Анну. Спасение рода Дарков
Дмитрий Грачёв
Анна Иванова-Тюккюляйнен

© Дмитрий Грачёв, 2020

© Анна Иванова-Тюккюляйнен, 2020

ISBN 978-5-0051-4849-0

Создано в интеллектуальной издательской системе Ridero

От автора

Дорогие мои читатели.

Прежде всего, хочу сразу же отметить, что «Анну. Спасение рода Дарков» – не вполне привычное для меня сочинение. Обычно я пишу коротенькие рассказы. И, правда, всё придуманное далее я бы смог, наверное, уместить буквально в десяти-пятнадцати словах, что-то типа: «Люблю – не могу… Полетели в космос… Боны – уроды, а Дарки рулят… Мы все умрём…». Не так, конечно, но очень похоже. Максимум, листов на пять – шесть. Если бы не одна девушка…

Зовут её Анна Тюккюляйнен, в девичестве – Иванова. Многие из друзей и знакомых знают именно её девичью фамилию, поэтому я и указал их вместе, через дефис. Именно Аня и стала прообразам Симаргла Анну. Скажу честно: это самая чудесная девушка из всех, кого я знаю. Сильная, но, в то же время – слабая, нежная; смелая, но истинно женственная; честная, прямая и очень-очень заботливая. И потрясающе красивая. Мы познакомились с ней абсолютно случайно. И так же случайно, нелепо расстались. Но за то время, что мы дружили, и родилась книга «Анну…». Ведь все сюжеты, все события в ней – это про Аню. Про её жизнь. Без неё я бы ни чего такого не придумал. И, поэтому, просто не мог не указать её соавтором. По сути, Аня и есть автор книги, а я лишь записывал то, что видел в ней. И то, что чувствовал. Хотел сделать подарок, только вот жизнь сложилась иначе…

Конечно, в книге много придумок и вымысла. Ведь она и задумывалась, как небольшая фантастическая повесть. Но, поверьте, если призадуматься, то во всех описанных событиях и персонажах можно будет увидеть вполне реальные происшествия или людей. Ведь воображение – это великая сила. И если вы хотите отправиться на вымышленном звездолёте «Росомаха» спасать вымершую расу драконов в компании с настоящим Симарглом и одним бородатым парнем, то вам стоит прочитать дальше «Анну. Спасение рода Дарков». Дальше вы сможете полететь уже куда угодно: хоть верхом на комете, через «кротовую нору», даже, сквозь само солнце… Туда, куда может занести вас ваша фантазия: в другие галактики, в иные миры, измерения. Удачи вам, неиссякаемого воображения и чистой, искренней и истинной любви…

С уважением, Дмитрий Грачёв.

Знакомство и расставание

Какая странная всё-таки это «штука» – человеческая память. Вы не замечали, что иногда она хранит в своих закромах одно лишь плохое, иногда – только лишь светлое и ясное, хорошее и доброе. Трудно сказать, чем обусловлена эта её «избирательность». Вроде бы и ни чем. Но я полагаю, что всё зависит исключительно от того, кто или что являются объектами твоих воспоминаний: что-то, что причиняло тебе боль и приносило разочарование или, напротив, что наполняло сердце радостью и надеждой. О том, кого ценишь и по-настоящему любишь, ни когда не будешь вспоминать по-плохому. Но, в то же время, горе, ненависть или страх всегда будут выплывать из самых тайных уголков подсознания на «чёрных кораблях и в туманном ореоле». А ещё…, ещё у человеческой памяти есть прелюбопытнейшее свойство: забывать постыдные поступки. Я один свой проступок не забуду никогда. Согласитесь: воспоминания о пережитом счастье по истечении времени счастьем уже не являются, а память о пережитой боли – это всё ещё боль. И они – эта память и эта боль, точно маяк в бескрайнем океане, отныне и навсегда показывают мне верный путь, не дают совершить сделанные уже когда-то раньше ошибки… Я стараюсь помнить всё. Но лишь для того, что бы никогда не забывать…

У меня ни когда не возникало ни каких сомнений, как же мне вспоминать Анну: серую, молодую волчицу, так внезапно и так ненадолго возникшую в моей жизни, наполнившую её и радостью, и любовью, и так же внезапно исчезнувшую в далёком далеке, окатив волной неподдельного горя и жгучей тоски. Конечно же, только по-хорошему, как же иначе. А если быть абсолютно честным, то, даже, с некоторой долей благоговения. Ещё бы, ведь вся наша встреча, знакомство, общение (хотя общение человека с волчицей и покажется кому-то невозможным или, по меньшей мере, странным) были истинным чудом. Не менее загадочным было и расставание… «Чудо?» – спросит кто-то. – «Чудес не бывает…». Поверьте, бывают! Да вся наша жизнь наполнена чудесами! Они непременно и постоянно случаются, правда, только с теми, кто в них верит. Я в чудеса верил. Верил в волшебство, в любовь, в сказку… Может быть, поэтому эта история именно со мной и приключилась? Всё возможно. Но точно лишь то, что я всегда буду ждать следующей встречи с Анну и искренне верить, что она непременно состоится. Может быть – в следующей жизни, может быть – ещё в этой. Кто знает? Но я буду ждать. Всегда буду ждать, надеяться и верить…

***

Я уже говорил, что верю в волшебство и сказку. А еще с детства верю в фантастику: в ту же сказку, только для мечтателей полететь к звёздам. И ведь знаете что – я придумал как. Не верите? Всё очень просто. Вот какая, по-вашему, самая высокая скорость? Скорость света? Самый «крутой» космический движок – это ВАРП-двигатель или же, скажем, гиперпривод такого-то класса? Возможно, космический парус? Отнюдь. Самое быстрое – это скорость мысли. Самый надёжный звездолёт – тот, который ты выстроишь в своей голове, просчитав все детали и учтя все нюансы. Воображение – великая сила. А мысль, уж поверьте, материальна. И если твой воображаемый звёздный корабль ни кто не видит, это вовсе не значит, что его нет. Для тебя-то он есть и так же реален, как небо или звёзды. Остаётся лишь сесть в него и лететь туда, куда только могут закинуть мечты: к другим галактикам, в иные измерения, миры. Хочешь – через «кротовые норы», хочешь – верхом на комете, а хочешь – хоть сквозь само солнце. Твой звездолёт выдержит всё, будет мчать тебя дальше и дальше, обгоняя всех на своём пути, покуда уставшая мысль не вернёт тебя обратно в твоё собственное тело. Вот именно этим я и занимался…

Мой корабль был невелик и носил гордое имя «Росомаха». Почему я назвал его именно так? Не знаю. Нравятся мне эти зверьки: бесстрашные, сильные, способные противостоять даже лесному царю – медведю, но всегда одинокие… Строил я «Росомаху» начитавшись в интернете каталогов по звездолётам из «Звёздных войн» и более всего он напоминал межзвёздного разведчика типа А-10 «Следопыт», но во многом и отличался. В первую очередь, конечно, двигателем. Если на «Следопыте» был гиперпривод, хоть и неплохой, 1-ого класса, то моя «Росомаха» оснащалась абсолютно новым в мире «грёз и мечтаний» телепартационным блоком на базе Y-B кристаллов, считывающем энергию мыслеобразов «оператора» и не требующем ни топлива, ни обслуживания, ни ремонта. Прочнейшие во всей вселенной кристаллы просто не могли сломаться. Аналогов навигационного оборудования, установленного на «Росомахе», в известном мне мире фантастики ещё придумано не было, и я провёл ни один месяц, мысленно изобретая собственную систему «телепартационных скачков». Но и это далеко не всё… Можно было бы часами рассказывать про мою «Росомаху», да только речь ведь сейчас идёт вовсе не о ней. Скажу лишь одно – это замечательный корабль, который служит мне верой и правдой до сих пор. Крепкий, надёжный, хотя за все времена «эксплуатации» побывал в таких далёких далях, что вам и не снилось…

«Странное увлечение для взрослого, вроде бы, мужика…» – скажете вы. А попробуйте сами. Ведь всё, вся ваша жизнь ограничивается лишь воображением и если хоть чуть-чуть шагнуть за его рамки, то откроется такое… Правда, для этого нужно кое-что ещё. И у каждого человека это «кое-что» своё. Кому то требуется спиртное, кому то наркотики или звук шаманского бубна, варгана… Мне же достаточно было уйти подальше в чистое поле, сесть в траву, выкинуть из головы все мысли, прикрыть глаза, успокоить дыхание… И «Росомаха» вмиг появлялась предо мной, поблёскивая титановым фюзеляжем, свеженькой краской, источая аромат далёких-далёких звёзд и готовая вновь нести меня куда угодно. «Чем-то уж очень похоже на медитацию» – вероятно, заметите вы. Наверное, ни когда её не практиковал, только слышал. Этот метод я придумал сам. И назвал его «Странствие» – загадочным, красивым словом, отражавшем всю его суть. Главное, что способ мой был чрезвычайно прост в исполнении, не требовал ни каких атрибутов и единственным непременным условием было лишь то, что бы ни кто не мешал. Не заставил отвлечься и не вернул твоё вылетевшее воображение обратно «домой», в твою голову… Бескрайнее поле, высокие горы или густой непроходимый лес – идеальное место. У меня под рукой было поле. И практически ежедневно, освободившись от дел, я мчался подальше от людей и домов, прыгал в послушную лишь мне «Росомаху» и мчал к другим звёздам, галактикам или вообще в иные миры, оставляя в высокой траве только своё не способное летать тело. Так было и в тот день, когда я встретил Анну…

***

Как всегда, освободившись от навязчивой дневной рутины, я вышел из дома и уже вскоре прибыл на свой «космодром»: место, известное лишь мне, располагающееся посреди огромного и сплошь заросшего высокой травой непаханого поля, где я, вдалеке от людей, машин и других «отвлекающих факторов» практиковал своё «Странствие». Ни кто и ни когда мне ещё здесь не мешал. Но в тот день, стоило мне лишь занять привычную для меня позу, закрыть глаза и попытаться вызвать «Росомаху», как я каждой клеточкой своего тела ощутил чей-то пристальный заинтересованный взгляд. Надо отметить, что это «моё место» не было чем-то особенным: обычная утоптанная в траве полянка посреди самого обычного поля. Видимо из-за того, что для меня оно имело некоторое сакральное значение, то, уже только приближаясь к нему, я впадал в некое подобие транса. Есть, к слову сказать, даже такой полумистический способ, когда, к примеру, принимая обезболивающее или снотворное, всегда проговаривают одно и то же слово или щёлкают пальцами. Так вот, когда, в последующем, просто произнести заветную фразу или сотворить щелчок – эффект будет как от приёма таблетки. Для меня же этаким «щелчком пальцами» был мой «космодром» – на нём я сразу же впадал в некую прострацию, голова начинала работать как-то по-другому, точно в полусне. Так вот, ощутив на себе чей-то пристальный взгляд, я тотчас же раскрыл свои глаза, потряс головой, пытаясь скинуть оцепенение от полусна, и принялся осматриваться по сторонам, ища нарушителя моего спокойствия. Каково же было моё удивление, когда буквально в трёх – четырёх метрах от себя за первыми прядями неутоптанной травы я увидел два пронзительных жёлтых глаза, неотрывно следящих за каждым моим движением. Затем, возвращающееся сознание сумело оценить и владельца этого гипнотизирующего взгляда. Им был поджарый, крепкий, матёрый волк. Точнее – волчица. Ведь у волков, как и у собак, морды слегка различаются, а у нарушительницы моего уединения мордочка была изящная, точно точёная, и, по волчьим меркам, наверняка чрезвычайно привлекательная. Но волк – есть волк… Правда, страха ни какого у меня почему-то не было. Я раньше ни когда не встречался с дикими животными нос к носу и, честно говоря, абсолютно не знал, чего ожидать. Сидел и, стараясь не шевелиться, смотрел прямо в бездонные жёлтые глаза. А волчица, не отрываясь, смотрела на меня. Время вокруг словно остановилось…

– И долго ты будешь ещё на меня пялиться? – зазвучал в моей голове нежный женский голосок. – Может быть, всё-таки, познакомимся? Меня зовут Анну.

Я думал, что мозг у меня сейчас взорвётся. Говорящая волчица! Я был на все сто процентов уверен, что говорит именно она. И хоть прекрасно понимал, что все слова рождаются лишь в моей голове, сомнений быть не могло. Что это? Телепатическая связь? Чудо? Я верил в чудеса. А ещё я верил в предостережения психиатров. «Долетался по иным мирам, Кастанеда доморощенный…»

– Тебя зовут Кастанеда? Очень необычное имя. – вновь зазвучал в моей голове голос Анну. Значит, она меня слышит. Точно – телепатия. Теперь и не подумаешь ни чего плохого, враз слопает…

– Нет, Кастанеда – это такой писатель, к слову пришелся. Меня Дима зовут. Неужели ты меня слышишь?

– Конечно, слышу, Дима. И «лопать», как ты выражаешься, тебя не собираюсь. Не бойся. Мне просто интересно, чем ты тут занимаешься.

– Прости, но ведь ты волк, волчица, и с людьми, говорят, вы особо не церемонитесь. Признаться, мне как-то неловко… И…, надо бы бояться, но я почему-то не боюсь… Необычно просто… Ведь – говорящая волчица!.. Мне ж ни кто не поверит… – эмоции хлестали у меня через край, сбиваясь и захлёбываясь.

– А ты ни кому и не говори, – Анну зевнула, отвела от меня свой пронзительный взгляд и, наконец, выбралась из-за скрывающей её травы на полянку. – Пускай это будет нашей тайной. Ты ведь умеешь хранить секреты?

– Конечно, – осёкся я. – Я ни кому ни чего не расскажу. Можешь быть уверена. Просто, дай мне секундочку прийти в себя. Всё-таки, говорить с волком, не каждый день…

– А ты думаешь, я часто говорящих людей вижу? – голос Анну зазвенел какими-то новыми нотками. – Ты пока-что первый с кем можно поговорить. Считаешь, что я не встревожена? От вас ведь, людей, то же чего угодно ожидать можно… Но я – волчица! И ни чего не боюсь! Так что, успокойся и ты. Ладно? Давай просто поговорим…

Я набрал полную грудь воздуха, задержал на несколько мгновений, а затем, как пловец, шумно и тягуче выдохнул. Хаос в голове стал потихоньку укладываться в более или менее чёткую картину. Хорошо, всё-таки, иметь богатое воображение. Ну, говорящий волк. И что? Всё же не гоблины и орки Средиземья, которые, как выяснилось, точно существуют. И не полчища Джанузов в созвездии Пса, от которых только намедни пришлось улепётывать во все лопатки…

– Конечно, Анну, разумеется, поговорим. Что бы ты хотела от меня узнать?

– Я…, – волчица на секундочку осеклась, затем подняла мордочку к самому небу, словно разглядывая ещё невидимые звёзды, и тихо продолжила, – я хотела спросить, как ты летаешь ТУДА?..

– Ты что, знаешь? Видела? – я был обескуражен. – Ведь это видеть не возможно… Ни как не возможно… Ты видела мою «Росомаху»? Просто обалдеть… И зачем это тебе?…

– Надо! – отрезала Анну. – Если спрашиваю, значит надо!!!

– Хорошо, хорошо, я тебе расскажу. Всё очень просто… – и я, не спеша, раскладывая всё по полочкам, поведал заинтересованной волчице свою теорию «Странствия».

Та слушала действительно с неподдельным восторгом, изредка кое-что переспрашивала, как бы запоминая. Особый интерес у неё вызвал мой корабль – «Росомаха». Анну ни как не могла поверить, что это не я сам превращаюсь в диковинный звездолёт, а когда я её убедил в этом, заметно погрустнела и на её янтарных глазах проступили прозрачные, как утренняя роса, слёзы.

– В чём дело, Анну? Что-то не так? – спросил я.

Она сперва долго молчала, а потом тихо и горестно заговорила.

– Не так, Дима, всё не так. Понимаешь, я волчица. Вот ты меня видишь так, все остальные видят лишь серым хищником, волком. Но я знаю, что во мне живёт другой зверь – более мощный, более древний и мудрый, такой, что может летать к звёздам. Старики говорят, что это дракон, и их больше не существует. Остались только легенды… Но я-то знаю, что они есть. И один из них – во мне. А остальные – где-то на тех планетах и в тех мирах, куда летаешь ты. И куда непременно нужно мне. Обязательно, понимаешь?.. Когда я впервые увидела твой полёт, решила, что именно ты – один из нас и сможешь помочь мне освободить моего зверя, моего дракона. Теперь же вижу, что это не так, что всё пустое и мне ни когда не полететь к просторам вселенной… Мне очень, очень грустно…

Сказав это, Анну медленно поднялась с травы, взглянула на меня своими яркими жёлтыми глазами, развернулась и побрела прочь, не разбирая дороги

– Анну! – лишь крикнул я ей во след. – Не пропадай! Я обязательно что-нибудь придумаю. Приходи завтра…

– Хорошо. – донёсся до меня глухой голос волчицы и всё вокруг стихло.

В небе начали загораться первые звёзды. Было уже поздно. Нужно идти домой. «Чем же я могу ей помочь?» – крутилась в голове звенящая мысль, не находя ни одного решения. И уже практически возле дома я отчётливо услышал одинокий волчий вой. «Думай, Дима, думай. Ведь чудеса случаются, если в них верить». А я в чудеса верил. И их случилось на мою голову ещё очень и очень много…

***

Можно сказать, что мне повезло. Со следующего дня я был в отпуске, на работу ездить было не нужно и мы целыми днями проводили вместе с Анну, пытаясь то так, то эдак решить её проблему. И это были чудесные дни. Погода стояла тёплая, сухая. Настроение у Анну было превосходное, не говоря уже обо мне. Вы когда-нибудь общались с волком, который не хочет вас съесть? А с тем, который к вам почему-то добр и ласков? Нет? Попробуйте и сразу же поймёте моё настроение. А что до решения задачи…

Поначалу я думал, что как таковой и проблемы-то нет: возьму Анну в «Росомаху» и облетим вместе хоть всю вселенную в поисках её далёких «родичей», а те уж пускай решают, что делать дальше. Или сожрут нас со всеми потрохами. Но не тут-то было. Поначалу, находясь рядом с Анну, я даже «Росомаху» призвать не мог. Ведь это всё творение мыслей, а они как вода расплывались в присутствии волчицы. Жёстко пришлось брать себя в руки и, наконец, звездолёт проявился. Но это ни сколько не помогло. Анну ни как не могла взойти на борт. Видимо, у волков немного другой образ мышления и удержать во внимании какие-то технические тонкости они в принципе не могут. И потому моя волчица попросту проваливалась сквозь палубу «Росомахи», как раскаленная игла сквозь масло. Сделать с этим ни чего было нельзя. Вернее – можно, но лучше бы этого было не делать…

А придумали мы вот что: коли Анну не получается улететь в виде волчицы, то почему бы не попробовать в облике человека. Технически всё должно было быть просто: мы оба в момент обряда «Странствия» заменяем Анну на мыслеобраз девушки, человека, и уже эта «девушка» летит со мной к далёким-далёким звёздам. Но вот это-то и было ошибкой. Почему? Да потому что мыслеобраз этот, девушка Анну, получился настолько очаровательный, что я просто не мог в него не влюбиться буквально с первого взгляда. Крепкая, точёная фигурка, тончайшие, необыкновенные, светло-серые волосы, вздёрнутый милый носик, чувственные губы и гордый взгляд волчицы. Она была прекрасна. Я понимал, что это всё та же дикая хищница, но больше всего не хотел её куда-то отпустить. Не мог. От одной мысли, что её вдруг не станет, сердце разрывалось на тысячи кусочков, причиняя нестерпимую жгучую боль. Анну это чувствовала и, как могла, сторонилась меня, но я уже не мог совладать с собой и … «Росомаха» опять пропала и больше уже не появлялась. Мои мысли были забиты одним – любовью. Несбыточной надеждой. Сказкой, в которую я так опрометчиво поверил…

– Вот, леший!!! – как-то в сердцах вскричала Анну, наблюдая за моими тщетными попытками вызвать «Росомаху». – Ведь я знала, что именно так и будет. Вы, люди, все одинаковы. Всем вам одно лишь и нужно… Но ты… Ведь я доверилась тебе, поверила, а ты предал…

Глаза и щёки девушки заливали горькие, блестящие, точно жемчуг, слёзы. Я молчал. Я просто не знал, что сказать. Где-то в душе шла непримиримая борьба двух начал: холодного света и тёплой, манящей тьмы. Я мог бы поведать своей любимой, что для того, что бы лететь к звёздам «Росомаха» вовсе не необходима. Корабль – лишь ненужный атрибут. Главное – желание, и мысль унесёт тебя куда угодно. Но тогда мне придётся её отпустить. Анну не возьмет меня с собой. Я – человек, она – волчица, дракон. Я, как однажды выразилась Анну – «совершенно другой породы». А она даже в облике девушки остаётся свободной дочерью ночи… Вот ведь судьба. Зачем же я её полюбил? Из всех миллиардов людей выбрал ту, которая мне недоступна, да которая и не человек вовсе… И всё же… Всё же я очень люблю её. А значит – хочу, что бы она была счастлива. И коль её счастье вовсе не со мной, должен ли я вставать на его пути? Нет, если любишь – не должен, надо отпустить… Но как же хочется схватить её в охапку и ни кому не отдавать. Боже, зачем же всё так сложно?..

– Как же ты мог меня предать? – сквозь слёзы надрывающимся голосом твердила Анну. – Я знала… Я знала все твои чувства… Неужели люди так поступают, предают того, кого любят? Сперва дарят надежду, а затем втаптывают её в грязь? Мы, волки, на такое не способны… Да так бы не сделали даже помоечные крысы… Ведь и ты всё ведал с самого начала: я – это свобода, без цепей и оков… Мной завладеть нельзя, если только убив… И я… Я ненавижу тебя. Не хочу больше видеть твою гнусную морду, слышать твои лживые речи… Убирайся… И ни когда, слышишь, ни когда не приближайся ко мне…

Казалось, Анну готова разорвать меня в клочья собственными руками, но она вдруг резко замолчала, неприметным движением наклонилась к моему лицу, быстро чмокнула в щёку и, протяжно взвизгнув, уже не девушкой, а серой волчицей метнулась в ночь. Я ничком повалился на траву. Жутко хотелось реветь, но даже на это не было сил. В одночасье жизнь потеряла весь свой смысл. Ещё накануне, находясь рядом с Анну и будучи безмерно счастливым человеком, теперь, не сумев сохранить её, я был много-много крат несчастен. Зато в душе торжествовала тёплая и липкая чернота. Девушка-волк, показавшая мне, что в этом мире бывает любовь, ушла, сохранив лицо, а я ведь и вправду её предал. Даже не хотя этого, но предал… Подлец… Обманул свою единственную любовь и пал так низко, что уже не подняться…

Но нет! Я поднимусь! Ведь я человек! Я всё, всё исправлю! И Анну достигнет своей мечты! Чего бы мне это не стоило! Души, жизни – плевать! Всё отдам…

Где-то в далеке протяжно и тоскливо завыл волк, но, я слышал лишь плачь души своей любимой.

– Прости меня, Анну, – что было сил заорал я в темноту и, наконец, горькие слёзы полились из моих глаз.

Волчий вой на секунду стих, но затем вновь прорезал тишину. И в нём, кроме горечи, я уже различал робкую, но надежду.

***

Не знаю, Сколько времени прождал я Анну на своём «космодроме». Иногда мне казалось, что дни тянутся, словно целые годы, слагаются в эпохи и уносятся куда-то далеко-далеко, за горизонт. Много раз я уже совсем терял надежду и собирался уйти, но какая-то неведомая сила, идущая от самого сердца, мягко осаждала меня на место: «Жди… Надо терпеливо ждать… Она обязательно придёт…». И она пришла. Мягко выпрыгнула из густой травы на середину примятой поляны, грациозно села и заглянула прямо в мою изболевшуюся душу своими жёлтыми проницательными глазами.

– Здравствуй, Дима. Знаешь, не смотря на то, что ты сделал, я всё равно скучала по тебе. И хоть у нас, волков, это не принято – радоваться не добыче – очень, очень рада тебя видеть.

– Здравствуй, Анну, – мне так хотелось кинуться ей на шею, обнять её тёплую шелковистую шкуру, зарыться в неё носом и молить, молить, молить о прощении. Но я этого не сделал, а лишь проговорил, – Я тоже по тебе очень скучал.

