима имущества супругов, под которым следует понимать «.порядок, действующий в отношении имущества, нажитого супругами во время брака, который в отличие от законного режима установлен самими супругами в брачном договоре»[47]. Его легальное определение дано в ст. 4 °CК РФ. Это соглашение лиц, вступающих в брак, или соглашение супругов, определяющее имущественные права и обязанности в браке и (или) в случае его расторжения.

СК РФ говорит о «брачных договорах», на практике же весьма часто употребляются термины «брачный контракт» или «брачное соглашение», из чего видно, что эти понятия равнозначны по смыслу, другими словами, они синонимы.

Особое значение основные начала семейного законодательства приобретают в процессе заключения брачного договора, при формировании и согласовании его условий, а также при внесении изменений в брачный договор. Правильное понимание принципов семейного права, их скрупулезный учет при заключении и (или) изменении брачного договора в конечном счете минимизируют возможность допущения юридических ошибок, позволяют достичь позитивного эффекта договорного регулирования имущественных отношений супругов и, как следствие, уменьшить количество судебных споров[48].

Вопрос о признании брачного договора договором особого рода является дискуссионным среди российских цивилистов, мнения которых на этот счет резко расходятся. Данный вопрос освещается в трудах М.В. Антокольской, С.Н. Бондова, А.В. Мыскина, А.В. Слепакова, Е.М. Ворожейкина, Л.Б. Максимович и других ученых.

Брачный договор как соглашение представляет собой договоренность лиц, выражающую их общую волю, и основан на равенстве сторон. В теории остается открытым вопрос об отнесении брачного договора к гражданско-правовым сделкам или о выделении его в особый вид договоров семейного права[49]. Значимость разрешения данного вопроса связана с тем, что в СК РФ институт брачного договора не нашел достаточной правовой регламентации, а от того, относится ли данный договор к гражданско-правовым, зависит возможность распространения на него норм гражданского законодательства[50]. Можно выделить две диаметрально противоположные точки зрения. Ряд исследователей относит брачный договор к гражданско-правовым договорам (М.И. Брагинский и В.В. Витрянский[51], Л.М. Пчелинцева[52], П.В. Крашенинников[53], А.В. Мыскин[54], Ш.У. Степанян[55]). М.В. Антокольская считает, что «. брачный договор должен рассматриваться в качестве отдельного вида гражданских договоров, объединяющего договоры, направленные на установление или изменение правового режима имущества»[56]. Другие авторы относят брачный договор к особым договорам семейного права (О.С. Елкина[57]) либо к смежным договорам гражданско-семейного права (Л.Б. Максимович[58]), аргументируя это спецификой брачного договора.

Безусловно, брачный договор обладает определенными особенностями: особый субъектный состав, предмет договора, его содержание, лично-доверительный характер, а также теснейшая связь брачного договора и брака. Как справедливо заметил П.В. Крашенинников, «.гражданско-правовой характер брачного договора не означает отсутствия специфических черт, свойственных только этому типу соглашений, позволяющих отличать его от всех прочих гражданско-правовых сделок»[59]. Сама возможность заключения брачного договора предусмотрена в ГК РФ; изменение и расторжение его осуществляются по основаниям и в порядке, предусмотренном ГК РФ (п. 2 ст. 43 СК РФ); к регулированию брачного договора в субсидиарном порядке применяется гражданское законодательство постольку, поскольку это не противоречит существу семейных отношений (ст. 4 СК РФ); брачный договор должен соответствовать основным требованиям, предъявляемым к гражданско-правовым сделкам, как по форме заключения, так и по содержанию и свободе волеизъявления сторон.

Справедливо отмечает в своей работе Т.В. Шершень, что семейно-правовая сущность брачного договора проявляется не только в его тесной связи с браком и невозможности существования вне брака, но и закреплением требований о соответствии условий брачного договора основным началам семейного законодательства. Данное требование вытекает из анализа п. 3 ст. 42 СК РФ, содержащего запрет на включение в брачный договор положений, противоречащих основным началам семейного законодательства. Несоблюдение данного требования влечет недействительность брачного договора, т. е. он не влечет правовых последствий, на которые был направлен, с момента его совершения[60].

Правовое регулирование имущественных отношений супругов дает пример проникновения публично-правовых элементов в частноправовую сферу, и брачный договор как регулятор имущественных отношений супругов не является исключением. Общее правило о том, что обладатели частноправовых интересов вправе устанавливать по своему усмотрению права и обязанности на основе договора (п. 2 ст. 1 ГК РФ), в заключении которого они свободны (п. 1 ст. 421 ГК РФ), не является абсолютным. Оно уточнено другим нормативным предписанием, согласно которому договор должен соответствовать обязательным для сторон правилам, установленным законом и иными правовыми актами (императивными нормами), действующими в момент его заключения (п. 1 ст. 422 ГК РФ). Данное положение целиком относится и к брачному договору.

