# Бронзовый век

Андрей Лукьянов

Москва. 2050 год. Фантастическая история любви двух героических собак, оставляющая надежду на спасение человечества.

Нос Ингуса, который уже больше века сидел на пограничном посту вестибюля станции метро Площадь революции был стерт до основания. Источник удачи раздал себя без остатка. Его немногословного товарища-пограничника забрали на реставрацию в начале недели и пес с тоской в глазах, наблюдая за пролетающими мимо аэросоставами, ждал своей очереди. Без носа он чувствовал себя не лучшим образом. Мысли сбивали набившие оскомину фразы:

«Станция Площадь Революции».

«Переход на станцию Театральная».

«Осторожно, двери закрываются».

«Следующая станция Арбатская».

«Зе нэкст стэйшн из Арбатская».


Люди уже давно не прикасались своими теплыми ладонями к Ингусу- не сколько из-за его болезненного вида, сколько из-за предупреждающем о штрафе в 5 байткоинов объявления, спроецированного на колонну неоновыми огнями. Мораторий на телесные контакты был введен Всемирной нейросетью в 2037 году и ежегодно пролонгировался на основании пакта о глобальной пандемии человекоподобных организмов.

Обнимашки, рукопожатия перешли в незаконную плоскость взаимоотношений существ, населяющих планету. Все когда-то началось с бесконтактной оплаты и переросло в вот это все. Даже чипирование не помогало от болезней.


Подавленное состояние Ингуса было перманентным и усугубляло без того незавидное статическое положение бронзовой скульптуры.

Помните грустного ослика с хронической депрессией и прогрессирующим неврозом? Как там в сказке:

«Кажется, дождь начинается…

Кажется, жизнь неумолима в ожидании конца…

На сердце рана, в душе одиночество,

Туловище без хвоста.

И вроде бы входит, да и выходит не хуже

Убитый выстрелом, шар

Лопнул на перепутье, скользя по сучьям,

Эхом лишь: «Ииииааа»…»

Повесть об Ингусе была лишь прозой, но печальнее… До определенного момента…


Бронзовая Муму сидела в одиночестве в глубине одного их дворов на Остоженке и своими большими выразительными глазами пронзала бесконечность. Ночи и дни чередовались без остановки, прохожие не останавливаясь хаотично брели по своим человеческим делам. Муму поглядывала на развалившийся от времени фонтан, возвращалась ничего не значащими на первый взгляд флэшбэками в деревенскую юность: «Герасим, река, лодка, кирпичи, веревка…». Сейчас такой исход ей не казался таким уж плохим и безнадежным. Уйти на пике, что может быть лучше.

Помните мужчину в самом расцвете сил? Там все закончилось не очень хорошо: