Дарья Донцова
Кнопка управления мужем

Глава 1

У интеллигентного человека в багажнике автомобиля вместо бейсбольной биты лежит клюшка для гольфа…

Я села на лежаке, с тоской посмотрела на двух тучных мужчин, расположившихся на соседних шезлонгах, и, тяжело вздохнув, принялась рыться в сумке. Побыть одной у бассейна не удалось! Едва я погрузилась в свои мысли, пришли эти мачо третьей свежести и стали бурно обсуждать, как вчера поздним вечером разбирались на шоссе с каким-то водителем. Из их милой беседы я узнала, что сначала они жонглировали непечатными словами, а затем кинулись открывать багажник, дабы извлечь инвентарь гольфиста и аргументированно объяснить задевшему их машину водителю, насколько тот не прав. Воспоминания о битве были еще свежи, и собеседники к тому же интенсивно размахивали руками. Наконец один из них, слегка остыв, решил сменить тему.

– Как твоя книга? Получил ответ из издательства?

Его приятель мгновенно покраснел.

– Да куда там! Разве сейчас кому-нибудь нужна умная проза, написанная интеллигентным человеком? Живем, блин, в хамские времена, вокруг одно быдло, которому подавай Смолякову и ей подобных…

Я схватила полотенце, набросила его себе на голову, подхватила матерчатую торбочку, где лежал новый роман Милады Смоляковой, и, слегка согнувшись, поспешила к стеклянной галерее, ведущей в раздевалки. Надо же было наткнуться на коллег по писательскому цеху! Хорошо, что они не узнали Виолу Тараканову, издающую под псевдонимом Арины Виоловой детективные романы. Побаиваюсь я изъясняющихся матом и дерущихся на шоссе ребят: еще начнут махать своими клюшками для гольфа над моей головой.

– Виола, уже уходите? – спросил мелодичный женский голос.

От неожиданности я уронила сумку. Быстро подняла, обернулась и ответила:

– У бассейна прекрасно, но я что-то замерзла.

Симпатичная женщина, одетая в голубую юбку и такого же цвета блузку с вышивкой «Спа-отель «Нирвана», заулыбалась.

– Приходите, сделаю вам гидромассаж.

– Спасибо, Лидочка, но ведь Гертруда Марковна мне его не назначила.

Собеседница хитро прищурилась.

– Ничего, забегайте в районе пяти тридцати, у меня будет сорокаминутное окно. Или вам вчера не понравилась процедура?

– Ну что вы, я в восторге! – с жаром воскликнула я. – Но как-то не совсем удобно пользоваться бальнеолечебницей без ведома хозяйки. Гертруда Марковна может обидеться.

Лидочка рассмеялась.

– О чем человек не знает, о том душа у него не болит. Мы госпоже Туль ничего не расскажем. Кстати, в ее отсутствие обязанности начальницы исполняю я. Приходите непременно. И между прочим, я зову вас в свой обеденный перерыв, во время которого могу делать что угодно.

Я окончательно смутилась.

– Так вы из-за меня не поедите как следует!

Она приложила палец к губам.

– Тсс! Открою вам секрет. У повара жуть как спина болит, и он в мой кабинет частенько наведывается. У нас с Вадимом договор: я ему массаж и всякие процедурки от остеохондроза, а он мне вкусненькое каждый день готовит. Не волнуйтесь, Виола, наемся до отвала. Забегайте в лечебницу, очень хочу оказать услугу своей любимой писательнице. Ваши книги доставляют мне массу приятных минут. Ой, я побежала, а то боюсь, вон та сладкая парочка меня приметит и лыжи сюда навострит. Понравилась им вчера вечером процедура «полное восстановление», просили ее повторить.

– Вы сейчас говорите про мужчин, что сидят на лежаках? – уточнила я. – Не видела их вчера в ресторане. Они из голодного корпуса?

Лида захихикала.

– Нет! Хотя ограничение в пище им совсем не помешало бы. Они у нас по программе «Сорок шесть часов очищения», скоро уедут.

– Разве можно за столь короткий срок сделать все необходимые детокс-процедуры? – удивилась я. – Рядом со мной живут Трофимовы, так те говорили, что уже больше месяца курс проходят. Насколько я поняла, в «Нирване» берутся оздоровить клиента минимум за сорок пять суток.

Лидия чуть наморщила нос.

– Экспресс-детокс – это опохмелка. Некоторые к нам постоянно по понедельникам катаются. Ну, я помчалась!

Она приветливо помахала рукой и быстро пошла в левое ответвление стеклянной галереи перехода. А я дошла до раздевалки, оделась, вышла на улицу и через пять минут очутилась около одноэтажного кирпичного домика. Вытащила из сумки карточку-ключ и уже хотела открыть дверь, но тут раздался крик:

– Виола!

Я постаралась изобразить улыбку, но губы никак не желали слушаться. Потом в голову закралась мысль: может, сделать вид, будто я ничего не слышу, и шмыгнуть внутрь?

– Виола! Погодите! – буквально завопили за спиной.

Пришлось обернуться.

От живой изгороди из туй, отделявшей мой коттедж от соседнего, спешила дама в ярко-малиновых брюках и куртке цвета взбесившейся бирюзы.

Я наконец-то сумела улыбнуться.

– Дорогая, – запыхавшись, заговорила она, очутившись возле меня, – я собралась в деревеньку сбегать, а одной некомфортно. Давайте прогуляемся вместе, а? Ходьба невероятно полезна, укрепляет сердце и сосуды, стимулирует потерю веса, хотя последнее вам совершенно ни к чему.

– Я собралась немного поработать, – соврала я, – начала новую книгу.

– Вилочка, вы же не бросите меня в беде… – обиженно протянула дама. – Так спина болит! Позвоночник словно штопором выкручивают. Если в назначенный час не окажусь в Кожухове, то погибну. Знаете, одной через лес бежать страшно, там живут бомжи, а вдвоем не опасно. Ну, пожалуйста! Пошли вместе!

Мне стало интересно.

– Зоя, а зачем вам надо в деревеньку? Там ничего интересного нет.

Дама всплеснула руками:

– Вы не знаете? В этом богом забытом месте живет бабка, которая уже кучу народа от разных хворей избавила. К старухе запись аж за три месяца! Понимаете, почему я в спа-отель приехала?

– Нет, – честно ответила я.

Зоя потянула меня за рукав.

– Умоляю, пойдемте вместе, по дороге расскажу подробно. Неужели вы не хотите избавить ближнего от страданий? Вы же милосердный человек, сразу видно.

– Ладно, – сдалась я, – но не могу задерживаться надолго.

– Не волнуйтесь, – обрадовалась Зоя, – быстренько обернемся. Я знаю короткую дорогу, прямо к сельпо выйдем, а от него до дома знахарки рукой подать.

