Эль Реми
Время океана

© Эль Реми, текст, 2020

© ООО «Издательство АСТ», 2020

Пролог

Даже под водой слышно их восхищенные крики.

Когда я выплыл и наконец ощутил под ногами землю, я смог полностью встать на ноги. Вода была уже по пояс, и через пару секунд я оказался на поверхности. Я ощущал приятный теплый ветер, который мигом высушил мой влажный торс.

Неожиданно меня оглушил восторженный вой толпы, которая стояла на берегу и махала мне. Проведя по мокрым волосам рукой, я лишь обаятельно улыбнулся ей в ответ и направился на сушу. Улыбаться нужно для того, чтобы люди не догадались, как трудно на самом деле скользить по узлу большой волны. За собой я тащил свою доску для серфинга, которая и подарила мне эту минуту славы.

– Это было шикарно! – взревели друзья. – Ты просто нагнул эту волну!

– Ни в какое сравнение с остальными! – взвизгнули рядом стоящие девушки.

Я уже шагал по песку мимо целой кучи людей, которые все еще махали мне. Сегодня я действительно выделился. Победы не миновать.

Я зашел в бунгало для участников соревнования и стал вытираться. Результаты сообщат уже через несколько минут, но я уверен в себе. Мне дали почти высший бал, и это сулит выигрыш.

– Снова победил, Кастеллан? – пихнул меня в плечо рядом стоящий участник. – Тебе не скучно так жить?

Я только ухмыльнулся, натягивая на себя свободную белую майку.

– А тебе не скучно постоянно проигрывать?

Парень одарил меня злобным взглядом, но я только похлопал его по плечу.

– Расслабься, я же пошутил.

Едва я натянул на себя джинсовые шорты по колено, в бунгало резко ворвался другой парень. Он был высоким и стройным, с темными взъерошенными волосами и на удивление светлой кожей, которую не касался загар. Широкий прямой нос, острый подбородок и небольшие губы; карие глаза, в которых виднелась искра. Тело было покрыто татуировками, начиная от шеи и заканчивая пальцами рук. А в одном ухе красовался тоннель, который лично я находил диким.

Это был Саймон.

– Черт, Киллиан! – Он подлетел ко мне и, несмотря на мои протесты, крепко обнял. – Чего ты здесь торчишь? Все тебя ждут!

Я вопросительно выгнул бровь.

– Все-таки победил? – спросил я, хотя уже знал ответ.

Не ответив, Саймон метнулся к выходу, попутно позвав меня за собой. Я попросил минутку времени и подошел к зеркалу, чтобы привести себя в порядок.

Я взглянул на свое отражение: достаточно высокий и стройный, больше жилистый, чем тощий, – спорт не давал мне потерять форму. С русыми, наполовину выгоревшими, гладкими волосами, которые сейчас мокрыми прядями падали на вытянутое лицо. Немного оттопыренные уши, ровный прямой нос, ярко-синие глаза с коричневыми прожилками, обрамленные темными ресницами. У края губ виднелась едва заметная маленькая родинка. Внешность у меня была достаточно холодной, людям я казался отдаленным и высокомерным. Хотя это совсем не так.

Сай уже потащил меня наружу. Меня должны были наградить и удостоить звания лучшего серфера в южной части Гавайских островов. Снова.

Я натянул ослепительную улыбку, которая преображала мое лицо и делала его дружелюбнее, и уверенно зашагал к толпе. Теперь я не казался холодным; напротив, люди видели во мне простого счастливого парня, одаренного талантом и красотой, который был искренне рад своей победе.

Собственно, так и было.

Мне хотелось лишь расслабиться и отдаться моменту. Ведь уже сегодня ночью мы сможем отпраздновать это на вечеринке.

Тогда я еще не знал, что всего через пару дней моя жизнь перевернется с ног на голову из-занее.

* * *

Держа в руках красный пластиковый стаканчик с алкоголем, я улыбался и смеялся над очередной дурацкой историей, которую рассказывал нам Сай. Он настолько активно жестикулировал, что пару раз едва не выронил сигарету. Обступившие нас девушки с упоением слушали, засматриваясь на моего друга. Он красавчик, спорить нечего. Но редкостный придурок! Хотя, пожалуй, именно за это я его и люблю.

На меня тоже вешались пару девчонок. Они слушали Саймона, но свои влюбленные взгляды посылали только мне. Я опрокинул стакан и, полностью осушив его, направился к столу, чтобы налить себе еще. Мы были на пляже. Ночное небо, чистое и безоблачное, словно окутанное темно-синей вуалью, усеяли мириады горящих песчинок звезд. В десяти метрах шумели волны океана, оставляя после себя белую теплую пену. У нас горел и трещал большой костер, возле которого танцевали ребята и жарили лепешки со свининой и ананасом. Играла расслабленная музыка, повсюду раздавались веселый щебет голосов и смех.

Именно за это я и люблю Гавайи. Здесь все счастливые и беззаботные, будто бы переживают из-за проблем намного меньше людей из других мест. Думаю, это из-за того, что мы умеем наслаждаться моментом.

Когда я наливал себе вайкики – темный ром с соком гуавы, ко мне подошел высокий мужчина. Крепкого телосложения, подкачанный, он был в одних шортах и широкой шляпе. На плечи спадали длинные светлые выгоревшие волосы, похожие на мои и тоже немного влажные. Голубые глаза уставились на меня, а губы растянулись в улыбке.

– Поздравляю с победой, Киллиан Кастеллан, трехкратный чемпион. – Он тоже налил себе в стакан немного вайкики. – Ты у нас типа местного покорителя волн?

Я пожал плечами, сунув одну руку в карман, а во второй держа стаканчик.

– Ты же знаешь, что я лет с десяти на доске. К двадцати одному году уж натренировался достаточно.

Маттиас – а это был именно он, – кивнул. Я знал его давно. Ему было двадцать пять, и он тоже любил серфинг. Но, в отличие от меня, он делал на этом деньги. Все потому, что он работал куратором спортивного факультета в местном университете культуры и спорта. На эту стажировку мечтали попасть многие спортсмены и искусствоведы: она открывала много дорог как в большой спорт, так и в другие университеты на дальнейшее обучение. Маттиас часто звал меня туда, но я всегда предпочитал спокойствие и безмятежность. Не хочу носиться с неопытными спортсменами.

– Знаю, – как-то загадочно протянул он. – Поэтому я пришел к тебе. Ты профи. Послушай, у меня есть предложение.

– Нет, – сразу отрезал я. – Я не буду работать в «Айленде».

Маттиас нахмурился.

– Я не прошу тебя там работать. Я прошу тебя помочь мне кое с чем. В долгу не останусь.

– Нет, – снова отказался я и поставил стакан на стол.

Мне хотелось подцепить девчонку и пойти танцевать: разговоры о работе утомляли.

Но прежде чем я успел уйти, парень схватил меня за руку и развернул к себе. Я с удивлением встретил его серьезный взгляд. Горящее пламя играло яркими вспышками на его коже, отбрасывая причудливые тени от ресниц и волос, нитями огибавших лицо.

– Я не шучу. Выслушай меня.

– Матте, – сурово произнес я, – убери руку, иначе я ее сломаю.

– Просто выслушай. Потом делай что хочешь.

Я скривил губы и, закатив глаза, тяжело вздохнул. Нехотя сел с ним на ствол пальмы, повалившейся из-за шторма пару лет назад. Сейчас она выполняла роль скамейки.

Сделав последний глоток, Маттиас Хилл убрал стакан и облизнул пересохшие губы. Неужели правда что-то важное?

– В этом году на стажировку приезжают не просто студенты. Точнее, двое из них. Это мои племянники, и я очень дорожу ими.

Он что, хочет заманить на эту гадкую работенку жалостью?

– Матте, я…

– Подожди, – он остановил меня и продолжил: – это еще не все. Стажировка для них – единственный шанс. Они дети моей сестры.

– У тебя есть сестра? – немного удивленно спросил я.

– Нет. Она умерла два года назад.

На пляже было тепло, но по моей спине прошелся холодок. Я опешил, вспомнив, что пару лет назад заметил в Маттиасе резкую перемену, из-за чего мы даже поссорились. Я тогда был занят собой и так и не докопался до правды…

– А…

– Нам всем было тяжело перенести ее смерть. Она гораздо старше меня, и мы иногда не очень ладили, но я очень ее любил. Она умерла от заражения крови, а до этого несколько дней провела в лихорадке, и дети были с ней.

Мне стало настолько жутко от того, что я даже не подумал, к чему Маттиас затеял это все.

– В итоге ее дети остались без матери, а я без сестры. Я как мог помогал их отцу в Сиэтле, но смерть жены его сломала, и я понял, что должен забрать близнецов под свое крыло. Хочу помочь им, дать образование здесь, на острове. Они оба хороши, так что это не проблема.

Когда Хилл закончил рассказ, я вздохнул с облегчением. Черт знает почему, но я дико напрягся от истории про его сестру. Мне вообще стремно слушать про смерть, тем более если это кто-то близкий или относительно знакомый.

– И что ты хочешь от меня? – выдавил я, жалея, что вообще заговорил с ним.

– Хочу, чтобы ты приглядел за одним из ребят.

– Почему только за одним?

– Потому что она занимается спортом.

У меня дернулся глаз.

–Она?

Маттиас кивнул.

– Они близнецы, девчонка и парень. Она хороша в спорте, он в искусстве. Поэтому он поступает на факультет искусства, а она на спортивный. Я хочу, чтобы ты курировал ее. Она будет в группе лучших, где у каждого персональный куратор. Именно поэтому я выбрал тебя.

Отлично! Теперь я еще должен возиться с девчонкой? Черта с два!

– Не-не-не, – развел я руками. – Я похож на того, кто готов носится с сопливой девчонкой? Мне надо самому тренироваться, а ты, черт возьми, вешаешь на меня какого-то убитого горем ребенка.

Матте наклонился и сухо произнес:

– Лиан, эти ребята потеряли мать. Отец потерял вкус к жизни. Дай мне помочь им. Я хочу пробить им дорогу в будущее, чтобы была хоть какая-то надежда.

Я замер. Где-то внутри я со злостью заметил, что почти готов согласиться. Нет, брат, очнись! Тебе нужна эта головная боль?

Я заскрипел зубами.

– А пацана кто курировать будет? – спросил я, желая узнать вторую жертву Маттиаса. – Он же тоже в спецгруппу попадает?

Парень кивнул.

– Его курирует Майло.

Меня прошибло потом. Мой гребаный друг Майло уже собрался курировать искусствоведа и даже словом не обмолвился?! Вот сукин сын! Они будто специально все разом решили досадить мне.

Я тяжело сглотнул, пытаясь смочить сухое горло.

– Значит, способная девчонка… – пробормотал я, пытаясь все расставить по полочкам. – И она, говоришь, мне в тягость не будет…

Матте тихо прыснул в кулак. Над чем он смеется?

– Что? – злобно гаркнул я.

– Я не говорил, чтос ней не будет проблем.

Я резко вскочил на ноги и рявкнул:

– Так с ней еще и проблемы?!

Хилл тоже поднялся.

– Не кипятись, Кастеллан. – Он хлопнул меня по плечу. В тысячный раз за сегодня. Оно у меня скоро отвалится. – Я же сказал: в долгу не останусь.

– Что ты можешь мне дать? – с сомнением выдохнул я, желая поскорее отделаться от него.

– Я хочу своей племяннице лучшего куратора на острове, профессионального серфингиста, то есть тебя. И не поскуплюсь на награду.

– Ну?

– Кроме пособия, которое тебе будут платить в «Айленде» и которое я удвою, тебе дадут возможность выступить на международных соревнованиях по серфингу. Без толчка ты будешь лезть в эту гору еще несколько лет. А я сделаю так, что ты сможешь поучаствовать уже в этом году. Ты сам прекрасно знаешь, что может дать тебе победа.

И я знал. Не только кучу денег и славу, но и шанс создать собственный спортивный бренд. При условии, что ты представишь свой проект.

Я, мать его, пускал слюни на эту возможность с четырнадцати лет. Стать лучшим серфером в мире. От одной этой мысли у меня встают волоски на теле. И не только волоски.

Я сощурился и поджал губы. Хорошая плата просто за то, чтобы возиться с мелкой девчонкой. Я точно не знал, сколько ей лет, но предполагал, что в районе шестнадцати, не больше.

– Согласен.

Мы с Матте пожали руки, глядя друг на друга в упор.

– Завтра в полдень двигай к «Айленду». Там я передам тебе ее.

Я кивнул и двинулся прочь от Хилла. Теперь мне захотелось напиться, станцевать и переспать с кем-нибудь. Например, с той симпатичной брюнеткой, которая плясала в аппетитном красном купальнике.

Маттиас удалялся, и я крикнул ему вслед:

– Эй, Хилл!

Он обернулся.

– А она хоть горячая?

Я довольно рассмеялся, встретив злой взгляд Матте.

– Только попробуй ее трахнуть!

На меня накинулся Саймон, который был уже навеселе. Он был без майки, в одних шортах. Наверняка ее стянула какая-нибудь девчонка.

– Кого тебе сказали трахнуть? – поинтересовался он.

– Стаймест, – вздохнул я, глядя на друга, – от тебя прет как от быка.

Сай только затянулся сигаретой.

– О чем болтал с Хиллом? Он снова пытался затащить тебя в кураторы?

Друг отпил из стакана. Я потер глаза.

– И затащил.

Стаймест поперхнулся ромом.

Глава 1. Дикая

– Эй! Псс, вставай.

Кто-то усердно толкал меня в плечо, но я только сонно попытался отмахнуться, мечтая попасть ему в глаз.

– Твое похмельное кунг-фу не очень-то впечатляет, Каст.

Я недовольно приоткрыл один глаз. На меня сверху вниз с усмешкой смотрел Сай.

– Ну чего тебе? – сквозь зубы процедил я, поднимаясь с кровати.

Голова сразу закружилась. Неужели меня еще не отпустило после вчерашнего? Я осмотрелся. Мы находились в квартире девчонки, с которой я переспал сегодня. Кстати, ее даже не было рядом со мной на кровати. Я лежал один, под тонкой простыней. И под ней, я ясно чувствовал, что был голый. Комната скромная, светлая. У кровати стоял Саймон в майке и шортах, все еще рассматривая меня.

– Знаешь, почему твоей подружки сейчас нет?

Я вопросительно выгнул бровь.

– Она увидела, какой ты стремный с утра, и убежала.

Саймон рассмеялся, а я кинул в него подушкой. С трудом встав с постели, я нашел свои вещи и надел их. В своем отражении в зеркале не увидел ничего необычного. Не понимаю, чего Стаймест до меня докопался. Я попытался пригладить светлые волосы, похлопал себя по щекам и обернулся к другу. Стоило признать, он выглядел получше моего. Волосы аккуратно уложены, свежий вид, озорные карие глаза светились.

– Ты хоть знаешь, который час?

Я помотал головой. За спиной послышался шум – видимо, хозяйка квартиры готовила мне завтрак. Как она додумалась впустить сюда этого балбеса – Саймона?

– Чемпионы могут спать сколько хотят, – гордо ответил я и упер руки в бока.

Приятное воспоминание о вчерашней легкой победе подняло мне настроение. Но Саймон не оценил моих слов. Он сложил руки на груди и тяжело вздохнул.

– Ты дебил. Сейчас половина первого.

Я только скривил губы. Ну и что?

Вдруг меня как ледяной водой окатило. Я сорвался с места, широко раскрыв глаза, и пулей вылетел из квартиры, даже не обернувшись на вопрос появившейся в дверях девушки, которая приютила меня на эту ночь. За мной следом побежал Стаймест, огибая те же повороты, что и я.

– А, вспомнил-таки!

– Я должен был в полдень стоять у сраного университета! – рявкнул я. – Чего ты молчал?!

– Прости, самый ответственный парень в мире, – снисходительно пожал он плечами.

Мы выскочили на улицу, и я стремительно зашагал по тротуару. Моей машины не было – когда я пью, всегда оставляю ее на парковке. Разбиться пьяным за рулем – это не моя заветная мечта.

Кстати, если я сейчас не потороплюсь, то мечта всей моей жизни так и не исполнится.

В голове всплыл вчерашний вечер. Мне под руку подвернулся замечательный шанс сделать то, о чем я так долго мечтал. И пусть Маттиас Хилл порой кажется хитрым засранцем, он прав: с помощью университета «Айленд» я смогу добиться намеченной цели намного быстрее. Какой смысл впахивать, чтобы добраться до международных соревнований, если уважаемое заведение может представить меня от своего имени как блистательного серфера? Да, придется немного понянчиться с какой-то непутевой девчонкой (которая, не дай бог, окажется похожей на своего дядю Матте), но результат будет стоить затраченных сил. Тем более мое триумфальное возвращение в дурацкий университет окупится сполна, если Хилл не наврал и я получу двойную плату.

Мы договорились встретиться в двенадцать. Сейчас уже без двадцати пяти час.

Заметив за спиной преследующего меня Саймона, я обернулся и окликнул его:

– Сай!

– Чего?

– А тебе-то откуда знать, во сколько я должен быть на встрече?

Друг нахмурился.

– Ты вчера напился и хвастался всему пляжу, что будешь курировать кого-то, а потом победишь на соревнованиях и станешь самым крутым серфером. Клянусь богом, я видел твой павлиний хвост. Он даже залез мне в стакан с бронксом!

Я закатил глаза. Тупые шутки Саймона не очень меня веселили.

Мы оказались уже на территории университета, на поляне у заднего выхода. Это было большое здание с обширной зеленой территорией, по которой бродили студенты.

– Да-да, понятно, – отмахнулся я от него и ускорил шаг. – Ты можешь шутить, но когда меня нарекут лучшим серфером на планете…

Я резко остановился, и Саймон врезался мне в спину. Навстречу злобно шел Маттиас, казалось бы, закипая то ли от палящего солнца, то ли от бешенства. Он завязал светлые волосы в хвост, на голове была бейсболка козырьком назад. Одет он был в свободную белую футболку и джинсы – все кураторы в этом университете ходили так, как им вздумается, единого стиля не было. Ведь они не преподаватели, а гораздо круче.

– Ну, удачи, – шепнул мне Сай и тихо исчез.

Отличный друг! Я встал как можно ровнее, готовясь принять удар. Маттиас ловко соскочил с крыльца и сделал рывок в мою сторону. Схватив меня за шиворот, он прошипел:

– Гребаные полчаса!

– Ослабь хватку, братишка. – Я легонько оттолкнул его. – Ты же знаешь, что я пил вчера. Будь проще.

Хилл отступил от меня и скривил губы. Да ладно! Не такой уж я и безответственный. Я же просто серфер. Я не учитель, не куратор и вообще все деньги получаю только от соревнований. Мне плевать на время и все в этом духе.

– Хорошо, что хоть пришел, – вздохнул он и сжал пальцы на переносице. – Я уже подумал о худшем.

– Ты так волнуешься за нее? – спросил я, имея в виду его племянницу. – Боишься, что-то случится, если я не пригляжу за ней?

Матте замер. Он посмотрел на меня, и на губах появилась насмешливая улыбка.

– Что-то случится?

– Да. Например, ее будут обижать, и все такое.

– Ты серьезно? Это последнее, о чем я волнуюсь.

И он указал пальцем в сторону. Я проследил за его взглядом и онемел.

В этот момент я впервые увиделее.

Я застал ту лучшую секунду, когда невысокая девчонка, замахнувшись ногой, ударила парню в живот и опрокинула его на спину. Он выкрикивал в ее адрес проклятия, а стоящие вокруг хлопали в ладоши. Я удивленно смотрел на этот балаган, не понимая, что происходит и почему никто не останавливает эту чокнутую.

– Что за хрень? – выдавил я.

– Моя племянница, – с ноткой гордости заявил Матте. – Правда она огонь?

Я посмотрел на него как на умалишенного. Мелкая девчонка завалилась в наш университет и ударила какого-то парня, а персонал и в ус не дует? Я, закатив глаза, стремительно направился в эпицентр этой заварушки. Только увидев меня, небольшая толпа зрителей стала перешептываться и поглядывать в мою сторону. Ну точно – Киллиан Кастеллан, вчерашний победитель собственной персоной. Я вовсе не знаменитость. Все просто были удивлены, что я на территории «Айленда» – места, которое я обхожу на километр.

Игнорируя их внимание, я вцепился в локоть девчонки и оттащил ее от парня, грубо дернув на себя. Она оступилась и чуть не упала, случайно прижавшись к моей груди. Девушка уставилась на меня, осмотрела с ног до головы, и на секунду мне даже показалось, что она очаровательна. Но ее реакция оказалась мгновенной: она дернулась, толкнув меня, и отскочила прочь.

– Эй, ты что делаешь?! – рявкнула она.

– А тебя не учили, что с незнакомцами нельзя не только разговаривать, но и бить тоже?

– Что? Тебе жить надоело? Или ты его дружок? – Девушка указала на пострадавшего парня.

Я даже не успел рассмеяться от ее глупой агрессивной реакции, как она подлетела ко мне и бросила грозный взгляд.

– Ты кто вообще такой? – спросила она, и в голосе прозвучала какая-то неуверенность.

– Твой новый куратор, – сообщил из ниоткуда появившийся Маттиас. – Тот, которого ты так сильно хотела. Познакомься.

Реакция девушки была неописуемой. Недовольная гримаса на ее лице буквально за секунду сменилась потрясением: она вытаращила глаза, удивленно раскрыв рот.

Да, малышка, сегодня явно не твой день.

– Куратор?.. – только и выдавила она.

– Да. Знакомься – Киллиан Кастеллан, наша звезда серфинга. Будь с ним повежливее, ладно?

Наконец я осмотрел ее. Невысокая, относительно тощее телосложение. Хотя это придает ей ловкости, так что можно даже назвать плюсом. Светлая кожа (в Сиэтле, очевидно, не так солнечно, как здесь), слегка заостренный подбородок и вздернутый нос. Большие глаза цвета золотого солнца, лопоухая, обстриженные выше плеча взъерошенные светлые волосы. Она была похожа на нечто странное и забавное, и явно такое, от чего будут проблемы.

Довольно милая. Если говорить о ребенке.

– Сколько ей?

– Восемнадцать, – ответила она.

Я чуть не поперхнулся. Окей, она уже не ребенок, всего на три года младше меня. Девчонка сразу преобразилась в моих глазах: теперь я заметил, что у нее довольно тонкая талия, полные губы и красивая шея. И от нее приятно пахло.

Мне стало даже стыдно за себя. Я будущий куратор этой девушки, а уже выискиваю в ней что-то красивое и соблазнительное. Я – озабоченный.

– Алесса Хилл, – представилась она мне.

Я молча протянул руку, но вместо рукопожатия она дала мне пять.

– Итак, Лисс – произнес Маттиас, – Киллиан – твой куратор. Он будет помогать тебе, контролировать твои тренировки и режим дня. С любыми проблемами обращайся к нему, он за тебя отвечает. – Немного помедлив, Хилл добавил: – И не собачься с ним. Он не только старше и опытнее тебя, но и просто находка. Без него тебе будет туго, поверь. Он лучший серфер здесь, у этого парня есть чему поучиться.

Мы с Алессой переглянулись. Мне очень не понравилось вот это «с любыми проблемами обращайся к нему, он за тебя отвечает». Я будто подписал смертный приговор.

– Ладно, мне нужно разобраться с бумагами и вашими документами, поэтому я ухожу. А вы познакомьтесь и все такое.

Он похлопал меня по плечу и, развернувшись, направился в университет. Я неловко потер шею, опустив взгляд на Алессу. Это будет, наверное, мой первый опыт, когда я обхаживаю девушку, не имея цели с ней переспать. Пусть она и младше меня на три года, но кажется, что на все пять. Будто она совсем еще малышка.

– Насчет того парня… – тихо и недовольно сказала девушка. – Он высмеивал меня. Сказал, я слишком мелкая, чтобы хоть чего-то добиться на спортивном факультете. Я что, должна была молчать и ничего не делать?

И она подняла на меня глаза. Удивительно, бывают глаза цвета солнца?

– Не оправдывайся, – отмахнулся я, зашагав в сторону выхода. – Ударила – значит, так надо было. Идем.

Она последовала за мной.

– Куда мы?

– На пляж. Хочу посмотреть, на что ты способна. Ты в купальнике?

Она растерянно помотала головой. Я осмотрел, во что она одета. Короткие джинсовые шорты и клетчатая рубашка, завязанная на животе. На ногах кроссовки.

– Впредь всегда надевай его, даже вместо нижнего белья, – сказал я. – Доску мы тебе отыщем.

Алесса немного задумалась. Я заметил в ее взгляде что-то вроде… восхищения? Она восхищалась мной? Вспомнились слова Матте: «Тот, которого ты так хотела». Видимо, она сама просила, чтобы ее курировал именно я.

– Мы с братом живем в Сиэтле. Я уличная девчонка, поэтому, как выражается папа, «понабралась всякого». Наверное, он имеет в виду мой характер и повадки. Говорит, что я слишком дикая… – Здесь я мысленно согласился с ее отцом. – Всегда мечтала попасть сюда на стажировку.

– Я разве просил рассказывать о себе? – отстраненно вздохнул я, сделав вид, что мне скучно.

Она пожала плечами.

– Я к тому, что… Я даже не надеялась, что окажусь в группе А.

Наш университет «Айленд» и правда считается известным. В нем всего два факультета – культурный, где учатся художники, музыканты, танцоры. И спортивный – волейболисты, баскетболисты, серферы. Здесь хорошо обучают, умело раскрывая таланты. Всего в университете два потока – А и Б. Группа А – продвинутая, куда входит не более десяти человек с факультета, каждому из которых дается свой куратор на выбор. Группа Б – стандартный поток, где куратор занимается всей группой, а не отдельно с каждым.

Еще студенты с культурного и спортивного факультетов постоянно воюют между собой. Я знаю это, потому что сам учился в продвинутой группе «Айленда». Мы терпеть не могли студентов с культурного, а они, в свою очередь, называли нас «необразованными качками».

– И я слышала о тебе… – смущенно добавила она. – Правда, не знала, как ты выглядишь. Но среди многих ты – знаменитость.

Конечно, ведь она мечтает стать профессиональным серфером, а я – трехкратный победитель гавайских соревнований.

– Знаю, я прекрасен. – Я уверенно вздернул подбородок. – Ладно, попытаемся разобраться.

* * *

Мы перекусили вместе, после того как раздобыли доску для Алессы, а потом отправились на первую пробную тренировку. Мы оказались на облитом закатными лучами пляже совсем одни. Вокруг остался лишь шум прибрежных волн и покачивающихся на ветру пальм. Хороший день, чтобы покататься. Я остановился, она встала рядом со мной.

– Послушай, мне особо нет дела до твоего прошлого. И до твоего мнения тоже. Я не хочу проблем с тобой. Просто договоримся. – Я повернулся и опустил взгляд, чтобы видеть ее глаза.

Она кивнула и тоже посмотрела на меня.

– Ты делаешь то, что говорю я. И слушаешься меня. Не делай глупостей, чтобы мне не пришлось спасать твой тощий зад, иначе я откажусь курировать тебя, – отрезал я.

Она немного нахмурилась, и я пояснил:

– Все-таки я старше, и мне не хочется возиться с ребенком.

– Только на три года.

– Что, прости? – переспросил я.

– Ты старше меня всего лишь на три года.

Ветер развевал ее короткие светлые волосы, которые еще не успели выгореть. В золотых глазах отражался блеск солнечных лучей. Я невольно представил ее загорелой, в синем бикини, с доской и браслетом на щиколотке – типичной жительницей Гавайев. Странно, что этот образ пришел мне на ум, но он мне понравился. Я попытался отмахнуться от ее дерзкой улыбки в своей голове и сохранить недовольный вид. В реальности девушка была бледновата и вовсе не улыбалась.

– Нацелых три года.

Она ухмыльнулась.

– Окей, папуля.

– Тыуже действуешь мне на нервы. Вставай на чертову доску и показывай, что можешь. Иначе силой заставлю.

Я недовольно сощурил глаза. Обычно я не такой зануда, но решил, ей нужно показать, кто здесь главный, чтобы она сразу это уяснила. Нужно быть пожестче – по Алессе видно, что она шкодливая девчонка.

Она взяла белую доску для серфинга, которую я ей протянул. Затем Алесса начала пристегивать к ноге ремень, который обычно обматывают вокруг щиколотки. Он соединяет веревку с доской, чтобы та никуда не уплыла (и чтобы сам серфингист не утонул). Девушка несколько минут пыталась управиться со снаряжением, пока я не зарычал от злости и не присел на корточки, склонившись к ее ноге.

Мои длинные пальцы скользнули вдоль ее голени, остановившись на тонкой щиколотке, к которой прилипли крупицы песка. Я стал нервно затягивать ремешок, пока Хилл просто смотрела на меня, опустив взгляд.

– Ты красивый, – вдруг произнесла она.

Похоже, она рассматривала меня. Отчего-то я сильно удивился и даже опешил, хотя слышал такое часто. Неужели эта девчонка всегда говорит, что думает?

– Еще бы, – немного помедлив, ответил я. – Готово.

Я выпрямился и встретился с ее большими глазами цвета солнца. Мои же оставались холодными синими.

– Иди. Сейчас как раз вечерний ветер разгоняет волны. Хочу посмотреть, на что ты способна.

Алесса только кивнула, зашагав к теплой воде – светло-голубой, даже слегка мраморной. Прозрачная и блестящая, вода манила своей красотой и приятным шумом волн, сливающимся со звуком качающихся пальм. Я встал ближе, так, что она касалась моих босых ног. Шлепанцы я скинул еще пару метров назад.

Я наблюдал за тем, как Алесса входит в воду все дальше и дальше. Оказавшись там по колено, она забралась на доску и поплыла вглубь. Я уже уловил едва поднимающуюся волну, и девушка тоже ее заметила. Затем встала на ноги, чуть присев, и заскользила.

Я выявил как минимум две ошибки.

Спустя минуту Хилл уже летела вдоль волны, ее едва ли не закрывал белый пенный гребень.

Мое сердце резко дернулось. Я увидел, как нога соскользнула с доски, и волна поглотила Алессу.

Мне ли не знать, что это за дерьмо. Вода заполняет легкие, тебя закручивает в вихре, и ты вырубаешься, едва оставшись живым. Чем больше волна – чем жестче крутит.

Не думая, я ринулся вперед. Нырнув, сразу поплыл вглубь, пытаясь найти бездыханное тело. И я заметил его сквозь прозрачную чистую воду. Доска уже потянулась на поверхность, выплывая, а под водой она волочила за веревку Алессу, которая давно уже вырубилась. На самом деле, опытные серфингисты не вырубаются, если их закрутит в волне. Но, очевидно, Алесса не входит в их число. Счастье вообще то, что она хотя бы способна плавать.

Ну и хрень! Единственной причиной, по которой я в ту же секунду не стал махать руками и орать: «И это лучшая студентка?!», стал мой страх, что девушка может умереть.

Под водой я подхватил ее тело и выплыл вместе с ней на поверхность. Зацепившись за доску, я положил на нее Алессу и направился к берегу. По пути расстегнул дурацкий ремешок с ее щиколотки.

Когда волны подхватили нас и выбросили на сушу, я оттащил Хилл на песок и положил на спину. Ее глаза были закрыты, она не дышала.

Мне придется это сделать.

Я наклонился, приоткрыв ее губы, и прикоснулся к ним своими. Вдохнул воздуха в ее легкие и начал делать массаж сердца, надавливая на грудную клетку. Я занимался подобным кучу раз.

Через полминуты Алесса резко открыла глаза, захрипела и выплюнула воду. Закашлявшись, все еще давясь водой из легких, она пыталась прийти в себя.

Неожиданно Хилл подскочила и села. В этот момент ее колено дернулось и с силой влетело мне между ног.

У меня даже выступили слезы.

Она выругалась сиплым голосом, прижав руки к груди, а я сжался и завыл.

– Черт, – выдавила она, – в груди все горит… Я думала, мне крышка!

Алесса глубоко вздохнула и только сейчас заметила меня.

– Что с тобой?

Я поднял голову, пытаясь посмотреть на девушку, но в глазах потемнело от боли.

– Гребаная стерва, – тихо прошипел я. – За что?.. Что же я тебе сделал?..

Хилл удивилась. Она подошла ко мне, присев рядом, и погладила по спине.

– Что такое, Киллиан? У тебя что-то болит?

Наконец я пришел в себя. Сев на песке ровно, я убрал мокрые русые пряди со лба и устало вздохнул.

– Ну ты и дикая.

– А?..

– Завалилась сюда. Накинулась днем на какого-то парня. Неправильно встала на доску, а потом еще чуть не утонула и врезала мне туда, куда не надо.

Хилл на секунду замерла, слушая меня. Но потом у нее вырвался смешок, а в следующую секунду она уже вовсю хохотала. Я искренне не понимал, что смешного в том, что я чуть не стал недомужчиной.

– Прости, я же не специально! – Она похлопала меня по спине.

Я встал на ноги, подхватив доску, и строго взглянул на девушку.

– С тобой будет куча проблем. К тому же из тебя дерьмовый серфингист. Что мне с этим всем делать?

Алесса тоже подскочила, оказавшись рядом и довольно улыбнувшись.

– Учить меня. Ты же теперь мой куратор. – Она обежала меня кругом, приобняв с одной стороны, и подняла голову, все еще рассматривая. – Самый крутой.

Почему-то ее слова заставили меня улыбнуться. Хилл побежала вперед, прыгая на песке и напевая какую-то мелодию. Мокрые светлые волосы растрепались на вечернем ветру, влажная рубашка облепила ее стройное тело, а из-под джинсовых шорт выглядывала лента черного белья.

Алесса оказалась беспечной, доброй, но совершенно чокнутой девчонкой, которой, похоже, я нравился и которая решительно хотела научиться серфингу.

В этот момент я ощутил прилив удовольствия. Мне захотелось запечатлеть этот момент. И образ довольной прыгающей в закатных лучах Хилл, в мокрой одежде и с розовыми щеками, понравился мне больше того образа в купальнике, который я представил себе сегодня.

– Окей, я попробую разобраться с тобой. Чокнутая.

Последнее слово я произнес тихо, поэтому она не услышала. Но главное, что я решил: буду курировать эту девчонку. Хотя моему покою и придет конец.

Глава 2. Беда не приходит одна

Да, я давно этого не делал. Но мой долг звал меня – и я поддался влечению.

Хотя нет, не влечению. Потому что в университет меня вообще не влекло. Я сторонился этого места. Да, «Айленд» был большим и красивым, сюда пытались пробиться многие студенты. Но мне все равно не нравилось здесь. Для меня это была лишь кучка подростков, которые тешат себя надеждами о светлом будущем и воюют друг с другом.

Я даже не хотел сегодня идти сюда на работу. Окей, я теперь куратор. Но, может, они там и без меня справятся?

К сожалению, позвонил Маттиас и вправил мне мозги.

Сам университет находился в восточной части Гавайских островов. В нем было много корпусов, все достаточно просторные и красивые. Сделанные из чистого светлого камня высокие здания выделялись среди других построек средних размеров. Все корпуса были связаны между собой узкой тропинкой, вокруг которой зеленел газон и пошатывались на ветру пальмы. Обычно в зданиях не было дверей – только широкие ворота. Их створки запирались лишь на ночь или в плохую погоду.

Во время ланча и на больших переменах на газоне валялись студенты. Спортсмены выкраивали время, чтобы погонять мяч, а искусствоведы – порисовать или поиграть на музыкальных инструментах. Корпуса делились на несколько учебных, два преподавательских: спортивный и искусствоведческий, несколько клубных, где студенты выполняли свои проекты, и еще кафетерий.

«Айленд» хорошо спонсировался, и все средства тратились на развитие учебного заведения, это было видно. Тут действительно было красиво и уютно.

Но только не мне. Как я уже сказал, меня звал долг. Я не хотел, но все равно потащился.

Мне нужна была Алесса.

На прошлой неделе я оценил ее способности в спорте: достаточно средние. После уикенда я наконец соизволил посетить университет, чтобы найти ее и составить план тренировок. Я же ее куратор. Знаете, это как учитель, но не скованный бесполезной субординацией и сексуальный.

Ну, по крайней мере, мне нравилось так думать.

Я остановился напротив входа в университет. На мне была свободная белая майка, джинсовые шорты, бейсболка козырьком назад и солнцезащитные очки. Рассматривая студентов, я заметил, как за большое поле «дерутся» спортсмены и музыканты. Очевидно, первые хотели разогреться на нем, а вторые – поиграть.

– Мы первые его заняли, тупые качки, – фыркнула какая-то девица.

– Двигайте отсюда, снобы, – гаркнул на нее парень.

Я лишь вздохнул. Да, снова эта атмосфера. Абсолютно та же была, когда я учился тут.

Направившись внутрь, я стал бродить по коридорам, вдоль которых тянулись студенческие шкафчики. На улице припекало, пахло зеленью и солью океана. Но внутри университета было прохладно и приятно, отчего я расслабился и смог немного перевести дух. Честно говоря, я уже забыл, где находится корпус для спортивной группы А, в которой учится Алесса.

Поэтому решил у кого-нибудь спросить.

Побродив еще немного по коридорам, я наткнулся на парня. Он развалился на скамье, прислонившись головой и спиной к стене, и тихо сопел. На взъерошенных светлых волосах сидела кепка, глаза закрывали темные очки.

Очевидно, он либо был обдолбан, либо с похмелья, но я все равно решил докопаться до него. Тем более что он вызывал во мне чувство, будто мы знакомы. Его лицо что-то разворошило в моей памяти, и, недолго думая, я подошел к нему.

Ткнув его рукой в плечо, я произнес:

– Эй, пацан, подъем!

Он отпихнул от себя руку.

– Исчезни.

– Я сказал тебе встать! – рыкнул я и тряхнул парня за плечо. Стянул с него очки, чтобы попытаться припугнуть его грозным взглядом.

Он дернулся; по хмурым бровям я понял, что моя жертва злится. Но, окинув меня оценивающим, хоть и злым, взглядом, он все же соизволил поднять голову. Наверное, понял, что я куратор, заметив висевшую у меня на груди карточку с пропуском. Точно, я угадал, он пил. Белки были воспаленные, глаза уставшие. Они имели необычный оттенок теплого солнца. Странный цвет.

– Говори, – лениво протянул он и снова откинулся назад, опершись на стену.

– Где корпус спортивного спецкласса? – сразу перешел я к делу.

Юноша выгнул бровь.

– Похоже, что я учусь на спортивном факультете? – язвительно спросил он и вытянул руки.

Да, мышцами там особо не похвастаешься. Но он был стройный, по-мужски стройный, с худыми руками и длинными пальцами. Я бы сказал, что он пианист или художник.

Но играть с ним было не весело. Меня ждало что-то более веселое – я собирался поиздеваться над Хилл.

– Окей, скажи мне, кого конкретно ищешь. Может, так помогу.

– Алесса Хилл, новая студентка. В классе А.

Парень как-то странно сощурился и снова осмотрел меня. Даже оживился.

– А что тебе от нее надо?

О, значит, он знаком с ней. Я закатил глаза и тяжело вздохнул.

– Послушай, дитя искусства, мне не нравятся твои вопросы. Ты ей кто, чтобы меня допрашивать? Говори, где ее искать, а то зубов не досчитаешься.

Естественно, я бы не стал его бить, но запугать определенно следовало. Паренек поджал губы и ухмыльнулся. Он точно не был испуган.

– Я ее парень.

Гаденыш!

Он был бледный и светловолосый, выглядел точно неместным. Но имел смелость со мной пререкаться. Почему-то внутри загорелось резкое противоречие: ну не может Алесса встречаться с этим засранцем.

Или может?

– Поздравляю, – через силу выдавил я. – Ну, а я ее куратор, и именно от меня, а не от тебя, зависит ее будущее. Говорить будешь или нет?

Мои слова повисли в воздухе. Юноша застыл, вытаращившись на меня. Его лицо сменило несколько оттенков – от белого до серого, потом он едва не позеленел. Подорвавшись со скамьи, он хотел было что-то сказать, выпучив глаза, но я его перебил:

– Какой корпус? Быстро!

– Восьмой… Подожди!

Я уже резко развернулся и зашагал на улицу, чтобы пройти по дорожке из горячего камня и добраться до восьмого корпуса. Сегодня днем должны быть отличные волны, я хотел успеть объездить их с Алессой. Начало лета на Гавайях сулило восхитительные будни для серфинга. Потому я торопился, а этот парень уже начинал меня бесить.

– Подожди! – не унимался он, преследуя меня.

Он выглядел каким-то взволнованным, пытаясь догнать меня. Его усталость как рукой сняло.

Довольно быстро я достиг нужного корпуса и ввалился, открыв дверь. Он находился на отшибе территории, вдали от остальных зданий. Это было помещение всего с одной комнатой, не считая туалет и склад. В просторном корпусе вдоль стены тянулись большие окна, давая проникать свету внутрь. В начале стояли несколько парт и стульев, учительский стол и небольшая белая доска с маркерами. В конце помещения были черные диванчики и столик. Рядом холодильник, где хранили не еду, как могло показаться, а лед и медикаменты. Редко встретишь полностью здорового спортсмена – у них вечно что-то да отшиблено. Там же висела доска, на которой закрепляли всякие записки и листы с расписанием.

Довольно неплохие хоромы для «спецстудентов», каким я тоже раньше был.

Я застал нескольких учеников. Парочка стояла и щебетала о чем-то у доски, даже не заметив меня. А на парте сидела сама Алесса, разглядывая свои руки на свету. Она вытянула их вперед, осматривая, как лучики прыгают по ее пальцам и переливаются на ногтях с прозрачным лаком. Светлые волосы она убрала ободком с лица, которое было на редкость спокойным. На ней были простая футболка и шорты. На шее сзади я заметил узелок от завязок бикини и обрадовался – это ведь я сказал ей пару дней назад, чтобы везде носила купальник.

Алесса сразу обратила внимание на хлопок двери, дернувшись и посмотрев в мою сторону. Я встретил взгляд ее золотых глаз.

– Киллиан?.. – немного удивленно спросила она.

– Доброе утро, – махнул я рукой. – Знаешь, я…

Я не успел договорить – она заметила паренька за моей спиной, что увязался следом.

– Марио? – обратилась она к нему.

Я обернулся, окинув его взглядом. Он сначала неловко глянул на Хилл, потом поднял глаза на меня. Они блестели жидким золотом на солнце, как у Алессы.

– Прости, я немного напортачил, – наконец протараторил он и метнулся к девушке. – Нагрубил твоему куратору. Дерьмово вышло…

Она только улыбнулась на его слова, закинув руку ему на плечо и мотая свисающими с парты ногами. Такая беспечная иногда, как ребенок.

– Не волнуйся, он ничего тебе не сделает.

Я грозно смерил ее взглядом.

– Это почему же? Ятвой куратор, так что могу сделать с тобой все что угодно.

– Все-все? – лукаво переспросила она.

Я ухмыльнулся. Марио, как я понял, заметил это и нахмурился.

– Эй! Не заигрывай с моей сестрой при мне.

У меня дернулся глаз.

– Сестрой?

Алесса посмотрела на нас обоих и смущенно рассмеялась, похлопав парня по плечу.

– А, точно. Забыла вас познакомить. Хотя надо ли? Это мой брат-близнец Марьен. Или лучше просто Марио. Мы приехали вместе, но он учится на факультете искусства. Для спорта слишком слабохарактерный!

Алесса посмотрела на нас обоих и смущенно рассмеялась, похлопав парня по плечу.

– Эй! – рявкнул он и ущипнул сестру за бок. – Я просто творец и гений и пользуюсь головой, в отличие от тебя.

Я осмотрел их. И правда похожи. Одинаковый цвет волос – очень светлый, почти платиновый. Одинаковые солнечные глаза, бледноватая кожа и те же черты лица – вздернутые носы, торчащие уши. Даже мимика одинаковая.

Я взялся за голову и тихо вздохнул:

– Боже, их еще и двое… Двойное безумие.

– Не грусти, – хмыкнула Алесса, затем спрыгнула с парты и подошла ко мне. – Не тебе же курировать Марио.

Я мысленно пожелал сил его куратору, с которым даже был знаком.

– Если ты одна выводишь меня из себя, то что будет, если вас окажется двое?

Алесса так посмотрела на меня, будто с немым укором спросила: «Разве я могу вывести из себя?» Марио ухмыльнулся.

А Алесса выскочила из корпуса, шлепнув меня по заднице.

* * *

– Куда мы идем? – спросила она, стараясь не отставать от меня.

Мы шли по людной дороге нашего района. Небольшие малоэтажные дома, мелкие магазинчики и рослые пальмы мелькали мимо нас. Рядом была извилистая дорога, по которой туда-сюда гоняли машины, мопеды и кареты с туристами. Поскольку мы жили на туристическом острове в архипелаге Гавайских островов, последних тут было много. Гонолулу – наша столица, золотой центр. Здесь было куда чище и красивее, чем на других островах: здания выше и симпатичнее, более развитая инфраструктура. Это как маленький уголок рая на земле, чего не скажешь о других частях архипелага, где сплошь разбитые дороги и полупустые бунгало. Я плавал в те места, и это было отстойно. После этого я, как щенок, поджал хвост и захотел обратно домой. Да, здесь полно туристов и они вечно хотят со мной сфотографироваться, ведь я загорелый серфер как с картинки. Зато тут круто: чистые лазурные пляжи, красивые дома и вечный шум волн. А еще животные не такие дикие.

В воздухе стоял запах жареных ананасов и кокосового молока; солнце приятно припекало мою русую макушку и голые плечи. Дул легкий теплый ветер с океана, слышался гул людских голосов и шумели, покачиваясь, верхушки пальм.

Алесса, поправляя и без того растрепанные волосы, спешила за мной. Она, наверное, еще чувствовала неловкость за грубость брата. Хотя кого я обманываю?

– В бар, – коротко пояснил я.

– Мы будем пить? – оживилась она.

Я резко остановился, и девчонка врезалась мне в спину. Я обернулся, опустив взгляд, и взял ее за плечи. Она удивилась и уставилась на меня, захлопав глазами.

– Лисс, – обратился я к ней, – я никогда не стану с тобой пить. Ты мелкая. Ты как ребенок. Я – твой учитель, усекла? Не друг. Поэтому не шути со мной, не балуйся и, черт возьми, не бей меня по заднице!

Я нахмурился.

– И относись уважительнее. Я тебе не подружка.

Она застыла на несколько секунд, слушая мои слова очень внимательно. Но на ее губах быстро оказалась усмешка, и она щелкнула меня по носу. Это далось ей легко, ведь я немного наклонился.

– Ух, какой серьезный!

Она рассмеялась, а я тряхнул ее за плечи, пытаясь привести в чувство.

– Я серьезно! Я старше тебя, и ты правда как ребенок. Для меня. Поэтому прекрати.

Я отпустил ее и развернулся, собираясь перейти небольшой перекресток. Я шел не просто в бар, а в лапшичный бар. Я часто там обедал, и это было идеальное место для разговора с Хилл. Не знаю, что Алесса подумала, и не знаю, ответила ли на мои слова; она просто проследовала за мной, я даже лица ее не видел.

Или, наверное, не хотел видеть. Потому что немного смутился от того, как грубо с ней обошелся. Просто я не знал, как уже усмирить эту чокнутую. Нам нужны четкие границы, чтобы Алесса понимала, кто я и кто она.

Не хочу проблем.

Мы вошли внутрь со звоном колокольчика. Внутри небольшого темного бунгало было достаточно сумрачно и тускло. Окна зашторены, свет давали лишь редкие лампы. Несколько человек рассыпались по залу и что-то жевали. Играла тихая музыка, жужжал вентилятор на потолке. В это место обычно заходили либо местные, либо редкие туристы, которые как-то прознали о самой великолепной лапше в мире.

Я устало сел за барную стойку и сделал заказ, Алесса тут же оказалась рядом.

– Итак, давай договоримся, – снова заговорил я. – Способности в серфинге у тебя средние, поэтому поставим три тренировки в неделю. А в среду уделим время другим видам спорта.

Алесса слушала меня и кивала, но рассеянный взгляд застыл на одной точке. Будто она крепко задумалась о чем-то и выпала из мира. Интересно, что у нее в голове? Девушка ссутулилась, облокотившись о стойку, и прикусила губу.

Я помахал рукой у нее перед носом.

– Эй, детка, – при звуке моего голоса она дернулась и заморгала, – предлагаю тебе очнуться и поговорить со мной.

Алесса посмотрела на меня, но на ее лице не было ни тени улыбки. Да и взгляд какой-то тусклый…

– Что ты говорил? – пробормотала она.

– Я спросил, займешь ли ты мне денег в долг, и ты кивнула.

– Да?..

Она что, оглохла? Я рассмеялся, но потом устало вздохнул.

– Нет, я пошутил.

– Я не слушала, – честно призналась она.

Да, я сам только что говорил, что мы не друзья, не обсуждаем проблемы друг друга и все в этом духе. Но мне, очевидно, надо было узнать, что с ней и не я ли причина переменившегося настроения.

– А стоило бы. Что-то не так?

Она покачала головой. Я плотно сжал губы, нахмурившись. Не хочет говорить.

– Ты либо слушай, что я говорю, либо топай. Только время отнимаешь.

– Хорошо.

– В общем, о твоих способностях. Я бы сказал, что ты полный ноль, ведь ты слетела с доски в прошлый раз и чуть не утонула. Но это была не маленькая волна, а достаточно серьезная, и ты оседлала ее, хоть и не до конца.

Она снова кивнула.

– Я тут подумал… Мне кажется, будет неплохой идеей выставить тебя на соревнование, которое пройдет в следующем месяце. Оно для начинающих, тебе в самый раз.

Хилл ничего не ответила. Это показалось мне очень странным. Обычно живая и прыгучая, сейчас она потеряла всю свою энергию и слушала меня вполуха. Я нахмурился, но ничего ей не сказал.

Минут через двадцать я покончил с обедом, и мы покинули помещение, направившись к пляжу.

* * *

Солнце вошло в зенит, усердно нагревая любые поверхности. Пекло дико, и, хотя мы шли по городу, половина людей уверенно шагала в купальниках. Они ничего не стыдились, просто у нас так принято. Девушки без стыда шли в бикини, придерживая сбоку большие доски. Парни в одних шортах спокойно босыми ногами шлепали по асфальту. Загадкой оставалось только то, как они не обжигали себе пятки.

Мы уже минут десять шли молча. Это действительно напрягало, и я видел, что Алесса чем-то расстроена. Поджав губы, отвел взгляд и заметил у маленького магазинчика растущий куст цветов, больших и пестрых. В следующую секунду я наклонился, сорвав один, и жестом остановил девушку. Хилл удивленно окинула меня взглядом снизу вверх.

Я чуть склонился, убрав прядь платиновых волос с левой стороны ей за ухо, и вставил сбоку цветок. Благодаря прекрасному сочетанию розовых, белых и желтых пятен на лепестках губы Алессы стали казаться еще более розовыми, оттеняя румянец на щеках, а глаза вспыхнули золотыми искрами. Такое бывает, когда, например, человек с голубыми глазами надевает синее платье. Цвет глаз сразу играет по-новому. Бывшая девушка научила меня этому. Это называется «обыграть цвет».

Она вскинула брови, слегка опешив и дотронувшись до лепестков кончиками пальцев.

– Что это?..

– Плюмерия. Красивый гавайский цветок. Носи его на левой стороне.

Хилл снова задумчиво потрогала лепестки. Ее взгляд ожил.

– На левой стороне его носят девушки, которые не заняты и в активном поиске. А когда наденешь плюмерию на правую сторону, это будет означать, что ты уже занята и имеешь пару. Такой обычай на острове. Поняла?

Завороженно слушая меня, Лисс кивнула. Мне понравилось любоваться ею, когда ее украшала плюмерия. Хилл сразу приобретала потерянную где-то в Сиэтле женственность.

Я снова зашагал вперед, и она вместе со мной. Вроде бы я взбодрил ее, но еще недостаточно.

– Ты не говорила мне, что у тебя есть брат.

– Разве дядя не сказал?..

– Матте говорил, что у тебя есть брат-близнец. Но я как-то забыл.

– Он единственный, кроме дяди, кто остался у меня. Отец сам не свой… – За прошедшую минуту она ни разу не посмотрела на меня. – Не хочу говорить об этом.

Черт! Да что с ней такое? Знаю, я сам пытался усмирить ее. Но теперь мне стало неуютно в компании стакой Алессой. Она неправильная и странная.

Интересно, бывают люди, которым идет их дикость? Которые без живого блеска в глазах напрягают еще больше, чем в обычном состоянии? Я невольно задумался об этом, потому что в голове мелькнула мысль: «Хочу чокнутую Хилл обратно». Не знаю, как, но я уже привык к ее тупым шуткам и подколам. Смирился еще тогда, на пляже, когда вытащил из океана.

Меня бесило ее неуважение ко мне, несмотря на то что я старше. Но еще больше бесила эта флегматичность. Хотелось толкнуть ее в плечо и крикнуть: «Очнись!»

Мы уже добрались до берега. У входа на пляж я свернул направо, пройдя через небольшой пустырь, а потом кусты зарослей. Я не хотел находиться на берегу для туристов, где их целые десятки, и направился к той части пляжа, где были только местные серферы.

Пока Хилл по моему указанию раздевалась, я достал ей доску. Я тоже скинул джинсы и майку, оказавшись в купальных шортах. Солнце лизнуло лучами мою загорелую гладкую кожу, и я с удовольствием выгнулся, чувствуя себя в своей стихии.

Через минуту рядом стояла Хилл. У меня аж мурашки пробежали по коже. Сбитые на бок платиновые волосы, в которых торчал цветок, красный купальник на завязках, немного покрасневшая с непривычки кожа и незатянутый ремень от доски на щиколотке. Тот самый привлекательный образ, который я представил в нашу первую встречу, ожил. Я снова наклонился, чтобы покрепче застегнуть ремешок.

– Готова, обезьянка? – спросил я и, поднявшись, ухмыльнулся.

– Угу, – выдохнула она и шагнула к воде.

Непрошибаемая женщина. Я недовольно фыркнул и направился вместе с ней в воду. Она забралась на доску, а я стал объяснять, как правильно держать на ней равновесие и как быстрее поворачивать. Хилл слушала меня внимательно, хотя и без особого энтузиазма. Она пыталась повторять движения, которые я показывал, что выглядело забавно.

Пока говорил, я не заметил, как гребень волны уже подобрался к нам и с лихвой окатил, откинув на пару метров назад. Меня накрыло с головой, но я привык к такому и, оттолкнувшись от дна, быстро вынырнул. Спустя секунду вынырнула и Алесса; она взъерошила свои мокрые волосы и выплюнула соленую воду.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.