ВОЗРАСТ БОХО
«Детка, давай постареем вместе», «Отдайте мне меня», «Соломенное танго, или Лето в шерстяных носках».
Виолетта Лосева

© Виолетта Лосева, 2020

ISBN 978-5-0051-3062-4

Создано в интеллектуальной издательской системе Ridero

В сборник «Возраст БОХО» вошли три повести:

«Детка, давай постареем вместе?»

«Отдайте мне меня»

«Соломенное танго, или Лето в шерстяных носках»

Детка, давай постареем вместе?
или
ВОЗРАСТ БОХО

Топ-100 жизненных принципов, которые нужно знать тем, у кого есть хоть какой-нибудь… возраст

Глава 1

В которой начинается игра. Игра с возрастом и отношениями, случайными девушками и неожиданными выводами, кадрами старого итальянского кино, тарифами мобильной связи и мыслями о том, что нужно сделать для того, чтобы чувствовать себя моложе. О воспитании взрослых девочек, о клубнике с шампанским, о маркетинге и достижении целей в жаркую погоду…

Улица теплого города напоминает старое итальянское кино: солнечные блики искрятся на воде, на парапете набережной возятся смуглые мальчишки в коротких шортах, ветер играет невесомыми занавесками, обнажая подоконники, заставленные цветами, домишки теснятся близко друг к другу, из одного окна льется гамма, исполняемая на виолончели, а из другого слышен строгий голос:

– Герберт, пора домой.

– Эй, Герберт, – раздается хохот сорванцов. Наверное, в компании они называют мальчика как-то по-другому, попроще, не так высокопарно.

Стая чаек кружит над водой. Стая мальчишек хохочет на всю улицу. Герберт торопливо выкапывает свое транспортное средство из горки наваленных друг на друга велосипедов и самокатов, и с сожалением, написанном на лице и на худенькой спине, направляется к дому.

– Герберт! Герберт! – продолжают дразнить мальчишки, не глядя на уходящего мальчика.

Солнце припекает.

Девушка в темных очках и в тонком сарафане, надетом прямо на мокрый купальник, с пляжной корзинкой в руках и в очаровательной шляпке, проплывает мимо. Увы, зрителей мало.

Ты провожаешь ее глазами. Я понимаю, что мне это безразлично. Смотри, сколько хочешь. Я знаю таких девушек: кто-то когда-то имел неосторожность сказать ей о том, что она – красивая. Бедная девочка! На второй-третьей минуте разговора она начинает смотреть на собеседника очень удивленно. Происходит это в том случае, когда собеседник в течение пары минут не обращает внимания на ее красоту и вслух не говорит о том, что она похожа на известную певицу.

А впрочем… Откуда я знаю, что на уме у этой девушки? Возможно, она скромна и вежлива, а мокрый купальник – это так, издержки пляжной жизни?

Два солидных джентльмена заходят в уличное кафе, где мы с тобой пересиживаем жару. Ты, безусловно, предпочел бы наш гостиничный номер с кондиционером, который немного гудит, и от которого я постоянно шмыгаю носом. Но меня тянет сюда, на набережную, в жару, к ярким картинкам старого итальянского кино. Ты уступаешь. Но уступаешь не так, как мне хочется. Ты сидишь со скучным видом и провожаешь глазами девушек, проходящих мимо.

«Наслаждайся! – хочется крикнуть мне, – Неужели ты не чувствуешь?»

А имею ли я право ждать, что ты будешь чувствовать так, как я?

Я понимаю, что плохо сформулировала вопрос. Право имею. И ждать можно. Только…. Почему же ты не чувствуешь?

Да, слухи о том, что с возрастом люди становятся мудрее, сильно преувеличены. Пора бы уже перестать ждать того, чего нет.

Я наблюдаю за солидными джентльменами. Пациенты высокого гламурного риска в белых шортах и майках с яркими принтами. Старички, прожигающие жизнь на скромном курорте. Не Майами, однако… Юноши в позднем расцвете лет. Они заказывают пиво, заигрывают с официанткой, долго изучают меню, отодвинув его на расстояние вытянутой руки, и негромко переговариваются между собой.

Мне кажется, что сейчас в это тихое кафе зайдет Марчелло Мастрояни, а весь пыльный южный городишко заиграет новыми страстями и любовными приключениями с хорошим концом. Да-да, мне все еще хочется страстей – знаешь, не таких воздушно-романтических, а (стыдно признаться) приземленных. Как в старом итальянском кино. Без компьютерных эффектов.

Я уже собираюсь тебе рассказать про Марчелло Мастрояни и о том, на какие мысли наводит меня сегодняшний полдень, как ты замечаешь, вертя в руках мобильный телефон:

– Нужно позвонить оператору и разобраться с тарифами. Что-то они опять тут намутили.

Романтика…

Итальянский полдень и тарифы мобильных операторов. Я и ты…

Звонок сына еще больше возвращает меня в реальность.

Взрослым детям иногда нужно напоминать о том, что они – дети. Желательно, пинками.

А ведь на самом деле… учить их сейчас тому, чему мы их не научили лет эдак до 16—18, согласись, уже поздновато. Теперь они или сами «дойдут» до наших премудростей или… так и не дойдут. А, может быть, им уже и не нужно следовать нашим советам? А можем ли мы их не давать?

Все зависит от отношения к ситуации.

Один дворник собирает мусор и листья

Другой наводит чистоту.

Третий создает настроение. Чтоб люди радовались, гуляя по аккуратному двору.

Один программист пишет программу на неизвестном мне языке.

Другой своими средствами создает порядок, безопасность или удобство в чьей-то деятельности.

А третий – скромно так… меняет мир.

Мой ребенок – из этих, третьих… Им недостаточно просто собирать листья. Они верят в то, что мир зависит от них. Такое поколение…

О, этот мир, меняющийся прямо на глазах!

Когда я начинаю задавать лишние (по мнению сына) вопросы, он говорит в трубку, не отвечая толком ни на один из них:

– Я – твой котяша… Мур-мур…

У меня перед глазами встает двухметровый «котяша» – преуспевающий проджект-менеджер в айти-компании. Я смеюсь в трубку.

– Это я специально, – поясняет он, – чтобы ты чувствовала себя моложе… Ну пока…

Я так и не узнала, что он ел на завтрак, и какие джинсы вывалились на него сегодня из шкафа. А, может, и хорошо, что не узнала? Не раздражала лишний раз? Мур-мур…

Может, и в самом деле уже пришло время почувствовать себя свободнее? Просто провести время с любимым мужчиной на берегу теплого моря? Без всяких забот и хлопот? Без маленьких детей? Разрешить себе, чтобы кто-то позаботился о тебе, а не наоборот? Нас не тянет к тем, кто в клетке. Нас тянет к тем, кто свободен.

Свободен и от возраста, в том числе…

Чтобы ты чувствовала себя моложе…

Если так говорит мой бесстрастный ребенок, значит это видно со стороны. Вероятно сейчас, опять с головой погрузившись в свои программные коды, он и думать забыл о нашем разговоре и своей неосторожной фразе. Да, он не виноват в том, что я слышу все по-своему. Своими ушами. А чьими же еще ушами я должна слышать?

Никто не виноват. А уж тем более, наши взрослые дети. Не просились рождаться, как говорится.

Чтобы ты чувствовала себя моложе…

Солнце уходит с нашего столика, и мы с тобой погружаемся в блаженную тень. О, как мало иногда нужно для счастья. Сиюминутного счастья. Всего-навсего, чтобы солнце завернуло за угол кафе. Нужно просто подождать. Минут двадцать. Иногда больше… Но сегодня нам с тобой хватило двадцати минут. Как ты предусмотрителен, любимый! А ведь я хотела занять совсем другой столик, но ты сказал «через полчаса здесь будет тень» и оказался прав.

Так что ты там говорил про тарифы?

– Нужно было подъехать туда еще перед отъездом и во всем разобраться, – продолжаешь ты, даже не подозревая о том, что занимает меня сейчас, – Кажется, опять включили какой-то кредит, о котором их никто не просил…

Все как в жизни. Кредит, который тебе нужен, ты получаешь с большим трудом. А тем, который дается просто так, опасно пользоваться. Никогда не знаешь, какие санкции ждут тебя потом. Все как в жизни.

– Я и собирался к ним подъехать, но потом закрутился – то одно, то другое… – говоришь ты.

Самое неприятное в возрасте – это сожаление о том, что невозможно исправить. Причем, в любом возрасте. А ведь вещей, которые невозможно исправить или изменить, с возрастом накапливается все больше и больше. Как избавиться от этой неприятности?

О, давать мудрые советы мы все любим и можем. Самый легкий из них – перестать сожалеть. А как это сделать?

Безусловно, можно написать эссе на тему «что я сказала бы себе, двадцатилетней», и показать его своим детям. Но… Будут ли они следовать твоим советам-сожалениям? У них – другая жизнь. И многие наши советы им не просто не нужны, а вредны. Зачем же давать вредные советы своим детям, у которых совсем другая жизнь?

Остается одно: просто не сожалеть. Работать над собой.

Когда я рассказываю тебе об этом, ты улыбаешься. «Дама, слегка искалеченная тренингами личностного роста». Это обо мне. Работа над собой – это сложная работа. Просто-таки грязный, неквалифицированный труд.

Работа над собой.

Навязчивая идея многих интересных дам, к которым я, в некоторой степени, отношу и себя. Дам, которые с юности холят и лелеют свой внутренний мир с легкой подачи начитанной мамы, которая говорит, заплетая тебе косички «Красить ресницы девочкам – это плохо. Так только взрослые делают. Девочка должна быть аккуратной и воспитанной… И много читать…»

А потом уже у весьма разумном возрасте ты вдруг понимаешь, что никто не будет заниматься сексом с твоим внутренним миром, глубину которого ты взращивала в течение многих лет, а умело накрашенные ресницы иногда намного важнее, чем твоя значительность и богатое воображение. Вместе взятые.

За соседним столиком располагается компания с детьми.

Все прячутся от жары. Кто – куда. Набережная пустеет.

– А у вас в классе симпатичные мальчики есть? – слышу я вопрос молодой женщины, заданный девочке восьми-девяти лет. Девочка – модная, с разноцветными резиночками, в рваных шортиках и ослепительно кислотной футболке. Молодая женщина наслаждается своим вопросом. Вот как нужно воспитывать девочек!

Ты улыбаешься, забыв про свои проблемные тарифы.

– А потом говорят: у нее только мальчишки в голове, – замечаешь ты.

Наверное, ты опять прав. Какое воспитание нужно считать правильным? Я не знаю.

Быть девочкой в душе – это совсем не значит быть девочкой снаружи. Но к этому нужно стремиться. Это тоже начинаешь понимать с возрастом. Хотя… Кому нужно?

– Клубнику будем брать?

Это звучит вопрос с другой стороны. Кафе наполняется посетителями и мне все меньше кажется, что в зал вот-вот зайдет Марчелло.

– Зачем? Мы же на рынке только что купили? В номере съедим.

Это звучит диалог двух самых обыкновенных прекрасных дам моего возраста, которые листают меню за столиком в глубине зала.

– Хоть будет чем шампанское закусить.

Ответ достойный. Красиво жить не запретишь.

Мы с тобой переглядываемся. У нас в гостиничном номере тоже охлаждается бутылка шампанского, которую мы привезли с собой. Наше поколение ходит в кафе, в основном, не поесть, а посидеть. Красиво. Я не вижу в этом ничего страшного. Шампанское тоже можно выпить дома. Или в номере. Было бы с кем.

Дамы оглядываются по сторонам. Взгляд одной из них останавливается на тебе. Я с удивлением для себя обнаруживаю, что мне совсем не хочется вцепиться ей в волосы. Дама оглядывает тебя с ног до головы и достает пудреницу. Это радует. Я не совсем уверена, что она будет прихорашиваться именно для тебя – случайного человека, оказавшегося за соседним столиком, – но это радует. Если связать ее оценивающий взгляд с пудреницей, то можно предположить, что ты смотришься неплохо. Я люблю выстраивать такие цепочки. Мое маркетинговое прошлое (да и настоящее тоже) дает о себе знать на каждом шагу.

Нет сомнений, ты смотришься неплохо.

А обо мне уж и говорить нечего!

– Носик чуть подгорел? – спрашиваешь ты, разглядывая меня.

Я люблю, когда ты говоришь со мной, как с девочкой. Сю-сю-сю. Это приятно.

Не всегда – кстати, но, в основном, – приятно.

Приятно, потому, что ты делаешь это искренне. Приятно, потому что ты даешь мне именно это ощущение. Лето, солнце, сгоревший носик, кружевной сарафан в стиле бохо, шампанское, которое охлаждается в номере для нас с тобой, легкий ветерок, пустая болтовня, смешные соседи за столиками рядом, сю-сю-сю, теплая набережная как в итальянском кино.

Видишь, как легко и быстро я рисую себе картинки? Стоило тебе сказать про «носик».

Дама, которая собиралась заказать клубнику для того, чтобы «закусить» шампанское, проходит мимо нас, покачивая необъятными бедрами, обтянутыми короткой трикотажной юбкой, и, опять задерживая взгляд на тебе.

Наверное, даже самые отсталые старушки уже знают, что таким бедрам противопоказан тонкий трикотаж без подкладки. Меня всегда удивляли дамы, которые, решив для себя, что им уже все равно и все можно, начинают демонстрировать то, что всю жизнь прятали по причине несовершенства. Я еще понимаю перейти с высоких каблуков на низкую танкетку – ноги, конечно, выглядят короче, но удобство перевешивает. Но надевать такую юбку, где видны не только резинки от трусов и все складочки, но и целлюлит? Зачем? Как будто нарочно…

– Я толще ее? – спрашиваю я тебя тихонько.

– Ты что? – правильно возмущаешься ты, – Сравнила! Да ты просто стройняшка!

– По сравнению с ней? – продолжаю я тебя провоцировать.

– Нет. Сама по себе, – твердо заканчиваешь ты.

Вот в этом месте тебе бы рассказать мне, какая я распрекрасная, стройная молодая и красивая, как тебе со мной повезло и прочее тра-ла-ла романтических обедов и ужинов. Обстановка располагает.

Но ты молчишь.

У каждого проекта своя инфраструктура. Каждый играет на своем поле. Мое поле – это мечты о том, чтобы все было как в итальянском кино. Страсть. Красота. Легкий ветерок. Жгучие слова… И даже пороки – изысканные и изящные. По сценарию.

Твое поле – это жизнь, которая у нас «перед носом», как любишь говорить ты.

– А что бы ты сказал себе двадцатилетнему? – спрашиваю я, понимая, что ты не увидишь связи. Ты вскидываешь на меня удивленные глаза. – Ты хотел бы что-то исправить? Изменить? Улучшить?

– В тебе заговорил маркетолог? А тебе не кажется бессмысленным анализировать то, что я хотел бы изменить, но не изменил?

– Не кажется.

– Дурацкий разговор.

– Почему?

– Потому что мы – не на тренинге по возрастной психологии.

– А тебе не кажется, что по твоей реакции я УЖЕ получаю ответы на свой вопрос?

– Вот и славно. Значит, я ничего не должен говорить себе двадцатилетнему?

– Конечно, не должен. Но мог бы и сказать.

– Тебя может не устроить мой ответ.

– Пусть. Мне все равно интересно.

– Хорошо, пиши или запоминай. Итак, мой дорогой двадцатилетний друг…

Принцип деления на восемь.

Считается, что в жизни нужно ставить четкие цели и к ним стремиться изо всех сил. Это – миф, который загоняет людей в тупик тревоги, одиночества и раздражения. Не забывай, мой мальчик, что цели ты себе поставил сам. Следовательно, ты в любой момент можешь от них отказаться или их подкорректирповать. И пусть горят огнем те цели, которые вытягивают из тебя все жизненные соки. Вытягивают так, что в пятьдесят ты уже не можешь спокойно радоваться простым вещам, не примеряя их к своим целям. Я не против, мой мальчик, целей, но фанатизм еще никому не помог в этой жизни. Когда тебе говорят «хочешь достичь чего-то, работай днем и ночью не покладая рук», дели на восемь. Это говорят те, кто работал и достиг. А те, кто работал и не достиг ничего, – помалкивают, мой друг…

– Ух ты! – говорю я, даже не подозревая, что в тебе бродили такие мысли. В тебе, который твердо стоит на земле и, как мне кажется, скорее, подчиняется стереотипам, чем ломает их, – А еще?

– Пункт второй, – смеешься ты, – Пиши…

Принцип золотой середины.

В вопросе «а нужно ли всем нравиться?» находи, мой друг, золотую середину. Как, впрочем, и в других вопросах. Тебе будут говорить полярные вещи: от «нужно быть хорошим для всех» до «живи только для себя и только так, как тебе удобно». И то, и другое – всего лишь слова. Учись лавировать, мой мальчик, и чувствовать. Не нужно убиваться для того, чтобы нравиться всем подряд, но и сволочью, которая полностью игнорирует окружающих, тоже становиться не нужно.

И, еще…

Принцип несправедливости мира.

Когда ты задаешь себе вопрос «почему люди не делают все так, как я хочу?», вспомни, друг мой о том, что мир несправедлив по своей сути. Справедливость – вообще, вещь весьма относительная и то, что кажется справедливым и правильным тебе, на самом деле может быть совершенно неправомерным в глазах других. Мир не будет делать так, как хочешь ты, и баста!

И, наконец, мой молодой друг…

Принцип мужского величия.

Запомни: когда ты сидишь в душном кафе с любимой женщиной и умираешь от жары, скажи ей прямо, что две бутылки пива, которые ты выпил вопреки ее рекомендациям, могут стать последней каплей перед тем, как ты упадешь в обморок. И, как бы ты ни боготворил ее, попробуй заставить ее понять, что в номере гостиницы есть прохлада и спокойствие, и она, несмотря на всю ее любовь к жизни и приключениям, просто обязана встать и пойти с тобой в гостиницу, если не хочет, чтобы ты отбросил коньки прямо тут, у нее на глазах… Не бойся показаться слабым, мой милый друг. Только по-настоящему сильные люди могут смело показать свою слабость.

– Вот, – ты подводишь черту, – ты удовлетворена ответом?

– Более чем, – смеюсь я, вставая, – Я даже не подозревала в тебе таких склонностей… Особенно по последнему пункту…

Набережная почти пуста. Солнце палит нещадно. В кафе включают какую-то курортную музыку и очарование итальянского кино пропадает. Мы удаляемся под звуки песни «Пароходный гудок». Ты – бледный и какой-то измученный. Мне есть над чем подумать последние два дня перед отъездом домой.

И…

Выводы сегодняшнего дня:

– Люди не чувствуют одинаково. Не могут и не должны. В любом возрасте.

– Не нужно бояться признаться в своей слабости. Иногда это бывает очень мило. И многое объясняет.

– Быть девочкой в душе – это совсем не значит быть девочкой снаружи. Но к этому нужно стремиться.

– Приличные дамы закусывают шампанское клубникой. Это незыблемо.

– Нас не тянет к тем, кто в клетке. Нас тянет к тем, кто свободен. Свободен и от возраста, в том числе…

– Если вашим бедрам противопоказан трикотаж без подкладки, следуйте этому противопоказанию. В любом возрасте.

– Кредит, который тебе нужен, ты получаешь с большим трудом. А тем, который дается просто так, опасно пользоваться. Никогда не знаешь, какие санкции ждут тебя потом.

Глава 2

В которой: главная героиня – дама немножко средних лет – приглашает на романтическое свидание мужчину, которого считает своим, делает принципиальные выводы по поводу провокаций, которые можно устраивать только при определенных обстоятельствах, а также ищет рецепт от возраста. Скачущие мысли об этом самом возрасте, и забытые ароматы прошлых лет под музыку в ресторане. Ресторан, заметьте, был из дорогих…

Если бы кому-то пришло в голову снимать фильм о нас с тобой, я хотела бы быть в красном платье. Знаешь, такой, не кровавый, не алый, а сочно-благородный коралловый оттенок. Обнаженные плечи, прозрачная накидка, длинная сигарета в тонких пальцах.

Полумрак. Ресторан. Далекие звуки танго. Лиф, который хорошо поддерживает настроение. И просто хорошо поддерживает.

Нам с тобой – слегка за 40.

Слово «слегка» можно смело вычеркнуть.

А, впрочем, пусть будет.

В любом случае, поддержка уже нужна.

Мы – дома.

В любой сцене есть один-два главных акцента. Остальное – фон. В нашем случае это будет мое красное платье и музыка, которую мы впитываем всей кожей. Танго Карлоса Гарделя не может быть фоном, сопровождением, аккомпанементом. Мы оба это понимаем. Музыка создает настроение. Я выгляжу шикарно. Ты смотришь на меня, ты любуешься мной, ты обволакиваешь меня своим взглядом.

Ты слышишь эту музыку?

Трагические ноты всегда вверху. Мне так кажется. Светлая печаль уплывает за горизонт. Горит свеча… А, может быть, это вспыхивает огонь в камине?

Ах…

Пока никому не пришло в голову снять фильм о нас с тобой, я приглашаю тебя на свидание. Когда живешь вместе с человеком, у тебя есть многое. В хорошем сценарии. А свиданий нет. И ты тоскуешь иногда по тому времени, когда они были.

Я тоскую.

Самое неправильное в отношениях —это переоценивать свою важность в чьей-то жизни… Этот вопрос беспокоит меня уже несколько лет. Может быть, пора выяснить, что к чему?

Мысли скачут быстрее меня. Мысли хорошим бюстгальтером не удержишь.

О, вот еще одна интересная мысль!

Не умеешь устраивать провокации – не устраивай.

Наше свидание – это не провокация. Просто свидание. Чтобы вспомнить.

А то одна моя подруга…

Ну да, прием «одна моя подруга» еще никто не отменял. Отличный прием, скажу я вам.

Был.

До тех. Пор, пока его не стали использовать все подряд.

А потом…

В силу вступает…

Принцип «та самая подруга».

Подруга, моя подруга, та самая моя подруга… А потом внезапно в рассказе возникает «а я ему на это говорю…»

И все, девочка, ты себя сдала.

Но прием хороший.

Так вот…

– Милый, а как бы ты отреагировал, если бы я сказала тебе, что люблю другого?

И «милый»… знаете что?

Пожал плечами!

Да-да. Не содрогнулся, не впал в отчаяние, не осыпал поцелуями, не схватил за плечи с возгласом «и как такое могло тебе прийти в голову?», не воскликнул «Как? Что ты такое говоришь? Зачем ты делаешь мне больно?»

Вариантов «правильной» реакции было достаточно.

Но…

Он выбрал самый неправильный.

Просто пожал плечами.

Бедная подруга…

Ты опаздываешь. Это не плохо, я понимаю, ты едешь сюда с работы, в городе пробки. Да и я пришла чуть раньше. Живя вместе, мы понимаем, что вопрос «кто раньше пришел и кто первый обиделся» – это не самые важные вещи в совместной жизни. Важна суть…

Но…

Если бы ты пришел раньше, я испытала бы пару приятных моментов, подходя к столику. Знаешь, такой загадочной элегантной походкой. С отсутствующим взглядом. Такая очаровательная тайна, ловко лавирующая между столиками. Я сделала бы беззащитный взгляд, как будто ищу тебя в полумраке ресторанного зала. И ты встал бы мне навстречу.

Или помахал рукой.

Да, совсем забыла сказать, что на локте у меня была маленькая сумочка – специально для ресторана. Клатч. Я почти не пользуюсь ею. А теперь она лежит на краешке стола. И не дополняет мой наряд. Нужно ли говорить о том, что мои ноги в тончайших колготках (не отличишь от естественной кожи) и туфлях на шпильках 14 с половиной сантиметров – находятся под столом?

Увы… Ты лишил меня и этого удовольствия – приблизиться к тебе – как в кино – под звуки неумирающего танго во всей красе.

Ты лишил меня… Звучит страшно. Даже если лишения – всего лишь возможность покрасоваться, оставляя за собой шлейф прошлых лет.

Всего лишь…

Но…

Когда мы смотрим на далеко не идеальные зубки Орнеллы Мути, мы понимаем, что… не в этом дело…

И, тем не менее…

С одной стороны – какая мелочь!

А с другой?

Если это мелочь, то тебе жалко для меня такой мелочи? Почему бы не сделать по-моему? Точнее, так, как мне будет лучше? Ты не придаешь этому значения? Или экономишь силы?

Странная вещь – экономия… Я сэкономила миллион долларов. А могу ли я сэкономить то, чего у меня нет? И если я покупаю ненужную мне вещь только потому, что она со скидкой, экономия ли это?

Кстати о скидках и акциях… Говорят, любовь к этому приходит с возрастом. С мудростью. С рачительным ведением хозяйства и жизни… Так ли это?

Возраст…

Он есть даже если ты изо всех сил стараешься не показать этого.

Он есть…

Не удивляйся. Мои мысли скакали всегда. А я постоянно разговариваю с тобой… Недавно наткнулась на раздел «книги с тегом «женская судьба». Ничего себе тег, правда?

За соседним столиком сидят две дамы моих лет. Хотелось бы, конечно, сказать, – «девушки», но, увы… Говорят громко. Я помешиваю кофе и прислушиваюсь к разговору.

– Боже, ты ему борщик сварила, да еще и салатик сделала?

– Ага, пусть думает, что он в раю.

Мудрая дама. Только… Для того, чтобы попасть в рай нужно, вроде бы, сначала умереть? Вероятно, она этого не учла. Или не сочла необходимым. Путь к сердцу мужчины? А не проводить ли мне тебя в рай, любимый?

Я смотрю на часы.

Ты звонишь с извинениями, говоришь, что уже подъезжаешь, и совсем скоро будешь на месте. «Закажи мне салат из морепродуктов, дорогая, я уже совсем близко…» Это я должна была бы звонить тебе и говорить: «закажи мне мохито, дорогой. Побольше льда. Я уже подъезжаю… Пусть лед немного растает…»

Я заказываю салат.

Пусть лет немного растает.

Мы охладеваем друг к другу. Какое некрасивое слово! Лучше было бы написать «мы охладели», но процесс еще не закончен.

За еще одним соседним столиком сидит очень немолодая пара. Знаете, видно из тех, что по-доброму умеют жить. Это наше поколение подсаживается на иглу тренингов личностного роста и трансформационного коучинга, зачитываясь вдохновляющими статьями о том «как стареют француженки» и почему израильтяне умеют наслаждаться жизнью. Мы ищем готовый рецепт как научиться жить.

Их поколение в некоторых случаях просто умеет это делать. Причем, неважно, сидят они на даче с внуками, возятся в огороде, готовят диетический обед или откладывают с пенсии на новый телевизор. Они делают то, что считают нужным. Они точно знают как нужно. Им не нужны искусственные инсайты и цепляющие призывы.

Мы ищем мотивацию и учимся манипулировать друг другом. Они уже все нашли и всему научились. Чему хотели и могли. Теперь нужно пользоваться.

Мне очень симпатична эта пара. И он, и она – в светлых брюках, он – старенький седой и благородный. Она – в легкой блузке, забавной шляпке, удобных мокасинах и с тяжелым кольцом на сухой морщинистой руке.

Он смотрит на нее влюбленными глазами, а она изучает меню.

Заказывают мороженое.

– Может бать, выпьем вина? – спрашивает он.

Она показывает ему что-то в меню, с ласковой усмешкой отрицательно кивает головой и что-то говорит ему совсем тихо. Я не слышу слов, но, похоже, она напоминает своему спутнику, что еще не совсем сошла с ума для того, чтобы покупать вино по ресторанным ценам.

В чем-то она, наверное, права…

Но он, по-видимому, из тех, из гусаров.

– Почему бы и нет? – говорит кавалер своей прекрасной даме.

По всему видно: она рада, что он настаивает. Это так приятно – отказываться, когда кто-то настаивает в таких делах.

– Ах, перестань, я совсем не хочу вина. Тем более, дома есть наливка, – улыбается дама.

– Дома – это дома, – бурчит старичок с некоторым облегчением, – А кто мне говорил, что хочет в ресторан?

– Но я же в ресторане, – улыбается она, – Просто не хочу вина.

Милые.

Такая семейная жизнь.

Он просто пригласил ее в ресторан, потому что она так хотела. И готов был весь мир бросить к ее ногам, даже вина заказать с ресторанной наценкой.

И она оценила. И избавила его от необходимости оставлять здесь половину пенсии.

Но он был готов.

И она оценила.

Заказали мороженое.

Принцип гусаров и их прекрасных дам.

Что-то мне это напоминает.

Ты подходишь к нашему столику. Конечно, ты идешь быстрым шагом. Однако, не настолько быстрым, чтобы я почувствовала, насколько ты осознаешь всю тяжесть своей вины.

Классическое танго продолжает мучить меня изнутри. Мысли скачут.

– Ужасные пробки, – говоришь ты, целуя меня в щеку.

Считается, что женщина ждет от мужчины решительных действий. Нужно сказать, что мужчина – тоже. Говорят: позвольте ему проявить себя и совершать решительные действия.

Так считается.

А на самом деле?

Мы все время что-то ждем друг от друга. Вместо того, чтобы наслаждаться моментом. Увы…

Не все мужчины готовы к решительным действиям. Кто сказал, что жениться – это действие решительное? Не женщина ли больше рискует?

Куклы стали другими, но взрослые девочки все равно продолжают в них играть.

Но куклы – уже другие.

– Хорошо тут, – говоришь ты, а я отмечаю про себя, что ты ни слова не сказал о том, как я хорошо выгляжу. А мог бы… Я старалась…

Мы слышим вопрос за соседним столиком. Вопрос за соседним столиком? Забавно звучит.

– Кто это тебя фотографировал?

Дамы, сидящие недалеко от нас, склонили головы над экраном телефона. Та, которая «создавала ему рай» громко отвечает своей собеседнице:

– Подружка.

– Срочно с ней поссорься. Подружки так не делают.

– Да в чем дело-то?

– А ты посмотри внимательно: на живот, на шею, на руки.

– Так может не в подружке дело?

– В подружке, в подружке… Даже не сомневайся…

О, эти «зависшие» люди. Люди, которые зависли между уровнями. Между городом и деревней. Между начальством и подчиненными. Между легкой симпатией и настоящей любовью. Между юностью и зрелостью. От одного оторвались, а к другому так и не примкнули. Зависли, одним словом. Между… И даже не подозревают, как хорошо это видно со стороны.

– Так ты меня любишь? – спрашиваю я.

– Очень! – отвечаешь ты с улыбкой и жуешь салат.

Улыбка кажется мне ироничной. Я знаю, что мне это только кажется. Но кажется же!

– Мне кажется, ты меня вообще не любишь, – продолжаю я.

– Напрасно ты так думаешь. Я тебя просто боготворю. Только ты не всегда боготворишься!

О, проверка правописания, наверняка подчеркнет слово «боготворишься». А почему бы и нет? Если кто-то кого-то боготворит, значит кто-то должен боготвориться!

Вот она – любовь на ладошке!

Влюбленность до-минор. Люблю я печальные песенки.

Меня всегда занимал вопрос о том, что происходит между актами в пьесе, между главами в книге, между сценами в фильме. Вот закончилась одна глава на том, что «они обнялись и поцеловались», а следующая уже начинается: «наутро они встали и побежали каждый на свою работу». А ведь от того, что происходило «между» зависит очень многое. Что она шептала ему на ушко? Кто готовил кофе? О чем она думала в самый интересный момент этой ночи? О том, как он прекрасен или о том, что она приготовит на завтрак?..

А тут уже – раз – и следующий кадр. Или глава. Догадайся сам, читатель, что было ночью. И было ли вообще. И КАК было.

С другой стороны…

– Ну что ж, – говорю я, – тест на любовь ты не прошел.

– А любовь нужно тестировать? – спрашиваешь ты.

– После сорока – обязательно.

– А до сорока?

– По желанию.

Не попался…

Еще одна хорошая фраза.

Мне так и не попался нужный мне мужчина. Или: ты так и не попался на мой крючок.

А на самом деле… Я просто встретила один замечательный прием и захотела с тобой поделиться. Заодно и проверить.

Я их коллекционирую – хорошие фразы и приемы…

Если вы сказали что-то раздражающее собеседника, и он обрушился на вас всей силой своего хамского негодования, а вы не хотите или боитесь ссориться, улыбнитесь ласково и скажите: «Ну что ж… Тест на критическое мышление ты не прошел!»

Причем, вместо критического мышления может быть все, что угодно: распознание манипуляций, логика, причинно-следственная связь, умение соблазнять и так далее.

Понимаешь, о чем я?

Гениальное решение!

Собеседник должен сразу понять – это не вы сказали какую-то нелепость, это он не понял, что вы его проверяете.

Тест не пройден, а вы в шоколаде.

Похоже на женском форуме, который я должна модерировать, прекрасно обходятся без меня. Набросились на одну девочку за невинный вопрос об отношениях со свекровью. Причем так, как будто это их личная свекровь.

В итоге ей пришлось написать одной из оппоненток – «вы даже не заметили, что я вас троллю».

Хорошо, видно, троллила, бедняжка. Никто даже не заметил.

Но в надежных руках фраза про «тест» – просто находка. Попробуй, любимый!

– А не написать ли мне рассказ-паззл? – размышляю я вслух.

– У тебя вряд ли получится, – иронизируешь ты

– Почему?

– В сложении кусочков рассказа должна быть какая-то логика. А у тебя…

– Спасибо.

– Обиделась?

Нет, любимый, сегодня у меня нет настроения обижаться. Странное чувство – обида. Есть настроение – обижаешься. Нет настроения – пропускаешь мимо ушей. Значит, в принципе, можно и пропустить?

Все зависит от настроения.

Музыка играет чуть громче. Ты слышишь эту музыку? Слышишь, конечно. Только по-другому. Для меня эта мелодия – боль, страсть, аромат несбывшихся желаний, сладкие краски, кадры старого итальянского кино, красивая женщина в красном платье, ореол тайны времени.

Для тебя – просто живая музыка, которая сопровождает хороший ужин. Со мной. Женщиной, которая пригласила тебя на свидания, хотя мы живем вместе уже не один год.

Я хочу, чтобы ты все понимал так, как я. А, может быть, это будет скучно?

– Ты помнишь, как мы были здесь? – спрашиваю я.

– Конечно!

В этом месте по моему сценарию ты должен накрыть мою руку своей, заглянуть мне в глаза и без слов сказать все, что не можешь сказать словами, и что я жду уже несколько лет. Именно так поступил бы Роберто де Ниро. Хотя… я не люблю киношных героев. У нас с тобой все могло бы быть гораздо лучше, чем в кино. Просто потому, что это – ты и я.

Все могло бы быть гораздо лучше. Но… не люблю я эту частицу «бы». Все сводит просто к нулю иногда. Если бы…

Не бойся быть неидеальным… Какая мудрая фраза! Но когда к нашим неидеальным отношениям прибавился еще и наш неидеальный возраст, то все «неидеальности» сами собой вылезли наружу.

Ты морщишься.

– Что случилось? – спрашиваю я, хотя вижу, что ты морщишься не для меня. Хочешь скрыть, но не можешь.

– Ногу натер, – объясняешь ты.

Да, это я настояла на том, чтобы сегодня утром ты обул новые туфли. Я же приглашала тебя на свидание в ресторанчик, где мы были несколько лет назад. Сплошная романтика! Могла бы быть. Так что, опять я виновата? Вместо того, чтобы вдыхать аромат мелодии воспоминаний о прошлом ты мучаешься от того, что натер ногу.

Опять я виновата, да?

Ты ни в чем не винишь меня и, как я вижу, изо всех сил делаешь вид, что все прекрасно. Я слишком хорошо знаю тебя для того, чтобы понять: с гораздо большим удовольствием ты сейчас пришел бы домой и снял неудобные туфли.

В общем, пора сворачивать мероприятие.

Музыка рвет душу.

– Возьмем кофе? – спрашиваешь ты.

Я киваю головой. Настроение безвозвратно испорчено. Я ведь как-то терплю четырнадцатисантиметровые шпильки? Ради аромата романтического свидания, красного платья и таинственного взгляда женщина вытерпит еще и не такое. А мужчина? Не любит терпеть неудобства ради красоты и романтики. И вообще не любит терпеть. У каждого – своя система координат. И своя точка отсчета.

Просто кофе и кофе без молока – это ведь одно и то же? Не правда ли? А зачем мы добавляем это самое «без молока»? Все, как в жизни… Хотим, чтобы нас лучше поняли… Знаем – чуть не доглядишь, и тебе бухнут молока туда, где ты его не можешь терпеть… А назад ведь не достанешь? Или плати за новый кофе или пей то, что тебе не нравится.

Получается, что мы хотим предупредить заранее. Чтобы потом не платить лишнего или не страдать.