Принцип свободы договора применительно к брачному договору проявляется в следующих аспектах:

супруги и лица, намеревающиеся вступить в брак, не обязаны, а вправе заключить его;

супруги и лица, намеревающиеся вступить в брак, вправе по своему усмотрению изменить предусмотренный законом режим общей совместной собственности и установить на все имущество или отдельные его виды режим, соответствующий в большей степени их имущественным интересам;

супруги и лица, намеревающиеся вступить в брак, в-третьих, они вправе включить в брачный договор любые иные положения, касающиеся их имущественных отношений (ст. 42 СК РФ).

Представляется, что правовая связь между гражданско-правовым и брачным договорами существует, однако она заключается лишь в том, что основные правовые идеи, общие положения гражданского договорного права пронизывают и брачный договор, но в результате этого специфика последнего не утрачивается, что позволяет говорить о его самостоятельности и смешанном комплексном характере.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «ЛитРес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на ЛитРес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.

Примечания

1

Степанян Ш.У. Брачный договор как регулятор имущественных отношений супругов в российском обществе // Семейное и жилищное право. – 2006. – № 2. – С. 36.

Вернуться

2

Семейный кодекс Российской Федерации от 29 декабря 1995 г № 223-ФЗ (ред. от 30 ноября 2011 г. № 363-ФЗ) // СЗ РФ. – 1996. – № 1. – Ст. 16.

Вернуться

3

Паненкова (Черепкова) М.А. Регулирование брачного договора в российском и иностранном праве // Бюллетень нотариальной практики. – 2009. – № 2.

Вернуться

4

См.: Аналитическая записка к статистическому отчету «О деятельности нотариальных палат субъектов Российской Федерации и нотариусов, занимающихся частной практикой в 2010 году» // URL: http://www.notariat.ru/hot/ press_4118_21.aspx (дата обращения – 01.08.2011).

Вернуться

5

Азнаев А.М. Брачный договор в российском праве // Закон. – 2008. – № 10. – С. 200.

Вернуться

6

Каширин А. Прибавление в семейном законодательстве (интервью с П.В. Крашенинниковым, председателем Комитета Государственной Думы по гражданскому, уголовному, арбитражному и процессуальному законодательству) // ЭЖ-Юрист. – 2007. – № 39. – С. 23.

Вернуться

7

Комментарий семейного и гражданского законодательства / под ред. Б.М. Гонгало, П.В. Крашенинникова. – М.: БЕК, 2006. – С. 62.

Вернуться

8

См.: Владимирский-Буданов М.Ф. Обзор истории русского права. – Ростов-н/Д: Феникс, 1995. – С. 405–407.

Вернуться

9

Мананкова РП. Правовой статус членов семьи по советскому законодательству. – Томск, 1991. – С. 216.

Вернуться

10

Мананкова РП. Указ. соч. – С. 216.

Вернуться

11

Слепакова А.В. Правоотношения собственности супругов. – М.: Статут, 2005.

Вернуться

12

Слепакова А.В. Указ. соч.

Вернуться

13

То же.

Вернуться

14

Цит. по: Слепакова А.В. Указ. соч.

Вернуться

15

Цит. по: Бондов С.Н. Брачный договор. – М., 2000. – С. 26.

Вернуться

16

Нечаева А.М. Семейное право: курс лекций. – М.: Инфра-М, 1998. – С. 48.

Вернуться

17

Бондов С.Н. Указ. соч. – С. 26.

Вернуться

18

См.: Загоровский А.И. Курс семейного права. 2-е изд. Одесса, 1909; Загоровский А.И. Курс семейного права / под ред. и с предисл. В.А. Томсинова. – М.: Зерцало, 2003.

Вернуться

19

См.: Шершеневич Г.Ф. Учебник русского гражданского права. – Т.1, 2. – М.: Статут, 2005. – 461 с. (Классика российской цивилистики).

Вернуться

20

Слепакова А.В. Указ. соч.

Вернуться

21

То же.

Вернуться

22

Никитина В.П. Имущество супругов. – Саратов, 1975. – С. 10.

Вернуться

23

Нечаева А.М. Семейное право. – М., 2002. – С. 48.

Вернуться

24

Собрание узаконения РСФСР. – 1926. – № 82. – Ст. 612.

Вернуться

25

Генкин Д.М., Новицкий И.Б., Рабинович Н.В. История советского гражданского права. – М., 1949. – С. 93.

Вернуться

26

Собрание узаконения РСФСР – 1926. – № 82. – Ст. 615.

Вернуться

27

Генкин Д.М., Новицкий И.Б., Рабинович Н.В. Укз. соч. – С. 94.

Вернуться

28

Фоков А. Особенности гражданско-правовой защиты общей собственности в России и за рубежом: брачный договор // Юрист. – 2004. – № 4. – С. 13.

Вернуться

29

Виноградова РИ. Образцы нотариальных документов: практ. пособие. – М.: Российское право, 1992. – С. 84, 85.

Вернуться

30

Варламова С.Н., Носкова А.В., Седова Н.Н. Брачный договор в России: от прошлого к будущему // Социологические исследования. – 2008. – № 1 (285). – С. 52.

