Серый градиент
Сумеречье
Грамсс

© Грамсс, 2025

ISBN 978-5-0051-3505-6

Создано в интеллектуальной издательской системе Ridero

ДЕЙСТВИЕ 1. АСТРАЛ

Акт 1.1. Судьбой тебе уготована смерть

– Судьбой тебе уготована смерть.

Звеньк – словно в подтверждение приговора раздался звук подвесного колокольчика. Дрогнули алые свечи. Ветер неистовствовал.

Гадалка прищурила и без того узкие глаза, склонив перевязанную платком голову над картами.

– Посмотрим, жить осталось тебе… ага, три года, плюс-минус день. Не повезло.

Дамочка, будь конкретнее, вся моя жизнь – одно сплошное «не повезло».

– Тц, тц, несправедливо, но ничего не поделаешь, соболезную… Дьявол, разрази меня гром! Мои вафли! Все закончились!!

Вот это моральная поддержка! И чего в психологи не подалась?

Наконец к Рей вернулся дар речи.

– Кхм, благодарю за бесполезную информацию. А теперь мой черёд рассказать, что случится с тобой в ближайшем будущем. К тебе, как самопровозглашённому эсперу, не сегодня, так завтра нагрянет отряд из Центра, не столь терпеливый, как я.

– Дорогуша, не стоит об этом волноваться, – беспечно отмахнулась гадалка, чем вызвала перезвон тонких цепей, ниспадающих с бледной ладони. – Чем бы такая незначительная особа, как я, привлекла внимание всемогущего Центра?

– Да тут куда ни глянь – вещественные доказательства, – Рей указала на потрёпанную книгу, лежащую на полке среди деревянных фигурок и разрисованных камней. – Печатные издания – сентрейский пережиток прошлого, и один этот экземпляр – твой прямой билет в Отдел допросов.

На что гадалка самоуверенно покачала головой.

– Ты не понимаешь. Эта книга – бесценное наследие, опыт и знания, хранившиеся веками. Наше предназначение – служить человечеству, направлять его на нужный путь, бороться с хаосом, находить истину и следовать её истокам. Солнце сменяет луну, а лето – зиму, настают новые эпохи, но, как бы нас ни кружило в водовороте времени, мы постигаем прошедшее, видим грядущее и управляем настоящим, покуда того требует воля небес. То, что предначертано гласом судьбы, неизбежно и бесповоротно.

Повисла тишина. Рей с облегчением выдохнула, но, как оказалось, гадалка просто переводила дух.

– История моего рода берёт начало в незапамятные времена…

– А можно это пропустить?

– Ещё раз перебьёшь – вместо краткой версии будет длинная.

– Молчу.

– Так вот, история моего рода берёт начало в незапамятные времена…

Голос гадалки сливался с завывающим ветром, убаюкивая Рей. Не для того она тащилась в глушь, чтобы слушать больные фантазии сумасшедшей отшельницы. Поскольку реальность состоит из череды случайностей и событий, не больше и не меньше…

– Ну так как?

Рей встрепенулась. Её сверлили ожидающим взглядом.

– Спрашиваю, каковы твои дальнейшие действия? – повторила гадалка.

– О чём речь?

– О твоей кончине, конечно же.

Ей так понравилась эта тема?

– Что ж, надеюсь, мне посчастливится переродиться в каком-нибудь параллельном мире, желательно безлюдном.

– Ты вольна сомневаться, но я крайне редко ошибаюсь. Мои предсказания сбываются с девяностопятьюпроцентной точностью.

Могла бы и скинуть процентов десять из сочувствия.

– Ладно-ладно, отправлю тебе открытку по истечении срока, с того света или из этого. И даже пометку сделаю в календаре, дабы не забыть.

– Раз так, – гадалка резко навалилась телом на стол, отчего тот недовольно проскрипел, – у меня к тебе деловое предложение!

Колючая накидка стула впилась Рей в спину, когда она инстинктивно отстранилась.

– Ну что ещё?

– Заключим пари на твою жизнь.

– Хах, какой мне резон спорить с преступницей?

– А чем собираешься платить за сеанс?

– …

– Всё имеет свою цену. Воспользовалась даром священным – будь добра дать что-то взамен, – с гордостью заявила гадалка и ловко сложила карты в колоду.

А вот это уже проблема – за душой у Рей ни нанита!

– И что ты там болтала о пари?

Взгляд гадалки полыхнул алчной искрой.

– Выиграешь, то бишь выживешь, хоть это исключено, – считай, плата принята, и мы квиты, – последовала драматичная пауза. – А в случае моей победы – с тебя бутылка вина, и не какой-нибудь там дешёвки! Слыхала, советники вовсю балуются сентрейскими штучками. Тебе раздобыть такую мелочь не составит труда.

Неудивительно, что у неё нет клиентов.

– Постой!

Обернувшись на пороге, Рей увидела, что выражение лица гадалки внезапно стало серьёзным.

– Зачем ты пришла? Предотвратить мою смерть?

– Вот ещё, – перекрестила руки Рей. – Я лишь всегда рада насолить Центру.

Гадалка покивала и торжественно произнесла:

– Признаю, общение с тобой как глоток свежего воздуха. Твой взор не затуманен. Ты отвергаешь этот мир, а на ненависть отвечаешь ненавистью. Но знай: общество непостоянно, оно меняется, совершенствуется, падает в бездну и снова возрождается. Как и человек. Способный изменить себя способен изменить и других, храни это в уме. И пока ты здесь, позволь ещё кое-что сказать напоследок. По правде, я узрела не только твою смерть.

Казалось, будто устремлённый взгляд пронзительных пламенно-янтарных глаз врезается прямо в душу. Рей напряжённо сглотнула.

– На твою долю выпадет множество испытаний, – пророчествовала гадалка. – Ты пройдёшь через боль утраты, страдания настигнут тебя.

Ну да, одной смерти мне ведь было недостаточно.

– Но вместе с тем ты найдёшь ответы, в которых так нуждаешься. Не теряй надежды и веры. Тогда, как бы извилиста твоя дорога ни была, ничто тебя не остановит. И ещё – запомни, когда наступит момент последнего выбора, не сторонись того, что подскажет сердце. Принятое им решение пускай будет болезненным, однако оно покажет истинную тебя.

Таинственная задумчивость испарилась с лица гадалки.

– Всё, сеанс завершён. Ступай уже, а то мне пора ужи… медитировать.

Прежде чем выйти наружу, Рей, не поворачивая головы, махнула рукой на прощание.

– Бывай.

Закрывая дверь, она всё ещё чувствовала на себе искры обжигающего янтарного блеска.

Акт 1.2. Призрак

Вдалеке вырисовывались очертания построек, на первый взгляд заброшенных и всеми забытых. Но в действительности Пустая Долина – излюбленное убежище сентрейцев, шпионов и прочих личностей «вне закона», встреча с которыми не сулит ничего хорошего.

Немного погодя выше по склону показалось решётчатое ограждение. Сияние светодиодных прожекторов ослепляло и больно резало по зрачкам.

Пропускной автомат у станции всё ещё работал. Круглое устройство в стене, среагировав, завибрировало.

– Вас приветствует управление гиперлупной станции «Эдем», – прошелестел механический голос. – Для идентификации личности приложите к «ОКО» ваш И. Б. Л.

– Да-да, и без тебя знаю, – пробурчала Рей.

ОКО просканировало её браслет красным лазером и прикрыло «веки». Щелчок – и проём был свободен.

– Добро пожаловать в Новерру – оплот безопасности и счастья! – продекларировал шелест. – Долой сентрейское прошлое и предателя Либеру! Да здравствует мир! Да здравствует квартлер!

За проходом предстал продолговатый зал с высоким потолком. На безупречно белоснежных стенах то тут, то там загорались и потухали электрические вывески. Туда-сюда бесшумно носились роботы разных форм и размеров.

Конец зала пересекали зияющие дыры с тёмными тоннелями. На рельсах стоял лишь один серебристый вагон.

– Достопочтенные граждане Новерры, через пять минут гиперлуп перейдёт в режим движения, – сообщила автоматизированная система управления.

Мрак, заполнивший тесную капсулу, пронзило сенсорное окно с надписью: «Огласите ваш пункт назначения».

– Центр.

Почувствовался небольшой толчок, и гиперлуп тронулся. Перед глазами Рей назойливо замаячили живые картинки: небесные просторы, парящие скалы, горы и даже целые острова, а над ними летали человеческие силуэты. Из их ладоней извергались вспышки света.

«Долгожданная ПСИграмма „Асгарт 3—10“ в свободном доступе! Спеши погрузиться в новый неизведанный мир!» – призывала реклама.

В полудрёме Рей не сразу услышала монотонный клич системы покинуть капсулу. Высадив её на гиппероне, гиперлуп уже спустя мгновение растаял в темноте.

Царила мёртвая тишина, мир окутывала серость. Серые дороги, серые небоскрёбы, и будь здесь кто-то из жителей, можно было бы добавить: «серые люди». Но по ночам на улицах ни души ни сыскать.

Наконец из серой массы выросло кольцо внушительных чёрных зданий. По всему периметру парили стеклянные кабинки – самый распространённый транспорт, именуемый транкулером.

– Озвучьте место назначения, – попросил шелест внутри.

– Министерство исследований.

Механизм вздрогнул и беззвучно покатился по металлическому тросу. Дома за стеклом пробегали мимо серыми пятнами.

В тупике длинного разветвлённого коридора Рей приложила руку к опознающему устройству, и ход-автомат тут же её пустил.

– Где ты была?

Чёрт.

В люминесцентное окно сосредоточенно смотрел не то человек, не то призрак. Его бледное лицо не выражало ни единой эмоции, а ледяная аура вызывала мурашки.

– Я…

– Мне не интересно, где ты пропадаешь и чем занимаешься. Однако, прогулки в столь позднее время привлекают ненужное внимание. С нас и так достаточно позора, не считаешь?

– Нет, я…

– Надеюсь, этого более не повторится. Но я пришёл сказать о другом. Со мной связывался директор Гнозиса. Ты забыла о нашем уговоре? Всё, что от тебя требуется – посещать курсвет, не выделяться и не вступать в контакты с посторонними без необходимости. Но, если передумала, я сейчас же уведомлю Соц-Министерство о новом участнике Марафона. Мне это сделать?

Вместо ответа Рей помотала головой.

– Тогда – никаких прогулов. И ещё, кажется, недавно ты достигла совершеннолетия? Мне пришло оповещение из регистрационного отдела. Теперь у тебя есть право на участие в состязаниях Арены. Будь готова завтра в шесть вечера.

– Я не…

– Меня не волнует. Просто делай, как велено… И прекрати отключать домашнюю систему управления. Мне и без того неприятно здесь находиться.

Ход-автомат с грохотом захлопнулся. Быстро удаляющиеся шаги скоро стихли.

– И я была «рада» поболтать, Вилфрит.

Акт 1.3. Новый мир

Выше. Выше. Ещё выше!

Непроглядная тьма. Нескончаемая лестница. Удушающая тревога и предчувствие чего-то неизбежного. Казалось, выход где-то рядом, но стоило приблизиться к нему, он тут же ускользал…

– Проснитесь! Просыпайтесь же!

Рей вздрогнула. Лестница исчезла. Вместо неё – прищуренные глаза, выражение которых не предвещало ничего хорошего.

– Рей Сайлорс, вы, как всегда, в своём репертуаре, – токсичным тоном изрекла Марго Перрен. – После стольких пропусков явились как ни в чём не бывало и посмели заснуть прямо на лекции. Вам следует хотя бы для разнообразия брать пример с остальных курсниц.

– Но я, в отличие от остальных курсниц, не употребляю дозу антисонных психометров.

Перешёптывания стали громче.

– Так, все замолчали! А вы, Сайлорс, зарубите себе на носу: я буду повторять одно и то же, как вы выразились, лишь бы бесценные знания отложились в ваших головах. И поскольку вы всё проспали, начнем заново.

Марго вернулась за треугольный стол. Над ним парили светящиеся экраны с безучастными лицами девушек-подростков. Каждая смотрела в точно такой же парящий экран, где пробегали картинки с текстом.

– Как уже было сказано, мир до пришествия Великой Революции был полон грязи: преступлений, неравноправия, несчастий. Из этой тьмы родилась революционная группа «Либерт». Её члены мечтали очистить мир от грязных помыслов и грязных людей. Много лет они планировали свершить переворот, проникая во все сферы общества.

На проекторах замелькали кровавые сцены, взрывы, падения домов.

– И вот настал день, когда Либерт нанёс удар. Все сентрейские страны лишились электричества и вооружения. Завязалась крупнейшая за всю историю человечества война.

Боевые действия были показаны как нельзя красочно и трагично, но зрителей они не особо впечатлили.

– За шесть столетий население планеты сократилось на восемьдесят процентов. В конце концов было сформировано два сообщества: «Либера» и «Новерра». Новерру заселили выжившие народы сентрейского поколения, что проживали в отдельных коммунах. Такая разъединённая жизнь привела к конфликтам за власть, Новерра терпела поражение за поражением.

Внезапно проектор отобразил портрет мужчины с волевым лицом. Голос Марго преисполнился торжественностью:

– Но один человек смог изменить всё. На съезде лидеров коммун к населению обратился член исследовательского подразделения «Сферус» Фрид Вайетт, в будущем – первый квартлер Новерры. Наш лидер призвал к отречению от уклада старого мира, наречённого сентрейским, и предложил построить новый мир с новыми идеалами. На что и был направлен цикл программ… Подробнее о них нам расскажет Рей Сайлорс.

Уже клевавшая носом Рей приподняла голову и вяло пробормотала что-то в ответ. Марго пилила её люто ненавидящим взглядом.

– Цитадель – первая программа цикла. В честь неё был также назван энергетический барьер вокруг Новерры.

Фотографии квартлера сменила лаборатория с капсулами, внутри просвечивались человеческие силуэты. Через провода энергия протекала в баллоны.

– В дальнейшем были приняты программы социального характера: обязательные спортивные курсы, расчёт совместимости браков, глобализация роботехники и, конечно же, платформа виртуальной реальности «ПСИ».

Теперь экраны демонстрировали игровые моменты.

– Кроме того, были узаконены доносы, – лектриса Перрен поперхнулась. – То есть доклады в отдел контроля о подозрительных субъектах.

«Победим Либеру!», «Изловим сентрейцев!» – гласили лозунги на проекторах.

– Таков финальный виток человеческого прогресса, – наткнувшись на пустые глаза курсниц, Рей вздохнула. – Очевидно, упёрлись в потолок.

По аудитории прокатились истошные крики Марго.

– Подождите-ка, – прервалась она. – Рей Сайлорс, ваш ответ неполный. Вы пропустили одну важную программу, к слову, весьма вам близкую.

– Я намеренно приберегла эту тему для вас. Учитывая, что курсникам в принципе не положено выступать…

Злорадствующая улыбка лектрисы померкла.

– Я сама решаю, кто и что говорит, вашего мнения никто не спрашивал!

Рей безразлично пожала плечами.

– Программа «Эспер» была последней в цикле. В целях модификации человеческого тела в эмбрион ввели экспериментальное соединение из метеоритного камня. Однако родившийся младенец был лишён сверхспособностей, и программу закрыли. Конец.

Повисла тишина.

– Как и ожидалось, – довольно хихикнула Марго, – вы описали всё идеально, как будто сами были очевидцем… Ой, прошу прощения, ведь так и было.

Одна из курсниц присвистнула, другая укоризненно поцокала языком.

– Хорошо, подведём итоги, – Марго хлопнула в ладони, возвращая к себе внимание. – Каждый из вас должен понимать: всё, чем мы одарены в настоящем – равенство, безопасность, порядок – заслуга квартлера. Посему будьте благодарными, храните верность в сердцах, и Новерра обеспечит вас всем, чего вы достойны! А теперь – получасовой перерыв.

Воздушные экраны потухли. Лектриса Перрен ретировалась, метнув напоследок испепеляющий взгляд на Рей, уронившую лицо на парту. Девушка по соседству с тоской пролистывала новости на голографическом дисплее.

– Нужно было слушать лекции, тогда бы и тебя взяли в Пантеон, – отчитывал её голос из ручного браслета.

– Сдалась мне эта спецгруппа, я не мечу в министры, как ты, – курсница вдруг подпрыгнула на месте. – Ты это видела? Со смотровой башни опять сентреец сбросился!

– Уже третий за этот месяц, и не надоело им?

– Эти чудики совсем сбрендили! Сейчас они себя убивают, а потом и на нас переключатся!

– Квартлер этого не допустит!

– Ну да, ты права… Кстати, поможешь мне пройти Подземелье Чёрной Башни?

Лишь оставшись наедине с собой в уборной, Рей смогла избавиться от удушающих тисков на шее и вновь нормально дышать. Но ненадолго.

– Так-так-так, кто это тут у нас, неужели сама Рей Сайлорс?

Не успела Рей и пикнуть, как её вытолкнули из коридора два рослых курсника. Третий юноша, в контраст щуплый и неприметный, властно скомандовал:

– Держите её крепко, а то она буйная.

– Да, Карлайл!

Зажатая с двух сторон, Рей со скучающей миной уставилась в потолок. Карлайл подошёл к ней вплотную.

– Эй, не корчи такую рожу, когда перед тобой элита Гнозиса.

– Среди умственно отсталых тоже имеется элита? – изобразила удивление Рей. – В таком случае ты, несомненно, главный…

Прилетевшая пощёчина не дала ей закончить.

– Заткнись! Мой отец – советник Министерства внутренней безопасности! Все знают, что он будет следующим квартлером!

– Ну и? Дальше что?

– Дальше? – растерянно моргнул Карлайл. – В каком смысле?

– Ты начинал с элиты, – устало напомнила Рей. – Раз твой отец из элиты, значит, и ты по преемству оттуда же. Мои поздравления. О чём-то ещё хочешь поболтать, Карлул?

Карлайл вспыхнул от стыда и подал знак товарищам-громилам. Те пригвоздили Рей к полу с такой силой, что из неё чуть не вылетела душа.

– Я – Карлайл! И ты не имеешь права так со мной говорить! Ты всегда была чужой, один твой вид доставляет советникам Сайлорс неудобства! Не понимаю, как они терпели тебя всё это время?

– А я не понимаю, как ты сдал вступительные экзамены в Пантеон всего с девятой попытки? Сразу видно, ума тебе не занимать.

Такой атаки по достоинству Карлайл не ожидал. Но едва он занёс ногу для нового удара, раскрылся ход-автомат.

– Что здесь происходит? – строго спросил лектор мужской группы «Пантеон» Сафир Баркер.

Послышалось, как Карлайл в панике сглотнул.

– Эта курсница оскорбила квартлера! Я не мог проигнорировать её непочтительное отношение!

Непроницаемый взор Сафира по очереди проскользил по всем лицам и остановился на Рей.

– Рей Сайлорс, верно? Вы… – по какой-то причине он резко запнулся. – У меня нет времени разбираться в данном инциденте. Рей Сайлорс, в наказание вы задержитесь после занятий и перенаправите записи в учётный отдел.

– Эти психи ни с того ни с сего с поводка сорвались, а я виновата? Лучше бы вы им что-нибудь вкололи от бешенства.

– Довольно, это не обсуждается. Возвращайтесь в свои аудитории.

Когда шаги снаружи отдалились, Рей завалилась на стену без сил. Холод плитки приятно обволакивал разбитое тело, снимая боль, но тяжесть в её сердце так никуда и не делась.

Акт 1.4. Проклятая

Белая полоска неспешно заполнялась зелёным, а на заднем фоне неестественно быстро мелькали аудитории и фигурки.

– Записи успешно загружены, отформатированы и готовы к передаче в Центр, – наконец отчиталась программа с экрана.

Одновременно на ручном браслете Рей отобразилось уведомление: «Напоминаем, что вас ожидают на Арене. Не забудьте составить завещание биометрических данных на случай неблагоприятного исхода».

Подбодрили, называется.

В сумерках мерцали серебристые огни. Карлайл, карауливший снаружи здания с одним из своих громил, радостно помахал Рей, увидев, как она остановилась на выходе, и, воодушевлённый испугом на её лице, сорвался с места.

– Что, удивлена? Нас прервали на самом интересном, но теперь можешь не надеяться, что тебе кто-нибудь поможет!

– Такой жалкий ход мышления присущ лишь неудачникам вроде тебя.

Едва Рей это произнесла, Гнозис погрузился в абсолютный мрак.

– Ч-ч-что происходит?!

– Свет вырубили.

– Я и без тебя понял, болван!

Вспыхнули лампы. Карлайл в недоумении поморгал.

– Не меня ищешь?

Рей уже была у него за спиной и так же приветственно махала рукой с улицы.

– Как ты…

– Было бы обидно не воспользоваться системой управления с ключом доступа на руках. В следующий раз отыщи слепую зону, прежде чем устраивать засаду. И да, можешь начинать надеяться, что тебе кто-нибудь поможет.

– Ах ты, стерва!..

Транкулер высадил Рей прямо у самого входа в организацию. В зале ожидания собралась толпа бойцов, немногие из них выглядели старше двадцати лет. Всеобщее внимание было приковано к воздушному экрану, где высвечивались номера участников и время их сражений.

– Привет!

Рядом с Рей плюхнулась миниатюрная девушка с небрежно заплетённой косой и рассыпанными по лицу веснушками.

– Давай знакомиться! Я Джинни! Джинни Мёрфис!

Повисла неловкая пауза.

– Ты, наверное, подумала, что я слишком слабая для бойца? Не смотри на меня сверху вниз из-за роста, эти качки мне не ровня! Я непременно войду в ряды егерей!

– И зачем это тебе?

На Рей уставились так, будто она сморозила невероятную глупость.

– Чтобы с честью служить Новерре, конечно! Ты здесь разве не по этой же причине?

Моя причина менее прозаична: шантаж под названием «Гори в аду мучений, с любовью от родственничков».

Но Джинни её мотивация уже и не занимала.

– Знаешь, что я слышала? – горячо прошептала она. – Говорят, сегодня среди бойцов будет Рей Сайлорс, та самая, представляешь?! Увидим воочию, как сражается Проклятая!

В ответ Рей поперхнулась.

– Любопытно, это правда, что из-за болезни её отстранили от Марафона? Но чем она болеет? Почему об этом никому не известно? – тараторила Джинни. – А ещё, подруга мне рассказывала, что она ни разу не подключалась к «ПСИ»! Возможно, потому что советники Сайлорс ей запретили…

– Мне пора, – ледяным тоном перебила её Рей.

– Ох, ладно, удачи тебе! – Джинни тоже вскочила на ноги. – Будь осторожнее!

Почему-то именно эти слова окончательно подорвали терпение Рей.

– Тебе не стоит переживать за меня, – обрубила она. – Ведь я – та самая Проклятая, которую ты презираешь. Но даже так, дам бесплатный совет: не возлагай больших надежд. Если они не оправдаются, рабочие будни превратятся в пытку.

Мигающие красным указатели вели в длинный полуосвещённый тоннель, а затем – к возвышенной площадке, окружённой лазерным барьером. Предупредительный сигнал начал отсчёт секунд.

Рей прищурилась, пытаясь разглядеть залитый неоном силуэт по другую сторону. Этот ёршик на голове был ей до боли знаком…

– Внимание! – прогремел голос незримого наблюдателя. – Боец под номером «21» Рей Сайлорс, боец под номером «22» Дарио Серра, добро пожаловать на Арену! За проигрыш расцениваются смерть, потеря сознания и признание поражения. И да пребудет с вами квартлер!

Лазерные лучи потухли, освобождая путь к боевой сцене. Рей закрыла глаза, концентрируясь. Холодный хрипловатый голос в глубине сознания остудил её бешено колотящееся сердце.

«Оцени силу врага, обстановку. Найди уязвимое место и воспользуйся им»

Неужели ради этого момента её принуждали проходить через мучительные тренировки?

– Эй, Проклятая, просто сдайся, не трепыхаясь. Всё равно у тебя нет шансов.

Первым шаг навстречу сделал Дарио. Его взгляд затравленно блуждал, словно специально избегая Рей.

– А ты-то чего занервничал? Брезгуешь руки замарать?

– Карлайл говорил, что только ему разрешается тебя избивать. Он взбесится, если узнает.

Лучше бы не спрашивала.

Между ними неумолимо сокращалось расстояние. Приблизившись вплотную, Дарио предупредил:

– Ну, не жалуйся потом.

Что ж, проверим старый добрый метод психологического пресса.

– Кажется, я поняла, в чём дело. Вы двое так привыкли исполнять команды, что теряетесь, оставшись без хозяина. Карлайл выдрессировал прекрасных псов!

Уклонившись от летящего кулака, Рей перехватила атакующую руку и, не жалея сил, вонзила в неё зубы. Не успев прийти в себя, её противник взвыл, получив удар в самую болезненную для мужчин зону, и шлёпнулся на пятую точку. Зрачки его налились кровью, а и без того торчащие волосы встали дыбом.

– Да я тебя…

– Сдаюсь!

– …убью?

– Поединок завершён! – подытожил наблюдатель. – Дарио Серра побеждает! Рей Сайлорс выбывает!

В тоннеле Рей опёрлась рукой о стену, чтобы остановить вращение верха и низа перед глазами. Но вместо пестрящих звёзд в фокусе нарисовался женский силуэт.

«Служащая Луиза Вилар» – было написано на бейджике. Чересчур безупречная осанка, искусственно натянутая улыбка и стеклянные глаза – от такого сочетания по спине бежали мурашки.

– Добрый вечер. Прошу вас задержаться и оставить отзыв о нашей компании, – будто предугадав возражение Рей, сотрудница Арены молниеносно добавила: – Процедура обязательная.

В обзорной комнате под методическую мелодию транслировались бои. Стены украшали проецируемые портреты егерей.

– И снова-здорово.

Рука Рей замерла на сенсорной странице отзывного регистра, она медленно повернула голову. На соседнем стуле уныло сгорбился Дарио. Вся его агрессия испарилась, оставив одну печаль.

– Что ты здесь забыл?

– Меня выпнули. Типа я такой слабак, что даже такую, как ты, не осилил.

Нет, не волнуйся, мне вовсе не обидно. Но тебе, собственно, и так по барабану!

– И вообще, не хотел я соваться на эти дурацкие бои, – жаловался Дарио, – но мать меня бы убила, если бы не пошёл! А что Карлайл? Думаешь, мне в кайф возиться с этим ненормальным психом? Но так отец велел, ещё и от ПСИграммы грозился отключить.

– Надо же, – почти растрогалась Рей. – Оказывается, не одна я могу похвастаться напряжёнными семейными взаимоотношениями.

– Ну, ты-то ты для своих обуза, у меня всё не так дерьмово.

И не поспоришь.

Предоставленный Ареной транкулер заметно отличался от обычных: в нём можно было присесть, выбрать музыку и настроить температуру. Как только машина плавно двинулась по канатному тросу, загорелся экран телектора. Ведущая какого-то шоу с пристрастием допрашивала видного политика.

– Как вы считаете, министр, может ли структура вируса «Л» вновь измениться?

– К сожалению, однозначного ответа на этот вопрос нет. Из-за самомодифицирующейся структуры вируса действие вакцины, созданной квартлером, сократилось, в связи с чем сроки повторной вакцинации придётся также урезать. Однако, не сомневайтесь, мы обязательно разберёмся с этим осложнением…

Ни одна из голосовых команд не заставила телектор замолчать. В конце концов Рей махнула рукой и отдалась сладкому зову дрёмы…

– Министр, как, по-вашему, правдив ли слух о том, что советники Сайлорс намерены возобновить программу «Эспер»?

Её глаза резко распахнулись.

– Мы узнаем совсем скоро на Съезде Трёх. Но, осмелюсь предположить…

Слова министра проглотила тьма. Транкулер стоял на месте назначения.

– Издеваетесь надо мной?

Шаги гулким эхом разрезали тишину. Рей бездумно брела по коридору, пока не поняла, что к звуку её шагов примешался едва различимый шёпот. Она тихонько притаилась у поворота.

– …ты в этом уверен? Программу «Эспер» сняли с повестки собрания?

– Новый проект уже утверждён, несмотря на наличие серьёзной проблемы. При малейшем вмешательстве внешних факторов нанореактор способен произвести глобальные метаморфозы. Трансформация местности, атмосферы или…

– Или что?

– Всего человечества!

– Невозможно. Советники Сайлорс не приемлют и однопроцентный риск.

– Так и есть. Вероятность данного исхода – тысячная доля.

– Полагаю, в расчёты включили вмешательство Проклятой. Не представляю более проблемного внешнего фактора…

Стоило Рей закрыть глаза, ей снова слышался смех министров. Она в который раз перевернулась на другой бок и крепко зажмурилась. Но, казалось, люминесцентный свет въедался через зрачки.

Было очевидно, что сон не придёт к ней добровольно.

– Три, пять, девять, – чуть погодя бормотала Рей, расставляя на полу детали в ряд.

Башня – игра-головоломка и её личное снотворное. Запутанные комбинации отвлекали от тяжёлых мыслей, а в удачных ходах она обретала смысл прожить ещё один день. Если верить инструкции, в составных частях, помеченных символами, спрятан тайник с сокровищем, но откроется он лишь на вершине.

Ночь прорастала всё глубже.

Башня поднималась всё выше…

Но Рей не нашла в себе силы закончить начатое. Сокровище подождёт её до завтра.

Акт 1.5. Бездна

– Госпожа Сайлорс, проснитесь.

Чья-то рука настойчиво трясла Рей за плечо. Полусонная, она различила над собой отстранённое лицо служащего.

– Что случилось?

– Советники Сайлорс ждут вас у себя.

Сердце Рей предательски дрогнуло. Все восемнадцать лет эти люди контактировали с ней строго один на один, словно соблюдая некий непреложный регламент. Что же заставило их от него отступить?

Определённо, ничего хорошего.

Рабочие места секретарей пустовали. По-видимому, все были заняты подготовкой к крупному мероприятию.

– А что ещё делать? – послышалось из щёлки не до конца закрытого ход-автомата. – Мы связаны по рукам, наше время истекает. Иного пути нет.

– Даже при том, что путь, выбранный нами, иррационален?

– Всё уже решено, и мы не в силах что-то…

По повисшей паузе Рей догадалась, что её присутствие обнаружили.

– Входи, – раздался властный голос Вилфрита.

Главный кабинет Министерства исследований был столь же элегантен и холоден, как и заседающие в нём супруги. Среди чёрно-белой гаммы взор находил цвет лишь в радужных световых потоках, струящихся из квадратной каменной ниши, что разделяла помещение на две половины ровно посередине.

– Вилфрит, разберись с этим поскорее.

После этой реплики Эллейн Сайлорс обхватила пальцами лоб, как от сильной головной боли. Вилфрит подозвал Рей повелительным жестом и вложил в её руку что-то металлическое.

– Слушай внимательно и в точности следуй указаниям. На этом адаптере записаны секретные данные. Ты должна вынести его из здания, неважно куда, главное, как можно дальше от Центра.

– Это связано с либерами?

– Твоя задача – сохранить устройство и вернуть его обратно, когда получишь соответствующую команду. Считай, мы терпели тебя все эти годы ради этого дня.

– Прекрасно. Я сделаю это, но взамен вы предоставите мне вакцину.

Не отрывая глаз от настольного экрана, Вилфрит отрезал, не колеблясь:

– Нет.

Рей едва заметно вздрогнула.

– Почему? У меня, как жителя Новерры, есть на это полное право.

– Право? – переспросил Вилфрит с жестокой усмешкой. – Ты и сама знаешь, что у тебя нет никаких прав. С самого начала не было. Мы и так постоянно тратили на тебя лекарства, а ты ещё требуешь для себя вакцину? Смешно. Просто выполняй приказ и не забывай, что я в два счёта могу превратить твою жизнь в кошмар.

Вскипающая ненависть ядом разлилась по венам Рей, но непомерным усилием ей удалось перебороть жгучее желание размозжить родительские головы.

– Только не произноси своё полное имя, – бросила вслед Эллейн. – Мы установили его как голосовую команду к самоуничтожению.

Снаружи Рей прислонилась к стене и медленно соскользнула на пол. В её голове не было мыслей, в сердце не было чувств, а на лице не было слёз. Ей лишь недоставало трезвого духа и самообладания.

Когда рассудок прояснился, она извлекла содержимое из своего личного сейфа, оставив на том же месте идентификационный браслет.

– Надеюсь, они мне не понадобятся.

Оружие – единственная ценность, которую Рей получила от родителей, заботящихся, разумеется, не о её безопасности. Два экземпляра клайзира, пришедшего на замену сентрейского пистолета, доверили ей в распоряжение для защиты министров, чьи жизни, очевидно, имеют больший вес.

– Не понимаю, почему этот ребёнок не хочет загрузиться в ПСИграмму на пару с матерью? – сетовала немолодая женщина на пути к гипперону.

– Подростки, что с них возьмёшь, – вздохнула следом её спутница. – Подбери ему психометры для послушания, мой, вон, как шёлковый с ними. Это же для их блага, и для нас польза.

– И то верно… Эй, глянь! Разве это не Проклятая?

– Точно! Вот бесстыдница, совсем совести нет!

– И как она смеет спокойно на людях показываться?

«И вам доброго утра и не хворать… А, хотя нет, лучше недоброго и хворать!» – мысленно пожелала в ответ Рей и ускорила шаг. Помчавшись куда глаза глядят в неустойчивом душевном состоянии, она не заметила, как впечаталась в кого-то носом.

– Прошу, помогите!

Худой человек болезненной наружности стоял так нетвёрдо, будто был готов вот-вот рухнуть наземь. Вместе с тем его полыхающий взгляд переполняла решимость.

– Моя жена… она в беде… Прошу вас!

Здравый смысл кричал Рей: «Не ввязывайся в это!».

– Навряд ли я буду полезна. Дождитесь медслужащих.

– Я пытался подать сигнал, но без толку… Умоляю, нам надо спешить!

Неужели либеры повредили каналы связи?

Рей поволокли за руку, уводя её всё дальше и дальше. В какой-то момент на месте небоскрёбов вырос заброшенный пустырь. Вокруг было безлюдно и глухо.

– Где ваша жена?

– Моя жена? – как-то странно усмехнулся мужчина. – Не знаю, её тело, наверное, лежит в какой-нибудь капсуле… А может быть, от него ничего уже не осталось… Смешно, не правда ли? Когда-то были кладбища, мёртвых помнили. А что сейчас? Нас кормят несбыточными обещаниями о возрождении, о том, что вскоре мёртвые оживут и человечество станет бессмертным… Катрин так любила квартлера, боготворила его, верила, что он всех защитит… И что в итоге?

Повернувшись, незнакомец явил своё мертвенно-бледное лицо, перекосившееся от гнева. Следующие его слова прозвучали очень тихо, почти шёпотом:

– Её больше нет, нет… А знаешь ли ты, кто повинен в её смерти?

Это был риторический вопрос, полагаю.

– Не можешь не знать, потому что это ты, это твоя вина!

– Не понимаю, о чём ты говоришь, – протянула Рей, пряча за спиной один из перезагружающихся клайзиров.

Проклятие, их слишком давно активировали в последний раз.

– Не понимаешь, да? Катрин умерла от заражения вирусом «Л», теперь дошло?

– От вируса? Но как же вакцина?

– Вирус убил её так быстро, что я даже не успел попрощаться… Думаешь, она единственная? Как бы не так! Все эти смерти замалчиваются, уж не знаю кем, квартлером или его правительственными шавками… Это и неважно. Ведь прежде всего ответственность за это лежит на тебе!

На Рей упал прицел дула клайзира.

– Само собой. Войны, болезни, природные бедствия – я ответственна за все невзгоды, выпавшие на долю человечества. Но в чём конкретно ты меня обвиняешь?

– Из-за твоего провала появился этот чёртов вирус! Ты могла всё исправить! Тебе предлагали провести повторное внедрение метория, но ты отказалась! Потому что испугалась за свою никчёмную жизнь!

– Если и так, с какой стати мне рисковать своей, пусть и никчёмной жизнью ради остальных? У тебя нет права осуждать меня из-за собственного бессилия…

– Заткнись!

Оружие засветилось, вбирая энергию. Однако Рей не собиралась мирно дожидаться своей участи.

– Ты не сбежишь! – донёсся рёв ей вдогонку.

Внутри развалин царил полумрак, под ноги то и дело попадались обломки здания и мусор. Крики преследователя приближались с каждой секундой.

Внезапно Рей покачнулась, как от удара. Теряя силы, она, пошатываясь, в панике замахала рукой в поисках опоры, но нашла лишь пустоту. Её тело разрывало на части, а разум застилало туманом.

Последнее, что Рей увидела – яркая белая вспышка, за мгновение поглощённая бездной.

ДЕЙСТВИЕ 2. MORPHINUM

Акт 2.1. Я просто проходила мимо

Какое-то время Рей, не шевелясь, расплетала узел запутавшихся мыслей под звуки незнакомой уху трели. Пока не нашла в себе силы признать неоспоримый факт: с ней происходит нечто странное.

Она не шевелилась не из нежелания, а из-за невозможности. Её будто отключили от источника питания, и лишь сейчас показатель зарядки сдвинулся с нуля, о чём свидетельствовала разрывающая голову боль.

Но была и проблема посерьёзнее.

Не минуло года с объединения Новерры, как мир постигла новая катастрофа – Биоцид. Мощнейшее землетрясение ознаменовало постепенную гибель растительности и животных.

Вымирание человечества предотвратило разработанное квартлером биотехнологическое чудо – ПИФ – прибор искусственного фотосинтеза. Несмотря на это, вся флора и фауна планеты Земля навсегда канули в небытие.

Такова была реальность, которую знала Рей. Только вот в настоящий момент она собственными глазами лицезрела зелёную листву, согреваемую яркими солнечными лучами, и собственными ушами слышала пение весело щебечущих на деревьях птиц.

Галлюцинации? Эксперимент? Засекреченный заповедник? Что из перечисленного объясняло это безумие, не выяснить, оставаясь на месте.

Полная решимости, Рей попробовала встать, но её ноги тут же подкосились. Стук выпавшего из-за пояса клайзира слился с шумом вдалеке. Что-то приближалось, и очень быстро!

Из кустов выскочили гигантские фигуры, но на земле уже было пусто.

– Кто ты такая?!

Обжигающее остриё меча, приставленное к горлу Рей, лишило её дара речи. Как и вид выросших пред ней необыкновенных существ.

Их лиловая кожа напоминала чешую, а в приплюснутой морде угадывались черты ящерицы. Стоя на вытянутых задних лапах, затейливые звери порывисто дышали, раздувая широкие ноздри.

– Полегче, Нарона, дай ей сказать, – велел юноша с выразительными синими или, скорее, ультрамариновыми глазами и чуть растрёпанной чёрной шевелюрой.

Два других наездника, старше возрастом, загородили его собой. А последняя, так и не опустив оружие, буравила Рей страшным взглядом.

Неужели я всё-таки под галлюциногенами?

– Но, господин Джебберт, очевидно, что она шпион. В Имперский двор не попасть без ведома охраны, но сообщений о ней не поступало. Следует передать её гвардейцам.

Или они под галлюциногенами?

– Подожди немного, – попросил Джебберт. – Я не чувствую в ней эссенции. Вам не кажется это необычным?

– Действительно, – помолчав, подтвердила мечница. – Глушитель? Его нелегко раздобыть. Но это также доказывает, что она лазутчица.

– Слушайте, – подняла руку Рей, – я просто проходила мимо. Вы тут продолжайте, а я пойду своей дорогой, хорошо?

Повисла напряжённая тишина.

– Вы заодно с тем чокнутым? За мной уже послали егерей, так что советую сдаться без сопротивления.

Джебберт вдруг рассмеялся.

– Как интересно! И твоя речь, и одежда чудные. Ты же явно неместная, да?

– Я…

– Господин Джебберт, – безжалостно перебила Рей Нарона, – не позволяйте ей ввести вас в заблуждение. Это нередкая тактика шпионов.

– А по-моему, она не опасна.

– Со всем уважением, данный вопрос относится к компетенции Гвардейского трибунала.

Воздух наэлектризовался.

– Я порвала все связи с Новеррой! – вмешалась в их перепалку Рей. – И готова сделать вам взаимовыгодное предложение!

Устремлённые на неё взгляды нисколько не убавили во враждебности. Зато у Джебберта увлечённо заблестели глаза, как у ребенка, обнаружившего занимательную игрушку.

Это пугает ещё больше!!

– Ладно, так мы ни к чему не придём, – сдался юноша. – Будь по-твоему, воротимся в Ратуш. Но я хочу участвовать в допросе.

– За этим обратитесь к командующим, – отрезала Нарона.

Беззвучная реакция Рей: «Вы что, меня игнорируете?».

– Стойте, я располагаю важными данными…

Закончить ей помешал резкий удар в шею, предшествующий тьме.

– …почему мы не можем её использовать.

– Да всё ты понимаешь! Вздумал пренебречь волей императора?!

– Вы двое не устали собачиться?

Это уже начинает надоедать.

Теперь Рей лежала на холодном полу, закованная в цепи. С потолка капала вода, в нос бил затхлый запах.

Кроме неё в слабоосвещённом помещении находилось несколько мужчин в одинаковых военных костюмах. Те, что спорили, сверлили друг друга яростными взглядами. Третий, с огненно-рыжей кудрявой копной волос, сидя на стуле между ними, примирительно размахивал ладонями до того, как заметил, что Рей пришла в себя.

– Очнулась?

Один из его товарищей, с бородой и шрамом на лице, облокотился на стену и скрестил руки на груди. Другой, с тонкими усиками, негромко покашляв, деловито представился:

– Командующий имперской гвард-группы «Альфа» Бунад Ситралис, – и указал на компаньона со шрамом. – Это командующий Гисберт Драск, – а затем кивнул в сторону кучерявого. – А это командующий Кифран Илврид, – выжидательная пауза. – Твой черёд.

– Разве вам уже не известно моё имя? – вскинула подбородок Рей. – Я ведь сказала, что не против сотрудничать, – её демонстративный взмах рукой породил звонкий лязг цепи. – И убегать я не намерена.

– Да, кажется, Нарона что-то такое упоминала, – без воодушевления протянул Бунад. – Однако, я так и не получил ответа на свой вопрос. Не трать наше время попусту.

– Хорошо. Я – Рей Сайлорс. Этого достаточно?

Послышалось, как Гисберт раздражённо цокнул языком.

– На кого ты работаешь?

– Забавно даже предположить, что кто-то в Новерре заинтересовался мной в качестве трудовой единицы. Хотя некоторые убеждены, что я прислужница сатаны, но заверяю: эти слухи не правдивы. Сатана бы мне платил, а я всю жизнь без нанита в кармане.

– Откуда ты родом? – не оценил шутку Бунад.

– Только не говорите, что в Либере Проклятая не пользуется популярностью. Моё эго серьёзно задето.

– Ничего из этого мне не знакомо.

Терпение, Рей, терпение.

– Поймите, в спектакле нет нужды, всё равно мои соплеменники меня на дух не переносят. Уверена, мы разрешим это недоразумение…

Её слова заглушил раскатистый смех, которым разразился командующий Драск.

– Завязывай с этой вознёй, – фыркнул он, всё ещё посмеиваясь. – Она так просто не расколется. Тут нужны методы посущественнее.

– Да уж, я такой околесицы отродясь не слыхал. Это новый шпионский приёмчик? —подхватил командующий Илврид.

Бунад, не оборачиваясь, жестом призвал их подождать.

– Подумай, добровольное признание – единственный для тебя выход. Знаешь же, Реллум ведёт мягкую карательную политику. Кто тебя подослал? Эти проклятые святоши или демонопоклонники?

– Понятия не имею, о ком вы толкуете, – уже едва не прорычала Рей.

Взор Бунада подёрнулся суровой пеленой.

– Пусть так. Тогда из какой ты тории? Если не Фидем, значит, Ливестия?

Всё, с меня довольно.

– Нет! В сотый раз повторяю: я из Новерры! Новерры, мать вашу! Это страна, которую вы заразили жизнесокращающим вирусом, и вы воюете столетиями. Учитывая, что на этой планете не осталось других государств, ваша информационная осведомлённость не впечатляет!!

Ведущий допрос с приоткрытым ртом уставился на Рей как на больную и отступил назад. Командующие снова встали в круг для совещания.

– Мы не станем применять сыворотку, – прошипел Бунад. – Как сказать, чтобы до тебя дошло? Приказ императора, по-твоему, и лоруса не стоит?

– Меня больше волнует результат, чем раболепное подхалимство, – грубо парировал Гисберт. – Отчего в имперальной фракции все такие трусы?

– Лишь глупец видит в гуманности трусость. Импералисты заботятся о благе Реллума, а твоя фракция доведёт нашу торию до разрухи и произвола!

– О какой гуманности ты болтаешь? Шпионы настолько обнаглели, что спокойно прогуливаются по Имперскому двору! Скоро и в тронный зал пожалуют как к себе домой!

Переводивший взгляд туда-сюда Кифран с невинным видом предложил:

– Может, монетку бросим?

– Заткнись!! – хором гаркнули на него.

– Что, и пошутить нельзя? Вы меня с ума сведёте. Давайте не рубить с плеча до возвращения профессора Гронбелл, а к тому времени и командир освободится.

Командующие хмуро переглянулись, но не возразили.

– И вообще, чем она сама, намного любопытнее её оружие, если оно таковым является, конечно, – добавил Кифран. – Какой тип эссенции необходим для активации?

– Демон его знает, – процедил Гисберт. – Но смелости этой девке не занимать, заглушить поток и шастать прямо у нас под носом!

– Ну, а как бы ещё она пробралась через барьер? – вздохнул следом Бунад. – Неясно, каким образом эта девушка спрятала глушитель, но его действие когда-нибудь да закончится… Кстати говоря, давно принц Джебберт так не упорствовал.

– Этот сопляк вечно лезет куда не просят, – презрительно сплюнул Гисберт.

– Эй, повежливее! Речь об имперском наследнике!

Кифран, задумавшись, то ли в шутку, то ли всерьёз спросил:

– А вдруг в будущем он сделается императором и припомнит, что мы его не пустили?

– Знай меру нездоровым фантазиям, – упрекнул его Бунад.

– Тоже умом повредился, как эта шпионка? – пробасил Гисберт.

– Мне кажется, или вы заодно только в такие моменты?

Беседа командующих ни на мгновение не привлекла внимание Рей, вымотанной ментально и физически. Кто эти люди? Зачем они её похитили? Почему выставляют сумасшедшей?

Уже без разницы.

– Йонсу! – крикнул Гисберт. – Займись ей. Посмотрим, насколько крепка её выдержка. Но не перестарайся, мы же строим из себя гуманных.

Из угла темницы выплыл худой сгорбленный силуэт. Оказывается, этот человек, скрываясь в тени, присутствовал здесь с самого начала.

– Слушаюсь, господин, – хрипло откликнулся он.

Решётка с грохотом врезалась в землю. По воздуху разнеслось гулкое эхо.

– Наконец-то нам никто не мешает.

Пронзительная боль взорвала в глазах Рей фейерверк искр. Её тело скрутило под напором незримых тисков.

– Ч-что… ты… творишь?..

Прищуренные ярко-жёлтые глазищи созерцали её муки с охотничьим запалом.

– Прекрати… немедленно, – выдавила Рей сквозь зубы.

– Не могу, лапуля, это моя работа, – ласково проворковал Йонсу. – А свою работу я выполняю на совесть.

Загадочная сила возрастала, расплющивая внутренности, отчего Рей хотелось истошно завопить, но из её рта не вылетело ни звука. Казалось, истекла вечность, прежде чем мучительный прессинг исчез.

– Ладушки, на сегодня с тебя хватит, я малость утомился. Продолжим завтра.

Хлопнула решётка, и Рей тотчас провалилась в беспамятство.

Акт 2.2. Время

Объятая тревогой, Рей то пробуждалась в холодном поту, то впадала в забытьё, где образы сменялись один за другим, сливаясь в жуткую фантасмагорию.

К ней вновь и вновь являлись жёлтые глаза, жаждущие узреть больше мучений, больше боли. Её снова и снова преследовали покрытые чешуей звери, а девушка с чёрными как уголь волосами безустанно рубила её мечом, разбрызгивая фонтаны крови.

Когда советники Сайлорс направили на неё клайзиры, Рей с криком проснулась. Прерывисто дыша, она ударила голову о стену, убеждая себя в том, что видит до безумного реалистичный кошмар.

Но ни тюремный закуток, ни цепи так никуда и не делись.

Ну да, даже для ночного кошмара это уже чересчур.

Тишину вдруг нарушил гром поднимающихся прутьев.

– Ты как?

Какое-то время Рей снисходительно глядела на юношу с ультрамариновыми глазами, где плескалась смесь волнения и любопытства.

– Лучше не бывает, отдыхаю, как на курорте. Цепи, пытки – всё, как я люблю!

Тот самый Джебберт удивлённо вскинул брови.

– Ты права, – смиренно вымолвил он. – Данный вопрос не совсем уместен. Извини.

На его красивом лице проступила тень неподдельного негодования.

– Йонсу мне никогда не нравился. Пренебрежение приказами, превышение полномочий, самовольное использование эссенции – и одного пункта достаточно для его увольнения. Мерзавцам, подобным ему, не место в обществе.

Мне кажется, или мой гневный монолог нагло своровали?

– Как он это делает?

– Эссализация давления. Его навык неплох, хотя с таким уровнем… – Джебберт осёкся. – Ты не это имела в виду, да?

– Какая разница? – горько усмехнулась Рей. – Всё равно мне никто не верит.

– Не сказал бы, что никто. Я тебе верю.

– С чего бы это?

Заговорчески осмотревшись по сторонам, Джебберт наклонился к Рей и прошептал, как по секрету:

– Я подслушал твой допрос, но это сугубо между нами.

– …

– Предположим, что ты на самом деле шпион, – продолжил он уже серьёзно. – Лазутчики Фидема до фанатизма преданы своим орденам, чем быть захваченными в плен, они предпочитают лишить себя жизни. Ливестия уже много лет не принимает участие в военных действиях, так что её вмешательство также крайне маловероятно. Кроме того, притвориться сумасшедшим – наименее разумный выход, поскольку это лишь увеличивает подозрения.

– Не так уж и неразумно, раз ты мне поверил, – резонно возразила Рей и с ужасом поняла, что сама себя подставляет!

Джебберт с загадочной полуулыбкой опёрся подбородком на сложенные ладони.

– Хорошо, буду честным – я поверил тебе не из логических умозаключений. Твои слова показались мне настоящими. Я не сомневаюсь в твоей искренности, как бы странно это ни было.

На пол громко шлёпнулась капля.

В общем-то, нормальных аргументов у тебя нет.

– Допустим, что это правда. Однако многих ли ты убедишь своей пылкой, но необоснованной речью?

– Об этом не стоит беспокоиться. Тебе осталось переждать два дня до приезда профессора Гронбелл, ей по силам доказать и твою невиновность, и здравомыслие.

В сердце Рей зажглась слабая искра надежды.

– Но прежде всего, думаю, мы должны разобраться в происходящем, – предложил Джебберт.

Если это в принципе возможно.

…Спустя полчаса.

– Итак, – протянула Рей.

– Итак, – эхом повторил за ней Джебберт.

«Мы так ни к чему и не пришли!» – в голос подумали они.

– Подводя итоги, ты ничего не знаешь о месте, где жила я, а я же, в свою очередь, ничегошеньки не знаю о месте, где мы находимся сейчас. Всё верно?

В отличие от Рей, близкой к эмоциональной пропасти, Джебберт выглядел заинтригованным.

– Невероятно. Твоя история как будто из какого-то сказания или легенды.

Несмотря на отсутствие патриотических чувств к родине, Рей отказывалась отрицать её существование.

Да кто сам себя поселит в вымышленном аду?!

– Сказала бы то же самое, если бы собственными глазами не застала чудовищ, сошедших с ПСИграммы или мира фантастической книги сентрейских…

Рей оцепенела, как громом поражённая.

Природа, мистические силы. Иные слова и история, иное сообщество, иные…

…миры?

– У тебя появилась идея? – заметил её состояние Джебберт.

Но Рей, погруженная в размышления, его проигнорировала.

– На каком языке мы с тобой говорим?

– На неольском, разумеется. А что?

Разочарованная, Рей обречённо помотала головой. Будь то параллельные миры, как могли совпасть их языки, пускай и называясь по-разному?

Что же тогда? Если это другой мир и одновременно не другой мир, то выходит…

– Эврика! Время! Дело во времени!

– Что? – недоумевал Джебберт.

Теперь Рей была почти уверена: изменилось не место, а время. Но куда она попала – назад или вперёд? Обстановка указывает на эпоху Средневековья, а новеррийский, он же «неольский» язык был создан после Великой Революции. Следовательно…

– Это будущее? – пролепетала Рей. – Но как? Не понимаю…

Уже не пытаясь вставить вопросы, Джебберт терпеливо ждал развязки.

Но чья это работа, квартлера или советников Сайлорс?.. А ведь точно!

Фрагменты пазла в раздробленном уме Рей наконец сплелись воедино. Нанореактор, в случае неудачи могущий трансформировать рельеф, атмосферу и людей, между делом.

Полный комплект.

– Кажется, я нашла ответ.

Следует отдать Джебберту должное: выслушав Рей, он не нарёк её умалишённой, да и отреагировал так спокойно, словно уже располагал аналогичными сведениями.

– Получается, ты жила годами или даже столетиями ранее, но по вине некого устройства очутилась в будущем, то бишь здесь?

– Получается, так, – с опаской кивнула Рей. – И что ты об этом думаешь?

– Я думаю, что это…

Враньё, небылица, чушь несусветная?

– …очень увлекательно! – воскликнул Джебберт.

Из нас двоих ему больше подходит диагноз сумасшедшего.

Пока чудаковатый юноша витал в фантазиях, Рей вернулась в реальность, которая по-прежнему удручала.

– Но что, если за эти два дня командующие воспользуются сывороткой? Каково её воздействие?

– Они имели в виду сыворотку подсознания, она минимизирует способность человека лгать, на время притупляя некоторые функции мозга.

– Неплохой вариант для непростого случая, как у меня, – пожала плечами Рей.

В глазах Джебберта мелькнул задорный огонёк. Он добавил как бы невзначай:

– Правда, есть побочный эффект – в течение часа употребивший её теряет рассудок.

Пожалуй, обойдусь своими силами.

– А что насчёт Йонсу: он более не станет тебе досаждать.

Рей вздрогнула от неожиданности. Джебберт прочитал её мысли?

– Но почему?

– Ничего особенного, обычный подкуп и заурядные угрозы. Как сказал один мой знакомый, положение и деньги – панацея от проблем. Я всегда считал эту точку зрения ограниченной и циничной, но, едва столкнувшись с трудностью, не нашёл другого решения, – Джебберт уныло вздохнул. – Это немного разочаровывает.

– Меня всё устраивает, но это не значит, что твой знакомый прав. Ему не довелось столкнуться с такими проблемами, которые ни власть, ни деньги не решают, только и всего.

Почему-то эти слова, произнесённые Рей без намёка на шутку, вызвали у Джебберта заразительный смех. Но его веселье прервал голос, почтительно и в то же время настойчиво зовущий снаружи.

– Мне пора. Скоро мы вновь увидимся, и тогда, поверь, твоя роль в корень изменится.

На прощание Джебберт изобразил свою излюбленную полуулыбку. Одиночество позволило Рей полностью уйти в себя. Чувства, воспоминания, представление логичного и сверхъестественного – всё в ней смешалось в кучу и требовало переосмысления и принятия.

Она так сильно погрязла в самокопании, что подпрыгнула, снова услышав дребезжащий шум. Бесшумно ступая, из тьмы вынырнула фигура из её недавних кошмаров!

Уже готовая пережить их наяву, Рей в панике зажмурилась, но никакой меч её так и не проткнул. За решёткой молниеносно скрылся конский хвост, а на полу лежал перевязанный свёрток.

Аппетитный аромат дразнил ноздри. Рей знала, как выглядел хлеб в общих чертах, но его сладкий, живой вкус вышел за рамки её воображения. И хотя в темницу всё ещё не проникали лучи света, холод в её душе самую малость растаял.

Да здравствует еда будущего!

Акт 2.3. Как поступить с Рей Сайлорс?

Время замедлило ход. Проводя его в монотонном бездействии, Рей могла развлечь себя лишь подсчётом капель с потолка, и с каждой новой каплей её вера в то, что этот замкнутый круг никогда не разорвётся, крепла.

Но однажды темницу пробудили многочисленные шаги.

– И зачем мы сюда такой толпой припёрлись? – цыкнул командующий Драск. – Хватило бы и одного Кифрана, он всё равно вечно ерундой мается.

– А по-моему, ты просто законченный трудоголик, – беспечно отмахнулся командующий Илврид.

– Можете поблагодарить за это господина Джебберта, который выразил сомнение в нашей компетентности, – едким тоном вставил командующий Ситралис.

На что синеглазый юноша искривил насмешливую полуулыбку.

– Всегда пожалуйста.

– Зазнавшийся щенок, – прошипел Гисберт.

– Господа, не пора ли начать? Я немного утомилась с дороги, но вы утверждали, что дело срочное.

В разговор вмешалась женщина с изящной заколкой цвета бирюзы в волосах. Бунад тут же смиренно приставил ей стул.

– Ну вот и сдулось твоё дешёвое представление, мелкая дрянь, – желчно бросил Гисберт. – С профессором Гронбелл такие трюки не прокатят.

Отливающие бирюзой глаза окинули Рей долгим проницательным взглядом.

– Здравствуй, меня зовут Делисса. Я родилась и проживаю в Реллуме, занимаю должность преподавателя в академии. Теперь, будь добра, расскажи, кто ты и откуда прибыла?

Ещё несколько простых вопросов, и профессор Гронбелл, коротко поблагодарив, поднялась на ноги.

– Все её слова – правда.

Выкусите!

Повисла гробовая тишина. С потолка упало шесть капель, прежде чем Гисберт процедил:

– Меня, видать, уже слух подводит. Повтори-ка.

– Я лишь сказала, как есть, – ровно ответила Делисса, издав едва уловимый раздражённый вздох.

– Да это же бред собачий! Издеваешься над нами?!

Несущий глас благоразумия Бунад придержал вспыльчивого товарища за плечо.

– Профессор Гронбелл не стала бы так шутить. Да и профессор Поларис подтвердил: девушка чиста, никаких веществ, путающих сознание, в ней нет.

– В таком случае у неё просто-напросто с башкой проблемы! – рассвирепел Гисберт.

– Позвольте мне доказать, что я не сумасшедшая.

Все взоры, как по щелчку, метнулись на Рей.

– Но мне понадобится то, что вы у меня отняли. Клайзир – так этот предмет называется.

Внезапно Кифран, до сего момента безучастно рассматривающий паутинные узоры в углах, подпрыгнул на месте и повторил, как зачарованный:

– Клайзир, значит… Как интересно!

Его напарники неуверенно переглянулись.

– Делайте, как она говорит, – велел им Джебберт. – Я за неё ручаюсь.

– Какого хрена ты приказы отдаёшь?! – взорвался Гисберт. – Тебя тут вообще быть не должно!

– Довольно! – прикрикнул Бунад и с тяжёлым вздохом сжал переносицу, всё ещё колеблясь. – Не то чтобы мне нравилась эта идея, но мы обязаны проверить.

Он подал знак приплясывающему от нетерпения Кифрану, который примчался обратно так быстро, словно телепортировавшись.

– Погоди! – остановил его Гисберт. – Сперва пусть она пояснит, что это такое.

Рей мотнула головой.

– Любые мои слова покажутся вам бессмысленными. У меня нет намерения вредить кому-либо, но, даже если это не так, разве вас всех недостаточно, чтобы со мной справиться?

Командующие дружно промолчали, не осмелившись возразить на этот счёт. Их лица удивлённо вытянулись, когда части устройства бесшумно зашевелились, подобно ожившему конструктору, а тела заметно напряглись, попав под прицел оружия. Однако миг спустя Рей отвела руку в сторону.

Темницу озарил световой всплеск.

– Теперь выбор за вами. Я могу парализовать желающего или проделать дыру в стене. Разумеется, с вашего согласия.

Настороженные взгляды командующих зажглись любопытством.

Бабах! – выстрелил энергетический залп. На пол посыпалась крошка. Рей спокойно подтолкнула деактивированный клайзир к ногам командующих.

– Да откуда ты взялась такая, демон тебя дери?! – выпалил Гисберт.

– Из прошлого… я полагаю.

Голос Рей предательски дрогнул. Безумный ответ сошёл с её уст уже дважды, но высокий мускулистый человек в терракотовом камзоле, задавший тот же вопрос, определённо не планировал давать ей второй шанс. Его невероятная аура внушала страх и трепет, а острый взгляд втаптывал в землю без всякой эссенции.

Но совсем скоро этот взгляд потерял интерес.

– Доложите императору. Дальнейшая её судьба не в нашей власти.

– Я уже доложил, самолично, – весело произнёс Джебберт. – Так что пока мы ведём здесь пустые беседы, достопочтенный император томится в ожидании. Не стоит ли нам поторопиться, командир?

Казалось, ничто не способно погасить запал дерзкого юноши. Гисберт сжал кулаки до посинения, а Бунад неодобрительно покачал головой.

– Это не моя забота, – на ходу отрезал лидер командующих, но у порога его догнал степенный женский голос.

– Уже нас покидаете?

Покосившись через плечо, командир скупо кивнул.

– Ваша преданность делу восхищает. Реллуму несказанно повезло иметь такого выдающегося легионера.

– Я лишь выполняю свой долг.

– Что ж, не смею вас задерживать, – с горьковатой улыбкой поклонилась Делисса.

Вдоль мрачного коридора, тускло освещённого настенными факелами, тянулись решёточные ряды. В конце дорога упиралась в огромную двустворчатую дверь. Джебберт нажал по высеченной в её центре кнопке, и две половины разъехались в стороны. Внутрь нырнул солнечный луч.

Ослеплённая, Рей зажмурилась, наслаждаясь глотками живого воздуха и гулом разнообразных звуков – стрекочущих, шуршащих и щебечущих. За её спиной высилось здание устрашающего вида: сплошные чёрные стены вкупе с торчащими из черепичной крыши игольчатыми наконечниками.

Лесной пейзаж был довольно однотипный и непримечательный до того, как каменистая тропа под их ногами оборвалась.

Склон разрезали белоснежные ступени, ведущие к роскошным комплексам домов. Меж ними пролегали кирпичные дороги и пестрили великолепные сады, деревья с изящными нежно-розовыми и белыми цветками на ветвях, фонтаны и скульптуры.

А дальше, на отвесной скале стоял многоуровневый глянцевый замок с двумя закрученными, как спираль, башнями, достающими до небес. Серебристые стены и встроенные в окна витражи переливались на солнце всеми цветами радуги. Ниже лежали разные пристройки, часовня с колоколом и густые заросли леса.

– Ну как, ты очарована?

За Рей со снисходительной полуулыбкой наблюдал Джебберт.

– Что ж, это… действительно немного впечатляет.

– По твоему лицу не скажешь, что немного, – рассмеялся он и указал на дома за обрывом. – Вот здесь живут все имперские семейства, – затем махнул рукой на сверкающий дворец. – Это Имперский Ратуш, – и переместил ладонь на зелёные массивы. – А с тобой мы встретились во-о-он там.

Удачно же меня забросил нанореактор. Оказаться не где-нибудь, а прямо под носом самой важной персоны.

– Любопытно, почему именно это место? – вторил её мыслям Джебберт.

– Вероятно, мне просто не повезло.

– Нет, уверен, в этом кроется иная, более осмысленная причина.

– То есть? – не поняла Рей.

– Нас свела судьба!

– …

Он полный идиот.

Командующие с профессором Гронбелл тем временем ожидали поблизости.

– Вы тут до вечера языками чесать собрались? – не вытерпел Гисберт.

– Нет, ровно столько, чтобы тебя разозлить, – сострил Джебберт с нарочито невинным выражением.

– Ах ты…

– Идём в обход во избежание шумихи, – пресёк их перебранку Бунад.

По мере спуска устремлённые ввысь башни укрупнялись. Прищурившись, Рей различила, что верхушки куполов венчают какие-то детали.

– Меч, пронзающий луну, – пояснил ей Джебберт. – Это наше знамя. Реллум издавна был военной торией.

Очевидно, чтобы на этой планете прекратились распри, человечество должно сгинуть.

Наконец показалась передняя часть замка. Её окружали серебристые столбы, сведённые каменным ободком. Цепочка колонн замыкалась по краям лестничной площадки.

Входные ворота стерегли вооружённые стражники, на их лица с головных уборов спадала сетка.

– Приветствуем командующих! – громогласно воскликнули они, вытянувшись по струнке.

– Вольно, – буркнул Гисберт.

Проникающий через витражи свет рассеянно озарял зал красочным сиянием. Две винтовые лестницы, то сходясь вместе, то расходясь в стороны, соединяли этажи, кольцом обвивавшие внутреннюю часть здания. Расписанные стены, резные детали, хрустальные сводчатые потолки и высокие колонны со сложным рельефом – всё пронизывало величие.

Их группа пересекла арку с искрящимися камнями и попала в длинный коридор с множеством картин. Рей замедлила шаг у одной из них.

«Второй Принц Реллума, Джебберт Лагналирос» – прочитала она надпись под портретом.

Это многое объясняет и вместе с тем усложняет.

Раздвижная ширма с гравировкой меча и лунных серпов открыла путь в продолговатый тронный зал. Лазурный пол с вкраплениями, как мутное зеркало, отражал стеклянные фонарики на потолке. Сидения с богатой обшивкой из бархата и шёлка выстраивали дорогу к трём ступеням и помосту.

Наверху, на широком кресле с золотой бахромой восседал нервно вздрагивающий мужчина зрелых лет. Его худое лицо облепляли морщины, на макушке зияла лысина. Такая невыразительная внешность странно сочеталась с дорогим одеянием и массивным перстнем на пальце.

Рядом с креслом стоял человек в строгой и одновременно изысканной, с тёмными вставками мантии. И последний – рослый парень с чуть взъерошенной причёской – держал руки в карманах и ритмично покачивался, будто в такт музыке.

– Брат!

Всегда бесстрастное лицо Джебберта разом потускнело, как если бы ясное небо вдруг затянулось хмурыми тучами.

– Приветствуем Ваше Императорское Величество! – поклонились командующие, а вслед за ними и профессор Гронбелл.

Человек в кресле кротко кивнул, его взгляд мельком коснулся Рей.

– Сын мой, эта та юная пленница, для которой ты просил снисхождение? Нашёл ли ты доказательства своим словам?

– Да, отец. Профессор Гронбелл убеждена, что всё сказанное ею – правда.

Джебберт ответил почтительным тоном, но Рей заметила, как он украдкой сжимает кулаки, словно бы с трудом сдерживаясь.

– Истинно так, Ваше Величество, – вымолвила Делисса, не поднимая головы. – Я подтверждаю её искренность в ответах и здоровое психическое состояние.

