Александр Валерьевич Неменко
Севастополь-42: От победы к поражению

© Неменко А.В., 2020

© ООО «Яуза-каталог», 2020

От автора

В истории Великой Отечественной войны наблюдается интересный парадокс: чем больше написано работ, тем меньше достоверность описания событий. События обрастают легендами, и становятся лубочной картинкой, имеющей минимальное сходство с реальностью.

По многим событиям второй севастопольской обороны созданы монументальные труды, которые при проверке на местности и проведении поисковых работ не дают ответа на многие вопросы. Достоверная и точная информация с привязкой к местности отсутствует. Отсутствует и объективный анализ событий. Сейчас, по прошествии времени, появилась возможность переосмыслить события. Я постарался «перебрать» события обороны, опираясь исключительно на первичные документы, привязывая события по времени к местности. В результате картина получилась несколько отличная от привычного описания событий.

Писать о заключительном этапе обороны Севастополя исключительно сложно. Причин много: и нехватка советских документов, утраченных (и не составленных) в последние дни обороны, и наличие достаточно устоявшейся точки зрения по данному вопросу. Обильное цитирование документов наших бывших противников является мерой вынужденной, я бы с удовольствием использовал советские документы, но чаще всего их просто нет. Но главная сложность не в этом. Ход событий можно достаточно точно восстановить, используя документы наших бывших противников. Вопрос не в этом.

Завершающая стадия обороны города – это героическая страница истории, но она же полна трагизма. Это история ошибок и тяжелых поражений. В советское время было принято писать только о героических ее сторонах, но это практика порочная. Ошибки нужно признавать, и извлекать из них уроки. Заштукатурив стены, мы не заделаем трещины, они будут расширяться, пока не рухнет весь дом.

Самое трудное для человека – это признать ошибки, понять, что пошло не так. Признав ошибки, мы выбиваем оружие из рук тех, кто пытается нами манипулировать. Чаще всего, попытка дать объективную информацию, базирующуюся на документах, вызывает отторжение в связи с тем, что у многих в голове устоялась совсем иная – «общепринятая» точка зрения. Тем не менее, материал много раз выверен и сопоставлен с данными из разных источников. По возможности, в случае расхождений, цитируется источник, излагающий иную точку зрения.

Эта работа имеет еще одну цель. Очень многие реальные герои этой славной страницы нашей истории остались за рамками официальной версии событий. Иногда мы узнаем о них только из информации, содержащейся в немецких документах. И не всегда это фамилии. Чаще это названия подразделений. Пусть так, но, может, чуть позже, получится выяснить и имена героев. Иногда мы узнаем ход событий, но уточнить имена не представляется возможным. Узнаем мы и о поведении людей в плену. Это тоже важная информация.

Приношу свои извинения за обильное цитирование немецких документов, но так проще описать обстановку под Севастополем. Документы «противника» дают картину более точную, логичную и реалистичную, чем советские, которые ко всему прочему сохранились фрагментарно. Каждый факт, изложенный в данной работе, может быть подтвержден разными источниками, расцвечен воспоминаниями советских ветеранов, мемуарами, но в этом случае работа расползется до огромного многотомника. Этой же причиной вызвана излишняя сухость изложения. Каждый эпизод может быть расписан и разрисован достаточно подробно, но это хронология, общая канва на которую можно «нанизать» множество эпизодов. Эта работа отвечает только на вопросы «Что? Где? Когда?», не отвечая на вопросы «Как?» и «Почему?» – это тема отдельных работ. Это в большей степени пособие поисковикам, чтобы они понимали, кто и где лежит в нашей земле.

Книга, наверное, написана достаточно сухо и сложно. Может показаться непривычным деление на «Южный» и «Северный» сектор (участки наступления 54-го и 30-го немецких корпусов) вместо привычного деления на 4 сектора севастопольской обороны, но, поскольку для реконструкции хода событий используется в основном немецкий и румынский материал, такое деление оправдано. Точная привязка событий к местности (чего нет в советских источниках) позволяет легко «сменить систему координат». Это взгляд на оборону Севастополя «с другой стороны», но этот взгляд вынужденный, он связан лишь с тем, что в советских источниках информация либо полностью отсутствует, либо она была искажена (часто уже после войны).

Обильное цитирование разных источников, возможно, затрудняет восприятие материала, но, с другой стороны, оно исключает двойственное толкование. Это своеобразный справочник по ходу боевых действий. Насколько он получился интересным, судить читателю.

Часть 1
События зимы – весны 1942 года

Ситуация под Севастополем на начало января 1942 г.

В советской исторической литературе, описывающей оборону Севастополя, период с января по май 1941 года включительно считается периодом затишья. По данным советского и украинского историка Г.И. Ванеева:

«После успешно осуществленной Керченско-Феодосийской десантной операции и провала второго наступления немецко-фашистских войск на Севастополь обстановка в Крыму стала заметно улучшаться в нашу пользу. Войска Кавказского фронта освободили Керчь, Феодосию и весь Керченский полуостров. Они должны были перейти в решительное наступление с целью освобождения Крыма от фашистских захватчиков. Начался новый период и в обороне главной базы флота, вошедший в историю как период относительного затишья (2 января – 20 мая 1942 г.). Противник, вынужденный рассредоточить свои силы на двух направлениях – Керченском и Севастопольском, был не в состоянии быстро начать новое (третье) наступление на Севастополь. Однако и войска Севастопольского оборонительного района не располагали необходимыми силами для перехода в решительное наступление»[1].

Бывший командир 172-й стрелковой дивизии И.А. Ласкин в своих воспоминаниях также указывает:

«В январе 1942 года под Севастополем возникло такое равновесие сил, когда ни одна из сторон не в состоянии была проводить наступательные действия с решительной целью. Наступило фронтовое затишье, длившееся до мая»[2].

Поддерживает эту «официальную» точку зрения и ряд других авторов. К примеру, еще один активный участник обороны, бывший начальник штаба, а потом и зам. командира 345-й стрелковой дивизии, И.Ф. Хомич, также опускает описание событий зимы 1942 года. Он пишет:

«Истрепанные в декабрьских боях, немцы более пяти месяцев не рисковали наступать. В этот период все усилия врага были направлены к тому, чтобы помешать подвозу войск и оружия к Севастополю. По морю рыскали вражеские подводные и надводные корабли»[3].

Анализ немецких документов, хранящихся в архиве НАРА, и советских документов, опубликованных на сайте ЦАМО РФ «Память народа», позволяет сделать вывод о том, что эта информация является ложной. «Затишья» в январе-феврале 1942 г. не было.

Учитывая тот факт, что 172-я стрелковая дивизия, которой командовал И.А.Ласкин, принимала в этот период непосредственное участие в активных наступательных действиях, и несла тяжелые потери, следует признать, что искажение фактов в мемуарах является умышленным. Возможно, это было вызвано требованиями советской цензуры.

После высадки Керченско-Феодосийского десанта противник действительно перешел к обороне с целью сокращения линии фронта начал отход на более удобные рубежи. Однако по требованию командования Кавказского, а затем, после реорганизации, Крымского фронта части Севастопольского оборонительного района[4] в течение зимы 1942 года неоднократно переходили в наступление. Однако, понеся достаточно ощутимые потери, части СОР были вынуждены в середине марта отказаться от активных действий в поддержку Крымского фронта.

СОР директивой Ставки ВГК № 004972 от 19.11.41 г. был подчинен напрямую Ставке. Командующим СОР и ЧФ являлся вице-адмирал Ф.С. Октябрьский, заместителем командующего СОР по сухопутной обороне и командующим Приморской армией – генерал-майор Петров.

1-го января 1942 года в Севастополь прибыл конвой кораблей, доставивший 3-й дивизион реактивной артиллерии 1-го полка гв. минометов (2-го формирования), части 386-й дивизии. В составе 3-го дивизиона реактивной артиллерии (командир – майор Кущ-Жарко[5]) насчитывалось 3 батареи по 4 реактивных установки в каждой.

В январе 1942 года перечень частей, находящихся в составе СОР, почти не менялся, если не считать прибывающих в течение всего января подразделений 386-й стрелковой дивизии (командир – полковник Н.Ф. Скутельник). По данным историка Г.И. Ванеева: «В январе командование Кавказского (Крымского) фронта неоднократно требовало перехода войск СОР в наступление на всем участке фронта и высадки ряда тактических морских десантов. А возможности выполнить эти задачи не имелось. В ходе декабрьских боев они понесли большие потери, да и нельзя было оголять оборонительные рубежи базы. Приморская армия могла лишь обороняться, и то при условии непрерывного, обеспечения всем необходимым. По состоянию на 1 января 1942 г. она была обеспечена оружием в сравнении со штатной нормой: минометами – 51,4 %, станковыми пулеметами – 44 %, ручными пулеметами – 26,4 %. Еще хуже обстояло дело с боеприпасами.

Восполнить потери быстрой доставкой пополнения, боевой техники и боезапаса морем с Кавказа не представлялось возможности, ибо перед Черноморским флотом, кроме обеспечения войск СОР, командованием фронта были поставлены новые сложные боевые задачи. Он должен был продолжать переброску войск, боевой техники и оружия на Керченский полуостров, оказывать огневую поддержку корабельной артиллерией и авиацией флота войскам фронта»[6].

Но это не совсем так. Севастопольская оборона, хоть и понесла ощутимые потери в ходе отражения декабрьского штурма, но еще обладала резервами. В основном, это были части 1-го и 2-го секторов и их резервы.

Из 4-го сектора в 1-й была начата переброска остатков 388-й сд, что позволило высвободить свежий трехбатальонный 161-й сп из резерва 1-го сектора и четыре батальона из состава 383-го и 1330-го полков.

Во 2-м секторе с прибытием новой 386-й сд появилась возможность высвободить боевые части с линии фронта, сменив их прибывающими частями новой дивизии. К сожалению, дивизия, сформированная в Тбилиси, оказалась еще менее стойкой, чем ее «сестра» 388-я сд, сформированная в Кутаиси. На следующий же день после выхода дивизии на позиции, в ее журнале боевых действий отмечены перебежчики. Это не позволило высвободить 1-й Севастопольский полк морской пехоты из резерва сектора. 1-й Севастопольский полк занимал позиции в дотах и дзотах Главного рубежа, в долине Кара-Коба, позади 386-й сд.

Но дивизия заняла достаточно большой участок обороны, высвободив боеспособные части 31-го стрелкового полка и 514-го полка 172-й дивизии. В сумме это еще пять батальонов. 3-й и 4-й сектора обороны СОР действительно понесли тяжелые потери в личном составе. Но резервы в Севастопольской обороне были. В связи с тем, что оборона была разделена на сектора, которым раздали резервы, и армейский резерв был совсем небольшим, оборона далеко не полностью исчерпала свои резервы. Два сектора понесли очень тяжелые людские и территориальные потери, армейские резервы были израсходованы, а в первом секторе вполне боеспособные части простояли в резерве. Признать такой подход к обороне эффективным, довольно сложно.

Таблица 1

Состав Севастопольской авиагруппы на 01.01.1942 года

Основу истребительной авиации СОР составлял 8-й истребительный авиаполк (командир – подполковник К.И. Юмашев). Штаб полка выполнял функции штаба авиагруппы, базирующейся на наземных аэродромах.

Полк состоял из:

– 1-й эскадрильи на самолетах Як-1 (командир – ст. лейтенант М. В. Авдеев),

– 2-й эскадрильи на самолетах И-16 (командир – капитан П.С. Пономарев);

– 3-й эскадрильи на самолетах И-153 (командир – капитан К.Д. Денисов).

В подчинении штаба 8-го иап находились:

– 2-я эскадрилья 7-го иап на МиГ-3 (командир – майор Д. Кудымов);

– 3-я эскадрилья 3-го иап на И-15бис (командир – капитан Ф. Кожевников).

В оперативном подчинении штаба находились:

– 18-й штурмовой авиаполк ВВСЧФ (командир полка – полковник A.M. Морозов) очень слабого состава, состоящий из одной эскадрильи Ил-2 под командованием майора А.А. Губрия.

– бомбардировочная авиагруппа майора И.И. Морковкина, которая состояла из эскадрильи ДБ-3Ф из 2-го мтап и эскадрильи Пе-2 из 40-го бап.

Гидроавиация подчинялась штабу майора И.Г. Нехаева. Обе группы подчинялись штабу оперативной группы ВВС ЧФ, под командованием генерал-майора Н.А. Острякова.

Расстановка частей СОР была следующей.

1-й сектор обороны СОР

В составе войск сектора:

– 2-я сд (командир дивизии и командующий сектором – генерал-майор П.Г. Новиков);

– 388-я сд (командир дивизии – комбриг С.Ф. Монахов).

Передовой участок обороны 1-го сектора от берега моря в районе Балаклавской бухты занимался двумя батальонами сводного полка НКВД (командир полка – подполковник Рубцов Г.А.): 1-м (командир капитан И.И. Кекало[7]) и 2-м (командир капитан Ружников Н.А.[8]). Батальоны занимали позиции от балки Кефало-Вриси (2-й батальон), далее, по скатам высоты 212,1, обращенным к бухте. Сама высота со старым фортом была занята противником. Далее линия обороны занималась двумя батальонами 1330-го стрелкового полка (командир полка – майор Макеенок А.Т.). 1-й (командир батальона – к-н Борисенко) и 3-й (командир батальона – майор Говорунов[9]) батальоны этого полка занимали оборону вдоль земляного вала старой системы укреплений, между «Южным» и «Северным» фортами. Батальонам была придана 6-я рота 161-го полка[10]. 2 батальона 383-го полка (2-й и 3-й) были переброшены в 4-й сектор обороны.

Во второй линии обороны сектора (по высотам западнее Балаклавы и бухты по линии отм. 70,4–48,8–54,2) находился 782-й стрелковый полк 388-й сд с задачей «… по особому распоряжению командующего сектора занять рубежи Балаклава – Кадыковка, сменив части сектора»[11]. Саперный батальон 388-й сд располагался в Карани[12].

Части советской 2-й сд потерь почти не понесли, и были пополнены личным составом, за счет бойцов прибывших с Кавказа. Численность дивизии возросла до 6,6 тыс. человек. В дивизии было начато формирование саперного батальона и минометного дивизиона. Следует отметить, что пополнение, прибывающее в Севастополь до февраля 1942 г. было, в основном, добровольческим, и обладало достаточно высокими моральными качествами. Однако, после передачи СОР в подчинение Крымскому фронту, качество пополнения резко снизилось.

Артиллерия сектора состояла из 8 орудий «МЛ-20» бывшего 51-го армейского артполка (2 дивизиона, по 2 батареи, по 2 орудия в батарее), армейской зенитной батареи (4 орудия, калибром 85-мм), 7-й (15-й) отдельной батареи дотов и поддерживающей артиллерии Береговой обороны Черноморского флота. В состав 7-й противотанковой батареи входили 8 шт. 45-мм орудий (исправно 5 орудий) и одно 100-мм орудие Б-24Б-м (дот № 29). Сектор поддерживал 3-й дивизион береговой обороны Севастополя. По состоянию на 1 января 1942 года в состав дивизиона входили батареи:

– № 116 (командир – ст. л-т Меньшиков) – установлено одно 130/55 орудие ОСЗ-Виккерса, образца 1913 года, второе на указанную дату находилось в стадии установки. Второе орудие открыло огонь 2-го января 1942 года[13].

– № 19 (командир – ст. л-т М.С. Драпушко), два орудия 152-мм находились в стадии установки в районе 7-го км. Балаклавского шоссе. По немецким данным, батарея действует со старой позиции в районе входа в Балаклавскую бухту одним орудием. С новой позиции батарея открыла огонь первым орудием 2-го января 1942 г., вторым 5-го января[14].

– № 14 – (четыре орудия 130-мм демонтируются со старой позиции для отправки в Керчь);

– № 18 – (командир ст. л-т Дмитриев) – четыре 152-мм орудия.

В сумме одно 130-мм орудие и пять 152-мм орудий.

На Тыловом рубеже находился 1-й батальон 383-го полка (командир – капитан С.А.Ведмедь), который был сформирован из батальона запасного артполка. Батальон занимал укрепления тылового рубежа 1-го сектора, в составе которых числись 22 пулеметных дота и 5 артиллерийских (№ 30–34). В дотах были установлены одно 75-мм (Канэ), одно 76-мм (9К), и три 45-мм орудия.

Противником частей 1-го сектора была немецкая 72-я пд[15]. Сектор немецкой 72-й пд, подчиненной напрямую штабу 11-й армии, захватывал первый и часть 2-го сектора, в районе д. Камары и г. Гасфорта. Состав дивизии, по сравнению с ноябрем 1941 года существенно изменился. Дивизии был передан 401-й пп из 170-й пд, а 105-й пп был передан в армейский резерв. Дивизии была придана 138-я артиллерийская комендатура. В ходе декабрьских боев, дивизия понесла потери, но сохранила свою артиллерию. Особенно тяжелыми потери были в 401-м пехотном полку, в котором оставалось чуть более 400 человек боевого состава.

2-й сектор обороны СОР

В составе войск сектора:

– 386-я сд (командир дивизии и командующий сектором – полковник Скутельник Н.Ф.);

– 7-я обрмп (командир бригады – комбриг Е.И. Жидилов);

– 1-й Севастопольский полк морской пехоты (командир полка – полковник П.Ф. Горпищенко).

В результате атаки 1 января 1942 г. во 2-м секторе советские части сумели частично отбить свои позиции, и закрепились на рубеже: высота с Итальянским кладбищем[16] – 300 м западнее Верх. Чоргунь[17] – выс. 154, 7 – западные скаты безымянной высоты 1,5 км северо-восточнее выс. 154, 7[18]. До 1 января 1942 года здесь оборонялась 172-я сд, но после этой даты началась ее смена частями прибывающей 386-й сд, сформированной в Тбилиси. 172-я сд убывала в 4-й сектор в составе всего двух полков – 31-го и 514-го сп (без артиллерии). 1-й Севастопольский полк морпехоты и 7-я отдельная бригада морской пехоты оставались на своих позициях. В них были влиты все сводные части, сформированные во время декабрьского штурма, включая батальон ОВРа и флотского экипажа (бывший батальон капитана Карагодского). В составе бригады числятся всего три батальона. 3-й батальон бригады находился в распоряжении 3-го сектора обороны.

Расстановка советских частей была следующей: 778-й полк 388-й сд на тыловом рубеже в районе юго-восточных скатов Федюхиных высот. 514-й полк без изменений, в ночь с 31 на 1 полк был сменен двумя батальонами 769-го стрелкового полка (вновь прибывшей 386-й сд) [19]. «От левого фланга 514-го полка – 2-й батальон 7-й бригады морской пехоты на северо-западных скатах высоты с Итальянским кладбищем— от фланга 2-го батальона 5-й батальон 7-й бригады, от точки 300 м западнее Чоргуня до высоты 154,7 (72,5) – 4-й батальон, далее боевые порядки 31-го полка, в районе хутора Кара-Коба 1-й Севастопольский полк (командир полка полковник П.Ф. Горпищенко) одним батальоном (2-й б-н, бывший батальон Дунайской флотилии). В резерве – два батальона 1-го Севастопольского полка (бывшие 1-й Перекопский отряд и батальон Школы оружия Учебного отряда ЧФ)»[20]

Поддерживали части сектора два дивизиона 52-го армейского артполка (12 шт. бывших польских 155-мм орудий французского производства), дивизион гвардейских минометов (с 1 января 1942 г.), минометный и артиллерийский дивизионы 7-й бригады, зенитная артиллерия. Артиллерия дотов передовой линии была выведена из строя, доты Тыловой линии обороны в боевых действиях не участвовали. Из состава береговой артиллерии сектор могла поддерживать только батарея № 111, т. к. батареи № 113 и 114 были небоеспособны из-за расстрела тел орудий. Батареи эпизодически вели огонь, но снаряды, по воспоминаниям корректировщиков, часто летели, кувыркаясь в полете, или ложились с недолетом[21].

Доты Тылового и Главного рубежа были заняты личным составом 1-го управления дотов и батальоном Школы связи учебного отряда.

Против частей сектора действовала (частично) немецкая 72-я пд, 1-я ГСБр румын[22], 1 батальон 24-й пд (в районе колхоза Кара-Коба).

3-й сектор

Сектор обороняли:

– 79-я отдельная морская стрелковая бригада (командир – полковник А. Потапов);

– 25-я сд (командир – генерал-майор Т.К. Коломиец) в составе:

1) 3-го полка морской пехоты (командир полка подполковник С.Р. Гусаров[23]);

2) 54-го сп (командир – майор Н.М. Матусевич[24]);

3) 2-го Перекопского полка (командир – майор Кулагин И.И.[25]);

4) остатков 287-го сп (командир – майор М.В. Антипин, бывший командир 80-го разведбата 25 сд);

Обстановка в 1-м и 2-м секторах 1 января 1942 г.

5) Местного стрелкового полка № 1 (командир – подполковник Н.А. Баранов);

6) 3-го батальона 7-й обрмп.

В эти подразделения были влиты сводные батальоны, сформированные во время декабрьского штурма:

– батальон артиллерии Береговой обороны (Южной стороны), сформированный из личного состава 35-й береговой батареи, части личного состава 113-й, 114-й и 116-й батарей, части личного состава батареи № 19. Командир батальона – бывший зам. командира сводного полка НКВД, майор К.С. Шейкин;

– отряд из состава химчастей СОР;

Положение частей. 3-й сектор. Фрагмент советской карты 03.01.42 г.

– батальон из состава частей ПВО.

На левом фланге сектора находилась относительно свежая 79-я ОСБр, в которую влили отряд из состава батальона школы связи учебного отряда ЧФ.

Части сектора располагаются по линии 1,5 км западнее х. Мекензия – верховья балки Темная, 900 м западнее отм. 192,0 – шоссе 1200 м юго-восточнее ст. Мекензиевы горы.

Расположение (справа налево) 3-й морполк – 54-й сп – остатки 2-го Перекопского полка – 287-й сп – 1-й батальон 79-й осбр – 2-й батальон бригады – 3-й батальон бригады-батальон 1163-го полка (345-й сд).

Артиллерия сектора состояла из 265-го ГАП, остатков 99-го и 69-го артполков 25-й дивизии и 3-го дивизиона 134-го гап. Против частей сектора действовали: немецкая 24-я пд (до верховий Камышловского оврага), далее 50-я пд. Разделительная линия между 50-й и 24-й Орта-Кисек (50) – 112,4 (3 км на зюйд-зюйд-вест от Дуванкоя) – 90,0 (50) – изгиб дороги 1500 м северо-западнее маяка (50)[26].

4-й сектор

Сектор обороняли:

– 95-я стрелковая дивизия (командир дивизии подполковник А.Г. Капитохин, бывший командир 161-го стрелкового полка, назначенный взамен генерал-майора В.Ф. Воробьева). Дивизии был возвращен из 1-го сектора 161-й стрелковый полк. 241-й полк, понесший тяжелые потери отведен в тыл на переформирование;

– прибывающая 172-я стрелковая дивизия (командир – полковник И.А. Ласкин) в составе одного «родного» полка (514-го сп) и приданного ей 31-го сп (бывший полк 25-й сд);

– 345-я стрелковая дивизия.

В секторе сосредоточены остатки 8-й бригады морской пехоты и 40-й кавдивизии. Как указано в журнале боевых действий советской 345 сд: «Линию обороны сектора занимают 345-я сд (командир – полковник Н.О. Гузь) и 95-я сд. Для атаки на станцию Мекензиевы горы в секторе сосредоточены 161-й сп и 383-й сп»[27].

В состав 95-й сд были влиты два сводных батальона:

– батальон из состава инженерных частей Приморской армии;

– сводный батальон артиллерийских частей Приморской армии.

Береговая артиллерия, поддерживающая сектор, была почти полностью выведена из строя. Эпизодически могли вести огонь 30-я батарея (одним стволом), 2-я батарея (одним орудием) и 112-я батарея (одним орудием). Остатки 57-го и 397-го артполков были сведены в один полк, в котором в строю оставалось всего 6 орудий, орудия 953-го артполка и большая часть зенитной артиллерии сектора были полностью выведены из строя. В строю оставалось 4 орудия 725-й подвижной береговой батареи (МЛ-20).

«Официальные» резервы обороны в 4-м секторе были израсходованы, но оставались скрытые резервы. Разделение обороны на сектора с максимальными полномочиями комендантов секторов, оказалось решением неудачным. Так, к примеру, к концу штурма в 1-м секторе (протяженность которого всего 5 км) оставались нетронутыми все силы и резервы, но их переброска в другие сектора была начата только после 1 января 1942 года.

В резерве сектора, помимо остатков 8-й бригады и 40-й кавалерийской дивизии находился 81-й танковый батальон и ряд подразделений 345-й стрелковой дивизии. Из 1-го сектора продолжалась переброска относительно свежего 161-го стрелкового полка (командир – капитан И. Дацко), который во время декабрьского штурма почти не участвовал в боевых действиях, и 383-го полка 2-й стрелковой дивизии.

Противником частей 4-го сектора была 22-я пд[28]. Граница между 50-й и 22-й пд проходила «д. Калымтай[29] (стык обеспечивается 22-й пд) – нос в 1 км на ост-норд-ост от Бельбека (50 пд) – дорога-перекресток 2 км южнее восточной окраины Бельбек (50 пд) – полустанок Мекензиевы горы».

Противник, потеряв достаточно много личного состава в пехотных частях, тем не менее, сохранил почти всю свою технику и артиллерию. В составе 11-й армии числилось достаточно много «скрытых резервов» – вспомогательных частей. Организация 11-й армии противника на начало января была следующей[30]:

В прямом армейском подчинении находились:

1) Оперативная группа «Евпатория-Джанкой» в составе:

– отдельного 50-го пионерного батальона (корпусного, моторизованного);

– отдельного 70-го пионерного батальона (корпусного, моторизованного);

– отдельного 57-го румынского моторизованного артиллерийского дивизиона;

– 3-й роты отдельного армейского 610-го батальона ПВО (2-см автоматы, установленные на автомобилях)[31];

– строительных частей и частей снабжения;

В задачу опергруппы входила борьба с возможными десантами советских войск.

2) 6-я рота учебного полка особого назначения 800 «Бранденбург»[32];

3) 766-й береговой армейский артиллерийский полк, в который входили:

– 145-й береговой армейский дивизион (французские 155-мм орудия);

– остатки 147-го дивизиона береговой артиллерии (голландские 10,5-см орудия), по донесениям дивизиона в штаб армии, во время советской высадки в Феодосии и Керчи были потеряны 2 батареи дивизиона;

– 3-я батарея 148-го дивизиона береговой артиллерии (голландские 10,5-см орудия, остальные орудия потеряны в Керчи и Феодосии);

– 149-й береговой армейский дивизион (голландские 10.5-см орудия);

– 284-й береговой армейский дивизион (три батареи французских 15,5-см орудий Шнайдера);

– 772-й береговой армейский дивизион (французские 15.5-см орудия);

– 901-й береговой армейский дивизион (французские 15,5-см орудия);

– 903-й береговой армейский дивизион (французские 15,5-см орудия)

– 906-й береговой армейский дивизион (французские 15,5-см орудия).

Ожидалось прибытие 707-го, 774-го, 744-го, 285-го, и 287-го армейских береговых дивизионов.

4) Армейское пионерное управление (19-я и 14-я пионерные бригады, 903-я команда штурмовых лодок).

5) 105-й пехотный полк[33].

6) Части снабжения, Люфтваффе (в т. ч. ПВО), подразделения поддержания порядка.

7) Армии передана румынская 18-я пехотная дивизия, которая на тот момент еще находилась на марше в Крым.

Кроме того, в прямом армейском подчинении находилась 72-я пехотная дивизия, находившаяся на самом левом фланге Севастопольского фронта. В дивизии числились 401-й пехотный полк (бывший 170-й пд), 124-й пехотный полк, усиленный 266-й пехотный полк, в который был включен румынский 14-й горный пулеметный батальон, 172-й артиллерийский полк

(29 шт. 105-мм гаубиц, 11 шт. 15-см гаубиц). Дивизии были приданы корректировочный взвод 31-го батальона корректировки, 10-см пушечная батарея, 15-см гаубичная батарея (чешские гаубицы) и батарея 8,8-см зенитных орудий[34].

42-й корпус (Керченское направление)[35]

1) В корпусном подчинении:

– бронепоезд «Крым» (с 11 января 1942 г.);

– 114-я артиллерийская комендатура;

– 617-й пионерный полк (штаб);

– 597-й рабочий батальон;

– 442-й корпусной батальон связи.

2) Остатки 46-й пд в составе:

– трех ослабленных пехотных полков;

– 14-й роты (рота тяжелого вооружения) 186-го полка (73-й пд), оставшейся в Крыму после ухода дивизии;

– 4-го дивизиона 150-го артполка (15-см гаубицы, прибыл из 50-й пд);

– 1-го дивизиона 240-го артполка (10,5-см гаубицы, из 170-й пд).

Дивизии приданы:

– три новых штурмовых орудия, полученные на станции Джанкой экипажами 190-го дивизиона;

– две батареи 15-см гаубиц;

– дивизион 8,8-см зенитных пушек.

3) «Группа Хицфилд» (усиленный 213-й полк 73-й пд, оставшийся в Крыму), которой были приданы:

– 173-й противотанковый дивизион (73-й пд),

– 1-й дивизион 173-го артполка (2 батареи, 10,5-см гаубицы, также из 73-й пд);

– дивизион 818-го артполка (две батареи чешских гаубиц);

– четыре новых штурмовых орудия, полученные на станции Джанкой экипажами 197-го дивизиона;

– 3-я рота 610-го батальона ПВО, два 8,8-см орудия.

4). Мотополк Р. Корнэ с приданным ему 58-м румынским разведотрядом (из 1-й ГСБр).

30-й корпус (в начале января находился в стадии переброски под Феодосию)[36]

1) В корпусном подчинении:

– 110-я артиллерийская комендатура в составе части 31-го корректировочного батальона, 2-го дивизиона 2-го учебного артполка и 154-го артдивизиона;

– рота 560-го противотанкового дивизиона;

– 22-й батальон ПВО;

– две румынских батареи ПВО;

– дивизион реактивной артиллерии;

– инженерные части.

2) 170-я пд (без 401-го полка и 240-го противотанкового дивизиона);

3) 132-я пд (без противотанкового дивизиона).

Румынский горный корпус (Феодосийское направление)

– 4-я румынская горнострелковая бригада;

– 8-я румынская кавбригада;

– 3-й мотополк (рум.);

– 46-й штурмовой пионерный батальон;

– часть 902-й команды штурмовых лодок.

54-й армейский корпус (Севастополь)[37]

1) 138-я артиллерийская комендатура и 20-я артиллерийская комендатуры, в подчинении которых находились:

– 556-й корректировочный батальон;

– 29-й корректировочный батальон;

– 787-й тяжелый артполк особого назначения;

– 49-й тяжелый артполк особого назначения.

2) 22-я пехотная дивизия;

3) 50-я пехотная дивизия;

4) 24-я пехотная дивизия;

5) 1-я румынская горнострелковая бригада.

Помимо этого, корпусу подчинялись: остатки 197-го и 190-го дивизионов штурмовых орудий, дивизион реактивной артиллерии, 744-й (корпусной) пионерный батальон, части Люфтваффе (в т. ч. ПВО)[38].

Иллюстрация 003 Схема немецкой береговой обороны и границы ответственности на 1 января 1942 г.

Правда, следует обратить внимание, на то, что Э. фон Манштейн, в этот период, очень динамично маневрировал частями, и состав корпусов постоянно менялся. Так, к примеру, 5–7 января, большая часть 132-й дивизии ушла под Феодосию, а после разгрома Феодосийской группировки, некоторые пехотные полки 132-й, опять, оказываются уже под Севастополем, в подчинении у 22-й пд, затем вновь отправляются под Феодосию.

Приказ по немецкому 54-му армейскому корпусу № 1 от 1.01.42 г. оговаривал, помимо новой расстановки частей, подчинение корпусу 1-й румынской горнострелковой бригады с ее участком обороны.

72-я пехотная дивизия по приказу армии, организовывала особую боевую группу, имеющую двойные задачи: оборону участка фронта от Чоргуня (искл.) до Балаклавы и охрану побережья до Ялты включительно (т. н. «группы Шрёдера»).

Расстановка частей группы Шрёдера была следующей:

– высота 386,6 – рота 266-го полка с двумя трофейными 45-мм противотанковыми пушками;

– урочище Ласпи (командир обер-лейтенант Флейнерт) – рота тяжелого вооружения 124-го пехотного полка, в составе одной легкой полевой гаубицы (7,5-см), двух легких полевых пушек (7,5-см), 6 противотанковых пушек (3,7 см), 5 ручных пулеметов;

– участок Форос – Мелас – Мухалатка прикрывала группа Мартенса (72-й противотанковый дивизион) в составе:

сектор «Форос Запад» 1-я рота (одна русская 45-мм пушка, три 37-мм противотанковых пушки, 4 ручных пулемета);

сектор «Форос Восток» – 3-я рота (1 шт. 50-мм противотанковая пушка, 4 37-мм ПТП, 3 ручных пулемета);

сектор «Меласс» – (рота 72-го пионерного батальона, строительный взвод 61-го строительного батальона). Группа пополнения 200 человек;

сектор «Мухалатка» – (1 противотанковая пушка, два пулемета);

– участок Симеиз (2 пулемета, ветлазарет, санитарные части, пионерная рота, группа пополнения 200 человек);

– участок Алупка (гауптман Гаук) – строительные и дорожные части (8 пулеметов, одна легкая полевая гаубица (7,5-см), резерв для других участков: взвод тяжелого вооружения 401-го полка (170-й пд) – 2 противотанковых пушки, 6 пулеметов;

– участок Ливадия – обоз 172-й пд, около 170 человек, 1 противотанковая пушка, 6 пулеметов.

– участок Ялта, группа подполковника Шрёдера, 741-й пионерный батальон, тылы 72-й пд, два противотанковых орудия (3,7 см), три легких полевых пушки (7,5-см), батарея (4 Flakk 8,8 см) 14-го батальона ПВО, два зенитных автомата калибром 2-см 601-го батальона ПВО, одна 45-мм стационарная пушка (трофейная, бывшей советской береговой батареи № 17).

Помимо частей 72-й пд, в готовности к отражению десанта находились: 399 пп (170-й пд, без 3-го батальона), рассыпанный по побережью, рота 240-го противотанкового дивизиона (170-й пд), часть подразделений 401-го пп.

В противопартизанских мероприятиях задействованы:

– Алсу, подразделения 401-го полка, (170-й пд) – семь ручных пулеметов, два 3,7-см противотанковых орудия, шесть легких 105-мм полевых гаубиц (LeFH18);

– Варнутка, подразделения 266-го пп (72-я пд) – 10 ручных пулеметов, три станковых, один легкий миномет, 3 шт. 3, 7-см ПТП;

– Кучук-Мускомья – подразделения 124-й пп (72-я пд): шесть ручных пулеметов, один станковый, два легких миномета.

– Байдары, подразделения 172-го артполка – четырнадцать ручных пулеметов, два трофейных пулемета, один взвод ПВО, три противотанковых пушки.

– Биюк-Мускомья пятнадцать ручных пулеметов обеспечивает 3-й дивизион 172-го артполка.

– Сахтик, обеспечивает 72-й пионерный батальон, шесть ручных пулеметов[39].

Вторую часть побережья, от Качи до Евпатории, оборонял 54-й АК. По приказу корпуса, ответственность за береговую оборону до Евпатории (искл.) несла 22-я пехотная дивизия, с подчиненным ей 560-м противотанковым дивизионом (без одной роты)[40].

Из приказа по 54-му корпусу: «22-й пд удерживать старые позиции, выделив силы на охрану побережья, в районе Любимовки и Качи. 560-й противотанковый дивизион оттягивается для охраны побережья за устьем р. Качи.

Готовность дивизий к 18.часам 2.01.42 г. Использовать для усиления береговой обороны пригодные для этого, захваченные русские пушки с использованием захваченного боезапаса. Наладить надежную связь и организовать своевременное донесение сведений, особенно для использования артиллерийского огня. В резерве иметь 24-й противотанковый дивизион.

6-ю роту учебного полка 800 «Бранденбург», ранее распределенную повзводно, собрать и иметь в боеготовности на случай непредвиденных действий.

Частям 560-го противотанкового дивизиона подчинить береговые батареи: 2-ю батарею 145-го дивизиона и 3-ю батарею 148-го дивизиона, для отражения возможных высадок противника во взаимодействии с комендатурой порта Евпатория. Для противодействия высадкам противника, иметь в готовности велосипедный эскадрон 50-й пд и 173-й пионерный батальон, которые должны выдвинуться в случае получения донесений о высадке».

2-я батарея 145-го дивизиона (дальнобойные 10,5-см шведские пушки, захваченные немцами в Нидерландах) ранее базировалась в Евпатории, но в начале января 1942 г. была перетянута в район Качи. 3-я батарея 148-го берегового дивизиона (10,5-см пушки) находилась в том же районе. Кроме того, 148-му дивизиону были подчинены три трофейные стационарных 102-мм пушки (бывшая советская 54-я береговая батарея) в районе Николаевки. 1-я батарея 148-го берегового дивизиона находилась в Евпатории[41].

Под Севастополем немцы перешли к обороне, удерживая кольцо вокруг города силами 54-го корпуса и 72-й пд.

ПРИЛОЖЕНИЕ 1

ДАННЫЕ ПО РАСПОЛОЖЕНИЮ ВОЙСК К 1.01.42 Г.

Из оперативной сводки 388-й сд за 28.12.41 г.[42]:

«Части дивизии занимают следующее положение:

778-й сп и миндивизион переданы в распоряжение 172-й сд… 782 сп занял оборонительный район сев(еверные) скаты выст., что южнее северная бухта (не совсем понятно, но, так в оригинале) Остальные части дивизии без изменений. Потери уточняются. Связь с Армией работала с большими перебоями».

29.12.41 г. «Части дивизии занимают положение. Два батальона 782 сп заняли оборону /см схему/ (схема в документе отсутствует). Батальон 778 сп с миндивизионом переданы в распоряжение 172-й сд. Остальные части дивизии в прежнем положении. Потери 2/953 АП: выведено из строя шесть 76-мм, и одно 122-мм орудие. Орудия отправлены в ремонт. Связь в течении ночи с Армией работала бесперебойно».

Выдержка из журнала боевых действий 388-й дивизии[43]:

«29.12.41 г. 782-й сп (получил приказ) занять рубеж 0,5 км западнее х. Рыбакова, восточные отроги Федюкины горы (так в оригинале). Полк не сменил обороняющиеся части ввиду недоговоренности штаба 1-го сектора. Полк в ночь на 30.12.41 г. вновь получил приказ занять указанные рубежи.

671-й О(тдельный) С(аперный) Б(атальон) выведен в район зап(адной) окр(аины) Балаклава»[44].

Выдержки из журнала боевых действий 388-й сд[45]:

«30.12.41 г. 782-й полк занял оборону:

3 С(трелковым) Б(атальоном) по вос(очным) скатам 70,4, выс. 48.8, 54.2 (высоты на территории современного Балаклавского рудоуправления) 671-й ОСБ резерв д. Карань. 778сп и 773-й сп продолжают оставаться в распоряжении 1-й 172-й сд, второй 95-й сд».

В ходе боев 31.12.41 г. удалось отбить бывшие огневые позиции 5-й батареи, и вывезти орудия в ремонт. 1.01.42 г. на бывшей огневой позиции был похоронен личный состав 5-й батареи, погибший 23.12.41 г.

«1.01.42 г. Части дивизии занимают прежнее положение. Один батальон 778-го сп передан в распоряжение 3-го сектора, и выведен на позиции в 1 км западнее отм. 137.5…

2.01.42 г. … 773-й сп из района Сухарной балки переведен в район х. Николаевка…»

БОЕВОЙ ПРИКАЗ № 04 ШТАДИВ 345

БАЛКА ГРАФСКАЯ 4:30 29.12.41 Карта 21:000[46]

Противник мелкими группами вклинился в полосу обороны на линии сев. ст. Мекензиевы горы выс. 42.7.

Части 1163 сп, 1165 сп благодаря потери руководства своими подразделениями, и неумению управлять войсками, отсутствием взаимодействия и потери связи с соседями в беспорядке отошли на рубеж ст. Мекензиевы горы. Правее восстанавливает положение и удерживает свой рубеж 79 бригада с 3/1167 сп граница с ней – шоссейная дорога. Граница слева – выс. 60 лощина, что вост. отметки 42,7» овраг западнее тс. 49, 0.

345 сд к утру 29.12., приведя части в порядок и контрнаступлением, очищает район ст. Мекензиевы горы от просачивания противника, овладевает рубежем до третьей линии обороны (рубеж противотанкового рва), не отступая ни на один метр.

1163 сп, к утру привести подразделения в порядок, очистить район от просачивания пр-ка и контрнаступлением овладеть рубежем по третьей линии обороны /рубеж противотанкового рва/

АП 1163 сп – 1/905 АП. граница слева – о фаг юго-запад, кордон Мекензи № 1 /иск/, выемка сев. вост. 700 мт ст. Мекензиевы горы.

1165 сп к утру, приведя подразделения в порядок, контр наступлением овладеть южными сил она ш выс. 38, в дальнейшем наступать в направлении вост. скаты выс. 49, 0. Граница слева-будка вост. отметки 60 /иск./ поселок зап. ст. Мекензиевы горы безым. выс. юго-зап. отмвтки 38 выс. 49, 0 АП 1165 сп – 2/905 АП.

116 7 вп /без/ 3/1167 сп с ротой танков занять исходное положение ст. Мекензиевы горы в 6:00 29.12 контратакой в направлении зап. склоны отм. 38, овладеть рубежом третьей линии обороны, проходящей по южн. склонам выс. 38. Граница слева – выс. 60, лопщина, что вост. отм. 42,7, овраг зап. выс. 49, 0. АП 1167сп – 397 АП

Артиллерия. Задачи:

а/ подавить огневые точки и ПТО на выс. 64, 4, 57,8 безым. высотах, что сев. вост. выс. 49, 0, отм. 38.

б/ Воспретить огневое фланкирование о выс. 59, 7, безым. высоты сев. выс. 59, 7 и безым. высот зап. выс. 49, 0.

в/ Недопустить контратак противника с направления выс. 64, 4, Бельбек и вдоль дорог.

г/ Недопустить подхода резервов.

Мой резерв – 1/ 1163 сп сосредоточить южнее кордон Мекензи № 1.

Предупреждаю всех командиров – от взводного до командиров полков, что за отступление виновные будут преданы суду, пресечь всякие элементы паники, беглецов, трусов расстреливать на месте. Надо внедрить в сознание каждого, что отступать некуда, отступать не можем и нужно в течение ближайших суток удерживать рубеж.

ДОП – Сухарная балка. ДПМ – в поселке балка Графская.

КП – балка Графская – Штольня.

Донесения присылать по окончанию приведения частей в порядок, занятие третьей линии обороны, в дальнейшем через каждый час.

БОЕВОЙ ПРИКАЗ № 06 ШТАДИВ 345 БАЛКА

ГРАФСКАЯ – ШТОЛЬНЯ 1.1.42 г. 1.20. Карта 21.000[47]

1. Противник, перегруппировавший свои силы перед фронтом дивизии, сосредоточил ударную группу в направлении ст. Мекензиевы горы. В течение 31.12.41 трижды пытался атаковать передний край и вклинится в боевые порядки.

2. Правее действует 79 особая стрелковая бригада, граница с ней/иск./ Воловья балка и далее на север шоссе/иск./ бал. Графская/иск./ прав. 500 м. севернее кордон Мекензи № 1, / иск./ «Б* 800 м. зап. 64, 4 и далее на север и северо-восток по железной дороге.

3. Левее действует 95 сд. граница с ней/иск/ 46,4, отм. 60, выс. 49, 0. 345 сд, подавив огневые средства противника, овладевает безым. выс. 400 м. вост. ст. Мекензиевы горы, отдельные дворы 400 м. зап. ст. Мекензиевы горы, в дальнейшем имея задачи выход на рубеж; отроги безым. выс. 800 м зап. выс. 64, 4, сев. склоны выс. 38, что 1 км. сев. ст. Мекензиевы горы.

4. 1163 сп овладеть безым. выс. что вост. 400 м. ст. Мекензиевы горы, в дальнейшем наступать в направлении безым. выс. 800 м. зап. выс. 64, 4. Граница слева/иск./ «В* 400 м. вост. отметки 60, развилка дороги сев. вост. 400 м ст. Мекензиевы горы, безым. выс. 400 м вост. выс. 64, 4. ПП 1163 сп – 1/905 ап.

5. 1167 сп овладеть ст. Мекензиевы горы, в дальнейшем 1 наступать в направлении зап. скатов безым. выс. западнее 800 м. выс. 64, 4. ПП 1167 сп – 397АП.

6. 1165 сп во втором эшелоне наступать за 1167 сп в общем направлении вдоль жел. дороги. ПП 1165 сп – 2/905 ап, до ввода в бой 1165 ап усиливает группу пп 1167.

7. Артиллерия задача:

а/ подавить огневые точки и ПТО на сев скатах безым. выс. что восточнее 400 м ст. Мекензиевы горы, выс. 38.

б/ воспретить огневое фланкирование с безым. выс., что юго-западнее 400 м. выс, 64,4, выс. 38.

в/ не допустить контратак противника направления выс. 64, 4 и вдоль жел. дороги.

г/ не допустить подхода резервов.

8. Бронепоезду быть в готовности к совместным действиям с 1167 сп. Мой резерв 1/81 ОТБ сосредоточится в кустах полтора км юго-зап. Кордон Мекензи № 1.

10. ДОП Сухарная балка. ДПМ – в поселке балка Графская

11. КП балка Графская – Штольня.

Донесения присылать по наполнению ближайшей задачи, в дальнейшем через каждый час..

КОМАНДИР дивизии подполковник Н.О. Гузь

Командный состав ПВО по состоянию на январь 1942 г.

1) Управление ПВО Приморской армии (по состоянию на 1.01.42 г.).

командующий: полковник Тарасов Николай Константинович[48];

военком: полковой комиссар Шпарберг Самуил Львович.

2) 61-й Зенитный артиллерийский полк (придан в оперативное подчинение из ЧФ)

командир: подполковник Горский Владимир Петрович[49], командир 61-го зап;

начальник штаба: майор И.К. Семенов, военком: ст. политрук Зайцев Георгий Степанович.

1-й дивизион 61-го ЗенАП:

командир капитан Тумилович Сергей Всеволодович[50], военком политрук Лебедев Андрей Титович[51];

– 78-я батарея (полевая почта 1003 п/я 320), командир батареи ст. л-т Зернов (погиб 10 декабря 1941 г.), затем ст. л-т Венгеровский Марк Абрамович[52], военком политрук Тарасов Леонид Иванович[53].

– 79-я батарея:

командир ст. лейтенант Алюшин Григорий Ефимович[54], пропал без вести 2–3.07.1942, военком политрук Пащенко Лаврентий Иванович;

– 80-я батарея ст. л-т Пьянзин Иван С. [55], военком политрук Лубянцев Николай Васильевич:

2-й дивизион 61-го ЗенАП:

командир капитан Хижняк Михаил Антонович[56], военком ст. политрук Шофлер Гавриил Зейликович[57]

– 75-я батарея, командир ст. л-т Фастовец, военком политрук Давиденко Федот Евсеевич;

– 229-я батарея, командир ст. л-т Старцев Николай Иванович, военком мл. политрук Гриднев Константин Дмитриевич

– 81-я батарея (она же 370-я), командир лейтенант Калугин Николай Степанович[58], военком политрук Переверзев Ларион Иванович;

3-й дивизион 61-го ЗенАП:

командир капитан Ребедайло Дмитрий Максимович[59], военком политрук Сахаров Федор Игнатьевич;

– 54-я батарея, командир ст. л-т Игнатович Евгений Андреевич (остался жив), военком мл. политрук Корбут Николай Кузьмич;

– 926-я батарея, командир ст. л-т Белый Анатолий Сидорович[60], военком мл. политрук Бороухин Петр Васильевич;

– 927-я батарея командир ст. лейтенант Корзун Гавриил Васильевич (остался жив), военком мл. политрук Ворожун Николай Яковлевич[61];

92-й дивизион 61-го ЗенАП:

командир ст. лейтенант Бондаренко Федор Михайлович[62], пропал без вести 2–3.07.1942, военком ст. политрук Янковский Григорий Иванович;

– 227-я батарея ст. лейтенант Григоров[63], военком ст. политрук Ефименко Михаил Семенович;

– 364-я батарея, и.о. командира ст. л-т Анохин Павел Захарович[64], военком мл. политрук Колтышев Михаил Иванович;

– 928-я батарея командир (нет данных), военком мл. политрук Вальков Александр Иванович;

Пульбат 61-го ЗенАП (3 роты): командир (нет данных) военком политрук Орлов Михаил Алексеевич;

хим. команда военком политрук Трахтенберг Самуил Моисеевич;

рота связи военком мл. политрук Купцынов Василий Евграфович;

хоз. рота военком политрук Шнейдер Залман Исаакович;

3) 2-й зенитный артиллерийский полк (впоследствии 880-й ЗенАП).

командир полка подполковник В.Ф. Кухаренко, нач. штаба майор М.Г. Матвеев, военком полка батальонный комиссар Алешин Сергей Михайлович;

50-й (55-й) дивизион (придан из ПВО ЧФ):

командир дивизиона капитан Буряченко Федор Павлович[65], военком ст. политрук Курико Дмитрий Прокофиевич;

– 501-я (551-я) батарея командир ст. л-т Беликов Константин Михайлович[66], военком ст. политрук Баданов Михаил Васильевич;

– 502-я (552-я) батарея командир: старший лейтенант Шишляев Арсений Никандрович[67], военком ст. политрук Ульянов Константин Васильевич;

– 503-я (553-я) батарея командир: ст. л-т Воловик Георгий Антонович[68], военком мл. политрук Нечипоренко Георгий Иванович;

– 360-я (459-я) батарея, командир ст. л-т Рейзин Яков Абрамович[69], военком политрук Поляничко Михаил Леонтьевич;

– 357-я батарея, командир ст. л-т Ловцов (ранен 26.12.41 г.), л-т Овагимян Авак Саахович[70], затем ст. л-т Зозуля, военком политрук Луцанов Василий Иосифович.

114-й дивизион (ЧФ):

майор Андрианов Григорий Иванович[71], командир 114 зад, 61 зап. военком ст. политрук Баракин Василий Егорович;

– 219-я батарея, ст. л-т Лимонов Александр Михайлович[72], военком ст. политрук Кутузов Василий Георгиевич;

– 365-я батарея, ст. л-т Воробьев, военком мл. политрук Донюшкин Алексей Ильич;

– 366-я батарея, ст. л-т Самойлов Сергей Ефимович[73], военком мл. политрук Кустачев Александр Иванович.

19-й дивизион (ПА):

военком ст. политрук Сорокин Иван Васильевич;

– 1-я батарея военком политрук Скейрис Павел Францевич;

– 2-я батарея военком политрук Грищенко Иван Захарович;

– 3-я батарея командир ст. л-т Будишевский Алексей Наумович, военком политрук Моксаков Александр Кузьмич.

3-й дивизион (ПА):

военком ст. политрук Иванов Арсений Иванович;

– 1-я батарея, командир л-т Новиков, военком политрук Мазур Павел Иванович;

– 2-я батарея, военком политрук Борисов Клим Фатеевич;

– 3-я батарея, ст. л-т Шаповалов, военком политрук Зелечихис Герш Соломонович;

677-й дивизион (придан из 388-й сд):

военком ст. политрук Божко Сергей Васильевич;

175-й дивизион (придан из 90-й сд):

военком ст. политрук Волосатов Иван Лукьянович;

– хозрота, политрук Чарник Владимир Иванович;

32-я отдельная рота ВНОС УПВО Приморской армии; отдельная прожекторная рота УПВО Приморской армии.

НЕМЕЦКИЕ ДОКУМЕНТЫ

Приказ по 54-му корпусу № 106 от 28.12.41 г. 20:30. (фрагмент)[74]

1) Фронт обороны противника, несмотря на жесткое сопротивление, прорван 22-й и 132-й дивизиями в нескольких местах. Перед 50-й пд противник так же отступает. 24-я пд захватила в тяжелых боях в лесной местности несколько бункеров. Удар поддерживается авиацией.

В обед 28.12 ситуация была следующей.

22-я пд на южных склонах севернее и северо-восточнее Любимовки. С востока она вышла к противотанковому рву южнее Бельбека. Атака левым флангом достигла Казарменного расположения в 500 м юго-западнее станции Мекензиевы горы.

132-я пд захватила станцию Мекензиевы горы. В центре дивизия достигла лесничества в 1500 м юго-восточнее станции Мекензиевы, горы левый фланг, оттуда на юго-восток вдоль проселочной дороги.

50-я пд правым флангом отслеживает 132-ю пд центром и левым флангом до Камышловской балки. Передовая линия

24-й пд без изменений. Лесная местность очищена от противника.

2) Задача 54-му корпусу без изменений. Взломать оборону противника и достигнуть берега Северной бухты, рассекая противника, захватывая устье р. Черная, нарушая сообщение противника, рассекая его. Время нанесения удара левым флангом 22-й пд и правым флангом 132-й 8.10. после артподготовки. Весь остальной фронт как можно раньше.

3) Задачи дивизиям

а) 22-я дивизия задача прежняя. При разумном ослаблении на других участках усилить левый фланг. 22-й пд будут подчинены сосредоточенные в Мамашае 6-я рота учебного полка особого назначения «Бранденбург» и 1 рота 24-го противотанкового дивизиона.

в) 132-я пд наносит сокрушительный удар в общем направлении к северному берегу Северной бухты с прежней задачей.

с) 50-я пд наносит удар с главной задачей выйти к устью реки Черная

д) 24-я пд удерживает занятую линию. 1 полк (без одного батальона) поддерживает удар корпуса восточнее юго-восточных скатов Камышловской балки (дрога на Камышлы)

е) румынский мотополк выводится из состава корпуса. Его место занимает 56-й противотанковый дивизион…

5) АрКо 20 придается 22-й пд и частично 132-й и правому флангу 50-й пд… 50-й пд придается 818-й дивизион без одной батареи и одна батарея 54-го артполка…

б) 46-й пионерный батальон убывает из состава корпуса. 50-ю пд поддерживает 173-й пионерный батальон (без велосипедной роты) 1-я рота батальона подчинена 24-й пд…»

Приказ № 107 по 54-му корпусу.

от 29.12.41 г. 20:00

(карта 1:100 000) (фрагмент)[75]

1) Противник попытался в течение дня значительными силами, при поддержке танков, тяжелой береговой и корабельной артиллерии остановить продвижение корпуса. Контрудары противника остановлены, некоторые из них отражены. Потерянные территории контрударом возвращены. Противник ведет упорную борьбу.

К обеду 29.12.41 г. обстановка была следующей: 22-я пд правым флангом севернее Бельбека (без изменений). Центр позиции продвинулся на несколько сотен метров и отражает сильный вражеский удар. Левый фланг вышел к району танковых мастерских 1200 м юго-западнее станции Мекензиевы горы. 132-я пд штурмует правым флангом эти танковые мастерские, центр и правый фланг дивизии отражают сильный удар противника. 50-я пд на достигнутой линии отражает сильный удар противника. Дивизия отбросила противника.

24-я пд продвинулась правым флангом до восточный границ Камышловского оврага, в остальном фронт без изменений.

2) задачи корпусу – без изменений… Начало наступления 22-й и 132-й пд 6:00, остальным, как можно раньше.

3) Задачи дивизиям:

а) 22-я пд наносит удар с прежней задачей выйти вдоль разделительной линии к бухте.

в) 132-я пд решает сегодняшние задачи с главной задачей продолжать удар правым флангом, выйдя на гребень высот 2,5 км юго-восточнее Бартеньевки.

с) 50-я пд отслеживает продвижение 132-й пд, нанося удар правым флангом в прежнем направлении, прикрывая фланг атакующей дивизии.

д) 24-я пд удерживает достигнутую линию, пресекая попытки формировать Камышловскую балку в глубине фланга 50-й пд. Ведет активную работу ударных групп, связывая возможно большее количество войск противника.

е) Корпусной резерв – 1 полк 24-й пд без одного батальона. Сосредоточен восточнее Камышлы. Позади центра и левого фланга 50-й пд…

Глава 1
Январь 1942 г.

01.01.1942 г.

(Сильный мороз, ясная зимняя погода)

В новогоднюю ночь шесть ДБ-3Ф (2-го мтап) и все, находившиеся в строю самолеты МБР-2 севастопольской авиагруппы (24 единицы) бомбили войска противника. Днем противника атаковали 7 Ил-2 (из 18-го шап) и 5 Пе-2 (40-го бап). Результаты неизвестны. При этом пропал без вести Пе-2 капитана Переверзева из 40-го бап[76].

В этот день была официально введена в строй 1-я башня 35-й батареи, находившаяся в ремонте с 27 ноября 1941 года. Ремонт башни был завершен 27.12.41 г., но акт был подписан 1.01.42 г. Вторая башня батареи еще 17 декабря была разрушена взрывом, из-за чего 35-я батарея при отражении второго штурма вынужденно бездействовала.

При пробном отстреле стволов вновь вводимой в строй башни выявился дефект: внутренняя труба ствола «выехала» на 12-мм, из-за чего, стрельбу этим стволом признали опасной. Башня могла вести огонь всего одним орудием.

К 5 утра в Севастополь прибыли крейсер «Молотов», лидер «Ташкент», транспорты «Абхазия» и «Белосток». На крейсере «Молотов» ранее планировали доставить 3-й дивизион гвардейских минометов, но в последний момент дивизион перегрузили на транспорт «Чапаев», а крейсер доставил московскую группу специалистов по инженерному оборудованию обороны.

Московская группа оперативных инженерных заграждений под руководством начальника штаба инженерных войск РККА, генерал-майора И.П. Галицкого доставила 20 тыс. противотанковых и 25 тыс. противопехотных мин, 200 т взрывчатки, 500 пакетов малозаметных препятствий (МЗП), шанцевый инструмент. В составе группы было 50 курсантов выпускного курса Московского военно-инженерного училища и 10 слушателей курсов усовершенствования командного состава инженерных войск. Штаб группы возглавил начальник кафедры военно-инженерного дела Военной академии им. М.В. Фрунзе полковник Е.В. Леошеня[77].

Лидер «Ташкент» доставил боезапас, а транспорты «Абхазия» и «Белосток» – часть подразделений 386-й стрелковой дивизии и маршевые роты. П.А. Моргунов, описывая события 1.01.42 г. указывает: «Прибыл 772-й стрелковый полк 386-й дивизии, которая теперь была полностью переброшена в Севастополь»[78].

Это ошибочная информация. В соотвествии с журналом боевых действий 386-ой дивизии, она перебрасывалась в Севастополь несколькими частями с декабря по март 1942 г. График прибытия был следующим:

31.12.41 г. прибыли два батальона 769-го полка;

01.01.42 г. прибыл 772-й сп;

04.01.42 г. прибыл 3-й батальон 775-го полка;

12.01.42 г. прибыл 1-й батальон 775-го полка;

15.01.42 г. прибыл 2-й батальон 775-го полка.

Только к концу января в Севастополь прибыли:

– 840-й батальон связи;

– 670-й саперный батальон;

– 474-й медсанбат.

Не прибыли 952-й артполк, 676-й зенитный дивизион (потоплен вместе с транспортом «Чапаев», доставлявшим его в Севастополь), разведрота, ветлазарет, ряд более мелких подразделений, конский состав дивизии, автотранспорт[79]. В дивизии, по состоянию на 16.01.42 г. числится 10799 человек (819 человек начсостава, 691 человек младшего комсостава, 9289 человек рядового состава)[80].

Ночью вице-адмирал Ф.С. Октябрьский получил директиву командующего Кавказским фронтом за № 02/ОП от 01.01.42. в которой от него требовалось перейти в наступление, с высадкой тактических десантов в Алуште (при невозможности – в Ялте) и в Евпатории. Планировалось наступление войск СОР на Симферополь, а затем и освобождение всего Крыма. Для содействия продвижению войск, в дальнейшем, планировалась высадка еще одного тактического десанта в районе деревни Сары Булат (совр. Портовое, за Бакальской косой).

Формально, командующий ЧФ и СОР командованию фронта на тот момент не подчинялся, т. к. Севастопольский оборонительный район в начале января еще замыкался напрямую на Ставку. Но, как командующий ЧФ и СОР он должен был реализовать собственный замысел, который он изложил Ставке перед началом Керченско-Феодосийской операции, еще в начале декабря 1941 года. Однако, вице-адмирал Ф.С. Октябрьский этот замысел не спешил реализовывать, находя для этого множество оправданий.

Кроме того, в связи с тем, что операция не готовилась и не планировалась, части СОР оказались неготовы к десантным операциям. Сама система деления на сектора обороны, возможно, была в чем-то неплоха, но не позволила оперативно собрать ударную группировку. У каждого из комендантов было свое видение обстановки, и расставаться с резервами никто из них не спешил.

Командующим Приморской армией генерал-майором И.Е. Петровым было принято решение сформировать «ударную группу полковника Ласкина» из состава 172-й сд, сменяемой частями 386-й сд и перебрасываемой в 4-й сектор обороны.

Из воспоминаний И.А. Ласкина: «…командарм Петров сразу же после нашего доклада об успешно проведенном войсками второго сектора наступлении на ялтинском направлении приказал мне и Солонцову немедленно явиться к нему на командный пункт. И вот мы у него. Иван Ефимович был суров и даже сердит. Он нас как будто не замечал. Делая какие-то пометки на картах штабных офицеров, он требовал, чтобы они немедленно выехали в части и добились выполнения его указаний. И говорил с ними необычно короткими фразами – в два-три слова. Подошла наша очередь. Петров сказал:

– Сейчас нельзя управлять своими полками из блиндажа. Надо все поле сектора видеть своими глазами, принимать немедленные решения по ходу боя и проводить их решительно и твердо. Если бы противнику удалось вчера и сегодня продвинуться еще хотя бы на пару километров, он мог бы оказаться у бухты Северной. И тогда нам отсюда его не выгнать, фронт обороны был бы рассечен, Севастополь оказался бы под прямым артиллерийским огнем, а войска других секторов – под ударами врага с тыла. Сейчас видно, что немцы выдохлись, израсходовали резервы и пока сильных ударов наносить не смогут. Но обстановка в четвертом секторе продолжает оставаться сложной. Упорное удержание противником района севернее полустанка Мекензиевы горы может быть в любой момент использовано им для нового наступления с целью выхода к бухте Северной. Немцам нельзя давать времени для укрепления рубежей в этом опасном для нас районе. Надо теперь же разгромить там немецкую группировку, овладеть высотами у полустанка и южнее селения Бельбек и этим серьезно упрочить всю оборону. Но прибывшая из Закавказья триста восемьдесят шестая стрелковая еще ни разу не была в боях и может оказаться неподготовленной для решения боевой задачи в такой сложной обстановке. На участке вашего сектора все атаки немцев отражены. Войска вновь вышли на прежние свои рубежи, и оборона там прочно стабилизировалась. К тому же есть данные, что отдельные части противника с вашего участка перенаправляются на север. Значит, крупного наступления на ялтинском направлении немцы проводить не смогут.

Я начинал понимать, куда клонит Иван Ефимович. И не обманулся.

– Поэтому, – продолжал командарм, – принято решение сто семьдесят вторую дивизию в обороне на ялтинском направлении заменить прибывшей, а ваши части, хотя и утомленные, но закаленные и испытанные в боях, направить на северный участок, чтобы провести наступление в направлении Мекензиевы горы, Бельбек. Вам придается тридцать первый стрелковый полк из Чапаевской, – добавил генерал Петров. – Надо в предстоящие две-три ночи сдать участки обороны частям триста восемьдесят шестой и вывести весь состав вашей дивизии в район Инкерманской долины. Письменный приказ на наступление получите. Все. Есть вопросы?

– Вопросов нет, товарищ командующий, – сказал я. – Но есть две просьбы: вернуть нам штатный триста восемьдесят третий стрелковый полк и поддержать наступление дивизии сильным огнем артиллерии.

– Полк я вам не передам, – жестко произнес Петров, – он больше нужен Новикову. А вот огнем поддержим. На вас будет работать вся армейская и часть береговой артиллерии. Кроме того, в ваше распоряжение поступает артиллерийский полк триста восемьдесят восьмой дивизии…»[81].

При этом, произошла странная «рокировка» командования. С объективной точки зрения, И.А. Ласкин, являвшийся комендантом 2-го сектора, снимался с должности коменданта и с двумя стрелковыми полками (31-м и 514-м сп) перебрасывался в 4 сектор.

И.А. Ласкин попадал в подчинение подполковника А.Г. Капитохина, который до этого был у И.А. Ласкина командиром полка, а кроме того, был младше его по званию. Вероятнее всего, кадровые перестановки были вызваны скрытым конфликтом И.Е. Петрова и И.А. Ласкина, отголоски которого прослеживаются во многих документах Приморской армии, начиная с боев в Северном Крыму в октябре 1941 года.

Упоминаемый в тексте «артиллерийский полк 388-й» сд (953 АП) состоял всего из одной батареи 1-го дивизиона (остальные две батареи дивизиона были выведены из строя), второй дивизион (командир к-н М.К. Норенко) был выведен из строя полностью, все его орудия нуждались в заводском ремонте, и вести огонь не могли[82].

1-й сектор

Как указывает бывший комендант береговой обороны Севастополя П.А. Моргунов: «1 января части вели бои за улучшение позиций и возвращение отдельных участков обороны, оставленных ранее. Противник оказывал упорное и сильное сопротивление. В 1 секторе батальон полка НКВД и 3-й батальон 1330-го стрелкового полка атаковали с целью овладения выс. 212, 1, но встреченные сильным минометно-артиллерийским огнем были вынуждены отойти к концу дня на исходный рубеж»[83].

Повторяет эту информацию и Г.И. Ванеев, но с ошибками: «В первом секторе батальон (командир майор И.В. Кекало) полка НКВД и батальон (командир старший лейтенант Г.М. Говорунов) 1330-го стрелкового полка при поддержке огня 51-го артиллерийского полка и минометных подразделений атаковали высоту 212,1[84] с целью овладения ею. Противник открыл по атакующим сильный артиллерийско-минометный огонь. Это вынудило войска сектора к концу дня отойти на исходные рубежи»[85].

Сводный стрелковый полк НКВД под командованием Г.А. Рубцова, действительно, 1.01.1941 г. начал свой первый бой с противником. Но, Г.И. Ванеев неверно указывает атакующие части. По данным журнала боевых действий 2-й стрелковой дивизии, наступали две роты: 5-я (командир капитан С. Блох) и 6-я (командир ст. л-т И. Черванев) из 2-го батальона капитана Ружникова. Чуть позже подключилась 4-я рота ст. л-та М. Крайнова[86] (тоже из второго батальона). Первый батальон активных действий не вел, т. к. занимал позиции, наступление с которых было почти невозможно, из-за крутизны скатов высоты 212.1. Взвод 1-й роты являлся резервом 2-го батальона, но, по оперсводкам полка, активных боевых действий не вел. Чуть позже, уже после провала этого наступления, с севера и северо-запада начал атаку батальон 1330-го стрелкового полка.

К сожалению, из-за плохой подготовки операции штабом 2-й стрелковой дивизии и 1330-й и сводный полк НКВД понесли тяжелейшие потери.

Из журнала боевых действий 2-й сд: «1-го января 1942 года – выполняя боевой приказ штаба дивизии, 2 роты 2 стр. батальона[87] и один взвод 1-й роты 1-го стрелкового батальона полка НКВД, после артиллерийско-минометной подготовки по высоте 212,1 пошли в наступление с задачей овладеть высотой 212,1, и хутором, что юго-восточнее 200 мтр. выс 212,1 и закрепиться.

В 10.20 1-го января 1942 года, начав штурм указанной высоты роты вышли на линию 100 мтр. ниже траншей противника, что юго-западнее выс. 212, 1. При наступлении были встречены ураганным пулеметно-минометным огнем с выс. 386, 6 и огнем из автоматов с высоты 212,1. Имея большие потери, роты к исходу дня вышли из боя и заняли свои прежние позиции. В этой операции полк НКВД понес потери.

Задача полка 1330 сп в данной операции заключалась в том, чтобы 2-мя стрелковыми ротами 3-го батальона перейти в наступление во взаимодействии с подразделениям полка НКВД— атаковать высоту 212,1 с севера, овладеть ею и закрепиться. 7-ая и 8-ая роты 2-го батальона 1330 полка ползком по обледенелой гористой местности с подъемом 40 градусов подошли к переднему краю противника на расстоянии 25–30 мтр, но были остановлены ввиду сильного автоматного огня, ведущегося противником из всех огневых точек из района выс. 212, 1. Кроме того по наступающим подразделениям 1330 сп противник открыл артиллерийско-минометный огонь с высоты 386,6. При подходе бойцов, противник из амбразур выбрасывал связки гранат и не допускал атакующих ближе чем на 15 шагов, расстреливая в упор атакующих. К исходу дня роты, понеся большие потери, вышли из боя и заняли свои прежние оборонительные рубежи. В этой— операции 1330 сп потерял…[88]. Произведенная боевая операция подразделениями полка НКВД не имела успеха ввиду следующих обстоятельств:

1. Район высоты 212,1, занимаемый пр-ком, был сильно укреплен и насыщен огневыми средствами. Подступы к выс. 212, 1 были пристреляны перекрестным огнем со стороны противника.

2. В момент артиллерийской подготовки огневые точки пр-ка не были подавлены, ввиду того, что глубоко зарыты в земле»[89].

Из воспоминаний бывшего бойца сводного полка НКВД М. Розина: «Ровно в 9 часов 1.01.42 г. началась артподготовка на высоту 212.1, и весь огонь, и все дальнобойное орудие[90] обернулось на эту высоту…

И наши войска были в готовности овладеть высотой, ждали приказа. Когда через 45 минут прекратили огонь, батальон занявший оборону вокруг высоты, поднялся в атаку с трех сторон. В это время противник с высоты 386.6 открыл ураганный огонь по нашим войскам, и многим нашим не пришлось вернуться обратно. Но больше было раненых… Медсестра Тамара вынесла 41 раненого, на 42-м была тяжело ранена сама…

Хочу добавить к этому бою, что проходил он неважно. Мне не нравится его разработка. Почему? Потому что огонь, начатый на высоту 212.1, велся неправильно, нужно было весь огонь направить на 386-ю высоту, а 212-й было достаточно и 3 минометов. И наступление нужно было делать не на 212-ю высоту, а полным ходом, под полным прикрытием нужно было делать на 386-ю высоту. Но я только солдат-разведчик, и в такие вопросы вмешиваться не могу…»[91]

По данным журнала боевых действий артиллерии 1-го сектора в состав артиллерии входили: «…51-й артполк (8 орудий 152 мм, командир – майор Бабушкин), кроме того, БС-19 (одно орудие, первая стрельба 1.01.42 г.), БС-18 (4 орудия), 3-й отдельный зенитный артдивизион в составе одной батареи 85-мм зенитных пушек. В систему противотанковой обороны входит 8 стационарных морских орудий 45-мм и одна пушка 100-мм. Расход боеприпасов с начала обороны 16106 шт.»[92].

Попробуем рассмотреть «узкое место» операции – артиллерийскую подготовку. По данным журнала боевых действий артиллерии 1-го сектора: «Боевым приказом № 02 НАД-2 31.12.41 г. 51-му ап поставлены задачи:

а) Группа П(олковой) П(оддержки) полка НКВД, 1-й дивизион 51-го полка и мин. дивизион. Командир группы – командир дивизиона.

Задача: подавить огневые точки в районе старое укрепление выс. 212.1 и 386,6. Воспретить подход резервов противника из района выс. 386.6. Подавить артиллерию 1 клм. с.-з. Кучук-Мускомья. Перед атакой пехоты выс. 212, 1, дать 5-минутный огневой налет по восточным скатам высоты со старым укреплением. Район НП и ОП прежний.

б) пп 1330-го полка, 2-й дивизион 51 АП, командир группы поддержки – командир 2-го дивизиона. Задача подавить огневые точки в районе Старое укрепление, выс. 386, 6. Перед атакой пехоты на выс. 212.1 дать огневой налет по восточным скатам выс. со Старым укреплением. Район НП и ОП прежний.

в) 3-й ОАД подавить минометные батареи и батарею 1 клм. и артиллерию с.-з. Кучук-Мускомья, с началом атаки провести огневой налет по высоте 386,6

г) 1-й батарее 3-го зенитного АД в период артподготовки подавить минометные батареи в районе Старое укрепление, выс. 386, 6 с началом атаки пехоты воспретить подход резервов в район высоты 386,6. После артподготовки батарея в моем резерве»¹.

По немецким укреплениям вела огонь даже 7-я балаклавская батарея дотов (и не только 100-мм дотом № 29, но даже 45-мм пушками). Расход боеприпасов: 51-й ап израсходовал 468 снарядов 152-мм, 18-я батарея – 95 снарядов 152-мм, зенитная батарея – 144 снаряда 100-мм, дот – 73, 45-мм пушки – 120[93] [94]. Расход боезапаса очень серьезный, но нужного эффекта достичь не удалось.

ЖБД артиллерии утверждает, что все огневые точки подавлены, однако, роты потеряли от пулеметного и минометного огня 40 % личного состава, был тяжело ранен командир 5-й роты капитан Блох, его сменил командир 2-го взвода л-т П.А. Кондратенко.

Был ранен командир 6-й роты, его сменил ст. л-т С.В. Козленков. Из воспоминаний С.В. Козленкова: «…Капитан, а теперь уже майор, Целовальников передал мне приказ Рубцова принять 6-ю стрелковую роту 2-го батальона, 6-я рота находилась в самой близости от немцев и в самых невыгодных условиях. Это была кадровая рота, состоящая из пограничников и бойцов НКВД. …Вот так случилось, что мне в 21 год от роду, пришлось принять командование людей, старших меня по возрасту»[95].

В журнале боевых действий 30-го корпуса указывается, что 124-й пехотный полк отразил атаку 4-х советских батальонов, нанеся им большие потери. Собственные потери полка 89 человек[96]. Потери для обороняющейся стороны, использующей долговременные укрепления Балаклавской группы очень высоки. Обычно, наступающая сторона теряет вдвое больше обороняющейся.

Стоит отметить еще тот факт, что большую часть 2-го батальона составляли бойцы Симферопольской и Севастопольской конвойных рот НКВД и роты 54-го охранного полка НКВД (охрана ж/д тоннелей), не имевшие боевого опыта.

В ЖБД артиллерии 1-го сектора указано: «Вступила в строй 116-я БС в составе 2 орудий 130-мм». В составе артиллерии сектора более не указывается батарея № 14, орудия которой начали демонтировать для переброски в Керчь.

Журнал боевых действий немецкого 30-го корпуса: «1.1.1942 г. В течение ночи сильный огонь по расположению 72-й пд. Утром поступило донесение о высадке слабых сил противника в бухте Ласпи. Противотанковый дивизион 170-й пд, находящийся в Форосе, был поднят по тревоге…»[97]. Информация о высадке группы бойцов сводного полка НКВД с двух морских охотников, в советских источниках не встречается. Но высадка была, на месте боя удалось обнаружить настрел и детали амуниции.

Противник указывает, что в бухту Ласпи был переброшен батальон 401-го пп, однако выяснилось, что высадка была осуществлена слабыми силами, и высадившиеся десантники ушли в горы. Документы 170-й пд дают чуть более развернутую информацию, утверждая, что в результате боя захвачено несколько пленных, остальные ушли в горы. В итоговом документе, противник указывает, что в ходе боя убито и захвачено в плен 45 человек, остальные ушли в горы. С большой вероятностью можно предположить, что это была группа ст. л-та А.С. Терлецкого.

30-й корпус получил приказ о переброске под Феодосию. В его составе должны были уйти 170-й и 132-й пехотные дивизии. Однако, атака советских войск 01.01.42 г. вынудила немецкое командование оставить 72-й пд один пехотный полк из 170-й пд (401-й пп)[98] и на случай прорыва советских войск, подготовить дорогу Ялта – Севастополь к подрыву на нескольких участках. Таким образом, 72-я пд имела в своем составе 124-й, 266-й и 401-й пп. Еще один, 105-й пп (командир оберст Мюллер) выводился в резерв армии. Приказом по 11 армии от 01.01.42 г. 72-я пд выводилась из состава 30-го корпуса и подчинялась армии напрямую.

2-й сектор

Как указывает П.А. Моргунов: «Во II секторе 7-я бригада морской пехоты вела бой в районе горы Гасфорта, однако продвинуться также не смогла, но высоту с Итальянским кладбищем, захваченную накануне, удержала.

31-й стрелковый полк продвинулся на 200 м и закрепился.

514-й стрелковый полк был сменен двумя батальонами 769-го полка 386-й стрелковой дивизии в районе Камары и начал сосредоточиваться в резерве IV сектора»[99]. Данные полностью подтверждаются журналом боевых действий 172-й дивизии[100].

Противник указывает, что 1-я румынская горная бригада отразила атаки двух советских рот, но 741-й пионерный батальон, введенный в бой из резерва, в помощь 72-й пд, под давлением советских частей, оставил северный холм «высоты с памятником» (г. Гасфорта)[101].

3-й и 4-й сектора

В 3-м секторе 79-я бригада и 287-й стрелковый полк 25-й сд продвинулись своими смежными флангами на 300 м, выйдя на рубеж в 800 м к юго-востоку от высоты 192.0 (г. Трапеция). Левый фланг бригады вышел на рубеж в 500 м к северу от кордона Мекензия № 1[102].

В документах 24-й немецкой дивизии указано: «Противник нанес удар по стыку с 50-й пд, был отражен огнем с высоты 192,0»[103].

Организационно, расположение 24-й немецкой пехотной дивизии было разделено на 3 сектора («Север», «Центр», «Юг»). Из приказа по дивизии: «Расположение частей следующее:

Сектор «Север» командир подполковник Опельт 32-й полк 3 рота 24 пионерного батальона.

Сектор «Центр» подполковник Фёрстер (oberstleutnant Förster) 2-й батальон 102-го полка 1 рота 24-го пионерного батальона.

Сектор «Юг» полковник Ферсок (oberst Versock) 31 полк без 1 батальона, 2-я рота 24-го пионерного батальона, 24-й разведбат». Приказом устанавливались разделительные линии между секторами»[104].

Из 24 пд убыла артиллерия: 138 арт. комендатура и часть артиллерии 46-й пд, переброшенная под Севастополь в декабре 1941 г.

Советский 3-й морполк готовился к контратаке вдоль Мекензиевской дороги, с целью овладения отметкой 137,5[105]. В связи с тем, что полк понес тяжелые потери, он был усилен. Полку был передан один батальон 778-го полка (388-й сд). Батальон занял позиции в 1 км западнее отметки 137,5 в районе Мекензиевской дороги. По данным ЖБД, 388-й сд батальон вернулся в дивизию только 11.01.42 г.[106].

Части 3-го сектора, выполняя приказ командира 25-й сд № 009, попытались наступать остатками 2-го Перекопского полка и 287-го полка. Подразделения этих полков сумели продвинуться на 200 м, и были остановлены огнем из бывшего советского дзота № 9 (2-й пульроты батальона электромеханической школы), захваченного противником, и превращенного в опорный пункт. В результате, части были вынуждены отойти[107].

Как указывает П.А. Моргунов: «95-я стрелковая дивизия, встречая упорное сопротивление противника, вела бой за безымянную высоту 1 км северо-западнее ст. Мекензиевы горы»[108]. По факту атак было две, но обе атаки вели не части 95-й сд, а приданные сектору подразделения. В ночь с 31 на 1 атаку начала 8-я бригада морской пехоты. Атака велась с высот 38,4 и 42,7 остатками двух батальонов, при поддержке танковой роты 81-го ОТБ (командир батальона – капитан Типеев) в восточном направлении. Противник отбил атаку, и перешел в контрнаступление. В ходе боев бригада понесла тяжелые потери, погиб командир 1-го батальона 8-й бригады капитан А.В. Хотин. Днем 1.01.42 г. бригада вновь перешла в атаку, но была остановлена артогнем[109].

Вторую атаку начал 383-й стрелковый полк (командир полка – майор Ерофеев), переброшенный из 1-го сектора[110].

Полк действует в том же секторе, куда перебрасывают 172-ю сд, которой он некогда подчинялся, но этот полк подчинен 95-й сд подполковника А.Г. Капитохина. Несмотря на просьбу И.А. Ласкина, полк ему не передается. Стоит заметить, что у И.А. Ласкина так же прослеживаются достаточно сложные взаимоотношения с командиром этого полка, майором Ерофеевым, которого И.А. Ласкин в ноябре 1941 года хотел отдать под суд только за то, что он прибыл с остатками полка в Севастополь напрямую, а не вместе с остатками 172-й сд.

1-й и 2-й батальоны 383-го полка, на машинах были переброшены в район станции Мекензиевы горы, и введены в бой против немецкого 16-го пехотного полка 22-й пд в районе отм. 60,0 (высота Героев). В э том бою, батальоны потеряли, только убитыми, 47 человек. Был ранен командир батальона ст. л-т Морозов И.Г. 1-й батальон[111] возглавил главстаршина (!) М.Н. Титочко[112].

Крейсер «Молотов» вел огонь по району Дуванкоя, и выпустил выпустил 94 снаряда. Эсминец «Смышленый», стоя на якоре в Северной бухте, поддерживал огнем атаку на высоту 60,0. Эсминцем выпущено 56 снарядов.

02.01.1942 г.

(сильный мороз, резкий северный ветер, ясно и сухо)

1-й и 2-й сектора

Из журнала боевых действий 1-го сектора: «В течение дня части дивизии занимали прежние оборонительные рубежи. Минометная батарея полка НКВД вела огонь по траншеям прка… Наблюдением установлено:

В направлении выс. 212, 1 и 386,6 отход мелких групп пр-ка в восточном направлении. На выс. 440, 8 замечен отход группы пр-ка до 100 чел., отходящая группа была обстреляна минометным огнем 2-го стр. батальона 1330 сп, замечены прямые попадания. Пр-к активных действий не проявлял, вел редкий ружейно-пулеметный огонь по боевым порядкам полка 1330.

Командиром дивизии было дано частям боевое распоряжение в связи с полученными данными от штаба армии о движении отдельных частей пр-ка из районов Черкез-Керман, Дуванкой на север в направлении Сюрень и Бахчисарай. Боевое распоряжение заключалось в том, чтобы части выслали разведгруппы с задачей войти в соприкосновение с пр-ком, найти промежутки в боевых порядках, через них проникнуть в глубину расположения пр-ка, установить перегруппировку и отвод войск пр-ка. При обнаружении на позициях пр-ка только его прикрывающих арьергардных частей, немедленно частными контратаками уничтожить их. Организовать преследование пр-ка сильной разведкой. Атаку самостоятельно не назначать до последования дополнительного приказа.

В течение ночи: Разведгруппы 1330 сп действовали в направлении 440,8, 386,6. Перегруппировок пр-ка не обнаружено, разведчиков пр-к встретил сильным пулеметно-минометным огнем, 5 стр. рота 1330-го сп перешла в наступление с задачей овладеть выс. 386, 6, отрезать отход пр-ка с выс. 212, 1. Наступление продолжается. Разведкой полка НКВД на выс. 386, 6 и вост. скатах выс. 212, 1 в течение ночи группировок и отхода пр-ка не обнаружено. В 0.15 из траншей сев. скатов выс. 212, 1 в нижний блиндаж спустилось 6 человек немецких солдат, предварительно обстреляв скаты высоты из автоматов. Сбросив несколько гранат, группа скатилась бегом вниз. В 1.00 группа разведчиков полка НКВД была обстреляна с зап. скатов выс. 386, 6 пулеметным огнем. Потерь за ночь не было»[113].

Из журнала боевых действий артиллерии сектора: «В течение суток противник активности не проявлял. В районе сектора занимает прежний рубеж и ведет слабое огневое наблюдение по району расположения наших войск. Артиллерия сектора вела арт. огонь. 51-й ап по полустанку Мекензиевы горы – результаты не наблюдались. Батарея ПТО 100-мм и 45-мм вела огонь по выс. 99, 4 (212,1) и 181,2 (386,6), в результате подавлены огневые точки на выс. 99, 4.

1-я батарея 3 зенитного дивизиона вела огонь по машине с боеприпасами на высоте 181,2 – машина разбита, по пехоте на выс. 181, 2 уничтожено до 80 солдат. Боевой порядок артиллерии прежний. Расход боеприпасов 51 ап – 20 шт. 152-мм, 3 ОЗАД 58 шт. 85-мм, 45-мм – 220, 100-мм – 100 шт… Из-за поломки спускового механизма вышло из строя орудие 100 мм»[114].

Из журнала боевых действий 388-й сд: «Части дивизии без изменений. 773-й сп из района Сухарная балка выведен в район хутора Николаевка. 782-й сп в ночь на 3.01.41 продолжал совершенствовать оборонительные сооружения»[115].

Из журнала боевых действий 386 сд: «Артиллерия противника обстреляла позиции двух батальонов 769-го полка. Ранено 3 бойца»[116].

3-й и 4-й сектора

По советским данным, около 14 часов налет на противника совершили три Ил-2 (18-й шап) под прикрытием пяти истребителей Як-1 (1-я аэ 8-го иап). Самолеты штурмовали войска на дороге в районе Дуванкоя, но наткнулись на плотный огонь зенитных автоматов. При этом один Ил-2 сел на брюхо на своей территории, а Як-1 Бориса Бабаева сгорел. Летчик получил ожоги. Противник в своих документах отмечает «Налет авиации на Дуванкой и селения Качинской долины»[117].

В 3-м секторе, по данным ЖБД штаба артиллерии 25-й сд, царило затишье[118]. Велось лишь прощупывание позиций противника. Разведка 3-го морполка столкнулась с противником, отошедшим с выс. 137, 5 в районе ограды хутора Мекензия. Разведка 54-го сп обнаружила противника на скатах лощины, ведущей от верховий Темной балки к хутору Мекензия (Грязная балка), Разведка 2-го Перекопского полка обнаружила противника, на северных скатах Темной балки. Противник в ночь с 1 на 2 января отошел на удобный для обороны рубеж лощины, проходящей от Камышловского оврага к хутору Мекензия[119].

Г.И. Ванеев в своей книге указывает: «С целью усиления северного сектора, во исполнение приказа генерал-майора И.Е. Петрова, испытанная в боях 172-я стрелковая дивизия полковника И.А. Ласкина передала занимаемые позиции во втором секторе только что доставленной с Кавказа 386-й стрелковой дивизии (командир полковник Н.Ф. Скутельник, военком старший батальонный комиссар П.П. Медведев, начальник штаба полковник Л.А. Добров, начальник политотдела старший батальонный комиссар А.Д. Ульянов) и вместе с приданным ей еще в ноябре 31-м полком 25-й стрелковой дивизии скрытно вышла к Инкерману, а затем к Бельбекской долине»[120].

Оперативная обстановка 2 января 1942 г. (по советским данным)

По факту, Г.И. Ванеев ошибается на сутки: ни 514-го, ни 31-го сп в секторе еще не было. В 4-м секторе вели бой севернее станции Мекензиевы горы только два батальона 383-го полка (2-й сд), подчиненные 95-й сд. Батальоны за этот день потеряли в боях еще 47 человек. Только утром 3.01.42 г. в район станции был выведен 514-й стрелковый полк 172-й сд, которому подчинили остатки 1-го дивизиона 953-го АП (388-я сд) в составе одной двухорудийной и одной трехорудийной батареи. Второй дивизион артполка исправных орудий не имел. Т. е., по факту, 172-я «дивизия» состояла из штаба 514-го стрелкового полка и дивизиона неполного состава. Указанный Г.И. Ванеевым 31-й сп был сменен на позициях 772-м стрелковым полком только 5.01.42 г., так что 31-й сп прибыл намного позже[121].

К сожалению, советская разведка работала очень плохо. Для примера приводится фрагмент карты, составленной по донесениям командования СОР. На ней, под Севастополем показаны и 46-я пд, и 132-я пд, и 170-я пд, и даже 30-я дивизия СС. Зато показан уход 50-й пд и 24-й пд, которые, по факту, оставались на месте.

В этот день командование СОР получило телеграмму командования Кавказского фронта, в которой говорилось:

«1. Директивой… от 30.XII.41 г. Вам была поставлена задача о переходе с утра 31.XII.41 г. в наступление Приморской армии.

2. Директивой… от 31.XII.41 г. первая задача подтверждалась указанием создания ударных кулаков на важнейших направлениях и организацией десантов с целью охвата флангов западного и юго-восточного побережья Крыма. Было приказано предоставить мне к 23.00 31 декабря план операции. Изложенное Вами не выполнено полностью без объяснения причин. Вы сообщили 1 января, что Вами решено провести последовательные захваты отдельных рубежей и две десантные операции на Евпаторию и Ялту.

Поставленные в моих директивах задачи путем последовательного захвата отдельных рубежей Вы не решаете. Требую с утра 4 января перейти в решительное наступление по всему фронту СОР, используя высадку десантов в пунктах по Вашему усмотрению, не отрывая средств, выполняющих основные задачи по перевозке войск. Конкретный план наступательной операции донести точно к 15.00 3.01.42 г. Получение подтвердить. Козлов. Шаманин».

В течение всего января советская артиллерия вела беспокоящий огонь (противник отмечает «…в том числе и тяжелым калибром») и совершала налеты на позиции немецких войск (в среднем 5–7 самолетов в день). Немецкая авиация вела себя пассивно, артиллерия вела огонь только на поражение, в случае атаки советских войск (как пишет противник, из-за нехватки боезапаса).

2-го числа началась отправка частей 132-й пд под Феодосию. По состоянию на эту дату позиции покинула артиллерия 132-й пд, 436-й и 437-й пехотные полки. Ее позиции занимала 22-я пд, растягивая свой фланг влево, и, частично 50-я пд, растягиваясь вправо, до устья Камышловского оврага. Отправка 170-й пд планировалась на 4-е число[122]. Ее позиции должна была занять 1-я румынская ГСБр и частично 72-я пд.

В документах отдела 1С немецкой 22-й пд отмечен один перебежчик из 383-го сп[123]. Большое количество перебежчиков отмечается в 386-й сд. Несмотря на доклад военкома дивизии старшего батальонного комиссара Медведева о том, что «политико-моральное состояние дивизии нормальное» – в этот день перебежало к противнику 7 человек (в основном, грузины). Количество перебежчиков, значительно снизившееся к началу второго штурма, в январе вновь возросло в связи с прибытием пополнения. Пополнение было очень разного качества. Основным недостатком пополнения была его слабая обученность.

03.01.1942 г.

(мороз, ясно, сухо)

С получением директивы штаба фронта, началась срочная подготовка к десанту в Евпаторию. В ночь со 2 на 3 января с фронта были сняты два батальона многострадального 383-го полка: 1-й (командир главстаршина Титочко) и 2-й (командир капитан Бондарь). Одновременно с этим, из остатков 8-й бригады морской пехоты были сформированы стрелковая и пулеметная роты, минометная батарея и саперный взвод. Остатки

2-го Черноморского полка морской пехоты были сведены в два батальона (командир полка капитан Н.Н. Таран). Из этих частей планировалось формирование нескольких эшелонов Евпаторийского десанта. Обычно пишут, что десант готовился заранее, десантники проходили спецподотовку.

Документы этот факт не подтверждают. Были готовы только спецподразделения: части Евпаторийского НКВД (милиции), части погранкомендатуры, партийные работники. Ударная группа десанта отсутствовала. Десант готовился наспех, с использованием тех частей, которые были под рукой. Причем, части эти в ходе предыдущих боев понесли тяжелые потери.

По факту, в первый бросок десанта ушло сводное подразделение, которое именуется «батальоном особого назначения к-на К.Г. Бузинова[124]». Его основу составляла рота 1-го батальона 383-го полка, которую пополнили отдельными подразделениями 8-й бригады и 2-го Черноморского полка. Остальные части планировались во второй эшелон. Основу второго броска десанта составили два сводных батальона 2-го Черноморского полка морской пехоты (командир полка Н.Н. Таран[125], командиры батальонов к-н А.А. Бондаренко[126] и к-н К. Подчашинский[127]).

Стоит обратить внимание на подбор частей для десанта. На наиболее трудные и опасные участки направляются одни и те же подразделения морской пехоты ЧФ. Евпаторийский десант – это отдельная страница истории, которая требует особого рассмотрения. Достаточно отметить, что из высадившегося батальона почти весь личный состав ушел в безвозвратные потери. Второй эшелон высажен не был (возможно, и к лучшему).

4.01.42 г. шла подготовка к десанту. Командующий флотом и СОР просил своего начальника штаба контр-адмирала Елисеева, передать командующему Кавказским фронтом, что в Севастополе подготовлен десант в составе одного батальона в качестве первого эшелона и одного батальона в качестве второго эшелона. На самом деле, днем 4-го числа, было только начато формирование ударной группы десанта. Чтобы не попасть в сложную ситуацию, командующий ЧФ указал, что высадка начнется, «как только позволит погода», хотя на тот момент погода позволяла произвести высадку.

В том же сообщении, командующий ЧФ, в районе Сары-Булат десант высаживать отказался, ссылаясь на неустойчивую погоду, лед (!), малые глубины и отсутствие высадочных средств. А на деле, ударная группа для высадки в районе Сары-Булата еще даже не была сформирована так же, как и обещанный командующим десант в Алушту.

Севастопольская авиагруппа попыталась нанести удар по отходящим колоннам, но массированными эти налеты не назовешь. В 7 утра три И-153 бомбили дорогу Симферополь – Бахчисарай. По советским данным, в 14 часов три Пе-2 (40-й бап) атаковали аэродром немецкой авиагруппы III/JG77 под Сарабузом. Противник не подтверждает атаку аэродрома, отмечая лишь налеты советской авиации в Бельбекской долине, на Бахчисарай и Симферополь[128].

Обстановка в 1-м секторе на 3 января 1942 г.

Из журнала боевых действий первого сектора: «3.01.42 г. В течение дня: части дивизии, получив боевой приказ занимают прежние оборонительные рубежи, за исключением:

1 батальон 1330 сп в составе 1 и 2 стр. рот, перешедших в наступление с задачей – овладеть выс. 386, 6 закрепиться и отрезать отход пр-ка с выс. 212, 1— продвинулись до 1,5 км в направлении выс. 386, 6. Наступление продолжается.

2 батальон 1330 сп в составе 5 и 6 стр. рот перешедших в наступление с задачей стр. роте овладеть рубежом – родник – 1. клм. южнее выс. 440, 8, 6 стр. ротой овладеть выс. 440, 8. Разведка 3/1330 сп действовала в р-не Родник. В результате наступления роты продвинулись вперед на 500 метров. Наступление продолжается.

3 батальон 1330 сп – вел разведку на выс. 212, 1с задачей выяснить силы и прегруппировку пр-ка.

В 11.40 группа разведки полка НКВД в количестве 24 человек от разведроты полка и 2 взвода 4 стр. роты. 2-го батальона вели разведку боем в направлении лощины сев. выс. с Башней и сев. зап. скатов выс. 386, 6 о задачей выяснения сил и огневых средств пр-ка на выс. 212, 1 и 386,6.

В 13:35 группа разведчиков полка НКЦД подошла к зап. скатам выс. 386, 6, но была обстреляна огнем автоматов пр-ка с выс. 212, 1. В 14.05 разведгруппы на сев. зап. скатах выс. 386, 6 вступили в бой с пр-ком, пр-к открыл сильный минометный огонь по 4 стр. роте 2 стр. б-на.

В 14.45 группа достигла дороги на зап. и южн. скатах выс. 386, 6, попала под перекрестный огонь и залегла.

В 15.20 группы были накрыты сильным минометным и пулеметным огнем и были вынуждены при поддержке нашей артиллерии и минометов отойти на свои прежние позиции. Разведкой боем было установлено:

1/ На выс. 386, 6 у Ст. крепости, что под обрывом у берега моря, один ст. пулемет и один ручной пулемет у мачты радиостанции.

2/ У ст. крепости, что на сев. зап. скатах выс. 386, 6–1 ст. пулемет и минометная батарея.

3/ На зап. скатах выс. 386, 6 между крепостями – 2 ст. пулемета на обратных скатах ее – минометная батарея.

4/ На выс. 215, 1 из траншей на южн. и юго-вост. скатах было выдвинуто 2 ст. пулемета и 2 ручных пулемета, группа пр-ка – 30 человек, на сев. зап. скатах этой же высоты установлена минометная батарея противника.

В 15:30 пр-к открыл огонь по гор. Балаклава. В то же время самолет пр-ка в р-не Балаклава и расположения 6 стр. роты дважды сбрасывал контрреволюционные листовки.

В течение ночи: части дивизии занимали прежние оборонительные рубежи.

1 и 2 стр. роты 1/1330 сп, 5 и 6 стр. роты 2/1330 сп находились на достигнутых рубежах в результате дневного наступления.

Минометная рота 2 стр. б-на полка НКВД обстреливала пр-ка на выс. 212, 1. Усиленной ночной разведкой полка НКВД в течение ночи новых данных о пр-ке не добыто.

Подразделения 1330 сп, выполняя боевую задачу, подвергались интенсивному обстрелу со стороны пр-ка. Действующие перед фронтом 2 стр. б-на полка НКВД – 124 пп 72 пехотной дивизии и перед 1330 сп – 105 пехотный полк пр-ка в течение ночи активных действий не проявляли. Периодически вели из автоматов огонь по переднему краю 2-го стр. б-на полка НКВД. Из минометов обстреливали подразделения полка 1330, потерь не было»[129].

Стоит заметить, что, по немецким данным, 105-й пехотный полк еще 1.01.42 г. снялся с позиций, и к этому времени находился уже в Симферополе. В указанном районе находился 124й пехотный полк.

Из журнала боевых действий артиллерии 1-го сектора: «В течение суток противник активности не проявлял. На участке 1-го сектора занимает прежние рубежи. Вел ружейно-пулеметный огонь по нашей разведке, продвигавшейся к выс. 99, 4 и 181,2. Разведка активного сопротивления не встречает.

Артиллерия сектора вела огонь: 51-й АП – 1-й батареей по Старой крепости, 3 бат. по выс. 181, 2, 206,6 лощине, южнее 1 км выс. 206, 6, 4 бат. по старой крепости. 116-й батареей по Кучук-Мускомья. 1-я бат по выс. 181, 2 Боевой порядок артиллерии прежний.

В 7:00 1-й батальон 1330-го полка приступил к выполнению боевого приказа по овладению выс. 206, 6 (440,8) с выходом на выс. 181, 2 (386,6) при поддержке 2-го дивизиона 51-го АП. При продвижении б-на, он был встречен ружейно-пулеметным огнем противника. Наши части продолжают продвигаться вперед. Занятые рубежи уточняются. По предварительным данным части вышли на сев. скаты выс. 206, 6 и 181,2. Расход снарядов: «51-й АП 131 шт., 116 БС – 17 шт., 3-й ОЗАД – 9 снарядов, 45-мм – 657 снарядов, 100-мм – 34 снарядов»[130].

Журнал боевых действий 388-й сд: «Части дивизии на прежних местах. К 1.30 минут 773-й полк полностью сосредоточился в районе х. Николаевка. В ночь на 4.11.41 г. организованная разведка 782-го полка в составе стрелковой роты, задачу по разведке системы обороны противника не выполнила, сильным огнем минометов и пулеметов остановлена. К рассвету вернулась. Потерь нет»[131]

Во 2-м секторе разведка 7-й ОБрМП столкнулась с противником у Чоргуня, и, захватив пленного из 23-го батальона 1-й ГСБр румын, вернулась назад. Разведка 1-го Севастопольского полка, попав под обстрел на выс. 126, 0 тоже вынуждена была отойти.

Из донесения начальника артиллерии 25-й сд: «Со стороны противника полное затишье. По данным общевойсковой разведки, проводимой в направлении на выс. 115, 7, никакого препятствия со стороны противника не обнаружено. Разведкой 54-го сп установлено, что перед его фронтом пр-к имеется в составе до усиленного батальона, присутствие противника обнаружено на скатах 137,5»[132]. Т. е. противник отошел на заранее подготовленные рубежи.

Из оперсводки № 0100 25-й сд: «3-й ПМП попытался атаковать в направлении х. Мекензия, но пройдя 300 м, был вынужден остановиться из-за огня противника. 3-й батальон 287-го сп овладел северной окраиной д. Камышлы»[133].

Группа полковника Ласкина к выполнению боевой задачи не приступала. В документах она именуется «группой преследования», т. е. советское командование, недооценив силы противника, не ожидало, что противник попытается удержать Севастополь в блокаде. В результате даже родился следующий документ:

БОЕВЫЕ ЗАДАЧИ ШТАБА ПРИМОРСКОЙ АРМИИ КОМАНДИРАМ ПАРТИЗАНСКИХ ОТРЯДОВ КРЫМА г. Севастополь 2 января 1942 г.

Задачи для действий по тылам и сообщениям противника.

1. Противник, понеся крупные потери под Севастополем, начал поспешный отход на север в район Симферополь.

Исходя из обстановки, Командующий армией ПРИКАЗАЛ:

а) выходя кратчайшими путями в район Биюк-Сюрень, действовать по путям отхода противника из района Варнутка, Алсу, Байдары, взрывать мосты, уничтожать отставших, мелкие группы противника, производить налеты на противника, располагающегося на ночлег.

б) С такими же задачами выходить в район Саблы, Альма-Кермен.

в) Успех боевой работы зависит от быстроты и тщательности действий.

г) Пополнение Вас боеприпасами по Вашей заявке будет обеспечено.

Начальник штаба Приморской армии генерал-майор Крылов

Начальник оперативного отдела майор Ковтун

Вместе с тем, противник обладал достаточными резервами. 3.01.42 г. 22-й разведбат («группа фон Боддина») выводился в корпусной резерв, и сосредотачивался в районе Качи. Ему была подчинена 6-я рота полка «Бранденбург». Судя по всему, была утечка информации о десанте в Евпаторию. Эти данные подтверждаются немецкими документами, в частности, приказом по 54-му армейскому корпусу № 2 от 3.01.42 г. (18:45), в котором упоминается такая возможность. В донесении отдела 1С (разведка) в штаб группы армий «Юг» указано, что «…по донесениям агентов планируется высадка десанта в Евпатории…». Но, несмотря на наличие этих данных, немецкие части оказались не готовы к отражению советского десанта.

Под Севастополем оставались 22, 50, 24, 72-я немецкие пехотные дивизии, румынская 1-я горная бригада и довольно сильная артиллерийская группировка, в составе:

– 20-й артиллерийской комендатуры;

– 138-й артиллерийской комендатуры;

– штаба 49-го артполка особого назначения;

– штаба 787-го артполка особого назначения.

Им были подчинены:

– 29-й и 556-й корректировочные батальоны;

– 737-й моторизованный тяжелый дивизион (15-см чешские гаубицы);

– батарея тяжелых гаубиц 2-го дивизиона 54-го артполка (15-см, моторизованная);

– батарея тяжелых гаубиц 1-го дивизиона 77-го артполка (15-см, моторизованная);

– 4-й дивизион 207-го артполка (15-см, конный);

– 2-й пушечный дивизион 818-го арт. полка (10-см пушки);

– 2-й дивизион 2-го учебного артполка (21-см мортиры);

– 767-й тяжелый моторизованный дивизион;

– 1-й и 2-й дивизионы 814 артполка (24-см гаубицы);

– 857-й дивизион (21-см мортиры);

– 641-й тяжелый мортирный дивизион (30,5 мортиры и 35,5-см орудие М-1);

– 1-й и 4-й дивизионы реактивной артиллерии;

– три армейских береговых батареи.

Кроме этого, 54-му корпусу были приданы: 50-й моторизованный и 744-й конный пионерные батальоны корпусного подчинения, 560-й армейский противотанковый дивизион, 6-я рота «Бранденбурга», 610-й батальон ПВО, 88-й и 620-й мостостроительные батальоны, эскадрилья связи[134].

Структура, немецкой тяжелой артиллерии на тот момент была следующей:

Штабу 49-го тяжелого артполка подчинялись[135]:

– 641-й отдельный тяжелый артдивизион, по-прежнему, состоявший из двух батарей 30,5-см мортир (2./641 и 3./641), но во 2-й батарее остается всего одно орудие, в дивизион возвращается тяжелая 35,5-см гаубица М-1 (батарея 1./641);

– 767-й отдельный дивизион, в составе 1-й батареи (3 шт. 15-см пушки К18), 2-й батареи (2 шт. 21-см пушки К39);

– 857-й дивизион, потерявший половину орудий (2 батареи 21 см мортир, всего 3 орудия).

Штабу 787 полка подчинялись три дивизиона[136]:

– 737-й, потерявший одну батарею 15-см чешских гаубиц, но получивший взамен 10-см пушки (батарея 5./818)

– 2-й дивизион 814-го артполка, в составе 4-й батареи 2-го учебного полка (две15-см гаубицы) и «родной» 5-й батареи (две 24-см гаубицы).

В качестве 3-го дивизиона полку придан 52-й румынский дивизион (2 батареи по 4 орудия – 15-см чешских гаубиц).

К сожалению, схема расположения корпусной артиллерии на тот момент имеет очень плохое качество и сохранность, но расположение некоторых батарей удалось локализовать достаточно точно.

21-см мортиры 2./857-го дивизиона находились на плато Кара-Тау в районе «Бомбового поля», 1/857 (одно орудие) находилось у станции Бельбек (совр. Верхнесадовое). 3./641 (одна мортира) находилась возле Симферопольского шоссе, ниже фонтана Беш-Йол, в 1 км западнее д. Дуванкой. М-1 располагалась недалеко от дорожного домика на подъезде к д. Дуванкой.

Две 30,5-см мортиры находились недалеко от современного ж/д моста через реку Бельбек.

787-й полк был компактно расположен у края Мекензиевского плато, на случай прорыва советских войск через лесной массив на плато или по дороге через хутор Мекензия.

Структура управления авиацией тоже сильно изменилась. Для действий на морских коммуникациях советских войск, еще 01.12.41 г. был создан специальный штаб «Fliegerführer Süd» (командующий полковник Вольфганг фон Вильдт), которому были подчинены торпедоносные части и авиация, действующая на морских коммуникациях. Штаб располагался в Констанце.

7 января 1942 г. для «работы» авиации по Керчи и Феодосии был создан: «Специальный штаб Крым» (командующий – генерал Р. Риттер фон Грайм). Ему были подчинены:

– разведывательная эскадрилья 4./F122 в Николаеве;

– штаб эскадры JG 77 на аэродроме Сарабуз;

– эскадрилья 3./JG 77 на аэродроме Сарабуз;

– группа III./St.G.77 на аэродроме Сарабуз;

– штаб «FliegerFührer Sud».

Немецкой авиации приходилось действовать сразу на нескольких участках. Части по Севастополем эпизодически поддерживались самолетами 4-го авиакорпуса, одновременно 4-й авиакорпус действовал на кавказском и ростовском направлениях, оперативно перебрасывая авиацию на нужный участок. Так, к примеру, на очень короткий период «Специальный штаб Крым» получил с других направлений под командование:

– группу пикирующих бомбардировщиков II./St.G.77 с базированием на Сарабуз;

– группу бомбардировщиков III./KG 27 с базированием на Херсон;

– группу бомбардировщиков III./KG 51 с базированием на Николаев.

Но, уже 23 января 1942 г. эти части ушли обратно в корпусное подчинение, зато прибыла авиагруппа I./KG 100 с базированием на аэродром Саки (26 января).

В первых числах февраля 1942 г. эти три авиагруппы вернулись к действиям по Керчи в составе «Специального штаба…», но уже 11 февраля «Специальный штаб Крым» расформировывается, а офицеры «Спецштаба» убывают из Крыма.

18 февраля 1942 г. штабу FliegerFührer Sud подчиняются все авиационные соединения 4-го авиакорпуса в Крыму, и, большая часть авиации действует на Керченском направлении.

28 числа, авиагруппы II./St.G.77, III./KG 27, III./KG 51 вновь бросаются под Севастополь в связи с тем, что там возникла очень сложная ситуация. Но, об этом, чуть позже.

04.01.1942 г.

(сильный мороз, резкий северный ветер)

Утром прибыл транспорт «Львов», доставив 710 человек маршевого пополнения, это были обещанные еще 27 декабря пять маршевых рот из Гори. Кроме того, транспорт доставил 80 т армейского боезапаса, 3 шт. 122-мм орудий образца 1938 года из состава 952-го артполка 386-й дивизии. В этот же день прибыл транспорт «Потемкин», доставивший 412 человек маршевого пополнения и 139 т муки. В 23.00 транспорт «Пестель», имея на борту 690 бойцов, 185 т армейского боезапаса, продовольствие, зимнее обмундирование армейских частей в охранении эскадренного миноносца «Смышленый» прибыл в Севастополь. Фронт накапливал в Севастополе силы для наступления.

По данным оперсводки 1-го сектора: «Части дивизии занимают прежние рубежи, за исключением, 1 батальона 1330-го полка в составе 1 и 2 рот, перешедших в наступление с задачей овладеть выс. 386, 6, закрепиться и отрезать отход противника с выс. 212, 1 – продвинулись на 1,5 км в направлении выс. 386, 6, наступление продолжается.

2 батальон 1330-го полка в составе 5 и 6 рот перешел в наступление с задачей 5 ср овладеть рубежом Родник 1 клм южнее выс. 440, 8 6 СР с задачей овладеть выс. 440, 8. Разведка 1330 сп действует в направлении Родник…»[137]

На участке 2-го сектора завершилась смена 514-го полка 769-м сп 386 сд[138].

В 3-м секторе 3-й полк морпехоты попытался перейти в наступление на высоту 137,5, но, пройдя 800 метров, попал под огонь минометов и пулеметов, после чего вынужден был отойти.

287-й стрелковый полк 25-й дивизии вышел в район северо-восточной окраины с. Камышлы. 79-я отдельная стрелковая бригада заняла рубеж, проходивший по северо-восточным скатам высоты 192,0 и по восточным и северо-восточным скатам безымянной высоты (1,5 км северо-западнее высоты 192,0).

345-я стрелковая дивизия занимала северные скаты безымянной высоты (2,5 км северо-западнее высоты 104,5), изгиб шоссе в 1 км юго-восточнее Бельбека и высоту 104,5[139]. Потери: 3 ПМП – 23 раненых, 54-й сп – 5 раненых, 2-й Перекопский – 2 раненых, 287-й сп – ранено 40 человек.

По данным документов: «Личный состав 3-го морполка на 6-е января 1942 г. составляет 1100 чел., из которых в окопах находятся 500 чел. За последнее время в связи с похолоданием наблюдаются случаи обмораживания и простудные заболевания краснофлотцев. Среди вновь прибывших нацменов установлены несколько случаев злоумышленного обмораживания ног и рук»[140].

Советские части активности не проявляли. Немецкие части закреплялись на выбранных ранее рубежах. Вечером, из Севастополя вышел караван с Евпаторийским десантом.

Лидер «Ташкент», стоя на якоре у холодильника, дважды открывал огонь по противнику: в 18 часов (8 осколочно-фугасных снарядов восточнее д. Дуванкой) и в 18.20 (28 оф снарядов, координаты цели пока непонятны).

По приказу командующего Приморской армией 386-я сд получает задачу обороны 2-го сектора. В ночь с 4-го на 5-е число 772-й сп сменил 31-й сп, а 769-й сп сменил остатки 514-го сп на позициях. Дивизии в оперативное подчинение передаются 7-я бригада морпехоты, 1-й Севастопольский полк, 2-й дивизион 52-го артполка, два 122-мм дивизиона 134-го ГАП.

По состоянию на 5.01.42 г. в Севастополь прибыли:

– управление дивизии;

– 769-й сп полностью;

– 772-й сп без одного батальона;

– 775-й сп без одного батальона;

– 840-й батальон связи;

– 670-й саперный батльон;

– 474-й медсанбат;

– 451-й отдельная мотострелковая разведрота;

– 476-я рота химразведки.

Всего 10 799 человек, из них начсостава 691, мл. начсостава 691, рядовых 9289, русских 1071, украинцев 1575, белорусов 25, грузин 2994, азербайджанцев 2295, армян 1655, лезгин 634, аварцев 142, осетин 84 и.т.д.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «ЛитРес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на ЛитРес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.

Примечания

1

Ванеев Г.И. Севастополь 1941–1942. Хроника героической обороны. – К. Украïна, 1995 г. Т. 2. С. 5.

Вернуться

2

Ласкин И. А. На пути к перелому. – М.: Воениздат, 1977.

Вернуться

3

Xомич И.Ф. Мы вернулись. – М.: Воениздат, 1959.

Вернуться

4

В дальнейшем, используется сокращение СОР.

Вернуться

5

Попал в плен нам. Херсонес. Находился в плену до 1944 г. После освобождения осужден.

Вернуться

6

Ванеев Г.И. Севастополь 1941–1942 г. Хроника героической обороны. – К.: Украiна, 1995 г. С. 5.

Вернуться

7

Пропал без вести в июле 1942 г. в Севастополе

Вернуться

8

Попал в окружение с остатками своего батальона, подорвал себя на гранате.

Вернуться

9

Пропал без вести в июле 1942 г. в Севастополе.

Вернуться

10

Архив ГМГООС ЖБД 2-й сд. Заверенная машинописная копия. Фотокопия. Архив автора.

Вернуться

11

Архив ГМГООС ЖБД 388-й сд. Фотокопия. Архив автора.

Вернуться

12

Архив ГМГООС ЖБД 388-й сд. Фотокопия. Архив автора.

Вернуться

13

Синютин М.В. «Батарея задачу выполнила» – С-Пб. Гангут, 2012 г.

Вернуться

14

Синютин М.В. «Батарея задачу выполнила» – С-Пб. Гангут, 2012 г.

Вернуться

15

Дивизией командовал генерал-лейтенант Ф. Мюллер-Гебхарт, сменивший убывшего в 42 корпус генерал-лейтенанта Ф. Маттенклотта.

Вернуться

16

Г. Гасфорта.

Вернуться

17

Совр. Чернореченское.

Вернуться

18

Архив ГМГООС ЖБД 172-й сд. Фотокопия. Архив автора.

Вернуться

19

Архив ГМГООС ЖБД 172-й сд. Фотокопия. Архив автора.

Вернуться

20

Архив ГМГООС ЖБД 172-й сд. Заверенная машинописная копия. Фотокопия. Архив автора.

Вернуться

21

Рафальзук Л. Воспоминания. Фотокопия. Архив автора.

Вернуться

22

Командир бригады – бригадный генерал М. Ласкар

Вернуться

23

Пропал без вести в Севастополе.

Вернуться

24

Пропал без вести в Севастополе.

Вернуться

25

Убит в Севастополе 20.01.42 г.

Вернуться

26

NARA Т315-797 24. Inf. Div fr.818.

Вернуться

27

Архив ГМГООС ЖБД 345-й сд. Заверенная машинописная копия. Фотокопия. Архив автора.

Вернуться

28

Командующий дивизией генерал-майор Людвиг Вольф (умер в 1968 году).

Вернуться

29

Совр. с. Тенистое.

Вернуться

30

NARA T312 R-364 fr.0757.

Вернуться

31

NARA T312 R-364 fr.0757.

Вернуться

32

Числится отдельной, хотя, по факту, была придана 54-му армейскому корпусу для береговой обороны.

Вернуться

33

Командир полка оберст (полковник) Мюллер, полк выведен из состава 72-й пд вместе с частью автотранспорта дивизии, составлял моторизованный резерв армии.

Вернуться

34

NARA T312 R-364 fr.0758.

Вернуться

35

Вместо отстраненного Х. графа фон Шпонека, командующим был назначен бывший командир 72-й пд генерал Ф. Маттенклотт.

Вернуться

36

Командующий генерал-майор Максимилиан Фреттер-Пико (с 15 января генерал-лейтенант), сменивший 27 декабря 1941 г. заболевшего дезинтерией генерал-лейтенанта Х. фон Зальмута.

Вернуться

37

Командующий генерал кавалерии Э. Хансен.

Вернуться

38

NARA T312 R-364 fr.0758.

Вернуться

39

NARA T312 R-364 fr. 0758.

Вернуться

40

NARA Т315-1050 72. Inf. Div fr.1222.

Вернуться

41

NARA T312 R-364 fr. 0758.

Вернуться

42

Данные приведены по фотокопии документа из архива автора.

Вернуться

43

Данные приведены по фотокопии документа из архива автора.

Вернуться

44

Данные приведены по фотокопии документа из архива автора.

Вернуться

45

Данные приведены по фотокопии документа из архива автора.

Вернуться

46

Данные приведены по фотокопии документа из архива ГМГООС.

Вернуться

47

Данные приведены по фотокопии документа из архива автора.

Вернуться

48

Пропал без вести в июле 1942 г. при обороне Севастополя.

Вернуться

49

Пропал без вести в июле 1942 г. при обороне Севастополя.

Вернуться

50

Пропал без вести в июле 1942 г. при обороне Севастополя.

Вернуться

51

Погиб 18.06.1942 г. при обороне Севастополя.

Вернуться

52

Пропал без вести в июле 1942 г. при обороне Севастополя.

Вернуться

53

Пропал без вести в июле 1942 г. при обороне Севастополя.

Вернуться

54

Остался жив, после излечения на Кавказе, 28.08.42 с маршевым взводом передан в РККА (приказ 0337). Пропал без вести в октябре 1942 г.

Вернуться

55

Погиб на 365-й батарее 13.06.42 г.

Вернуться

56

Пропал без вести в июле 1942 г. при обороне Севастополя.

Вернуться

57

Пропал без вести в июле 1942 г. при обороне Севастополя.

Вернуться

58

Остался жив. Судьба неизвестна.

Вернуться

59

Пропал без вести в июле 1942 г. при обороне Севастополя

Вернуться

60

Погиб 27.05.42 г. на позициях батареи

Вернуться

61

Перебежал к противнику, сняв знаки различия. Подготовлен в спецшколе абвера, заброшен в партизанский отряд на родине в Белоруссии. Расстрелян за мародерство.

Вернуться

62

Пропал без вести в июле 1942 г. при обороне Севастополя.

Вернуться

63

Пропал без вести в июле 1942 г. при обороне Севастополя.

Вернуться

64

Убит в июне 1942 г. в Севастополе.

Вернуться

65

Попал в плен при оставлении Севастополя.

Вернуться

66

Убит в июне 1942 г. в Севастополе.

Вернуться

67

Пропал без вести в июле 1942 г. при обороне Севастополя.

Вернуться

68

Попал в плен при оставлении Севастополя.

Вернуться

69

Пропал без вести в июле 1942 г. при обороне Севастополя.

Вернуться

70

Попал в плен при оставлении Севастополя.

Вернуться

71

Убит при обороне Севастополя 31.12.41 г.

Вернуться

72

Пропал без вести в июле 1942 г. при обороне Севастополя.

Вернуться

73

Пропал без вести в июле 1942 г. при обороне Севастополя.

Вернуться

74

Данные приведены по фотокопии документа из архива автора.

Вернуться

75

Данные приведены по фотокопии документа из архива автора.

Вернуться

76

Архив музея ЧФ. Хроника боевых действий на Южном направлении 1942 г. Фотокопия. Архив автора.

Вернуться

77

Моргунов П.А. Героический Севастополь. – М. Наука, 1985 г. С. 275

Вернуться

78

Там же. С. 276.

Вернуться

79

Архив ГМГООС Заверенная машинописная копия журнала боевых действий 386-й сд. Фотокопия. Архив автора.

Вернуться

80

Там же.

Вернуться

81

Ласкин И. А. На пути к перелому. – М.: Воениздат, 1977. Сайт «Военная литература http://militera.lib.ru/memo/russian/laskin_ia/index.html

Вернуться

82

Норенко М.К. Воспоминания. Архив ГМГООС. Фотокопия. Архив автора.

Вернуться

83

Моргунов П.А. Указ. соч. С. 237.

Вернуться

84

Высота с дореволюционным фортом «Северный» Балаклавской группы укреплений, который занимали части немецкого 124-го пп 72-й пд.

Вернуться

85

Ванеев Г.И. «Севастополь 1941–1942 г. Хроника героической обороны». Киев. «Украïна», 1995 г. Том. 1. С. 209.

Вернуться

86

Лысенков А.М. «Краткая справка о боевом пути 109-й стрелковой дивизии». Бывший музей Балаклавы. Фотокопия. Архив автора.

Вернуться

87

В документах полка используется два вида нумерации рот: старая, побатальонная и новая, сквозная. 2-я рота 2-го батальона – это 5-я рота в сквозной нумерации.

Вернуться

88

В оригинале количество указано (около 150 человек убитыми ранеными), в заверенной машинописной копии, хранящейся в ГМГООС, количество опущено.

Вернуться

89

Архив ГМГООС. Журнал боевых действий артиллерии 2-й стрелковой дивизии. Заверенная машинописная копия. Фотокопия. Архив автора.

Вернуться

90

Так в оригинале.

Вернуться

91

Розин М. Воспоминания. Архив бывшего музея Балаклавы. Фотокопия. Архив автора.

Вернуться

92

Журнал боевых действий артиллерии 2-й стрелковой дивизии. Фотокопия. Архив автора.

Вернуться

93

Журнал боевых действий артиллерии 2-й стрелковой дивизии. Фотокопия. Архив автора.

Вернуться

94

Журнал боевых действий артиллерии 2-й стрелковой дивизии. Фотокопия. Архив автора.

Вернуться

95

Козленков. С.В. Воспоминания. Архив ГМГООС. Фотокопия. Архив автора.

Вернуться

96

NARA T314 R-825 fr.0237 (ХХХ АК КТВ).

Вернуться

97

NARA T314 R-825 fr.0236 (ХХХ АК КТВ).

Вернуться

98

NARA T314 R-825 fr.0236 (ХХХ АК КТВ).

Вернуться

99

Моргунов П.А. Указ. соч. С. 240.

Вернуться

100

ЖБД 386-й сд. Архив: ЦАМО. Фонд: 1708. Опись: 1. Дело: 3.

Вернуться

101

NARA T314 R-825 fr. 0236 (ХХХ АК КТВ).

Вернуться

102

Современное лесничество.

Вернуться

103

NARA T315 R-797 fr. 603.

Вернуться

104

NARA T315 R-797 fr.746.

Вернуться

105

Высота на краю Мекензиевского плато, над долиной Кара-Коба. В указанном районе противник использовал в качестве укреплений древние дольмены, поле которых располагалось в районе высоты (почти полностью разрушены в ходе боевых действий).

Вернуться

106

ЖБД 388 сд. Фотокопия. Архив автора.

Вернуться

107

Оперсводка № 96 штаба 25 сд. Фотокопия. Архив автора.

Вернуться

108

Моргунов П.А. Указ. соч. С. 240.

Вернуться

109

Вильшанский. В.Л. Воспоминания. Архив ГМГООС. Фотокопия. Архив автора.

Вернуться

110

То самый полк, который не отдали 172-й сд.

Вернуться

111

Бывший батальон морпогранохраны НКВД, пополненный личным составом бывшего 120-го Перекопско-Чонгарского дивизиона БО.

Вернуться

112

ЖБД 2 сд. Архив ГМГООС. Фотокопия. Архив автора.

Вернуться

113

NARA T315 R779 fr.0126.

Вернуться

114

ЖБД артиллерии 2 сд. Архив ГМГООС. Фотокопия. Архив автора.

Вернуться

115

ЖБД 388 сд. Архив ГМГООС. Фотокопия. Архив автора.

Вернуться

116

ЖБД 386-й сд Архив: ЦАМО. Фонд: 1708. Опись: 1. Дело: 3.

Вернуться

117

Сводка № 98 штаба 25-й сд. Фотокопия. Архив автора.

Вернуться

118

Боевое донесение НАД 25 за 2.01.42 г. Фотокопия. Архив автора.

Вернуться

119

Сводка № 98 штаба 25-й сд. Фотокопия. Архив автора.

Вернуться

120

Ванеев Г.И. Указ. соч. Т. 2. С. 5.

Вернуться

121

ЖБД 386-й сд Архив: ЦАМО. Фонд: 1708. Опись: 1. Дело: 3.

Вернуться

122

NARA T312 R-364 (22пд) fr. 1034.

Вернуться

123

NARA T315 R-779 (22пд) fr. 0126.

Вернуться

124

Командир батальона 8-й ОБрМП, ранее командовал батальоном в 9-й ОБр МП 1-го формирования.

Вернуться

125

Командир 2-го ЧМП, бывший комендант крепости Керчь, участник обороны Очакова, Кинбурна и Тендры.

Вернуться

126

Бывший командир Очаковского инженерного батальона ЧФ, участник обороны Очакова, Кинбурна и Тендры, командир 1-го батальона 2-го ЧМП. С 10 января командир 1-го батальона 7 ОБрМП.

Вернуться

127

Командир батальона 9-й ОБрМП 1-го формирования. С 10 января командир 5-го батальона 7-й ОБрМП.

Вернуться

128

NARA T312 R-364 (11AOK) fr. 1007.

Вернуться

129

ЖБД 2-й сд. Архив ГМГООС. Фотокопия. Архив автора.

Вернуться

130

ЖБД артиллерии 2-й сд. Архив ГМГООС. Фотокопия. Архив автора.

Вернуться

131

ЖБД 388-й сд. Архив ГМГООС. Фотокопия. Архив автора.

Вернуться

132

Материалы по 134-му ГАП, собранные Л. Ященко. Архив ГМГООС. Фотокопия. Архив автора.

Вернуться

133

Сводка № 0100 штаба 25-й сд. Фотокопия. Архив автора.

Вернуться

134

NARA T312 R-364 (11AOK) fr. 1027.

Вернуться

135

NARA T314 R-1348 fr.00932.

Вернуться

136

NARA T314 R-1348 fr.00932.

Вернуться

137

Оперсводка № 07 1-го сектора от 4.01.42 г. Фотокопия. Архив автора.

Вернуться

138

Оперсводка № 9 штаба 2 сектора. Фотокопия. Архив автора.

Вернуться

139

Отдел ЦВМА. Ф. 83. Д. 9068. Л. 12–14.

Вернуться

140

Спецсообщение начальника третьего отдела ЧФ о состоянии морских частей пехоты, обороняющих г. Севастополь, и о политико-моральном состоянии личного состава на 7 января 1942 г. Фотокопия. Архив автора.

Вернуться