# Исповедь девочки по вызову

Светлана Гвоздовская

Эта книга – автобиография. Смелая и искренняя. В чем-то эпатажная. Поскольку таких, как автор, общество осуждает. Ведь она – представительница древнейшей профессии. И вот уже десять лет продает свою любовь.
Впервые! Все стороны этого бизнеса изнутри – от момента прихода на панель до страшных и неприглядных особенностей «работы».

©Светлана Гвоздовская, 2010

© ООО «Астрель-СПб», 2010


Все права защищены. Никакая часть электронной версии этой книги не может быть воспроизведена в какой бы то ни было форме и какими бы то ни было средствами, включая размещение в сети Интернет и в корпоративных сетях, для частного и публичного использования без письменного разрешения владельца авторских прав.


## Давайте знакомиться

Здравствуйте. Меня зовут не Светлана и не Гвоздовская, но в силу определенных причин (каких, я думаю, объяснять никому не надо) я представлюсь именно так.

Что побудило меня «взяться за перо»?

Не так давно я окинула взглядом свою жизнь и поняла, что не могу дать себе внятного ответа на некоторые вопросы.

Почему я поступала в многочисленных ситуациях, предлагаемых мне жизнью, вот так, а не иначе?

Почему я принимала именно такие решения?

Что мною двигало?

Чего я достигла?


Время от времени подобные мысли посещают, как мне кажется, каждого. Ко мне они пришли на пороге тридцатипятилетия.

И уходить никуда не собирались.

Анализируя прошлое, я с ужасом думала о будущем. Если бы в двадцать пять лет мне рассказали о том, как я проживу следующее десятилетие, даже не знаю, хватило ли у меня мужества жить дальше. И, что самое обидное, прошли годы моей жизни. Их не вернуть. А я, как была в одной точке жизненной кривой, так на ней и осталась.


В двадцать пять я была проституткой, и в тридцать пять я работаю на том же поприще. А ведь не думала, что так надолго в этом бизнесе задержусь. Думала, это временно. Что вот-вот ситуация изменится и никогда больше на панели меня не увидят.

Но, увы. Как говорится, воз и ныне там.

Вот это-то и пугало меня до дрожи. Отсутствие изменений.


А каким образом можно изменить свою жизнь? Ведь не сложа же руки сидишь. Крутишься как белка в колесе, что-то делаешь, пыжишься.

Только из накатанной колеи никак почему-то не выбраться.

Всегда можно сказать, что ты жертва обстоятельств, что надо зарабатывать деньги, что нет времени и т. д. и т. п. Сам себе всегда найдешь оправдание (уж мне ли этого не знать?).

Когда до меня наконец-то дошло, что самооправданием я ничего не добьюсь, я решила сделать хоть что-то.

Например, понять (действительно ПОНЯТЬ), как же я дошла до жизни такой?

Не может быть, чтобы за десять лет мне судьба не предоставила ни одного шанса для улучшения ситуации. Я даже помню эти возможности. Вот только они у меня стоят в графе «упущенные».

Вопрос – почему?

Если нет ногам покоя, значит, что-то с головою.


Все мы мним себя великими знатоками психологии и человеческих душ. И совет можем дать, при этом будучи совершенно на сто процентов уверены, что уж мы-то знаем, «как лучше». Не задумываясь о том, что каждый смотрит со своей колокольни.

В моем «тяжелом случае» я решила избежать разговоров «по душам» с друзьями и родственниками.

Жизненный опыт говорил мне: «Каждое дело должен делать профессионал, только в этом случае можно надеяться на качественный результат». Исходя из этого я принялась действовать. Нашла психолога, работающего с проститутками (мне было важно, чтобы человек знал нюансы проблемы не понаслышке), и отправилась на прием.

Тараканов в моей голове оказалось предостаточно, поэтому одним посещением я не ограничилась и прошла полный курс.

Не думаю, что вас интересует изнанка моего сознания, поэтому писать об этом не стану. Напишу о другом.

В результате моего общения с психологом мне было предложено по-новому посмотреть на сложившуюся ситуацию моей жизни. Я не могу изменить своего прошлого. Но я могу изменить свое отношение к нему.

Что есть хорошего в том, что я десять лет работала проституткой?

?..

Как ни странно, положительный момент нашелся.

Я знаю о проституции то, что не знает ни один человек, не работающий в этой сфере.

Ну и что, возразите вы? Большинство людей не знает тонкостей профессий другой части населения и живут спокойно. К примеру, мало кто разбирается в тонкостях работы архитекторов или фармацевтов. Это никому не интересно. Важен только конечный продукт.

Но…

С проституцией все обстоит немного иначе. Эта тема будоражит многих. Цепляет за живое.

Народ хочет знать!

И появляются на TV передачи, в газетах и журналах статьи о якобы точной и правдивой жизни проституток.

Скажу честно, я иногда такой бред читала, что даже не знала, смеяться мне или плакать.

Ни один журналист не сможет правдиво описать эту сферу. Приблизительно – может быть. Но вот честно и точно – никогда. Для этого нужно полное погружение в среду, без запасных выходов и прикрытых тылов.

В случае, если работник СМИ пытается дать правдивый рассказ с места событий, всегда идет однобокий взгляд на вещи. Ни о каком полном раскрытии темы нет и речи.

И это еще не самый худший вариант.

В большинстве же передач и статей на эту тему я видела вот что:

а) откровенное вранье;

б) правду, но с такими купюрами, что она становилась ложью.

Странно писать об этом в наше якобы демократическое время, когда все носятся со свободой слова, но вот что я думаю по этому поводу.

Все знают о существовании проституции в нашей стране.

Проблема эта настолько серьезна, что государство решить ее не может.

Поэтому поступают, как в старые добрые советские времена. С помощью СМИ создается общественное мнение, снимающее ответственность за сложившуюся ситуацию с государства и перекладывающее все на плечи отдельных граждан.

Это сами проститутки виноваты в своем образе жизни (на экране появляется пьяная девица, с сигаретой в зубах, с обколотыми венами и развязным поведением), но никак не государство с его сырьевой экономикой, переставшее создавать рабочие места.

Ни разу в жизни не показали проститутку, ясно и четко выражающую свои мысли чистой и грамотной речью.

А почему?

Да потому, что, если показать интеллигентную женщину, работающую проституткой, у людей возникнут ненужные вопросы. Поверьте мне, педагогов среди проституток предостаточно.

Что толкнуло учительницу на панель?

Есть еще масса других вопросов, которые люди могли бы задать, но, пока у них нет информации, эти вопросы заданы не будут.

А СМИ этой информации и не дадут.


Разговор с психологом дал мне второе дыхание. Оказывается, можно не выкидывать десять прожитых лет в помойку.

Я обладаю уникальным материалом, который может изменить взгляды многих людей.

Не знаю, будет ли эта книга когда-нибудь опубликована.

Но я ручаюсь: все, что здесь написано, – правда.

## Мой первый клиент

На момент, когда я впервые сознательно решила заняться сексом за деньги, мне было почти двадцать четыре года. Я находилась в чужом городе, практически без денег, без прописки, без работы и без родственников. Жила я в съемной комнате, одной из шести, в коммуналке на Второй Советской. На дворе стояло лето девяносто восьмого года. До очередного экономического кризиса оставался всего один месяц.

Я ждала, когда моя мама вышлет мне обещанные на покупку прописки деньги. Пока у меня не стоял этот заветный штамп в паспорте, работу искать было бесполезно. Просто сидеть в четырех стенах – неинтересно. Июль выдался жаркий, погода стояла прекрасная, особенно по вечерам, когда спадала дневная духота. Отличная погода, красивый город и масса свободного времени подвигли меня на долгие прогулки. Я для себя решила, что раз уж я оказалась в новом, да еще таком красивом месте, то почему бы мне его не изучить.

Каждый день, примерно около шести часов вечера, я отправлялась на прогулку. Чтобы не заблудиться, я выбирала себе строго одно направление, исключающее какие-либо повороты. Доходила до конца очередного проспекта или улицы и возвращалась тем же путем обратно. Так как я жила в старой части Питера, до современных построек, лишенных индивидуальности, я не добиралась. Смольный собор, Александро-Невская лавра, набережная Невы, мостики через Фонтанку – от всех этих видов просто дух захватывало. Санкт-Петербург – очень красивый город, с особой пронзительностью я это чувствовала именно в первое время. Сейчас, прожив в нем уже не один год, на его архитектурные изыски практически не обращаю внимания. К сожалению, если мы слишком долго погружены даже в самую невероятную обстановку, рано или поздно она становится для нас обыденностью. Иногда замечаешь людей, разинувших рты, стоящих и рассматривающих здание, мимо которого ты пробегаешь, ничего не замечая. Про себя отмечаешь: ага – туристы. Ведь не зря в Питере есть шутка на тему, как отличить коренного питерца от приезжего. (При взгляде на разводящийся мост они говорят совершенно разные фразы. Турист: «Боже, какая красота!!!» Питерец: «А-а-а!!!! Не успел!!! Гребаные мосты!!!»)

В июле девяносто восьмого я точно не чувствовала себя петербурженкой. И до туриста мне было далеко. К моему положению очень подошло бы определение «потерпевший крушение на необитаемом острове». Несмотря на-то что вокруг меня было много людей, я чувствовала себя очень одиноко. Да и как может чувствовать себя человек, которого выгнала из дома собственная мать со словами: «Уезжай отсюда, ты здесь никому не нужна. Из-за того, что ты здесь прописана, у нас квартплата слишком высокая!»

Это были не единственные добрые слова, которые я ежедневно выслушивала в отчем доме. Просто в последнее время эта фраза звучала все чаще и чаще. Поэтому, наверное, так в память и врезалась. Не хочу углубляться в мои отношения с матерью, подобную ситуацию очень здорово описал Павел Санаев в книге «Похороните меня за плинтусом». Очень похоже.

Если ты гуляешь не одна, всегда можно поговорить. Неважно о чем, хоть о программе телепередач на завтра, отвлечься разговором. Когда рядом с тобой никого, ты предоставлена только сама себе. Даже рассматривая изящный барельеф, привлекший твое внимание, ты все равно никуда не денешься от своих мыслей. А мои мысли меня пугали.

Мне было так страшно, что временами у меня наступали самые настоящие приступы паники. Ладони потели, все тело покрывалось мурашками, и, несмотря на теплую погоду, я начинала мерзнуть. Ничто не пугает так, как неопределенное будущее. Трудности, происходящие в настоящем, довольно легко переносятся, если знать, что потом все будет хорошо. Пустота и неизвестность впереди меня просто парализовывали.

Я все время думала о том, что деньги кончаются и взять их неоткуда. Обещанное на прописку мама не высылала. Меня одолевали сомнения, что она их никогда не вышлет. Хоть я и гнала от себя подобные мысли, к сожалению, они были не беспочвенны. Просто я довольно хорошо знала свою мать. Спустя некоторое время оказалось, что эти черные подозрения посещали меня не зря.

Деньги на прописку в Питере мне были обещаны только для того, чтобы я выписалась из нашей квартиры. Иначе я вряд ли бы это сделала. Когда я это поняла, было уже слишком поздно. С*****карская прописка была потеряна, а на питерскую не было средств. Я висела между небом и землей.

Моя мама больше не высылала мне денег. Только несколько раз передавала мне сумку с едой (в основном это были крупы, гречка, рис и сахар) самолетом. На мое счастье, подруга моего детства работала стюардессой, и иногда ей ставили рейс на Питер. Полученную еду я старалась растягивать настолько, насколько это было возможно. То, что я ложилась спать голодная, меня особо не трогало. Я считала, что это даже полезно для здоровья, какое-то время посидеть на однообразной еде.

Меня мучило не это. Может, я никогда не была любимым ребенком в семье. Да, на меня всегда кричали, мною понукали. Но то, что меня выкинули из дома как собаку, было выше моего понимания. Это было настолько невероятно, что мне иногда казалось, произошло не со мной. Возникало ощущение взгляда со стороны. Как будто я просто наблюдатель, а не участник происходящего.

Тот памятный вечер не был исключением. На душе скребли кошки. Я прошла большую часть Заневского проспекта и, не торопясь, возвращалась обратно. Заневский проспект оказался довольно длинным, а передвигалась я исключительно на своих двоих, поэтому возвращалась домой я в довольно позднее время. Часов одиннадцать вечера уже было точно.

Пройдя по набережной, дошла до Большеохтинского моста. На мой взгляд, это самый красивый мост в Питере. Эти каменные башенки и ажурность металла, восхищавшие меня тогда, изумляют меня и по сей день. Но, пока я любовалась чудом инженерной мысли, кое-кто любовался мною. Пока я переходила мост, ко мне несколько раз подъезжали машины, водители которых предлагали меня подвезти. Мне было как-то неловко, каждый раз я отказывалась. Возможно, я не соглашалась потому, что мне не нравились эти мужчины.

Чем я их привлекала? Уже сейчас, с точки зрения профессионального опыта, я понимаю, что не выглядела как проститутка. Одета я была довольно скромно: футболка и джинсы. Никаких мини-юбок и обнаженных ног. Честности ради уточню – футболка была коротенькая и в обтяжку, но довольно обычная. Ничего вызывающего. А может, все дело было в моем внешнем облике в целом. Раздавая внешность, Господь не поскупился и отвесил мне достаточно. Когда я иду по улице, на меня часто заглядываются, причем не только мужчины, но даже женщины и дети (что особенно приятно). Хотя, возможно, играло роль само мое присутствие в столь поздний час на улице. Кто знает…

В это время года в Питере стоят белые ночи. Почему-то та ночь была темной, возможно, было облачно. Я очень отчетливо помню свет фонарей на фоне черного неба и слегка освещенные стены зданий.

Уже почти подходя к дому, я испытывала сожаление, что отказалась от мужской компании. Какое-никакое, но это было бы общество. Мое состояние легко описывалось фразой Филатова: «Я готов хоть к пчелам в улей, лишь бы только в коллектив».

Мимо проезжавшие машины ослепляли огнями фар. На Суворовском проспекте очень узкие тротуары для пешеходов, поэтому складывалось ощущение, что ты как на витрине перед водителями, особенно если ловишь на себе их взгляды. Когда рядом со мной затормозила очередная машина, я уже была доведена своими мыслями до такого состояния, что села бы в нее, даже если бы там сидело чудовище Франкенштейна. Так сильно мне не хотелось быть одной. Из черного «БМВ» мне улыбался молодой человек, вполне приличной наружности:

– Тебя подвезти?

Колебалась я недолго. Сев на переднее сиденье, сообщила, что живу совсем рядом и далеко ехать не придется. Следующую фразу мужчины я поняла не сразу.

– Может, договоримся? Полташки будет достаточно?