Вернуться

31

СЗ РФ. – 1994. – № 32. – Ст. 3301.

Вернуться

32

СЗ РФ. – 1996. – № 1. – Ст. 16.

Вернуться

33

Семейное право: учебник / А. Н. Левушкин, А.А. Серебрякова. – Ульяновск: УлГУ, 2011. – С. 145.

Вернуться

34

Антокольская М.В. Семейное право: учебник. – 2-е изд., перераб. и доп. – М.: Юристъ, 2002. – С. 144.

Вернуться

35

Брачный договор в России?! (режим доступа: http://www.yahta.biz/yacht_p-205-brachnii-dogovor-v-ro.html).

Вернуться

36

Большой юридический словарь / под ред. А.Я. Сухарева, В.Е. Крустких. – М.: ИНФРА-М, 2002. – С. 63.

Вернуться

37

Цыпандина Т. Семейная кухня, или Как правильно жить по брачному договору // Молодежь Якутии. – 2005. – № 39 (режим доступа: http://www.molodejka. ru/index.asp?id=2435&n=5351).

Вернуться

38

Брачный договор // http://www.1tv.ru/prj/uchastok/vypusk/print_ version/3801 (официальный сайт Первого канала Российского телевидения, 06.04.2010).

Вернуться

39

Пряхина Е. Любовь по контракту // Известия. – 2009. – 13 февраля (режим доступа: http://www.izvestia.ru/obshestvo/article3125408/).

Вернуться

40

Киселева К. Вступлю в брак. Торг уместен // Коммерсантъ-Власть. – 2008. – № 31 (382) (режим доступа: http://www.kommersant.ru/Doc-rss/17376).

Вернуться

41

Семья и брачный договор. Статистика по России // http://www.rosbalt.ru/ piter/2010/03/26/723489.html

Вернуться

42

Цыпандина Т Указ. соч.

Вернуться

43

Кирюшина С. Брачный договор в России // Наука и жизнь. – 2007. – № 9 (режим доступа: http://www.nkj.ru/archive/articles/11606/).

Вернуться

44

Реутов С.И. Практические вопросы заключения брачного договора // Нотариус. – 2003. – № 5. – С. 32.

Вернуться

45

Низамиева О.Н. Договорное регулирование имущественных отношений в семье. – Казань: Изд-во «Таглимат» Ин-та экономики, управления и права,

2005. – С. 104.

Вернуться

46

Максимович Л.Б. Брачный договор (контракт). – М.: Ось 89, 2005. – С. 41.

Вернуться

47

Сосипатрова Н.Е. Брачный договор: правовая природа, содержание, прекращение // Государство и право. – 1999. – № 3. – С. 76.

Вернуться

48

Шершень ТВ. Роль основных начал семейного законодательства России в формировании условий брачного договора и определении его действительности // Бюллетень нотариальной практики. – 2009. № 5. – С. 16.

Вернуться

49

Левин Ю.В. Актуальные вопросы брачного договора в Российской Федерации // Право и политика. – 2009. – № 2. – С. 359–361.

Вернуться

50

Комментарий к Семейному кодексу РФ / под ред. П.В. Крашенинникова, П.И. Седугина. – М.: Норма, 1997. – С. 90.

Вернуться

51

Брагинский М.И., Витрянский В.В. Договорное право. – Книга первая. Общие положения. – М.: Статут, 2002. – С. 27.

Вернуться

52

Пчелинцева Л.М. Семейное право России: учебник для вузов. – 3-е изд., перераб. и доп. – М.: НОРМА, 2003. – С. 206.

Вернуться

53

Комментарий к Семейному кодексу РФ / под ред. П.В. Крашенникова, П.И. Седугина. – С. 90.

Вернуться

54

Мыскин А.В. Брачный договор: гражданско-правовой договор или договор особого рода? // Гражданское право. – 2006. – № 2. – С. 33–37.

Вернуться

55

Степанян Ш.У. Указ. соч. – С. 37.

Вернуться

56

Антокольская М.В. Указ. соч. – С. 157.

Вернуться

57

Елкина О.С. Брачный договор как способ обеспечения имущественных прав супругов // Гражданское право. – 2009. – № 4. – С. 42–46.

Вернуться

58

Максимович Л.Б. Брачный договор в российском праве. – М.: Ось-89, 2003. – С. 26.

Вернуться

59

Гонгало Б.М., Крашенинников П.В., Михеева Л.Ю. и др. Семейное право: учебник / под ред. П.В. Крашенинникова. – С. 110. – М.: Статут, 2008; Левушкин А.Н., Серебрякова А.А. Семейное право: учеб. пособие. – Ульяновск: УлГУ, 2011.

Вернуться

60

Шершень ТВ. Роль основных начал семейного законодательства России в формировании условий брачного договора и определении его действительности // Бюллетень нотариальной практики. – 2009. – № 5. – С. 19.

Вернуться