А ведь на самом деле и просто кофе и кофе без молока – одно и то же. Может, в этой системе не хватает еще одной составляющей? Кофе с молоком?

Все зависит от конкретной ситуации. И имя им – легион…

Все хотим уточнить. Чтобы нас поняли… А потом слышим: «много напрасных лишних слов…» Хороший был романс «Напрасные слова… Виньетка ложной сути…»

О, виньетка… Как прекрасно это звучит!

Ложная суть…

– В багажнике, кажется, были какие-то твои кеды, – говорю я, – Переобуешься.

– Да ладно, потерплю до дома, – отвечаешь ты и пытаешься наладить светскую беседу, – Что там твой шеф со своим управлением? Встречалась с ним сегодня?

– Перенес встречу на послезавтра, – отзываюсь я и смотрю в пространство. Не хочу я обсуждать свои рабоче-служебные дела сейчас с тобой. Да-да, я из тех не совсем юных дам, которым нужен не дедушка (бесполый собеседник), а кавалер. Неужели тебе так трудно дать это мне?

– Я сильно постарела? – спрашиваю я.

– Что за ерунда? – возмущаешься ты, видимо удивляясь вопросу и пытаясь проследить связь между кедами, управлением и изменениями в возрасте. Может, меня и в самом деле трудно понять?

– Ты перестал говорить мне комплименты, – грустно шепчу я, чувствуя свою бессердечность: у человека ноги болят, а я – про комплименты. Но ты же, в конце концов, должен замечать что меня мучает?!

– Ты – прекрасна, – вздыхаешь ты. – Лучше всех. Самая моя любимая девочка.

Не верю!

– Слушай, – ты смотришь на меня заговорчески, – Может, постареем вместе?

А не сошел ли ты с ума, милый? Это говоришь ты – мне?! Мне, которая каждый день тщательно ищет и, конечно же, находит новые морщинки на хорошо увлажненной коже? Мне, которая постоянно наталкивается на супер-мотивирующие статьи о том, что нужно стареть красиво? Мне, которая…

По-видимому, ты понимаешь, что сказал не то, что нужно. Понимаешь по выражению моего лица. Я возмущена.

– Что значит постареем? Состаримся? Станем старыми?

– Ты не поняла, – объясняешь ты, – Мы с тобой живем в театре. Знаешь, как предлагают – давай поиграем, давай попрыгаем, давай посмотрим телевизор? Так вот… Предлагаю тебе поделать это вместе…

Ммм… Заманчивое предложение…

Ну что ж…

Мы едем домой. Ты мечтаешь, как снимешь неудобные туфли. Я мечтаю, что найду подходящий способ хотя бы притормозить то, что неизбежно надвигается на нас. Прожит еще один день. Из скачущих мыслей формируются скачущие выводы. Выводы, которые делаешь с возрастом. Совместно.

– Если ты сварила ему борщ, это еще не значит, что он попал в рай.

– С приемом «одна моя подруга» нужно обходиться очень осторожно.

– Просто кофе и кофе без молока – это не одно и то же, если рассматривать горячий кофе в своей системе координат

– Самое неправильное в отношениях —это переоценивать свою важность в чьей-то жизни…

– Если мужчина – гусар, то с этим уже ничего не поделаешь. Даже если он – гусар на пенсии.

– Мы все время что-то ждем друг от друга. И это прекрасно. Гораздо хуже, когда уже не ждем.

– Если ты кого-то боготворишь, то этот кто-то должен боготвориться. Иначе – зачем все это?

– Зависать между уровнями – крайне опасно. О каких бы уровнях ни шла речь.

– Женщина легко потерпит неудобные туфли, но обидится, если вы не сделаете ей комплимент. Мужчина спокойно обойдется без комплиментов, но неудобные туфли терпеть не будет. Принципиально!

– Стареть вместе – это прикольно. Гораздо лучше, чем стареть в одиночку. Наверное.

Глава 3

В которой автор вместе с главной героиней (что совсем не одно и то же) пытаются объяснить что привело их вместе на эту дорожку. А также: почему они решили смешать все в одну кучу, а именно, психологию, маркетинг, возраст и личную жизнь, и почему эта книга все-таки художественная, несмотря на все бизнес-ухищрения и автора и главной героини (что, как уже было сказано, абсолютно не одно и то же)…

Ну что ж…

Начинать с «ну что ж…», вероятно, не лучший вариант, но с чего-то нужно начать. Почему бы и нет?

Но можно начать и по-другому.

– Знаешь ли, – сказал один молодой автор средних лет другому молодому автору средних лет, – ты, конечно, очень умный, и образы строишь прекрасно, и сюжеты у тебя лихо закручены… но свой возраст тоже нужно чувствовать.

– Как ты себе это представляешь? – спросил второй автор.

– Если коротко: с оргазмами нужно завязывать…

Как вам такое начало?

По-моему, прекрасно.

Бедные авторы!

Ты не любишь говорить о ТАКОМ. А я, как маркетолог, который смотрит на маркетинг, как на жизнь (и наоборот), просто обязана иногда.

А как иначе, если сегодня, куда ни посмотри – оргазм, интим, эротика, прелюдия и так далее? Говорят, что это влияет на читателя и покупателя, на тебя и на меня, на всех мужчин, женщин и прочую живность, которая обитает вокруг нас. Животные инстинкты, я бы сказала. Видимо, без них – никуда.

Ты обратил внимание на то, что оба они были молодыми авторами средних лет?

– А как по-другому привлечь читателя или клиента?

Ты вполне мог бы задать мне такой вопрос.

Действительно, как?

Могу согласиться, что было время… Сначала на тему секса было наложено табу, а потом вдруг всем сказали, что приличными быть неприлично и тема открылась. О, как все заговорили о сексе! Даже там, где он вообще не причем!

Но… когда все можно, оригинальным и эксклюзивным становится именно то, что, как будто, нельзя. Раньше было «ханжество, отстой, совок, секса нет…» А теперь?

А теперь, если кто-то напишет просто «он был влюблен», то все, кто во всех анатомических подробностях описал все прелюдии и бешеные оргазмы, скажут: «Вот это загнул!»

Утрирую, конечно.

Но, по большому счету, это так.

Кстати, я хорошо помню тот телемост, где прозвучала фраза «а у нас в стране секса нет». Речь шла о рекламе в целом и рекламе секса, в частности. И фраза эта касалась рекламы.

А ведь как зацепилась! На века!

Хорошая, видно, была фраза.

Фраза целой эпохи.

Это было время, когда в нашей стране не было ни Бога, ни секса…

Произнесла она задумчиво…

Он просто вздохнул.

Ну что ж…

Действующие лица и исполнители:

Ты,

Я,

Наша любовь,

Бренд, контент, маркетинг, копирайтинг (для тех, кто еще не знает, потом объясню что это такое),

Скачущие мысли,

Много букв…

«Мужья, любовники и начальники, не сговариваясь, совместными усилиями довели ее до такого состояния, что ей просто ничего не оставалось делать, кроме как начать писать книгу».

Она была такая вся эксклюзивная, а они – такие, знаете ли, тривиальные. И ничего… Как-то жили… До поры до времени.»

Как тебе такое начало? Цепляет?

Заметь, ни слова о сексе! Разве что «любовник» звучит слегка фривольно. А что? Обычное слово.

Кстати, ж*** – тоже обычное слово. Но вынуждена наставить звездочек.

Что это? Маркетинговое ханжество или соблюдение приличий?

На этот вопрос нам с тобой еще предстоит ответить.

Вопросы. Вопросы. Вопросы…

Сколько тебе лет?

Тебе приходилось отвечать на этот вопрос?

Увы, да…

На этот вопрос мы отвечаем всю жизнь. Сначала показываем на пальчиках, потом с гордостью заявляем «а мне уже…», потом это становится зависимым от ситуации – в каком-то случае «мне уже», а в каком-то – «мне еще только», потом…

Потом начинается самое интересное. В каких-то инстанциях мы вынуждены указывать точную дату рождения или возраст, а в каких-то – думаем «А вам-то что? Вас как-то касается мой возраст?

Иногда возникает вопрос: «а сколько бы вы дали?». Хороший вопрос. Вы дайте сколько можете, а я возьму сколько хочу.

А прилично ли спрашивать о возрасте? Раньше было неприлично. Особенно дам. А сейчас – ничего, можно. Довыступались, в общем, феминистки…

Потом начинается… «А я себя не чувствую на свой возраст» или «что вы хотите? Мне уже…». Или «Ерунда! Что такое возраст? Несколько цифр в паспорте?»

Да, это не список обязательных жизненных вопросов. Но… На них приходится отвечать.

И тебе, и мне.

Вслух или про себя.

Так, совершенно незаметно для себя, я обнаружила, что мне уже… Хотела написать точную цифру, а потом засомневалась. Нужно ли? Ты и так знаешь сколько мне лет. Хоть и не признаешься. В свое время я хорошо провела инструктаж на этот счет. Ты усвоил.

В свое время…

Какая хорошая фраза.

Ах, время, время…

С возрастом у меня особые отношения. Капризные.

В двадцать лет мне казалось, что до тридцати нужно успеть сделать все.

В тридцать я дала себе срок до сорока.

В сорок поняла, что до пятидесяти мне еще далеко, и я успею сделать то, что запланировала.

Сейчас понимаю, что грядущие ХХХдесят – это, конечно, далеко не молодость, но… Расцветом зрелости это еще можно назвать.

А впрочем…

Кому нужно придумывать эти названия и определения?

Просто не хочется стареть.

Мудрость, имущество, опыт… Все это, конечно, очень хорошо, но…

Я боюсь этого.

Ты это знаешь.

И за то, как ты это знаешь, я тебе благодарна.

Может, именно поэтому, я и пытаюсь скакать на одной ножке (не буквально, конечно), пытаясь доказать себе, тебе, миру, что впереди еще очень много. Я считаю, что я правильно отношусь к возрасту. Его нельзя игнорировать. И нельзя уделять ему слишком много внимания. Всего должно быть в меру.

В каждом жизненном цикле (а они тоже у всех разные, сколько бы нас ни убеждали западные ученые и тибетские монахи в некой цикличности всех, без исключения, людей) есть то, чем мы обладаем не зависимо от собственных желаний.

Оно есть у нас. И все. У тебя, у меня, у нее, у него, у них…

Возраст.

Внешность.

Внутренний мир.

Настроение.

Система отношений в семье и вне семьи.

Система отношений…

Система приключений. Или не система?

Интересная тенденция: с течением времени люди начинают называть не свой возраст, а свой год рождения. Видимо, рассчитывают на то, что собеседник не будет особо подсчитывать. Спрашиваешь пожилую даму «сколько вам лет?», а она отвечает «я – тридцать седьмого года»

Что может быть тридцать седьмого года? Вино? Модель выпуска? Фильм? Произведение?

Почему-то про книги так не говорят. Но… это уже другая история.

Ни один ребенок не скажет «я – двенадцатого года» вместо «мне – шесть лет». Он реально ОБЛАДАЕТ своими шестью годами. А дамы в возрасте вроде бы как хотят от них отказаться…

Итак, совершенно незаметно для себя (да и, как выяснилось, для тебя) я обнаружила, что мне – ммм, уже немало. Чем дольше живу на этом свете, тем больше понимаю глубину и смысл некоторых банальных фраз. Может быть, именно поэтому они и стали банальными?

Так я открыла весь смысл фразы «так сложилась жизнь». Раньше мне казалось, что эти слова – просто такой себе риторический ответ (если таковые есть в природе, в грамматике, я точно знаю, что нет, но о грамматике – тоже поговорим позже) на вопрос, который, в принципе, требует развернутого ответа, но не очень интересен.

Универсальный ответ.

Почему?

Так сложилось.

Так сложилась жизнь.

Мы были все очень умные, красивые и подающие большие надежды.

Нужно ли говорить о том, что жизнь у всех сложилась по-разному?

И ничего с этим не сделаешь.

Теоретически можно, конечно, порассуждать о том, что «все зависит от тебя» и «как организовал свою жизнь, так и живешь»… А практически?

А практически – это только рассуждения, не более того. В каждый конкретный момент она (жизнь) уже, так или иначе – сложилась.

Нудная какая-то глава получается. Сама вижу. Мысли скачут, но скачут как-то вяло. Хотя…

Получается как с банальными фразами: звучит банально, но если вдуматься… А если еще и посмотреть между строк… А если еще и догадаться о том, что автор подразумевал и хотел донести. Донес или нет – это уже вопрос другой. Но хотел же!