Я не знала, что такое полташка, и поинтересовалась, задав вопрос. При этом чувствуя, что спрашиваю о чем-то совершенно элементарном и, наверное, глупо выгляжу. Мило улыбаясь, мне объяснили снисходительным тоном:

– Полташка – это пятьдесят рублей.

После этих слов мне все стало ясно. Ситуация принимала интересный оборот. Дело в том, что, садясь в чужую машину, к незнакомому мужчине, не надо быть семи пядей во лбу, для того чтобы понять, к чему дело движется. Чаще всего – к сексу. И это была та плата, которую я была готова заплатить, лишь бы не быть одной. А тут выясняется, что мне за это еще и заплатить хотят. Ну что ж, быть по сему.

Ехать до меня было совсем недолго. Но познакомиться мы успели. Молодого человека звали Игорь, и, по его словам, работал он в банке. Я тоже представилась. Пока мы взбирались по лестнице на мой четвертый этаж, я попросила его вести себя потише, чтобы не разбудить соседей. Хотя расположение моей комнаты, в нашем случае, было довольно удобным – она находилась прямо рядом с входной дверью.

Стараясь не шуметь, мы оказались у меня. Предварительный разговор, произошедший в машине, исключал всякий налет романтизма, поэтому ни о каких распитиях чая и приятных беседах не было и речи. Я просто дала Игорю полотенце и отвела в ванную.

Пока он мылся, я успела расстелить постель и положить под подушку презерватив. Хорошо, что у меня хоть один да в сумочке лежит. Я всегда считала наличие презерватива в женской сумочке обязательным. Мало ли что? Даже на случай изнасилования (не хочется о плохом, но все-таки). Места много не занимает, есть не просит. Когда припрет, обычно времени на покупку нет. Как говорится, дорога ложка к обеду. Так что лучше заранее озаботиться.

Следом за Игорем в душ сходила я. Вся коммуналка спала, и это было хорошо.

Мы сильно не шумели, да и особых причин для шума не было. Все произошло легко и быстро. Спустя минут пять я снова направилась в душ.

Вернувшись, я обнаружила свою комнату совершенно пустой. Игоря в ней не было. Первая мысль, которая мне пришла на ум: «Наверное, он тоже пошел в душ, и мы с ним разминулись» (кто бывал в питерских коммуналках, тот знает, насколько это возможно). Наивная душа!

Не совсем понимая, что случилось, я вышла искать его в коридор. Мне совершенно не хотелось, чтобы он столкнулся с кем-нибудь из соседей. Тут мой взгляд упал на входную дверь, и все сразу встало на свои места. Дверь была приоткрыта.

Он сбежал!

Закрывая дверной замок, я все еще не могла поверить в случившееся. Как все честные люди (я себя к ним причисляю без ложной скромности), я не умею ни врать, ни обманывать. Если кто-то обманывает меня, то каждый раз для меня это как открытие. Неужели так можно? И как с этим жить дальше?

Усевшись на кровать, я тупо уставилась в стену и переваривала произошедшее. На тот момент я еще не знала своего будущего и не думала, что стану профессиональной проституткой. Я и не догадывалась, что сейчас получила свой первый урок на пути к профессионализму. Одно из главных правил – деньги всегда, ВСЕГДА, надо брать сразу. Как говорится у Ильфа и Петрова: деньги вечером, а стулья утром.

Это непреложно.

Самое смешное, эта история получила продолжение.

Буквально через неделю ко мне в дверь постучала соседка, сообщив, что ко мне пришли. Выйдя к порогу, я, мало сказать, поразилась, у меня чуть челюсть не отвисла. На лестничной площадке стоял ранее сбежавший Игорь:

– Можно к тебе зайти?

Возможно, сейчас другие женщины меня осудят, решив, что я неправильно себя с ним повела. Возможно, я должна была высказать ему все, что плохого думаю о нем, и захлопнуть перед его носом дверь.

Но я другой человек и веду себя по-другому. Во-первых: я его уже простила. Вина была не только на нем, но и на мне. (Не зная тонкостей данного бизнеса, это именно я дала возможность ему обмануть меня.) Во-вторых: темперамент у меня стойкий нордический, поэтому разозлиться и выдать эмоцию за несколько секунд у меня никогда не получалось. Наверное, в связи с этим я редко злюсь. Просто не успеваю! В-третьих: мне было любопытно.

Чего пришел-то? Да еще и после такого «благородного» поступка?

Под любопытные взгляды соседки я проводила Игоря к себе.

До его прихода я сидела и читала книгу. Снова завернувшись в плед, я села на угол дивана, освободив место и для гостя. Начинать разговор первой я не хотела. Довольно неловкая ситуация. Он ее создал, вот пусть сам и выпутывается. Я ожидала извинений.

Видимо, не мне одной не хотелось разговаривать. Совершенно молча Игорь залез рукой мне под плед и стал гладить по ноге.

Фигасе! Вот зачем пришел!

Может, я создаю впечатление дуры???

Слова вылетели сами собой:

– Ты мне еще за прошлый раз должен.

Никакого смущения в ответ не последовало. Открыв кошелек, он кинул мне на стол две сотенные купюры (для сравнения – в то время я снимала комнату за шесть сотен).

Превращение полташки в сотню я посчитала достойной компенсацией за нанесенный ранее моральный ущерб. Опять же лишние две сотни в хозяйстве не помешают. Я была полностью на мели.

Моя благосклонность была получена.

Впоследствии мы встречались с Игорем на протяжении нескольких лет, все то время, пока я жила на Второй Советской. К сожалению, наша связь оборвалась самым нелепым образом, в связи с моим переездом в другой район. Я неоднократно пыталась дать ему мой номер мобильного. Его телефона я не знала, он просто приезжал, без предварительных звонков. Но он только отмахивался: я же знаю, где ты живешь. Переезд произошел настолько внезапно (хозяйка в срочном порядке продавала комнату, пришлось быстро съезжать), я не успела его предупредить, так как на момент последней встречи с ним сама не подозревала о предстоящем переезде.

Вот так мы потерялись.

К слову сказать, насчет денег Игорь вел себя абсолютно корректно. Никаких обманов за все годы знакомства больше не было.

P. S. Ни разу мы не вспоминали обстоятельства нашей первой встречи.

## Контора

Прежде чем рассказать о том, как я попала в свою первую контору, хочу дать небольшую справку, чтобы несведущие люди получили представление о предмете разговора.

Что такое контора?

Это квартира, чаще всего съемная, где находятся администратор, девочки и водитель. Их функции:

1) администратор – принимает звонки от клиентов, записывает адреса, отправляет водителя с девочками, фиксирует начало работы девочки с клиентом (например, девочку взяли на два часа с 15.45, значит, к 17.45 за ней должен быть послан водитель, чтобы забрать), регистрирует рабочие часы, хранит выручку, рассчитывает и выдает в конце рабочего дня всем зарплату;

2) девочки – оказывают клиентам услуги интимного характера;

3) водитель – отвозит девочек по месту назначения, сдает клиенту, забирает деньги, а спустя некоторое время и девочку после выполнения ею служебного долга.

На данный момент понятие конторы является отжившим. Они плавно трансформировались в салоны.

В чем же отличие салона от конторы?

Крайне редко контора могла обслужить клиента на своей территории. Она работала строго на выезд. Салон же, наоборот, в основном принимает гостей у себя, хотя и выезд как услуга тоже присутствует, но не везде.

