Анастасия Некрасова
Круговорот леторождённых

На пороге четвёртого. Вместо предисловия

– Мама, сапи – самаёт! Самаёт! Сапи, мама!

Маленькая чернявая девочка со всех ног несётся к панорамному окну и тычет пальчиком в стекло.

– Мама, там самаёт!

Мать занята чем-то в дальнем углу кухни, поэтому даже не оборачивается, но всё равно с готовностью отвечает:

– Здóрово, малышка!

Отец, отпустив на минуту гитару, улыбается и ласково треплет дочь по курчавой головке, пока та громко извещает родителей о передвижениях крылатой точки в небе. Но вот точка исчезает.

– Всё, – объявляет девочка обречённо. – Самаёт уител.

Родители улыбаются, но ничего не говорят. Самолёты над их домом летают каждый день.

Девушка сидит на балконе общежития Учебного центра с бокалом вина и смотрит на звёзды. Разумеется, алкоголь в общежитии запрещён, но сегодня последний день, и никто особенно не следит за соблюдением правил. Уже завтра прилетит звездолёт и заберёт её туда, к сияющим точкам в небе. И она останется там надолго, а если повезёт – навсегда.

– Эй, Аси́я! – окликает её подруга. – Чего ты тут одна? Пойдём, хватит уже пялиться на звёзды, они никуда не убегут!

– Даже красота вселенной не может быть вечной, – отзывается Асия по-шагрански, не отрывая взгляда от неба. Иногда её заносит, и она может выдать фразу на одном из тех языков, которые изучает.

Подруга морщится:

– Ты же знаешь, я не понимаю твою абракадабру! Ну, пойдём скорее – там Томми такое вытворяет!

Асия спрыгивает с подоконника, не пролив при этом ни капли. Пригубив вино, она отправляется за подругой. В конце концов, она права: для звёзд у них будет если не вечность, то как минимум вся оставшаяся жизнь.

Корабль прибывает за ними на рассвете. Огромный, застилающий собой горизонт – кажется, на земле ему не место. Неудивительно, что совсем скоро он её покинет.

Глядя на его покатые бока, сияющие, как золотистый авантюрин, Асия ошеломлённо вздыхает. Неужели метапластик?! Она никогда не видела его вживую, только на обучающих видео. Всё-таки новейшая разработка Литани́и… Оказаться на таком корабле будет чертовски интересно.

Студенты, ещё вчера бурно отмечавшие свой последний день в Учебном центре, не имеют права на такую роскошь, как похмелье, ведь им предстоит быстро подняться на борт, захватив сложенные заранее сумки, а там предстать перед капитаном, от которого во многом зависит их дальнейшая судьба во Флоте Союза.

– Кше… Пше… Чего?!

Одногруппник Асии пытается прочесть название корабля, написанное на борту по-колшарски. Колшарцы – главная раса Союза, поэтому их язык считается основным на Флоте и все ключевые надписи, в том числе и названия кораблей, сделаны на нём. Однако он очень труден для землян – даже из выпускников на нём мало кто читает, а говорят и того меньше.

– «Шаман», – подсказывает Асия. – Это самый близкий аналог в нашем языке. Уверена, переводчик выберет его.

Одногруппник недоверчиво хмыкает.

Когда из открытой двери выезжает трап, по которому будущие служащие Флота должны подняться навстречу новой жизни, сердце Асии сладостно сжимается в предвкушении.

Шаг первый. Маленькая девочка у окна кричит от радости, показывая пальчиком на самолёт.

Шаг второй. Взрослая девушка смотрит на звёзды с балкона студенческого общежития, в руке у неё бокал вина.

Шаг третий. Та же девушка всходит на борт звездолёта в надежде стать немного иной.

Каким будет четвёртый шаг?

История 1. Стальной закон, гибкий устав

Раньше людей не принимали в Межзвёздный Флот. И хотя Земля уже больше сорока лет входила в Союз, который помогал местному правительству поддерживать на планете порядок, земляне долгое время считались слишком неорганизованными и непредсказуемыми, чтобы служить там, где собирали лучших из лучших.

Ситуация изменилась совсем недавно, лет десять назад, когда впервые в состав некоторых команд официально приняли наиболее выдающихся земных учёных. Их упорядоченный ум и преданность науке показали, на что способны люди, если направят свой потенциал в нужное русло. Вдохновившись их примером, командование Флота тут же запустило программу подготовки будущих офицеров с Земли.

Молодые ребята, только что поднявшиеся на борт корабля, были первыми, кто прошёл подготовку в Учебном центре. Теперь, после нескольких лет напряжённой учёбы, им предстояло проявить себя в полевых условиях.

Командор Арýс, первый помощник капитана, встречал новобранцев у входа. Каждому он выдавал персональный маячок-переводчик. Юные земляне по одному забирали блестящие булавки из тонких пальцев незнакомого инопланетянина, кивали и шли дальше, на ходу закрепляя маячок на воротнике.

Несмотря на то что к облику внеземных существ курсанты должны были привыкнуть в ходе обучения, на Аруса реагировали по-разному. Он подмечал, что одни глядели с интересом, некоторые даже улыбались, но были и те, кто старался побыстрее отвести взгляд. Впрочем, списывать это на ксенофобию пока что безосновательно: возможно, молодые люди просто волновались перед встречей с капитаном. Если же нет, то Арусу их было даже жаль, ведь ксенофобам не место во Флоте Союза. И дело даже не в том, что такое мышление осуждалось: враждебный к любой инаковости разум просто не смог бы долго выдержать на корабле, чья команда состоит из представителей десятка различных видов.

Ксенофобия встречалась у всех разумных рас без исключения – другое дело, что с разной периодичностью. Существовала даже теория, согласно которой по процентному соотношению ксенофобов к основной массе населения можно судить о степени развития цивилизации, и, по мнению Аруса, довольно правдоподобная. Ко всеобщему счастью, такие индивиды редко стремились связать свою судьбу с космосом, ведь там хватало такого, что рождало омерзение в их тонко (ли?) организованных душах. Во Флоте таких зачастую срезали ещё на этапе подготовки, и абсолютно всех возвращали в родной мир после одной-двух миссий. Арус искренне надеялся, что ни с кем из новобранцев-землян подобного не произойдёт.

И вот все маячки были розданы. Арус проверил, хорошо ли закреплён его собственный, и дал команду убирать трап.

Будущие офицеры, хорошо подготовленные, но всё же заметно нервничающие, выстроились в шеренгу возле дальней стены, где в метапластике светились гербы: пронзающая космос стрела Колшара и белая птица с веткой в клюве – кажется, голубь мира. Это изображение стало символом Земли после вступления планеты в Союз. Знак гуманизма, стремления к гармонии – скорее ориентир, чем факт. Но ориентир хороший.

Арус получил оповещение, что капитан вот-вот появится, и поспешил занять позицию напротив новобранцев, но чуть в стороне от центра зала.

Капитан Шад, плечистый колшарец с серебряными волосами, ровно остриженными чуть выше середины шеи, появился из-за раздвижных дверей и широким шагом пересёк комнату. Остановившись перед новобранцами, он придирчиво осмотрел их. Глаза у него были такие же золотые, как и кожа.

Хотя капитан и старался скрыть эмоции, Аруса, прослужившего под его началом почти два десятка лет, это не обмануло. Колшарца что-то раздражало, причём сильно. Однако это не помешало ему без запинки произнести обязательную в таких случаях речь.

– Курсанты с Земли, – уверенно начал капитан, – я приветствую вас на борту корабля Союза «Шаман».

Двое новобранцев бегло взглянули на однокурсницу, невысокую девушку с чёрной косой, которая улыбнулась уголком рта, не сводя при этом глаз с капитана. Арус не понял, чем вызвана такая реакция, но на всякий случай решил запомнить.

– …С этого дня вы перестаёте считаться курсантами, – продолжал тем временем капитан, – и поступаете на службу под моим началом в статусе новобранцев. Я, капитан Кхеф Шад, буду следить за тем, как вы проявите себя в ходе первой миссии. Именно от моего отчёта будет зависеть, куда вас распределят в дальнейшем.

Напряжение некоторых новобранцев после этих слов стало ещё более заметным.

– Я жду от вас не только успешного выполнения профессиональных обязанностей, но и неукоснительного следования этическим нормам, принятым в Межзвёздном Флоте. Не забывайте, что Союз состоит из самых цивилизованных народов, а Флот – из наиболее высокоразвитых представителей каждого из них. И я верю, что вы не посрамите этот статус.

В ходе адаптации на корабле у вас могут возникнуть трудности. С техническими сложностями помогут справиться личные планшеты, которые ждут вас в каютах, а также бортовые компьютеры, размещённые во всех помещениях и некоторых коридорах. Вызвать компьютер дистанционно можно через ваши маячки-переводчики.

Для решения психологических проблем обращайтесь к корабельному психологу – с ним вам вскоре предстоит познакомиться на индивидуальной беседе. Если возникнут вопросы организационного характера, задавайте их моему старшему помощнику, командору Арусу.

Отреагировав на своё имя, Арус выступил вперёд и кивком поприветствовал новобранцев с Земли.

– А сейчас я с чистой совестью передаю вас его заботам, – завершил свою речь капитан. – Даю время до обеда, чтобы осмотреться, а затем жду всех на местах, определённых профессиональной инструкцией. – Колшарец повернулся к Арусу и сказал чуть тише: – Когда закончите, зайдите ко мне.

Арус снова кивнул. Капитан отвернулся и удалился так же стремительно, как и вошёл.

Проводив новобранцев в крыло младших офицеров, Арус отправился к капитану.

– Скажешь мне, что случилось? – вкрадчиво поинтересовался старпом, едва за ним закрылись двери кабинета.

Они много лет служили вместе – гораздо больше, чем Кхеф провёл в капитанском кресле, и наедине могли общаться без формальностей.

Колшарец едва удостоил Аруса взглядом и вернулся к созерцанию Земли, орбиту которой «Шаман» вот-вот должен был покинуть.

– Нас отправляют на Тарлас, – буркнул капитан.

– На Тарлас? – удивился Арус. – На самую Периферию? Но ни о чём таком…

– Помнишь груз, который мы забрали на прошлой неделе со звёздной базы «БатаГан‑15»? – перебил его Кхеф.

– Разумеется. Меня ещё удивило, что нам не дали никакой информации касательно места назначения.

– То-то и оно, – вздохнул капитан, поворачиваясь, наконец, к помощнику. – Оказывается, это груз для Тарласа, но нам не стали говорить: знали, что я бы очень постарался найти причину и отказаться. А теперь, когда контейнеры на борту, уже поздно…

– Думаю, ты слишком близко к сердцу принимаешь Тарласский вопрос, – осторожно произнёс Арус, подходя ближе к столу Кхефа. – Да, наблюдать за их иррациональным поведением неприятно, но внутренние проблемы местного населения нас не касаются. Задача «Шамана» – доставить груз, и дело с концом.

Капитан покачал головой:

– Иногда я поражаюсь, как просто ты всё воспринимаешь, Арус. Кажется, это тебе нужно быть капитаном, а не мне.

– Напротив, я понимаю, что всё крайне непросто, – отозвался Арус, пропуская последние слова мимо ушей, которых у него не было. – Но стараюсь не допускать эмоционального вовлечения в проблемы, если не могу их не решить.

– Меня волнуют не столько тарласцы, сколько наши новые члены команды с Земли, – заметил Кхеф. – Я так надеялся, что их первое задание пройдёт в каком-нибудь тихом глубинном мире Союза, а тут – держите! – Периферия, да ещё и нестабильная планета…

– Нас она не касается, – убеждённо повторил старпом. – Прилетим, отдадим груз и улетим. Землян это никак не затронет. Я сделаю всё, чтобы проблем не возникло ни с новобранцами, ни у них.

– Надеюсь, – проворчал капитан, вновь поворачиваясь к стене, превращённой в гигантский иллюминатор.

Корабль оказался метапластиковым не только снаружи. Он был весь из этого материала: и стены, и пол, и потолок, и…

– А где же двери? – спросила Асия, оглядываясь по сторонам.

Чудной высокий инопланетянин, который их сюда привёл, удалился, сказав, что найти каюты и разобраться с оборудованием им помогут маячки. Вот только коридор выглядел пустым, а стены – идеально гладкими.

Конечно, старший помощник капитана повторил, что к нему можно обращаться, если возникнут проблемы. Но не начинать же с этого свой первый день на корабле!

– Они здесь, – подсказал Игорь, инженер из того же выпуска, что Асия. – Пока ими не пользуются, двери – часть стен. Но по тактильной команде отделяются, и тогда открывается проход.

– То есть корабль монолитный?! – удивилась ещё одна девушка с Земли.

– Именно.

– А как их найти? – вновь поинтересовалась Асия. – С помощью маячка?

– Не обязательно, – мотнул головой Игорь. – Двери должно быть видно.

Он подошёл к стене и, сделав несколько шагов вдоль неё, остановился.

– Вот. Смотрите.

Асия уже и сама заметила золотистый контур. Он слабо светился, словно был выведен неоновой краской. Асия не успела спросить, умеет ли Игорь обращаться с этим чудом техники и какая именно тактильная команда нужна: парень коснулся стены чуть левее контура. Под его рукой вспыхнула клавиатура с колшарским алфавитом и цифрами.

– Что дальше? – Мори́н Левченко, худая блондинка из Украины, чьи родители не остановились на простом имени Марина¹, нетерпеливо переминалась с ноги на ногу.

– Сейчас узнаем. – Игорь коснулся маячка на воротнике. – Компьютер, как войти в каюту?

Из маячка раздалось:

– Для новобранцев введено распознавание через видеопанель. По голосовой команде «Вход» в каюту может зайти новобранец, который в ней прописан. Индивидуальный код доступа выдаётся после официального зачисления на корабль и получения звания энсина.

– Отлично, – кивнул Игорь. – Компьютер, кто прописан в этой каюте?

– Новобранец Игорь Непомнящий, Инженерный отдел. Новобранец Александр Артёменко, Научный отдел.

– О-о-о, супер! – протянул упомянутый Александр, подходя ближе к товарищу. – Ну что, получается, «Вход»?

– Доступ открыт, – произнёс компьютер.

По контуру прошёл разряд, и целостность стены нарушилась. Дверь, которую теперь нельзя было не заметить, выдвинулась чуть вперёд и отъехала в сторону.

– Ребят, – Игорь оглядел оставшихся, – вы поняли, что делать? Нужна помощь?

– Вроде поняли, – отозвалась Асия. Остальные поддержали её кто кивками, кто деловитым угуканьем.

Асию поселили вместе с Морин, чему она очень обрадовалась: девушки жили в одной комнате на протяжении всех лет, проведённых в Учебном центре, и были очень близки.

– Каюты на двоих? – хмыкнула Морин, как только они вошли. – Классно. Я боялась, что нас поселят в казарму, где будет человек сорок. А здесь прямо как в общаге!

– Корабль гигантский, – покачала головой Асия, оглядывая слабо поблёскивающие бежевые стены. – Я как раз не удивлена, что хватило места на каюты для всех. Но здесь совсем не как в общаге.

Оказалось, что метапластиковыми были не только пол и стены.

– Что, и стол тоже?.. – удивилась Морин.

– И кровать, – отозвалась Асия, приподнимая край матраса.

Вся немногочисленная мебель, кроме стульев, оказалась частью корабля: столы и кровати горизонтальными отростками выпирали из стен узкой комнаты. Ламп не было – сиял сам потолок.

– А куда вещи складывать? – поинтересовалась Морин.

– Давай узнаем. Компьютер, в каюте есть шкаф?

– Подтверждаю.

– Компьютер, открыть шкаф, – приказала Асия.

Часть стены в дальнем конце комнаты отделилась точно так же, как до этого входная дверь.

– Зачётно, – Морин заглянула внутрь.

– Понадобится время, чтобы во всём разобраться, – задумчиво протянула Асия.

– Ничего, разберёмся. А кто не разберётся – полетит домой.

Морин повернулась к подруге. Её голос звучал серьёзно, и только по искоркам в карих глазах Асия поняла, что та шутит.

– Да ну тебя! – фыркнула она, опускаясь на кровать – на первый раз аккуратно. – Я домой точно не собираюсь.

– Никто не собирается, – заверила её Морин. – Так что тут без вариантов!

Асию как лингвиста распределили в Отдел связи, а это значило, что её место было на мостике, рядом с капитаном, навигатором и другими наиболее значимыми членами экипажа. Морин же предстояло работать в лаборатории биологов – она была ксеноботаником. Поэтому подругам пришлось разделиться. Прежде чем покинуть каюту, Асия запросила на планшете маршрут до мостика и, внимательно его изучив, отправилась в путь.

В гладких глянцевых стенах коридора отражался каждый, кто по нему шёл, и казалось, что по сторонам от идущего следуют его слегка размытые двойники. Асия подошла ближе к одной из стен, пригляделась к едва заметным микроблёсткам внутри. Что она знала о метапластике? Кажется, материал взаимодействует с биоэлектричеством². Наверное, поэтому панель возле двери и появлялась от касания.

Асия потянулась к стене. Дотронулась кончиками пальцев. Под гладкой поверхностью засияли золотистые круги, как если бы она задела воду.

Воодушевившись, Асия пошла вдоль стены, и за пальцами потянулась светящаяся полоса. Там, где она надавливала сильнее, полоса становилась ярче, а потом постепенно затухала. Это было до того здорово, что Асия негромко рассмеялась. Но, обернувшись, тут же смолкла: за ней шли двое, литаниец и рилт. Судя по рубиновой форме, офицеры Флота.

Сереброкожий литаниец в свойственной его расе манере даже не задержал на девушке взгляд, и лицо его осталось бесстрастным. Зато рилт, хоть его нос и рот скрывала маска, кажется, посмотрел с интересом. Впрочем, кто может с уверенностью трактовать мимику рептилоидов?..

Офицеры прошли мимо, но Асия на всякий случай подобралась. Не стоило вести себя слишком беззаботно, если она хотела произвести серьёзное впечатление.

До мостика она добралась без приключений. Главное помещение корабля встретило её ярким светом, негромким попискиванием приборов и приглушёнными голосами множества офицеров. Справа и слева от входа располагались посты основных служб. На каждом посте кресло начальника окружали три широких экрана, а для помощников предназначались мониторы на высоких метапластиковых ногах – за ними работали стоя.

По центру комнаты, перед глухой стеной без видимых панелей и опознавательных знаков, тянулся ещё ряд мониторов. Два кресла напротив принадлежали главному навигатору и его заместителю. Чуть дальше Асия увидела кресло капитана, а ещё ближе ко входу – стоячий монитор, за которым работал старший помощник, тот самый сине-полосатый инопланетянин, что провожал новобранцев с Земли в их крыло.

Асия замерла на пороге, пытаясь понять, куда идти дальше. Она знала, что по бокам от входа располагаются посты Отделов связи и безопасности. Только вот где какой?

Приглядевшись, Асия заметила у офицеров слева чёрные воротники. Безопасники. Значит, её место в другой стороне.

К Отделу связи относились три специалиста, включая саму Асию. Лейтенант С’таш, главный из них, сидел за основным пультом. Он был литанийцем, причём сравнительно молодым для занимаемой им должности – выглядел лет на тридцать земных, не больше³. Хотя Асия читала, что многие литанийцы казались моложе своих лет из-за серебряных гладких лиц, на которых практически никогда не появлялись морщины.

Лейтенант С’таш следил за всеми поступающими сигналами и сообщениями, а также отправлял их по приказу капитана. Он знал более тридцати языков, поэтому, помимо прочего, наблюдал за любыми переговорами, чтобы вмешаться в случае неполадок или сбоев в работе программы перевода.

К своим обязанностям главный связист относился крайне ответственно, можно сказать, погружался с головой. Оттого, наверное, он мало обращал внимания на тех, кто номинально находился у него в подчинении. Это давало возможность Шертэ, колшарке с глазами и кожей золотыми, как у капитана, находиться на мостике в свободном режиме – то есть по большей части не находиться. Впрочем, Шертэ отвечала скорее за техническую сторону процесса связи: следила за исправностью техники, корректировала программные ошибки, а потому можно было предположить, что время, которое она проводила в Инженерном, шло на пользу делу.

Поначалу, попав на своё новое рабочее место, Асия была очень воодушевлена. Все офицеры мостика собрались, когда капитан Шад объявлял команде следующее задание: кораблю предстояло доставить груз на какую-то периферийную планету. Название «Тарлас» показалось знакомым, но Асия так и не смогла вспомнить, что именно знала об этом мире.

Сразу после инструктажа члены экипажа занялись каждый своими делами, давно привычными всем, кроме Асии. Её воодушевление сменилось растерянностью: лейтенант С’таш отвернулся к приборам, Шертэ покинула мостик, и никому, казалось, не было до неё, Асии, дела. Главный связист даже не дал своей новой подопечной задание.

Так вчерашний курсант и стояла напротив рабочего монитора, на котором не было открыто ни одного документа или программы, и беспомощно озиралась по сторонам. Она уже начала чувствовать вину за бездействие, но никак не могла придумать себе занятие самостоятельно.

– Новобранец Муратова, – раздался вежливый голос слева.

Услышав свою фамилию, Асия встрепенулась. Рядом, возвышаясь над ней на добрых две головы, стоял командор Арус, худощавый помощник капитана.

– Новобранец, у вас есть задание?

Перед этим старпом бросил быстрый взгляд на её монитор, так что и сам уже знал ответ.

– Да… То есть, нет… Никак нет, аш⁴. – Асия смущённо опустила глаза.

Она ожидала, что командор влепит ей выговор – вот был бы отличный первый день на службе! – но странный инопланетянин повёл себя иначе.

– Ничего страшного, – улыбнулся он и добавил чуть тише, наклонившись к ней: – Лейтенант С’таш – отличный офицер, необычайно внимательный и не пропускающий ни одной передачи, но он не привык обращаться с новобранцами. Я думаю, это можно простить специалисту, свободно говорящему на всех языках Союза, верно?

Асия позволила себе улыбнуться.

– Возможно, у меня найдётся задание для вас, – командор Арус протянул ей инфочип.

В глазах Асии зажёгся интерес.

– Могу я спросить, что на нём? – Она осторожно взяла чип.

– Некоторые документы, новостные сводки с Тарласа, – ответил командор. – Всё на языке оригинала. Ваша задача – кратко изложить их суть на любом языке Союза, который сочтёте удобным. Да, мы должны всего лишь доставить груз, но кто знает, что может пригодиться?

Асия кивнула.

– Спасибо, аш, – с готовностью отозвалась она. – Я примусь сейчас же!

– Удачи, новобранец Муратова, – пожелал ей командор Арус, прежде чем вернуться на свой пост.

Несмотря на то что в базе компьютера Асия нашла словарь тарласского языка – и неплохой словарь, его не хватало, чтобы адекватно перевести документы. Асии требовалось главное: знания о культуре, с которой она работала. Поэтому она, набравшись смелости, попросила у лейтенанта С’таша разрешения покинуть мостик и пойти в голокомнату, чтобы найти там тарласские фильмы, книги, передачи – в общем, всё, что хоть как-то могло помочь. Главный связист удивился, что у Асии появилось задание без его участия, но, по счастью, разрешил покидать мостик, когда ей угодно.

Перед тем как пойти в голокомнату, Асия заглянула в столовую «Шамана», открытую круглосуточно. Она ничего не ела с самого утра, вдобавок волновалась из-за задания, и подкрепиться было жизненно необходимо. Меню для землян составить ещё не успели, но пища колшарцев практически не отличалась по вкусу и питательности от земной, разве что была острее. Заказав стандартный обед у улыбчивого повара-шагранца, чёрного, как африканец, и с двумя парами конечностей-щупалец, Асия направилась к столикам, которые, как грибы, усеивали столовую.

– Аси́! – окликнули её.

Асия повернулась и увидела неподалёку Морин, которая активно махала ей. Асия улыбнулась и пошла к подруге.

– Что ты здесь делаешь в рабочее время? – спросила она, усаживаясь напротив Морин.

– Могу спросить тебя о том же, – хмыкнула та, убирая со лба золотистую прядь. – Но так и быть, отвечу первой: наш главный – просто душка. Новобранцев обожает. Буквально спит и видит, кого бы чему научить. А сегодня ночью, как по заказу, – цветение бета-грибов с Шагры, уникальное явление, случается раз во много-много лет, и всё такое… – Морин демонстративно закатила глаза, не переставая улыбаться. – Так что лейтенант отправил бóльшую часть подопечных, и меня в том числе, отсыпаться до ночи, чтобы мы были максимально собраны и готовы наблюдать, когда произойдёт это невероятное событие.

– Везёт тебе, – вздохнула Асия. – Мне начинает казаться, что мой начальник не собирается меня ничему учить.

– Почему?

– Да шут его знает. Классный специалист, все вокруг говорят: «Лейтенант С’таш то, лейтенант С’таш сё»… Думала: как повезло, что я к нему попала! Переживала только, что слишком строгим окажется…

– А он что? – Морин подпёрла голову ладонью.

– Да ничего! Похоже, ему вообще всё равно, есть я или нет. – Асия вздохнула. – Я знала, что эмоции не сильная сторона литанийцев, но не настолько же…

– Мой начальник – колшарец, – засмеялась Морин. – У них ровно наоборот: темпераментные, как испанцы. Но знаешь, это тоже порой утомляет… Постой. Так ты, получается, просто взяла и свалила оттуда?

– Ты что! – Замотала головой Асия. – Конечно, нет. У меня есть задание, и я официально отпросилась в голокомнату, чтобы его выполнить.

– И откуда оно, если ты мне тут живописуешь, как твоему главному на тебя пофиг? – Морин удивлённо изогнула бровь.

– Мне его дал не С’таш, а командор Арус.

– Арус? – Морин нахмурилась, вспоминая. – Это тот странный длинный? Да расслабься, его тут нет! – добавила она, заметив, как подруга беспокойно заозиралась по сторонам.

Асия хотела возразить, что не только сам командор, но и кто угодно другой мог услышать, как новобранцы неуважительно отзываются о первом помощнике капитана, но Морин было не переспорить, и Асия лишь вздохнула:

– Ага. Он.

– Забавный тип. – Морин откусила от тонкого поджаренного хлебца. – Интересно, какой он расы? Никогда таких не видела.

– И я. Надо будет сделать запрос в голокомнате.

– Сделай-сделай, – поддержала подруга. – Потом расскажешь, что нашла.

Асия, улыбнувшись, кивнула.

Пока «Шаман» шёл до Тарласа, Асия усиленно работала. Много времени она проводила в голокомнате и в каюте, которую делила с Морин: здесь ей было гораздо удобнее, чем за монитором на мостике.

Будь её воля, она бы вообще не появлялась на своём официальном рабочем месте, где приходилось работать под прицелом глаз всех офицеров мостика. Но Асия боялась произвести впечатление бездельницы, поэтому всё же заставляла себя время от времени возвращаться на пост.

В день прибытия на Тарлас Асия стояла за своим монитором по левую руку от лейтенанта C’таша, которому, как обычно, было не до неё. Проверив ещё раз файлы, переводом которых она занималась неполные две недели, Асия выпрямилась и вздохнула. Всё было готово.

Она огляделась и заметила командора Аруса. Он тоже внимательно смотрел на неё, будто изучал. А может, это необычные черты лица делали любой его взгляд таким? Они ни разу не разговаривали с самого первого дня, и сейчас он тоже просто отвернулся, не подойдя и ни о чём не спросив. Но всё же Асия испытывала к странному инопланетянину благодарность, ведь он был единственным, кто хоть как-то отреагировал на её появление. Поэтому она не хотела его подвести.

Из размышлений Асию вывел голос командира.

– Навигатор, доложите обстановку, – отдал приказ капитан Шад, когда корабль остановился.

– «Шаман» прибыл в точку назначения, – раздался смоделированный динамиками голос офицера-рилта, носогубный треугольник которого закрывала плотная маска с плещущейся в ней жидкостью. – Мы находимся на орбите Тарласа над континентом Ахтант, куда и должны доставить груз.

– В прошлый раз был континент Весталь, – вздохнул капитан. – Что ж, давайте закончим поскорее.

Из документов Асия узнала, что на Тарласе вот уже несколько столетий велась непрерывная война между двумя расами, населявшими противоположные континенты. Причина войны давно уже была похоронена в веках, но противостояние изрядно портило нервы Союзу, принципам которого противоречили междоусобицы.

Сначала, как водилось в подобных случаях, дипломаты Со-

юза пытались примирить враждующие стороны. Работали лучшие из лучших, и обычно их профессионализма оказывалось достаточно, но не в этот раз. Тогда лидеры Союза понадеялись, что конфликт скоро завершится естественным образом. Однако компьютерный анализ показал, что и этого в обозримом будущем не произойдёт. А если и произойдёт, то лишь в случае полного уничтожения одной из воюющих рас.

Разумеется, такого гуманисты Союза допустить не могли. Пришлось пойти на беспрецедентные меры: не вмешиваясь в конфликт, оказывать гуманитарную помощь той расе, чьё положение наиболее тяжёлое, чтобы уберечь её от вымирания. Но едва та оправлялась, тут же наносила ответный удар. Враги менялись местами, и уже другая раса стояла на грани исчезновения, и Союз высылал помощь уже ей. Круг замыкался.

Ситуация, по мнению Асии, складывалась преидиотская, и угрюмый капитан, судя по всему, считал так же. Увы, их мнения никто не спрашивал – требовалось лишь выполнить задачу.

– Аш, я связался с базой снабжения Ахтанта, – подал голос лейтенант С’таш. – Они готовы принять груз.

– Хорошо, – ответил капитан Шад. – Передайте Инженерному, чтобы заряжали телепорты.

– Боюсь, это невозможно, капитан, – вмешался командор Арус, сосредоточенно колдовавший над монитором. – Под нами ионный шторм, через него телепорт не дотянется до поверхности.

Колшарец выругался сквозь зубы на родном языке, заглушив маячок-переводчик. Но Асия всё равно его поняла и с трудом подавила улыбку.

– Ладно, – сказал капитан, вновь активируя маячок. – Тогда готовьте шаттл.

– Кхеф, я бы не рекомендовал запускать шаттл, – сказал Арус, когда всё было готово к отправке груза.

– Почему? – удивился колшарец. – Обшивка, двигатели, навигационное оборудование – всё отлично приспособлено к работе в ионном шторме, экипаж не пострадает.

– Да, но… – Арус замялся. – Что-то не так с этим штормом. Я не помню ни одного сообщения о том, что атмосферные явления такой интенсивности происходили на Тарласе раньше.

– А я не помню, чтобы эту варварскую планету исследовали метеорологи Союза, – огрызнулся капитан.

– Назови это предчувствием, если хочешь, – не сдавался старший помощник, – но прошу тебя, не выпускай шаттл. Шторм продлится не дольше суток, и промедление не повлияет…

– Предчувствие в протокол не впишешь, – прервал его Кхеф. – Мы не проведём здесь ни часа дольше положенного!

Раздвижные двери открылись, пропуская капитана и его помощника на мостик, и Арусу пришлось замолчать: оспаривать приказы командира в присутствии других офицеров было неприемлемо.

– Шаттл готов к запуску, аш, – отрапортовал лейтенант С’таш, едва колшарец занял своё место.

– Отлично, – кивнул капитан Шад. – Запускай.

Главный связист застучал пальцами по сенсорному монитору. Стоявшая рядом молодая помощница с интересом наблюдала за ним.

– Шаттл покинул ангар, – отчитался лейтенант С’таш.

– Отлично. Когда мы ждём их обратно?

– По расчётам командира группы высадки, путь до поверхности планеты и обратно займёт не больше часа. Учитывая время на разгрузку, они вернутся примерно через пять часов. Разумеется, если их ничто не задержит.

– Мне тут не нужны неожиданности, – отрезал Шад. – Через пять часов они должны быть на борту – так и передайте!

Пальцы лейтенанта С’таша вновь забегали по экрану. Казалось, ему было вообще всё равно, что и кому передавать.

– Они отвечают, что поняли и сделают всё возможное, – сказал он после небольшой паузы.

Колшарец кивнул. Он опустился в капитанское кресло и принялся нервно выстукивать ломаный ритм по подлокотнику – должно быть, пытался придумать, чем занять себя и команду на то время, что корабль проведёт на орбите.

– Шаттл вошёл в атмосферу планеты, – продолжал докладывать связист. – Они проходят через ионный шторм и… – Литаниец на секунду замолчал. – Получают какие-то сигналы.

Капитан Шад подобрался:

– Какие сигналы?

– На шаттле не могут их расшифровать, аш. Посылают нам, – ответил лейтенант С’таш. – Кажется, что-то знакомое… Они есть в нашей базе… Это сигнатура военных сил континента Весталь.

– Здесь?! В ионном шторме, на другом полушарии?!

– Кажется, лейтенант С’таш прав, – вмешался Арус, который тоже не отрывал глаз от монитора. – Могу сказать даже больше: если верить данным, которые я получаю с шаттла, эти летательные аппараты не просто находятся в шторме. Они его генерируют.

– Создают грозу? Да ну!

– Капитан, подобные виды атмосферных манипуляций нередко… – начал было старший помощник.

– Не сейчас! – рявкнул Шад. – Я знаю, что это и как применяется! Это засада! Лейтенант С’таш, уводите шаттл, немедленно!

Главный связист набрал сообщение на экране, ткнул пальцем в кнопку. Потом ещё и ещё. Арус не видел, какую команду тот пытался передать, но прекрасно понимал: что-то шло не так. Серебристая кожа лейтенанта С’таша стала ещё бледнее. В конце концов он повернулся к капитану.

– Связь с шаттлом потеряна, аш.

Капитан вскочил с кресла.

– Вызывайте авиацию континента Весталь, – прорычал он. Его ноздри гневно раздувались. – Вызывайте, пока не ответят!

– Нет необходимости, – отозвался лейтенант С’таш, возвращаясь к монитору. – Они сами нас вызывают.

– На экран! – скомандовал капитан, вновь опускаясь в кресло.

Вид на планету и всполохи молний в грозовых тучах померк и сменился изображением кабины корабля неизвестной конфигурации и широкого лица его капитана. Он очень походил на человека, только глаза были посажены глубже, скулы более выражены, а горбинка носа начиналась от самого лба, напоминая гребень, деливший лицо надвое. Вид у инопланетянина был торжествующий.

– А вот и корабль Союза! – провозгласил он вместо приветствия. – Мы долго вас ждали!

Капитан Шад не мог позволить себе игнорировать протокол даже в такой внештатной ситуации. Тем более во внештатной ситуации.

– Я Кхеф Шад, капитан корабля Союза «Шаман». Мы прибыли на Тарлас с гуманитарной миссией. Наши сенсоры показывают, что вы…

Но тарласец не стал его слушать:

– С гуманитарной миссией? – Он хрипло рассмеялся. – Вы помогаете нашему врагу!

– Так же, как до этого много раз помогали вам.

– О, мы знаем! Наша война – игра для Союза, и вы делаете всё, чтобы она продолжалась. Но сегодня мы это прекратим! Мы конфискуем ваш шаттл и всё его содержимое. Враг не получит помощи – ни в этот раз, ни в будущем.

– Предупреждаю, если кто-нибудь из экипажа пострадает, это будет расценено как объявление войны Союзу, – прорычал колшарец. В его золотых глазах горела ярость.

– Нам не привыкать к войнам, капитан, – усмехнулся тарласец. – И вам нас не запугать. Так что разворачивайте свой корабль и улетайте – ваших людей мы вернём, когда привезёте груз в следующий раз. А пока они погостят у нас, – и связь прервалась, обрубая хриплый смех инопланетянина.

– Идиот! – воскликнул капитан, стукнув кулаком по подлокотнику.

Асия следила за разговором, затаив дыхание. Когда тарласский капитан отключился, ей показалось, что палуба под ногами покачнулась.

Как это: «Пока погостят у нас»? Их что, взяли в заложники?..

От мысли, что она сама могла оказаться в группе высадки – например, на случай неполадок с переводчиком, у Асии свело живот.

Неужели капитан Шад уступит, оставит членов команды на милость агрессора? Однако колшарец не стал бы офицером Союза, если бы мог так поступить.

– Старпом, что с шаттлом? – обратился капитан к командору Арусу. – Повреждён? Можем подцепить телепортом?

– Судя по показателям, шаттл цел, – с готовностью отозвался тот. – Власти Весталя хотят не уничтожить, а забрать груз себе. А телепорт… – Он на миг сощурил большие чёрные глаза, вглядываясь в данные на мониторе. – Дальность позволяет. Да и ионный шторм не успел накрыть их. Но тарласцы генерируют поле, которое мешает переносу.

– Данные о поле – в Инженерный, живо!

– Уже. Инженеры его анализируют. Сообщают, что… – Взгляд командора вновь забегал по монитору, а потом и руки понеслись за ним вслед. – В поле уязвимость. Если изменим частоту сигнала, то сможем связаться с командой. Лейтенант С’таш, вы должны были получить параметры для модификации!

– Так точно, – подтвердил главный связист. – Модификации получил, применяю. Есть связь. Какое сообщение передать?

Капитан Шад на секунду задумался.

– Передайте, чтобы не геройствовали, – сказал он. – Мы попробуем их вытащить. Арус, что ещё говорят инженеры? Мы можем захватить шаттл, используя уязвимость поля?

– Она недостаточно большая. Если бы у нас было больше времени, – сокрушённо покачал головой командор. – Но тарласцы уводят шаттл. Через минуту они будут вне досягаемости.

– Должно же быть хоть что-то!

– Погодите… – Арус поднял тонкий палец с выступающим когтем. – Из Инженерного сообщают, что если перенастроить телепорты по образцу системы связи, то можно перенести группу высадки на «Шаман». Но груз…

– Пепел с ним! – оборвал его капитан. – Пусть подавятся, у нас мало времени! Хотя… Лейтенант С’таш! Передайте командиру шаттла, чтобы включил режим самоуничтожения. Пускай рванёт, как только мы их вытащим! Старпом, велите Инженерному готовиться к телепортации.

– Они готовы, аш.

– Запускайте! – Капитан поднялся из своего кресла. Было видно, что он очень нервничает и самообладание стоит ему больших усилий. К счастью, не прошло и минуты, как лейтенант С’таш доложил:

– Инженерный передаёт, что телепортация прошла успешно. Все члены группы высадки на борту. Отделались лёгким испугом.

У Асии, когда она услышала это, даже голова закружилась от облегчения.

– Отлично! – проревел капитан Шад, поднимая кулак. – Навигатор, курс на ближайшую базу Союза. Мы покидаем эту дикую планету!

Далёкий взрыв, на мгновение осветивший пепельные грозовые тучи, поставил в миссии «Шамана» жирную точку.

– Ситуация, в которую мы попали на Тарласе, неприемлема, – гремел из всех динамиков корабля голос капитана Шада.

После того как ему пришлось отдать приказ о самоуничтожении шаттла, минули сутки. Все уже пришли в себя, поэтому капитан решил обсудить с командой произошедшее.

– Наши товарищи едва не стали жертвами агрессии со стороны расы, которую только усилия Союза вот уже много лет удерживают от геноцида, – продолжал колшарец. – Я не знаю, как отреагирует руководство Флота, но будьте уверены: оно получит максимально подробный рапорт о случившемся. И я, как ваш капитан, обещаю, что сделаю всё, от меня зависящее, чтобы наш корабль больше не участвовал в миссиях на планетах с заведомо нестабильной обстановкой. Отбой.

Последняя команда предназначалась лейтенанту С’ташу, который тут же прервал вещание. Теперь капитана могли слышать только на мостике.

– Грустно, когда тебя не принимают всерьёз только потому, что твоя жизнь не одна сплошная война, – в сердцах добавил капитан Шад. – Может, Союзу уже пора оставить этих варваров в покое? Пусть бомбят друг друга, если им хочется. А так мы только продлеваем их агонию. Хотя жаль, что нет способа прекратить всё это…

Командор Арус склонил голову. По выражению его испещрённого странными неровностями лица было трудно понять, соглашается он с капитаном или осуждает его за резкость.

– Способ есть.

На мостике повисло молчание, так что стало слышно писк аппаратуры. Подняв взгляд от монитора, Асия увидела, что все смотрят на неё.

– Новобранец? – вкрадчиво обратился к ней командор Арус.

Чёрт, неужели она сказала это вслух?!

– Прошу прощения, аш, – растерянно произнесла она, сама не зная, перед кем извиняется: перед командором, капитаном или перед всеми сразу.

Однако колшарец не разозлился.

– Если вам есть что сказать, новобранец, – говорите, – отозвался он немного устало. – У нас приветствуется всё, что может хоть как-то помочь делу.

Коротко кивнув, Асия начала:

– В двадцатом веке на Земле жил учёный-антрополог. Под псевдонимом Франсис Карсак он писал художественные книги о космосе и народах, его населявших, ещё задолго до того, как это стало для нас правдой. В своих произведениях он вывел так называемый Стальной закон. Его суть в том, что две генетически не смешивающиеся расы, проживающие на одной планете, рано или поздно придут к военному конфликту, в результате которого одна из них будет уничтожена. Предотвратить геноцид можно, только если принудительно переселить одну из рас на другую планету.

Капитан и старший помощник переглянулись.

– Любопытно, – сказал колшарец. – Я предлагаю пройти в мой кабинет, чтобы подробнее обсудить этот Стальной закон. – Капитан Шад направился к двери, приглашая Асию следовать за ним. – Старпом, вы с нами.

Когда они оказались втроём за закрытыми дверями кабинета, Асия глубоко вздохнула, чтобы меньше нервничать. От того, что она скажет сейчас, будет зависеть, воспримут ли её всерьёз в дальнейшем.

– И как же этот ваш Карсак предлагал решать, которая из рас должна попрощаться со своей планетой? – капитан Шад опустился в кресло и повернулся спиной к стене-иллюминатору. Асия осталась стоять.

– Для этого отправляли пару координаторов, аш, – с готовностью ответила она. – Сначала координаторы посещали один народ, затем – другой, собирали как можно больше информации, чтобы выяснить, у какой расы больше прав на планету. Если они оказывались в равном положении, то тянули жребий.

– А как относились аборигены к подобному вмешательству в их дела?

– Крайне негативно, – не стала скрывать Асия.

– Крайне негативно, говорите, – задумчиво протянул капитан, ставя локоть на стол и прикладывая два пальца к щеке. – Тогда по какому праву кто-то со стороны мог решать подобные вопросы столь кардинально?

– Прошу прощения, аш, – вежливо произнесла Асия. – Не «кто-то», а самая древняя и могущественная организация в галактике, объединившая под своим крылом мудрость и силу тысяч народов. Если убавить пафос, можно считать её аналогом Союза в той вселенной, что создал в своих книгах Карсак. Они вмешивались по праву сильного и мудрого. По праву того, кто не просто переживает, будет ли жизнь сохранена, а хочет её сохранить и знает, как это сделать.

Она замолчала, опасаясь, не перегнула ли палку. Однако капитан Шад, похоже, остался доволен.

– По праву сильного и мудрого, говорите? – Он усмехнулся. – Знаете, мне это нравится. Но представляете ли вы, сколько ресурсов может понадобиться, чтобы переселить целую расу с одной планеты на другую?

– Нет, – честно ответила Асия. – Но знаю, что исторические примеры существуют. Массовая эвакуация юлжанцев, когда их солнце начало расширяться, или переселение тетриан с планеты, которая находилась в одном секторе с чёрной дырой. Значит, технически это осуществимо. Я лишь…

– Подсказали решение, когда я думал, что его нет. – Капитан откинулся на спинку кресла, убрав со стола руку. – Я ценю подобное рвение у своих офицеров, особенно когда оно подкреплено историческими примерами и широким кругозором.

Асия позволила себе чуть улыбнуться.

– Я обдумаю то, о чём вы мне рассказали, новобранец, – подвёл итог капитан Шад. – А пока можете быть свободны.

– Так точно!

Получив разрешение, она поспешила покинуть кабинет. Всё-таки, как бы ни льстило внимание капитана, под пристальным взглядом жёлтых глаз ей становилось не по себе.

Командор Арус, всё это время стоявший возле двери, отступил в сторону и ободряюще улыбнулся Асии.

– Ты всё слышал? – спросил капитан, когда за новобранцем закрылась дверь.

– Так точно, – подтвердил помощник.

– Тогда ты знаешь, что делать.

На звёздной базе «КалаДаш-37» всему экипажу «Шамана» предоставили небольшой отпуск до тех пор, пока корабль не пройдёт технический осмотр, а все новобранцы с Земли не получат постоянное назначение на какой-нибудь из кораблей Флота.

Асия сидела за столиком в местном кафетерии, грея руки о кружку с напитком, по вкусу до боли напоминавшим земной ягодный чай. Она смотрела в окно на звёзды и корабли, которые то стыковались с базой, то улетали с неё. Метапластиковых, как «Шаман», среди них не было, и Асия даже радовалась, что может немного отдохнуть от его бесконечного сияния.

– Новобранец Муратова, – вежливый голос вырвал её из размышлений, – могу я присоединиться к вам?

Асия подняла глаза: перед ней стоял старший помощник Арус. Она всегда подмечала, что он очень высокий, но сейчас, когда она сидела, а он стоял, разница показалась ей совершенно ужасающей.

– Конечно, командор, – ответила Асия. – Присаживайтесь.

– Благодарю.

Старпом аккуратно опустился на стул напротив и наконец перестал выглядеть таким огромным. В отличие от Асии, он был одет в тёмно-бордовый форменный костюм со всеми знаками отличия.

– Извините, что не по форме… – Асия показала на свой серый мешковатый свитер.

– Да что вы, – отмахнулся инопланетянин. – Это я должен извиниться, что подхожу к вам с вопросами в неслужебное время.

Асия осторожно улыбнулась. Командор Арус вёл себя безукоризненно, как и всегда, но именно это её и смущало. Она понятия не имела, что скрывалось за его вежливостью.

– Я, собственно, о чём хотел спросить, – перешёл к делу командор. – Капитан Шад поручил мне подготовить подробный отчёт о решении, которое вы предложили для Тарласского вопроса.

Глаза Асии загорелись: она и подумать не могла, что капитан воспринял её слова так серьёзно.

– Я уже почти закончил, – Арус указал на свой планшет. – Но на всякий случай мне нужно знать: есть ли ещё какие-то детали, касающиеся Стального закона, о которых вы не сказали?

Асия опустила глаза, вспоминая.

– Наверное, в отчёт стоит добавить, – произнесла она после недолгого раздумья, – что когда выбирали координаторов для экспертизы, то старались, чтобы один был из народа, наиболее близкого по культуре к одной из рас планеты, а второй – к другой. Так они, работая вместе, могли лучше понять тех, кого им предстояло судить.

– Это ценное замечание, – кивнул Арус. – Я непременно внесу его в отчёт. И хочу добавить, что вне зависимости от того, как отнесётся к Стальному закону командование Флота, мы с капитаном Шадом благодарны вам за то, что вы предложили потенциальное решение проблемы.

Асия вновь улыбнулась.

– Спасибо вам, командор. Жаль только, что работа, которой я посвятила всё время путешествия до Тарласа, так никому и не пригодились, – она кивнула на инфочип, безжизненно лежавший на углу стола.

– А, вы об этом… Дело в том, что эти документы уже давно переведены и хранятся в архиве Союза…

– Как?! – Асия подалась вперёд. – Так я напрасно две недели…

– Во-первых, не спешите называть работу, в ходе которой вы получили новые знания, напрасной, – мягко прервал её Арус. – А во-вторых, так уж сложилось, что у нас не нашлось достойного задания для переводчика. Поэтому я решил, что будет целесообразно дать вам фиктивное. Меня больше интересовали ваши методы, чем результат. И, должен сказать, я остался доволен увиденным: решение отойти от текста и погрузиться в чужую культуру через исторические и художественные материалы… – Он одобрительно покачал головой. – Это могло бы спасти вам жизнь, окажись вы в группе высадки. И основной задаче, несомненно, пошло на пользу…

– Погодите, – смущённо заговорила Асия, – хотите сказать, что просматривали мои запросы в голокомнате?..

– Ну разумеется. Это стандартная процедура, более того, обязательная, особенно когда дело касается новобранцев.

– А как же приватность?!

– Новобранец Муратова, мы ведь не дети. Давайте не будем начинать бессмысленный спор о том, что важнее – иллюзия личного пространства или безопасность.

Асия нехотя кивнула.

– А запросы, если так выразиться, личного характера никого не волнуют. Поверьте, и меня, и Отдел безопасности удивить довольно трудно.

Асия смутилась:

– Выходит, вы знаете, что…

– Вы искали информацию обо мне? – Инопланетянин улыбнулся. – Конечно, знаю. И мне даже интересно, что вы нашли.

– Ну… Вы из расы калнаров. Ваша родная планета Келпия находится на Периферии, Союз пришёл туда сравнительно недавно, всего лет тридцать назад… Келпия на девяносто девять процентов покрыта океаном, поэтому калнары по физиологии близки к… – Она с сомнением посмотрела на командора. – К амфибиям.

– Всё верно, – подтвердил инопланетянин.

– Но самым интересным мне показалось то, что вы единственный представитель своего народа в Межзвёздном Флоте.

Командор Арус кивнул.

– Аш, могу я спросить, почему?

– Думаю, по той же причине, по которой вы оказались здесь. А потом, увидев меня, пошли в голокомнату и принялись искать информацию о моём происхождении. Любопытство, новобранец. Любопытство – одна из основных сил, движущих цивилизации. И несомненно, без этого качества невозможно оказаться в космосе, в Межзвёздном Флоте. Здесь никто не станет за него наказывать. По крайней мере, я точно не стану.

Сказав это, командор Арус встал.

– Напоследок хочу повторить, что и я, и капитан Шад очень довольны тем, как вы себя проявили. – Он взял со стола планшет. – Вы можете рассчитывать на хорошие рекомендации для перевода на место дальнейшей службы.

Он уже собирался уйти, но Асия неожиданно для самой себя остановила его:

– Командор Арус! Скажите, если вы с капитаном довольны мной, могу ли я просить разрешения продолжить службу на «Шамане»?

Калнар удивлённо посмотрел на Асию. Она была полна решимости, и, должно быть, он увидел это в её глазах.

– Хм-м, – задумчиво протянул командор. – Я, конечно, ничего не могу обещать… Но у меня есть некоторые основания полагать, что устав Межзвёздного Флота в таких вопросах чуть более гибок, чем, к примеру, Стальной закон, – и он вновь улыбнулся.

– Спасибо, – тихо сказала Асия.

Когда командор Арус ушёл, она вернулась к недопитому чаю с улыбкой на губах.

История 2. Тени межзвёздного леса

Сидя за трапециевидным столом переговорного зала «Шамана», Асия Муратова ликовала. Впервые ей разрешили присутствовать на обсуждении предстоящего задания с самим капитаном, а то, что она была здесь единственным энсином, только прибавляло гордости.

Кроме неё в зале находились командор Арус, главный учёный корабля Дэш Аршан – пожилой колшарец с тяжёлой челюстью и лицом, покрытым сетью глубоких морщин, и отвечающий за хозяйственное обеспечение корабля литанийский лейтенант Лиарт, чья гладкая, как шар, голова отливала серебром в неярком свете переговорной.

Асия всеми силами старалась скрыть охватившее её волнение. И ей казалось, что получается, пока она не дёрнула заусенец слишком сильно. Только тогда Асия поняла, что последние несколько минут нещадно рвала свои руки. Выругавшись про себя, она незаметно отёрла выступившую каплю крови и, сцепив руки в замок, положила их на гладкую поверхность стола, по которой от прикосновения закружилась россыпь звёзд.

Подняв глаза, Асия поймала взгляд старпома. Синекожий инопланетянин пристально наблюдал за ней, и оставалось только догадываться, как долго он смотрел и что успел заметить. Командор ободряюще ей улыбнулся. Асия оторопела, но губы сами собой изогнулись в ответной улыбке.

В кабинет стремительной походкой вошёл капитан Шад. Все офицеры встали, приветствуя его. Колшарец коротко кивнул присутствующим, опустился на стул с низкой спинкой в середине короткой части трапеции. Только тогда командор Арус, Аршан, Лиарт и Асия вернулись на свои места.

Все стулья в конференц-залах колшарцев были жёсткие, практически без спинок, похожие на земные барные. Сидеть на них – такое себе удовольствие, но в том и смысл: важные вопросы решались быстро и по существу, ни у кого не возникало соблазна растянуть обсуждение.

– У нас на борту ожидается делегация, – начал без долгих предисловий капитан Шад. – Арканцы. Несколько дипломатов и учёный, аш Рэн Джан.

Асия заметила, как поползли вверх брови Аршана. Ей тоже показалось знакомым это имя, однако больше ничего вспомнить не получалось.

– Они полетят на Даткари, – продолжал капитан. – Там находится одна из мультивидовых колоний…

К этим словам лейтенанты остались равнодушны, и Асия поняла, что капитан озвучил специально для неё то, что другие и так знали.

– Сейчас на планете эпидемия среди сельскохозяйственных культур. Предположительно, последние исследования Рэн Джана помогут её остановить.

– Мы тоже давно заняты подобными разработками, – подал голос Аршан. – Я, разумеется, не осмелюсь предлагать помощь великому учёному, но вдруг… – Он неопределённо пожал плечами.

Капитан кивнул.

– О ваших разработках известно командованию, поэтому «Шаман» и выбрали для переброски делегации.

Учёный тут же выпрямился, и Асии показалось, что его золотые глаза засверкали ещё ярче.

– Я собрал вас здесь, чтобы распределить обязанности на время присутствия гостей на борту, – объявил капитан Шад. – Аш Аршан, вы, разумеется, будете отвечать за научную часть. Нужно выделить Рэн Джану место в лаборатории, познакомить с вашими разработками и оперативно предоставлять материалы в случае необходимости.

Пожилой колшарец с готовностью кивнул.

– Аш Лиарт, вы обеспечьте делегатам соответствующие их статусу каюты с исправным оборудованием. Все данные командор Арус уже вам переслал.

Асия перевела взгляд на старшего помощника. Тот сосредоточенно водил когтистыми пальцами по экрану небольшого планшета, закреплённого у него на запястье – вероятно, как раз пересылал лейтенантам информацию.

– А вы, энсин Муратова, – обратился к ней капитан Шад, – будете сопровождать наших гостей всё то время, что они проведут на «Шамане». Никаких сверхзадач: коммуникацию обеспечит маячок-переводчик, вам же останется реагировать на поступающие запросы, решать проблемы, если они возникнут… Не самой, разумеется. В вашем распоряжении все службы и персонал корабля, нужно лишь координировать процесс. Ну и опционально – организация досуга для тех делегатов, которые не будут заняты научными разработками. Вам всё ясно?

Асия кивнула. Про себя она лихорадочно соображала, стоит ли спрашивать, почему такую ответственную задачу поручили именно ей, вчерашнему новобранцу, – или лучше радоваться молча. А может, не радоваться?..

Но капитан ответил на незаданный вопрос сам:

– Вы хорошо проявили себя в критической ситуации на Тарласе. Думаю, у вас есть задатки дипломата, тогда как остальные специалисты нашего Отдела связи, если говорить начистоту, хороши скорее в технической части… Учитывая, что арканцы во многом похожи на землян, более удачной кандидатуры не найти. Лучшее обучение – это практика, и, как я уже сказал, помогать вам будут все службы корабля.

Подавив нахлынувшее смущение, Асия кивнула.

– Всем ясны задачи? – Капитан обвёл взглядом присутствующих.

– Так точно, аш! – хором откликнулись Асия и оба лейтенанта.

– Тогда приступайте, – подытожил Кхеф Шад, поднимаясь с неудобного кресла.

С тех пор рабочее время Асия посвящала сбору и обработке материалов о культуре Арканы. В ход шло всё: традиционные формы вежливости, табу, пищевые предпочтения, которые она тут же передала Да’лиду, повару корабля, для составления меню… Прошло несколько дней общей подготовки, и Асия наконец взялась за досье на делегатов – спасибо Союзу, что их было всего трое! – чтобы затем разработать подходящую развлекательную программу. Но процесс не шёл.

Она не сводила глаз со спины в тёмно-бордовой униформе и думала совсем не о том, о чём следовало. У неё созревал план – очень интересный, немного самонадеянный и, к сожалению, не имеющий никакого отношения к делу. Вероятно, стоило отложить его до лучших времён, когда делегация с Арканы покинет борт и появится больше свободного времени…

Спина распрямилась, длинные пальцы одним движением перевели монитор в спящий режим. Плавно развернувшись, долговязая фигура направилась к выходу с мостика.

Да, отложить будет разумнее всего. Но разве для исполнения планов есть время лучше, чем «сейчас»? Асия тоже заблокировала свой монитор и поспешила следом. Уже в коридоре она окликнула его:

– Командор!

Долговязый инопланетянин обернулся.

– Да, энсин Муратова?

Его тёмные глаза смотрели с интересом, только вот Асия не могла определить, с каким: человеческим или скорее научным, как смотрит натуралист на занятную зверушку.

– Вероятно, мне стоит поблагодарить вас за задание, которое доверил мне капитан, – произнесла она заранее заготовленную фразу, стараясь держаться как можно более непринуждённо.

– Ну что вы, – покачал головой командор Арус. – Наш капитан и сам отнюдь не слеп, он видит ваш потенциал.

Вместо радости, что капитан Шад оказал ей доверие, Асию кольнула досада: оказывается, старпом и не думал подавать капитану такую идею. И почему из нескольких вариантов человеческий мозг всегда цепляется за самый неприятный?

– Однако я всецело поддержал ваше назначение.

Внутри у Асии всё засветилось, и этот свет пробился наружу улыбкой.

– Спасибо, аш! – искренне сказала она.

– Повторюсь, благодарить меня не за что. Работайте, старайтесь – и успех придёт. Мне кажется, у вас всё для этого есть.

Асия с готовностью кивнула. Ей казалось, что мышцы лица уже свело в улыбке, но она ничего не могла с собой поделать. Да, наверное, и не хотела.

– У вас есть ещё вопросы ко мне?

– Да! Аш, из вашего личного дела я узнала, что калнарский язык совершенно не изучен…

Асия украдкой посмотрела на него, пытаясь понять реакцию. Во взгляде командора по-прежнему читался лишь вежливый интерес, ни капли раздражения. Хотя Асия могла и ошибаться: было трудно читать его необычное лицо, расцвеченное тёмно-голубыми полосами.

– Меня как лингвиста заинтересовал этот вопрос, – продолжила она. – Не знаю, можно ли просить вас…

Она снова осеклась, но командор не торопил. Он терпеливо ждал и молча сверлил её взглядом. Хотя нет. Сверлил – это про золотые глаза капитана Шада; или, возможно, про серебряные – лейтенанта С'таша, будь ему не всё равно. А эти огромные тёмные омуты без следа белка затягивали, как чёрные дыры. И если смотреть в них долго, кажется, что растворяешься…

– Мне очень хотелось бы взять несколько уроков вашего языка, аш, – закончила она, с усилием отводя взгляд. – Разумеется, если позволяет ваше время и вы ничего не имеете против.

Командор Арус наклонил голову.

– Я против совершенно ничего не имею, – ответил он после недолгого раздумья. – И время можно найти всегда, если есть потребность.

Не успела вновь вспыхнувшая улыбкой Асия поблагодарить старпома, он продолжил:

– Вот только должен предупредить: я не лучший учитель. Раньше никогда не преподавал языки, и даже с изучением колшарского, признаюсь, у меня были большие проблемы.

– Ничего страшного, – поспешила заверить его Асия. – Я знаю, что это не ваша специальность. Но всё равно уверена, что общение с вами как с носителем языка – очень ценная возможность. Не хотелось бы её упускать. – Она старалась, чтобы голос не дрожал, хотя это давалось с трудом.

– Ну, если вы так считаете, – ответил командор немного задумчиво, – то, повторюсь, я не против. Когда бы вы хотели начать?

Асия растерялась:

– Аш, я думала, это вы…

– Я понял, – улыбнулся командор. – Хорошо, тогда посмотрю окна в моём и вашем расписании и назначу день. Такой вариант вас устраивает?

– Более чем! – Асия просияла. – И, командор… Спасибо!

– Пока не за что. Это всё?

– Так точно!

– Тогда не смею вас больше задерживать.

Сказав это, старший помощник коротко кивнул и продолжил свой путь. Асия же некоторое время ещё стояла в коридоре, провожая чуднóго инопланетянина взглядом.

И это он её задерживал?..

Асия считала, что ей очень повезло, ведь её лучшая подруга Морин Левченко тоже получила назначение на «Шаман». Они по-прежнему жили в одной каюте, что было удобно: так любая беда или радость легко делились на двоих. А ещё схожие биологические ритмы упрощали жизнь – поэтому на кораблях Союза экипаж старались распределять так, чтобы соседи относились к одному виду.

Асия ворвалась в каюту на последней космической скорости.

– Мо, ты не представляешь!.. – начала было она и осеклась, увидев бледное лицо подруги.

Морин попыталась улыбнуться, но получилась скорее гримаса. Она тут же отвернулась и продолжила мерить комнату шагами, как делала, когда Асия вошла.

– Боже, Мо! – воскликнула Асия ошеломлённо. – Что с тобой?..

– Они поручили это мне, – дрожащим голосом отозвалась Морин и пояснила, увидев, что Асия не понимает: – Помогать Рэн Джану. В его исследованиях.

– Так это же здорово! Мне тоже…

– Ты не понимаешь! – воскликнула Морин. – Это же сам Рэн Джан! И я – я! – буду ассистировать ему!..

– Погоди… – Асия подошла к своей кровати, стянула форменные ботинки на тонкой подошве и залезла на одеяло с ногами. – Рэн Джан… Так это тот самый генетик, о котором ты мне прожужжала все уши?

Картинка в голове начала складываться. Асия вспомнила, как на третьем курсе Морин носилась с горящими глазами по общежитию и распиналась о достижениях какого-то инопланетянина.

«Ты не понимаешь! – вдохновенно вещала она. – Рэн Джан – самый выдающийся ботаник со времён Карла Линнея⁵!..»

Да, точно. Именно о нём Морин и говорила. Она восхищалась учёным, как рок-звездой. Но если в студенческие годы это веселило Асию, теперь, когда они стали офицерами на корабле и их ждала встреча с арканцем вживую, было уже не до смеха. Но главное Асия поняла совершенно точно: делиться с подругой переживаниями не стоило, ведь сейчас у Морин явно хватало своих.

Раздался хруст карандаша, который Морин нервно крутила в пальцах. Она подняла на подругу глаза: в них читался испуг.

– Аси, я не справлюсь, – прошептала она. – Он ведь такой…

– Он – обычный, – прервала её Асия, возможно, жёстче, чем следовало. – Рэн Джан не особенный. Он стал выдающимся учёным, потому что много работал. И знаешь, ещё неизвестно, каких высот добьёшься ты к его возрасту.

Морин слабо улыбнулась.

– Знаешь, что я думаю, Мо? – продолжала Асия. – Я думаю, нам дан потрясающий шанс познакомиться с выдающимися людьми, перенять что-то из их опыта, проявить себя. И я собираюсь воспользоваться этим шансом по полной. А ты?

– И я, – отозвалась Морин и тут же отвернулась.

Асия вздохнула. В голосе подруги она не услышала ни капли уверенности и чувствовала, что им ещё не раз придётся вернуться к этому разговору.

Она шла по коридору «Шамана», и под ногами привычно вспыхивали светлые пятна на бежевом метапластике. Но ей казалось, будто она ступает по натянутому канату, где каждый неверный шаг, каждый случайный наклон может привести к падению. Она вытянулась, как струна, чтобы не сорваться.

В зале приветствия, где ещё недавно капитан Шад со старшим помощником встречали на борту новобранцев с Земли, всё подготовили к приёму делегации. Стена напротив входа разделилась надвое: на одной половине привычно светился герб Колшара – золотая стрела, пронзающая алый круг, заполненный звёздами; на другой – три серебряных кольца, выстроенных в линию, символ Арканы.

Асия узнала, что кольца символизировали единство главных для арканцев сфер: природы, науки и дипломатии. Делегация, которую они ждали, прибывала именно с научными целями, а потому центральное кольцо, обозначавшее эту область, светилось ярче других.

Капитан Шад был занят – его встреча с делегатами планировалась на следующее утро. Асии предстояло встречать гостей одной, но она знала, что за ней наблюдает кто-то из вышестоящих офицеров. Она бросила взгляд на угол, где скрывалась одна из камер, неразличимая за слоями метапластика.

«Может, это командор Арус оценивает меня сейчас?» – подумала Асия.

Представив на мгновение его плоское лицо, склонившееся над монитором, она испытала одновременно и прилив бодрости, и новое беспокойство. Асия знала – по крайней мере, надеялась, что командор верит в неё, и разочаровать его было особенно боязно. Асия повела плечами, вставая ещё прямее.

Раздалось характерное шипение, и в стене корабля образовалась дверь, которая сначала выдвинулась вперёд, а затем бесшумно отъехала в сторону. На борт корабля по очереди ступили трое.

Капитан Шад был прав, когда сказал, что арканцы похожи на людей. «Стандартное» количество рук и ног, никаких вызывающих излишеств вроде щупалец или когтей.

Асия сразу узнала Рэн Джана. Он выглядел в точности как на фотографиях, что ей удалось отыскать в базе данных «Шамана»: существенно старше своих спутников, на вид почти ровесников Асии, высокий и худой. Не такой, конечно, как командор Арус, но для человека вполне внушительный. Смуглый, с собранными в высокий хвост тёмными волосами и скулами такими острыми, что о них, как говорится, можно порезаться. Но ещё проще было порезаться о его взгляд, которым он бесстрастно обводил помещение.

Энсин Муратова сделала шаг навстречу делегатам и, вооружившись улыбкой, заговорила:

– Уважаемые представители Арканы! От имени капитана Кхефа Шада я рада приветствовать вас на борту корабля Союза «Шаман». Меня зовут Асия Муратова, и я уполномочена проследить за тем, чтобы ваше пребывание на борту было комфортным.

Выпалив всё это скороговоркой, Асия прервалась, чтобы сделать вдох. Только тогда Рэн Джан перевёл взгляд на неё.

– Ну что же… – Уголки его губ приподнялись, но глаза остались холодными. – Показывайте нам корабль.

Асия вежливо кивнула в ответ, хотя внутри у неё всё дрожало. Вероятно, общение с великим генетиком дастся ей сложнее, чем она рассчитывала.

Асия провела делегатов по основным палубам корабля, затем показала столовую и познакомила с Да’лидом.

– Питание для делегации планируется по расписанию, – объясняла она арканцам. – Но если возникнет желание, вы не ограничены в перемещениях по кораблю и можете прийти сюда в любое время. У всех членов команды разные биоритмы, поэтому столовая работает круглосуточно.

Повар важно кивал, его тёмные щупальца едва заметно подрагивали.

Двое молодых делегатов слушали Асию с большим вниманием и даже интересом, а вот взгляд Рэн Джана всё время блуждал. Только раз ей удалось стереть безразличие с лица учёного – когда она объясняла гостям принцип работы метапластиковых дверей их кают.

– Замок расположен здесь, – Асия приложила руку чуть левее едва видимых очертаний двери, и под ладонью тут же вспыхнула клавиатура. – Материал взаимодействует с биоэлектричеством. Коды доступа к каютам есть у вас, у меня, у капитана и ещё у нескольких офицеров – исключительно на случай непредвиденных ситуаций.

Рэн Джан, прищурившись, следил, как Асия вычерчивала пальцем узор, касаясь нужных клавиш, и как потом панель исчезла, стоило двери отделиться от стены.

«Метапластик – новый материал, – напомнила себе Асия, – его ещё не успели распространить по всем планетам Союза. Неудивительно, что учёному интересно».

Как только каюта открылась, Рэн Джан вновь забыл о существовании Асии, и от этого ей почему-то стало легче.

На ближайшие пару часов планов у делегатов не было. Предполагалось, что это время они проведут в своих каютах: освоятся, выдохнут, подготовятся к дальнейшим действиям. С молодыми дипломатами так и получилось. Асия вежливо попрощалась с каждым из них, объяснив, как пользоваться установленным в каюте оборудованием или в крайнем случае – обратиться за помощью. Осталась последняя задача – проследить за заселением Рэн Джана.

Асия шагала впереди учёного. Арканец молчал, как космос, а ступал совершенно бесшумно, и она не могла отделаться от чувства, что идёт по коридору одна. Одна, но в то же время под прицелом. Асия едва удерживалась, чтобы не обернуться. Она стрельнула глазами влево, на гладкую светло-бежевую стену, где с ней в ногу шагало размытое отражение. Вторая тень не отставала – значит, гость по-прежнему здесь.

Как самому высокопоставленному делегату, Рэн Джану выделили каюту в офицерском крыле. У нужной двери Асия быстро, но так, чтобы её движения не выглядели нервными, активировала панель и ввела код, а потом предусмотрительно отступила в сторону, пропуская учёного. Рэн Джан прошёл в каюту. Остановился неподалёку от входа. Огляделся.

– Мило, – констатировал он всё тем же бесстрастным тоном. – Каюты на этом корабле хорошо обустроены. Не сомневаюсь, что смогу сказать то же самое и о лаборатории.

Он повернулся к Асии, второй раз за время пребывания на борту удостоив её взглядом. Девушка наклонила голову, не понимая, на что он намекает.

– Хотелось бы поскорее их увидеть, – пояснил арканец. – Желательно прямо сейчас.

– Сейчас?.. – растерялась Асия. – Но аш… Как же ваши вещи? А время на отдых?..

– Багаж доставят и без меня, – прервал её Рэн Джан. – И я прибыл сюда не отдыхать. Так что будьте добры, не тратьте моё время зря и отведите к вашим научным специалистам.

На последних словах губы учёного едва заметно скривились. Асия не поняла, к кому арканец испытывал презрение: к своим коллегам на «Шамане» или же к ней, не имеющей никакого отношения к естественным наукам, а значит, не стоящей его внимания. Впрочем, так ли оно ей нужно?..

– Хорошо, аш Джан, – вздохнула Асия. – Я проведу вас в теплицу.

Тем, кто впервые попадал в вотчину ксеноботаников на «Шамане», могло показаться, что специалистов этого направления здесь не уважали: помещение было даже ýже, чем каюта Морин и Асии, хотя и длиннее. По центру до самого конца комнаты тянулся стол, освещённый лампами с холодным светом, а вдоль стен – шкафы, шкафы, шкафы… Причём самые обычные, вживлённые в метапластиковую стену лишь частично. По словам Морин, аш Аршан не доверял новоизобретённому материалу. Он предпочитал, чтобы всё необходимое находилось под рукой, запертое на обычный замок с биометрическим сканером на случай неполадок.

От подруги же Асия узнала, что впечатление каморки, которое производил отсек биологов, – иллюзия. На самом деле он был даже больше, чем корабельная столовая с учётом всех её подсобок. Просто лабораторию от основных теплиц отделяла стена, а теплицы, в свою очередь, разделялись на множество мелких секторов, в каждом из которых поддерживалась своя влажность, световой, температурный, а то и атмосферный режим для экзотических и хозяйственных растений с разных планет.

Рэн Джан зашёл в лабораторию первым, как и до этого в каюту.

– Аш Аршан, – громко произнесла Асия, входя следом, – позвольте представить вам Рэн Джана, заслуженного члена Ассоциации Генетиков Союза, доктора естественных наук…

Она очень надеялась, что глава биологов успел получить сообщение, которое пришлось прямо на ходу отправить с планшета, и ранний визит гостя не станет для него неожиданностью.

Из-за открытой дверцы шкафа показалась седая голова колшарца, свет лампы отразился в его очках. Несколько раз моргнув, словно ему требовалось убедиться в правдивости её слов, Аршан растянул губы в улыбке.

– Приветствую вас, аш Джан! – Пожилой учёный закрыл шкаф и подошёл к гостям. – Я Дэш Аршан, главный биолог этого корабля. Для меня большая честь принимать на борту такого специалиста, как вы.

Арканец чуть склонил голову и тоже улыбнулся – гораздо теплее, чем до этого Асии.

– Ну что вы, аш Аршан. Это для меня честь оказаться здесь. Я наслышан о ваших исследованиях.

Асии показалось, что от этих слов колшарец даже стал выше ростом.

– Вероятно, я должен извиниться за то, что пришёл раньше времени, – продолжал Рэн Джан. – Но мне не терпелось увидеть своё рабочее место на ближайшие недели. Думаю, вы понимаете: промедление мучительно.

– Конечно-конечно! – засуетился Аршан. – Следуйте за мной, я всё вам покажу.

Учёные направились к одной из секций длинного стола, под слепящий свет лампы. Асия тенью ступала следом. Она слушала многословные объяснения Аршана вполуха, с интересом оглядываясь по сторонам. Стоило только подумать о Морин, как, словно отзываясь на мысли Асии, зашипела дверь, отделявшая теплицы от лаборатории.

В помещение вошла Морин. На шее у неё болтался респиратор, а в руках она несла сканер и ещё несколько предметов размером чуть больше зажигалки, назначения которых Асия не знала.

Коротко взглянув на подругу, Морин направилась к учёным. Там она молча разложила приборы на столе неподалёку от Аршана и встала чуть позади него, вытянув руки вдоль тела.

– Аш Джан, это аши Морин, – представил девушку главный биолог. – Она будет ассистировать вам в моё отсутствие.

Арканец бросил на Морин взгляд, такой же, каким пробегал по шкафам или стенам, ни на чём не задерживаясь.

– Я привык работать без ассистента, – сказал он довольно жёстко.

Морин старалась выглядеть максимально собранной. У неё хорошо получалось, поэтому только Асия заметила, как дрогнули уголки её губ. У Асии внутри вспыхнул гнев от обиды за подругу: «И с этим сучком я должна носиться три недели?!»

– Впрочем, – добавил Рэн Джан уже мягче, – я благодарен за вашу заботу, аш Аршан.

Гость опустился в одно из стоящих рядом кресел и взял со стола длинный тонкий предмет. С удивлением Асия узнала обычный земной карандаш.

– Двигать вперёд науку – тяжёлый труд, – произнёс арканец, запуская карандаш между пальцев. – Большая удача, когда такие специалисты, как мы, готовы помогать друг другу…

Дальше Асия уже не слушала. Ей начало казаться, что голос учёного тонет в движениях карандаша, и весь мир качается вместе с ним…

Нельзя сказать, что перед первым занятием с командором Арусом Асия сильно волновалась. Для неё это походило на встречу с новым преподавателем, которых она повидала множество, и отнюдь не все они были землянами. Мысли о том, что она услышит и как лучше себя вести, конечно, крутились в голове, но Асия чувствовала воодушевление и мандража не испытывала.

Единственное, что её беспокоило, – постукивавшая в висках боль. Наверное, переволновалась с этими встречами, посольствами, не самым приятным поведением некоторых персонажей… Впрочем, Асия надеялась, что стук скоро стихнет.

Командор предупредил, что немного задержится, и велел зайти в кабинет по голосовому паролю. «Мауна-Кеа», – перекатила Асия в уме шарик необычного слова. Интересно, что это значит? Слово казалось смутно знакомым, но память не отзывалась.

Кабинет командора Аруса находился неподалёку от зала совещаний. Пройдя уже знакомую дверь, за которой она три дня назад получила своё первое серьёзное задание, Асия принялась считать.

Первая дверь.

Захотелось провести рукой по метапластиковой стене, чтобы она привычно засияла под пальцами, но Асия удержалась. Впереди встреча с командором – стоит вести себя серьёзнее.

Вторая дверь.

Третья.

Асия остановилась. Ещё раз прислушалась к себе: может, стоит перевести дух?

Нет. Всё в порядке.

– Мауна-Кеа, – произнесла Асия. Датчик тут же окрасился золотым, дверь открылась.

Тогда-то всё волнение, которого, как ей казалось, Асия не испытывала, молотом ударило по ней. Насколько не похожей на сад выглядела корабельная теплица с её стерильными столами и холодным, режущим глаза светом, настолько комната, в которой она оказалась, была садом. И слева, и справа, и на стенах – всюду тянулись к потолку стебли, листья, даже стволы небольших, но самых настоящих деревьев в горшках разных форм и размеров.

Переступив порог, Асия замерла. Она абсолютно не понимала, где оказалась, и если бы не персональный пароль командора, подумала бы, что ошиблась дверью…

Неужели его кабинет – это сад?

Воздух был влажным и приятно прохладным, освещение приглушено. Нет, дело не в освещении: стены кабинета были тёмно-синие, а не светло-бежевые, как на всём остальном корабле, и оттого казалось, что в помещении темнее.

Асия подошла к одному из растений – гибкому деревцу с тонкими листьями, похожему на олеандр. И, как и олеандр, оно цвело. Асия залюбовалась. Опустив глаза, она увидела на полу один из цветков – крупный, розовый, с неровной бахромой лепестков. Она нагнулась, чтобы подобрать его. Повертев цветок в руках, поднесла его к лицу, вдохнула едва уловимый сладкий аромат. Почти сразу головная боль уменьшилась до еле ощутимой, а на выдохе отступила вовсе. Асия улыбнулась и, повинуясь внезапному порыву, заправила цветок за ухо.

В этот самый момент за спиной зашипело: в комнату вошёл командор Арус. Он приблизился, глядя, как ей показалось, вопросительно. Асия подумала, что дело в цветке, который она легкомысленно превратила в украшение, и принялась оправдываться:

– Простите, аш! Я не срывала его, он уже лежал на полу, а я…

Инопланетянин протянул к ней длинные когтистые пальцы. Асия замерла, ожидая, что сейчас он заберёт цветок. Но вместо этого командор Арус поправил его, а потом сразу убрал руку.

– Вот, – сказал он. – Так гораздо лучше.

Он обошёл её, будто ничего не произошло. Это было так странно, что Асия невольно улыбнулась.

– Могу я его оставить? – спросила она на всякий случай.

– Да, конечно, – отозвался инопланетянин, не оборачиваясь, и Асия сразу успокоилась.

Командор прошёл к дальней стене кабинета, где активировал какую-то панель. Раздался едва слышный шелест, и когда он повернулся, в руках у него был высокий стакан с пузырящейся светло-зелёной жидкостью. В голове у Асии почти одновременно вспыхнули две мысли: «В кабинете старпома есть личный фабрикатор пищи» и «Интересно, что такое он пьёт?»

– Вы будете что-нибудь? – спросил калнар.

– А? Нет, аш. Спасибо.

– Хорошо.

Командор Арус огляделся, будто тоже увидел собственный кабинет впервые.

– Признаюсь, энсин Муратова, я сплоховал, – озабоченно протянул он.

– О чём вы?

– Я совсем забыл, что тут всего один стул. Понимаете, я давно никого не принимал у себя: отдельного кабинета у меня нет, рабочие вопросы я привык решать либо на мостике, либо у капитана… Но тема нашей встречи скорее личная, поэтому я и пригласил вас к себе. А здесь… – Он разочарованно развёл руками. – К сожалению, кабинет капитана сейчас занят. Наверное, лучше перенести нашу встречу…

Асия до смерти не любила откладывать запланированное и потому поспешила возразить:

– Командор, нет! У вас тут так дивно, что я готова сидеть на полу. Если честно, я так ждала занятия, что очень бы не хотелось переносить. Надеюсь, это возможно.

– На полу? – Старший помощник задумался. – Это, конечно, можно. Я и сам так делаю во время медитации…

– Медитации?

– Да, – кивнул он. – Медитация – важная часть калнарской культуры, я обязательно об этом расскажу. Значит, остаёмся?

– Да! – уверенно сказала Асия и тут же опустилась на пол, чтобы у командора не возникло сомнений в её серьёзности.

Он, улыбнувшись, сделал то же самое.

Только теперь до Асии дошло, что командор Арус сказал ей минуту назад.

– Погодите, аш… Получается, этот цветущий сад – ваша каюта?

Он кивнул.

– Ничего себе…

Получается, командор пригласил её буквально к себе домой! Такого она не ожидала. Вот уж действительно личная встреча. Асии стало приятно и в то же время немного волнительно, но командор Арус по-своему понял её удивление.

– Понимаете, моя планета Келпия – водный мир, – принялся объяснять он. – У нас практически нет суши, и растения мы знаем только подводные. Поэтому цветы для меня – большая экзотика. Я увлёкся ими, как только поступил в Учебный центр. С тех пор собираю свою коллекцию с разных планет.

Он с нежностью провёл ладонью по листу ближайшего цветка.

– Моя подруга тоже любит растения, – улыбнулась Асия. – Она служит на «Шамане» ксеноботаником.

– Морин Левченко, знаю. Она пошла дальше меня – сделала увлечение своей профессией. Я на такое, признаться, не готов. Работы с растениями мне хватило в юности, а теперь это скорее хобби.

Асии стало любопытно, чем занимался командор до того, как связал жизнь с Межзвёздным Флотом, но спросить она не решилась. А он уже перевёл тему:

– Впрочем, мы здесь ради калнарского языка. Повторю, я не самый хороший учитель…

Асия хотела ободряюще ему улыбнуться, но сдержалась. Вдруг это будет выглядеть как издёвка? Они с командором из разных культур: кто знает, как он трактует людскую мимику, что считает обидным… Поэтому она просто внимательно его слушала.

– Причина не только в том, что лингвистика не моя специальность, – продолжал калнар. – У моего народа – точнее, у той касты, к которой я относился, отсутствует само понятие «лингвистика». Мы усваиваем родной язык в общине, а специальных методик преподавания его нет. Стыдно сказать, у нас даже писать и читать не все умеют.

Вот это действительно удивляло. Нет, конечно, Асия знала, что в галактике есть обитаемые планеты с народами на самых разных уровнях развития, но судя по тому, что пишут о калнарах, они очень развитая цивилизация. И вдруг – не все умеют читать?..

На этот раз командор Арус верно понял, что именно её поразило, и поспешно добавил:

– Нет-нет, письменность у нас есть. И есть города, где, как мне говорили, без неё не прожить. Там грамотой владеют все. Но в деревне, где я вырос, основным занятием был сбор кам’ши – это водоросли, из которых делают еду, лекарства, верёвки, ткани… Тем деревня и живёт: выращивает кам’шу, собирает, обрабатывает и поставляет в другие поселения. Для того чтобы заниматься этим, увы, совсем не нужно читать и писать.

Асия кивнула.

– У нас даже почти нет книг, особенно художественных. Единственные, кому в Таальнаке обязательно быть грамотными, – каста Избранных. Так их называют, потому что статус Избранного не передаётся по наследству всем детям в семье. Родители выбирают одного или двоих, кто мог бы продолжить их дело.

– Чем Избранные занимаются?

– Здесь бы их назвали инженерами: они умеют обращаться с техникой и при необходимости настраивать её и чинить. Ещё среди Избранных есть врачи, но их меньше. На Келпии хорошая медицина и крайне низкая смертность от болезней. Разумеется, медики тоже должны быть грамотными, только техника у них своя, медицинская.

– Получается, у вас кастовое общество?

– Да. Строгое разделение и крайне низкая социальная мобильность. При этом культура калнар мирная, а качество жизни высокое, так что единственное насилие в нашем мире – невозможность стать тем, кем ты не родился.

Асия всегда считала, что ей повезло: она увидела свет на планете, где для неё были открыты все дороги, и ни социальное положение, ни пол, ни что иное не могло помешать выбрать из них любую. Родители всегда её поддерживали, и Асия не могла даже представить, как бы мыслила и чувствовала, сложить всё иначе. Скорее всего, она не смогла бы преодолеть условности, больше того – вряд ли даже подумала, будто что-то идёт не так. И оттого ещё больше восхищалась командором.

– Однако вы смогли.

Арус кивнул:

– Смог. Во многом потому, что я, простой сборщик кам’ши, всё-таки умел читать и писать. Иначе не представляю, как бы адаптировался в Учебном центре… Ладно. Я немного освежил знания о том, как преподают иностранные языки. Обычно начинают как раз с изучения письменности: так легче перейти к произношению, записывать слова и прочее. Думаю, с калнарского алфавита и начнём. Что скажете, энсин?

Асия закивала. Командор Арус улыбнулся и, поднявшись, подошёл к стене. Когда он провёл по ней рукой, целый сектор посветлел. Оказалось, этот участок был приспособлен для начертания. Асия мельком отметила, что командор водит по начертательному полю левой рукой, но тут же переключила внимание на строчки. Буквы напоминали волны и завитки: плавные, почти без острых углов.

Она приготовилась к погружению.

После занятия с командором Арусом Асия вернулась в каюту без сил и сразу упала спать. Морин ещё не пришла, но дожидаться подругу Асия не стала: утром предстояло сопровождать послов на приём к капитану. Как она сама шутила, «званый завтрак». Устраиваясь поудобнее на подушке, Асия надеялась лишь, что высокомерный Рэн Джан не слишком извёл её подругу; или в крайнем случае – что Морин достаточно зрелая и не будет принимать заскоки инопланетянина близко к сердцу.

Но к тому, что Асия услышала утром, она оказалась не готова.

– Мне кажется, я ему нравлюсь, – мечтательно протянула Морин, стоя у зеркала и скручивая волосы в две тугие шишки.

– Что?!

Асия стала лихорадочно вспоминать всё, чему стала свидетелем: слова учёного, выражение лица и то, как он себя вёл, когда ему представили ассистентку. Ничего из этого – совсем ничего – даже отдалённо не тянуло на оценку «нравится». Но Морин была упорна.

– Да, – она прикрыла глаза, улыбаясь. Последняя шпилька вошла в причёску, закрепляя её окончательно. – У меня большой опыт общения с мужчинами. Поверь, я в них разбираюсь.

Асия хмыкнула – тихонько, чтобы не обидеть подругу. Впрочем, та всё равно была слишком занята собой, чтобы что-то заметить.

Асия не считала, что постоянно меняющиеся парни подруги, ни один из которых не задерживался надолго, – это то, что можно назвать «разбираться в мужчинах». Но расстраивать Морин она не хотела, поэтому неуверенно выдавила:

– Ну, здорово…

– Не то слово!

Морин всё щебетала, но Асия отключилась от её болтовни, быстро поняв, что собеседник той не нужен. Она затянула магнитную резинку на высоком хвосте и, убедившись, что никакие пряди не выбиваются, удовлетворённо кивнула сама себе.

Макияж Асия не наносила, в отличие от Морин. Та как раз старательно обводила губы помадой, прожигая взглядом участок метапластиковой стены, по команде обращённый в зеркало. Не было сомнений в том, для кого она прихорашивалась – уж точно не для пожилого Аршана. Впрочем, вникать в очередное увлечение подруги Асия совсем не хотела. Скорее всего, забудется через неделю, как и все остальные. Ведь не мог же этот холодный высокомерный инопланетянин всерьёз увлечься Морин?..

На «званом завтраке» присутствовали делегаты, не занятые научными разработками, – то есть все, кроме Рэн Джана. Приём проходил в переговорном зале. Специально для гостей бежевый метапластик запрограммировали так, что стены украсили разводы нежной зелени и серебра – цвета Арканы. Но главное чудо красовалось не на стенах, а на столе. Вместе с вещами делегатов на корабль доставили несколько контейнеров с натуральными овощами и фруктами. Аркана славилась сельским хозяйством, поэтому не было ничего удивительного в том, что лучший ботаник Союза родился именно на этой планете. Кроме того, в силу своих религиозных убеждений все арканцы были вегетарианцами – и, надо сказать, ни капли от этого не страдали. Мастерство приготовления блюд из растений они довели до такого уровня, что многие «мясоеды» Союза могли им позавидовать.

Асия знала всё это, потому что составляла меню, а потом инструктировала Да’лида, который лично готовил для делегатов. И теперь ей было вдвойне приятно сидеть за столом в преобразившемся переговорном зале и в прямом смысле вкушать плоды своей работы.

Капитан сетовал, что Рэн Джан не смог посетить приём, но вошёл в положение. В конце концов, исследования важнее, чем посиделки.

– Надеюсь, аш Джан изготовит вакцину и остановит эпидемию злакового гриппа на Даткари, – сказал Кхеф Шад.

Асия разделяла надежды капитана – а ещё была искренне рада, что именитого учёного с ними нет. Его соотечественники, молодые дипломаты с Арканы, оказались гораздо приятнее. Да и разговор за столом был Асии интереснее череды незнакомых терминов, которыми сыпали биологи в лаборатории.

– Мы уверены, что совместными усилиями аш Джан и аш Аршан отыщут решение, – говорил голубоглазый Тан Шэн, один из послов. – Это станет важным шагом для укрепления позиций Арканы в Союзе, ещё одним листком на дереве нашего сотрудничества с Колшаром…

Капитан благожелательно кивал. В знак уважения к гостям он отказался от привычной колшарской пищи – мяса и острыми специями, и ел то же, что остальные.

Асия сидела за дальним концом стола, неторопливо вылавливала вилкой сочные зелёные стручки, похожие на фасоль, и со вкусом их жевала. Пока что от неё ничего не требовалось. Она была просто сопровождающей и пользовалась этим, вся обратившись в слух.

Капитан сказал, что видит в Асии дипломата? Что ж, это ей подходило. А значит, стоило учиться у лучших – у тех, кто едва старше её, а уже представляет свой народ в серьёзных миссиях.

Слушая, как Тан Шэн рассуждает о важности задачи учёных, Асия думала, что желание арканцев быть полезными вовсе не удивительно. Их приняли в Союз ненамного раньше Земли – всего чуть больше пятидесяти лет назад. И хотя Аркана на тот момент опережала в развитии Землю, во многом они были похожи. К примеру, обе не имели развитого космического флота, поэтому в любых межзвёздных путешествиях и земляне, и арканцы полностью зависели от Колшара и Литании.

Но если землян такой расклад вполне устраивал и они с удовольствием пользовались теми благами, что предлагали расы-покровители, то арканцы, очевидно, тяготились положением иждивенцев. Для них было важно давать что-то взамен. Возможно, Тан Шэн был лишь одним из немногих в своём народе, кто стремился доказать значимость Арканы в Союзе, и если так, то Асия уважала его ещё больше. Позиция молодого дипломата была ей близка.

Когда Асия училась в простой общеобразовательной школе, куда брали всех без разбора и где бок о бок оказывались самые разные ребята, она часто ощущала себя не в своей тарелке. Тогда Асия боялась, что так будет всегда. Теперь она очень остро чувствовала разницу между гостями с Арканы и теми, кто окружал её в детстве, и радовалась, что Межзвёздный Флот дал ей возможность находиться среди лучших.

Слушая Тан Шэна, Асия залюбовалась им. Он говорил мягко, но уверенно, а черты его лица, выпуклые и острые, как у всех арканцев, будто сглаживались и становились приятнее. Невольно она задумалась: насколько сильно превысит полномочия, если попытается выйти с ним за границы делового общения?..

Нет. Не о том следовало думать.

Асия отвела глаза от симпатичного арканца и тут заметила, что на неё смотрит командор Арус. Старший помощник капитана чуть наклонил голову и ободряюще улыбнулся. Асия ответила тем же.

Когда «званый завтрак» подошёл к концу, командор поймал Асию на выходе.

– Вы молодец, – негромко сказал он. – Я наблюдал за вами во время приёма. Держитесь достойно.

– Спасибо, аш, – так же тихо отозвалась Асия, не сбавляя шага, чтобы не слишком отстать от подопечных. Арканцы, непостижимым образом успевшие освоиться на корабле, шли метрах в десяти впереди и тоже о чём-то разговаривали.

– Я сопоставил наше расписание, – продолжал старпом. – Что вы скажете насчёт занятия завтра?

– Отлично! – Асия так обрадовалась, что едва не пропустила поворот, за которым скрылись её подопечные. – Я за.

– Хорошо. Осталось только раздобыть второй стул.

– Да зачем, командор? И так отлично. Даже по-своему атмосферно.

– Вы серьёзно? – Калнар посмотрел на неё удивлённо.

– Абсолютно.

– Значит, продолжим в том же формате, – командор улыбнулся. – Тогда до завтра.

– Да, аш. До завтра!

Кивнув, командор Арус развернулся и направился к тому повороту, который они недавно прошли. Асия продолжила путь, не переставая радоваться тому, как много интересного выпало на её долю за последние дни. А главное – сколько ещё предстояло!..

Всю следующую неделю вместо Морин и Асии в каюте поселились две тени. Оказавшись внутри, они тут же без чувств падали на постель, и та, которая приходила раньше, не знала даже, когда появлялась её соседка и появлялась ли вообще. Впрочем, однажды Асия всё-таки получила ответ на этот вопрос.

Она проснулась посреди ночи: понадобилось в уборную. Асия села на кровати, взглянула на часы, светящиеся земными цифрами в метапластиковой стене. Было 3:45 по колшарскому времени. Суточные циклы на корабле измерялись именно по нему и составляли двадцать два часа⁶.

Постель Морин была пуста. Ровное поле покрывала, несмятая подушка – с самого утра никто на неё не ложился. Несколько секунд Асия пыталась собрать воедино осколки ситуации сознанием, которое не желало просыпаться.

Где может быть Морин?

Да где угодно! От своего рабочего места до столовой, если её вдруг потянуло на ночной перекус.

Нужно ли её искать?

Хотя зачем? Морин уже большая девочка. Да и что такого может с ней случиться на корабле?..

Но отчего-то Асии было неспокойно. Она постаралась подавить это чувство, встала и направилась, наконец, в гигиенблок.

Крыло младших офицеров напоминало студенческое общежитие. В каждой каюте жило по двое, а душ был один на всех. Спасибо хоть за то, что расписание составили с учётом температурных, химических и гендерных предпочтений различных рас. Последнее касалось тех, у кого в культуре было принято, чтобы представители разных полов принимали душ раздельно. Единственное, чего идеологи Союза не признавали, так это кастового деления. Те, кто мог считать, что кто-то недостоин мыться вместе с другими из-за того, что родился не в той семье, не в том районе или не в тот период года (а встречалось и такое!), либо сжимали все имеющиеся зубы и оставляли предрассудки на родной планете, либо на борт не допускались вовсе – как, вероятнее всего, и в сам Союз.

По счастью, естественную нужду считали делом более насущным, поэтому снабдили все, даже самые маленькие каюты туалетом и раковиной. Так что далеко ходить Асии не пришлось.

Одной из особенностей метапластика была превосходная звукоизоляция. Едва по контуру проходил разряд и дверь вновь сливалась со стеной, в каюте никто не мог слышать, что происходило в гигиенблоке, и наоборот. Поэтому, когда Асия вернулась, на секунду оторопела: в каюте кто-то шуршал.

– Компьютер, свет!

Метапластиковый потолок озарился мягким сиянием. Посреди комнаты стояла Морин.

– Ты?! – выдохнула Асия с возмущением и облегчением одновременно.

Она сама не вполне понимала, кого ещё ожидала увидеть. Видимо, ночное пробуждение и непонятная тревога перемешали все мысли.

– А я думала, ты спишь, – улыбнулась Морин.

Глаза её блестели, на щеках играл румянец.

– Ты, блин, где была?!

– Ну… – Морин скользнула руками к причёске, начала по одной вынимать шпильки.

Асия уселась на свою кровать, скрестив руки на груди. Морин стрельнула глазами в сторону подруги. Видимо, поняв, что от ответа не уйти, она вздохнула и выпалила:

– Я была с Рэн Джаном.

Сказав это, она тут же отвернулась.

Асия округлила глаза и откинулась назад, упёршись спиной в стену.

– Вот это да, – только и смогла ответить она.

– Я же сказала, что нравлюсь ему, – хмыкнула Морин. Кажется, уверенность понемногу возвращалась к ней.

Морин подошла к своему столику – плоскому выступу в метапластике стены, и разжала ладонь: семейка шпилек с рассыпчатым стуком опустилась на поверхность. Её золотистые волосы сияющим водопадом рассыпались по плечам.

– Аси, ты даже не представляешь! – взволнованно рассказывала она, освобождаясь от тёмно-бордового форменного платья. – Он нереально умный, обаятельный… С ним я так остро чувствую, чего мне не хватало в Учебном центре – когда вокруг крутились одни бестолковые пацаны с фамилиями, как французские города… Ты помнишь? – Морин звонко рассмеялась. – Нет, мнили-то они себя, конечно, королями. Но вот мужиков – настоящих мужиков, Аси! – там вообще не было!..

В словах подруги Асию смущало многое: от «обаятельного» Рэн Джана до столь резкого обесценивания их бывших сокурсников, среди которых встречались на самом деле неплохие ребята. Но больше всего сознание карябали часы, на которые Асия бросила взгляд: 3:51.

– Ладно, – произнесла Асия как можно мягче. – Я тебя поняла, Мо. И рада, что он не выносит тебе мозг. Потому что я, если честно, переживала… – Тут её челюсть едва не свело в чудовищном зевке. – В общем, давай сейчас ложиться, ладно? А подробности обсудим завтра.

– Конечно, – Морин ни капли не обиделась. – Мне выключить свет?

– Как хочешь, Мо, – отозвалась Асия, забираясь под одеяло и отворачиваясь к стене.

Команды, которую отдала компьютеру Морин, она уже не услышала.

Разговора между подругами не случилось ни на следующий день, ни после. Зато случились обещанные подробности. Они просачивались в разум Асии крохотными каплями деталей: то выбившаяся прядь, которую Морин забыла заправить за ухо, то слишком торопливые движения, то очередная ночь, когда она не появилась в каюте. Но всё это было, как принято говорить, «в пределах нормы». По-настоящему Асию шокировали тёмные пятна на тонких руках подруги, которые она случайно заметила, пока Морин переодевалась.

Нужно было спросить, откуда они. Нет, Асия была обязана спросить, особенно когда увидела такую же отметину у Морин на шее, за высоким воротником – не точечный, слегка алый след страстного поцелуя или даже укуса, а большой и расплывчатый, словно… Но язык прирастал к нёбу. Она забывала, как дышать, усилием воли пыталась открыть путь кислороду, а вместе с ним и ругательствам, что просились наружу, – но у неё не получалось.

Ещё в студенчестве Морин порой говорила о своём увлечении Темой⁷. Кажется, у неё даже был опыт сессий, вот только Асия не помнила, чтобы хоть от одного из партнёров Морин возвращалась с синяками.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «ЛитРес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на ЛитРес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.

Примечания

1

Оба имени, и Морин, и Асия, существуют и в наши дни. Только в романе они используются со смещённым ударением – Мори́н и Аси́я. Так и получилось, что имя Морин стало созвучно привычной нам Марине, хотя у них разные значения и происхождение.

Вернуться

2

Биоэлектричество – естественные электрические процессы в живых организмах, лежащие в основе многих физиологических и поведенческих реакций.

Вернуться

3

Срок жизни литанийцев и колшарцев примерно равен человеческому.

Вернуться

4

Аш – вежливое обращение к колшарцам, а также ко всем офицерам Межзвёздного Флота вне зависимости от расы. Женский вариант обращения – аши.

Вернуться

5

Карл Линней – шведский зоолог, ботаник и медик XVIII века. Создатель единой системы классификации растительного и животного мира, в которой были обобщены и в значительной степени упорядочены знания всего предыдущего периода развития биологической науки.

Вернуться

6

В каждом колшарском часе – семьдесят минут, а в минуте пятьдесят секунд. Казалось, почему бы не настроить часы в каюте землян так, чтобы они показывали земное время? Всё дело в том, что сотрудникам корабля нужно не только узнавать время посреди ночи, но и работать вместе. А раз колшарцы во Флоте главные, то и суточный режим диктуют для всех они.

Вернуться

7

Темой называют своё увлечение поклонники BDSM-практик.

Вернуться