Ну что ж…

О, Боже, нужно же, наконец, начать!

Итак…

Сижу спокойно, пишу книгу об ощущениях, отношениях, о том, как «лунный свет потерял свою однотонность». Работаю над драматургией сюжета. Один из редакторов издательства посоветовал мне более тщательно поработать над драматургией. Я знаю за собой этот грех. Одни, извините, чуЙства получаются – и никакой драматургии. Вот буквально пытаешься потом написать синопсис произведения, а ничего не получается. Синопсис – это когда все понятно: откуда, кто, куда и зачем. А у меня – никакой причинно-следственной связи…

Итак, пишу, продолжаю работать над драматургией, думаю над тем, чтобы одно вытекало из другого, завязки там, всякие, кульминация, развязка.

Никого не трогаю. Прислушиваюсь к себе.

Понимаю, что нужно стремиться к тому, чтобы доставлять себе удовольствие своим трудом. Прекрасная цель! Пишу для души. Самовыражаюсь, одним словом.

А фигушки…

Денег тоже хочется.

Ты соблюдаешь нейтралитет. Черт бы тебя побрал с твоим нейтралитетом в этом вопросе. Уж сказал бы или «бегом милая на работу» или «что ты, что ты, милая, занимайся собой и своим развитием, я все обеспечу»…

Увы… Ты соблюдаешь нейтралитет, что тоже наталкивает на мысли…

В общем, предлагают работу – нужно брать! Вот и нахваталась. «Як сучка блох», как говорится. Заметьте, никаких ругательств – просто собака женского пола.

Бывший начальник решил написать книгу по управлению компанией. Написать – это громко сказано! Он хочет, чтобы его имя стояло на обложке этой книги. Ну и к кому же ему обращаться, как не ко мне, которая на собственной шкуре (смягченной, заметьте дорогим питательным кремом для тех, кто следит за собой и не хочет стареть) знает его систему управления?

Согласилась!

Порылась в интернете. Оказывается, даже есть такая профессия – литературный раб. Еще одно название (к сожалению, не по классификатору специальностей) – писатель-призрак.

Заметки призрака.

Неплохо звучит?

Или – «Записки литературного раба».

Нет, рабом быть не хочу. Слишком хорошо я учила историю в школе.

Пусть будет так: «Записки литературной гейши. Об управлении компанией».

Так лучше?

Чуть-чуть эротики, и в то же время – вполне элегантно.

Одним словом, взялась писать книгу по управлению. Приходится чаще общаться с бывшим начальником. Ты продолжаешь соблюдать нейтралитет. Ну-ну… Это был один из немногих начальников, которые были старше меня. А то ведь как получается? Приходит время, когда ты, заходя в офис, вдруг осознаешь, что ты – не «одна из», а вот просто «самая солидная дама» из всех офисных обитателей. Причем, ты-то сама понимаешь, что все это – твои коллеги, которые (как большинство современных людей, особенно, горожан) уже давно поняли, что сам по себе возраст – это не признак большого ума, не официальный повод для уважения и не показатель полезного опыта. Особенно, если речь идет о профессиональном, а не о жизненном опыте…

Так вот, с этим начальником, который, как я уже сказала, был старше меня, мы расстались очень мирно, он отпустил меня в мое «творческое» плавание, при этом деликатно предупредив о том, что «в определенном возрасте» найти новую работу будет весьма трудно, в чем я и убедилась, пережив творческий прорыв и полное отсутствие коммерческого удовлетворения в свободном полете.

Так что предложение поковыряться в управлении компанией под чужим именем за деньги я приняла даже с некоторым удовольствием.

Плюс меня пригласили вести «женскую» группу в соц. сети. Писать и модерировать. О моде, о красоте, о возрасте, о стиле, об отношениях… Тоже хорошо. Это же вообще – моя тема.

И тут – как только я аккуратненько распределила свои 24 часа в сутках – между тобой, своей писаниной о «лунном свете», книгой по управлению и вздохами-соплями-советами и пошаговыми алгоритмами женского форума – поступает еще два предложения.

Контент проекта по трудоустройству и SEO-копирайтинг. Для тех, кто не знает, я потом объясню что это такое. Это, скорее, из области маркетинга, но не только…

Ну как отказаться? Ты-то продолжаешь соблюдать нейтралитет!

При этом, молодое начальство, которое нанимало меня на контент, предупредило: «Пишите с ошибками, чтобы все знали, что вы – не бот». Как мило!

Иногда писать с ошибками труднее, чем без них.

Это вообще отдельная тема для изучения. Правильно делать ошибки, если именно так поставлена задача! Это не только ботов касается.

Итак, нужно все успеть. Буковки я люблю.

А куда же девать все мысли, которые возникают в голове параллельно со всем, что я пишу? Мысли о маркетинге, которые мучают меня с утра до вечера? Мысли о возрасте, который наступает со всех сторон? Мысли о тебе? Мысли о наших с тобой отношениях, о моих претензиях, о том, как сложилась жизнь?

Я принимаю решение: я буду говорить об этом с тобой. Еще не знаю – вслух или на бумаге, будет ли это диалог или просто размышления, будет ли это мой личный блог специально для тебя или…

Блог, которого нет!

Ну что ж…

Я люблю говорить с тобой. Особенно, когда ты не возражаешь. Начнем?

Я так и не знаю точно, от чьего имени написана эта глава. От моего или от имени главной героини? Это ведь не одно и то же. Сразу же предупреждаю тебя: не все, что случилось с героиней было со мной.

Это так, предупреждение на всякий случай. А то ты еще подумаешь… Накрутишь себя… Говорю тебе: все совпадения – случайны.

Но общие черты, конечно, есть. Иначе и быть не может. Общие черты, мысли чувства. Вот только события ее жизни – это не всегда обо мне.

С событиями у нас вообще напряженка. Не потому, что у меня в жизни мало событий – иногда их даже больше, чем нужно. Просто некоторые сюжетные линии (если я их все-таки выведу, хорошо проработав драматургию сюжета, которого пока нет) не могли быть в нашей жизни в силу некоторых причин. На самом деле, есть только две причины: ты и я.

Я и ты.

А ведь я и ты – это не главная героиня этой книги и ее мужчина. Это другие люди. Хотя сходство, конечно, можно усмотреть. Особенно, если смотреть внимательно.

Так что не накручивай себя зря.

На данный момент сюжета как не было, так и нет. Одни ощущения. Куда мы с тобой приведем наших героев? Я пока не знаю. А ты?

Это будет зависеть от нас с тобой.

О, как много будет зависеть от нас с тобой!

Скажу честно: я собиралась написать книгу о маркетинге. Знаете ли, такой себе опус о том, насколько важно знать классический маркетинг прежде чем заниматься интернет-маркетингом. Это архиважно в наше время. Не считать лайки и показы, а чувствовать поведение и реакцию потенциального клиента. А для этого нужно знать намного больше, чем ссылка, по которой ты можешь увидеть статистику, собранную машиной. Вернитесь, о мои молодые друзья-коллеги, к старику Котлеру. Он не такой уж замшелый и отсталый, как кажется вам, любителям быстрых рецептов и модных приемов.

О, старый добрый маркетинг… Вряд ли я сейчас напишу книгу о тебе. Парадокс времени: сегодня НЕ НАПИСАТЬ КНИГУ более оригинально, чем ее написать.

Особенно, если речь идет о маркетинге и психологии.

Я и на одно, и на другое смотрю по-своему. Надеюсь, ты поймешь меня. В природе много прикладных наук. Главное – знать, к какому месту их приложить. Я вижу маркетинг и психологию во всем: начиная от одноразовой вилки и заканчивая пятым мужем моей подруги Магды. О Магде тоже напишу потом подробнее. Она, возможно, станет еще одним персонажем нашей книги.

Ты заметил, что я сказала «нашей»?

Вряд ли…

Хотя не мешало бы и заметить. В этом тоже есть и психологический прием и маркетинговый ход. Но ты не будешь анализировать. Увы…

Когда я пишу о маркетинге, не-специалисты читают и говорят: я далек от этого, это – специальная область… Ох, как вы ошибаетесь, ребята!

Безусловно, область – специальная, и даже не просто область, а целая наука. Но… Это – как с физикой: не нужно быть ученым-физиком для того, чтобы уяснить, что не стоит совать пальцы в розетку, что 25 килограмм – это тяжело, а закипающий чайник – это горячо.

Так и в случае с маркетингом: не нужно быть маркетологом или психологом для того, чтобы знать и уметь отличить манипуляцию от честного призыва, разглядеть качество товара под красочной упаковкой и смотреть на своего любимого и/или мужа не с точки зрения пошагового алгоритма соблазнения партнера, а с точки зрения естественного теплообмена.

– Как в физике? – спросишь ты.

– Ага, именно так, – отвечу я.

Разумеется, я имела в виду немножко другой теплообмен. Но тебе это еще только предстоит понять.

Мысли скачут.

Итак, о чем будет эта книга?

О возрасте. О психологии. О маркетинге. Об отношениях. Обо мне. О тебе. О нас. О возрасте.

Несмотря на весьма элегантный возраст, я пока еще в своем уме и не зря написала «о возрасте» два раза в одном абзаце. Это не опечатка. Возраст, так же как и многое другое, присутствует в нашей жизни, независимо от наших желаний.

Кстати, о желаниях…

О, наши тайные желания!

Знаете, некая амбициозность, несмотря на мою весьма скромную особу, во мне присутствует. Причем, с возрастом, это становится все заметнее. Может зря я уже написала, что мне уже…? Вернее, не написала, но очень хотела написать. Может, зря я очень хотела?

Вернемся к моим тайным желаниям.

Бывает так, что имя человека или название явления становится символом своего времени. Услышишь имя – и перед глазами встает целая эпоха со своими страстями, политикой, модой, экономикой, атмосферой и ароматами.

Пушкинские времена…

Эпоха Петра Первого…

Брежневские времена…

Эпоха Леонардо Да Винчи…

Эпоха до интернета…

Время, когда в нашей стране не было секса…

И, заметьте, всем сразу понятно, о чем идет речь.

Что станет символом нашего времени? Времени, когда брендов больше, чем просто продуктов или торговых марок? Такое может быть?

Времени, когда интернет-маркетинг загоняет литературу в количество знаков, восприятие – в количество лайков, мыслительный процесс – во время нахождения на сайте, то, что берет за душу – в цепляющий продающий заголовок, а автора истории – в робота, который в определенном количестве строчек должен употребить определенное количество ключевых слов?

Времени, когда любовь называется «отношениями», страсть – сексом, благополучие – это деньги, а откровенность – разменная монета, просто прием, который применяется для достижения определенной цели?

О, маркетинг…

Стоп, дорогая, ты, кажется, хотела рассказать о своих тайных желаниях?

Не нужно мне говорить «стоп», дорогой. Это плохо влияет на цвет лица. Особенно, когда ты уже не девочка.

Так вот: многие великие умы многих времен и народов уже не раз пытались классифицировать и мужчин, и женщин, приписывая определенному «классу» определенные черты. Параллельно с этим рождаются образы и персонажи. Реальные и вымышленные. Мы понимаем, о какой женщине идет речь, если слышим «она просто как Наташа Ростова» или «она повторяет судьбу Сони Мармеладовой», не говоря уже об уме Маты Хари и характере Маргарет Тэтчер.

Надеюсь, ты понял, о чем я хочу сказать. В этом есть что-то из теории бренда (тоже, потом объясню, что да как), щепотка соционики, много-много маркетинга и приличная капля психологии.

Типажи…

Мадам Бовари, Дездемона, иногда собирательно – тургеневские барышни, Жорж Санд…

– Может, ты, наконец, перейдешь к сути своих тайных желаний? – спрашиваешь ты с усмешкой.

Хорошо, любимый, пусть будет так, как ты хочешь.

Одним словом… Я втайне мечтаю о том, чтобы главная героиня этой книги стала нарицательным персонажем. В литературе маловато именно таких: не очень молоденьких, но еще ого-го каких женщин, которые думают о возрасте по-своему, «живут в нем», решают свои проблемы (соответственно, увы, опять же, возрасту) и флиртуют с ним и понимают насколько меняются времена.

Думаю, пришло время нарисовать именно такой портрет современницы.

