0

Жёлтые цветы, с них всё началось. Едва я увидела тревожные жёлтые цветы в ее руках, как тут же в голове что-то щёлкнуло. Кем она была? Героиней романа или безнадёжной фантазёркой? Хотя нет, погодите.

Все началось с моей депрессии, граничащей с агорафобией, с сотой попытки написать пьесу и того, о чем Дэвид Гилмор и Рождер Уотерс создали песню «comfortably numb». А потом в моей жизни появился сайт «единое поле». Я садилась за ноутбук и листала анкеты, прикидывая, куда могла бы отправиться. Нидерланды? Аргентина? Вьетнам? Огромные дома, виды на лучшие места, новые знакомства – перспективы как в туристической брошюре и всё это доступно по щелчку пальцев. Стоит только захотеть.

Прошло несколько дней, мне пришло четыре письма – два от мужчин из Центральной Азии, одно от девушки из Петербурга и ещё одно от женщины средних лет откуда-то из Сибири. Все четверо были не тем, что я ожидала увидеть в папке откликов. На неопределённый срок я давала крышу над головой незнакомому человеку, и он должен как минимум вызывать у меня симпатию. В идеале – удовлетворить смутное предчувствие, что этот шаг изменит мою жизнь.

И вот спустя месяц бессмысленных ответов в духе «извините, Вы мне не подходите» я натыкаюсь на её письмо. То самое письмо.

1

Арлин прилетела из Парижа спустя два часа.

На ней чёрное кашемировое пальто с тонким поясом, в тонких фарфоровых пальцах букет жёлтых цветов. От нее пахнет дождём, круассанами и туманом.

– Крокусы из моего сада.

Она протягивает мне букет. На тонких губах играет лёгкая улыбка.

– Ещё я приготовила булочки, но все съела во время полета.

– Что-нибудь придумаем.

Арлин входит в квартиру, снимает туфли и становится на голову ниже меня. Мы проходим на кухню, с планшета на холодильнике я выбираю ресторан и показываю Арлин меню. Мы останавливаемся на пицце, сырной тарелке и двух бутылках вина. Через пятнадцать минут окно для приема заказов требовательно начинает пищать, я открываю створку и выгружаю продукты на стол.

Арлин уже успела переодеться с дороги, она сидит на барном стуле, подогнув под себя одну ногу и посасывает виноградинку.

– Почему Москва? – задаю я самый банальный вопрос, который, наверное, каждый хозяин в любом городе мира задаёт своему гостю. Несколько секунд Арлин молчит, и я уже решаю повторить вопрос – иногда наушники зависают и не успевают синхронизировать речь с переводом, но, видимо, не в этот раз – с напускной небрежностью Арлин улыбается и пожимает плечом.

– Ты всё равно не поверишь. Поэтому отвечу банальностями: а) я никогда здесь не была и б) всегда мечтала сюда попасть.

Я раскладываю пиццу по тарелкам, кружочки пепперони выглядят как рваные раны в тончайшем кружеве моцареллового гноя. Арлин находит штопор в выдвижном ящике и старательно выкручивает пробку из бутылки.

– Пахнет вкусно, – она принюхивается к горлышку и показывает большой палец. Рукав свитера немного приподнимается – достаточно, чтобы я успела заметить то, что он скрывает.

Достаю из морозилки фужеры, вино льётся жидкой кровью, смешивается с холодным дымом, становится частью нас.

– За встречу, – Арлин салютует, звон наших фужеров – разбивающиеся о мостовую льдинки. – Я впервые в квартире на таком высоком этаже.

– Раньше я жила на пятидесятом, но потом пришлось переехать из-за воздушного транспорта, – я взмахиваю в сторону окна, предлагая ознакомиться с видом. Арлин подходит к окну, встаёт на цыпочки и изучает здание МГУ – в свете зимнего заката он похож на фигурку, вырезанную из спичечного коробка. Под нами снуют «уберы» и мигают неоновые рекламы.

Я наливаю нам ещё по одному фужеру. Мы смотрим на нетронутую пиццу с одинаковой смесью неприязни и голода. Первой сдаётся Арлин, она закрывает глаза и откусывает половину куска.

– Невероятно вкусно, – с полным ртом бормочет она. – Не обращай внимания на внешний вид.

Надо же было именно сегодня приготовить такую на редкость визуально неуместную пепперони. Но Арлин права – пицца и правда первый класс.

– Что у тебя за татуировка на пальце? – я киваю на правую руку Арлин.

– Это мой кот. Он пропал два года назад.

Арлин с нежностью смотрит на боковую сторону безымянного пальца, ее глаза темнеют.

– Впрочем, может, он ещё вернётся. С котами же такое постоянно случается, да? – своей улыбкой она приглашает меня согласиться с ней, и у меня нет выбора, кроме как кивнуть.

2

Я просыпаюсь от тихих всхлипов за стеной. Поначалу я отношу это к продолжению сна, но затем вспоминаю, что с этой ночи я не одна и резко сажусь в кровати. Что делать в такой ситуации? Мне хочется зайти в комнату Арлин и утешить её, но мы знакомы всего пару часов, и навряд ли это будет уместно, так что я делаю единственное, что остаётся – делаю вид, что всё это мне просто снится.

3

Меня будит дразнящий аромат свежей выпечки и кофе. В моей квартире таких запахов никогда не водилось. Я ныряю в необъятный халат и выхожу на кухню.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «ЛитРес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на ЛитРес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.