Я, проклиная свое неумение отказывать настырным личностям, поплелась за суетливой дамой.

Когда я оплачивала пребывание в спа-отеле, приветливая хозяйка «Нирваны» Гертруда Марковна Туль заверила:

– У вас будет свой отдельный коттедж в тихом живописном уголке нашей просторной территории. В доме три комнаты, кухня и санузел. Если пожелаете, еду из ресторана доставят вам туда в любое время, хоть в три утра.

– Да ну? – удивилась я. – А в буклете написано, что у вас много программ для тех, кто желает сбросить вес. Я полагала, здесь кормят скудно, причем последний раз не позднее шести вечера.

Гертруда Марковна заулыбалась.

– Верно, к нам приезжают пациенты с излишней массой тела, но у них у каждого своя диета. В ресторан «тучники», так мы про себя называем толстяков, не заглядывают, и никто в их комнаты котлет с жареной картошкой не потащит. Но вы-то желаете укрепить расшатанную нервную систему, поэтому можете не ограничивать себя в еде. Вам в «Нирване» непременно понравится. Для таких, как вы, у нас не только есть уникальные процедуры расслабления, прекрасная бальнеолечебница, тренажерный зал, бассейн, но и отдельные домики, бунгало, как мы говорим. Никаких соседей, никто вас не побеспокоит.

Я тогда вполуха слушала хозяйку и разглядывала множество фотографий на стене холла. На всех снимках красовалась радостно улыбающаяся Гертруда Марковна под ручку со звездами шоу-бизнеса, известными спортсменами, телеведущими, политиками, артистами и какими-то незнакомыми мне, но, очевидно, тоже значимыми людьми. Фон на фото был размыт, где их сделали, оставалось непонятно.

Туль говорила довольно долго, а завершив речь, сама отвела меня в так называемый ВИП-коттедж. Домик оказался уютным и чистым. В двух спальнях стояли кровати с ортопедическими матрасами, правильными подушками и пуховыми, почти невесомыми одеялами. Постельное белье, белое с вышитым в углу словом «Нирвана», явно изготовили на заказ. В ванных нашлось несколько пушистых халатов, большое количество полотенец и разных средств для мытья тела и волос. На террасе стояли деревянный стол и стулья. Правда сейчас, в самом начале мая, погода еще прохладная, да и дождик накрапывает порой, так что сидеть на свежем воздухе совершенно не хочется. Но ведь тепло может прийти внезапно, и тогда я смогу вечером пить чай на веранде.

В общем, условия, как и обещала хозяйка, оказались прекрасными. Был лишь один отрицательный момент – соседи. Нет-нет, меня не обманули, коттедж отдали мне в единоличное пользование. Но недалеко от него было расположено еще три подобных особнячка. Я приехала в «Нирвану» вчера утром и уже успела познакомиться с их обитателями.

Одно «бунгало» занимали актер Андрей Расторгуев с сыном Николаем. Киноманы советских времен отлично знают артиста, сыгравшего огромное количество однотипных ролей. В основном Расторгуев изображал хорошего парня из рабочего класса, готового ради выполнения производственного плана на любые подвиги и тайно влюбленного в первую красавицу завода, непутевую секретаршу директора, любительницу вечеринок и модной одежды. Как правило, к концу фильма капризная девица перевоспитывалась, загоралась ответным чувством к герою Расторгуева, и все завершалось трогательным кадром: парочка под руку шагает на профсоюзное собрание, глядя друг на друга влюбленным взором. Иногда, правда, этот самый влюбленный взор строгая советская цензура повелевала вырезать, поскольку он казался слишком уж сексуальным.

Сейчас о яркой звезде киноиндустрии прошлых лет напрочь позабыли как зрители, так и режиссеры. Впрочем, сниматься Андрей Борисович неспособен: ему за девяносто, он немощен и практически ослеп. К сожалению, большинство старых актеров, кумиров советских людей, ведут теперь полунищенский образ жизни, выживают на скромные пенсии. А вот Расторгуеву повезло – у него есть сын Николай. Он занимается компьютерными технологиями и, наверное, прилично зарабатывает, потому что может себе позволить постоянно жить с отцом в «Нирване», а это совсем не дешевое удовольствие. Отпрыск заботится о родителе лучше профессиональной сиделки – вчера на протяжении всего дня я видела, как он возит старика в инвалидном кресле по территории и нежно поправляет плед на его ногах.

Никаких неудобств Расторгуевы мне пока не доставляют. Я разговаривала с Николаем всего один раз – вчера в десять утра, когда шла от парковки, катя за собой чемодан. Болтливая Гертруда Марковна, оформляя меня на постой, успела в подробностях сообщить, кто будет у меня в соседях, поэтому я сразу сообразила, что столкнулась именно с Расторгуевыми, и вежливо произнесла:

– Доброе утро!

– Здравствуйте, – хором ответили мужчины. Потом сын неожиданно сказал:

– Извините за бестактность, вы случайно не писательница Арина Виолова?

– Николаша! – укоризненно прогудел старший Расторгуев.

Я улыбнулась.

– Верно. Вот приехала немного отдохнуть.

– Мы с папой, великим актером Андреем Расторгуевым, читаем ваши книги, – обрадовался Николай. – И, знаете, всегда спорим: кто из героев убийца?

– Ну и кто же чаще оказывается прав? – развеселилась я.

– Конечно, отец! – воскликнул сын.

– Уважаемая Арина, – прекрасно поставленным голосом, в котором начисто отсутствовало старческое дребезжание, заговорил актер, – простите моему сыну его поведение. Кто-кто, а уж он-то прекрасно знает, сколь назойливыми могут быть поклонники. Просто мой мальчик ваш страстный почитатель, вот и не сумел сдержать эмоций.

– Ну что вы, – смутилась я, – мне очень приятно, что мои скромные творения заинтересовали Николая. Я очень люблю фильмы, в которых вы играли главные роли, для меня большая честь общаться с великим актером. Кстати, меня зовут Виола Тараканова, Арина – псевдоним.

– Очень красивое имя и старинная, громкая фамилия, – кивнул Расторгуев. – Вы знаете что-либо о своих предках?

– Увы, нет, – призналась я.

Андрей Борисович повел плечами.

– Тогда загляните к нам в свободную минутку. Я увлекаюсь составлением родословных, завел себе такое хобби на старости лет, и можно будет порыться в архивах, найти сведения о Таракановых.

– Папа, ты, по-моему, замерз, – заботливо произнес Николай. – Кстати, нам пора на массаж.

Мы раскланялись, я прошла несколько метров, но услышала звук шагов и обернулась. Николай, откатив кресло с отцом чуть в сторону, приближался ко мне.

– Спасибо, что так хорошо поговорили с папой, – улыбнулся Николай. – Он очень нуждается в положительных эмоциях. Пожалуйста, зайдите к нему в гости. Андрей Борисович очень обрадуется, ему не хватает общения.

– Я только-только приехала, и сегодня навряд ли получится воспользоваться вашим приглашением. Но в ближайшие дни – с удовольствием, – вполне искренне ответила я.

И весь день потом сталкивалась с актером и его сыном в бальнеолечебнице, ресторане, кофейне, библиотеке. Но Николай более никаких попыток побеседовать со мной не делал, оказался человеком неназойливым и хорошо воспитанным.

Не особенно напрягает меня пока и общение с пожилой парой, живущей слева от моего домика. Анна Константиновна и Юрий Михайлович Трофимовы здорово напоминают попугайчиков-неразлучников. Все та же госпожа Туль на ресепшен нашептала мне, что муж известный математик, который, несмотря на солидный возраст, активно работает, преподает, пишет книги, супруги не испытывают никаких финансовых затруднений. Анна Константиновна на пенсии, ухаживает за мужем и собачкой диковинной породы по кличке Маффин. Благодаря песику я и познакомилась с семьей.

Вчера, разобрав вещи, я пошла попить кофейку в местный бар, но, не успев сделать и десяти шагов, получила ощутимый тычок пониже спины и чуть не упала.

– Боже мой! Маффин, как не стыдно! – закричали сзади. – Дорогая, вы в порядке?

Я обернулась, увидела спешащих ко мне пенсионеров и в ту же секунду опять чуть не шлепнулась, потому что прямо перед моим лицом очутилось вертлявое, тощее собачье тело и разинутая зубастая пасть. Пес сделал попытку в прыжке слизнуть мой аккуратный макияж!

– Бога ради, – зачастила пожилая дама, – не сердитесь! Это щенок, совершенно безобидное существо! Сдернул ошейник и понесся к вам. Ничего дурного у Маффина на уме нет, он всех обожает. Меня зовут Анна Константиновна, мужа Юрий Михайлович. А вы известная писательница? Нам сказали, что в соседний дом въехала очень успешная и всеми любимая автор детективных романов.

Мне оставалось лишь удивляться скорости, с которой по «Нирване» распространяется информация, и поддержать любезную беседу.

– Что за порода у вашего любимца?

– Пагль, – гордо ответил Юрий Михайлович, держа в руках собачку, – помесь мопса и бигля.

– Мопсов знаю, – пробормотала я, – у моей подруги живет Оскар, очень забавный. А бигль ведь охотничий пес?

– Да, да, – радостно закивала Анна Константиновна. – Я почитала в Интернете об этой породе – ее представители могут бежать три дня без остановки, они крайне подвижны. Но у пагля энергия бигля смешалась с вальяжностью мопса. В России пагли мало представлены, Маффина нам Люсенька из своей Америки прислала.

– Дочка волнуется, что мы не гуляем, свежим воздухом не дышим, – пояснил Юрий Михайлович. – Сказала: «Ты, папа, целый день студентов учишь, книги пишешь, мама на кухне топчется, а Маффин вас на улицу выведет».

– Люсенька такая заботливая! – умилилась старушка. – Постоянно о нас думает и…

Договорить Анна Константиновна не успела – раздался звук, похожий на рев рассерженного слона, и я не сразу сообразила, что его издал тщедушный Маффин. Перестав лаять, пес ловко вывернулся из рук хозяина, присел на задние лапы, затем рванул вперед. Юрий Михайлович побежал за ним.

– Папочка, подожди меня! – засуетилась старушка, кидаясь вдогонку. – Подожди, не улетай!

Я продолжила свой путь, пребывая в некотором удивлении. Почему горячо обожаемой Трофимовыми Люсеньке пришла в голову идея прислать уже немолодым родителям щенка, энергии которого хватит, чтобы произвести электричество для густонаселенного города?

Но, повторяю, милая чета меня совсем не беспокоит.

А вот Зоя, поселившаяся в домике, который прячется за рядом туй, настырна, прилипчива и бесцеремонна. Часа не проходит, чтобы она не постучала в мою дверь с каким-нибудь вопросом и не затеяла пустую беседу. За сутки, которые я провела в «Нирване», госпожа Миронова успела рассказать мне о себе все. Она из сибирского городка Багил, владеет успешным бизнесом.

– Могу в любую минуту переехать в Красноярск, – объясняла Зоя, – купить пятикомнатную квартиру в центре. Но в мегаполисе нет воздуха, в Багиле же у меня трехэтажный коттедж в лесу, я просыпаюсь от пения птиц. Ах, Виола, вы представить себе не можете, как я устаю на работе… На моих фабриках, производящих шоколадные конфеты, трудится более десяти тысяч человек, и каждый день как на войне – что-нибудь да случается. А еще у меня более сотни магазинов в Сибири и на Дальнем Востоке, есть план поставлять продукцию в Москву, Питер, Киев, Минск. Целый день кручусь белкой в колесе! Представляете, от меня шоферы уходят – не выдерживают ритма работы. А журналисты? Надоели с вечными их просьбами об интервью. Но если навязчивых папарацци и телевизионщиков с их камерами можно послать куда подальше, то от губернатора и местных чиновников не отделаться, приходится ходить на приемы, натягивать длинное платье, обвешиваться бриллиантами. Господи, мне порой хочется завыть от усталости и груза ответственности! И ведь я не могу, как простые женщины, пойти в магазин пошопиться. Меня вся Сибирь в лицо знает, тут же народ мобильные вытаскивает, сфоткаться со мной хочет. Или коробку конфет купят и бегут: «Зоя, дорогая, распишитесь на крышке, я вас обожаю!»

– Зато вы хорошо зарабатываете, – улыбнулась я.

– Верно, – вздохнула мадам Миронова. – Сначала мне нравилось покупать шубы, элитные сумки, часы с брильянтами, украшения, но теперь уже ничто не радует. Ну, куплю я сотое кольцо с изумрудом, и что? А в личной жизни напряг…

И далее мне приходится выслушивать жалобы Мироновой на одиночество. Нет, она не старая дева, кавалеров хватает, однако Зоя подозревает, что большинство из тех, кто за ней ухаживает, испытывают любовь не к самой бизнесвумен, а к ее жирному банковскому счету. В общем, деньги и слава есть, счастья же нет.

В прошлом году у Зои сильно заболела поясница. Дама начала бегать по врачам, а те посоветовали сбросить вес, заняться спортом. Мироновой их рекомендации показались глупыми, она потребовала таблеток и уколов. Медики пытались объяснить пациентке, что от остеохондроза действенных пилюль пока не придумали, а лопать медикаменты горстями не стоит, лучше записаться на массаж, соблюдать диету. Но Миронова фыркнула, залезла в Интернет и нашла там сведения о некой знахарке, волшебные способности которой народ восхвалял на разные голоса. Одна беда – ждать приема у целительницы требовалось пару месяцев. И Зоя впервые в жизни решила позаботиться о себе. Сняла коттедж в «Нирване», посещает всякие процедуры и даже пару раз заглянула в местный спортзал, но богатый ассортимент предложений спа-отеля ей не очень нужен, главное – дождаться приема у бабки. И вот сегодня час икс пробил! Только Миронова неожиданно испугалась в одиночестве идти через лес в деревню, поэтому бросилась ко мне. Хотя я думаю, что на самом деле Зоя побаивается не мифических бомжей, якобы обитающих среди редких елок, а самой старухи.

Сейчас, когда мы бодро шагали по дорожке, она бойко говорила:

– Целительница такая своенравная! Если что не по ней, сразу выгоняет больного. Кто и по какой причине ей не нравится, понять невозможно, но уж если бабка соглашается лечить, то точно справится с болезнью. А еще в Интернете пишут, что знахарка обожает всяческих знаменитостей. Ну, тех, кто на Первом канале телевидения мелькает. Даже денег с них не берет, лишь бы пришли. Я прочитала о таком случае. Выперла она какую-то тетку вон, а та оказалась племянницей актера Филимонова. Знаете такого?

– Нет, – ответила я.

– Играет во всех сериалах, – оживилась Зоя. – Так вот, Филимонов сам приехал к старухе. Та от радости в ладоши захлопала и бабенку, ранее выгнанную, с распростертыми объятиями встретила. Надеюсь, целительница не только кино смотрит, но и книги читает и всякие шоу смотрит. Ты же часто в телепрограммах появляешься, – неожиданно перешла на совсем уж свойский тон новая знакомая.

Я подавила вздох. Теперь понятно, зачем сверхдокучливой особе понадобилась в сопровождающие Виола Тараканова. Вернее, писательница Арина Виолова. Надеется, что, придя на прием с женщиной, которая мелькает на экране, она не получит от знахарки пинок под зад. Почему я все же отправилась с Зоей в Кожухово? Ответ прост: Миронова беспредельно настырна, она не отстанет, пока не получит желаемое. Это тот случай, когда легче согласиться, чем объяснить, что не хочешь идти в деревню.

Ну а сейчас задайте мне вопрос: «Какова настоящая причина моего собственного приезда в спа-отель?» Вы же наверняка не поверили словам о моем нервном переутомлении. И в этом случае тоже есть краткий ответ: меня посетить «Нирвану» попросил Константин Фокин, бизнесмен, известный еще и как фотограф Франклин.

Глава 2

Совсем недавно нас с Костей связывали близкие отношения, Фокин даже познакомил меня со своей мамой, Аллочкой. И я принимала участие в поисках младшей сестры Константина, бесследно пропавшей из родительского дома[1]. Если честно, то замуж за Фокина я вообще-то не собиралась, но… ждала от него предложения руки и сердца. Вам это заявление кажется нелогичным? А вот мне – совсем даже нет. Да, я не стремлюсь обрести статус семейной дамы, однако ведь приятно осознавать, что есть мужчина, готовый прожить с тобой всю жизнь. И вполне вероятно, я могла бы согласиться пойти с Костей в загс. Представляете мои ощущения, когда вдруг в прошлом году, декабрьским утром, посматривая одним глазом в телевизор, я узнала о бракосочетании Франклина с некоей Владой Карелиной, дочерью крупного бизнесмена[2]. А спустя почти полгода Константин позвонил и сказал:

– Вилка, мне нужна твоя помощь, случилась большая неприятность. Я остался один. Обратиться больше не к кому.

В первую секунду мне захотелось сказать нечто резкое и бросить трубку… Но потом я подумала: лучше притвориться, что сообщение о его свадьбе меня совершенно не задело. И мой ответ был таким:

– Что случилось? И почему ты говоришь об одиночестве? Где же твои жена, мать, брат? Кстати, я хотела поздравить тебя с женитьбой, но ты не брал трубку.

– Жена ушла, – пробормотал Фокин. – Меня бросили все. Если ты тоже не захочешь иметь со мной дела, я тебя пойму.

– Называй место встречи, – велела я.

К моему огромному изумлению, Константин позвал меня не в шикарный ресторан, как бывало раньше, а в… обшарпанную однокомнатную квартиру, расположенную в блочной пятиэтажке в малопрестижном районе столицы.

Я прошла на грязную кухню, увидела парочку тараканов, нагло пришедших в раковину на водопой, и не сдержалась:

– Ты принимаешь участие в телешоу «Как олигарху прожить на рубль в месяц?»? Что происходит?

Моему удивлению и правда не было предела. Фокин успешный, обеспеченный бизнесмен, но с юных лет он мечтал заниматься фотографией. Творческое начало сочетается у него с умением трезво просчитывать ситуацию, и он давно понял, что хорошо зарабатывать с помощью любимого дела не получится.

Многие люди, ощутив в себе творческий потенциал, делают все возможное для самореализации. Большинство знаменитостей вспоминают, как они, пробиваясь наверх, терпели унижения, голодали, жили в ужасных условиях, даже собирали бутылки на помойках, но не отказывались от своей мечты стать актером, художником, писателем, режиссером. Кто-то семь раз пытался поступить в театральный вуз, другой пять лет бродил по издательствам с рукописью, третий продал квартиру, чтобы снять клип на свою песню…

Упорство, помноженное на талант и трудолюбие, может принести свои плоды, однако Костя не мог себе позволить подобной роскоши – у него, так сказать, на руках были мать и брат-близнец Константин. Да, да, поэт Фокин, когда у него родились два сына, нарек обоих Константинами. Почему он так поступил и что он был за человек, я уже рассказывала ранее, нет ни малейшего смысла повторяться. Просто напомню, что после смерти мужа Алла стала звать своего сына, который появился на свет на пару минут позже, Кириллом.

Про таких, как Кирилл, русский народ сложил поговорку: ни богу свечка, ни черту кочерга. Он вроде владеет несколькими пиццериями, но я хорошо знаю, что его бизнес вечно находится на грани банкротства, от которого брата спасают лишь денежные вливания Константина. Кирилл молчалив, угрюм, ему не нравится общаться с людьми, он не женат, и я ни разу не видела его с девушкой. Аллочка явно недолюбливает младшего отпрыска, и, хоть она старательно пытается скрыть это, я давно поняла: Константин для матери свет в окошке, а Кирилл так себе. Костя же очень хорошо относится к брату, старается ему помочь и фактически содержит его.

Так вот, имея мечту, Костя никак не мог позволить себе роскошь заниматься самореализацией – пришлось добывать деньги, чтобы родня элементарно не скончалась от голода. И только когда его бизнес проклюнулся из грядки, а потом и заколосился во всю мощь, Фокин, взяв псевдоним Франклин, начал заниматься фотографией. И приобрел в конце концов определенную известность.

Бизнесмен Фокин и модный фотохудожник Франклин это два разных человека. Далеко не все в курсе, что мужчина в дорогом костюме, ездящий на шикарном автомобиле в свой многоэтажный офис, и рокер в коже, раскатывающий на мотоцикле, где к багажнику привязана сумка с фотоаппаратурой, одно и то же лицо.

А теперь, когда с ретроспективой покончено, объясню, что же случилось и почему Константин пригласил меня в ту обшарпанную однушку на окраине.

В конце прошлого года к Франклину обратилась пиар-агент спа-отеля «Нирвана» Регина Збарская. Она сделала заказ на календарь, который потом предполагалось повесить в так называемом мужском доме. Регина объяснила, что «Нирвана» – это несколько разнопрофильных корпусов, где клиентов стараются избавить от тучности, от последствий нервного стресса и от импотенции. Поскольку календарь предназначался для последней категории гостей, его предполагалось сделать весьма откровенным. Збарская, обладательница смазливого личика и прекрасной фигуры, сообщила, что является неоднократной победительницей разных конкурсов красоты средней руки, и предложила себя в качестве модели. Она, мол, умеет позировать и совершенно не стесняется своего обнаженного тела. Естественно, маститому фотографу предлагалась солидная оплата.

Почему Костя, отнюдь не нищий человек, решил заняться подобной работой? Ну, он любит повторять:

– Если ты бедный художник, значит, ты плохой художник. Размер гонорара – показатель успешности и востребованности творческой личности.

Можно, вспомнив Ван Гога, Гогена и других художников, поспорить с Константином, но я этого никогда не делала.

Съемку проводили в «Нирване», в ВИП-коттедже. Регина выдвинула условие: Франклин работает один, без помощников, сам ставит свет. Константин попытался объяснить, что его ассистент Павел глухонемой парень, поэтому, даже возникни у него желание посплетничать, он ничего никому не разболтает, но Збарская возразила:

– Экий ты наивный! Во-первых, существует язык жестов, а во-вторых, есть мобильники с их возможностями. Я не желаю стать звездой на Ютубе.

Франклин согласился с ее доводами. Он прибыл в оговоренный день в спа-отель, и первое время съемка шла вполне успешно. Когда начали работать над сценой, где Регина прикована к кровати наручниками, Збарская попросила:

– Сделай одолжение, возьми ключи от моей машины, выйди во двор и принеси из автомобиля косметичку. Она лежит на заднем сиденье. Там лекарство, мне его следует принимать по часам.

Костя отправился выполнять просьбу модели. Отсутствовал он минут десять, потому что никак не мог найти сумочку. Так и не отыскав ее, Франклин вернулся в коттедж и – обнаружил на постели мертвую Регину. У нее было перерезано горло. При виде столь ужасного зрелища неминуемо растеряется любой, даже такой трезвый и умный человек, как Константин. Он прирос ногами к полу и впал в ступор.

И именно в эту секунду из прихожей раздался мужской голос:

– Эй, ау, отзовись!

Глава 3

Поставьте себя на место Кости. Вы находитесь в доме один на один с обнаженной, прикованной к кровати мертвой женщиной, а тут кто-то совершенно неожиданно рвется в гости… Франклина почти парализовало, он никак не мог прийти в себя. А тем временем в комнату с радостной улыбкой на лице вплывает приятель его мамы, владелец торгового комплекса «Май» Владимир Олегович Карелин, говоря на ходу:

– Решил отдохнуть пару деньков, взял номер в «Нирване». Глянул в окно – Костик. Пока вышел, ты уже в своем доме скрылся. Извини, вошел без приглашения, дверь открытой была… Господи! Мальчик, что ты наделал?

Костя знает Владимира Олеговича давно, Карелин старый приятель Аллочки. Он вдовец, его жена Татьяна давно скончалась, он один воспитывает дочь Владу. В загс более не заглядывал – не хотел, чтобы у Влады появилась мачеха. Аллочка старалась помочь Карелину, порой забирала девочку к себе на дачу, говоря другу: «Пусть Влада побудет со мной, отдохнет от нянек, которые не дают ей шагу свободно ступить. Совсем ее завоспитывали!» Костя прекрасно относился к Владе, но из-за разницы в возрасте дружбы между ними не сложилось. Ну а Карелин воспринимал его почти как сына.

И вот сейчас Владимир Олегович ужаснулся при виде трупа, но потом на удивление быстро пришел в себя и произнес:

– Так! Надо что-то делать!

Мужчины не любят признаваться в своих слабостях, и Костя не исключение. Но, рассказывая мне о произошедшем, Фокин неожиданно сказал:

– Я боюсь вида крови, а Регина почти плавала в ней. Простыня, пододеяльник, наволочки… все было покрыто яркой, алой жидкостью. И рана на ее горле… такая страшная…

Костя смутно помнил, что произошло потом. У него закружилась голова, и Владимир Олегович подал ему бутылку воды. Фокин машинально сделал несколько глотков, но ему стало еще хуже. Карелин вывел его на улицу. Холодный воздух придал фотографу немного бодрости, однако голову снова заволокло туманом, и Константин провалился в небытие.

Очнулся он не в своей спальне. Увидел на стене часы, показывающие ровно десять, и очумело пробормотал, ни к кому, собственно, не обращаясь:

– Где я? Сейчас утро или вечер?

– День заканчивается, – неожиданно ответил ему мужской голос. Потом в зоне видимости появился Карелин и продолжил: – Не волнуйся, ты у меня дома. Все в порядке. Твоя машина во дворе и фотоинвентарь в полной сохранности. В «Нирване» ничего не осталось.

Услышав название отеля, Константин разом вспомнил все случившееся, резко сел и спросил:

– Что делать?

– Ты о чем, дружок? – прищурился Карелин.

– О Регине, – еле выдавил из себя Фокин.

– Это кто такая? – не понял Владимир Олегович.

– Девушка из «Нирваны», – прошептал Фокин. – Ну, та… на кровати…

– А-а-а… – протянул владелец торгового центра. – У вас с ней были отношения?

– Нет, – возразил Костя, – она просто заказчица. И я ее пальцем не трогал.

– Пальцем горло не распороть, – спокойно согласился Карелин, – нужна острая вещь, например, опасная бритва. Вжик! И готово.

Константина передернуло.

– Не дрейфь, дружок, – ласково продолжил Владимир Олегович, – я все устроил наилучшим образом. Забудь про девицу, ты ее в глаза не видел. И еще. В «Нирвану» ты не ездил, весь сегодняшний день провел вместе с Владой. Вот смотри…

Владимир Олегович открыл барсетку и вытащил из нее гору бумажек.

– Это два билета в кино, вы смотрели новую комедию. Держи, тут диск, посмотри его. Я специально заглянул к пиратам, взял для тебя копию фильма, чтобы ты знал, о чем речь на экране шла, если вдруг спрашивать будут. После сеанса ты повел Владу в кафе и, как предусмотрительный человек, сохранил счет. Кстати, вас запомнила официантка, потому что ты оставил большие чаевые. Если понадобится, она подтвердит твое алиби. Ну а после обеда Влада захотела купить туфли. Ты не смог отказать ей и поехал с ней по бутикам. После долгих поисков наконец-то нашлись подходящие. Коробку со шпильками Влада забрала, а чек ты решил на всякий случай сберечь – вдруг моя дочь наутро передумает и захочет сдать лодочки. Одним словом, никакой «Нирваны» в твоем распорядке дня и в помине не было.

– Я не убивал Регину, – тупо повторил Костя. – По ее просьбе я пошел в машину за сумочкой с лекарствами…

– Принес? – хмыкнул Карелин. – В смысле таблетки?

– Нет, – был вынужден сказать Фокин, – я не нашел косметичку.

– Регине горло перерезали опасной бритвой, – неожиданно пояснил Владимир Олегович, – а сейчас такой мало кто пользуется. Ты не приметил такую в коттедже?

– Она лежала в ванной на полочке! – воскликнул Костя. – Помню, очень удивился, когда ее увидел. Подумал, наверное, кто-то из бывших постояльцев забыл, а горничная не заметила. Раритетная вещь, на ней изображение волка и надпись «Morgstadt». У мамы такая же есть, осталась от ее отца. Она, конечно, ею не пользуется, хранит в гостевом санузле в стеклянном шкафчике как предмет интерьера. Там же стоят помазок моего деда, серебряная миска, в которой он мыло в пену взбивал, и лежит специальный ремень для правки бритвы.

– На что угодно готов спорить, ты в отеле в санузле взял аксессуар в руки и начал рассматривать, – засмеялся Карелин.

– Не надо быть экстрасенсом, чтобы до этого додуматься, – кивнул Костя. – Любой мужчина заинтересуется антикварным прибором.

– И ты не оказался исключением. Но не волнуйся, в «Нирване» полный порядок, тело увезено, коттедж убран. Спи спокойно, дружок, забудь о бабе.

– Я ее не убивал, – повторил Фокин.

– Боюсь, ни один следователь не поверит твоему заявлению, – с жалостью произнес отец Влады. – Ты вроде пошел за медикаментами, а вернулся с пустыми руками. Полицейские сразу усомнятся в твоих словах, подумают, что ты врешь. И – вот самое главное. Сейчас посмотрим…

Владимир Олегович достал из кармана флешку, воткнул ее в ноутбук. Костя уставился в экран. Сначала появилось изображение спальни ВИП-коттеджа, вернее, большой кровати, на которой лежала Регина. Из одежды на девушке были лишь крохотные трусики, руки красавицы прикованы к изголовью кровати, ноги привязаны шелковыми лентами к противоположной спинке. Збарская томно закатила глаза, выгнула спину и улыбалась.

Звука не было, зато изображение оказалось великолепным. Девица вдруг перестала скалиться, камера сменила план, стало видно Константина, одетого в темный непромокаемый плащ из клеенки. На лице Фокина было зверское выражение, а в руках он держал опасную бритву. В том, что она заточена на совесть, сомневаться не приходилось – лезвие сверкало в электрическом свете. Костя высоко поднял правую руку, потом резко наклонился вперед, его широкая спина заполнила весь экран. Некоторое время перед глазами онемевшего Фокина, смотревшего запись, была темнота, затем опять появилось крупное изображение головы и шеи Регины. В том, что она мертва, сомневаться не приходилось: у нее на горле от уха до уха зияла кровавая рана.

– Ну, как киношка? – осведомился Владимир Олегович, вытаскивая флешку и опуская ее в карман своего пиджака.

Фокин лишь моргал. Голос у него прорезался не сразу, и первое, что он смог выдавить из себя, был вопрос:

– Что это?

Карелин сел в кресло.

– Спа-отель ведет видеонаблюдение за гостями.

– Они поставили камеры в спальне коттеджа? – не поверил своим ушам Константин.

– Это все, что тебя беспокоит? – удивился Владимир Олегович. – Впрочем, можешь не нервничать, я изъял компрометирующие кадры, которые запечатлели, как ты убиваешь Збарскую.

– Я никого не трогал! – закричал Фокин.

– Хочешь сказать, что ты сейчас видел не себя? – прищурился Карелин.

– Нет, там я, – подтвердил Костя. – Но это неправда! Я к Регине не прикасался! И вообще… не понимаю… ничего…

Фокина затрясло. Хозяин дома принес ему воды и вдруг спросил:

– А куда ты спрятал дождевик? Я его в коттедже не нашел.

– Не было никакого плаща! Не надевал я его, не нападал на Збарскую! – заорал Фокин. – Какой-то бред! Это невозможно!

– Дружок, – протянул Карелин, – ты забыл про бритву. Я ее хорошенько спрятал, но сначала выяснил: она вся в отпечатках твоих пальцев.

– Верно, я вертел ее, разглядывал, – прошептал Костя. – Говорил же, удивился еще, зачем в «Нирване» такую в ванной положили.

– А опасных лезвий в спа-отеле и нет, – заулыбался Владимир Олегович. – Орудие убийства взято в доме Аллы. Я выяснил, бритвенный прибор из шкафчика в гостевом санузле твоей матери пропал.

Константин оторопел, а Карелин продолжал:

– Весьма пикантная ситуация складывается. И вот тебе вишенка на верхушку торта: Регина Збарская никогда не работала в «Нирване» пресс-агентом. Накануне своей смерти она сняла номер в отеле, причем предупредила на ресепшен: «Завтра приедет мой любовник Константин Фокин, и мы не хотим, чтобы нас тревожили. Горничной не следует стучать в дверь, даже если начнется пожар».

– Неправда! – заорал Франклин. – Я познакомился с Региной совсем недавно, отношений с ней не имел. Кто-то хочет меня подставить!

– Мда… – крякнул Владимир Олегович. – Кстати, объясни мне, почему, уходя на парковку за лекарствами, ты не освободил ей руки-ноги?

– Она сама попросила этого не делать, – забубнил Костя. – Декоративные наручники выглядят красиво, но они очень плохо отпираются и закрываются, мешает бархат, которым обтянуты «браслеты». Мы перед съемкой потратили минут пятнадцать, пока я смог справиться с элементарной на первый взгляд задачей зафиксировать наручники на запястьях. Очень маленький, тоненький ключик, я его пару раз ронял, искал в постели, потом никак не мог повернуть в микроскопической скважине. Крайне неудобный реквизит. Перед тем как пойти на парковку, я предложил Регине снять наручники, а она сказала: «Лучше я так полежу. Мне вполне удобно, неохота время терять. И банты на щиколотках ты минут пятнадцать завязывал». И это правда. Мне требовалась красивая картинка, отсюда и придирчивость к деталям, а шелк скользкий, я еле-еле сделал правильные петли. Обычно на подобных съемках присутствует не только помощник, но еще и стилист, в чьи обязанности входит наводить повсюду красоту, но…

– Понятно, – остановил Фокина Владимир Олегович. – Учитывая, что есть видеозапись убийства, ни во время следствия, ни во время суда не найдется ни одного человека, который усомнился бы в твоей вине. Тебе из-за исключительной жестокости совершенного дадут лет этак пятнадцать. А даже самая хорошая зона, уж поверь мне, мало похожа на те места, где ты привык жить. И еще меньше она смахивает на пятизвездочный курорт. У тебя остался единственный шанс сохранить свободу.

– Какой? – одними губами спросил Костя, у которого снова стала отчаянно кружиться голова.

– Ты должен жениться на Владе, – неожиданно заявил Карелин. – Я могу сделать так, что никто, кроме нас с тобой, не увидит запись и не услышит об убийстве Збарской. Регина просто испарится, ее искать не станут. Да и некому беспокоиться о девице, у нее отсутствует родня. Твое алиби я организовал, его подтвердит Влада. Плюс куча всяких счетов-чеков-билетов, свидетельствующих о том, чем вы весь день, когда погибла девица, занимались.

– Ваша дочь в курсе происходящего? – обомлел Фокин, только сейчас сообразив задать этот вопрос.

– Естественно, нет! – возмутился Карелин. – Я не могу втягивать родного ребенка в дело об убийстве! Владе я сказал, что ты плохо себя почувствовал и спешно отправился на обследование в медцентр. И объяснил, что матери твоей об этом говорить нельзя. Ведь томограф, самый современный из всех имеющихся на свете, находится в Швейцарии, Алла же знает, что сын в ближайшие пару месяцев никаких зарубежных вояжей не планировал. И что, он вдруг спешно сорвался и улетел в Женеву? Аллочка страшно разнервничается, ей в голову полезут мысли одна хуже другой. А вот если ты провел весь день с Владой, тут не будет никаких потрясений. Ты утром, пока Алла спала, потихоньку улизнул из дома и вернулся за полночь. На вопросы матери ответишь: «Решил погулять с дочерью Карелина, устроил себе денек беззаботного отдыха».

Владимир Олегович перевел дух и продолжил:

– Понимаешь, дружок, Влада давно преданно тебя любит, лет с тринадцати только о тебе и думает. Из вас получится прекрасная пара. Ну все, сейчас ты должен отдохнуть, вижу, глаза слипаются. Завтра тебе привезут костюм, и вы рано утром поедете с Владой.

– Куда? – с трудом произнес Фокин, у которого сами собой закрывались глаза, а рот раздирала зевота.

– В загс, – спокойно пояснил Карелин. – Я уже обо всем договорился. Вас потихоньку зарегистрируют – и сразу на самолет. Медовый месяц проведете за границей, а я пока все тут утопчу окончательно.

У Фокина опять закружилась голова.

– Но я не хочу связывать свою жизнь с Владой. Она красивая, умная девушка, однако я не испытываю к ней никаких чувств. У меня совсем другие планы.

– Наслышан о твоем глупом романе с дамочкой, которая строчит грошовые книжонки. Костя, опомнись! Виола Тараканова тебе не пара. У литераторши дурная репутация, она разведена, легкомысленна, а главное, никогда не сможет родить детей. Могу дать почитать ее историю болезни, – сердито добавил Владимир Олегович.

Костя опустил голову и замолчал.

Я не сразу нарушила молчание.

– В свое время я предупредила тебя, что не смогу стать матерью. Слова Владимира не должны были стать для тебя шоком.

Глава 4

Франклин обнял меня за плечи.

– Вилка, пожалуйста, не сердись. Карелин буквально загнал меня в угол. Пообещал в случае моего отказа жениться на Владе продемонстрировать запись из «Нирваны» маме. Что мне оставалось делать? И я очень плохо чувствовал себя физически – руки-ноги дрожали, голова постоянно кружилась, я почти ничего не соображал, был словно под наркозом.

Вывернувшись из рук Константина, я встала с дивана и пересела в кресло, стоящее у окна.

– Прошу тебя, не обижайся! – с жаром воскликнул Костя. – Пойми, я чувствовал себя тогда… ну… слов для сравнения не подберу… словно живой мертвец. Не помню, как заснул, а утром Владимир Олегович еле-еле меня растолкал. Помог одеться, напоил кофе, а дальше снова почти провал. Помню лишь отрывочные моменты: книга, в которой я расписываюсь… бокал шампанского в руке… Влада в светлом костюме, машина, аэропорт… Очнулся я, когда по радио объявили: «Самолет начинает снижение, просьба пристегнуть ремни и привести спинки кресел в вертикальное положение». Нас с Владой встретил представитель отеля, и мы очень быстро очутились в номере.

– Ты рассказываешь невероятную историю, – не выдержала я. – Почему ты не задал вопросы Карелину?

– Какие? – устало поинтересовался Фокин.

– Да хоть такие: Влада молода, неужели ей не хотелось пышной свадьбы, подвенечного платья, подарков, завистливых взглядов подружек, многоярусного торта? К чему столь поспешное оформление отношений? – выпалила я.

Костя схватил диванную подушку и положил ее себе на колени.

– Пойми, в тот момент у меня начисто отсутствовала способность рассуждать здраво.

Я положила ногу на ногу.

– Верится с трудом. В России человек, поднимающий бизнес, не раз оказывается в криминальных ситуациях. Да, владельцы успешных фирм никогда не расскажут правды о своей дороге к вершине благополучия, но у всех в анамнезе много всякого. Они сталкивались с бандитами, давали взятки, одним словом, прошли огонь и воду, поэтому давно потеряли детскую пугливость.

– Дать взятку чиновнику и стать подозреваемым в жестоком убийстве – разные вещи, – начал отбиваться Франклин. – Мне тоже приходилось ловчить, но я организовывал свое первое предприятие, когда в России стали наводить порядок. Тем, кто вступил в игру в самом конце восьмидесятых или в начале девяностых, пришлось совсем туго и страшно, вот они точно работали в тесном переплетении с преступными группировками. А нам, представителям второй волны российского бизнеса, было легче. Да и братки изменились, прекратилась стрельба на улицах, рынок поделили, никто уже не хватался по любому поводу за оружие. Что же касается взяток… Конечно, и я грешен. И грешу до сих пор. Но я никого не убивал и никогда не отдавал приказов об устранении конкурентов. Вот морду один раз Петьке Хвыкину начистил. Сейчас-то он банкир, а тогда был на побегушках у одного крайне жадного типа, который у меня часть прибыли откусывал. Петька тоже захотел кусочек пирога захапать, за что и получил в наглое рыло. Абсолютно честно говорю: при виде убитой Регины я испытал настоящий шок, вообще ничего не соображал.

Я подняла руку.

– Ладно, понятно. А дальше? Ты оказался в отеле, и что?

Константин отшвырнул подушку и продолжил рассказ…

На долю молодожена выпало слишком много переживаний, поэтому, переступив порог номера, Фокин рухнул в постель, начисто забыв про новобрачную, и проспал почти сутки. Когда наконец очнулся, весело улыбающаяся Влада рассказала, что каким-то неведомым образом журналисты прознали о бракосочетании, некая ТВ-программа дала о нем репортаж[3], и сейчас ее и Костин телефоны буквально раскалились от звонков.

– Я им отвечаю, что торжественная церемония состоится в марте, – тараторила Влада.

– Ты о чем? – сразу не сообразил Костя.

Юная жена надула губы.

– Папа пообещал, что у нас состоится самая шикарная свадьба, но к ней надо подготовиться. Поэтому мы сначала просто расписались, праздник же будет весной. Зимой холодно, грязно, да и платье мне не успеют сшить. Хочу наряд от Шанель, эксклюзивный.

Франклин сообразил, что Карелин не поделился с ним всеми своими планами. Костя-то понадеялся, что его женитьба пройдет почти незамеченной. Ан нет, слова тестя про скромную церемонию оказались ложью, Владимир Олегович намерен устроить дочери незабываемое торжество, просто его отложили до теплого времени года.

– Не знала, что у тебя столько знакомых баб, – неожиданно сердито произнесла Влада. – Обнаглевшие нахалки! Ишь, позовите им, видите ли, Костика… Пришлось объявить дурам: «Константин женат, отвалите от моего мужчины!»

Фокин не поверил своим ушам.

– Влада, ты брала мой телефон?

– Да, – спокойно подтвердила она. – Я твоя жена. Законная. Значит, никаких секретов между нами быть не должно.

– Убедительно тебя прошу более никогда не приближаться к моему сотовому и не грубить людям, – сурово произнес Костя.

Что тут началось! Нет смысла передавать все слова Влады, которая оказалась патологически ревнивой особой. Когда у девушки закончились слова, она начала бросать на пол расставленные в номере вазы и фарфоровые безделушки. Швырнула даже в зеркало пуфик. И все это сопровождалось истеричными воплями типа:

– Ты мне изменяешь! Ты проспал нашу первую брачную ночь! Ты меня не любишь!

Константин смог оттащить взбешенную фурию в ванную и прямо в платье поставил ее под холодный душ. Тут до него донесся стук в дверь номера, и он, велев Владе: «Не вздумай выйти из ванной», – пошел открывать.

В коридоре стоял администратор, который вежливо сказал:

– Простите за беспокойство, но соседи слышали шум и крики из вашего номера.

– Все в порядке, – заулыбался молодожен. – Я готов оплатить ущерб и услуги уборщицы. Дело в том, что жена приревновала меня к одной из своих подруг.

Дежурный закатил глаза.

– Не беспокойтесь, ваши апартаменты приведут в порядок. Все услуги включат в счет, желаю вам приятного отдыха. И, месье, разрешите дать вам совет от человека, который состоит в удачном браке двадцать пять лет. Женщины непредсказуемы, обижаться на них нельзя, воспитывать трудно. Но есть небольшие уловки, позволяющие сделать супружескую жизнь комфортной. Сходите с женой на набережную – там есть несколько магазинов с ювелирными украшениями, бутики от всемирно известных брендов, производящих одежду, обувь, сумки – и купите ей подарок. Поверьте, получив презент, она притихнет на неделю, а то и на две. Правда, потом все равно начнет упрекать вас в невнимательности. Поэтому периодически приносите ей то коробку шоколада, то букет. Поверьте, это лучший способ обрести счастье в браке.

Костя поблагодарил администратора, одарил его щедрыми чаевыми и вернулся в спальню, где уже сидела завернутая в халат Влада.

Увидев мужа, она бросилась на колени, заплакала и начала безостановочно говорить. Растерянному Константину оставалось только слушать сбивчивую, страстную, перемежающуюся рыданиями речь. Если вычленить из монолога молодой супруги суть, то она будет звучать так.

Влада обожает Константина с детства и с первого класса мечтала выйти за него замуж. Ей не нужен никто, кроме него. Девушка готова ради этого броситься с двадцатого этажа, кинуться в бушующее пламя, съесть стекло, побриться наголо. Сейчас она глубоко несчастна, потому что ждала первой брачной ночи, а муж захрапел, не обратив на жену-красавицу ни малейшего внимания. В скандале, что сейчас случился, виновата вовсе не Влада. Да, разгром учинен ее руками, но кто довел ее до нервного всплеска? Костя должен немедленно признаться ей в любви, и дальше они будут жить душа в душу.

Фокин кое-как успокоил «молодую» и пошел в ванную бриться. Влада отправилась туда же, села на унитаз и стала пристально следить за процессом. Константин вдруг ощутил себя питомцем зоопарка, испытал раздражение, порезался и в сердцах воскликнул:

– Сделай одолжение, спустись в ресторан! Попей там кофейку, а я приведу себя в порядок и присоединюсь к тебе.

Влада зарыдала.

– Супруги все делают вместе! А ты меня не любишь, ты меня не хочешь… Подружки рассказывали, что после свадьбы мужья их ни на секунду не отпускали, они из кровати не вылезали, а ты меня избегаешь…

И тут только Костя понял, во что вляпался. Он не любит Владу, не желает с ней жить и не способен заниматься сексом. Девушка вполне привлекательна внешне, но Костя впервые увидел дочку Карелина, когда та была совсем малышкой, и она для него вроде племянницы.

Фокин не принадлежит к тому типу мужчин, которые готовы тащить в койку любой не приколоченный к полу объект. Некоторые женщины считают представителей сильного пола простыми кнопочными устройствами, кем-то вроде несчастных собак, которых изучал академик Иван Павлов. Зажигается красная лампочка – и у псинки выделяется слюна, увидит мужик голые женские ноги или обнаженную грудь – и готово, он думает лишь о том, как затащить их обладательницу в койку… Не стану спорить, такие экземпляры существуют, и их немало. Но Костя другой, ему, как и многим нормальным парням, чтобы вступить с партнершей в интимные отношения, надо испытывать к ней любовь или влечение.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.

Примечания

1

Эта история рассказана в книге Дарьи Донцовой «Путеводитель по Лукоморью», издательство «Эксмо».

Вернуться

2

Подробно об этом читайте в книге Дарьи Донцовой «Ночной кошмар Железного любовника», издательство «Эксмо».

Вернуться

3

В подробностях события описаны в книге Дарьи Донцовой «Ночной кошмар Железного любовника», издательство «Эксмо».

Вернуться