Кто же сделает это, как не я? Правда, милый?

– Рисуй, любимая, – скажешь ты.

Естественно, сомнения закрадутся в мою душу, не отмахнулся ли ты от меня этой фразой. Но… На этот раз мне будет некогда разбираться в своих сомнениях. Слишком многое мне нужно сделать еще. Мои герои – ты и я – рвутся в бой.

И, как учат нас создатели хороших продающих текстов и посадочных страниц (лэндингов), в этом месте просто просится рубрика «для кого предназначена эта книга».

В самом деле, для кого? Может быть, ты думаешь, что эту книгу нужно читать дамам в определенном возрасте, озабоченных проблемами старения и увядания? И все?

О, как ты ошибаешься, милый!

Не только дамам…

Не только определенного возраста…

И не только озадаченных…

– Так для кого же эта книга? – спросишь ты нетерпеливо, и я тут же начну прислушиваться, нет ли в твоих словах доли раздражения.

И пойму, что – нет. Пора и в самом деле сказать, для кого.

Говорю:

Для всех, у кого есть возраст. И это – не шутка.

– Мы идем завтра к Игнатовым? – спрашиваешь ты.

– А ты хочешь? – задаю я вопрос в свою очередь.

– Не-а, – отвечаешь ты.

– Я – тоже «не-а», – завершаю я.

По поводу гостей и компаний, любимый, прочитай следующую главу с моим рассказом. Тоже милая была компания…

И… Несколько лайфхаков сегодняшнего дня.

Выводы гейши-призрака:

– Наступает возраст, когда с акцентами на оргазм нужно «завязывать». В мире есть вещи поинтереснее. Особенно, если речь идет об авторах книг.

– Возраст у всех проявляется по-разному. Ситуацию «так сложилась жизнь» тоже нужно учитывать..

– Демонстративный нейтралитет окружающих может взбесить больше, чем беспардонное вмешательство.

– Парадокс времени: сегодня НЕ НАПИСАТЬ КНИГУ более оригинально, чем ее написать.

– Прежде чем практически применять в жизни готовые выводы из какой-то области, нужно хоть немного ее (область) изучить.

– У покупателя, читателя, пользователя, потребителя, клиента и партнера всегда есть возраст. И его нужно, так или иначе, учитывать. Он влияет на принятие решения.

– Нужно писать короче… Многие друзья в соц. сети, как я понимаю, не дочитывают текст до конца… А там столько интересного в серединке! Пиши короче. Пиши короче. Пиши короче. Даже если мысль бежит впереди тебя.

– То, что меня не узнают в комментариях, – это хороший признак. Значит я могу писать в разных стилях от имени персонажей разных возрастов. Это радует… Особенно, если писать от имени бота или без имени.

– Заработать первый миллион гораздо сложнее, чем НАУЧИТЬ заработать первый миллион. Поэтому все учат. И кто их осудит?

– Сколько практических кейсов ни давай дилетанту – он профессионалом не станет. Значит, не с практики нужно начинать. А с некоторыми – вообще глухой номер: убьешься, изобретая умности, весомости и… доступности… И ничего —все как в кастрюлю.

– Писать с ошибками, оказывается, труднее, чем писать грамотно.

– Писать рассказы о жизни – так же интересно, как и статьи о маркетинге. Но менее выгодно. Но мы ж художники! Ха-ха. Мы пишем для души. О возрасте души, в том числе.

Глава 4

Которая представляет собой просто рассказ. Автор и главная героиня вместе решили вынести его в отдельную главу. Дело в том, что в этом рассказе много имен и персонажей, а также – чувств, переживаний и взаимных упреков, так что его просто необходимо было отделить от всей книги, чтобы читатель смог разобраться во всей этой мешанине. Или миксе, как говорят в наше время…

Лика и Алексей

За окном машины шел снег.

– Тебе не надоело быть белоснежной вороной?

– Что ты имеешь в виду?

– Я имею в виду то, что, когда всем весело, нужно веселиться. Иначе, зачем встречаться с друзьями? Продемонстрировать им свою оригинальность? Тебе еще не надоело изображать вселенскую скорбь?

– Мне действительно надоело глупое хихиканье сорокалетних «девочек» и их мужей. И я бы с удовольствием на все это не смотрела.

– Зачем тогда ходить в гости?

– А ты чувствовал себя комфортно? Тебе было хорошо?

– Да, представь себе, мне было нормально. Мы ведь собрались не копаться друг в друге и не выводить друг друга на чистую воду. Мы собрались выпить пива, понимаешь? Выпить пива! А если у тебя было плохое настроение, нужно было оставаться дома.

– И ты бы поехал один?

– Неужели ты не понимаешь, что в подвыпившей компании неуместно говорить о высоких материях?

– Не слишком ли много замечаний, дорогой?

– Тебя же не слышат, понимаешь? Не слышат! Зачем ты приплела этого художника, как его? Хотела блеснуть эрудицией? Похвастаться тем, что знаешь больше других? Так вот: это именно так и выглядело. Зачем ты ставишь окружающих в неловкое положение? Может, у кого-то другие проблемы? И забот побольше, чем у тебя…

– А причем тут художник?

– Ты думаешь, у других не нашлось бы тем для разговора, которые ты не могла бы поддержать?

– Я так не думаю.

– Ты нагоняешь тоску.

– Спасибо.

– А если тебе так жалко было Федю, нужно было и поддерживать разговор именно с ним, а не вовлекать его в общий треп. Ты думаешь, ему становилось лучше от твоих дурацких вопросов: «Федор, а что вы думаете? Федор, а вам нравится?» Не говоря уже о том, что все к нему обращаются на «ты»…

– Он на 15 лет старше всех нас. Как минимум. И если он не хочет изображать «юношу» я могу его понять.

– Ты всех можешь понять! Только от этого никому лучше не становится.

– А ты не мог бы немного сбавить тон? Я, кажется, не твоя студентка.

– К счастью, нет.

– Я тоже думаю, что это – к счастью.

– Ну пойми же, глупенькая…. Я вижу и понимаю, что ты – на голову выше любого из них. Но это – наша с тобой компания. Другой у нас нет. Если мы не будем проводить время с ними, мы просто будем сидеть дома. Тем более, это – твои коллеги. Не мои. Но мне они нравятся. Мне с ними легко. Они – очень неплохие люди. Нельзя требовать от людей слишком многого. Они собрались просто отдохнуть. Интеллектуальные темы обсуждаются в других местах.

– Неужели ты не понял?

– Я понял все, что должен был понять. Все собираются ехать в Карпаты в январе. Федя опять не едет. Рената – великая лыжница – едет одна. Стас не хочет брать Веру. После того, что было, Вера не отпускает его. Костиковым все равно. Максимовы еще не решили. Мы с тобой поедем, если ты перестанешь умничать. Ты довольна?

– Я не умничаю. А тебе не кажется, что Федору и Вере кто-то должен открыть глаза?

– Мне, дорогая моя, ничего не кажется. Тем более, мне не кажется, что я должен что-то кому-то открывать… А если человек сознательно закрывает глаза, то было бы странно и глупо ему насильно их открывать.

– Я чувствовала себя очень неловко.

– По-моему, это все заметили. Я имею в виду твою неловкость. Лучше бы ты пила пиво вместе со всеми и не трогала этого несчастного Федю.

– Глупо делать вид, что ничего не происходит.

– Это единственный выход, если не можешь изменить происходящее. Лучше бы ты просто пила пиво.

– А кто бы тогда вез тебя домой?

– Ради такого случая мы могли бы взять такси. Прошу тебя, будь умничкой, не нужно притягивать к себе чужие заботы. У нас своих хватает.

– И ты хочешь ехать с ними в Карпаты после того, что было сегодня?

– Я хочу ехать в Карпаты. С ними или без них – это другой вопрос. Я хочу отдохнуть и покататься на лыжах. И поскольку есть компания, можно поехать с ними. Вот и все. Если ситуация устраивает всех, кто мы такие, чтобы что-то менять? Нас это не касается.

– А тебе не кажется, что мы се просто создаем фон? И на этом фоне Рената и Стас закручивают свой роман.

– Для того, чтобы закрутить роман, как ты выражаешься, фон из друзей и знакомых не нужен. И… Я повторяю, солнышко: меня это не касается. Если бы все собрались ехать не кататься на лыжах, а, например, играть в хоккей, я бы не поехал. Я не умею играть в хоккей. Но зато я люблю и умею кататься на лыжах. И мы поедем. Если только ты перестанешь шарахаться от обычных житейских ситуаций. Перестанешь быть блаженной. Перестанешь что-то менять вокруг. Перестанешь звать всех любоваться первым снегом, в то время как для тех, кто за рулем, это приносит только сплошные неудобства. Ну вот мы и подъехали. Осторожно заезжай. Теперь назад немного… И вперед потихонечку…

«Я скучаю по тебе. Ты уже дома?»

«Дома. Я тоже скучаю. Это было в последний раз. Я больше так не могу»

«Не расстраивайся. Все перемелется. В первый раз что ли?»

«Мне очень стыдно за нее. Мне больно, что это видели все. Ложись спать, любимая. Спокойной ночи. Я целую тебя.»

«Я не засну. Буду думать о тебе.»

Лена и Сергей

– Слушай, ты поняла хоть что-нибудь? У Веры что, мозги заклинило? Чего она на него так набросилась?

– Неужели непонятно? Сколько же она может молча смотреть на то, как Стас и Рената строят глазки друг другу? Они же ничего не видят вокруг. Особенно, Рената. А Вера… Ей пить совершенно нельзя. Не выдержала.

– Я понимаю, что не выдержала. Можно просто встать и уйти. Можно увести своего мужа. Можно не ходить с ним в гости. Но раздавать пощечины? Тем более, при людях…

– Ну… Она вообще любит выпить. Но сейчас причина, действительно, есть…

– А я сначала ничего не понял. Думал просто дурачатся… Потом подумал, просто шутки такие…. Глупые. Но когда она руки начала распускать…

– Ой, все они друг друга стоят. Больше всех жалко Федю. Он же тоже не дурачок. Представь: Жена приглашает домой гостей. Среди гостей – ее любовник со своей женой. Жена любовника устраивает пьяный скандал… Рената на Федю никакого внимания весь вечер не обращала, а когда Вера начала разбираться со Стасом, Рената ей чуть в волосы не вцепилась.

– Что-то мне так не показалось. Она ведь очень мудрая, эта ваша Рената.

– Да, мудрая. Всегда и во всем. Если это не касается Стаса. А тут она, как будто, свихнулась. Все-таки не 16 лет. Можно было бы быть и похитрее…

– Ой-ой, какая же ты у меня хитрая.

– Зайчик мой, я смотрю на все это и понимаю, насколько у нас с тобой все хорошо.

– Смотри не сглазь.

– Как хорошо, что мы не поехали на своей машине. Снег все сильнее и сильнее. Все-таки великое дело – такси…

– Да и выпить можно было вдвоем.

– Представляешь, что сейчас переживают Стас и Вера? А впрочем, они, кажется, привыкли…

– Они уехали вместе?

– Да, Стас повез ее домой. Она же совсем «не в себе». И это продолжается уже больше года.

– По-моему, проще было бы развестись.

– Вера не даст ему развод. Она его любит. Или зависит от него. А, может, и то, и другое… Как она все это терпит?

– Что «все это»?

– Стас ее в упор не видит. Рената затмила все.

– Но в гости они приехали вместе!

– Это еще один парадокс этой истории. Вере и с ним плохо, и без него.

– Здесь остановите, пожалуйста. Зайчик, плати. Застегнись хорошо. Кажется, еще больше похолодало.

«Она уже спит? А ты что делаешь?»

«Ее бесит, что я тебе пишу»

«Она знает, что ты пишешь мне?»

«Нет, конечно, не знает. Догадывается. Я больше никогда не возьму ее с собой к тебе. Прости меня.»

«Скажи, что все будет хорошо.»

«Все будет хорошо, моя любимая. Спокойной ночи»

Ольга и Никита

– Интересно, что сейчас делает Рената.

– Посуду моет. Что она еще может делать после такого нашествия?

– Очень холодно ждать. Пошли пешком? Лика же предлагала нас подвезти – нужно было соглашаться.

– Если бы я еще минут двадцать побыл в обществе ее мужа, я, наверное, сошел бы с ума. Человек все знает. И совершенно не допускает мысли, что другие тоже могут что-то знать. Это его стремление быть «своим в доску парнем» в сочетании с этим постоянным «яканьем» может вывести из себя кого хочешь.

– Странная пара. Он все время делает Лике замечания. Не то сказала. Не так повернулась. Ну заговорила она про этого художника. Да, возможно, это было некстати. Но это же понятно – она, как могла, хотела загладить неловкость. Муж тут же вылез со своими насмешками. Кажется, он стремится первым закрыть ей рот, пока это не сделал кто-то другой. И даже не учитывает, что никто этого делать не собирается. Неприятный тип. Считает себя центром земли.

– Зато богатый.

– Да, богатый. И они уже, наверное, дома. Им не нужно идти пешком. Или ждать трамвая.

– Ну чего ты начинаешь?

– Да не начинаю я. Просто мне надоело радоваться за других. Я тоже хочу, чтобы у нас была машина, и мы могли бы вот так просто решить и поехать куда-то отдохнуть. И я хочу такое платье, как было на Вере сегодня.

– Нашла кому завидовать.

– Я не завидую. А тебе не кажется, что мы перестаем вписываться в эту компанию? У нас другие доходы и другие проблемы.

– Я пока этого не заметил.

– Ключевое слово – «пока»… А ведь ты вообще стараешься не замечать того, что тебе не выгодно. Ты не заметил, что, когда Лика рассказывала про Египет, Рената рассказывала про Италию, Лена с Сергеем – про Испанию,.. мы с тобой молчали. Что мы могли рассказать? Про чудесный домик в деревне?

– У нас действительно чудесный домик в деревне.

– У нас?

– Ну не у нас. У твоих родителей.

– Вот именно. А ты не заметил, что я одета хуже всех?

– Рената была вообще в домашних джинсах.

– А у нее такой стиль. Это не потому, что ей нечего надеть.

– Ну сделай вид, что у тебя тоже такой стиль.

– Даже так? Прекрасно! А если я не хочу делать вид?

– Тебе нечего надеть? Я разве ограничиваю тебя в покупках?

– Меня не нужно ограничивать. Я сама себя ограничу! Ты можешь хоть каждый день говорить «Покупай что хочешь, трать на себя все» Ты прекрасно знаешь, что я все равно буду экономить. Ты прекрасно знаешь…

– Ты думаешь Вера и Стас счастливее нас?

– В том, что касается денег, – конечно.

– Я не хотел бы иметь много денег и получать пощечины от пьяной жены. Ты, наверное, тоже не хотела бы, чтобы твой муж на твоих глазах крутил роман со своей коллегой.

– А почему мы говорим о Вере со Стасом? Лена и Сергей имеют достаточно денег и живут дружно.

– Лена и Сергей – исключение. Хотя, глядя на них, я начинаю зевать. Становится очень тоскливо. Они оба готовы умереть за то, чтобы не потерять того, что они имеют. И я – не об отношениях. Когда Сергей начал рассказывать про третью машину…

– Конечно, тебе это неприятно. У тебя не было ни одной. Никогда. И вряд ли будет в ближайшем будущем.

– Скорее бы мы уже пришли. Тебя понесло. Терпела, бедняжка, весь вечер…

– Да у тебя даже прав водительских нет. Мужчина без прав! Где такое видано?

– Я тоже могу сказать тебе, что и Лена, и Рената, работают не в школе учительницей, как ты, а зарабатывают столько же, сколько и их мужья. Рената, наверное, даже больше.

– Прекрасно! Может ты вообще будешь сидеть дома, а я устроюсь на три работы?

– Дома я сидеть не буду. И ты это знаешь. Но и умирать, заколачивая деньги, я тоже не намерен.

– Потому что ты не способен на это. Ты не способен обеспечить семью. Ты не способен обеспечить нам нормальную жизнь. Ты всю жизнь будешь отдыхать на даче у моих – заметь, моих – родителей. Ты всю жизнь будешь ездить на трамвае! Ты всю жизнь будешь говорить, что тебе всего хватает! А ребенку твоему – не хватает! А когда не будет хватать вообще на самое необходимое, опять же, не ты, а я поду и буду стараться достать деньги. А ты – в белых перчатках – будешь в сторонке…

– Наконец-то тебя прорвало. А то я все думал, неужели ты в самом деле такой деликатный человек, как хочешь казаться. Что ты не будешь меня упрекать. Наконец-то ты сказала, что думаешь.

– Да, я долго молчала. Утешала себя тем, что многие так живут. Но когда я смотрю на наших знакомых, я вижу, что можно жить по-другому… Заметь, я смотрю не телевизор, не кино, а – просто смотрю вокруг. И для этого не обязательно получать наследство. Нужно просто подсуетиться. А ты этого делать не любишь. Тебе нужно, чтобы было спокойно, и чтобы тебя не трогали. А то, что я прикидываю, на сколько времени мне хватит стирального порошка, так тебя это не волнует. Этого ты не видишь.

– Так бросай свою любимую школу и иди зарабатывать себе на стиральный порошок.

– Зачем тогда быть замужем?

– Ну вот и договорились. Молодец. Выводы сделала правильные. Если ты думаешь, что от таких разговоров у меня прибавляется сил и упорства, ты ошибаешься. После таких слов хочется только напиться и плюнуть на все.

– А тебе даже напиться не на что!

– А мне и не нужно.

– А даже если бы и было нужно…

– Все, остановись, мы пришли.

– Я вижу.

– Значит замолкай. Сейчас разбудишь родителей и ребенка.

– Я не разбужу. А ты если бы заботился о моих родителях, да и о ребенке тоже, подумал бы лучше про квартиру.

– Я думаю. Думаю. Думаю! О, Господи, когда же это кончится…

«Мне очень плохо без тебя. Я хочу к тебе. Я не могу жить без тебя.»

«Возьми себя в руки. Завтра увидимся. Почему ты не спишь?»

«Я не могу спать здесь. Я хочу быть с тобой»

«Я тоже. Зайди в большую комнату»

«Зачем?»

«Зайди и подойди к окну»

«Зачем?»

«Я хочу еще раз тебя увидеть»

«Это ты там под фонарем?»

«Это я»

«Зачем ты пришел опять?»

«Хочу посмотреть на тебя. Подойди поближе к окну и включи свет»

«Я тебя люблю»

«Ложись спать. Ты уснешь, и я уйду»

Рената и Федор

– Тебе мало всего, что произошло? Ты продолжаешь писать эти идиотские смски!

– Может быть ты не будешь указывать что мне делать?

– Я буду тебе указывать. И в моем доме больше не будет ни этого мерзавца, который на десять лет младше тебя, ни его жены. В моем доме их больше не будет.

– О, как ты заговорил. Такого я еще не слышала.

– Тебе нравятся эти спектакли? Ты устраиваешь шоу для всех? А я не хочу быть его участником. Ты сошла с ума. Что ты творишь?

– Федя, давай поживем отдельно хоть какое-то время? Нам нужно подумать. Нам нужно собраться с мыслями. Мы устали друг от друга. Давай дадим себе время, чтобы подумать обо всем?

– Я достаточно думаю обо всем. Мне 56 лет, но я еще не выжил из ума, чтобы своими руками отпускать тебя к тридцатилетнему мальчишке. Тебе сорок лет!

– Я помню. Спасибо.

– Ты помнишь? Ты ничего не помнишь и не видишь вокруг. Ты потеряла всякий стыд. Ты потеряла совесть. Я закрывал глаза. Я не хотел ничего видеть и слышать. Пока ты не стала приглашать его домой.

– Ты глупости говоришь. Мы работаем вместе. И Стас, и Вера – мои друзья. Но не более того.

– На тебя жалко смотреть. Посмотри на него и на себя! Вы – люди из разных поколений. Посмотри, как у тебя горят глаза, когда он рядом. Я понимаю, почему Вера пьет.

– Ты говоришь глупости. Ты заблуждаешься. Но я не хочу тебя ни в чем переубеждать. Я только хочу, чтобы мы пожили отдельно какое-то время. Я у тебя ничего не прошу. Мне от тебя ничего не нужно.

– Конечно, теперь тебе уже ничего от меня не нужно…

«Почему у тебя горит свет? Почему ты не спишь?»

– Ну давай, почитай, что еще он написал тебе.

– Оставь меня в покое.

«Иди домой. Завтра все расскажу».

– Вот-вот… Ответь ему. Ты же ничего не слышишь и не видишь. Может, скажешь, что это не он?

– Конечно, не он. Стас, наверное, занимается женой. Ты же видел, в каком виде она уходила…

– Да, я видел. И этот спектакль тоже утроила ты! Пусть, мол, он увидит, какая она…

«А Федор спит? Если да, выйди на минутку»

– Что опять? Он никак не угомонится?

– Это не он. Причем тут он?

– Почему ты сразу стираешь все эти сообщения?

– А зачем их накапливать? Это по работе. Ложись спать.

– Не считай меня полным идиотом.

«Он рядом с тобой?»

«Да»

«Хочешь, я приду и заберу тебя? Поговорю с ним и уведу тебя навсегда?»

«Хочу, но не приходи»

«Я хочу забрать тебя к себе»

«Куда?»

– Я сейчас выброшу к чертовой матери этот телефон. Убери его.

– Федя, ложись спать. Ты придумал сам не знаешь что… Ложись. После того, что устроила Вера, сейчас – что бы ты ни сказал и ни сделал – много не будет…

«Я что-нибудь придумаю, моя любимая»

«Езжай домой и думай. Не стой под окном. Я люблю тебя»

«Ты на меня сердишься?»

«Федор рядом. Выясняем отношения. Лучше уходи»

«Я хочу с ним поговорить»

«Он хлопнул дверью и вышел в другую комнату. Я одна. Я устала. Мне плохо.»

«Я с тобой, любимая. Если бы ты знала, как я не хочу ехать домой»

«Пока что мы ничего не можем сделать. Нужно терпеть и ждать. Думай обо мне. Я хочу тебя».

Наташа и Костик

– Ой, наконец-то мы дома. Слушай, такого я еще не видела. Не понимаю, зачем это нужно Ренате. Зачем она приглашает их вместе к себе домой?

– Как она может смотреть Федору в глаза? Как он все это терпит?

– Ну он тоже хорош. Он на 15 лет старше.

– Рената знала, на что шла.

– Кто мог знать? Я помню, она говорила «Да, он старше. Я буду для него, как игрушка». Хороша игрушка. Работает за троих, кормит всех. Он ей в жизни ничем не помог. При таком муже и троих любовников иметь не грех.

– Но нельзя же так с человеком обращаться!

– А с Верой можно? Она же как побитая собачонка возле Стаса крутится весь вечер! А он любуется собой и Ренатой. Неудивительно, что она перебрала к концу вечера.

– Хорошо отдохнули. Слушай, я уже не хочу ехать ни в какие Карпаты с этой компанией.

– Не хочешь? Почему? Для тебя же это бесплатное шоу! Ты же всегда любила такие заварушки!

– Я любила? Я никого из них уже видеть не могу! Я даже не говорю про Стаса с Верой. Это просто кошка с собакой. Я не говорю про Ренату и Федора. С ними все ясно. Рената влюбилась и правильно считает, что имеет право. А Федор? Кому он нужен сейчас уже? Радовался бы, что она с ним еще живет. Но эти три парочки… Учительница Оля и ее инженер Никита… Можно с ума сойти. Такие бедные, такие благородные! Такие презирающие общее благополучие… Такие бессребреники… Просто несут в народ «разумное, доброе и вечное».

– Что они тебе сделали?

– Лично мне – ничего. Они меня считают торговкой. Да, я – человек бизнеса. Я куплю все, что мне нужно. А если им это не нравится, пусть проводят время в своих учительских компаниях! А Лена с Сергеем? Можно на это смотреть спокойно? Вера со Стасом дерутся, а они – сю-сю-сю… Это нормально? Голубки…

– Ты считаешь им нужно было тоже начать потасовку?

– Нет. Просто не нужно демонстрировать свои прекрасные отношения, когда рядом кто-то бьет друг другу морды.

– Нормальные ребята, я бы сказал.

– Ты бы сказал, конечно. Тебе-то вообще на все наплевать. А Лика? Человек с другой планеты! А Леша? Мне хотелось вцепиться ему в волосы, когда он в очередной раз сказал «Дорогая, ты преувеличиваешь». Я их всех видеть не могу.

– Зачем же ты тогда общаешься с ними?

– Я Работаю на Ренату. Ты же знаешь, что она – один из моих главных клиентов. Я не могу себе позволить ее потерять. Рекламных агентств много, а таких заказчиков, как Рената, – гораздо меньше. Она мне симпатична. Она мне нужна. А это – ее компания. Я должна быть там, где они.

– Ну, не знаю… Если ты их всех так ненавидишь…

– Я не могу себе позволить кого-то ненавидеть. У меня свой бизнес. И он кормит и меня, и тебя. Так что мне свои эмоции приходится засовывать подальше. Понял?

– Если это для тебя такое мучение…

– Мучение для меня – это когда нет заказов. Рената – источник этих заказов. И даже если она созовет всех своих любовников, я буду на ее стороне. И буду ее прикрывать. Хорошо тебе говорить! Не нравится что-то – ты не делаешь! Хочешь огрызнуться – огрызаешься. Хочешь поспать – спишь до обеда. И только когда жрать тебе захочется, ты идешь на кухню и говоришь мне:» Наташенька, что у нас сегодня на ужин?» И тебе не важно, сколько мне пришлось поунижаться, чтобы у тебя был ужин.

– Ну чего ты? Вера в драку полезла, ты тоже?

– Я – не тоже. Просто я смотрю на Ренату и думаю. Умная баба! А находится в тупике. И от Стаса отлипнуть не может. И вырвать его из Вериных рук не может. Полный тупик. И если он со Стасом что-нибудь предпримут, а Вера с собой что-то сделает, это будет их вина.

– Лика сегодня правильно сказала: «Как ни изворачивайся, ты не можешь вырваться из окружающей среды. И даже самый независимый человек все равно зависим.»

– Да уж… Сказать она умеет. Ты знаешь, что она у своего Леши – третья жена?

– Когда же он успел?

– Да это недолго… Женился – развелся. Потом еще раз: женился – развелся. Теперь вот на Лике женился. Воспитывает ее под себя. Только пока безуспешно. Если бы меня мужик хоть один раз так одернул, я бы просто повернулась и ушла. А она улыбается. Помолчит, придумает, что еще такое умненькое сказать – и вот вам, компания, следующая цитата из классиков…

– А по-моему они все нормальные ребята. У всех есть свои недостатки. У тебя их что ли нет?

– У меня тоже есть. Только я ничего из себя не строю. Мне деньги нужны, и я их зарабатываю. И пока вы все институты на стационарах заканчивали, в библиотеках сидели, по дискотекам бегали – я бизнес свой строила. А теперь ты живешь за мой счет и спрашиваешь меня – чего я всех так ненавижу. А я ненавижу притворство. Я сама могу быть артисткой. Только когда мне это для дела нужно. А с друзьями – если это, конечно, друзья – я не хочу притворяться. И не хочу, чтобы они притворялись. Или пусть не называют себя друзьями. Вот увидишь, Вера завтра придет к Ренате, как подружка. И Рената кофейку с ним выпьет. Поговорят по душам. И все опять будет хорошо. И Стас с поцарапанной мордой придет – ну что там? – жена разнервничалась. И все будет прекрасно. Они – интеллигенция. И Оля с Никитой в рваных башмаках – тоже интеллигенция. Леночка с Сережей… Телевизор купили, холодильник купили, стиральную машину купили, на квартиру копят. Двухкомнатную. И пусть вокруг все горит синим пламенем. У них все хорошо. Интеллигенция. Лика привыкла. Пресмыкается. Леша с наглой улыбкой давит на нее и давит. Но до драки не дойдет Интеллигентные люди. А я – торговка.

– Чего ты завелась? Может спать пойдем?

– Только когда им что-нибудь нужно, они почему —то не друг к другу бегут, а ко мне. У меня деньги занимают. Совета спрашивают.

– Это разве плохо?

– Это прекрасно. Только когда мне что-то нужно, то никого рядом нет. Лика без Леши ничего не решает. У Оли с Никитой ничего нет – ни денег, ни связей. Лена с Сережей сто раз прикинут, прежде чем поделятся чет-то. Даже советом. Надоест просить. У Стаса жена истеричка – что с них взять? На Ренату и без моих проблем много навалено. Не к кому идти.

– Ну а кто тебе нужен?

– А никто не нужен. Просто надоело биться одной.

– А я?

– А от тебя какая польза? Машину починить? Так мне ее в автосервисе лучше починят! Просто так тащу тебя на себе. Сама не знаю, зачем…

«Уже три часа ночи, а я не сплю и думаю о тебе. Если ты спишь, ты прочитаешь это сообщение утром. Утром все будет в снегу. Красиво и радостно. Я тебя целую. Твоя Рената»

На улице шел первый снег, а в комнате было совсем темно…

О, сколько умных бохо-выводов можно сделать после чтения этой истории!

– Любовь не спрашивает, сколько тебе лет. Она является без приглашения. Иногда ты ей говоришь – с какой, мол, стати… А она… Просто приходит.

– После посиделок веселых компаний, часто интересно послушать разговоры парочек, которые разъезжаются по домам. Выясняется, что не всем было так уж весело…

– Стиль бохо – это торговцы и поэты в одной куче. Возраст бохо – это возраст поэзии и коммерции одновременно в самом широком смысле.

– Изнанка – это всегда интересно и необычно. Гораздо интереснее, чем лицевая сторона, которую все стараются приукрасить. Подумаю над книгой «Маркетинг наизнанку». Книги «Маркетинг в раскорячку» и «Маркетинг исподтишка» я уже не написала.

– В жизни бывает всякое. И не все зависит от нас. Вот хоть убейся…

Глава 5

В которой главная героиня тщательно принарядилась к приходу своего любимого, а также о том, как правила приличия и бушующие страсти уживались под одной крышей, в каких случаях деликатность играет отрицательную роль, чем личная жизнь отличается от семейной жизни, почему вопросы себе нужно задавать с осторожностью, как общаться с родителями, когда ты и сам уже давно родитель и о чем думают обеспеченные христианки…

Я наряжаюсь к твоему приходу.

Или как лучше сказать?

Принаряжаюсь?

Принаряживаюсь?

Сейчас это не важно.

Безусловно, я не надеваю серьги до плеч и вечернее платье. Это было бы смешно и нелепо. Я просто наношу легкий макияж и надеваю открытую майку. Такую, знаешь ли, где видна ложбинка. Ну ты понимаешь…

К сожалению, ты не понимаешь. Ты не придаешь этому значения. Я давно это вижу. Я хочу, чтобы ты, придя домой, удивлялся каждый раз, какое очаровательное чудо обитает здесь рядом с тобой. Увы… Ты любишь меня, но тебе безразлично, что на мне надето. Увы.

Любишь?

Надуюсь, что да.

О, какая глубокая опечатка. Ты понимаешь, что я хотела написать «надеюсь»? «Надуюсь» тоже передает некоторые оттенки.

Я делаю над собой усилие, чтобы не заметить тот факт, что тебе все равно.

Ты делаешь над собой усилие, чтобы понять, чего я хочу. Ты понимаешь: я жду, что ты заметишь. Я понимаю: ты делаешь над собой усилие. Ты видишь, что я понимаю.

О, как все сложно.

Может, это и есть любовь – сделать шаг навстречу и оправдать ожидания в мелочах? Заметить то, что тебе безразлично?

Сколько бы (мы или нам) ни говорили о том, что «хорошо помыть полы – это тоже искусство», ммм… разница все-таки есть.

Я не горжусь тем, что умею варить борщ.

А для тебя это важно.

О-о-о, как все сложно.

Да, сложно строить семью, когда нам с тобой слегка за сорок и, как я уже говорила, слово «слегка» можно смело опустить.

Куда опустить? – любишь спрашивать ты. Я не всегда люблю твои шутки, но оставляю за тобой право шутить так, как тебе удобно. Как тебе кажется смешным. Ты же делаешь это для меня? Хочешь меня повеселить? Ты не виноват в том, что не все твои шутки кажутся мне смешными. Но я – достаточно вежливый человек. Мне не трудно улыбнуться.

А может это неправильно? Может, нужно прямо говорить – НЕ СМЕШНО!

Но тебе это будет обидно.

Ты так старательно пытаешься заметить, что я готовилась к твоему приходу.

Однако, я вынуждена признать: испытательный срок закончился. Увы.

Увы? Или Наконец-то?

Я пока не знаю.

У нас с тобой взрослые дети, соответственно вопрос продолжения рода в нашем случае уже закрыт. Что же нам остается? Быт?

Вот я и хочу украсить этот быт. Собой.

Одна из моих подруг, которая видела тебя в начале наших отношений и потом, в развитии, пошутила насчет испытательного срока. Могу признать, что ты его прошел успешно. Сейчас ты уже, к сожалению, не думаешь над каждым словом и действием, для того, чтобы мне понравится. Раньше мне стоило движением брови дать тебе понять, что «так правильно» или «так меня устраивает», и ты мотал на ус.

О, не могу спокойно говорить о твоих усах… Но… Это другая тема.

Мысли продолжают скакать. Нужно вернуться к испытательному сроку. Мне стоило одобрительно улыбнуться тебе после того, как ты поцеловал мое голое плечо, и все – я была обеспечена поцелуями на долгое время. Только успевай оголять плечи.

А сейчас?

А сейчас… Сидишь себе такая, с голыми плечами…

Ты тоже целуешь меня, но, скажем так, в рабочем порядке.

Я понимаю. Страсти не могут бушевать все время. Тем более, когда нам с тобой слегка за сорок.

И, тем-не-менее…

Я наряжаюсь к твоему приходу. Ты делаешь вид, что тебе это приятно, хотя для тебя это не имеет никакого значения. Я делаю вид, что оценила то, что ты сделал вид.

Ты смотришь на меня понимающими глазами, будучи благодарным мне за то, что я оценила.

Замкнутый круг соблюдения приличий в семье, черт возьми.

А, может быть, это и есть счастливая семейная жизнь?

За ужином ты продолжаешь шутить.

Я невольно вспоминаю Леонида Марковича.

Леонид Маркович – это мой коллега. Знаешь, такой себе шестидесятилетний остряк, который живет в полной уверенности в том, что он, в свои шестьдесят плюс, даст фору молодым. Молодые коллеги так не считают, но лично его это не волнует. Он продолжает шутить.

Он тоже продолжает шутить…

Я деликатно слушаю всех. И, чего грешить, жду благодарности за то, что проявляю деликатность. Ну, ммм, не совсем благодарности, но понимания. Если уж я деликатничаю, то будьте добры увидьте мою деликатность.

Но, увы…

«Увы» случается не только с шутками.

Нельзя ждать благодарности от человека за то хорошее, что ты сделал ему по своему собственному желанию. Просто потому, что считал: ЕМУ так будет лучше. Иногда не мешает спросить…

Я этим грешу…

Ты – тоже…

Это объединяет. И помогает лучше понять друг друга. Еще бы научиться вовремя отделять одно от другого. А именно: понять, когда мы ждем благодарности за то, о чем нас никто не просил.

О, как все сложно…

Личная жизнь…

Семейная жизнь…

Женская жизнь…

Разные вещи.

Что он дает мне? Что я даю ему? Чем вы можете быть полезны друг другу? Чем вы можете быть приятны? Как это все совместить?

У разных возрастов разные правила.

Как только ты заканчиваешь взрослеть, ты начинаешь стареть.

Увы.

Однако, это печальное утверждение сразу же рождает рецепт. Не хочешь стареть – не кончай взрослеть.

Вот и все.

В душе. В уме. В организме.

Что-то тебе подвластно. Что-то – нет.

Но взрослеть не кончай…

С возрастом многое понимаешь.

Даже когда тебя обманывают, виноват ты. Виноват в том, что поверил. В этом смысле действительно все зависит от тебя, и ты отвечаешь за все.

Молоденькие девочки еще могут петь что-нибудь насчет «ах, он мне обещал, а я верила». Если вы – не молоденька девочка (на самом деле, а не в душе, как вы считаете), то будьте любезны понять: вы сами виноваты в том, что поверили ему.

Заметьте, я с вами на «вы».

Любимый, ты заметил, что с некоторыми собеседниками я – на «вы», не зависимо от того, сколько им лет. Всегда считалось, что это – признак уважения. А сейчас? А сейчас – это признак того, что ты просто не всегда знаешь, кто именно находится перед тобой.

Сложно ответить на вопрос о том, что такое любовь. Отвечаем на него, отвечаем, а ответа так и нет. