# Так близко к горизонту

Джессика Кох

Джессика только начинает взрослую жизнь, впереди у нее блестящее будущее. Она даже не подозревает, что все ее представление о мире перевернется, когда она встретит Дэнни. У Дэнни невероятная улыбка и заразительный смех. Он работает моделью, и Джессика влюбляется в него с первого взгляда. Постепенно ей предстоит раскрыть правду о прошлом Дэнни, о его детстве, которое оставило после себя больше, чем эмоциональную травму. Теперь им предстоит сражаться за свою любовь против всего мира, предрассудков, и, что еще страшнее, против болезни. У них не так много времени, чтобы тратить его зря.
Джессика Кох с потрясающей честностью описывает историю о жизни между надеждой и страхом. Историю доверия, храбрости, боли, отчаяния и силы.

Печатается с разрешения издательства Rowohlt Verlag GmbH, Reinbek bei Hamburg.

Перевод со немецкого Виноградовой Ольги

Оформление обложки Екатерины Елькиной


© FeuerWerke Verlag, Maracuja GmbH, 2016

© Виноградова О., перевод, 2020

© ООО "Издательство АСТ", 2020

⁂

Эту книгу я посвящаю своим любимым мужчинам – сыну и мужу. Последнего я хочу поблагодарить за его безграничное понимание, которым он руководствовался, когда я час за часом, день за днём мыслями была по ту сторону горизонта.


Для Дэнни

Номер два, Дэнни! Это всегда будет номер два!

СПАСИБО!!!

Love you, too.

## Пролог. Лето 1996 года

Его разбудил телефонный звонок. Машинально он посмотрел сначала на закрытую дверь, потом на распахнутое окно. На улице было ещё темно, но рассвет уже брезжил.

Радиобудильник показывал, что было только начало шестого. Для такого жаворонка, как он, не проблема, но сегодня воскресенье. Кто, черт его дери, звонит в такую рань?

Звонок не смолкал. Он решил просто проигнорировать его.

«Тина», – пронеслось у него в голове.

Возможно, она снова попала в заварушку, у неё случился эмоциональный срыв, или ей нужно где-нибудь переночевать. Но обычно она звонила на мобильный.

Так как звонивший, похоже, твёрдо решил вытащить его из кровати, он нехотя поднялся и протопал в одной футболке и боксерах в коридор, где на стене висел телефон.

– Что случилось? – заспанно спросил он, подняв трубку.

– Это я, твой отец.

Он узнал голос с первого слога и мгновенно проснулся. Волосы на затылке встали дыбом, нервные окончания завибрировали от напряжения.

– Что тебе нужно?

– Я твой отец. Мне что, нельзя позвонить?

– Нет!

– Мне нужно с тобой увидеться. Ты можешь прийти ко мне?

– Я не хочу тебя видеть!

Он чувствовал, как растёт раздражение отца. Его раздражение всегда росло слишком быстро.

– Дэнни, это важно. Я скоро умру.

– Ну вот, наконец-то хоть одна хорошая новость.

– Я серьёзно.

– Я тоже.

Голос его отца изменился, стал мягким, почти нежным, когда он снова заговорил:

– Пожалуйста. Мне нужно поговорить с тобой до того, как я умру. Я должен тебе кое-что рассказать.

Дэнни узнал этот тон. От настойчивости в голосе отца по его спине пробежала дрожь.

– Умирай. Меня это не интересует! – ответил он.

Когда он уже решил просто положить трубку, отец закричал:

– Это ты виноват, ублюдок. Это должно было случиться с тобой! Не с Лиамом! Это должен был быть ты! Все было бы по-другому!

– Побереги силы! Теперь у тебя не получится обидеть меня!

Хоть он и произнёс это убеждённо, это не было правдой. Слова отца ранили его прямо в сердце. Так было всегда.

– Ты – высокомерный и надменный ублюдок, Дэнни!

– Кто бы говорил!

– Хорошо. Ты сам напросился, – тон снова изменился, стал пугающе спокойным. – Сейчас ты выслушаешь меня очень внимательно. Я скажу это только один раз.

Дэнни слушал. Рукой он сжимал трубку аж до боли, а на его лбу выступил пот. На мгновение ему показалось, что земля под ногами вот-вот задрожит, но это только подкашивались ноги. Он чуть было не расхохотался, такими нелепыми показались ему слова отца. Всё казалось неправдоподобным и смешным, но в глубине души он знал, что это правда.

## Октябрь 1999 года

– Северный ветер, – чересчур драматично произнесла я и пальцем показала в сторону горизонта. – Когда ветер дует оттуда, это не сулит ничего хорошего.

– Ты даже не знаешь, где север, – хохоча, ответила Ванесса.

Чёртово колесо застыло в верхней точке, и я высунулась из кабинки. Театральным жестом потянулась к небу и почти поверила, что могу дотронуться до него кончиком пальца. Вид открывался колоссальный.

– Казалось, небо землю тихо поцеловало перед сном[1].

– Э-эй, – Ванесса помахала руками перед моим лицом. – С каких это пор ты стала такой поэтичной?

– Вообще не поэтичная. Просто вдруг в голову пришло, – уверенно парировала я и решила вернуться в своё нормальное состояние.

Колесо продолжило движение, и я села. В нетерпении забарабанила пальцами по ограждению. Путь вниз занял вечность. Мы так много запланировали на этот вечер, и я не могла дождаться его начала.

Когда мы выходили из кабинки, я всё еще ощущала невесомость. Довольная жизнью, я шла за подругой по почти пустой площади. Сегодня она надела облегающие джинсы и короткий пуловер, который при каждом её движении открывал часть живота. Правильные туфли могли бы ещё больше подчеркнуть её длинные ноги. Но она ненавидела каблуки и, как всегда, надела скромные кроссовки. А я не могла позволить себе подобную роскошь. Чтобы не казаться рядом с ней плотной и коротконогой, мне пришлось выбрать чёрные сапоги на высоких каблуках. К ним подошёл шикарный зелёный пуловер с белой отделкой, который, по моему мнению, идеально сочетался с моими длинными каштановыми волосами. Погода для октябрьского вечера была необычайно теплой. Только ветер напоминал, что впереди зима. Я готова была поспорить, что он дул с севера.

– Перекусим чем-нибудь? – спросила Ванесса и направилась к свободному столику в уголке.

Мы каждый год вместе ходили на Канштатский луг[2]. Посещение народного праздника стало нашей давней традицией. Раньше, на радость моим родителям, мы брали с собой моего старшего брата Торстена. Но сегодня мы в первый раз отправились одни. Летом я и Ванесса начали получать профессиональное образование. Она нашла учебное место с трудом, в Мюнхене, в трёхстах километрах от меня. Поэтому теперь мы виделись лишь изредка. В следующем году нам предстояло получить водительские права. А до этого нужно было как-то обходиться друг без друга. Кроме таких дней, как сегодня.

Ванесса сидела напротив меня, мы потчевали себя картошкой фри, когда она внезапно пнула меня под столом и головой показала налево.

– Смотри! Они давно уже глазеют на нас.

– Что? – пробурчала я и глянула в ту же сторону. В паре метров от нас стояли трое парней и явно обсуждали нас.

– О, нет! – сказала я. – Надеюсь, они не подойдут.

Мне совсем не хотелось лишаться драгоценного общения с лучшей подругой.

– Почему? Они неплохо выглядят.

Я с сомнением посмотрела на троицу. Им было лет по двадцать, даже больше, и они действительно хорошо выглядели. Один был очень высок, с широкими плечами, чёрными волосами и смуглой кожей. Наверняка испанец, в любом случае из южных стран. Самый невысокий был коротко подстрижен и в очках. Даже со своего места я видела его веснушки. Он казался незаметным, средненьким, в то время как его товарищи неплохо смотрелись бы и на постере к журналу «BRAVO».

Когда они заметили, что мы тоже их рассматриваем, они толкнули друг друга в бок, показали на нас и все вместе двинулись к нам.

– Просто великолепно, – пробурчала я и уставилась на стакан с колой, который держала обеими руками. Я несколько недель ждала выходные с Ванессой.

– Добрый вечер! – поприветствовала нас троица, когда подошла к нашему столику.

Очевидно, они уже всё обсудили, потому что, не мешкая, расположились вокруг нас: испанец и середнячок слева и справа от Ванессы, третий уселся верхом на мою лавку. Несмотря на то, что его волосы торчали в разные стороны, выглядел он опрятно и невероятно привлекательно. Не как кто-то, кто только что упал с кровати.

«Два для Нессы, один для тебя», – издевательски произнёс мой внутренний голос. Мы всё время соревновались друг с другом.

«И всё же один для меня», – уверенно возразила ему я. Возможно, я и дальше вела бы внутренний диалог, если бы не чужая рука, которая возникла около моего носа.

– Даниэль, – представился красавчик-блондин.

Только из вежливости я дала ему руку и посмотрела на него. Подумала, что его глаза – нереально синие, и мысленно удивилась, зачем он носит цветные линзы. Насыщенный цвет его глаз привёл меня в замешательство, и я никак не могла отвести взгляд.

– Те, кому я нравлюсь, зовут меня Дэнни, – продолжал он.

– А те, кому ты не нравишься?

На долю секунды он смешался, но потом вновь вернулся на избранную дорожку.

– Я нравлюсь всем! – произнёс он, и на лице у него появилась кривая улыбочка, которая была так хороша, что я могла лишь молча смотреть на него. Он, кажется, привык к такой реакции, потому что дал мне немного времени, прежде чем продолжил: – У тебя же тоже есть имя.

Произнести свое заветное «Джессика» я смогла лишь немного погодя, успев за это время краем сознания зафиксировать то, что два других парня представились Рики и Симоном. Меня очень удивило, что из-за нового знакомства я буквально потеряла дар речи, хотя обычно я за словом в карман не лезла.

– Джессика, – тихо повторил он и кивнул. А потом он задал вопрос, который я даже и не расслышала. Я всё ещё заворожено разглядывала его. У него были высокие скулы, узкий подбородок и очень гармоничные черты лица. Его постоянная улыбка обнажала ряд белоснежных ровных зубов. Рукава серой толстовки с капюшоном он закатал до локтей. Я обратила внимание на его сильные, мускулистые руки. Его тело было стройным и тренированным.

«Спортсмен», – констатировал мой в тот момент очень медленно работавший мозг. В мыслях я иронично похлопала себе, так как установила очевидный факт вместо того, чтобы ответить на его вопрос. Тут Даниэль внезапно щёлкнул пальцами у моего лица и таким образом вернул меня из транса.

– Ещё здесь? – весело поинтересовался он.

– Да, – ответила я и лихорадочно принялась искать умный ответ.

– Я тебя раздражаю? – не теряя бодрого расположения духа спросил он.

– Э-э, да, знаешь, я бы лучше провела время просто с подругой.

– Ага, – произнёс он и многозначительно посмотрел на Ванессу, которая оживлённо болтала с Рики.

Все столики вокруг уже были заняты посетителями, и из-за шума я не могла полностью понять, о чём они говорят, но было очевидно, что она не очень-то хотела проводить время только в моей компании. А Симон растерянно разглядывал всех и крепко держался за свою кружку с пивом.

– Если дело обстоит так… – начал Даниэль, а потом перекинул ногу через лавку и оперся спиной о стол. Он с интересом рассматривал людей вокруг. Мой мозг всё ещё пытался собрать остатки интеллекта и рылся где-то на задворках речевой сенсорной коры в поисках потерянного дара речи.

В этот момент я разглядела на лице Даниэля извилистый шрам. Он криво шел через его левую щеку, но теперь заметить его можно было, только если пристально разглядывать лицо.

– Что это ты сделал? – спросила я и показала на его щёку. Через секунду я уже была готова влепить себе пощёчину за то, что не смогла придумать ничего умнее, чем этот слишком личный вопрос. К счастью, он отнёсся к нему легко.

– Ты об этом? – он провёл пальцем по шраму. – Это сделал мой отец. Разбил мне как-то лицо бутылкой.

– Что?

Он это серьёзно?

Даниэль улыбнулся, чтобы смягчить эффект своих слов.

– Случайно. Это был несчастный случай.

– Всё равно плохо, – возразила я.

Вообще трудно представить, что подобное может произойти случайно. Но сейчас я и без того не могла положиться на свой разум. На входе к нему всё ещё висела большая табличка: «Не работает».

Даниэль пожал плечами и ответил:

– Ничего страшного. Я и так достаточно красив.

Высокомерный придурок. Такая мысль непрошено пронеслась у меня в голове. Но мне было ясно, что он прав. Я помолчала, так как не придумала подходящего ответа, и заметила, что Даниэль заскучал. Своё внимание он обратил на двух симпатичных блондинок на высоких каблуках и в очень коротких юбках. Он долго и обстоятельно рассматривал их, а я кинула на Ванессу молящий и раздражённый взгляд. Она коротко повернула ко мне своё сияющее лицо и снова обратила взор к Рики. Я закатила глаза.

Симон тоже приметил блондинок и крикнул Даниэлю, что у него ничего не выйдет.

– Поспорим? – ответил тот.

– Три к одному! – сказал Симон и протянул руку через стол.

Рики прервал свой разговор с Ванессой, чтобы также рассмотреть девушек.

– Я тоже против. Четыре к одному! – и он тоже протянул Даниэлю руку.

– Двадцать минут, – Даниэль встал, они ударили по рукам, и он направился к девушкам.

Я вопрошающе посмотрела на Симона и Рики. Они были слишком заняты своими нелепыми усмешками, чтобы заметить мой взгляд. Я ненадолго задумалась над тем, стоит ли завязать разговор с Симоном. С ним я бы за словом в карман не полезла, но у меня не было никакого желания говорить с ним. Вместо этого я взглядом искала Даниэля, который уже стоял и общался с девушками. Даже с такого расстояния я могла видеть, как они покраснели и нервно хихикали. Даниэль приобнял обеих и увёл их куда-то за пределы моей зоны видимости. Мне ничего не оставалось, как только покачать головой.

Что это за ненормальная фигня?

Мне показалось, что прошла целая вечность, когда он вернулся и торжествующе кинул белую карточку на стол.

– Обе! – с гордостью оповестил он нас.

Рики поднял руки над головой и хлопнул три раза. Симон с уважением присвистнул и придвинул ему связанную пачку денег. Рики тоже полез в карман и вытащил одну банкноту на стол. Даниэль засунул деньги и карточку в карман и снова сел ко мне.

– На чём мы остановились? – поинтересовался он дружелюбно.

– Чем вы, чёрт возьми, занимаетесь вообще? – напустилась я на него.

– Мы играем, – объяснил Даниэль. – Называется «Охота за номерами». Играем каждые выходные.

– Какая весёлая игра, – заметила я саркастично.

Внезапно мне стало жаль Симона, потому что было очевидно, что он каждые выходные уходил домой проигравшим. Повинуясь импульсу, я решила без просьбы с его стороны дать свой номер телефона Симону. Но Даниэль не дал моему плану воплотиться.

– Мне скучно, – сказал он.

– Так иди домой! – закричала я, надеясь, что он этого не сделает.

– У меня есть вариант получше, пошли!

Он вскочил, схватил моё запястье и поднял меня с лавки. Остальные с недоумением смотрели на нас.

– Куда ты идёшь? – я почти бежала, чтобы не отстать от него, но он не сбавлял шага и остановился только перед аттракционом «Свободное падение».

– Сейчас мы пойдём туда, – приказал он. – Потом ты дашь мне свой номер телефона.

– Я не сделаю ни того, ни другого! – упрямо ответила я и упёрла руки в бёдра.

Он нежно посмотрел на меня.

– Ты не такая, как все, – определил он. – Мне это нравится.

Ого. Мистеру Я-Получаю-Всё-Что-Хочу нравится встречать отпор. Ну, ко мне он точно обратился по адресу.

– Я только разогреваюсь, – парировала я.

Тихо смеясь, он положил руки мне на плечи и притянул к себе. Наши взгляды встретились, и мне показалось, что он прожжёт меня насквозь.

– Ты. Сейчас. Пойдёшь. Туда. Со. Мной, – Даниэль произнёс каждое слово как отдельное предложение. От него пахло гелем для душа и средством после бритья. Мои колени подогнулись.

– Хорошо, – согласилась я.

Как, ради всего святого, он это делает?

Не прошло и двух минут, как я сидела в этой колеснице смерти и судорожно хваталась за поручень безопасности. Уже стемнело и от вида на освещённую ярмарочную площадь перехватывало дыхание. На самом верху аттракцион остановился, чтобы подарить людям последнюю отсрочку.

– Боишься? – спросил Даниэль.

– Да, блин! – ругнулась я и дала себе слово не кричать при спуске.

Я жалко нарушила обещание и была безумно рада покинуть аттракцион целой и невредимой и почувствовать под ногами твёрдую землю.

– Так ужасно? – в его голосе звучало сочувствие.

– Я буду ненавидеть тебя вечно, – мне не удалось произнести эту фразу с достаточной убежденностью. Мы направились к остальным, которые уже высматривали нас.

– Мы хотим на американские горки, – встретила нас Ванесса. – Вы с нами?

– С удовольствием, – ответил за меня Даниэль, а я закатила глаза.

На американских горках я воспользовалась возможностью и прошептала Ванессе:

– Давай сбежим!

– Почему? – спросила она встревоженно.

– Потом в туалет, – это была наша кодовая фраза, означавшая, что нам нужно срочно поговорить.

Ванесса раздражённо шла за мной в женский туалет, а я облегчённо вздохнула, когда мы наконец получили возможность поговорить наедине.

– Что случилось? – закричала она на меня. – Только я познакомилась с прикольным парнем, как ты вдруг захотела домой.

– Ты совсем идиотка? Они просто прикалываются над нами. Ты видела, во что они играют? Они цепляют одну за другой. Это для них соревнование!

– Ну и что? – Ванесса пожала плечами. – Я ведь не сказала, что хочу за него замуж. Просто поразвлечься.

– Ты невыносима!

– А ты строишь из себя святошу! Ну пошли уже, у тебя есть этот Дэннис или как там его. Выглядит он сногсшибательно.

– Он самовлюблённый и высокомерный, я его не выношу.

– Пожалуйста. Ещё один час, – стала умолять Ванесса, – нам всё равно нужно будет уходить, чтобы успеть на последний поезд.

– Ладно! – бессильно вздохнула я. – Час. Потом я подам тебе знак, и мы убежим.

В отчаянии я кашлянула третий раз и чересчур сильно захрипела. Но Ванесса притворялась глухой.

– В горле першит? – поинтересовался Даниэль, который всё это время не отходил от меня ни на шаг. Не то чтобы он раздражал меня. Просто в его присутствии я теряла контроль над своими чувствами. Я делала то, чего на самом деле делать не хотела.

Не ведясь на его комментарий, я пронеслась мимо Ванессы в толпу. Наконец она поняла. Она побежала за мной, хотя и неохотно. Я быстро сделала несколько резких поворотов, специально кинулась в самую толчею. Здесь, на ярмарке, переполненной людьми, все всё время теряли друг друга. Нет ничего проще, чем оторваться от парочки преследователей. Я решительно схватила Ванессу за руку и потащила её за собой.

– Нам не стоит это делать! – пыталась препираться она, но моя решительность перешла в эйфорию и остановилась я только тогда, когда мы добрались до выхода.

– Мы от них оторвались? – тяжело дыша, спросила я.

– Да! Невероятное достижение! – Ванесса была вне себя от ярости. – Он мне понравился. Как я объясню ему, почему мы просто исчезли?

Я блаженно улыбнулась:

– Никак. Ты больше никогда его не увидишь!

– Он обещал мне позвонить. Представь себе: он иногда бывает в Мюнхене по работе и хочет со мной встретиться. Он радиотехник и много ездит.

В раздражении я ударила себе по лбу кулаком:

– Ты дала этому высокомерному идиоту свой номер? Наслаждайся разочарованием! Не утопи меня в слезах!

– Не утоплю!

Мы свернули на тротуар и направились к остановке. Здесь почти никого не было.

– Правда, Джессика! Не беспокойся! Я просто хочу поразвлечься с ним!

Мне было известно, как Ванесса развлекается с парнями. Я пошла быстрее, оставив её немного позади.

⁂

Я не видела приближавшуюся машину. Она появилась из ниоткуда и на огромной скорости летела прямо на меня. Взвизгнув шинами, огромный чёрный «БМВ» резко повернулся на 90 градусов, остановился посреди улицы и загородил мне дорогу. До смерти напугавшись, я хватала ртом воздух и не двигалась. Стекло со стороны водителя опустилось, и из окна выглянул Даниэль.

– Ты ничего не забыла? – самодовольно поинтересовался он, и его глаза с невероятно длинными ресницами осмотрели меня от пяток до макушки. Я растерянно потрясла головой. Он протянул ко мне раскрытую ладонь:

– Номер телефона, пожалуйста!

– Господи боже, – закричала я. – Ты и правда псих!

– Правильно, – сухо констатировал он. – Но сейчас это не имеет никакого отношения к нашему вопросу. Твой номер!

– Зачем? – спросила я. – Просто чтобы ты выиграл в вашем тупом соревновании?

– Именно, – его губы растянулись в победной улыбке.

– Даже не мечтай! – отрезала я и попыталась обойти машину слева.

Он выскочил из автомобиля, обежал машину сзади и преградил мне путь. Несколько группок людей как раз вышли с ярмарки и громко жаловались на ужасно припаркованную машину. Даниэль не обратил на них внимания и тихо произнёс:

– Мы можем так стоять до самого утра. Я не отстану, и рано или поздно тебе придётся дать свой номер.

Не отвечая, я пошла мимо него, но он схватил меня за плечо, взял меня за подбородок и заставил посмотреть на него. Снова его синие, как море, глаза пристально посмотрели на меня. Моё сердце учащённо забилось, а в животе напряглись мышцы, о существовании которых я до того момента и не подозревала. Даниэль склонил голову набок. Я почувствовала его запах.

«Не задерживай дыхание, Джессика. Дыши!» – вмешался мой внутренний голос.

Я с надеждой приоткрыла рот, закрыла глаза и потянулась к Даниэлю. Он тихо рассмеялся и немного отодвинулся от меня. Я почувствовала себя идиоткой.

– Сначала твой номер телефона, – прошептал он мне на ухо и вытащил из кармана свой телефон.

Главным образом для того, чтобы выйти из неловкой ситуации, я продиктовала свой номер. Он торжествующе вбил его в телефон.

– Большое спасибо! – преувеличенно вежливо произнёс он и прикоснулся губами к моему лбу. Затем он просто оставил меня на улице, сел в машину и завёл мотор. Загорелись задние фары, «БМВ» немного отъехал и снова остановился около меня. Даниэль протянул из окна белую визитную карточку.

– Чтобы было по-честному! – объяснил он.

Я подавленно взяла карточку.

– Зачем? Ты всё равно не позвонишь мне. А я не позвоню тебе точно! – упрямо высказалась я.

– Я позвоню тебе, – мягко ответил он, уже снова закрывая окно. – Обещаю!

Шины взвизгнули, когда он слишком быстро уезжал с улицы. Не знаю, долго ли я ещё потерянно стояла и смотрела на удаляющийся свет фар, когда услышала покашливание позади. Ванесса стояла подбоченясь и постукивала по асфальту носком туфли. Мне оставалась только гадать, как давно она так стояла.

– Ага, – торжествующе произнесла она. – Я, значит, тупая, раз дала свой номер высокомерному идиоту, да?

Я беспомощно пожала плечами:

– Что я могла сделать? Кажется, он загипнотизировал меня!

## Ноябрь 1999 года

Днём мой мобильный становился для меня самым страшным врагом, по ночам мне снились синие глаза, которые преследовали меня, чтобы очень пристально смотреть на меня. Визитную карточку я аккуратно положила в сумочку и больше её оттуда не вынимала. Я ни за что ему не позвоню, даже если он останется последним мужчиной на Земле. Да и к чему? Он мне даже не понравился. Кроме того, очевидно, что я ему не интересна, иначе он бы уже позвонил. Но он этого не сделал. В глубине души я также знала, что надеяться, что он мне позвонит, было наивной мечтой, но его обещание никак не уходило из моей головы.

Внутренний голос вяло потешался надо мной: «Ты совсем идиотка, если веришь, что ты хоть немного интересна ему!».

Через две недели я согласилась со своим внутренним голосом и была готова забыть его. С Ванессой я после ярмарки так и не связывалась, поэтому решила позвонить ей.

– Привет! – сказала я. – Давно не созванивались. Много работы?

Она была взволнована, это я поняла по её голосу.

– Привет, Джессика! – ответила она. – Прости, не могу говорить долго. Мне надо собираться. Скоро придёт Рики!

– Что? Ты разве не в Мюнхене?

– В нём. Он сюда придёт. И останется у меня на выходные.

Ревность забурлила во мне, как кипящая лава.

– Ну ладно. Хорошо вам провести время!

– Что случилось? – сразу спросила она, уловив тень недовольства в моем голосе.

– Ничего. Всё в порядке, – проворчала я. – Удачи с высокомерным придурком.

– Ох, чёрт! – сочувствующе вздохнула она. – Это из-за Дэнниса. Он так и не позвонил, да?

– Его зовут Дэнни, – раздражённо ответила я.

Почему я назвала его именем, которое предназначалось для людей, которым он нравился?

– И нет, он не позвонил. Чего и следовало ожидать.

– Мне так жаль. Подожди, я потом спрошу Рики, в чём дело.

– Не стоит, – ответила я. – Не утруждай себя. Я всё равно его терпеть не могу.

Несмотря на огромное расстояние между нами, я через телефон чувствовала её улыбку.

– Да понятно, – уверила меня она. – Мне пора. Если завтра хоть пару минут буду одна, позвоню тебе. Люблю тебя. Пока!

Я раздражённо нажала на красный значок. На самом деле несправедливо, что я не радовалась за успех Ванессы. Ещё два месяца назад у меня имелись стабильные отношения, а она давно была одна. Расставание с Александром было тяжёлым и непростым. Я знала, что он всё ещё надеется. Иногда он звонил каждый день, чтобы в очередной раз попробовать вернуть меня. Отсутствие звонков от него в последние несколько дней больше походило на чудо. Я помотала головой. Один звонил слишком часто, другой не звонил вообще. Всё это непросто.

Дело шло к вечеру, а я не знала, что придумать на эту пятницу и выходные. Ванесса была далеко, к Александру я точно не пошла бы. Вздохнув, я взяла сумочку и вытащила маленькую визитную карточку. Некоторое время я разглядывала её. «Даниэль Аларик Тэйлор» было написано на ней большими чёрными буквами. В глаза бросилась сложность полного имени. Когда он представлялся, он произнёс сокращенный вариант.

Он американец? Не может такого быть. Его немецкий был великолепен, а в произношении я не услышала ни малейшего акцента.

Под именем был напечатан адрес. Безигхайм. На автомобиле это расстояние реально было покрыть за полчаса. На автобусе такая поездка могла превратиться в кругосветное путешествие.

В левом углу значилось: «Продажа товаров для спорта и фитнеса». Его место работы также было недостижимо без машины. В правом углу было ещё что-то: «Южная арена боевых искусств. Молодёжный тренер». Боевые искусства. Ну просто великолепно. Всё лучше и лучше.

Я взяла свой мобильный и набрала номер, записанный под его адресом. После второго звонка он взял трубку:

– Да?

Я сглотнула – и промолчала. Не говоря ни слова, он положил трубку. Я смотрела на свой телефон и с трудом удерживала себя от того, чтобы нажать кнопку повтора звонка. Потом раздражённо швырнула телефон на кровать и решила пройтись со своей собакой Лайкой.

⁂

Телефон звонил непривычно рано для субботы. Моё сердце подпрыгнуло, словно меня ударило током. В висках стучало, трясущимися руками я нащупала мобильный на письменном столе и разочарованно обнаружила, что это всего лишь Ванесса. Мой пульс тут же вернулся к нормальной частоте.

– Да? – пробурчала я.

– Джесс? – по её голосу я поняла, что Ванесса на седьмом небе от счастья. – Он просто невероятный. На следующих выходных расскажу тебе всё во всех подробностях.

– Давай сейчас! – потребовала я.

– Он в ванной, я не могу говорить, – прошептала она.

– Вот как.

В ванной, значит. Меня снова охватила жгучая ревность.

– Хорошие новости: на следующей неделе в субботу мы идём в «Ловушку для мышки».

Это была наша дискотека.

– Рики заберёт меня в Мюнхене. Ты пойдёшь? – она сделала многозначительную паузу, прежде чем продолжить. – Дэнни и Симон тоже пойдут.

Мой пульс снова участился, и это произошло не из-за упоминания Симона.

– Никогда! – ответила я.

– Ой, ну пошли! – настаивала она. – Мы встречаемся в десять у входа. Я подумала, может, тебя сможет подбросить твой брат, а потом мы с Рики отвезём тебя домой.

– Не знаю…

Мысленно я уже перебирала свой гардероб и думала о том, чтобы мне надеть.

⁂

Торстен сразу согласился отвезти меня и даже предложил при необходимости забрать.

– Это не понадобится, – уверила я его, когда мы остановились перед дискотекой. – Скажи дома, что я ночую у Александра и только в воскресенье вернусь домой.

Брат кивнул, а я уже открывала дверь. Он знал, что у нас с Александром всё кончено и я использовала наши отношения только как отговорку для родителей, на случай своего отсутствия. Но он прикрывал меня, не задавая вопросов.

Неуверенно я направилась к «Ловушке для мышки». Симон и Даниэль уже стояли у входа. Я заметила их издалека и пряталась, пока Ванесса и Рики не повернули из-за угла. Они держались за руки, я направилась к ним.

– Несса! – крикнула я, и она кинулась мне на шею.

На ней снова были узкие джинсы и топ, открывающий живот, под короткой курткой. Выглядела она сногсшибательно. Рики я протянула руку, Симону кивнула. Даниэля я проигнорировала.

– Чтобы сегодня мне не сбегала! – многозначительно подмигнул мне Рики.

Ага. Ванесса заложила меня и свалила на меня всю вину за наш побег. Спасибочки!

На дискотеке почти никого не было. Мы нашли тихий уголок, где могли поболтать хотя бы первые полчаса. Если в этот раз мне представится случай что-то сказать.

Мы с Ванессой уселись, а парни пошли за напитками. Даниэль придвинул мне ром с колой.

– Держи! – он снова высокомерно ухмылялся. – Возможно, это сделает тебя сегодня поразговорчивей.

Этой фразы было достаточно. Я совершила ошибку – посмотрела на него. Несмотря на тусклый свет, я сразу заметила, что его глаза были ещё более синими, чем мне запомнилось. Большим и указательным пальцами он поглаживал свой подбородок, чем совершенно вывел меня из состояния равновесия.

– Ты злишься, потому что я не позвонил, – констатировал он.

Рики и Ванесса не могли оторваться друг от друга. Они всё ещё держались за руки и всё время целовались. Симон пил пиво и курил сигарету.

– Обещания нужно сдерживать, – произнесла я с упрёком.

– Тебе следовало внимательнее слушать, – заявил он мне, не сводя с меня глаз. – Я сказал, что позвоню, а не когда позвоню.

Я залпом выпила алкоголь:

– И когда ты собирался позвонить?

– Я всегда держу обещания. У меня действительно было много дел. Серьёзно, я бы ещё позвонил.

Я уже почти поверила ему.

– Ах да, кстати, когда ты звонишь и молчишь, то я бы советовал сначала скрывать номер, – он сделал глоток колы. – Иначе получается дебильно.

Я покраснела. Надеялась, что вокруг достаточно темно; возможно, так Даниэль этого не заметит.

– И что же у тебя за дела были? – спросила я слишком язвительно.

– У меня было важное соревнование. Потом на выходных мне надо было работать. Подработка.

– Ты участвуешь в соревнованиях по боевым единоборствам? – понемногу разговор начинал складываться. Темнота и ром стали моими друзьями.

– Да, – коротко ответил он.

– Выигрываешь? – я допила свой напиток.

– Почти всегда, – он показал пальцем на мой бокал. – Хочешь ещё один? Кажется, помогает.

Я кивнула, и он принёс мне ещё бокал рома. Его я тоже выпила почти залпом. Алкоголь уже ударил мне в голову. Я подняла бокал, предлагая ему:

– Хочешь?

Он помотал головой:

– Я никогда не пью алкоголь.

– Почему? – удивлённо спросила я.

– Личные причины.

Пожав плечами, я опустошила и этот бокал.

– А ты чем занимаешься? – поинтересовался он.

– Верховая езда. Турниры. По большей части дрессировка до серебряного уровня[3]. Там я и выигрываю кое-что. И ещё я радиолюбитель. Коротковолновик. К сожалению, у меня только слабый прибор, только с сорока каналами. Выходит довольно жалко, потому что очень много помех. Когда-нибудь я куплю себе с восемьюдесятью каналами.

– Ага.

Постепенно люди прибывали на дискотеку, и общаться становилось всё сложнее.

Ванесса и Рики дали понять, что хотят потанцевать. Симон пошёл с ними.

– Ты хочешь танцевать? – прокричал мне Даниэль.

– А ты вообще умеешь? – парировала я, в полной мере ощущая, что алкоголь, вообще, неплохая вещь.

Он кивнул и показал на диджея:

– На этом уровне моих умений хватит.

Уже привычным жестом он схватил меня за запястье и потащил к танцполу как нелепую курицу. Тут у меня завибрировал телефон. Я остановилась, вытащила его из кармана и подняла повыше.

– Сорри, нужно быстро ответить.

Я вырвалась от Даниэля и пошла к туалету, надеясь, что там будет потише. Он пошёл за мной, возможно беспокоясь, что я снова убегу.

– Да? – пробурчала я в трубку.

Это был Александр. Только его мне не хватало!

– Нет, я не дома… Я в пути… Да, на дискотеке. Нет, не с каким-то типом. С Нессой! Нет, больше я к тебе не приду. Всего хорошего. Пока.

Уверенная, что больше не отвечу на его звонок, я положила телефон в карман.

– Твой парень? – Даниэль приподнял бровь.

– Мой бывший.

– А, – как-то слишком неуверенно начал Даниэль. – А он в курсе, что бывший?

– Мы работаем над этим. Но пока у него с этим трудности.

Желания танцевать как не бывало.

– Мне надо поговорить с Нессой, – сказала я и пошла. Даниэль последовал за мной. Краем глаза я могла видеть, как его белая футболка просто сияла в темноте.

Казалось, прошла целая вечность, пока я нашла Ванессу. Она прилипла к Рики. Симон танцевал в двух метрах от них с какой-то полноватой рыжей девушкой.

– Мне позвонил Александр, – прошептала я Ванессе в ухо. – Думаю, скоро он появится здесь!

Я больше почувствовала, чем увидела, как она закатывает глаза.

– Почему ты постоянно говоришь ему, где ты?

– Это наша дискотека. Он же не идиот. Несса, если он сюда приедет, мне надо домой. Вы можете отвезти меня?