Вопрошающий взор императора лёг на трёх подчинённых. Выступив вперёд, командующий Ситралис отрапортовал:

– Ваше Величество, несмотря на абсурдность заявлений преступницы, я вынужден признать их логичность и последовательность. Кроме того, найденное при ней оружие совершенно не реагирует на эссенцию и работает уникальным образом… Кифран!

Витающий в облаках командующий Илврид охнул от удара в бок.

– Устройство по конструкции подобно нашему сенцелю, но функционирует за счёт энергии иного рода. Мы видели его в действии, и это было впечатляюще… Правда, я так и не понял, как его включить. Есть какой-то секрет?

На Рей обрушились изучающие взгляды.

– Ничего особенного, эта технология идентифицирует единственного пользователя. Датчик реагирует лишь на мой отпечаток, следовательно, лишь я могу его использовать.

– О-о-о, это напоминает нить владельца, удивительно, – забормотал Кифран.

– Воистину удивительно, – повторил за ним кто-то совсем другой интонацией.

Пронзительный взор за линзами очков, казалось, видел ложь Рей насквозь. Что было бы резонно, ведь система активации клайзира регулировалась паролем. Выпуск индивидуальных экземпляров требовал широкого производства, что невозможно в условиях дефицита сырья.

Но им это знать необязательно.

– Канцлер, что делать, как считаешь? – спросил император.

Человек в мантии молниеносным взмахом поправил очки.

– Тот факт, что в Рей Сайлорс отсутствует поток, может сыграть на руку в битве с демонитами. Думаю, её надлежит приставить к одному из генералов и посмотреть, что получится.

– Это не так.

Все, включая Рей, изумлённо вытаращились на брата Джебберта, до этого времени молча наблюдавшего в стороне.

– Поток ощущается крайне слабо. Эссенцию будто блокирует какая-то иная сила, причём весьма мощная и… – старший принц прервался, подбирая слово, – странная. Интересно, что это такое?

– При всём моём к вам уважении, Ваше Высочество Джереон, – робко поднял руку Бунад, – я не понимаю, о чём вы.

– Поймёте, как только сконцентрируетесь. Используйте эссенцный потенциал по максимуму.

Рей вновь оказалась в центре пристального внимания.

– Он прав, – просипел император спустя несколько секунд.

Воцарилась напряжённая тишина.

Не знаю насчёт остальных, но лично я начала в себе сомневаться.

– Раз всплыли новые обстоятельства, необходимо всё тщательно взвесить, прежде чем принимать решение, – высказался канцлер.

– Мы больше не можем с этим возиться, – возразил Гисберт. – В народ уже просочились слухи, что реллумянский принц завёл шашни со шпионкой!

– Мне плевать на сплетни, – тут же заявил Джебберт.

– Не о тебе идёт речь, а о репутации имперской семьи!

Вопреки ожиданиям Рей, император никак на это не отреагировал. Похоже, ему и в голову не пришло вступиться за сына.

– Этого следовало ожидать. Слухи разносятся быстрее скорости света, – невозмутимо изрёк канцлер. – Значит, мы должны разрешить ситуацию прямо сейчас. Считаю, нам следует провести совещание. Каковы будут указания, Ваше Величество?

– Сделаем, как ты предложил.

– А как поступить с Рей Сайлорс?

Вместо ответа император с надеждой воззрился на командующих.

– Что вы об этом думаете?

– Я думаю, её стоит вернуть в темницу! – не медля, гаркнул Гисберт.

Надо было всё-таки порешить его клайзиром!

– Какая занимательная, но недалёкая мысль, – усмехнулся Джебберт. – Профессор Гронбелл оправдала Рей, у вас нет оснований её задерживать.

– Может быть, она нас всех одурачила! Кто тогда возьмёт на себя ответственность?

– Но разве вы сами не заверяли, что у неё нет дурных намерений? – спокойно спросил Джереон. – Или же есть что-то, указывающее на обратное?

Пока эти трое спорили, канцлер прошептал что-то императору на ухо, и им было принято решение.

– Профессор Гронбелл, побудьте с Рей Сайлорс в соседних покоях, мы позовём вас, когда закончим.

– Его Высочество Джебберт не изволит отдохнуть? Обсуждение определённо затянется, – заботливо предложил Бунад с откровенным намёком отчалить вон.

– Благодарю вас за беспокойство, командующий, но я нисколько не устал, готов бодрствовать всю ночь. Или вы считаете, что я помешаю? – уверенно парировал удар Джебберт.

Джереон предостерегающе на него покосился.

– Мне кажется, нам с Джеббом полезно будет поучаствовать в таком мероприятии, набраться опыта и мудрости взрослых. Надеюсь, вы позволите нам остаться.

Это была не лесть или угроза, а искренняя вежливая просьба. Не выдержав натиска простодушной улыбки Джереона, командующий Ситралис залепетал:

– Ну что вы, Ваше Высочество, у меня и в мыслях не было, я бы не посмел…

Уходя, Рей почувствовала на себе чей-то взгляд. Джебберт выдавил ей ободряющую полуулыбку, хотя сам был непривычно угрюм и зажат.

Акт 2.4. Это меньшее, о чём стоит волноваться

– Для полноты кворума не хватает лидера Легионата. Предлагаю начать без него, не возражаете?

Никто не возразил.

– Что ж, – продолжил канцлер, – случай, безусловно, беспрецедентный. Прежде всего стоит решить, заслуживает ли доверия Рей Сайлорс. Аргументы «за» и «против»?

– Аргументы «за» – она ни разу не соврала, что подтвердили способности профессоров. Это первое, – Бунад выставил большой палец. – Второе – профессор Гронбелл не выявила у неё психического расстройства, получается, она не бредит, – был поднят указательный палец. – И, наконец, третье…

– Её оружие, совершенно уникальное по своей технологии, будто взаправду изобрели в ином мире, – перехватил финальную часть Кифран.

Недовольный командующий Ситралис кисло поджал губы и опустил руку.

– Да, верно. Какие аргументы «против»?

– Всё это – сплошное безумие, вот мой аргумент «против», – процедил Гисберт. – Эй, канцлер, вы у нас всё обо всём знаете, можно ли как-то обойти способность?

Приближённый императора заправил длинную прядь за ухо и задумался.

– Известных методов нет. Говорят, даже обратная эссенция и контракты с демонами бессильны против способности. Но коли вы спрашиваете моё личное мнение, скажу так: если и есть что-то, могущее противостоять способности, так это другая способность.

Некоторое время Бунад переваривал его слова.

– Но, господин Эссил, разве способцы не различают подобных себе?

– Я не утверждал обратного, а лишь ответил на вопрос командующего Драска.

«Мне кажется, или меня выставили идиотом?!» – хотел возмутиться Гисберт, но прикусил язык, дабы не компрометировать себя ещё больше.

– Стало быть, аргументы «за» перевесили, – подытожил Кифран, энергично покачивая ногой. – Что дальше на повестке дня, уважаемый канцлер?

Во взгляде Эссила промелькнуло что-то похожее на раздражение.

– Рей Сайлорс настаивает на том, что её соплеменники не использовали эссенцию и даже не ведали о её существовании. Относительно этого у меня имеется два предположения. Первое – Рей Сайлорс обрела эссенцию лишь по прибытии в наше время. Хоть я и рассматриваю эту версию, она малоправдоподобна. Эссенция – сугубо врождённое свойство человеческого организма, что нам доказали прочие расы.

Согласные с этим Гисберт и Бунад дружно покивали.

– Сие наводит на второе предположение – Рей Сайлорс изначально обладала эссенцией, но сама об этом не догадывалась, как и все люди прошлого времени. И это, как мне видится, наиболее разумное объяснение.

– Жаль, что разумное не всегда равнозначно истинному, – вполголоса, но достаточно громко заявил Кифран.

Бунад торопливо ввёл новую тему:

– Хорошо, а что насчёт другой силы? Кто-нибудь разобрался, что это такое?

Тишина.

– Да уж, совсем не подозрительно, – съязвил Гисберт.

– По поводу данного вопроса, – протянул канцлер, – командующий Ситралис, вы упоминали, что, по словам Рей Сайлорс, над ней был поставлен неудачный эксперимент. Его замысел заключался в наделении Рей Сайлорс какой-то особой силой. Всё верно?

– Да, всё так. Господин Эссил, неужели вы имеете в виду…

– Именно. Эта необычная сила и есть та самая, которую должен был произвести эксперимент. Она наложилась на поток эссенции, а противоречие двух разнородных типов энергии обусловило их застой. По-моему, всё логично складывается, вы так не считаете?

– Звучит убедительно, – смиренно поддакнул Бунад.

– А по-моему, всё складывается слишком логично, – возразил Кифран. – Мы не располагаем достаточным объёмом знаний, чтобы делать подобные выводы. Очевидно, наука того мира на абсолютно ином уровне, нежели наша.

По снисходительной маске канцлера пробежала раздосадованная рябь.

– Учёные Ливестии и не такое проделывают, об их исследованиях давно ходят легенды. Так что, не вижу существенной разницы. Или вы готовы по-другому интерпретировать происходящее, командующий Илврид?

– Нет, но некоторые загадки требуют внимания и терпения, иначе они обидятся и никогда вам не откроются, – после паузы Кифран многозначительно добавил: – Если, конечно, на пути разгадывающих не возникнут какие-нибудь препятствия, случайные или специальные.

– Кто обидится? – тихонько спросил у Гисберта Бунад.

– Да хрен его знает. Поди разбери, о чём эти двое думают, скорее мозг себе сломаешь.

– Что ж, может быть, вы и правы, командующий, в отличие от вас я нисколько не смыслю в загадках. Однако, к сожалению, в нашем положении выбор невелик.

Более Кифран ничего не сказал. Хищные глаза канцлера победно сверкнули.

– Теперь вернёмся к практическому вопросу. Помимо борьбы с демонитами, полагаю, куда мудрее извлечь из этой ситуации максимум выгоды. Высвободив силу Рей Сайлорс, мы совершим решающий шаг во взятии ядра!

По залу разразился грохот – это Гисберт в возбужденных чувствах зарядил по ручке кресла.

– Вот это уже другой разговор! Если девчонка действительно особенная, грешно этим не воспользоваться! А будем и дальше топтаться на месте, фидемские фанатики нас обойдут!

– Не нужно так орать, мы тебя прекрасно слышим, – прошипел на него Бунад и сменил интонацию на учтивую: – Но, господин Эссил, как вы собираетесь это провернуть? У вас уже есть план?

Быстрее слов положительно ответил удовлетворённый проблеск за очками.

– Мы отправим Рей Сайлорс в Сифесту!

Воцарилась гробовая тишина. Но канцлера она ничуть не смутила.

– Прежде чем протестовать, позвольте мне привести вам все плюсы этого предложения. Если и есть способ пробудить силу Рей Сайлорс, он найдётся в лучшей эссентной академии Реллума, где собрались первоклассные умы и хранятся самые ценные фолианты. Там Рей Сайлорс всегда будет под присмотром сильнейших эссентов. А придав огласке историю её временного прыжка, мы преумножим пользу во всех отношениях.

– Ты спятил?! – в ужасе поперхнулся Гисберт. – Да когда все тории прознают об этом, мы же потеряем эффект неожиданности!

– Полное безумие, – поддержал его Бунад. – Эта новость породит хаос.

Вездесущий канцлер будто предвидел протесты – на его губах всё также лежала невозмутимая вежливая улыбка.

– Разумеется, мы умолчим о силе Рей Сайлорс ради сохранения преимущества. А что касается ваших слов, командующий Ситралис… – Эссил обвёл слушателей выразительным взглядом. – Все вы знаете, какие сейчас тяжёлые времена переживает Реллум – подземную зону охватили беспорядки, преступные банды плодятся, ещё и эти Ловцы имён бесчинствуют. Народ недоволен, волнения усиливаются, авторитет правительства падает. Рей Сайлорс привлечёт всеобщий интерес и остудит обстановку.

Пока канцлер разглагольствовал, в глазах Джебберта среди нечитаемых чувств прослеживалась лишь какая-то внутренняя борьба. В конце концов он изрёк ледяным тоном:

– Проще говоря, вы намерены не только втянуть Рей в ваши разборки, но и сделать из неё отвлекающую фигуру, тем самым превратив её жизнь в кошмар?

Джереон моргнул с удивлением и присоединился к брату:

– Я сомневаюсь в том, что родители учащихся спокойно всё воспримут. Как вы это уладите?

– Это не такая серьёзная проблема. Во избежание её потребуется всего лишь убедить общественность в безобидности Рей Сайлорс.

– А о самой Рей Сайлорс ты, конечно же, не подумал, да? – усмехнулся Кифран.

– Это меньшее, о чём стоит волноваться.

Не выдержав, Джебберт подскочил с кресла и негодующе выпалил:

– Почему ты…

– Что здесь творится? – вдруг прогремел ледяной властный голос.

В зал неспешно зашёл высокий мужчина с подавляющей энергетикой.

– Командир! – с облегчением воскликнул Бунад.

Внимание дискутирующих переключилось на главу Легионата. Джереон, воспользовавшись ситуацией, усадил брата обратно и прошептал ему:

– Остынь, Джебб, так ты ничего не добьёшься. Если хочешь помочь своей подруге, подготовь обоснованные доводы. Не спеши, всё только началось.

Вокруг Джебберта выросла прежняя стена. С неприязнью отстранившись, он больше не проронил ни слова.

Акт 2.5. Добро пожаловать в Реллум

Вереница облаков проплывала по небу, заставляя лунный свет и тьму ночи бороться за власть над богато убранной комнатой. На кровати под ритмичные звуки посапывания вздымалось одеяло.

Пока профессор Гронбелл крепко спала, Рей сидела у окна, погруженная в глубокие раздумья. Но сколько бы она ни думала, её будущее выглядело всё так же безнадёжно.

Мнимая свобода. Темница. Смерть.

Иного ей не дано.

И даже неясно, какой из вариантов хуже.

Робко блеснули первые рассветные лучи. Но и они не прибавили жизни бледному как мел лицу Джебберта, явившегося в качестве сопровождающего. Тревожное эхо преследовало их шаги, приближающиеся к тронному залу.

Воздух по ту сторону ширмы был пропитан тёмной аурой. Командующие смотрели куда-то в пустоту, роняя друг на дружку головы. Джереон, вытянувший свои длинные ноги, практически лежал на стуле. Император измождённо опирался щекой на ладонь.

Но были и те среди них, кого не задели следы усталости. Ступив за порог, Рей почувствовала на себе тяжесть подавляющего взгляда командира, а затем – остроту пронзительного взора из-под линз.

– Рей Сайлорс, примите наши извинения за столь долгое ожидание, – с любезной улыбкой обратился к ней канцлер.

Не удивлюсь, если сейчас он, так же мило улыбаясь, велит меня четвертовать.

Однако придворный советник лишь попросил тишины, дабы заслушать постановление императора. Последний, спросонья покашляв, провозгласил:

– Рей Сайлорс, должен признать, твоя необычная история ввела нас в замешательство, но, невзирая на некоторые разногласия, мы пришли к единому мнению. И да возведут его мои слова в законную силу.

Секунды, что Рей считала про себя, замедлились.

– С тебя снимаются все обвинения.

Она сбилась со счёта и начала заново.

– Отныне ты – полноправная подданная Реллума. Дарую тебе свободу, распоряжайся ею с толком.

Ещё несколько секунд. Рей обвела скептическим взглядом всех присутствующих. Никто не смеялся.

– Но это не всё, у нас есть к тебе предложение, – сказав это, император изобразил вялый жест, и вместо него продолжил канцлер.

– Рей Сайлорс, вы обладаете удивительной силой, которая, судя по всему, блокирует ваш поток эссенции. Но есть место, где вам помогут преодолеть эту помеху. Поступив в специализированную академию, вы обеспечите себя достойным уровнем жизни, ведь именно эссенция правит нашим миром, ставшим теперь домом и для вас, – хищные глаза за стёклами сузились в выжидательном прищуре. – Не сочтёте ли вы наглостью с нашей стороны навязывать свои советы?

Видимо, как раз в данный момент решается, стоит ли меня четвертовать.

– Я… нет, не сочту. Доверяю вам в этом вопросе.

– Прекрасно!

Канцлер просиял счастливой улыбкой, и Рей пожалела о своём поспешном выборе.

– Но что произойдёт, когда эта сила… проснётся? Меня отправят на войну?

– Если сами того пожелаете. Обещаю, мы не прибегнем к принуждению.

– Проверим через профессора Гронбелл? – на Рей изумлённо вытаращились. – Шутка. Кажется, неуместная.

Джебберт прыснул в кулак. Искусственная улыбка канцлера не дрогнула.

– Поскольку население не готово принять шокирующую новость, ваша биография будет скорректирована. Истина была раскрыта лишь одному человеку, вы вскоре познакомитесь. На этом предлагаю завершить заседание.

В то время как остальные собирались на выход, Рей терпеливо лелеяла надежду на то, что ей предоставят информацию хотя бы о расположении ближайшей гостиницы.

– Возвращаю законному владельцу, – вдруг прошелестел шёпот у её уха. – Пусть это останется между нами в секрете. Но теперь ты у меня в долгу.

Уже мгновение спустя Кифран с весёлым насвистыванием бежал за коллегами. Рей едва успела спрятать адаптер в карман, прежде чем с помоста к ней сошёл канцлер.

– Если вам понадобится помощь, обращайтесь к своему телохранителю либо ко мне.

– Телохранителю?

– Она отлучилась по делам, но позже обязательно с вами свяжется. Мы понимаем, как вам неуютно. Новые люди, незнакомая обстановка – всё это, должно быть, сбивает с толку. Император желает оказать вам всевозможную поддержку, и я это желание полностью разделяю. Вы – наш почётный гость, леди Сайлорс.

Рей почти ответила на рукопожатие, но в последний миг кто-то потянул её за капюшон.

– Я помогу ей, можете не волноваться, – с вызовом заявил Джебберт.

Промелькнувшее за очками недовольство канцлер умело скрыл за почтительным поклоном, отчего длинные иссиня-чёрные волосы коснулись пола.

– Полагаюсь на вас, Ваше Высочество, – его опущенный взгляд приподнялся. – Леди Сайлорс, надеюсь на нашу скорую встречу. И добро пожаловать в Реллум!

Спина Джебберта отдалялась, оставляя за собой один этаж за другим. Разрываемая любопытством, Рей притормозила и задрала голову. Как она и ожидала – вид каменных переплетений с лестницы парадного зала сражал наповал.

– Дело, конечно, твоё, но предупреждаю: сейчас я слишком вымотан, чтобы возиться с твоим трупом, разбитым в лепёшку.

Несколькими ступенями выше за Рей внимательно наблюдали глаза, утопающие в синеве. Не поддаваясь их натиску, она нарочито расслабленно свесила локти за перила.

– Что ж, полагаю, в обязанности слуг входит уборка любого рода, а мне безразлично, кто запачкает руки. Правда, не уверена, что мой мстительный дух со мной согласится.

– Ладно-ладно, победа за тобой, – сдался Джебберт. – Ты во всяком случае не упадёшь, так как по периметру лестницы расставлены стеклянные перегородки.

– Я бы не упала и при их отсутствии.

– Ты всегда оставляешь за собой последнее слово?

– Только когда мне есть что сказать.

Перед Рей вновь предстала спина, но за секунду до этого ей показалось, что Джебберт усмехнулся.

– Так что всё это значит?

Чуть погодя они стояли друг напротив друга у дверей невероятной красоты, будто инкрустированных синим льдом.

– Ты предлагаешь мне остаться здесь? – спросила Рей, уже с трудом соображая, что происходит.

– Нам обоим не помешает выспаться. Располагайся в моей гостевой. Завтра я отвечу на все твои вопросы.

– Но как же… – она попыталась возразить, пока Джебберт силком не затолкнул её в комнату.

– Завтра.

Дверь захлопнулась с обратной стороны.

– Завтра? – тупо повторила Рей эхом.

Её жалкая жизнь получила шанс на «завтра».

Какое хорошее слово.

Акт 2.6. Пари

Это ещё что такое, квартлер побери?

Серое пространство без стен и потолков, сгустки клубящейся чёрной субстанции, будто живой. Видение то или же сон? Но бывают ли видения и сны, неотличимые от реальности?..

Миг погодя Рей лежала в кровати, глядя на синий потолок гостевой комнаты, озарённой закатом. Иное место, в коем жила тьма, растворилось в небытии.

Очередной вопрос без ответа.

Из двери напротив сверкнули два ультрамариновых огонька. Джебберт, пригладив торчащую чёлку, приветственно махнул рукой и рассмеялся.

– Тоже только что проснулась? Между нами определённо есть связь.

Рей закатила глаза.

– Будь добр, назови адрес, где мне позволят обосноваться, а дальше я разберусь сама.

– К сожалению, миссию твоего сопровождающего возложили на Нарону. Она скоро вернётся и доставит тебя, куда должно.

Какое-то время Рей припоминала, чьё это имя. Но ничего хорошего так и не вспомнила.

– Что ж, тогда я пока прогуляюсь. Благодарю за ночлег.

Не успела она и три шага сделать, как Джебберт её нагнал.

– Составлю тебе компанию. Вряд ли найдётся занятие более интересное.

Прилипала!

– Очень кстати, мне как раз не помешает помощь. Ты знаешь дорогу к той поляне, где вы меня нашли? Все эти лесные тропы в моих глазах одинаковы.

– Без проблем. Но зачем тебе это?

Под пристальным взором Джебберта невозмутимый голос Рей едва не дрогнул.

– Кажется, я обронила нечто важное. Это единственное, что осталось мне от родителей, так что…

Она в панике сглотнула, услышав в ответ тишину. Неужели в её словах проскользнула фальшь?

– Поиски потерянного? – с предвкушением протянул Джебберт. – Звучит намного увлекательнее, чем простая прогулка. Я в деле!

Забыла, что он идиот.

Кроме парадных ворот наружу из замка вёл незаметный проход за лестницей. С лицевой части к зданию был как бы пристроен коридор с простенками, сведёнными фигурными столбами.

– Дырявая моя голова, – вдруг охнул Джебберт. – Чуть не упустил самое главное! Тебе это понравится, так что подожди меня здесь!

Там, где он стоял секунду назад, прошелестел ветер. Рей со вздохом забралась на парапет, откуда открывался вид на благоухающий двор, залитый разноцветным сиянием. Небо пестрило слоями синих, сиреневых, серо-розовых и золотых облаков.

Танцующий в воздухе лепесток, кружась, приземлился, щекотно коснувшись ладони Рей. Она сбросила его щелчком пальцев и краем глаза уловила какое-то движение. Рефлексы её спасли – остриё меча со свистом разрезало лишь воротник пальто.

Под багровым лучом зажглась алая серёжка-гвоздик. Нахальные зелёные глаза бегло прошлись по Рей, уклонившейся от второго удара меча, перепрыгнув через парапет.

– Эй, что ты…

Быстрая атака лишила шанса на разговор. Рей избежала ранения в последний момент и, перекатившись по земле, юркнула в беседку. Меч на миллиметр промазал, проткнувшись возле её головы.

– Довольно, Рен!

Взволнованный голос принадлежал Джебберту.

– Что ты делаешь?

– Как раз собирался задать тот же вопрос, – ответили ему с усмешкой. – Я разбираюсь с врагом, почему ты влезаешь?

Парень не стесняется сходу вешать ярлыки.

– Она не враг, а гость императора.

– Ну да, конечно. И не будучи эссентом, я чую запах чужака. Как и ожидалось, твои способности оставляют желать лучшего, но неужели ты даже этого не почувствовал?

Джебберт замолчал, на его лицо упала отрешённая тень.

– А тебя, судя по всему, не обучили элементарным правилам этикета. Невежливо махать мечом, не представившись.

Зеленоглазого юношу захлестнула убийственная аура, когда Рей покинула укрытие.

Не выспался или просто характер скверный?

– Послушай, – продолжила она уже серьёзно, – твои подозрения небеспочвенны, но буквально этим утром император при свидетелях признал меня подданной Реллума. Так что давай разойдёмся как в море корабли, пока я не затребовала с тебя компенсации за испорченную одежду.

Удивление Рена улетучилось с сорвавшимся с его уст смехом.

– Что за ненормальная? Не знаешь, кто пред тобой стоит?

Всё-таки, скверный характер.

– Психологически неустойчивый человек?

Зелёные глаза полоснули Рей желчным огнём.

– Чокнутые, верно, и в других видят чокнутых. Надеюсь, это не заразно.

– К счастью для тебя, зараза к заразе не липнет. Но, если так переживаешь, воспользуйся ближайшим фонтаном. Воды много, тебе должно хватить.

– Когда порублю тебя на части, обязательно так и поступлю. Заодно смою кровь.

Казалось, стоит поднести спичку, и меж ними вспыхнет пожар.

– Прекратите вы оба, – наконец взял себя в руки Джебберт. – Рен, сам рассуди, в Имперуме полно эссентов, но никто из них её и пальцем не тронул. Намерен узнать больше – обратись к любому из участников собрания, однако, сомневаюсь, что их ответы тебя удовлетворят.

Некоторое время Рен оценивающе прищуривался, но, в конце концов, очевидно, не пришёл ни к какому выводу.

– От твоей болтовни, как всегда, никакого толка, – фыркнул он и угрожающе указал пальцем на Рей. – Как только активирую свой поток – берегись, я выясню, что с тобой не так.

– Твоя самоуверенность впечатляет, – рассмеялся Джебберт.

– Мне просто-напросто повезло родиться одарённым, – надменно отмахнулся Рен.

– Точно, я и забыл. Что ж, пообщался бы с тобой ещё, но мы торопимся. Пока.

Углубившись в лесную чащу, Рей выдернула руку, за которую её тянул Джебберт, и проскрежетала с гневно нарастающей интонацией:

– Что. Это. Сейчас. Было?!

– Реннет Форфентрол. Или, как его окрестили, «Гений Имперума». Довольно забавная личность.

– Вопрос не об этом. Какого лешего он на меня ополчился?

– По Имперуму распространили твою легенду, но Рен – отдельный случай. Если он упёрся в какое-то своё мнение, его не разубедить. С ним держи ухо востро.

На том они прервали беседу и, погруженные в думы, хранили молчание, пока впереди не расстелилась обнесённая густыми зарослями поляна с тремя широкими деревьями в центре.

Это было то самое место. Проклятое место, где в любой момент могла взорваться бомба, разрушив хрупкое доверие, которое жители этого мира оказали подозрительной чужеземке.

Поэтому я не уйду отсюда с пустыми руками!

…Так Рей думала до той поры, пока её пальцы не покрылись грязью и царапинами, а колени не протёрлись до синяков. Закат вот уже наступал на пятки, а весь добытый ею в кустах улов – палки и трава.

Но если ей и суждено закончить в бесславной могиле, пусть хотя бы с оружием в руках!

– Нашла!

Поляну заволакивало сумерками, а в любопытствующем взгляде Джебберта отражалась потрёпанная одежда Рей.

– Зря мы всё же разделились. Ты в порядке?

– В полном. Всего лишь оступилась.

– А это… то, о чём я думаю?

Мгновениями раньше землю окропили прощальные брызги заката, один из которых, прежде чем истлеть, загорелся металлическим блеском. Следуя за ним, Рей второпях не заметила, что опора накренилась, и съехала вниз.

По-видимому, клайзир попал в неглубокий овражек, скрытый от взоров, таким же образом.

– Ещё одно устройство из твоего времени? – поинтересовался Джебберт, пожирая глазами адаптер.

– Только самое безобидное, и даже бесполезное, – кивнула Рей, украдкой поправив клайзир за поясом.

– Для чего оно?

– Навряд ли ты поймёшь мои объяснения, но считай, что для обработки информации. Во всяком случае, я не знаю, как работать с ним и как его включить. Могу лишь уничтожить.

– Как?

– Назвав своё полное имя.

– Но тогда, разве он уже не пришёл в негодность? Ведь ты множество раз себя представляла.

Подброшенный вверх адаптер перекрутился в воздухе и пропал в кармане Рей. Она неоднозначно покачала головой.

– Скоро стемнеет. Нам пора возвращаться.

Как она и сказала, на небе стремительно расползались грязные мазки. Следы на тропинке таяли в темноте, просачивающейся в каждый уголок леса.

– Кстати, что именно должно было мне понравиться?

Растерянная пауза. Джебберт с несчастным возгласом хлопнул себя по лбу. Лепёшки, спрятанные у него за пазухой, давно как остыли.

– Рен обязан взять за это ответственность, – проворчал юноша и протянул Рей холодное угощение. – Между прочим, ты впечатлила меня, выстояв против его меча. У тебя есть потенциал.

– Ты появился вовремя, ещё чуть-чуть, и меня бы растерзали на части. Обычно я…

Когда Рей резко остановилась, Джебберт также встал на месте.

– В чём дело?

– Обычно… мой предел – тридцать секунд. Слабость, затруднённое дыхание и в конце концов – обморок. Эти симптомы преследовали меня всю жизнь, но не сегодня. Я определённо превысила лимит и притом чувствую себя абсолютно здоровой!

Вопреки оптимистичному утверждению тон Рей выражал безысходность.

– Здешний воздух тебя вылечил? – пожал плечами Джебберт.

– Сильно сомневаюсь.

Потому что любые хорошие явления, посещающие жизнь Рей Сайлорс, знаменуют либо сдвиг во вселенском равновесии, либо предвестие чего-то катастрофически для неё нехорошего.

– А что насчёт твоего имиджа?

– Что ты имеешь в виду?

– Кто-то из командующих обмолвился о твоих непристойных посиделках со шпионкой и об утечке правительственных тайн, или вроде того.

О том, что выражение «водить шашни» подразумевало немного иной смысл, Джебберт не стал уточнять и беспечно махнул рукой.

– Ерунда, слухи о членах имперской семьи – привычное дело, я не обращаю на них внимания, – покосившись на Рей, он лукаво прищурился. – А что, переживаешь за меня?

– Скорее за себя, – не колеблясь, отрезала та. – Хотелось бы иметь представление, каких мне ждать последствий за доставленные тебе неудобства.

Это чистая правда, мой долг и так достиг космических размеров.

– Отчего же? – искренне удивился Джебберт. – Было весьма занимательно. Наша встреча, твои рассказы о мире из прошлого. А мины командующих, осознавших свой проигрыш – бесценное зрелище!

– Но не обошлось и без отрицательных моментов. Ты в одиночку бросил вызов командующим, что вряд ли их обрадовало.

– Чем больше лиц, конфликтующих с тобой, тем интереснее игра.

Можно меня исключить из участников раз и навсегда, во что бы там ни играли?

– Рада, что ты с пользой провёл время. Но мои развлечения не бесплатные, будь готов рассчитаться.

– Разумеется, проси что угодно.

Джебберт отозвался на её предложение со столь серьёзным видом, что Рей потеряла нить их разговора.

– Я напомню тебе об этом долге, когда влипну в крупные неприятности.

– Почему ты уверена, что обязательно влипнешь в неприятности, к тому же крупные?

– Держу пари, три месяца максимум – и мне на голову свалится проблемная хренотень. В буквальном или переносном смысле.

– Отлично, давай же поспорим! Моя ставка: беды тебя не настигнут!

– Что на кону?

– Проигравший исполняет желание победителя.

Ты сам вырыл себе могилу.

Мерцающие полумесяцы издалека выделили силуэт замка – то были многочисленные факелы, расставленные по всей жилой территории. Заодно с ними ночной владычице противостояли величественные колонны, подсвечиваемые будто изнутри.

На этот раз Джебберт повернул к центральному входу в Ратуш и, поймав вопросительный взгляд Рей, пояснил:

– Боюсь столкнуться с Реном, этот парень вполне может нас поджидать. На ещё одну перепалку у меня не наберётся сил.

Гвардейские стражники встрепенулись и натянули деловитые физиономии.

– Приветствуем, Ваше Высочество!

На их бурное восклицание Джебберт ответил прохладным кивком. Оказалось, Нарона уже выступала с отчётом на аудиенции у императора.

– Тут точно водятся живые люди? – поёжилась Рей.

Они решили отдохнуть в укромном уголке перед расставанием. Кресла за лестницей скрыли их от посторонних глаз и ушей, но в парадном зале и так не было ни души.

– Похоже, поступил приказ свыше не попадаться тебе на глаза, дабы не беспокоить, – усмехнулся Джебберт. – Кто-то проявляет к тебе чрезмерную заботу.

Звучит как угроза.

– Не знаю насчёт других, но в искренности моего покровительства можешь не таить сомнений, – принц изобразил слабый поклон. – Одно твоё появление избавило меня от оков, за что я безмерно благодарен.

Озадаченная его словами, Рей собиралась что-то сказать, но их позвали из тени:

– Леди Сайлорс, господин Джебберт.

Фигура, облачённая в чёрное, опустилась на колено.

– Леди Сайлорс, отныне я служу вам щитом. Клянусь оберегать вашу жизнь, не жалея собственной.

– Что ж… надеюсь, сработаемся, – пролепетала Рей.

В её представлениях жуткая мечница орудовала мечом в качестве приветствия и уж наверняка не соблюдала безупречные манеры и не раздавала торжественные клятвы.

Нарона учтиво кивнула и отошла поодаль. Секундой погодя воздух рядом с ней смялся в закрученную тёмную субстанцию с вихревым потоком по краям.

– Прошу, леди Сайлорс. Это мой пространственный узел. Он перенесёт вас в нужный пункт назначения.

Бесхитростные логические расчёты подтверждали: процесс перемещения непосредственно связан с вращающейся массой. «Вы предлагаете мне пройти через вот ЭТО?» – читалось на перекошенной мине Рей.

– Не скучай по мне слишком сильно, – весело прокричал ей вслед Джебберт. – Наша новая встреча не заставит долго ждать!

Его голос привёл Рей в чувство. Чем выставить себя в малодушном свете, она предпочтёт шагнуть в неизвестность!

– Простите, леди Сайлорс, – смутно донеслось до неё. – Первые пространственные прыжки вызывают у попутчиков головокружение, дезориентацию и лёгкую тошноту. Вам не следует делать поспешных движений.

До сего дня Рей лишь могла предположить, каково действие центрифуги. Теперь же ей было ясно, что её фантазии не хватало масштабности. Как и словарному запасу для описания произошедшего кошмара.

Вращающаяся масса засосала её в себя, пережевала, а затем выплюнула, оставив цунами отвратных ощущений.

На повторный опыт соглашусь только при условии, что на другом конце меня ожидает необитаемый остров.

Когда с глаз спала пелена, Рей различила возвышающееся над ней гигантских масштабов здание из серого с чёрным камня. Две его части как бы выступали вперёд, соединяясь в третьей, уходящей далеко ввысь.

Крупные створчатые окна из красного и синего стекла и кованые ворота с решёткой, имитирующей изогнутые листья, пронизывал готический стиль, многие элементы фасада украшали цветочные образы.

– Вам полегчало? – с заботой поинтересовалась у Рей Нарона.

– Вроде того. Где это мы?

– В академии «Сифеста», леди Сайлорс. Впредь вы будете проживать здесь.

– А-а-а, понятно… Стоп, что?!

Рей перевела взгляд на громадную постройку, потом на мечницу, и снова туда-обратно, пока Нарона не вложила в её ладонь запонку в виде киноварного цветка.

– Леди Сайлорс, прикрепите это к рукаву и ступайте за мной.

– Что это?

– Пропускной значок. Он выдаётся сотрудникам и студентам академии.

Дорожка в красно-синюю клетку, высокое крыльцо, массивная кованая дверь, а за ней – просторный белоснежный зал. В центре, по обе стороны статуи человека в длинной мантии взмывали парные лестницы, над которыми простирались этажные площадки.

Строгость, изыск и богатство присутствовали в каждой детали, каждом штрихе этого заведения. За исключением одной ржавой двери с железным засовом, что предстала в конце коридорного переплетения.

Узкую лестницу сдавливали стены и тьма. Ступеньки заросли мхом, пахло сыростью. Спускаясь всё ниже, Рей заражалась любопытством.

В самом низу грязная занавеска преграждала путь к комнате, обделённой светом и лоском. Гниль и пыль, обшарпанная мебель и застоявшаяся вонь – испытание для брезгливых и просто чистоплотных гостей.

Бородатый человек за столом в углу опустошил стакан и потряс над ним бутылкой, но на дно вместо капель упали хлебные крошки, гнездившиеся в спутанных волосьях. Мужчина громко рыгнул, бутылка скатилась на пол.

– Попрошу вас соблюдать нормы приличия, мистер Валлертон.

– Едва зашла, а уже на мозги капаешь.

– Это Эрнетт Валлертон, ключник академии. Он – ваш доверенный опекун на протяжении следующего месяца, – обратилась мечница к Рей, проигнорировав грубый ответ.

– Рей Сайлорс, – кивнула та.

– В курсе, – цокнул языком Эрнетт. – Вот же ж геморрой.

– Сочувствую. Попробуйте приложить подорожник, слышала, помогает.

Ключник обескураженно фыркнул, но Рей уже утратила к нему интерес.

– Куда идём дальше, Нарона?

– Что, брезгуешь моими покоями, принцесса? – подкольнул Эрнетт.

– Ни в коем случае. Не изволю отвлекать вас от дел первостепенной важности, которыми вы, как видится, заняты.

– Жалость какая.

В их обмен любезностями вмешалась Нарона:

– Леди Сайлорс, я провожу вас в отведённую вам комнату. А вы, мистер Валлертон, воздержитесь от злоупотребления спиртным. Не позорьте честь Сифесты.

Эрнетт презрительно фыркнул и, дождавшись, когда девушки скроются за занавеской, потянулся за новой бутылкой.

– Есть ли здесь библиотека? – сойдя с лестницы, спросила Рей.

– Библиотека Сифесты является крупнейшей в Реллуме. В ней собраны самые редкие издания со всего мира, – после короткого молчания Нарона добавила: – Желаете завтра её посетить, леди Сайлорс?

– И не только завтра.

Как говорится, знания – это сила, а Рей Сайлорс из иного времени в данный момент была слаба как никогда. Освоение будущего начинается!

…

Но всё же, почему это не безлюдный параллельный мир, а?

ДЕЙСТВИЕ 3. ЗАБВЕНИЕ

Акт 3.1. Славно повеселились

Ни Новерра, ни Великая Революция не были ведомы этому времени. Лишённый фактической истории, своё появление насущный мир объяснял тремя так называемыми Первозданными легендами и верил в них с неумолимой убеждённостью…

Итак, по официальной Первейшей легенде, жизнь со всеми её прелестями и гнусностями породил бог, величаемый Сотворителем. Притом же, не самолично, а стараниями зачатых из собственного естества детей – божеств. И каждому была подвластна особенная сила – созидание, разрушение, время, пространство, эссенция.

Но, узрев ростки хаоса, Сотворитель осознал, что посеянные им плоды сгниют без надзора, и финальным штрихом разделил бытие на менсуры, или, другими словами, измерения.

Измерение реальности, Инстрийс, дарует кров всякому простому (или не совсем) смертному созданию.

За порядком в менсурах следят бессмертные существа родом из измерения стражей, Арастраса.

Измерение пустоты, Нихилиус – место рождения душ и выбора ими дальнейшего пути после гибели бренного тела.

И последнее – измерение демонов, Инфернис. Само его происхождение противно божественному замыслу, но, даже свершив предательство, стражи обрели ипостась, не уступающую прежней в мощи.

Такое вот предание вместе со всеми прочими знаниями распространил в странствиях по свету Сотворитель, обратившись в старца. И если в этом ещё стоит (и должно) сомневаться, подлинность остальной мистики, к сожалению, доказана.

Так, заключаемые во снах контракты с демонами вступают в силу наяву и действительны, как говорят, покуда не сгинет душа. Имеются монстры и более приземлённой натуры – демониты, что рассматривают людей сугубо в качестве лакомства.

Дорогу из Инферниса в измерение реальности этим тварям открыла крупномасштабная война эссентов той эпохи. Спровоцированный ею колоссальный взрыв запечатлелся в летописях как «Катаклизм».

Теперь несколько слов о ториях, в одну из которых Рей удосужилась попасть. На мировой карте отграничено пять территорий, отличных по населению, культуре и политической позиции.

Ливестия – тория, чьё население зависимо от постоянных развлечений: расслабляющие наркотики, гладиаторские бои, выпивка и яства. Эссенция жителей сдаётся учёным, занимающим высшее положение.

Фидем составляют два религиозных ордена: Чёрный поклоняется демонам, а Белый – Сотворителю. Между ними издавна ведётся непримиримая борьба, что вполне логично с такой-то разницей во взглядах.

Дарсар – самая загадочная тория, о ней практически нет никаких сведений. Главное и единственное её правило – отсутствие правил.

И, наконец, Альтиор – «тория рас». Угнетая иные общности, род Homo sapiens навлёк на себя их гнев. Началась кровопролитная война, и в итоге расы сплотились в единую торию, спрятанную от людских глаз.

Среди рас встречаются похожие на монстров, а есть и такие, что возникли вследствие мутации. Но доминирующие по численности – человекоподобные.

Арконы, рогоносцы, или раса света – старейшая из рас. Склонны к высокомерию и презирают эссенцию, коей они, как и все нечеловеческие расы, не обладают. Вместо этого им подконтрольно особое ментальное восприятие.

Следующие – кхумы, землежиты, или малая раса. Обитают под землёй и талантливы на все руки, из-за чего стали объектом интенсивной эксплуатации людской братией.

И третьи, представители зверолюдов, как ясно из имени, несут в себе черты и человека, и зверя. Также обременены людьми оковами рабства на протяжении многих веков… да, кажется, человечество будущего не умеет держаться в рамках приличия.

Несложно догадаться, что основное преимущество людей перед другими расами – эссенция. Что же это за штуковина такая и с чем её едят?

Эссенция – врождённая энергия, генетическое свойство. В человеческом теле протекает две её разновидности. Первая – синерта – связана с жизненными силами. Вторая – саарса – позволяет воздействовать на материальное. Каждый является на свет с индивидуальным уровнем саарсы и категорией эссализации по типу материи – стихийной, пространственной, и так далее.

Способности – это силы, не относящиеся к эссенции и наследованию. Природа их абстрактна и оперирует чувствами, мыслями, видениями различного рода.

Ещё одно необычное явление – артефакты, то бишь предметы, материалы либо вещества, отмеченные эссенцией. Вторая Первозданная легенда, Первородная, повествует как раз о древнем артефакте, ниспосланном Сотворителем в измерение реальности с целью спасти мир от ужасающей участи.

Если верить легенде, ядро наделит достойного невероятными силами. Какими конкретно, Сотворитель не счёл важным сообщить и без прелюдий организовал проверку для избранника, доказывающую всю его достойность – дабы найти ядро, необходимо собрать пять ключей, которые в совокупности укажут нужные координаты.

Когда информация о ядре разлетелась по округе, разразился мировой скандал. В конце концов дело чуть не довели до второго Катаклизма, пока Совет торий – орган по решению международных проблем – не распределил ключи по ториям, чтобы никому обидно не было.

Возвращаясь к Реллуму, его принято считать торией военного уклада, однако это не означает, что все здесь маршируют, живут в казармах и ежедневно рубятся в сражениях.

Власть в Реллуме можно представить следующим образом: император и члены имперской семьи – на вершине. Затем идут два центральных органа: управляемый канцлером Магистрат, ведающий всем, кроме войны, и Легионат во главе с командиром – в его юрисдикции вся военная сфера и общественная безопасность.

Сам Реллум раздроблен на две части: верхнюю и нижнюю зоны. Название второй зоны имеет буквальный смысл – она действительно находится под землёй, снабжённая ресурсами извне.

Что же касается воскресшей флоры и фауны будущего (точнее, теперь уже настоящего), как оказалось, множество существовавших до Биоцида животных и растений вновь населяло планету.

Славно повеселились Советники Сайлорс, ничего не скажешь! Как они умудрились превратить мир в грёбаное фэнтези?!

Ответа на данный вопрос Рей так и не отыскала, но это уже и неважно, ведь вскоре ей предстояло окунуться в круги самого авторитетного образовательного учреждения Реллума.

Для этой тории Сифеста играет роль куда весомей, нежели просто учебная академия. Что очевидно хотя бы потому, что её восхваляет третья Первозданная легенда – Первосвященная.

Согласно ей, однажды божество созидания влюбилось в человека. Одолеваемое страстными чувствами, отважилось оно посетить свою возлюбленную, но та, будучи заинтересованной лишь в книгах, не особо обрадовалась и велела почитателю убираться восвояси.

Ничто не трогало её ледяное сердце. Вконец отчаявшись, спросило божество у своей ненаглядной, чего она желает. «Хочу узнать все истины этого мира» – прозвучало в ответ.

Не в состоянии рассуждать здраво, божество, пропустив все бюрократические процедуры, сотворило священный цветок с миллионом лепестков, каждый из которых хранил, как и просила «скромная» девушка, все истины мира.

Но за провинность наступила расплата. Заполучив источник бесценных знаний, принялась человеческая особа чинить разруху. Наблюдая за её злодеяниями в муках совести, божество решило исправить свою ошибку.

Второй экземпляр волшебного цветка достался более порядочному индивиду – Сифестиану Логбертери. Человек этот и так отличался зашкаливающим IQ, к тому же был мудр не по годам и благороден до мозга костей.

Без труда разобравшись с лиходейкой, герой уничтожил первую модель чудо-цветка, а позднее построил собственную академию. Заведение окрестили в честь его основателя – Сифестой.

– «В руках недостойных знание – мрак и зло, в руках достойных – свет и благоденствие»: неизменный девиз главной академии Реллума. Место пребывания цветка всезнания никому не известно. Сотни и тысячи умов до сих пор блуждают в поисках дара божества, надеясь вкусить истины этого мира».

Прочитав это вслух, Рей захлопнула книгу в растерянных чувствах. Ей кажется, или люди из будущего пугают даже больше, чем её сограждане?

Акт 3.2. Чёрное или белое

Тишина, серое пространство, потрескивающая тьма. Знакомое чувство дискомфорта…

…и абсолютно ясное сознание.

Я снова в том самом «живом сне».

Когда Рей почти коснулась тёмной массы, та шевельнулась, и всё пропало. Рассветные лучи озаряли уже привычный потолок с ромбовидными узорами.

Это место заслуживает более оригинального названия.

– Может быть… «Сумеречье»? Кратко, благозвучно, и с ноткой безумия – всё, как мы любим.

На выходе из комнаты её, как всегда, встретила девушка в чёрном, моментально изобразившая учтивый поклон. В столовой мужчина с взлохмаченными волосами цвета соломы уплетал запеканку.

– Пожрать спокойно не дают, – проворчал он вместо приветствия.

Чуть погодя на столе появилась вторая порция запеканки. Рей без энтузиазма потыкала в неё вилкой.

– В твоей книге рецептов только один съедобен?

– Сколько раз говорить, обращайся ко мне на «вы». И здесь тебе не ресторан, а я не шеф-повар.

– Какая потеря для кулинарной отрасли.

Пока Рей ковырялась в тарелке, ключник придирчиво разглядывал её одежду.

– И вот этот мужицкий мешок две недели мастерили? Тоже мне, я бы за бутылку не хуже из шторы забацал.

– Отрадно, что такой знаток моды высоко оценил моё прекрасное пальто. Значит, я не ошиблась в выборе портного.

Не обращая внимания на возмущённо скривившуюся физиономию Эрнетта, Рей с облегчением оставила в покое истерзанную запеканку и залюбовалась отражением на подносе.

– Как забавно сложилось: привилегию красного цвета у квартлера отняла Прокля… – сверлящий взгляд заставил её осечься на полуслове.

– Обучение начнётся через три дня, а ты не следишь за языком. Будь осторожнее и не доставляй императору проблем.

– Это уже не от меня зависит, но благодарю за почти пригодную пищу.

Стоило Рей высунуть нос в коридор, из столовой загремели кухонные ящики с запасами спиртного.

На пути в библиотеку внутри стеклянного стеллажа красовались золотые кубки и грамоты. Рей заинтересовала надпись под одним из портретов отличившихся учеников: «Лучший выпускник Сифесты, гордость академии – Джереон Лагналирос». Судя по количеству наград, теснившихся на полках, брат Джебберта талантами не обделён.

Выходит, члены имперской семьи тоже обучаются в Сифесте?

Современный император Реллума – Клодет Лагналирос. Династия Лагналирос властвует уже не одно поколение. Поскольку все в этом роду владели эссализацией огня, в народе её кличут императорской.

Предыдущего лидера Реллума – отца теперешнего – звали Таорон Лагналирос. Этот человек снискал противоречивую славу: одни считали его жестоким тираном, другие – уважали за железную волю.

Потомство Таорона – Октиан, Уиллард, Клодет и Норинда. Но не все живы доселе. Старший, будучи несогласным с существовавшей политикой, возглавил восстание из жильцов подземной зоны и рабов, собираясь создать собственную независимую торию, но был побеждён и казнён лично отцом.

Когда умер Таорон, кандидатуру Клодета Лагналироса, отличавшегося наибольшим уровнем саарсы и довольно благородным нравом, как следующего правителя тории никто не оспорил.

Принимаемые им законы, смягчающие положение преступников и рабов, объясняли влиянием императорской супруги – Анжель Лагналирос, которую боготворили за отзывчивое, полное доброты сердце. Но после родов всеобщая любимица ослабла здоровьем и скончалась.

По правилам двора, император был вынужден повторно заключить брак. Спустя несколько лет Клодет провозгласил о проведении грандиозной реформы, возмутившей все слои населения. Но его планы так и не сбылись.

В день, предшествующий дате исполнения имперского указа, день годовщины смерти Анжель, мать Джебберта, Зарсию Лагналирос, убили. Зловещая ирония судьбы.

Теперь понятно, отчего он столь апатичный.

Новостные хроники умалчивали о трагедии, поэтому что именно произошло – загадка. Зато нелестных статей о личных качествах Зарсии – пруд пруди. Лишь один известный член профессорских кругов выступил против осуждающей толпы.

– «Людям свойственно делить все вещи на чёрное зло и белое добро. Обратная эссенция – крайне сложное и неизученное явление, но её без лишних колебаний занесли в категорию зла. Однако, по моему мнению, если женщина признаётся злодейкой лишь за выдающийся ум и твёрдые убеждения, зло не кажется уже таким злым. Злодейка, не сотворившая злодеяний – в какую же категорию нравственности входит Зарсиа Лагналирос, чёрную или белую?», – прочитала Рей и присвистнула, узнав имя автора провокационной статьи, профессора Делиссы Гронбелл.

Продолжая об имперском роде, помимо трёх главных наследников, в Имперуме проживают сестра Таорона и её муж, а также семейство Форфентрол, кровно связанное с Анжель Лагналирос…

При взгляде на портрет Реннета Форфентрола Рей захлопнула многотомный журнал так резко, что со стола попадали книги.

– Как раздражает.

Акт 3.3. Будь настороже

Молчание за завтраком сопровождалось звоном ножей и вилок. Пока его не нарушил голос Рей:

– Нарона, как считаешь, по силам ли тебе одолеть Эрнетта в кулинарном поединке?

Ключник сердито фыркнул, мечница всерьёз призадумалась.

– Маловероятно, леди Сайлорс. Мои познания в данном ремесле весьма скудны.

– По-моему, ты себя недооцениваешь, – не согласилась Рей. – Следующий вопрос к тебе, Эрнетт.

– Не «к тебе», а «к вам». Если опять про мою готовку…

– Убийство Зарсии Лагналирос. Почему об этом нет никаких сведений?

В воздухе повисло напряжение. Эрнетт побледнел так, будто заметил в столовой призрака.

– Понятия не имею, – наконец буркнул он. – Я тебе не справочник.

– Что за бесполезный человек, – без капли жалости пропечатала Нарона.

Зал библиотеки, обычно безжизненно тихий, гудел под ударами барабанящего ливня. В вечернем небе громоздились тучи, ветки деревьев гнуло под сносящими ураганными порывами.

– Леди Сайлорс, вы пропустили свой обед.

Прогремел раскат грома. Рей, наблюдавшая за растекающимися по окну водяными кляксами, подпрыгнула на месте.

– Ёлки-моталки!

– Прошу прощения, леди Сайлорс, – Нарона опустилась в извиняющемся поклоне.

– Ничего… страшного.

Страшно, и даже очень!!

– Ах да, обед. Пожалуй, воздержусь, мой желудок объявил забастовку, – из Рей невольно вырвался мечтательный вздох. – Прошлой ночью мне приснилось, как запеканка вдруг превратилась в мясо с картошкой. Лучше бы я не просыпалась…

Пепельные глаза мгновенно просияли решительным огоньком.

– Поняла, – отчеканила Нарона. – Будет исполнено.

– Что? Стой, погоди, на улице же льёт как из…

Мечницы и след простыл.

– …ведра.

Какое-то время Рей терзали сомнения. В итоге она махнула рукой.

Располагай я выбором, всё равно бы носа наружу не высунула.

Однако на этом проблемы не закончились. Настежь открытое окно в её спальной комнате болталось туда-сюда, явно не намеренное останавливаться.

– Ну же, – Рей придавила его руками, но в ответ, словно насмехаясь над её потугами, обрушился вдвойне мощный шквал ветра.

Бум! Бац! Бряк! – последовала череда звуков.

– Что стряслось?! – с криком забежал внутрь Эрнетт.

Пол, залитый водой и кровью, разбитая ваза и раздражённая физиономия Рей – такая картина предстала пред его взором.

– Сам не видишь? Отдохнуть прилегла. Желаешь присоединиться?

– Тц, меня точно жизнь покарала, сведя с этой девчонкой.

Подвал, защищённый от завываний ветра, внушал чувство безопасности и едва ли не уюта. Когда раны на руке коснулась смоченная вата, в тишине скрипнул содрогнувшийся стул.

– Ну как, больно?

Рей скептически поглядела на ключника.

– Нет, приятно. Убедись лично, если не веришь, там ещё полно осколков валяется.

На что тот отреагировал удивительным образом – выдохнул с облегчением! – и аккуратно возобновил обработку дезинфицирующим средством.

– Ну и хорошо, а то я было подумал, что ты боли не ощущаешь, от шока.

– Меня пробрало, не волнуйся.

– Я волнуюсь, потому что вынужден заниматься подобными вещами задаром! А доктор Блавейт тебя бы в лёгкую подлатала, и царапины не оставив.

– Эссализация восстановления?

– В точку. Смотрю, ты неплохо освоилась?

– Светскую беседу поддержать в состоянии.

– Я не о том, – Эрнетт неловко замялся. – Как ты, ну, в целом?

Его беспокойство показалось Рей искренним, по крайней мере, до той степени, чтобы взамен быть искренней хотя бы наполовину.

– Признаться честно, не уверена ни в чём и ни в ком, даже в себе. Иногда реальность кажется совсем нереальной, точь-в-точь как в одном из живых снов…

– Что за живые сны?

– …

– Что. За. Живые. Сны. Я жду, но моё терпение на исходе.

Проклятие, у меня вместе с кровью последние мозги вытекли!

Выслушав её, Эрнетт, всё так же нахмуренный, завязал бинт и кратко вымолвил:

– Ясно. Больше об этом не болтай.

– Ты… не собираешься докладывать императору или канцлеру? – пролепетала Рей.

– Зачем их напрасно тревожить? Вот разузнаем что-то конкретное, там и видно будет.

А этот чурбан не так ужасен, каким представляется.

– В таком случае, надеюсь на ваше сотрудничество.

Теперь настал черёд Эрнетта выпучить глаза.

– Ты что, сейчас ко мне на «вы» обратилась?

– Сам же, кхм, в смысле, сами же просили так обращаться. Считайте, это моя плата за лечение. Не люблю быть в долгу.

Впервые в фирменном фырканье ключника не было слышно ни единой ворчливой нотки. Скрыв счастливую ухмылку за занавеской, он с деланным безразличием бросил:

– Говори, как раньше. Меня раздражает, когда мне выкают.

– Эй! – чуть не упала со стула Рей.

Общими усилиями они разобрались с беспорядком в её спальне, правда, Эрнетт принял помощь не без сопротивления.

– Леди Сайлорс, что с вами произошло?!

Молния осветила силуэт вымокшей до нитки Нароны. Её глаза изумлённо расширились.

– Пустяки, просто царапина, – отмахнулась Рей. – Эрнетт меня подлатал, а потом и за окно неисправное взялся. Оказывается, зря мы порицали его за тягу к безделью, труд ему только в радость.

Красноречивое фырканье выразило протест. В отместку за утренний эпизод Эрнетт не удержался от остроты:

– И кто из нас бесполезный?

Но Нарона его проигнорировала и с отчаянием рухнула на одно колено.

– Мне нет прощения, леди Сайлорс. Я приму любое наказание.

– Да-да, обязательно, но сперва переоденься, а то просту… замараешь едва отполированный пол.

– Поняла, леди Сайлорс, будет исполнено, – отчеканила Нарона. – Но прежде принесу покупки для вас.

– Я и сама могу…

Мечница метеором вылетела за дверь.

– …забрать.

Бамс! – Эрнетт со злостью стукнул по строптивому окну кулаком и спросил, не оборачиваясь:

– Ты что, отправила её в такой ливень? Бессердечная.

– Да я не… – Рей махнула рукой. – Да, отправила. Какие-то претензии?

Аромат жареного мяса и сваренного картофеля вмиг пробудил в ней аппетит. Причём порции хватило бы накормить десять Рей, а то и больше.

– В одиночку мне с этим не справиться.

Пока Эрнетт уплетал за две щеки, а Рей воевала с ним за лучшие куски, Нарона, уже обсушенная, продолжала сокрушаться:

– А ведь вы пытались меня остановить, леди Сайлорс.

Послышалось сдавленное хихиканье.

– Да ничего я не пыталась…

– Моя ошибка не стоит вашей жалости, леди Сайлорс! Вы отдали чёткий приказ, а я, хоть я и вняла ему, посмела ослушаться. Впредь подобного не повторится.

Смех Эрнетта перешёл в заливистый хохот. «Отправила она, вот умора!» – гигикал он, хватаясь за живот. Рей взирала на его потеху с каменной миной, хотя её чуть подёргивающийся глаз свидетельствовал о возможной нервозности.

Но от той не осталось и воспоминания, когда окно встало на место и в комнату возвратилась нормальная температура. Ключник с важным видом отряхнул ладони.

– Поздравляю, мистер Валлертон, сегодня вы преуспели, – легонько поклонилась Нарона.

– Хах, наконец-то ты это призна… – Эрнетт забавно сморщил нос и оглушительно чихнул.

– Это не к добру, – мрачно предрекла Рей.

На следующий день, в то время как птички весело напевали песенки, а солнышко очищало дороги от луж, хозяин подземного склепа Сифесты лежал в постели с простудой. «И что нам с ним делать?» – читалось в двух устремлённых на него взглядах.

С момента, как Рей сообразила холодный компресс, а Нарона приготовила несложный травяной отвар, дело не сдвинулось с мёртвой точки. Потому как в лечении обе они были ни в зуб ногой.

– Оставьте меня в покое, – простонал ключник и с головой закрылся одеялом.

Вопросительный взгляд Рей: «Сражаться или капитулировать?».

Уверенный взгляд Нароны: «Сам оклемается… то есть подчинимся воле пациента, леди Сайлорс».

Их единодушные взгляды: «На том и порешили».

– И всё-таки, нехорошо больному голодать, – вздохнула Рей на лестнице. – Как-никак, я обязана отблагодарить его за окно.

– Можете положиться на меня, леди Сайлорс, – торжественно заявила Нарона. – Мы поставим мистера Валлертона на ноги.

В результате получасовой рецепт лечебной каши занял у них два часа, кухня превратилась в побоище, а то, что должно было получиться кашей, напоминало скорее клокочущую массу, доставленную прямиком из ада.

– Что-то определённо пошло не так, – нахмурилась Рей.

– Внешние данные блюда не так важны, главное – вкус и питательность, – невозмутимо отчеканила Нарона.

К счастью, не мы участвуем в проверке на эти качества.

Интуиция Эрнетта отлично срабатывала в минуты, чреватые смертью. Он чувствовал опасность, исходящую от тарелки, видел угрозу в невинных лицах хозяюшек. Но, цепляясь за остатки гордости, отважился на риск.

И всего одна ложка заставила его об этом пожалеть.

– Вы убить меня хотите?! – завыл ключник, отплёвываясь.

– Как странно, – удивилась Нарона. – Я неукоснительно следовала рецепту.

– Специально мне отраву подсунула, да?

– В поваренной книге базового уровня таковые отсутствуют. Негоже судить по себе и причислять другим людям мошеннические помыслы.

– А как быть с нашим ужином, Нарона? – напомнила о себе Рей.

– Что скажете о запеканке, леди Сайлорс? Если мистеру Валлертону она была по плечу, то и нас ждёт успех.

Предлагаешь коллективное самоубийство устроить?

– Почему бы вместо этого тебе снова не посетить рынок?

– Путь до рынка не близок, я не могу столь надолго покинуть вас, леди Сайлорс, – безапелляционно отрезала Нарона. – Тем более, когда мистер Валлертон в таком состоянии.

«Я в таком состоянии из-за вас!» – кричал разъярённый взгляд Эрнетта.

– Придумала!

В воздухе закрутилась чёрно-сиреневая субстанция, забрав с собой служащую императора.

А что, и так можно было?!

– Мне казалось, ей разрешили использовать эссенцию только в экстренных случаях.

– Этот случай – самый что ни на есть экстренный, – буркнул Эрнетт.

После традиционного визита в библиотеку Рей застигло врасплох редкое зрелище: Нарона, облокотившись головой на спинку стула, сопела с несвойственным ей умиротворённым видом.

– Ты, никак, надеялась, что я тут душу испустил?

В смеющихся глазах Эрнетта отразилась Рей с пледом в руках. Та резко отстранилась от мечницы и присела на краешек кровати.

– Как жаль, что мои надежды не оправдались. Похоже, каша сотворила чудо, вытащив тебя с того света.

– Как раз она меня туда чуть не затащила! – ключник состроил вымученную гримасу, но с его посвежевшего лица спала метка хвори. – Не хватало ещё учеников заразить. Плакала тогда моя зарплата.

– Как заботливо с твоей стороны, – поддела Рей.

Ключник фыркнул.

– Эй, помнишь, ты спрашивала о Зарсии Лагналирос? – вдруг произнёс он серьёзным тоном. – Тебе известно, чем она заслужила дурную славу?

– Намекаешь на обратную эссенцию? Ту самую, на которую наложили официальный запрет?

– Верно. Хоть Зарсиа и проводила исследования, в них не было злого умысла, всё, что она делала, так это читала умные книжки. И всё равно её ненавидели и презирали, называли ведьмой, демоницей. Я также её сторонился, о чём теперь очень жалею…

На лице Эрнетта застыло отрешённое выражение.

– Существует один преступный семейный клан, считающий своим долгом избавлять мир от грязи. Наречённые чистильщиками, они из поколения в поколение чинят самосуд, руководствуясь идиотским уставом. Целью этих психов стала Зарсиа, именно они её убили.

Пауза прервалась тяжёлым вздохом.

– Фамилия этого клана – Валлертон.

Рей поморгала, как при замедленной съёмке.

– Значит, ты…

– Я сбежал из дома ещё подростком и, бродяжничая, однажды загремел в изолятор за то, что набил морду члену имперской семьи. Император Клодет заинтересовался моей эссализацией и пригласил меня в гвард-группу, – Эрнетт тепло улыбнулся. – Император – необыкновенный человек. Желая отблагодарить ему преданной службой, я добился звания командира.

Командир? Он? Остановите Землю, я сойду!

– Но после той ночи, ночи убийства Зарсии, мой секрет каким-то образом раскрыли. Меня обвинили в сговоре с чистильщиками, дворяне настаивали на моей казни. Император рискнул всем, чтобы мне смягчили наказание, однако я потерял то, что дороже жизни и свободы – доверие Реллума. Минули годы, и император пожаловал мне должность в академии. Многие, конечно, выступили против, но предъявить им было нечего, да и незачем.

– А как же способность профессора Гронбелл?

– Гронбелл в то время не работала на императора. У её силы есть ограничение, она может проверять информацию, срок давности которой максимум пять лет.

– Вот оно как.

Они оба надолго замолчали, попав в плен сложных дум.

– Выходит, тебя втоптали в грязь не на основе улик и фактов, а из-за неудачного происхождения? – подвела итог Рей.

– Вовсе нет, я получил по заслугам, – горячо возразил Эрнетт. – Будучи командиром, я не сумел спасти жену императора, и этот грех мне вовек не искупить.

– Продолжай верить в это, если тебе так легче, – отчего-то разозлилась Рей, – но как по мне, глупо брать ответственность за деяния своей чокнутой семейки.

– Ты не понимаешь. Не забивай этим голову, у тебя имеются заботы поважнее, – поймав во встречном взгляде вопрос, ключник пояснил: – О том, как не проколоться и не вылететь из академии.

Не в силах спорить, Рей лишь закатила глаза.

– И есть ещё кое-что, о чём ты должна знать.

Если он сейчас поведает о том, что когда-то и императором успел побывать, у меня точно ум за разум зайдёт!

– Я хочу тебя предупредить. Сифеста полна неадекватных психов, ситуация здесь с каждым годом всё хуже и хуже. Всегда будь настороже, поняла?

Рей кивнула с мыслью: «Опыт общения с психами у меня богатый».

– Раз так, катись отсюда, – мило попрощался Эрнетт и тыкнул пальцем на спящую мечницу. – И эту с собой прихвати.

На обратном пути Рей озарило – в присмотре за ней более нет нужды.

– Нарона, что планируешь делать дальше? Вернёшься к императору?

– Да, леди Сайлорс. Но и вам моя преданность навеки, – Нарона резко затормозила, на её ладони лежала стеклянная чёрная колбочка. – Разбейте этот артефакт в случае опасности, и я подоспею вам на выручку.

Этой ночью Рей так и не смогла спокойно сомкнуть глаза. Сон отпугивали волнения на сердце, что страшилось неизвестного будущего.

Акт 3.4. Веселье только начинается

– Подъём!

С Рей бесцеремонно сдёрнули одеяло, но она, не выспавшаяся ни в одном глазу, потянула обратно.

– Где твои манеры?

– В жопу манеры! – рявкнул Эрнетт. – Живо вставай, скоро уже запустят учеников! Или в первый же день опоздать хочешь?

Чего я хочу, так это в принципе отсутствовать.

Парадный зал переполнялся жужжащей толпой в красно-синей униформе. Когда с лестницы сошла женщина с заколкой в волосах, шум резко стих.

– Добро пожаловать в Сифесту! – с улыбкой провозгласила профессор Гронбелл. – Вижу, вам не терпится обменяться впечатлениями, и у вас будет время на это, но после вступительной церемонии. Участие обязательно для всех!

Величественный церемониальный зал, поражающий убранством и габаритами, за считанные секунды наводнили восхищённо озирающиеся студенты.

– Фух, боялась, не успею!

Рядом с Рей плюхнулась девушка с всклоченными рыжими хвостиками. Бешеные хрипы не мешали ей трещать языком как заведённой:

– Так здорово, да? Не верится, что мы в Сифесте! Знаменитой Сифесте, выпустившей столько знаменитостей! Неужели мы и сегодня увидим кого-то из легионеров? Или членов имперской семьи?..

К счастью, колокольный звон заставил весь зал благоговейно замолчать. На сцене показался хрупкого склада мужчина. По слуху полоснул писклявый, заикающийся голосок:

– Д-дорогие м-мои ученики!

Рей удивлённо покосилась по сторонам, но никто не выглядел сбитым с толку.

– К-как вы знаете, н-наша академия с-славится своей б-богатой историей и м-многолетними традициями. Однако г-главная её г-гордость – это в-вы, студенты! И я, как д-директор этого з-заведения, об-бещаю – в этих стенах вы раскроете в-весь свой п-потенциал, добьётесь г-громких побед и высоких д-достижений! А п-помогут вам в этом наши т-талантливые п-профессора, к-которых я с радостью вам п-представлю…

В первые минуты Рей стоически противилась сладкой пелене в глазах, но в конце концов не выдержала и уронила голову, готовая поддаться соблазну. Как вдруг усыпляющая музыка разразилась энергичным ритмом.

– А т-теперь в заключение н-нашей церемонии п-передаю слово в-великому маршалу, п-признанному н-номером один в к-кругу эссентов!

В воздухе мелькнуло оранжевое пятно. Яркий плащ застыл в танцующих потоках воды. Воцарилась тишина, прежде чем зал взорвался неистовым гомоном.

– С ума сойти, – пролепетала соседка Рей. – Сам Крифс Меннернеллум!

Парящий в центре водоворота коренастый великан взмахнул фуражкой, приветствуя публику, и приземлился. Водяной вихрь ударился о сцену, замочив ближние ряды.

– Ха-ха-ха, – раскатистый смех мужчины был подобен грому. – Первый год в Сифесте, какая ностальгия! Ваше веселье только начинается, друзья! Запомните: воля, упорство и решительность – вот залог сильнейших! Желаю всем успехов!

С окончанием церемонии первогодки разбрелись кто куда: в исследования академии, на поиски старых и новых друзей или по кабинетам своих классов. Но нашлись среди них и герои мелодрамы, заграждавшие проход к главной лестнице.

– Прошу, отпусти! – упиралась прелестная дева, попавшая в беду.

– Не разыгрывай недотрогу, – притянул её к себе юноша с длинной чёлкой на лице. – Это редкостная удача – привлечь внимание избранного вроде меня…

Он осёкся, почувствовав, как на плечо легла чья-то ладонь.

– Приятель, кажется, у тебя проблемы с освоением языка, элементарные фразы – как об стенку горох. Советую повторить основы и начать с алфавита.

– Ты ещё кто такая? Я из имперской семьи, так что отвянь по-хорошему.

– Имперской семьи? Тогда дело куда серьёзнее. Само будущее Реллума под угрозой!

– Ты-ы-ы…

– Я-я-я что? Долго соображаешь, вот и с речью казусы. Но не расстраивайся, в этой куче народа кто-то да сжалится над тобой, если, конечно, ты не страшишься особого внимания, достойного избранного.

Назревающий конфликт действительно собирал всё больше зевак. Мрачно на них зыркнув, ухажёр умчался восвояси, на ходу обещая расквитаться с нахалкой. Та вежливо помахала ему вслед и поймала на себе серебристые глаза, светящиеся признательностью.

– Спасибо тебе боль…

– «Спасибо» в карман не положишь, – сухо перебила Рей. – Будешь должна.

Дева в беде хотела сказать что-то ещё, но к ней подбежал другой ученик, запыхавшийся и лохматый.

– Сиера, извини, я проспал! Ты в порядке? Слышал, этот придурок Хордан опять к тебе клеился!

– Не волнуйся, Ларк, мне помогла она… А где она?

Рей уже затерялась в потоке спин.

Джебберт, Джереон, Реннет и… кто же ещё?

Нужный ей кабинет находился в центральной части восьмого этажа. За дверью Рей встретили множество любопытствующих взглядов и один, полыхающий неприязнью. Косая чёлка пересекала озлобленное лицо почти посередине.

Хуже быть не может.

Так думала Рей, пока за скамьёй её не настигли невинные серые глаза, отливающие серебром. Тут же опустился подросток, так и не успевший причесаться.

– Привет! Спасибо, что выручила мою подругу! Её, кстати, Сиерой звать, а меня – Ларком. Почему ты убежала, не познакомившись?

– Я очень тебе благодарна! – набравшись смелости, выпалила дева в беде.

В то время как Рей усиленно пыталась растворить своё присутствие и слиться с фоном, Ларк сокрушался, с яростью сжав кулаки:

– Этот слизняк Хордан! Когда-нибудь я правда набью ему морду!

– Не стоит, – мотнула головой Сиера. – Это пустяки.

Хордан, точно!

– Эй, а ты не из робкого десятка! – показал большой палец Ларк. – Перед имперской семьёй обычно все пасуют. Поди, из знатного рода, да?

Словно в ответ на мольбы Рей о спасении, в кабинет зашёл преподаватель. Его унылый взгляд медленно проскользил по периметру.

– Нейтан Поларис, ваш классный руководитель. Прежде чем перейти к по-настоящему важным делам, я вынужден провести с вами ознакомительное занятие. Начальство считает этот пустой трёп необходимым…

Дверь снова растворилась.

– Простите за опоздание, профессор, – учтивый тон был пропитан высокомерием, причём будто бы не специально, а в силу привычки.

Профессор Поларис холодно сощурился.

– Проходи быстрее, но более я подобного не потерплю.

Юноша, сделав было шаг, со звуком затормозил. Блеснула алая серёжка, в зелёных глазах заискрили молнии.

– А ты что здесь забыла?

Нет, хуже всё-таки может быть.

По классу пронёсся недоумённый ропот.

– Реннет, садись на место, если не намерен возвращаться в коридор. Остальные – сели ровно и дожидайтесь своей очереди.

Практически весь класс представил себя, а Рен так и не шевельнулся, продолжая неотрывно сверлить Рей взглядом. Но на выступлении с его насупившейся мины испарилось напряжение, а сжатые губы растянулись в приветливой улыбке.

– Реннет Форфентрол, или просто Рен, огненная эссализация. В Сифесте имеет значение не статус, не богатство или положение, а сила. Поэтому я отдам всего себя, чтобы стать лучшим эссентом и заполучить уважение не за свою родословную, а мастерством и умениями. Рассчитываю на вашу благосклонность.

Позёр.

Девичья половина зашушукалась, сражённая харизмой Рена. Хордан их мнение не разделил, надувшись оттого, что его напыщенная речь произвела совершенно иной эффект.

– Всем привет, Ларк Тронбтанн, звуковая эссализация. Я мечтаю стать знаменитым лекарем. Мои родители практикуют уникальную методику врачевания звуком – расстройство эссенции, мигрень, бессонницу и другие болячки как рукой снимает! Нашу лавочку «Гармония» вы найдёте на Лунном проспекте, напротив трактира «Орион». За первый приём – сбор травяных чаёв в подарок, постоянным клиентам – скидки!

– Будьте так любезны воздержаться от столь подробных описаний семейного дела, – отчитал Ларка Нейтан.

По кабинету прокатились смешки.

– Здравствуйте, меня зовут Сиера Озалиос, владею созидающей эссализацией. Моя семья с давних пор занимается общественной деятельностью во благо Реллума. Я понимаю, что мой уровень саарсы далёк от идеального, но постараюсь изо всех сил и докажу, что достойна быть вместе с вами! Надеюсь, я не доставлю вам проблем!

Вся раскрасневшаяся, Сиера поспешно села обратно. Кто-то из парней прошептал:

– Милашка.

– Так, все закончили? – ленивато протянул профессор Поларис. – Тогда попрошу внимания. Вы все уже, должно быть, наслышаны о Рей Сайлорс. Хотя ранее она проживала в Фидеме, отныне её дом здесь, в Реллуме. Из-за частичной амнезии ей приходится несладко. Проявите такт и не приставайте с расспросами.

Многочисленные взгляды ощутимо обжигали Рей, не сводившую глаз с парты.

– А теперь обсудим детали вашего обучения. Советую почитать правила академии сродни молитве, табу, закону – как кому нравится. Нарушив их, вы потеряете баллы, при недостаточном количестве баллов вас не допустят к сессии, а недопуск даёт прямой билет на преждевременный выпускной. Меня за такое по головке не погладят, так что извольте пользоваться мозгами. Иначе я заставлю вас пожалеть о том дне, когда вы переступили порог этого кабинета.

Несколько ребят громко сглотнули.

– Если вопросов нет, изучайте список распределения по общежитиям, а мне нужен перекур.

За преподавателем захлопнулась дверь.

– Общежития раздельные? – с разочарованием вздохнул притягательной наружности ученик.

– А ты на что надеялся, извращенец? – игриво усмехнулась девушка в круглых очках.

Хордан грубо выхватил список у одноклассников.

– Сейчас выясним, кому не повезло, – ухмыльнулся он. – Та-ак, Рей Сайлорс из десятой комнаты. Вместе с ней Бертина, Пеона и… кхм, Сиера, – у него дёрнулась бровь. – Какая чушь! Неприемлемо, чтобы наши прекрасные дамы спали под одной крышей с подданной вражеской тории!

Юноша с безупречной осанкой энергично замахал руками.

– В Сифесте недозволительна классовая и любого иного рода дискриминация! Твоё заявление оскорбляет честь этой академии!

– Какой правильный нашёлся, – пробормотал Хордан.

– Зануда прав! – гаркнул коротышка с хохолком. – Мы должны быть заодно!

– Я не зануда, а Ронделл.

– А я Диркс!

Над Рей, тихонько радующейся, что никому до неё нет дела, внезапно нависла тень, в переносном и буквальном смысле.

– А правду говорят, что ты сбежала из Фидема? Расскажи, кто и зачем заблокировал твою эссенцию? Мне жуть как интересно!

Разговоры резко оборвались. В воздухе сгустилась тяжёлая атмосфера.

– Это сделали люди Чёрного ордена. Я была подопытным кроликом в их экспериментах, но какую цель они преследовали, мне неизвестно.

– Ничего себе! – ахнула болтунья с церемонии. – И каково это было?

Рей уставилась на неё с каменной миной.

Понятия не имею, но могу предположить, что охренеть как увлекательно!

– Не самые приятные ощущения.

– Какая невероятная история, – раздался надменный голос. – Я бы сказал, даже слишком невероятная.

– Что-то не так? – невозмутимо спросила Рей.

– Отнюдь. Просто хочу заметить: если бы я был членом ордена и намеревался внедрить в другую торию шпиона, то, пожалуй, разработал план на тот же манер.

Ну, понеслась.

– Почему ты подозреваешь Рей? – заступился Ларк. – Разве император не признал её невиновной?

– Император – тоже человек, а всем людям свойственны ошибки.

На самом деле Рен подумал в более жёстком стиле: «Да я бы скорее съел собственные ботинки, чем доверился такому безмозглому слюнтяю!».

– Но ведь имеется заключение профессора Гронбелл! – присоединился к их спору смешно жестикулирующий Ронделл. – Её способность распознаёт ложь!

– Вот видишь! – воодушевился Ларк.

– Да, я уверена, что Рей хорошая! – с чувством выпалила Сиера.

Могу я проголосовать против всех, а?

Здравый смысл и аналитические расчёты подсказывали Рену – открытая борьба не пойдёт на пользу его имиджу.

– Пусть так, я и не утверждал обратного. Она же теперь одна из нас.

Что, лицемер чёртов, сдулся?

– Я не ставлю под сомнение ни способность профессора Гронбелл, ни решение императора, но не прочь убедиться лично, – студент угрюмого вида впился в Рей оценивающим взглядом. – Расскажи нам, какие воспоминания тебе удалось сохранить. Моих познаний в психологии хватит, чтобы определить, искренны ли твои ответы.

Класс затаил дыхание.

– Всё верно, моя память не восстановилась. Однако есть то, о чём я не в силах забыть, – Рей подняла глаза. – Каждый день, каждый миг мне представлялось, как я обрекаю своих мучителей на страдания в сто крат ужасней. Узреть их предсмертную агонию – вот каким был предел моих мечтаний. Но, увы, месть до сих пор подвластна мне лишь во снах.

Кабинетом на длительное время овладело гробовое молчание.

– Что ж, эмм… полагаю, можно оценить ответ… удовлетворительным.

На этой минорной ноте класс разбился на группы, за исключением тех, кто выбрал уединение. Но не у всех был выбор.

– Давай дружить, – с широкой улыбкой предложил Рей Ларк.

– И со мной, пожалуйста, – умоляюще захлопала ресницами Сиера.

Рей окинула парочку снисходительным взглядом.

– В этом нет ни необходимости, ни выгоды. Коли не желаете также превратиться в изгоя, поищите более подходящую кандидатуру в друзья.

– Нет, это не так! – неожиданно пылко возразила Сиера. – Все обязательно тебя полюбят! Ты очень замечательная и… и даже будь это так, я не боюсь стать изгоем!

– Поздравляю, флаг тебе в руки, – огрызнулась Рей. – Становись, но без моего участия. Мне предпочтительнее залечь на дно в одиночестве.

– Зачем же ты тогда защитила Сиеру? – удивился Ларк.

– Разумеется, чтобы обзавестись должником. Я не влезаю в чужие проблемы по прихоти.

В словах Рей читалось неподдельное раздражение, но адресованное к собственной персоне. Поскольку причина её импульсивного «подвига» была лишена какой-либо логики.

Он просто напомнил мне Карлайла…

– Всё равно ничего не понял, – рассмеялся Ларк. – Смирись, тебе от нас не отвертеться.

– Дело ваше, – отмахнулась Рей.

Её соседи захлопали в ладоши с победными возгласами.

В Сифесту и больных на голову принимают?

Когда класс с разрешения профессора Полариса собирался на выход, Хордан преградил Рей путь, склонившись над её партой.

– Сиера, в случае чего сразу обращайся ко мне. Я разберусь с любым мусором, посмевшим тебе надоедать!

– Вот же дилемма, – с сочувствием хлопнула его по плечу Рей. – Только ты под это описание и подходишь. Придётся тебе с самим собой разбираться, Хурдин.

– Я Хордан!

– Без разницы.

Академия воспрянула ото сна, по этажам разносились смех и оживлённая болтовня, молодёжь кипела энергией. А сытая всем этим по горло Рей даже не знала, где ей спрятаться!

Комната в общежитии была уже занята, библиотека – закрыта. Лишь после упорных блужданий ей повезло наткнуться на безопасное укрытие: площадку на открытом воздухе в самой дальней зоне этажа А-ранговых.

Там Рей и просидела до вечера, безуспешно перебирая варианты для голосовой команды включения адаптера. По дороге в столовую она, поглощённая мыслями о неудаче, врезалась в кого-то плечом.

– Спасибо за утреннее представление, давно так не развлекался. Не думала податься в актрисы? Твоя игра производит впечатление.

Зелёные глаза наблюдали за Рей с презрительной насмешкой.

– Лестно слышать, но я с большим удовольствием играю на нервах, нежели на сцене.

– Охотно верю. Стоит тебе раскрыть рот, как всякий собеседник теряет самообладание и расположение духа.

– Ты решил осыпать меня комплиментами, чтобы расширить свой круг так называемых «друзей»? Прости, но я в этом не заинтересована.

Рен разочарованно поджал губы, словно его ожидания не оправдались.

– Твоя сказочка меня не убедила. Ты что-то скрываешь, и я выясню, что именно, будь готова, – процедил юноша и демонстративно толкнул Рей плечом, задев её раненую руку.

Она сквозь зубы выругалась ему вслед.

– Меня окружают одни идиоты.

– Надеюсь, я не в их числе, – прозвучал задорный голос у неё за спиной.

– Ты – первый в списке.

Возмущённая физиономия Джебберта тут же явила себя.

– Эй, я и обидеться могу!

– Вот и славно. Я как раз не настроена на разговоры.

– Не противься зову судьбы и поболтай со старым товарищем, – Джебберт потащил Рей к выходу, не заметив, как из темноты за углом сверкнули лиловые глаза.

На заднем дворе академии учащиеся трапезничали, когда позволял погодный фон. На огромной поляне извивались каменные дорожки в красную и синюю клетку, а на стройных вереницах кустарников пестрели плетения алых и васильковых цветков.

– Ну, рассказывай, – Джебберт подпёр подбородок ладонями, как в предвкушении занятной истории. – Как прошёл твой первый день в Сифесте? С кем подружилась?

Взгляд Рей принял выражение мёртвой рыбы.

– Почему все и каждый твердят мне об одном и том же? Дружба то, дружба сё – в гробу я видала вашу дружбу!

– Отчего же так?

– Оттого, что эта дружба – не более, чем стадный инстинкт. Человек стремится к кооперации, удобной для выживания, чему общество придумало красивое название.

– Не суди столь сурово, дружбе положено начаться с малого, а время делает её крепче, – с важным видом поднял палец Джебберт. – Учись, пока я жив.

– Благодарю за бесполезное наставление, мастер, – поклонилась Рей. – Постараюсь поскорее его забыть.

Джебберт прыснул от смеха.

– Так-так-так, кто это тут веселится без моего ведома?

За их столиком откуда ни возьмись появился смуглый молодой человек с банданой на голове. Подле него пристроился долговязый юноша со строгим лицом.

– Джебберт, как ты посмел бросить нас и ворковать с девушкой? Тобби, не молчи, поругай этого предателя!

– Отис, ты позоришь нас перед первогодкой.

– Вы двое, катитесь отсюда, – кисло скривил губы Джебберт.

Отисон Брайб и Тоббиан Лоулиз – так звали непрошеных гостей из класса А-ранговых. Причём один из них, как оказалось, был известен специфическим хобби.

– Рей Сайлорс, я мечтал заглянуть за завесу тайны твоей загадочной личности! – в запале стрекотал Отис. – Целый месяц о тебе слагали всевозможные слухи, а я был не в силах ни подтвердить, ни опровергнуть их. Но вот он – заветный шанс, подаренный небесами!

Не успела Рей и слово вставить, как болтливый второгодка наклонился к ней, максимально сократив расстояние.

– Не желаешь ли воспользоваться моими информационными услугами? Вопрос за вопрос, бизнес и ничего личного. Расскажу всё, что жаждет узнать твоя душа, даже из разряда непристойного.

– Отстань от неё, – велел ему Джебберт. – Твои глупые игры никому не интересны.

– Он жалкий вымогатель, – покивал Тоббиан.

– Разве? – не согласилась Рей. – Равноценный обмен – принцип справедливой торговли. А я не отказываюсь от взаимовыгодного сотрудничества.

– Вау, обычно мои предложения встречают в штыки, – признался Отис. – Ты мне нравишься! Быть может, наш союз благословлён самим Сотворителем!..

Уже его не слушая, Рей неуверенно покосилась на Джебберта. В прошлый раз он ей не поверил, а сейчас и подавно сочтёт сумасшедшей…

– Тобби, Джебберт, – вдруг щёлкнул пальцами Отис, – прогуляйтесь-ка в столовую, пока все лучшие блюда не разобрали.

– Ты вроде как и сам идти в состоянии, – прищурился Джебберт.

– Тебе что, трудно для Рей и такую малость сделать? – поцокал языком Отис. – Не водись с этим эгоистом, Рей.

Провокация подействовала на Джебберта на удивление эффективно, он со зловещей миной кивнул Тоббиану. Мило помахав им вдогонку, Отис расплылся в лисьей улыбке.

– Итак, позволишь мне начать?

По спине Рей невольно проплясали мурашки. Судя по увиденному, этот парень достаточно прозорлив, чтобы отличить истину от лжи. Любое неосторожное слово, и её маска грозит быть сорванной!

– Поведай же мне, как вы познакомились с Джеббертом?

…Всего-то?

Когда наступил черёд Отиса выполнить свою часть сделки, его довольную физиономию омрачила глубокая задумчивость, он надолго замолчал.

– К сожалению, ничего конкретного на ум не приходит. Но! Слыхал я как-то рассказ, похожий на твой, в нём упоминалось об одной мелкой шаманке с улицы Грёз. Она недорого берёт, ещё и на будущее тебе погадает.

«Только не снова!» – чуть не закричала Рей, но вовремя включила по тормозам.

– Приму к сведению.

– Что именно?

На Рей обрушился пристальный взгляд ультрамариновых глаз. Тоббиан понял, что помощи не дождаться, и сам расставил тарелки с подносов.

– О чём вы говорили? – не унимался Джебберт.

Отис театрально схватился за лоб.

– Не гневайтесь, Ваше Высочество, но мой язык вам не развязать. Увы и ах – и Сотворителю всевышнему я тайн своих не выдам!

– Очень жаль. Как и то, что тебе приходится изворачиваться ради крохи правды. Со мной Рей и задаром всеми секретами делится.

– Какой ты злюка, Джебберт! Знаешь же, что ранит меня сильнее прочего!

В десятой комнате женского общежития все, кроме Рей, уже облюбовали себе ночлег. Девушка с приторно дружелюбной улыбкой на губах тут же подскочила с кровати.

– Бертина Марклем. Все зовут меня Берти. Приятно познакомиться!

Коротышка с безэмоциональным выражением поприветствовала Рей жестом мира и опять уткнулась в книгу.

– Это Пеона Джосслин, она немного странная, – доверительным тоном шепнула Сиера и добавила громче: – Я так рада, что нас поселили вместе, будет здорово!

Измотанная Рей завалилась на свободное ложе и отвернулась к стене. Кто бы знал, что общение с людьми утомительнее скучных лекций в Гнозисе!

Впору засомневаться, плох ли изгойский образ жизни.

Акт 3.5. Хорошо, что нам это не грозит

Шорх-шорх…

Рей перевернулась на другой бок.

Шорх-шорх-шорх…

– Чем ты занимаешься?

Застигнутая врасплох, Сиера подпрыгнула на кровати, а следом за ней и бумаги взлетели в воздух. Сонный взгляд Рей опустился на исписанный черновик.

– Извини, пожалуйста, что разбудила. Мне очень нужно подготовиться к военной тактике, но она такая сложная…

Тяжёлый вздох.

– Ладно, так и быть. Я подсоблю с заданиями, а с тебя – блинчик на завтрак, как обычно.

Сиера Озалиос – старательная, скромная девочка с чрезмерной добродетелью, но по природе своей не сведущая в стратегических премудростях.

– О чём болтаете? – догнал их в коридоре Ларк.

– Рей объясняет мне, как решить задачу про пленных.

– Задачу? Нам что-то задавали?

Да, Ларк Тронбтанн предпочитает радоваться жизни, игнорируя некоторые нерадостные явления. Такие, как учёба, в частности.

– Мне-то не впервой, но, Сиера, на тебя это не похоже. Что-то случилось?

– Бертина с ней случилась, – закатила глаза Рей. – Нашла себе безотказную рабыню и пользуется ею в своё удовольствие.

– Но у неё разболелся живот, как я могла отказать? – в оправдание пролепетала Сиера.

– Стоит нашей старосте мизинцем пошевелить, и она уже при смерти. Боюсь представить, что с ней будет на линии огня.

Столовая гудела под звоном посуды и весёлым гомоном. Лишь за одним столом завтракали в полном одиночестве.

– Пеона, доброе утро! – присела Сиера. – У нас сегодня запеканка с творогом?

Пеона ответила ей зловеще медленным кивком.

– Ай-яй!! – разразился визг. – Я такая неуклюжая!

Из стакана упали последние капли морса. Рей с каменной миной протёрла пятно салфетками, но оно намертво впиталось в кончик рукава.

– С этим не поспоришь. Прицел у тебя никудышный, ещё бы чуть-чуть – и промахнулась.

С виска худощавой студентки скатился пот, убегая, она снова выронила поднос – на этот раз ненамеренно. Поджидавшая её приятельница нервно поправила бант и отвернулась, будто ничего не видела. Главная же зачинщица спектакля пялилась на Рей с нескрываемым разочарованием.

Филлисе Эйрквейн, звезда академии и неписаная красавица. Её роскошная шевелюра вызывала зависть у девушек, чары лиловых глаз пленили молодых людей, а знатная родословная обеспечивала благосклонность в обществе.

Единственное тёмное пятно на этой идеальной картине – беда с головой. Ведь только больная голова могла навоображать любовный треугольник там, где этим и не пахло.

– И не надоело им тебя весь месяц донимать?.. – Ларк испуганно осёкся, когда Рей вонзила нож в блин.

– Филлисе Эйрквейн, я делала тебе скидку из жалости, но ты посмела покуситься на мой драгоценный плащ. Теперь пощады не жди!

– И грянул гром, – отстранённым тоном изрекла Пеона.

Ларк и Сиера дружно сглотнули.

– Всем заткнуться.

И до этого скупой на звуки кабинет погрузился в гробовую тишину: кто-то и шелохнуться не отваживался, а совсем слабые духом дышали через раз. Профессор Румус Гиммельв подавлял одним своим присутствием, что в принципе не располагало к разговору.

– И откуда вас, тупиц эдаких, понабрали, – простонал преподаватель, опросив половину. – Сайлорс, хоть ты не разочаруй.

Как ни удивительно, но Рей входила в узкий круг фаворитов, коих профессор Гиммельв терпел настолько, чтобы не отпускать оскорблений, как завуалированных, так и открыто грубых.

– Годный ответ, Сайлорс. Так, посмотрим, дальше у нас по списку…

С первого ряда взмыла рука.

– Да, что у тебя, Лагналирос?

– Позвольте выразить своё мнение, профессор!

Профессор Гиммельв нехотя дал добро.

– Решение Рей Сайлорс оставить пленных противоречит нормам воинской чести и морали. Кроме того, потеря боевых единиц нанесёт урон боеспособности отряда. Следовательно, генерал должен провести спасательную операцию!

– Что скажешь на это, Сайлорс? – испытывающе поглядел на Рей профессор Гиммельв.

– Согласно условиям задачи, генерал получил послание от вражеского военачальника о захвате трёх пленных, но точных подтверждений тому нет. Члены Чёрного ордена славятся своими ловушками, переть напролом в их логово – безрассудство.

– Как тебе не стыдно заявлять такое? – выпалила было Макиса, но, опомнившись, продолжила спокойнее: – Хорошо, что же ты тогда предлагаешь делать?

Рей задумалась.

– Для начала – отправить на разведку эссента с пространственной или маскирующей эссализацией. Затем, исходя из местности и численности врага, разработать план спасения выживших. Но если все трое уже мертвы, придётся отступить.

– Отступить без боя и тем самым обесценить отвагу погибших при исполнении долга доблестных легионеров?

– Смерть и потери – неизбежный результат любой войны. Как и вынужденные жертвы вопреки чести и морали.

– Неправда! Ты…

– Так, довольно, – пресёк спор профессор Гиммельв. – Лагналирос, твои слова не лишены смысла, но им недостаёт практичности. На войне свои порядки, и радужным фантазиям там места нет, – покосившись на Рей, учитель едва заметно кивнул. – Тебе, Сайлорс, за ответ – десять баллов. Все свободны.

Кто-то зашептался, считая высокую оценку несправедливой.

– И кстати, – добавил профессор Гиммельв на пороге, – не советую расслабляться, ибо на проверочной контрольной никому не поздоровится, в особенности это касается Тронбтанна.

По коридору Ларк шёл с непривычно серьёзным лицом. Наконец к нему вернулась беспечная улыбка.

– Девчонки, я знаю, что нам делать! Запасёмся удачей на Мосту перемен!

Сиера с воодушевлением поддержала идею, и одной Рей было невдомёк, о каком мосте идёт речь и откуда на нём взяться удаче.

– Этот мост с улицы Грёз, говорят, он творит чудеса, – пояснил Ларк.

Как-то знакомо звучит… А, точно! Гадалка из будущего, версия 02!

В предвкушении семинара, объединяющего классы разных рангов, многие парни были не на шутку возбуждены.

– И чего они всполошились? – недоумевал Ларк, не заражённый лихорадкой любви.

– Профессор Карберг очень красивая! – восхитилась Сиера.

– Она – муза для развратных мужских душонок! – повернулась к ним с передней парты Шеррил Чарстонли, строгая во внешности, но озорная по нраву.

– Ну, не знаю, – с сомнением протянул Ларк. – По-моему, Сиера в тысячу раз лучше, – спустя миг он изменился в лице. – Я это вслух сказал?

Шеррил красноречиво присвистнула. Сиера зарделась и забормотала что-то невнятное.

– Здравствуйте, мои дорогие, – томно поздоровалась Калиша Карберг. – В связи с предстоящей неделей проверочных контрольных попрошу вас быть внимательнее, проваливших ожидают специальные дополнительные занятия.

– Я был бы не против таких занятий, – прошептал Лаферт Канкроп – главный ценитель прекрасного пола.

Профессор Карберг бросила на него неоднозначный взгляд, но промолчала. Настал черёд зачитывания докладов по известным в истории личностям. Зевки не прекращались, пока за трибуну не встала Макиса.

– В Реллуме не найдётся человека, не знающего имени Барула Сигматилиона. Его правление знаменуется яркими реформами и смелыми законами, но что важнее, Барул Сигматилион доказал, что император – это не просто красивое звание, наделяющее властью и богатством, а символ ответственности. За свою торию, за жизни всех подданных.

Аудитория воспрянула ото сна, увлечённая выступлением. А вот профессора Карберг больше интересовало своё отражение в зеркале.

– Однажды Реллум сотрясла череда бедствий: массовые убийства, разрушения, освобождение преступников. И виновником всех этих ужасных злодеяний был Айон Фрикс. Под покровительством демонов он обрёл невероятно могущественную силу, уничтожающую живую энергию. В хрониках эта проклятая сила запечатлелась как «нулевая эссенция».

Голос Макисы проникся торжественностью:

– Однако и темнейшую ночь одолеет рассвет нового дня. Император Барул и отряд маршалов после ожесточённого сражения повергли злодея, героически пожертвовав собой. Пройдут годы, века, тысячелетия, но ореол славы этого подвига не померкнет. Надеюсь, вскоре я смогу так же верно служить Реллуму и искоренять зло.

Макиса с вызовом посмотрела на Рей, словно та и была воплощением того самого зла, которое она с таким рвением собиралась искоренять.

– Возвращаясь к реформам…

Семинар закончился, а Рей всё ещё находилась под впечатлением от доклада Макисы.

– Хорошо, что его победили, но какой ценой, – трагично вздохнула Сиера.

– Да уж, хорошо, – поддакнул Ларк. – Хорошо, что этот псих бедокурил до нашего рождения. Представьте, какая бы была морока!

Все трое переглянулись и подумали: «Хорошо, что нам это не грозит, а мёртвые не восстают из могилы».

– Так, давайте повторим всё заново, для особо недалёких, – устало потёр переносицу профессор Поларис.

На него таращились десятки безжизненных глаз, давно потерявших смысл в происходящем.

– Активация эссенцного потока требует вычисление ИЭГ – индивидуального эссенцного генотипа. Для этого применяется формула Фраля, где переменные – единичный запас саарсы, константная модульная синерты и производная этих величин и соотношения эссорция атмосферы. Конечный показатель, то есть ИЭГ, отражается в функциональной памяти таким образом, чтобы среагировала эферная память. Освоение каждой манипуляции предполагает соответствующий расчёт, и лишь совместив несколько манипуляций, вы сможете воспроизвести полноценный боевой приём, то бишь эферном. Запомнили?

И вновь Ларк брёл по коридору как в воду опущенный. Но вдруг он воздел руки с отчаянным стоном:

– Теперь нас спасёт только Мост перемен!

Взгляды Рей и Сиеры: «Тебя уже ничего не спасёт, смирись».

Акт 3.6. Око за око

– Ещё не скоро?

В прищуренных глазах, лежащих под рваной чёлкой, кипел азарт.

– Ты сделал, о чём мы договаривались?

– Да-да. Всем главным сплетникам доставлена занятная новость о том, как некая подозрительная блондинка тайком развешивала плакаты. Что дальше?

Подобный тени, Селим Эбернот не вступал в споры и дискуссии лично, но обожал созерцать их со стороны. Лучшего сообщника не найти!

– Дальше? – загадочно улыбнулась Рей. – Нас ждёт весёлое шоу.

Ворвавшаяся в кабинет Галета Фальстер о чём-то горячо зашептала Филлисе на ухо. Та смертельно побледнела.

– Вы должны это увидеть! – крикнул с порога Лаферт, не на шутку взволнованный.

Вся академия собралась у доски объявлений, где среди монотонных учебных материалов ярким пятном выделялся огромный плакат, разрисованный сердечками.

«Рей Сайлорс! До сих пор я обманывала окружающих, и себя, в том числе. Более того, вовлекла в свою ложь дражайших подруг, вынужденных из любви ко мне идти наперекор совести, всячески тебе досаждая. Но настал момент признать истину и произнести с трепетом хранимые слова…

Я ЛЮБЛЮ ТЕБЯ!

И пряча смущение за холодной маской ненависти, надеюсь на взаимность.

– Филлисе Эйрквейн —

Постскриптум: Ту брошь я хотела подарить тебе, но сделала это неловко, прости».

Сенсация подняла кабинет А-ранговых первогодок на уши.

– Неужели это правда?

– Так почерк же один в один. А он не из простых, витиеватый.

– Я знала, что Рей не крала любимую брошь Филлисе!

– Получается, Галета с Лексимой специально её обвинили?

– Вот почему Филлисе сказала Рей, что брошь ей больше не нужна!

– Не зря слухи о её ориентации в последнее время были так популярны…

– Эй, а разве их не Дельфия распустила?

Разгневанной Филлисе не давали и слова вставить. Не вынеся унижения, она под улюлюканья масс вытащила Рей в коридор, подальше от любопытных глаз и ушей.

– Что ты натворила, сучка!

– Эй, полегче, мы ещё не в таких отношениях.

– Ты!!!

Рей наконец в открытую рассмеялась.

– Логично ожидать ответного удара, беспорядочно атакуя противника. Око за око, репутация за плащ. Что тебя не устраивает?

– Я расскажу преподавателям! Профессора Гронбелл тебе не перехитрить!

– Давай, вперёд. Если ей есть дело до глупых розыгрышей, то и рассказом о твоих нелепых надоедливых шалостях она наверняка заинтересуется.

– Я… я тоже напишу от твоего имени признание! Так же прилюдно тебя опозорю!

– Прекрасно, тогда в нашу любовь уверуют и скептики! Жду с нетерпением.

Уже задыхаясь от бессилия, Филлисе грозно выпалила:

– Я единственная, кто заслуживает быть подле Джебберта! Ты его не получишь!

– И не рассчитывала, в отличие от твоей истинной соперницы, чьи шансы теперь возросли в сто крат. Дельфия передаёт тебе привет, кстати.

– Что?!

– Извини! – внезапно поклонилась Рей. – Я не могу принять твои чувства!

– Что? – повторила Филлисе в недоумении.

Она запоздало поняла, что её спину обжигали десятки горящих взоров, заставших аккурат последний эпизод.

– Это было не то, что вы подумали!!

У кабинета суетливо ходили взад-вперёд Сиера, с печалью на лице, и Ларк, помятый как после боя.

– Филлисе убьёт нас, если узнает, из-за кого набежала толпа!

– Слишком жестоко мы с ней обошлись…

– Не убьёт, и нет, не слишком, а в самый раз, – похлопала их по плечам Рей.

Пожар страстей не утихал, и на занятии по неольскому языку говору преподавательницы аккомпанировали бурные перешёптывания.

– Вы чего такие возбужденные? Случилось чего?

В голосе Призанты Страбдом не слышалось и тени раздражения. Эта мудрая женщина с морщинистым добрым лицом опекала даже самые пропащие души.

– Понимаете, профессор, у нас в классе завёлся паразит, – прогнусавила Лексима Хоммерсол. – Из Фидема занесло.

Возобновившийся гам пресёк громкий хлопок от закрывшегося учебника. Реминий Норлинг, несмотря на интерес к психологии, был равнодушен к мыльным операм.

– Прекращайте уже эти любовные игры.

– Заткнись! – рявкнула на него Филлисе.

– Ох-ох-ох, вот она, молодость, – тепло улыбнулась профессор Страбдом. – В вашем возрасте это нормально, но не забывайте, что когда-нибудь вам, возможно, придётся воевать плечом к плечу, нести ответственность за жизни товарищей по оружию.

– Ну, до войны нам ещё как до луны, – махнул рукой Лаферт.

– Считайте, что вы на войне!

В тренировочном зале выстроившихся в ряд подростков с суровой миной оглядывал мускулистый мужчина. Вокруг лежали маты и разнообразный спортивный инвентарь.

– Не воображайте, что раз вам, задохликам, не доверяют оружие, вы можете маяться хренью! В Сифесте рождаются солдаты, а неженок прут под зад!

Прокатились ропот и раздосадованные вздохи.

– Есть недовольные? – с вызовом прогремел учитель.

– Никак нет!!

– Отлично, тогда напоминаю – сегодня у вас спарринг. Оппонента выбирайте сами, но халтурщики схлопочут сто штрафных кругов.

Таково любимое наказание тренера Хупперга Гельтмена, из-за которого академия, внушающая ужас своими размерами, снилась студентам в ночных кошмарах.

Пока Сиера и Ларк радовались возможности побыть вдвоём (да уж, ситуация идеальна для флирта!), Рей осматривалась в поисках подходящего партнёра. Но в итоге ей не то что подходящего, вообще ни одного не попалось!

– Реннет Форфентрол… Реннет Форфентрол?

В ответ – молчание. Тренер Гельтмен поднял раздражённый взгляд со списка.

– Прошу прощения, тренер, – наконец отозвался Рен. – Я остался без партнёра.

– Мне что, и с этим надо разбираться? Кто ещё баклуши бил?

Пауза затянулась. Из строя нехотя высунулась рука.

– Сайлорс? Будешь в паре с Форфентролом. Так, дальше у нас…

Последняя фамилия в списке, и спарринг открыл первый поединок: утончённый Лаферт Канкроп против накаченного Коулена Альтфора.

– Альтфор, ты победил, но выложился не на полную из жалости к сопернику, – судил их тренер Гельтмен. – Канкроп, сдаться без боя равносильно дезертирству. Оба – сто кругов!

– Это Рен виноват. Кто бросает напарника, чтобы избить девушку? – бормотал Лаферт, плетущийся к скамейке.

Второй поединок: миловидная Льюэль Ноттери против поджарой Карлис Афридж.

– Ноттери, маникюр – не повод с воплями удирать от противника! Афридж, дружи за пределами этого зала сколько влезет, а здесь каждый сам за себя! Поразмышляйте о моих словах на штрафной пробежке!

Третий поединок: энергичная Айвин Блафрит против святой Макисы Лагналирос.

– Несмотря на превосходство Лагналирос, Блафрит достойно сопротивлялась, задействуя врождённую прыткость. Славная работа!

Четвёртый поединок: крупный в габаритах Михель Шавфрид против громкоголосого Диркса Мортеро.

– Шавфрид, из-за своей неповоротливости ты ни одного удара не нанёс. А твои непрерывные атаки, Мортеро, оппонент вообще не заметил, скорость без силы лоруса ломаного не стоит. Работайте над слабыми местами!

Пятый поединок: неуправляемый парень с взрывным характером, сын командующего Драска, Таллер Драск, против властного старосты юношей, сына канцлера, Седвара Галленктиса.

– Я в курсе, что вы двое не ладите, но затевать драку после спарринга – это уже ни в какие ворота! Две сотни кругов!!

Шестой поединок: бесстрастная Пеона Джосслин против старосты девушек, падкой на болезнь Бертины Марклем.

– А ты не промах, Джосслин! Приёмы быстрые и точные, чистая победа! Марклем стоит брать с тебя пример, вместо того чтобы отлынивать.

Седьмой поединок: недружелюбный Реминий Норлинг против хлипкого Закри Вандэлля.

– Вандэлль, грозить нажаловаться родителям из-за царапинки – не по-мужски. Норлинг, молодец, что не спасовал. Но не радуйся так явно, загоняя врага в угол!

Восьмой поединок: знаменитость Филлисе Эйрквейн против своей лучшей подруги Дельфии Сторсонд.

– Дамы, мне плевать, что вы парня не поделили. Но таскать друг друга за волосы и лица царапать – техники не из учебной программы!!

Девятый поединок: ещё одна пара закадычных друзей, Хордан Найтергенн против Арлонда Паркмона.

– Вы опять за своё? Паркмон, прекращай поддаваться Найтергенну! На поле брани его знатное положение тебя не спасёт!

Десятый поединок: фигуристая Вирола Теренсвет против поборника нравственности, Ронделла Фаджерома.

– Фаджером, пускай Теренсвет всякого парня на лопатки уложит, но ты и минуты не выстоял! Поменьше умных книжек читай, не то ещё до войны дух испустишь!

И наконец…

– Сайлорс, Форфентрол, ваш черёд!

Они медленно сокращали дистанцию, пока их не разделило расстояние в один шаг. Рен с кривой улыбкой наклонил голову вбок и заглянул Рей в глаза.

– Ты неплохо уклонялась при нашей первой встрече. Шпионов обучают на уровне образцовых убийц, но тебе нельзя выделяться. Какая жалость.

– Понятия не имею, о чём ты толкуешь. Это язык душевнобольных?

– Продолжай в том же духе. Выясним, насколько ты хороша в этой игре.

Тренер Гельтмен наблюдал за ними с постепенно сдвигающимися бровями.

– Может, вы ещё присядете и чайку заварите? Что за разговорчики?!

Лицо Рена мгновенно преобразилось.

– Извините, тренер, мы увлеклись, обсуждая организацию нашего спарринга. Принимая во внимание разницу в навыках, не позволите ли вы разбить поединок на две партии: оборону и нападение?

– Позволю, валяйте.

Ой-ё, это не к добру.

– И последняя просьба – в нападении я использую лишь десять процентов сил, чтобы дать партнёрше преимущество. Не возражаете?

– Погоди-ка, какие ещё проценты? Мухлежом попахивает!

Это к большому недобру.

– Но, тренер, боюсь, моя партнёрша недостаточно опытна для неравного сражения. Мне же и двух с половиной минут хватит для демонстрации умений.

Какое-то время Хупперга терзали сомнения. «Ай, плевать, пусть сами разбираются в процентных соотношениях, я им не математик» – махнув рукой, решил он.

– Ладно. Но если мне что-то не понравится, влеплю штрафные круги.

Это полный абзац!

Выпад, выпад, выпад… Рей атаковала, снова и снова, забыв обо всём на свете. Но Рену её старания были нипочём, он двигался так легко и непринуждённо, что с уст зрителей слетали восхищённые вздохи.

К моменту второй партии все оборонительные способности Рей свелись на нет под стремительным напором сложных приёмов, которые Рен проделывал опять же искусно и играючи.

Как я и думала, это входило в его план с самого начала.

– Ну как, ещё не надоело притворяться? – прошептал он ей на ухо, повалив на пол.

– Да… пошёл ты!

Финальный свисток. Рей, раздавленная во всех смыслах, покинула зону спарринга твёрдой походкой. Рен проводил её разочарованным взглядом.

– К Форфентролу нет претензий, – резюмировал тренер Гельтмен. – Ты же, Сайлорс, катастрофически отстаёшь в выносливости, чем губишь весь свой потенциал. На дополнительные занятия!

Рей устало кивнула, готовая согласиться на что угодно, лишь бы поскорее упасть на скамейку. Но, едва подавшись назад, она оступилась, потеряв опору. Рен заботливо поддержал её за плечи.

– Тренер Гельтмен, похоже, у моей партнёрши травма. Ей следует показаться доктору.

– Ну так отведи её.

– … Я?

– А кто, я, что ли? Пошевеливайся, не задерживай класс!

Каждый шаг отдавался в Рей эхом мучительной боли, но она ни на секунду не останавливалась, ослеплённая яростью. Мысли в её голове путались, кровь горела огнём.

– Какого хрена ты всё ещё здесь?

Рен шёл за ней по пятам словно тень.

– Потому что беспокоюсь – за себя, разумеется. Я надеялся выставить тебя вон, но не хватало только по твоей милости подмочить репутацию.

И это говорит тот, кто мне подножку поставил?!

– Не думаешь, что уже её прилично подмочил?

– Не понимаю, чем ты недовольна. Наши наивные одноклассники теперь и мысли не допустят, что такая слабачка является шпионом. Мне это тоже на руку – избавился от конкурентов.

Когда показалась дверь лазарета, Рей резко затормозила и продемонстрировала Рену самоуверенную улыбку.

– Не считая того, что ты и с мёртвой точки не сдвинулся в своих безумных предположениях? Тогда, поздравляю.

Зелёные глаза полоснули злобой.

– Не забывай посматривать по сторонам. Правда, навряд ли тебе это поможет, ибо я безупречно скрываю присутствие.

«Мне вызвать санитаров или ты сам до психбольницы доберёшься?» – не успела поинтересоваться Рей, как Рен уже исчез за поворотом.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.