А потом… Потом мы просто сидели и болтали, болтали обо всём. Анну рассказывала, как охотилась на зайцев и куропаток, я слушал и смеялся. Мне снова, впервые за долгое-долгое время было радостно и спокойно. Я опять был счастлив. От того, что Анну, моя милая, любимая «волчица» была рядом. И неважно, что вскоре она уйдёт навсегда. Я был счастлив от того, что через несколько мгновений сделаю счастливой её, исполню её мечту. Я знал как. Ведь всё очень просто. Воображение – великая сила. А если чего-то очень хочешь, то неподвластного просто нет. А я очень хотел искупить свою вину пред Анну. Ведь я любил её. По-настоящему любил…

Сколько даётся человеку воображения? Ни кто не знает. Но точно одно, что запасы его не безграничны. И если на что-то потратить их сразу, то родится великое-великое чудо, но породивший его останется безучастным. Ведь у него воображения уже не останется. А с ним и эмоций, и чувств… Ну и пусть. Я уже давно всё решил… И в следующий раз, когда Анну замолчала после своего очередного рассказа я молча встал, подошел к волчице, заглянул ей в глаза и возложил ладони рук на её мощную тёплую спину:

– Доверься мне, Анну. Просто поверь… Я очень, очень люблю тебя…

Закрыл глаза и призвал всю силу своего разума и воображения. Последнее, что я услышал, был ласковый голос Анну:

– Я знаю… И верю тебе…

Затем я потерял сознание. А когда пришёл в себя, то Анну рядом не было. Я лежал посреди своего «космодрома», раскинув руки, а прямо надо мной, кругами, в зенит, к самому-самому солнцу улетал огромный крылатый волк, волчица. Это была моя Анну. И вовсе она ни какой не дракон. Она – Симаргл. Я слышал о таких существах. Кто-то их считает богами, кто-то – полубогами. Некоторые приписывают им родство с самим Сварогом, а некоторые считают чуть ли не Вестниками Вселенной. Теперь она летит туда, куда всегда хотела – где лишь свобода и звёздный ветер… Я был безумно рад за неё.

– Ты видишь, что воображение не покинуло тебя? – услышал я в голове голос Анну – Это мой дар и моя благодарность тебе, что ты сдержал своё слово, пожертвовал мне самым дорогим. И, главное, ты теперь снова сможешь летать на своей «Росомахе». В любые миры, куда пожелаешь. А я ни когда не забуду тебя. И буду всегда, всегда рядом. Прощай. Ещё раз большое-пребольшое тебе спасибо. Мы обязательно когда-нибудь встретимся…

– Прощай, Анну. Прощай, любимая. Прощай, моя милая «волчица». Прощай… – твердил я, пока Симаргл вовсе не скрылся из вида.

Я был по-настоящему счастлив. И несказанно рад тому, что всё получилось. А то, что любовь всей моей жизни – «волчица», и сейчас где-то на другом конце галактики – так какое это имеет значение. Главное, что ей сейчас очень хорошо. Ну, а я? Я каждый день на своей «Росомахе» буду бороздить просторы бескрайней вселенной и мы с ней когда-нибудь обязательно встретимся. Может быть – в следующей жизни, может быть – ещё в этой. Ведь она обещала. А я ей безгранично верю. Потому что бесконечно её люблю…

В поисках драконов

Если сказать, что год, прошедший после столь внезапного исчезновения из моей жизни Анну, прокатился медленно и крайне тяжело – это ни чего не сказать. Сперва я очень сильно заболел. Видимо, сказалось нервное напряжение последних дней тех волнующих и нерадостных событий. Ну и, конечно, разбитое сердце. Иногда мне хотелось просто-напросто побыстрее умереть. Ведь я свято верил в то, что в этом случае пропадёт лишь моя ненужная оболочка, тело, а душа, моё воображение, оказавшись без обременительного «якоря» тотчас же ринутся в далёкие просторы Вселенной на поиски моей любимой. Но я не умер. Выздоровев телом, всё так же продолжал болеть душой по Анну, безмерно скучая и тоскуя. Удивительно, я вовсе не вспоминал её Симарглом, крылатой волчицей. В моих глазах она всегда возникала в образе той чудесной, прекрасной девушки, того мыслеобраза, который мы с Анну настоящей создали сами для путешествия на «Росомахе». По-простому, выдумали. И в который я так безнадёжно влюбился. Я должен, просто обязан был разыскать её, заглянуть ещё раз в её чудесные глаза, погладить шелковистые тонкие волосы, решиться на первый, робкий поцелуй. Без всего этого жизнь и вправду не имела ни какого смысла. Жизнь без любви вообще темна и убога. И я такой судьбы не хотел. Мне было просто жизненно необходимо разыскать Анну. И вот в этом, как выяснилось, заключалась практически неразрешимая проблема.

***

Для того, чтобы понять всю суть трудностей, которые мне предстояло преодолеть для исполнения своей мечты, прежде всего, нужно прояснить принцип работы «загадочных» Y-B кристаллов, который лежал в основе и полёта «Росомахи», и навигации «телепортационных скачков», да и всей моей теории «Странствия». Я ведь уже говорил, что воображение – это великая сила. Но иногда оно становится ещё и «огромной занозой в заднице»: то, что ты иногда выдумал, имеет абсолютное место быть, живёт своей жизнью уже независимо от твоего желания и не очень-то хочет подвергаться каким-либо изменениям или «усовершенствованиям». А Y-B кристаллы я задумал буквально, как «частицу Бога», то есть, они существовали всегда, с самого первого мига сотворения Вселенной. Или – «большого взрыва», тут уж как кому угодно. Обладая непревзойдённой крепостью, разлетелись они по всем видимым и невидимым мирам, образовали звёзды, планеты, астероиды и метеориты. А, молекулярно состоя из совершенной кристаллической структуры, имели поистине неограниченные возможности по сбору и хранению информации. Всего того, что происходит во всех многочисленных измерениях и мирах. Будучи когда-то единым целым и разделившись на мириады мелких частиц, сохранили за собой важнейшее свойство: продолжать быть этим «единым целым», поддерживать друг с другом устойчивую связь, постоянно взаимодействовать. То есть, даже самая мелкая частица YB-кристалла «знала всё», что «знало» их целое сообщество в любом конце любого из миров. И была готова вмиг объединиться с любой из других мельчайших же частиц просто телепортировавшись к ней и нарушив при этом все известные законы физики. Ну, какие могут быть законы для «частицы Бога»? Поэтому, двигатель космолёта на основе Y-B кристаллов был, по сути, аппаратом телепортации, и мог закинуть «оператора» за считанные мгновения туда, куда свет дойдёт лишь за миллионы лет. Ну, а для навигации – нужно только захотеть кудо-то попасть. И подвластный тебе YB-кристалл вмиг отыщет в недрах «своего сообщества» нужное место, задаст точные координаты для «телепортационного скачка». Стоп! А что значит – подвластный тебе YB-кристалл? Всё просто. Ежели человек создан по образу и подобию Божьему, то и содержит в своей душе крохотную частичку того самого Божества, пусть хоть самую миниатюрную молекулу Y-B кристалла, которая, тем не менее, обладает всеми присущими «сообществу» свойствами. Ведь не даром говорят, что желание души – это и есть мысли Бога, то, чего хочет Вселенная…

Вот такую я «вещь» придумал когда-то давным-давно. И она прекрасно стала самостоятельно существовать. На её основе и её принципах летала моя «Росомаха», навигационный компьютер отыскивал мне любые реальные и придуманные кем-то миры. И она же теперь всячески мешала мне разыскать мою Анну. Как-то вот так… Но, обо всём поподробнее…

***

Как вы, вероятно, поняли, то, в идеале, мне нужно бы было только представить Анну, и компьютер вмиг бы вычислил её местонахождение, а в следующий миг «Росомаха» уже находилась бы где-то поблизости. Вот в этом-то и была первая загвоздка. Как я недавно говорил, я совершенно не мог вспомнить или представить Анну в виде Симаргла. Тем, кем она сейчас и являлась. Мог видеть её очаровательной волчицей, чаще – прекрасной девушкой, и тут мой надёжный компьютер давал сбой. Либо, заносил куда-то в тайгу в стаю обалдевших от моего появления волков, либо куда-нибудь на Гаити на сессию фотомоделей. Анну бы, конечно, им всем дала фору. Но это меня не утешало. Я просто не знал, что делать. Ведь, если честно, и летал-то я лишь воображением, астральным телом, душой, а Анну ушла к звёздам во плоти и крови, по настоящему. А я даже не мог её себе сейчас вообразить. Миры Толкина, Стругацких – всё было доступно, а вот любовь всей моей жизни ускользала неизвестно где. Ну что ж! Главное, не сдаваться! Куда, прежде всего, хотела лететь Анну? На поиски драконов. Возможно, став Симарглом, её намерения и изменились. Но ведь начинать-то с чего-то нужно. Значит, на поиски драконов. Глядишь, так и отыщется след моей крылатой волчицы, навсегда похитившей моё одинокое, изболевшееся сердце…

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.