Она кажется, была не в восторге от идеи закончить вечер сразу после полуночи.

– Просто не бери трубку. В этой толпе он тебя никогда не найдёт!

Сейчас мне было необходимо ещё спиртное. В толкотне я как-то умудрилась потерять Даниэля. На этот раз совершенно случайно. Я решила сначала выпить виски с колой, затем воспользоваться удобным моментом и сходить в туалет, а только потом поискать его, если он меня до того момента не найдёт сам. Приклеился ко мне, как жвачка к волосам.

В тот момент, когда я хотела посушить руки, зазвонил телефон. В ярости я схватила свой напиток с умывальника и залпом выпила его. Это было уже слишком. Внезапно всё завертелось. Несмотря на то, что я вытащила телефон из кармана только для того, чтобы выключить его, я случайно приняла звонок.

– Я здесь, – сказал Александр.

– Где ты? – не понимая, переспросила я.

– На стоянке «Ловушки для мышки». Я знаю, что ты там!

– Чего тебе надо? – закричала я в трубку.

– Просто поговорить, – сказал он мирным тоном. – Я специально сюда приехал. Давай немного поговорим, потом я уеду.

Немного свежего воздуха мне бы не помешало. Туалет между тем угрожающе покачивался. Я взяла в гардеробе свою куртку и вышла из здания.

Не увидеть огромный «Джип-Гранд-Чероки» было крайне трудно. Он криво стоял поперёк двух парковочных мест. Из колонок орала музыка, были включены все четыре фары. Сам Александр прислонился к кенгурятнику из хромированной стали. Едва заметив меня, он пошёл ко мне. Светлые волосы были аккуратно уложены гелем, одет он был в тонкий бежевый пуловер, который я ему подарила. Внезапно его суженные глаза сверкнули, и он показал пальцем на кого-то за мной.

– Что это за пижон там?

Я растерянно обернулась. Я и не заметила, что Даниэль пошёл за мной и встал на расстоянии, скрестив руки на груди. Он стоял без куртки, а ночь становилась всё холоднее.

– Это Дэнни, – представила я его и снова поняла, что использовала его сокращённое имя. Ещё немного, и это будет уже никак не изменить. – Мы здесь вместе.

– Добрый вечер, – вежливо поздоровался Дэнни, но даже не попытался расплести скрещенные руки, чтобы подать собеседнику одну из них.

– Ты с Ванессой! – презрительно сказал Александр. – Что же тогда этот делает сейчас на улице?

– Я присматриваю за ней, – ответил Дэнни вместо меня и посмотрел на меня с укором. – Она выпила больше, чем следовало.

Словно подтверждая его слова, я запнулась на ровном месте и чуть не упала.

– Теперь присматривать буду я, – Александр открыл дверь своего автомобиля. – Залезай. Мы едем домой!

Я почти подчинилась его властному приказу и машинально пошла к его машине, но Дэнни встал передо мной и загородил дорогу.

– Может, стоит спросить её, хочет ли она вообще ехать с тобой? – с вызовом в голосе произнёс он, глядя на Александра.

– Она едет со мной, конец разговора!

Дэнни не уходил с дороги. Он не сводил взгляда с Александра и дал ему почувствовать смущающее воздействие своего пристального взгляда.

– Спроси её! – прорычал он.

Я даже не удивилась тому, что Александр сдался перед этим требованием. Наигранно нежно он спросил:

– Ты хочешь поехать со мной?

Я робко закрутила головой:

– На самом деле, нет. Нет.

Дэнни захлопнул дверцу автомобиля:

– Ну вот всё и разрешилось.

Он обхватил меня рукой.

– Пошли-ка внутрь. Как это ты так напилась?

«Чтобы общаться с тобой»

От взгляда Александра не укрылся интимный жест. Он грубо схватил Дэнни за плечо и потянул меня за запястье к своему автомобилю.

Я не могла удержаться от смеха. Чего это все тянут меня за руку?

Дэнни освободил мою руку и зло уставился на Александра. Без предупреждения тот замахнулся и ударил кулаком в сторону Дэнни, который без труда увернулся от удара.

– Теперь это становится нелепым, – спокойно сказал Дэнни. – Я бы предложил закончить это шоу. Тебе стоит сохранить хоть каплю приличия, сесть в свою навороченную игрушку и уехать!

Александр тут же схватил Дэнни за ворот. Быстро повернувшись, тот освободился от хватки и завернул обе руки Александра за спину. Держа руки противника за спиной, он толкнул Александра в сторону джипа. Ненадолго выпустил одну из рук Александра, открыл дверь, впихнул его внутрь и снова закрыл дверь. Затем хлопнул ладонью по крыше автомобиля:

– Хорошо добраться до дома!

Мой бывший кипел от злости, но не отважился выйти ещё раз. Он включил радио на полную громкость и завёл мотор. На секунду я испугалась, что он переедет нас обоих, но он только резко выехал со стоянки. Сцена показалась мне до того знакомой, что я снова расхохоталась. Дэнни смотрел на удаляющийся джип:

– Приятный парень этот Александр.

– И всё же он не спорит на номера телефонов, – тут же выдала я и упала на землю. Она покачивалась, и я снова захихикала.

Дэнни критически посмотрел на меня.

– Тебе пора в кровать, – решил он, подхватил меня за подмышки и поставил на ноги. – Мы ненадолго заскочим обратно, я заберу вещи и скажу остальным, а потом увезу тебя домой. Моя машина здесь.

– У меня всё супер! – уведомила его я, после чего мы вместе вернулись на забытую дискотеку. Он оставил меня у барной стойки.

– Не двигайся с места. Я приду через две минуты!

Только в тот момент я заметила, что под потолком висят декоративные мышки, от чего снова рассмеялась. Это показалось мне таким забавным, что у меня случился приступ хохота.

Дэнни вернулся. Он встревоженно посмотрел на меня:

– Симон потом уедет с Рики. Я пообещал, что довезу тебя до дома. Ты можешь идти?

– Конечно, – сказала я заплетающимся языком, встала с табурета и растянулась на полу. Вздохнув, Дэнни поднял меня, положил одну из моих рук себе на плечи и так донёс меня до стоянки. Он издалека открыл автомобиль и распахнул для меня заднюю дверь.

«Как собаку, тебя посадят на заднее сиденье», – не преминул сообщить мой внутренний голос.

Я позволила усадить себя на сиденье из светлой кожи. Я заметила, что коврики для ног, подсветка радио и даже внутреннее освещение были синими. Синими! Он оформил автомобиль под цвет своих глаз. Я снова расхохоталась.

– Что тут весёлого? – спросил Дэнни, когда сел в автомобиль.

– Ты! – прыснула я.

– Радует, что я тебя веселю, – он включил навигатор. – Говори свой адрес.

Я мгновенно протрезвела.

– Что? – всхлипнула я. – Я не могу так пойти домой, родители убьют меня!

– Ну, тебе стоило подумать об этом раньше. Адрес?

– Просто отвези меня на кладбище, – театрально сказала я. – Где-нибудь наверняка есть свободная могила. Просто скинь меня туда!

Я ещё успела услышать, как он раздражённо вздохнул, а потом отрубилась.

⁂

Следующее, что я ощутила, это то, как Дэнни вытаскивает меня из автомобиля. Холодный ночной воздух бил по щекам.

– Где мы? – спросила я, когда он тащил меня.

– У меня, – ответил он. – Тут потеплее, чем на кладбище.

Я равнодушно пожала плечами. Мне подошло бы всё, главное – спокойно выспаться.

Мы стояли перед маленьким домиком на две семьи, и Дэнни втащил меня в квартиру на первом этаже. Уже в коридоре я услышала тихие голоса.

– Подожди здесь немного, – Дэнни подчеркнул своё распоряжение жестом и пошёл по коридору к гостиной.

Я, естественно, всё равно пошла за ним. Направо стоял огромный диван, который служил также границей между гостиной и соседней комнатой. Налево к стене бы подвешен телевизор, по которому шёл какой-то комедийный сериал. Дэнни взял пульт со стола и отключил телевизор. На диване спала какая-то девушка. Я не могла рассмотреть её – иссиня-чёрные волосы закрывали её лицо и свисали до пола. Мне показалось, что она на пару лет старше меня. Дэнни взял одеяло в ногах у девушки и накрыл её.

– Кто это? Твоя девушка?

Если бы я была трезвее, я бы точно не осмелилась задать такой вопрос.

– Что-то вроде того, – ответил он и повел меня обратно в коридор. Выйдя туда, он осторожно прикрыл за нами дверь.

– Это Кристина. Она в некотором роде часть обстановки. Радуйся, что она заснула на диване. Значит, ты можешь спать на моей кровати.

Смешно сказать, но я правда обрадовалась. Когда мы дошли до спальни, я мечтала только о том, чтобы лечь. Я кинула сапоги и джинсы в угол и спросила себя, почему он снова вздыхает. Когда я уже собиралась стянуть свой свитер, Дэнни вытащил из комода футболку и кинул её мне.

– Можешь в качестве пижамы взять что-нибудь мое, – сказал он и отвернулся, чтобы я могла переодеться. Мне было бы всё равно, даже если бы он не сделал этого. В слипах и его футболке я упала на кровать. Вокруг всё крутилось. Краем сознания я поняла, что он накрыл меня, а потом поспешил из комнаты. Повинуясь импульсу, я схватила его за руку и положила её под свою щёку.

– Останься, – попросила я. – Мне плохо. Я не хочу остаться одна. Мне кажется, я умираю!

– Так быстро не умирают, – мягко ответил он.

В его голосе послышалась какая-то нотка, которую я уже не могла истолковать. Я слишком устала, чтобы размышлять об этом.

– Останься! – пробормотала я ещё раз, всё так же крепко держа его руку.

– Я останусь.

Он медленно лёг на кровать позади меня, подложил свою руку под мою голову, так что я лежала на его предплечье. Он осторожно убрал с моего лица пару прядей и погладил мои волосы. В полусне я обратила внимание на то, как нежны его прикосновения. Постельное белье пахло им, я мгновенно почувствовала себя в безопасности и уснула буквально через несколько секунд.


Солнце светило прямо в глаза. Я хмуро заморгала от слишком яркого света. Голова просто раскалывалась от боли. Кровать так сильно пахла Дэнни, что я сразу вспомнила, где я. Разумеется, другая сторона двуспальной кровати была пуста, и не было похоже на то, что кто-то на ней спал. Я осторожно села. Если мои движения были медленными, пульсирующая головная боль держалась хоть в каких-то границах. Сгорая от любопытства, я огляделась по сторонам. Отделка спальной комнаты сияла белизной, я лежала на хлопчатобумажном постельном белье в синюю полоску, разрозненно стояли несколько предметов мебели из светлого бука: очень большой плательный шкаф, два ночных столика и комод. Меня нисколько не удивило, что шторы и коврик у кровати тоже были синими.

Комната отличалась аккуратностью и чистотой, только в одном углу лежала куча вещей. Лишь мгновение спустя я поняла, кому принадлежали вещи на полу. Я почувствовала, как краска заливает мои щёки.

Я тут же зарылась носом в подушку и вдохнула запах шампуня, геля для душа и стирального порошка. Я бы с удовольствием навсегда осталась в его кровати, но внезапно мне стало стыдно, что я валялась тут полуголой. То, что он всё равно не прикоснулся ко мне, больно кольнуло моё сознание. Сколько мне нужно доказательств, чтобы понять, что этому типу я не интересна? Может, он гей?

Я во всех подробностях вспомнила, как он флиртовал с теми двумя симпатичными девушками, и отвергла это предположение.

Я тяжело встала с кровати, чтобы направиться на поиски ванной комнаты. Подняв свои вещи, скользнула в соседнюю комнату. Это была не ванная, скорее комбинация спортзала и кабинета. В одном углу у окна стоял письменный стол, в другом висела боксёрская груша. На полу лежал мат, а к стене было привинчено что-то вроде турника. На стене висело целое собрание грамот, а в витрине стояли несколько кубков. Я с любопытством рассмотрела их. Кикбоксинг, установила я. Почему он не играет, как остальные, в футбол или теннис?

Слева от меня висел сертификат.

«Боже мой!»

В прошлом году он стал мировым чемпионом по кикбоксингу среди любителей. Полный контакт, в среднем весе.

«Что я вообще здесь делаю?»

Тут я вспомнила, что стою в чужой квартире, одетая только в трусы и футболку, и вышла из оцепенения. Я вышла из спальни в коридор и попробовала другую дверь. Вот она! Я сразу забралась в душ, нашла средство для женщин и намылилась им.

Кристина здесь определенно жила, и это мне совсем не нравилось. Кто она такая, чёрт возьми?

Я вытащила из шкафа одно из полотенец, вытерлась и натянула джинсы. Так как мой свитер невыносимо пах табаком, я решила ещё раз надеть футболку Дэнни. Даже немного побаловалась с мыслью использовать его зубную щётку, но не была уверена, что синяя точно его. Так что я удовлетворилась тем, что хорошенько прополоскала рот ополаскивателем. Потом тщательно расчесала волосы и даже использовала дезодорант Кристины и наконец почувствовала себя будто заново рождённой. Определенно чувствуя себя более уверенно, я снова вышла в коридор, услышала, что на другой стороне кто-то гремит посудой, и направилась на этот звук. Кухня была маленькой и уютной, со светлыми фасадами и небольшим круглым столом, около которого стояли два стула.

– Я накрыла стол в столовой, – громко произнёс дружелюбный женский голос из комнаты рядом. – Иди сюда.

Столовая? Насколько большой была квартира? Зачем одному человеку столько места?

«Он не один, Джессика!» – заявил мне мой внутренний голос.

Я решительно вошла в открытую дверь. Девушка, которую я вчера видела на диване, радушно улыбалась мне. Кристина. Её фигура была изящной, а лицо – невероятно миловидным.

– Доброе утро, Джессика! – мелодично произнесла она.

В другом месте и в другой ситуации она сразу стала бы мне симпатична, но я уже решила, что всегда буду ненавидеть её. Её одежда только усиливала мою злость. Несмотря на то, что стояла осень, на ней красовались облегающие шорты и топ с огромным декольте. Её роскошная грудь чётко обозначалась под тканью и покачивалась при каждом шаге, что позволяло мне сделать вывод, что бюстгальтеры она считала лишними. Она внимательно рассматривала меня своими изумрудно-зелёными глазами. Её взгляд был таким же пристальным, как взгляд Дэнни. Если бы глаза Кристины были синими, то, возможно, только на основании интенсивности цвета глаз, я посчитала бы их братом и сестрой. Но, кроме этой особенности, ничего общего в их внешности не было.

– Да присаживайся же, – вежливо попросила Кристина и выдвинула для меня стул.

– Большое спасибо! – поблагодарила я и последовала её предложению.

– Дэнни пошёл на пробежку, – объяснила она. – Он должен скоро вернуться. Он не рассчитывал, что ты так рано встанешь. Хочешь кофе?

– Да, спасибо.

Кристина наклонилась над столом и налила кофе в мою кружку. Я, не думая, уставилась в её декольте и увидела там всё, что можно было увидеть. Ревность ударила мне в голову, как желчь, когда я спросила себя, наливает ли она кофе Дэнни в этой же позе каждое утро.

Она протянула мне молоко и сахар, и я смешала всё это в чашке. На столе стояли свежие булочки, масло и всевозможные конфитюры.

– Кто ты вообще? – спросила я и маленькими глоточками стала отпивать кофе, потому что он ещё был слишком горячим.

– Кристина, – ответила она. – Но все называют меня Тиной.

– Ага, это я уже знаю. Здесь что, общежитие?

Она замотала головой:

– Нет, это квартира Дэнни. Я тут временно, – она виновато пожала плечами. – Поссорилась с домашними, понимаешь?

– А он был так мил, что предложил свой диван?

Одна мысль об этом привела меня в бешенство.

– На самом деле у меня своя комната. Я просто случайно заснула на диване.

Отдельная комната для того, кто тут ненадолго? Как долго длится это ненадолго?

– Радуйся, что я задремала на диване. Иначе ты ни за что не попала бы в кровать Дэнни, – сказала Кристина и сделала драматичную паузу, прежде чем продолжить: – К сожалению, должна тебе сказать, что из-за этого он спал в моей кровати.

Она хотела спровоцировать меня? Я решила поддаться.

– Вы спали в одной кровати? Прекрасно.

Она мило улыбнулась:

– Нет, вчера нет. Я же на диване была. Но иногда я сплю в его кровати. Прежде всего, когда не могу заснуть или чувствую себя одиноко.

– Как трогательно!

В это мгновение в столовую зашёл Дэнни. На секунду у меня перехватило дыхание.

– Доброе утро! – произнёс он.

Дэнни был одет в спортивный костюм и вспотел от бега. Его волосы торчали в разные стороны, и он улыбался мне:

– Ты выжила! Это чудо!

Он подошёл к столу и на секунду положил руку на моё плечо. Мне показалось, что от его прикосновения вот-вот полетят искры. Как намагниченная, я не могла оторвать от него взгляд, но он просто прошёл дальше, к Кристине.

– Я быстро приму душ, – сказал он, наклонился к ней и как ни в чём не бывало поцеловал её в висок. – Спасибо за завтрак, Тина.

Она добродушно кивнула ему, а я так и смотрела с открытым ртом, пока он не вышел из комнаты. Кристина, кажется, поняла мою печаль, потому что подсела ко мне и сказала:

– Не беспокойся. Дэнни – не мой парень. Никогда им не был.

– А выглядит как раз так.

Я решила по крайней мере попробовать относиться к неё лучше и угрюмо принялась за булочку. Когда Дэнни снова присоединился к нам, я сделала вид, что не заметила его.

– Тебе нехорошо? – спросил он.

– Гм, – пробурчала я неопределённо.

– Пошли, я покажу тебе квартиру, – позвала меня Кристина.

Я бы лучше осталась около Дэнни, но последовала за ней в гостиную. Мебель была из чёрного дерева с большими стеклянными дверцами, и меня немного успокоило отсутствие там синего. Кристина открыла дверь террасы и выскользнула на неё, хотя одета была слишком легко. Маленький сад был заслонён от соседей высокой живой изгородью. На террасе стояла прикрытая садовая мебель. Выглядело вполне идиллически. Прилегающая улица вела прямо к просёлочной дороге. Дрожа, мы вернулись обратно, и Кристина провела меня через комнату Дэнни в соседнюю комнату.

– Это его кабинет и спортивный зал, – объяснила она мне. – Здесь он обычно тренируется, прежде чем пойти спать.

Я не стала распространяться о том, что уже заходила в эту комнату, и задумалась, что давало ей право так свободно заходить сюда. Мало того, на обратном пути через спальню она ещё взбила подушки и аккуратно заправила кровать. Потом она показала комнату, которая располагалась направо от входа.

– Это моя комната, – гордо сообщила она.

По размерам она была такой же, как и другие комнаты, но у неё не было прилегающего кабинета. Здесь стояли кровать, диван и небольшой письменный стол, на котором располагался большой ноутбук. По полу была разбросана её одежда, множество туфель на высоких каблуках, на которых даже просто стоя, по моему мнению, можно сломать ноги. Дэнни тоже пришёл в её комнату.

– Поехали, я отвезу тебя домой, – сказал он, хотя я бы лучше ещё на немного осталась здесь.

– Было приятно познакомиться с тобой, – произнесла Кристина и протянула мне руку. Я удивилась крепкому рукопожатию такой худенькой девушки. – Может быть, мы ещё увидимся.

По её тону было трудно понять, действительно ли она этого хочет или надеется, что это никогда не произойдёт.

– Да, точно, – слабым голосом ответила я. – Спасибо за завтрак.

Она помахала мне, я забрала свои вещи и пошла за Дэнни к автомобилю. Он открыл мне дверь переднего сиденья.

– О, сегодня мне можно сидеть спереди?

– Разок, в качестве исключения. Не привыкай к этому.

Он включил навигатор, и я назвала свой адрес. Аудиосистема взорвалась эпичной музыкой, которую я не знала. Он поспешно уменьшил громкость. Мне вдруг показалось, что я должна поблагодарить его. Всё же привезти человека, которого в принципе не знаешь, в свой дом, не само собой разумеется.

– Спасибо, – начала я тихо, – за то, что следил за мной и вообще.

– Пожалуйста. В следующий раз, однако, тебе следует пить только то, что ты переносишь. То есть лучше всего воду.

Он слишком быстро ехал по навигатору. И всё же я чувствовала себя в безопасности и решила ничего не говорить.

Меня как ошпарило, когда я вдруг поняла, что должна сказать Ванессе, что со мной всё в порядке. На моём мобильном было одно сообщение:

«Ты хорошо добралась до дома?

Джесс? Ответь, пожалуйста!»

Я напечатала смс:

«Несса, всё в порядке. Переночевала у Дэнни, он везёт меня домой. Напишу позже».

Ухмыляясь, я положила телефон в карман и сказала Дэнни:

– Кажется, твой друг Рики совсем вскружил Ванессе голову. Надеюсь, он её не использует.

– Оба достаточно взрослые, чтобы знать, что делают, – заявил он.

– Кто всё-таки эта Кристина? – мне просто необходимо было это знать.

– Лучшая подруга. Живёт пока у меня.

Я решила оставить попытки. Так я никогда не получу новую информацию.

Поездка была недолгой. Дэнни завёл «БМВ» на парковку гостиницы недалеко от дома моих родителей и поставил автомобиль на ручной тормоз. Потом положил на него руку и выжидающе посмотрел на меня:

– Ты дома.

Помедлив, я схватила его руку, хотела притянуть его к себе, попрощаться, может, даже чмокнуть его в щеку. Он тут же выдернул свою руку, как будто я попыталась укусить его, и буркнул:

– Не надо.

В полной растерянности, открыв рот, я смотрела на него. Он скрестил руки на груди и ждал.

– Э-э, – начала я, – я хотела… ну… я думала… э-э, думала…

– Мне абсолютно всё равно, что ты думала, Джессика. До свидания!

Я вспомнила, как всего несколько часов назад он нежно гладил мои волосы в своей постели, и ничего не понимала. Он был просто олицетворением противоречивости.

– Ты что, выставляешь меня на улицу? – обиженно спросила я.

– Ещё нет, но почти.

– Почему ты так со мной? – по крайней мере это объяснение он обязан был дать.

Он сжал губы и тяжело дышал, словно едва держал себя в руках.

– Слушай, – начал он немного мягче, – мне жаль, если ты что-то неверно поняла, но у меня действительно нет никакого желания заводить отношения и прочую фигню. У меня и без того достаточно сложная жизнь. Поэтому я не могу тебя использовать и буду очень рад, если ты сейчас просто исчезнешь.

Я почувствовала боль, словно кто-то пронзил мне сердце. Потом разочарование сменилось злостью.

– Ты просто мерзкий лицемер! – вырвалось из меня.

– Так, – сказал он опасно спокойно, вышел из машины, обошёл её, и открыл мою дверь. – Вот и пришел момент, когда я тебя выставляю!

Фыркнув, я выскочила из машины, вырвала у него из руки дверь и захлопнула её.

– Пошёл к чёрту! – крикнула я.

– Я бы с удовольствием, но ты задерживаешь меня! – раздражённо ответил он.

Я прижала сумочку к груди и, высоко задрав голову, прошла мимо него, не говоря больше ни слова. Теперь я поскорей хотела домой, чтобы зализывать раны. Начну с самой глубокой. Ещё до того, как я дошла до дома, слёзы выступили на моих глазах. Я бесшумно плакала из-за потери того, что никогда мне не принадлежало. В этот вечер я долго не могла уснуть, а потом провалилась в беспокойный сон.

Вся мокрая от пота, я бегу по узкому переулку, между домами. Моё сердце бешено бьётся, а дорога размывается перед глазами. Я испуганно оглядываюсь назад. Позади меня дорога тоже размывается и тонет в море ледяной синевы. Стены справа и слева всё больше давят на меня и превращаются в густой синий туман. Синий цвет везде, он обволакивает меня и не даёт вдохнуть.

## Декабрь 1999 года

Йорг Пфистерер снова прочитал дело от начала до конца, прежде чем закрыть его. Впрочем, он досконально знал, что там было написано. Но так было проще попрощаться. Единственным, что облегчало ситуацию, было понимание того, что это не обязательно прощание. На самом деле это была больше формальность.

Пять лет он опекал мальчика. Первый год в приюте для детей, потом в сопровождаемой им квартире[4]. В конце концов летом 1996 года он помог ему переехать в собственную квартиру. Это было почти сразу после приговора. Процесс длился почти год. Для Дэнни это время стало кошмарным, ему пришлось ещё раз пересказать всю историю перед судом. Но он смело боролся. Вместе они подали иски на его отца во все инстанции и в конце концов выиграли процесс. Что, конечно, было справедливо и ожидаемо. И всё же все могло пройти быстрее, в однозначности преступления сомнений не было. Но мать Дэнни препятствовала процессу, защищала своего мужа и долгое время противоречила сама себе.

Только дело было выиграно, пришёлся следующий удар. Ещё сильнее, чем предыдущий. Йорг знал, что Дэнни ещё не пережил это безумие, не сможет пережить его до конца своей жизни. Никто бы не смог. Слишком ужасным это было, слишком невыносимым и окончательным.

Несмотря ни на что, Дэнни очень хорошо сдал выпускные экзамены. Однако от своей мечты поступить в университет и изучать физкультуру и спорт он отказался. Его судьба казалась ему неминуемой, при таких обстоятельствах в учёбе он не видел никакого смысла. Всё это расстраивало Йорга. Для него этот мальчик стал как сын. Он любил Дэнни и, если бы это было нужно, сразу, без раздумий усыновил бы его.

Дэнни не отчаялся, решив осуществить мечту стать персональным тренером без высшего образования, и начал профессиональное обучение в фитнес-центре. Когда мальчик добился столь многого в своём виде спорта и начал тренировать молодёжь, Йорг понял, что высшее образование действительно было необязательно.

Он обвязал дело резинкой и отложил в сторону. Внизу уже вовсю шли приготовления по случаю дня рождения. В этом году Дэнни праздновал его в приюте. Здесь у него были друзья, здесь он чувствовал себя как дома. Кристина, Рики и Симон скоро придут. Они не могли остаться в стороне и наняли стриптизёрш. Дамы, однако, должны прийти только поздно вечером, когда дети улягутся спать. Йорг уже аккуратно упаковал подарок и положил внизу, вместе с остальными. Он пригласил также мать Дэнни, но не рассчитывал на то, что она придёт. За все эти годы она так ни разу и не появилась. В дверь коротко постучали, и Дэнни вошёл.

– Хай, – поздоровался он. – Ты не пойдёшь вниз, к остальным?

Йорг встал и обнял его.

– С днём рождения! Всего наилучшего!

Он дружески похлопал его по плечам и отошёл, оглядывая своего воспитанника. Он очень хорошо знал Дэнни и сразу заметил, что что-то не так.

– Что случилось? – спросил он.

Дэнни пожал плечами и промолчал.

– Садись, – попросил Йорг и снова опустился в свое рабочее кресло.

Дэнни послушался.

– Расскажи мне! – потребовал Йорг.

Дэнни нервно грыз свой указательный палец.

– Я познакомился с девушкой.

– Но это же великолепно.

Дэнни посмотрел на него с укором. Даже после столь долгого времени Йорг иногда всё ещё съеживался под пристальным взглядом Дэнни.

– Это не великолепно, ты прекрасно это знаешь.

На мгновение Йорга одолели сомнения. Он от всей души желал Дэнни здоровых отношений, но предыдущий опыт Дэнни оказался слишком болезненным. Первая девушка появилась у Дэнни, когда ему было шестнадцать, вскоре после того, как его отца посадили в тюрьму. Это была тоненькая темноволосая девочка, столь неопытная и робкая, что у Дэнни появилось чувство, что он может вести эти отношения. Несмотря на это, всё продолжалось только пару месяцев. Девочка не смогла смириться с его закрытым характером и манерой отталкивать людей. К тому же, она так и не поняла, почему он мог прикасаться к ней, а она не могла. В конце концов она бросила его. После этого романа произошёл роковой звонок отца Дэнни, после которого тот окончательно решил не связываться с женщинами. Года два-три спустя он попробовал встречаться с другой. В этот раз он выбрал девушку совершенно другого типажа, уверенную в себе, с сильным характером, но проблемы остались те же. С третьей он отказался от чувств, интрижка вполне себе работала. Пока совесть не заставила его подлить подруге вино. После этого навсегда исчезла и она.

Йорг так мечтал, чтобы у его подопечного наконец начались стабильные отношения. Но что ему посоветуешь? Скрывать тайну? Не его ли обязанностью как куратора было воспитание честности и открытости с другими людьми?

Лицо Йорга просветлело, когда он вспомнил, что он больше не опекун Дэнни. Так что он мог просто дать ему дружеский совет.

– Это всё же прекрасно, Дэнни. Ты не можешь в этот раз совершить ту же ошибку и всё ей рассказать.

Дэнни непонимающе посмотрел на него:

– Ты же не можешь говорить такое всерьёз?

– Могу. Я говорю это всерьёз. Никто не заставит тебя рассказать ей. Теперь тебе следует подумать о себе. Ты же не идиот. Ты знаешь, когда нужно быть осторожным. Пока она в безопасности, вполне законно молчать об этом.

– Не знаю, – Дэнни помрачнел и снова принялся грызть свой ноготь. – Мне как-то не по себе от этого.

Йорг глубоко вдохнул:

– Я давал тебе советы пять лет. Пять лет подряд ты их игнорировал и делал всё по-своему. По крайней мере сейчас прислушайся ко мне!

– Я подумаю, – Дэнни глубже задвинулся в кресло и уставился в потолок. Задумчиво он добавил: – Хотя, похоже, всё уже разрешилось само собой. Пару недель назад я довольно резко показал ей, что предпочитаю вести свою жизнь в одиночку.

Йорг покачал головой:

– Тебе следует работать над собой, Дэнни. Ты слишком импульсивный.

– Я не был импульсивным. Я сознательно прогнал её. Из страха перед будущим.

– Ты слишком много думаешь. В твоём возрасте отношения появляются и исчезают. Многие заканчиваются очень быстро. Можешь совершенно забыть о мыслях о будущем, – Йорг почти впал в эйфорию. – Ты позвонишь ей! Извинись. Исправь всё!

– Как ты себе это представляешь? Как я извинюсь? Я не могу объясниться и при этом ничего не сказать!

– Ты прав! – Йорг немного подумал. – Придумай что-нибудь! Расскажи ей про неудачные отношения. Скажи, что тебе нужно время.

Дэнни озадаченно покачал головой:

– Ты же не можешь советовать мне начинать отношения со лжи!

Йорг пожал плечами:

– В случае необходимости да. Должна же быть какая-то возможность. Не сдавайся сразу.

– Я подумаю, – повторил Дэнни.

– Расскажи о ней. Что тебе в ней нравится?

– Её зовут Джессика! – его необыкновенно-синие глаза заблестели. – Она немного младше меня. Стройная, с длинными волосами. Она немного вредная, но милая.

Дэнни задумчиво прикрыл глаза:

– Но самое важное – она может мне противостоять. Я не могу помыкать ею, как другими девушками. Она ровня мне, и, кажется, интересуется мной, а не моей внешностью, как все остальные.

Он криво улыбнулся:

– Мне кажется, это то, что мне нужно. Кто-то, кто выпускает коготки вместо того, чтобы закрывать на всё глаза. Да, мне нужен кто-то, кто по правде хочет узнать меня. Девушка, которую не так просто запугать. Нужно обладать по-настоящему толстой кожей, чтобы выносить меня.

## Январь 2000 года

– Нежная роза или интенсивный синий?

– Ни то, ни другое, – ответила я. – Я терпеть не могу лак для ногтей!

«И уж точно не синий!» – поддакнул мой внутренний голос.

Ванесса вздохнула:

– Как хочешь! Тогда давай хотя бы прозрачным накрасим. Иначе это совсем не девичник.

– Несса, я тебя умоляю. У меня на волосах маска, на лице маска, маникюр. Я, наверное, самый красивый человек на земле.

«Знаю я кое-кого, кто красивее!»

Господи, можно этот ужасный голос оставит меня в покое?

Я обреченно протянула руку лучшей подруге. В этот момент в дверь постучали и вошла моя мама.

– Джессика, тебе пришла посылка.

Я удивлённо уставилась на коробку величиной с коробку для обуви:

– Я ничего не заказывала.

– Может, что-то не выслали вовремя?

Мама протянула мне коробку. Я подула на свои уже наполовину накрашенные прозрачным лаком ногти.

– Сейчас открою. Просто оставь здесь.

– Еда будет готова через полчаса, – сказала мама, выходя.

– От кого это? Открывай быстрее, Несса.

Ванесса основательно поработала пилочкой над скотчем, пока он не поддался. Она вытащила ящик, обернутый в бумагу.

– Это радиоприёмник, – констатировала она. – Боже, это же «Мидланд Алан»[5] с 80-ю каналами! – добавила она удивлённо. – Ничего себе! Разве ты можешь позволить себе такой? Точно не могу! – ответила я и подумала о дешёвом приёмнике ТМ, которым мы с Нессой пользовались до сих пор. – Наверное, ошиблись при доставке.

– Тут есть записка.

– Дай сюда, – я вырвала записку у неё из руки. Когда я разворачивала бумагу, в мою голову закралось подозрение.

– Это от Дэнни, – сказала я.

– Что он пишет? Он что, дарит тебе его? Я думала, вы поссорились, – в нетерпении она замахала руками. – Джесс, ну говори!

– Он извиняется, – сказала я и ещё раз перечитала письмо. Сердце бешено колотилось. – Есть ещё стихотворение, которое я никак не могу понять.

– Что там написано?

Я вслух прочитала текст, который был написан вручную на листочке в линейку:

> «Джессика,

> я хотел бы извиниться за своё поведение в то воскресное утро. Я вел себя ненормально – сорри. Ты много надумала про ту ночь, слишком много. Мне стыдно и хочется подарить тебе что-нибудь в качестве извинения или просто потому, что ты мне нравишься. И всё же нам следует идти разными путями, между нами никогда ничего не будет. Ты видишь во мне кого-то, кем я не являюсь.

> Sorry.[6]

> Дэнни.

> Боль – особое странное чувство.
> Это холод воды у пруда
> И вокруг ни души при луне,
> И полёт смертоносный ножа,
> И смерть змеи в тишине.

> Знаю море глубокое лжи,
> Когда лают собаки во тьме,
> Не услышат, как ни кричи.
> Я птица смерти теперь,

# Сноски

1

Из стихотворения Й. Эйхендорфа «Лунная ночь», пер. Плещеева А.Н.

2

Многодневный народный праздник в Бад-Канштате.

3

Соответствует званию кандидата в мастера спорта.

4

В Германии подростки, попавшие под опеку государства, могут жить в отдельных квартирах, которые курируют педагоги и психологи.

5

Midland Alan – многофункциональная портативная радиостанция высокого качества.

6

Прости (англ.)