В салоне к обязанностям администратора добавилась еще и встреча клиентов. Пока дорогие гости обдумывают, какую девочку взять, их могут напоить кофе или чаем. (Существует даже такое понятие, как клиентский кофе.)

Если практически во всех конторах администраторами были сами хозяйки заведения, то в салонах администраторы всегда наемные работники.

Работают они посуточно. Это связано с тем, что клиент идет неравномерно: ночью меньше, чем днем. Хотя бывают и исключения. Зарплата у них не фиксированная, а процент с каждого рабочего часа. Поэтому, если приглашать одного администратора на день, то другой на ночь не пойдет, так как будет в заведомо невыгодном положении.

Не только администраторы работают по графику. Сейчас я удивлю многих, сообщив, что и для девочек существует дисциплина. Для них тоже существует рабочий график. Те, кто думают, что проститутки ходят на работу, только когда им вздумается, сильно ошибаются.

Поверьте мне, ни один владелец салона не потерпит потери прибыли из-за отсутствия девочки на рабочем месте. За прогул без серьезной причины включаются штрафные санкции. Это могут быть денежные штрафы или (при частом повторении) увольнение.

Каким образом строится график? Предположим, салон небольшой, и в нем работают всего семь девушек. На смену требуется человека четыре-пять. На несколько дней вперед каждая ставит напротив своего имени или буковку Р (работает) или буковку В (выходной), иногда ставится буковка М (месячные), чтобы получилось нужное количество человек на смену.

Неоспоримым плюсом является возможность взять непредвиденный выходной, договорившись с другой девочкой выйти вместо тебя. Очень удобно.

Если ты на хорошем счету у начальства, то всегда можно договориться подойти не к началу рабочего дня, а попозже, естественно, объяснив причину задержки. Все мы люди и можем войти в положение другого.

К началу рабочего дня требуется подходить для наведения порядка в салоне. Если в конторе можно было хоть грязью зарасти, то в салоне этого допустить нельзя. Ведь гости же приходят! Каждое утро девчонки пылесосят ковры и намывают полы. Есть даже такая статья сбора денег раз в неделю – на хознужды (сто рублей, это сейчас, в 2009 году). И простыни с полотенцами свежепостиранными надо погладить. Мужчина должен видеть, что на простынке до него никто не валялся и полотенцем не вытирался.

Гигиена – это важно!

Использованное белье сразу же выкидывается в стиральную машину.

Хотя на заре создания салонов стиральные машинки в них появились не сразу. Немного позже хозяева додумались самостоятельно закупать белье и стирать своими силами. До этого момента девочки сами приносили с собой простыни.

Идешь на работу – несешь простыни. У кого есть с собой постельное, тот и работает. Эта ситуация изменилась быстро, белье стало строго хозяйское. Так стало намного удобнее.

Помню случай, когда обнаружилось несоблюдение правил гигиены. Точного определения месту работы дать не могу. Это была просто квартира, без администратора. Работа шла через Интернет. На квартиру в договоренное время приезжали клиент и девочка, потом клиент уезжал, а девочка уходила чуть позже, после уборки (заправить постель, выкинуть белье в стирку).

Стирала и гладила белье хозяйка. Что вроде бы сложного?

Совершенно случайно моя коллега, приехав немного раньше положенного времени, выясняет, что белье, оказывается, не стирается, а просто достается из машинки и гладится. То есть работаем мы на глаженом, но грязном белье. И кто до нас им пользовался, совершенно неизвестно.

Представляете ее шок?

Хочу объяснить одну вещь. Все проститутки панически боятся заразиться. И если для защиты от венерических заболеваний существуют презервативы, то от кожных заболеваний нет ничего. Целиком, с ног до головы, человека в презерватив не замотаешь. Мы не дерматологи. Мы не можем, глядя на клиента, сказать навскидку, чем он болеет. Может, у него просто нейродермит, а может, клещи???

А допустить заражение – непозволительная роскошь.

Как ни крути, но наши заработки целиком и полностью зависят от нашей внешности. Поэтому довольно часто девочки отказываются работать с мужчинами, обнаружив у них явные проблемы с кожей. Проще от денег отказаться, чем лечиться всю оставшуюся жизнь.

Разругавшись с хозяйкой, моя коллега все-таки решила перестраховаться. Она обзвонила всех девчонок и внесла предложение, как вынудить хозяйку стирать белье. Раз уж мы не могли стоять рядом и контролировать процесс стирки, выход у нас был один. Мы могли метить использованное белье таким образом, чтобы до чистки метка была очень заметна, а после исчезала.

Таким маркером стала обычная губная помада. После каждого клиента губы вытирались о простыню, которая, естественно, без стирки уже не могла быть использована повторно.

Хозяйка, конечно, возмущалась. Но сделать уже ничего не могла.


Немного обрисовав место действия, теперь я могу рассказать о том, как я попала в свою первую контору.

Дело было вечером, делать было нечего. Я сидела на общественной кухне нашей коммуналки, варила рисовую кашу и болтала с соседкой Наташей. В большинстве случаев у меня складываются неплохие отношения с соседями, и, с высоты прожитых лет, я авторитетно могу заявить – это здорово облегчает жизнь.

В руках у меня была газета с вакансиями, по которой я пыталась найти работу. На тот момент мое положение с пропиской уже ненамного, но улучшилось. Постоянной еще не было, но временная уже появилась, благодаря другой моей соседке по коммуналке, Лере. Имея хоть временную, но все-таки прописку, я уже осмеливалась ходить на собеседования к потенциальным работодателям. Однако все было тщетно. Каждый раз я слышала одно и то же:

– Мы вам перезвоним.

Никто не перезванивал. Может, дело было во временной прописке, а может, я была недостаточно хороша для предлагаемой должности.

Факт оставался фактом – работы у меня не было, денег, соответственно, тоже.

Сидя на кухне, мы обсуждали мое бедственное положение. Думаю, глядя в мою вечную кастрюльку с кашей, Наташа точно знала, что живу я впроголодь. В процессе обсуждения мы с ней пришли к выводу, что поиск работы может затянуться на неизвестно долгий срок.

Жить-то на что-то надо.

От Наташи, замужней женщины и матери двоих детей, я получила довольно неожиданный совет:

– Света, ты красивая девка, что сидишь-то? Открыла газету, там объявления есть «Требуются девушки с приятной внешностью», звонишь туда, потом приезжаешь. Никто тебя не съест. Зато деньги какие-никакие.

Не стану кривить душой, я уже читала эти объявления и прекрасно понимала, о чем там идет речь. Но позвонить не могла. Страх не давал.

А тут знакомый мне человек говорит, что вроде бы ничего такого ужасного там не происходит. Причем говорит уверенно. Я не стала спрашивать у Наташи, откуда такое знание предмета, и так все было ясно. Хотя она явно и не сказала, что сама из этой индустрии.

Возможно, покажется странным такая откровенность со стороны одной соседки к другой. Выглядит так, что, давая мне совет, Наташа рисковала своей спокойной жизнью в коммуналке. А вдруг я начну всем болтать?

На самом деле ничем она не рисковала. Люди, которые хоть немного меня знают, в большинстве своем начинают испытывать полное и безоговорочное доверие к моей персоне. К своей чести, могу сказать, что это вполне обоснованное чувство. Я знаю многие секреты многих своих знакомых. Дальше меня их тайны не идут. Я – «могила».

Долго размышлять над поступившим предложением я не стала. Меня подгоняло безденежье. Уже на следующее утро я позвонила по одному из найденных в газете номеров. Мой звонок приняли доброжелательно, поинтересовались внешностью, возрастом и опытом работы в данной отрасли. Остановились мы на том, что вечером я сижу на телефоне и жду звонка. Когда я понадоблюсь, мне позвонят и за мной подъедут.

Когда вечером в коридоре я столкнулась с Наташей, естественно, все ей рассказала. Вывод был таков:

– Света, с тобой поступили как с дурочкой. Запомни: работают только те, кто на конторе. А ты у них всего лишь резервный вариант. Тебе могут только через неделю позвонить. И еще, не стоит давать свой домашний номер телефона людям, которых ты совсем не знаешь.

Обдумав эти слова, на следующий день, дождавшись ухода соседей на работу (нечего уши греть), я звонила, уже готовая сразу выехать к месту работы. Разговор состоялся почти такой же, как и в предыдущем случае, про посиделки в ожидании возле телефона ничего сказано не было. Меня сразу пригласили приехать.

Это был не ближний свет. Будь я более опытной, я бы поискала местечко поближе к дому. К сожалению, на тот момент соображала я не очень хорошо. Сказывалось волнение. Да и Питер я очень плохо знала, для меня любая улица дальней Тмутараканью казалась.

Добравшись по указанному адресу и войдя в квартиру, я испытала шок. Не знаю, что я ожидала увидеть, но валяющиеся на нескольких расстеленных на полу грязных матрасах девчонки, уставившиеся в телевизор, производили не самое лучшее впечатление. Квартира была старая, неухоженная. Мебель стояла старинная, примерно второй половины девятнадцатого века, в общем красивая, но какая-то заляпанная и с дурным запахом. Грязь кучами на полу не валялась, но ощущение возникало, что это просто помойка.

Уже сейчас, перевидав многие подобные заведения, я понимаю, что мне просто не повезло. Я угодила в одно из наихудших, не только в плане чистоты и интерьера, но и рабочего климата. На тот момент сравнивать мне было не с чем, поэтому я воспринимала все как должное. Наверное, все конторы такие… Наверное, везде так…

Через некоторое время я валялась на матрасе рядом с девочками, болтала, пыталась набраться опыта (хотя бы теоретически) и смотрела телик. В соседней комнате, в гордом одиночестве, принимала звонки вечно пьяная хозяйка. Трезвой я ее ни разу так и не увидела.

В те далекие времена таких журналов, как «Рандеву» или «Знакомства», с красочными фотографиями обнаженных девушек не существовало. Объявления давались в обычных газетах мелким шрифтом. Что-то типа: «Две очаровательные студентки скрасят досуг щедрым джентльменам».

Когда «щедрые джентльмены» звонили, с ними мило беседовала сорокалетняя хозяйка, прикидывающаяся «очаровательной студенткой». В процессе разговора выяснялось, что у нее еще есть куча замечательных подружек, из которых «джентльмены» даже смогут выбрать наиболее приглянувшуюся.

Другим путем к клиентам были бани. Связь в большинстве случаев шла через банщиков, клиенты из бани редко звонили напрямую. Администраторы старались с банщиками дружить, периодически им названивали и рассказывали, что вот сегодня у нас ну о-о-очень большой выбор девочек, и все просто красавицы писаные. Так что, если будет заказик наклевываться, звоните только к нам!

За труды свои праведные банщики получали пятьдесят процентов от стоимости заказа. Ну а если учесть, что в баню обычно заказывали несколько девушек и не на один час, сумма могла быть довольно внушительной. Причем частенько банщики звонили сразу в несколько контор – кто приезжал первым, того, как говорится, и были тапки.

Вот вроде бы ничего плохого мне эти банщики не сделали, но отношение к ним испытываю не самое лучшее. Как к любым сутенерам. Которые ни одного рубля не вкладывают и ни мизера сил не прикладывают. Зато денег ну очень как хотят и берут не стесняясь. Поведение их отличалось наглостью и неприкрытым цинизмом. Жили за наш счет и нас же и хаяли.

Объективности ради скажу, что попался как-то раз мне порядочный банщик. Вытащил меня из довольно неприятной ситуации.

Случилось так, что мужской коллектив, состоящий из пяти человек, из всех привезенных девушек выбрал только меня одну. Может, я бы и не осталась одна на такой многочисленный объем работ, но были вызваны другие девушки, которых ожидали с минуты на минуту. Пока ждали девушек из других контор, эти пятеро меня успели здорово укатать. От вновь прибывших девушек они тоже отказались. Не думаю, что девчонки были такие уж страшные, скорее всего, у мужиков просто на них денег не было. Тактика такая – «одну на всех, мы за ценой не постоим».

Мое рабочее время вышло, за мной никто не приехал (у водителей это вообще нормальное поведение, опоздать так на часик, не их же е…т). Вырваться я не могла, с пятью пьяными мужиками не особо-то поспоришь. Сколько бы еще меня терзали – неизвестно. Видя мое бедственное положение, к нам зашел банщик, сказал, что за мной приехали (хотя никакого водителя и в помине не было). Схватив вещи в охапку, я переодевалась уже у него в комнате. Уехала я своим ходом, не дожидаясь водителя, преисполненная благодарности к доброму банщику.

В конторе же дела шли активно, но продуктивностью особой не отличались. То и дело из своей комнаты выходила хозяйка, сообщала адрес потенциального клиента, выбирала, кто поедет из девчонок (машина легковая, все не влезали), и мы выезжали.

Мне всегда было жаль соседей, волею судьбы оказавшихся в подъезде вместе с конторой. В самой квартире мы никогда не шумели, соседи могли спать спокойно. Но вот когда контора выезжала на заказ, зрелище было то еще!

Представьте полуобнаженных девиц, в боевом макияже, на шпильках марширующих строем по лестничным пролетам. И так по несколько раз в день. Народ прижимался к стенкам и молча провожал осоловевшим взглядом.

И цокот каблуков по ночам, как грохот промчавшегося табуна. Цок-цок-цок! А потом через полчаса обратно. Цок-цок-цок! Весь день и всю ночь.

Выезжали по приглашению довольно часто, но результатов было не много. Постоянно случались «прогоны» (пустые выезды). Нам давались адреса, которых не существовало в природе. Водители подолгу ездили и искали дома-невидимки. Мобильными телефонами в те древние времена обладали лишь немногие счастливчики, к которым мы, к сожалению, не относились (то было время расцвета пейджеров). Перезвонить мы не могли, да и хозяйка, вечно подшофе, принимая заказ, не всегда удосуживалась кроме адреса спросить еще и номер телефона.

Бардак стоял несусветнейший!

## «Овца»

Мне тяжело вспоминать последующий период моей жизни.

Я называю его периодом «овцы».

И на то есть веские причины. Будучи неопытной в этом жестком бизнесе, я просто плыла по течению и тупо шла туда, куда меня вели. Это были не самые лучшие места. Отсутствие контроля над своей жизнью несколько раз могло кончиться для меня фатально. Меня спасало просто чудо.

Перманентное состояние стресса привело к пьянству. До прихода в проституцию я вела на удивление здоровый образ жизни. Занималась спортом, не курила, алкоголь употребляла только по праздникам.

Курить я не начала, но выпивать стала постоянно. Поначалу пила я только на заказах с клиентами. Сознательно выбиралось меньшее из зол: или ты пьешь с народом за столом, или тебя тащат в койку. Я предпочитала пить.

Правду говорят, пьянка до добра не доводит. Будучи сильно нетрезва, я чуть не покончила жизнь самоубийством. Самое ужасное, что я об этом ничего не помнила и никогда бы не узнала, если б мне не рассказали.

У меня есть близкий человек, подруга еще со школьных лет, Юшева. Хоть жили мы в разных городах, но связь между собой поддерживали.

Как-то раз, подняв телефонную трубку и обрадовавшись, услышав ее голос, я была ошарашена. В голосе Юшевой слышалось неподдельное волнение:

– Ну как? Ты живая? С тобой ничего не случилось?

Не совсем понимая причину такой внезапной заботы, я еще и подхихикнула:

– Все в порядке. Жив, здоров и невредим мальчик Вася Бородин! С чего ты так всполошилась-то?

Ответ меня сразил:

– Ты же вчера собиралась себе вены резать.

– Что-о-о???!!!

Дальнейший разговор все прояснил. Оказывается, вчера, поздно ночью, я позвонила Юшевой, будучи сильно нетрезва. Я рыдала, были слезы и сопли. Я говорила, что больше так жить не могу, пойду в ванную, найду бритву у кого-нибудь из соседей, вытащу лезвие и вскрою вены. Но, так как Юшева мой единственный близкий человек на всем белом свете, я не могу уйти не попрощавшись. За сим и звоню.

Бедная Юшева, представляю, что она пережила. Будь она в Питере, я уверена, она примчалась бы ко мне незамедлительно. Но между нами лежали тысячи километров. То, что я не шучу, было ясно как божий день. Я человек олимпийского спокойствия и подобных прецедентов еще не выдавала.

По словам Юшевой, я была настолько не в себе, что отказывалась прислушаться к любым доводам рассудка. Она поступила довольно грамотно, заболтала меня, подождав, когда я утихомирюсь, и со словами «вены ты себе и завтра вскроешь, если захочешь, на трезвую голову, а сейчас ты пьяная, ложись лучше спать», получив мое обещание сегодня не резаться, отправила меня высыпаться.

Моя память была как чистый белоснежный лист бумаги. Я не помнила НИ-ЧЕ-ГО.

Наверное, так вот белая горячка и приходит.

После этого случая я постаралась уменьшить потребляемое количество алкоголя, но получалось это не очень хорошо. Сейчас идет одиннадцатый год моей профессиональной деятельности на ниве проституции. Я уже давно не пью (грамм сто ликера раз в месяц, думаю, не в счет). К сожалению, первые лет пять я закладывала за воротник довольно крепко.

Таким образом я пыталась хоть немножко забыться. Я не умела отстаивать свои интересы. Каждый раз, сталкиваясь с человеческой подлостью, удивлялась как в первый раз. Чувствовала, что меня смешивают с грязью и от моего человеческого достоинства уже ничего не остается. Очень мучилась.

Иногда работа проститутки бывает тяжела физически. Тот, кто говорит, что это легкие деньги, сильно ошибается. Значит, он никогда даже рядом с этим бизнесом не стоял. Я в этих банях свое здоровье оставила. Среди холодного кафеля и сквозняков такой цистит подхватила, от которого до сих пор вылечиться не могу. (Цистит можно вообще причислить к нашим профессиональным заболеваниям, каждая вторая болеет.)

Но еще тяжелее, чем физически, бывает морально. Особенно в первое время. Спустя пару лет становишься толстокожей и работаешь как робот на конвейере.

Период «овцы» пришелся как раз на первые пару лет, когда я набиралась опыта и набивала шишки. С нынешних позиций я знаю, как можно было бы уничтожить большинство тогдашних проблем еще в зародыше. Кое-какие проблемы я создавала себе сама. Ума-то не было, и весь мир виделся в розовом свете.

Как ни странно, ни о чем произошедшем я не жалею. Правильно говорят: «что не убивает, то делает нас сильнее».

Если до этого я всегда была мягкотелой и бесхребетной, не могла сказать «нет», часто шла на поводу чужих желаний, то по окончании периода «овцы» я сильно изменилась. Хотя рецидивы иногда случаются и по сей день, это все-таки исключения уже, а не правило.

Низкая самооценка, привитая мне матерью, постепенно исчезла. На «Русском радио» как-то звучала такая фраза: «Если женщина знает себе цену, значит, она не раз ее называла». Готова поставить под этой надписью «плюс пиццот».

В первый же мой приезд в родной город мои знакомые мужчины заметили эти изменения. Отсутствием внимания со стороны сильной половины человечества я никогда не страдала, желающих общаться со мной всегда было много. К тому же низкая самооценка делала меня легкодоступной. Достаточно было свозить на шашлыки (сейчас вспоминать стыдно).

Город у нас небольшой, выйди прогуляться по центральной улице – кучу знакомых встретишь. Увидев меня, мужчины радостно выскакивали из машин, сияли и начинали заманивать в гости. Очень обижались, услышав отказ.

«Что, стала столичной штучкой, теперь с простыми смертными дружить не хочешь?»

При чем здесь это?

Ну не могла я им сказать, что с меня розовые очки упали. Что я прекрасно понимаю – интересна только как секс-объект. Ни один из них не собирается мне делать предложение руки и сердца, расшибаться ради меня в лепешку, ухаживать за мной, чтобы добиться моего расположения. Не станут тратить на меня ни сил, ни времени. В таком случае, зачем они мне такие нужны?

Начинало включаться профессиональное мышление. Если ты ничего не сделал, чтобы мне понравиться, пальцем о палец не ударил, с какой стати я буду тебе отдаваться (а все всегда шло к тому)???

Я даже денег за это не получу!

Как это ни смешно, но именно проституция заставила меня взглянуть на себя по-новому.

## Обман

Мы не идеальны, и обман присутствует во всех сферах нашей жизни.

В каждом бизнесе существуют свои риски. Где-то их больше, где-то их меньше. В проституции обман на обмане сидит и обманом погоняет. Частая смена лиц, анонимность, отсутствие долгосрочных контактов ведут к желанию поживиться за счет ближнего.

А что такого? Мы никогда больше не встретимся.

Нет страха, что твои знакомые и коллеги прослышат о совершенном подлом поступке.

Никто не узнает.

И ты по-прежнему весь в белом.

В новой конторе меня обманули при первой же возможности. На очередном заказе в баню выбрали меня и еще одну девочку (для меня это было впервые). Все вроде прошло нормально, в положенное время нас забрали, привезли в контору. Уже наступала ночь, и я засобиралась домой. У девочки, с которой вместе работали, поинтересовалась, у кого брать зарплату (ну не знала я, что деньги хозяйка выдает).

Тут встрял водитель:

– Какая зарплата, за вас денег не заплатили!

Удивлению моему не было предела:

– А как же ты нас в бане без денег оставил?

Ответ был таков:

– Так вы сами должны были насчет денег договариваться.

Я потеряла дар речи, не знала, что и подумать. Ладно я, первый раз в первый класс, но коллега-то моя уже ветеран давно. Как она-то проглядела?

Словно читая мои мысли, девочка тяжело вздохнула:

– Жаль, мне самой деньги очень нужны, ну да ладно, такое иногда случается. В следующий раз надо будет договориться, кто деньги берет.

Сказать, что я была расстроена, – значит ничего не сказать. Я не понимала, что эти два человека меня обманули, думала, виновато недоразумение, и обижалась на свою судьбу и весь мир в придачу. Сладкая парочка, видя мое полное незнание темы, просто поделила мои честно заработанные деньги.

Для решения вопроса в свою пользу мне всего-то надо было подойти к хозяйке. Вряд ли бы ей понравилось, что ее обманывают, не сообщая о заказе, и забирают прибыль себе.

Но, будучи неопытной «овцой», я все прожевала и отправилась восвояси.

В этой конторе творилось черт-те что. Каждый шустрил, как мог.

Я тоже как-то раз поучаствовала в обмане, в качестве приложения. Инициатором на тот момент я бы быть не смогла. Не имелось ни знаний, ни требуемой наглости.

На очередном выезде мы не поехали ни в баню, ни на квартиру. Двое молодых людей ждали нас на улице. (Такое случалось частенько. За девушку брались деньги, и все. Куда ее повезут? Вернется ли живая?.. По фиг! Главное, деньги взяты, а там хоть трава не расти.)

Ребята посмотрели всех привезенных девчонок и стали обсуждать финансовые вопросы. Не подпустив к ним водителя, на переговоры вырвалась моя коллега. Шушуканье длилось минут десять, все это время мы сидели в машине и ждали, чем дело закончится. Переговорщица вернулась злая, обозвала парней жадными козлами. Не договорились.

Однако, как только мы вернулись в контору, эта девочка отвела меня в сторонку, и выяснилось вот что. На самом деле парни нормальные, и с деньгами у них тоже все хорошо. Зачем нам с кем-то делиться? Сейчас я, лицо вне подозрений, резко засобираюсь домой. Спустя минут десять она ко мне присоединится, и мы дружно поедем по адресу, где нас уже ждут.

Так мы и сделали.

Мероприятие удалось на славу, и, двигаясь с утра в сторону метро, я с глубоким почтением слушала поучения своей «наставницы»:

– Надо набрать постоянных клиентов, это намного лучше, чем сидеть в конторе и ждать звонка непонятно от кого. Да еще и выберут ли, неизвестно. Всегда найдется кто-то помоложе, покрасивее и понаглее. Поэтому, если видишь, что мужик нормальный и с баблом, сразу свой номер телефона ему суй. А если дома ты не всегда, пейджер купи. Не дозвонится до тебя пару раз и забудет.

Напоминаю, мобильные телефоны считались предметами роскоши, доступны были только действительно состоятельным людям (подключение стоило пятьсот долларов, знаю, сейчас это нереально звучит), их размеры были такие, что можно было орехи колоть.

Я внимала откровениям, открыв рот. Мотала на ус. Чувствуя во мне благодарного слушателя, меня просвещали дальше.

– А еще лучше пристроиться в гостиницу работать. Там и клиенты поспокойнее, и денег побольше. Только попасть сложно. Не мы одни такие умные.

Тут я впервые услышала, что, оказывается, есть кое-что получше, чем контора. Здорово обрадовалась, решив при первой же возможности свалить из этого конторского ада.


Обманывали друг друга и девочки. В большинстве случаев это происходило при леваках. Левак – заказ не через организацию. Просто звонит девочке клиент, ранее уже с ней бывший, хочет отдохнуть, но не один, а с друзьями. Нужны еще подружки. Она их находит.

В таких случаях денежные расчеты производятся не с каждой в отдельности, а с той, кто договаривалась. Вот на этом этапе обман и совершался. С мужчины бралась одна сумма, а до других девочек доходила лишь часть. Хотя у проституток это всегда считалось непорядочным, своих же обманывать. К чести девчонок, хочу сказать, случались подобные вещи крайне редко.

Иногда коллега-организатор левака могла честно сказать:

– Я договорилась за заказ по семьсот рублей каждой, из этих денег я себе по соточке возьму за труды, вы не против?

Против никто не высказывался, человек действительно старался, всех обзванивал, собирал. Такая форма отката была вполне приемлемой.

Вскрывался обман легко. Таких, как я, страдающих проклятой интеллигентностью, было не много. Для большинства моих коллег не составляло труда поинтересоваться у клиента, на какую сумму была договоренность. А я стеснялась, боялась спросить, обидеть недоверием.

Видя во мне эти качества, кое-кто начал этим активно пользоваться.

Этим кое-кто оказалась моя соседка по коммуналке Нелли.

Секретов по поводу работы у меня от нее не было. Не без ее помощи я в этом бизнесе оказалась. Поэтому обо всем, что со мной происходит, я делилась с ней смело. Ни одного совета я не получила. Надо было уже тогда обратить на эту деталь внимание, но я токовала, ничего вокруг не замечая.

Опишу Нелли. Она довольно интересный персонаж. Женщина редкой красоты. Я не преувеличиваю. Прекрасная фигура, рост 175, грудь – четверка. Внешне она напоминала Наталью Гончарову, особенно тот ее портрет, где она уже под фамилией Пушкина-Ланская, работы Ивана Макарова.

Образованная, профессиональная пианистка, неглупая, приятная собеседница, она могла очаровать любого. Очарование могло продолжаться долго, пока не давала себя знать другая, хищная сторона Нелли. А она вылезала!

Я до сих пор искренне удивляюсь этому выверту природы. Такая красота и такая низость души! И все это вместе в одном флаконе.

Ее собственная мать побоялась переехать к ней жить, испугавшись, что Нелли заберет деньги за проданную на родине квартиру, а ее отправит бомжевать. Уж она-то свою дочь хорошо знала. Да и что можно сказать хорошего о человеке, который отправляет других в рабство за границу. Нелли этим занималась, и кошмары по ночам ее не мучили.

Но все по порядку.

Всех грязных подробностей души Нелли на тот момент я еще не знала. Общалась, не ожидая никаких подвохов. Позвала ее в нашу контору. Нелли не отказалась, стала приезжать.

Приняв во внимание советы, полученные от «наставницы», купила пейджер, обзавелась постоянными клиентами. Периодически стали случаться леваки, куда я старалась пригласить именно Нелли. (Я считала, что мы подруги и должны друг другу помогать.) Деньги я делила поровну, иначе мне совесть не позволяла.

У Нелли тоже случались леваки, на которые она тоже меня как подругу приглашала. Вот только одно но. Клиенты выглядели солидно, респектабельно, а платили сущие копейки. Каждый раз, давая мне этот мизер, Нелли возмущалась:

– С виду такие богатые, а тут из них еле-еле копейки выцарапала!

Бывало, я тоже возмущалась, а иногда еще и утешать принималась:

– Ну что же сделаешь, хорошо хоть мужики не напряжные. А деньги… да бог с ними.

Наивная простота!

Рядом с Нелли часто появлялись новые знакомые, через некоторое время бесследно исчезающие. Мне было невдомек, почему с Нелли девчонки долго не дружат.

Кого-то она отправляла на плантации за границу, менее наивные рвали с ней отношения от греха подальше.

Наши «теплые» отношения длились довольно долго. Пару лет точно.

Началом конца послужил случай.

У Нелли были постоянные клиенты из Петрозаводска. Хорошие люди, они мне нравились. Приезжали в Питер частенько, у них даже квартира была съемная, в гостинице не останавливались. Но опять же это самое но. Платили мало.

Я считала, что пятьсот рублей за ночь – недостаточно. Но Нелли уговаривала меня, говорила, да, деньги небольшие, зато получу я их стопроцентно. Не придется общаться с пьяными уродами, здесь люди приличные. А на работу если пойду – могу, конечно, денег больше заработать, а могу и впустую просидеть. У нас же никогда ни в чем уверенной быть нельзя.

Осознавая ее правоту (действительно, какие у нас могут быть гарантии?), скрипя зубами, я ездила с ней к петрозаводцам.

Ночь прошла как обычно, а вот наутро случился сюрприз. Для меня приятный, для Нелли не очень.

Причину такого поступка клиента я не знаю. Может, что-то между ним и Нелли неприятное произошло. А может, просто решил ее на чистую воду вывести. Человек-то он был зрелый, не в пример мне умудренный жизнью.

Назовем его Сергей.

Мой мужчина спал, чтобы его не разбудить, я прикрыла дверь и пошла звать Нелли собираться домой. В кухне я обнаружила ее, уже полностью готовую к выходу, и Сергея, мирно завтракавших. Налив кофе, я присоединилась к ним.

Поболтали о том о сем. Тут Нелли начинает гладить Сергея по рукам и просить:

– Сереженька, у меня к тебе разговор есть, давай в другую комнату отойдем поговорить.

Сереженька отказывается наотрез:

– Какие могут быть секреты, здесь же все свои. – Он мне подмигнул, я ему тоже. Мне было весело, нервозности Нелли я не понимала. Сергей продолжал: – Неужели вы друг другу не доверяете? – Повернувшись ко мне, спросил: – Вот ты, Света, доверяешь Нелли?

О чем он спрашивал?

– Ну, конечно, доверяю. Мы же в одной коммуналке живем. Что же я от Нелли ложки буду прятать?

Дальнейший ход мыслей Сергея для меня был неожиданностью:

– А вот Нелли тебе не доверяет, какие-то тайны у нее от тебя есть.

Возникло неприятное чувство, внутренний голос поддержал Сергея: «Действительно, какие секреты?!»

Нелли нервничала, пыталась шутить и увести Сергея для приватной беседы. Я не встревала, молча наблюдая. Происходило что-то не то. Неллина агония длилась еще минут пятнадцать.

Наконец кошка наигралась с мышкой.

– Нелли, ты что, о деньгах поговорить хочешь?

Она смущалась, что было на нее совсем не похоже:

– Ну-у… да… в общем… ну давай выйдем, мне неловко…

Сергей держался выбранной линии:

– Что же тут неловкого? Свету наверняка денежный вопрос тоже интересует.

И отрицать не стану. Интересует.

С ленинским прищуром в глазах Сергей поинтересовался:

– Сколько надо-то, Нелли, не стесняйся.

Складывалось ощущение, что под ней горячая сковородка. Улыбаясь, она смотрела на Сергея и молчала.

– Так сколько?

Как веревочка ни вейся, а конец все равно будет. Поняв, что Сергей с места не тронется, Нелли сдалась:

– Ну-у… как обычно…

– А сколько было обычно? Я не помню. – Притворно вздохнув, Сергей пояснил: – Столько разных дел, всего и не упомнишь.

Неллина нервозность сменилась злостью. Впрочем, держалась она хорошо, продолжая мурлыкать:

– Ну-у… как обычно… по соточке…

– Давно бы так, – с этими словами был открыт кошелек, – чего волынку тянуть?

На стол легли две бумажки по сто долларов. Передо мной и перед Нелли. Пряча от меня глаза, она засунула свою сотку в сумочку.

Я потеряла дар речи. В мозгу пульсировала фраза:

КАК ОБЫЧНО… КАК ОБЫЧНО… КАК ОБЫЧНО…

Выяснилась причина жадности Неллиных клиентов. Народ платил вполне приличные деньги и не жался (с учетом, что на тот момент моя комната выходила мне в две тысячи рублей ежемесячно, сто долларов за ночь – действительно нормальные деньги).

Жадиной была сама Нелли. Плюс обманщицей.

Скандала я устраивать не стала. И общаться с Нелли не прекратила. Возможно, это очень странно выглядит, но я решила, что так будет лучше.

Мне нравились ее дети, они частенько прибегали ко мне, мы болтали или делали поделки. Я получала удовольствие от общения с ними. С мужем ее отношения тоже были хорошие. Да и поставить человека, рядом с которым живешь в одной квартире, в жесткий игнор, невыгодно даже для самой себя.

Все равно придется контактировать.

Выводы, конечно, были сделаны.

Отношения стали попрохладнее, приглашения на леваки с ее стороны случались, но их количество резко уменьшилось. Думаю, она находила других наивных девочек, зная, что со мной уже придется нормально делиться. Когда случалось все-таки приглашение с ее стороны, оплата шла уже приличная, не вызывающая подозрений.

Я тоже, бывало, звала ее поработать.

Думаю, стоит объяснить причину, по которой мы продолжали действовать вместе. Несмотря на произошедший инцидент.

Меня хорошо поймут люди, по роду своей профессиональной деятельности вынужденные работать в команде. Если твой напарник дурак или просто некомпетентен, пострадаете вы оба, а не он один. Как в альпинистской связке – падает один, другой тоже валится следом.

Поэтому очень важно, с кем ты в паре.

Когда твой клиент звонит тебе и говорит, что будет с другом, и не помешает пригласить подружку для него, вроде все выглядит невинно. Вот только ты не знаешь этого друга, не знаешь, чего от него можно ожидать. Какую ему нужно подружку? Поладят ли они?

А чтобы не потерять своего клиента, надо, чтобы встреча удалась.

Вот поэтому любой, кто хочет хорошо выполнить работу, выберет в помощники не того, с кем лучше отношения, а того, кто лучше знает свое дело.

Именно это и держало нас вместе. Мы с Нелли доверяли друг другу как профессионалы. Она была уверена во мне, а я в ней.

Ни одну из нас не стыдно было привезти в гости, с внешностью и ухоженностью был полный порядок. Ни одна из нас не стала бы отбивать клиента у другой, игнорируя его друга (все было четко – для кого приглашалась, с тем и работала), не стала бы устраивать истерик, не стала бы напиваться, не обворовала бы. Мы умели общаться и создавать приятную атмосферу. Ноги раздвигать умеет каждая, а вот способность интересно поговорить не всем дана.

Дружить мы перестали. Но профессиональные интересы не отпускали друг от друга. Разъехавшись в разные районы Питера, периодически созванивались и договаривались о работе (не часто, но это случалось).

Так длилось еще несколько лет.

Окончательный крест на наших, уже просто деловых, отношениях был установлен после очень неприятного для меня происшествия.

Еще в самом начале нашего знакомства Нелли несколько раз предлагала мне поехать поработать за границу. Дескать, есть у нее нужные люди там, помогут, и денег больших можно заработать, да с моим английским мне только там и работать. Озолочусь, в общем.

Планы на тот момент у меня имелись совсем другие, я была студенткой, учебу прерывать не собиралась.

И вот, спустя годы, когда образование уже было получено, меня ничего в России не держало, Нелли снова затеяла прежний разговор. Предлагалась Англия. Суммы возможного дохода звучали просто астрономические.

На мой вопрос, почему же она сама туда не едет, раз там все так сладко, Нелли горестно вздыхала. Иностранными языками она не владеет… эх… но главное, детей без присмотра не оставить.

Зная ее любовь к деньгам, я не могла всерьез относиться к вышесказанному. Но, чтобы до конца расставить все точки над «и» и уже больше никогда не возвращаться к этому вопросу, согласилась встретиться с «нужным человеком».

Нелли очень просила привести какую-нибудь еще девушку. Зачем мне одной за границу ехать, вдвоем всяко веселее.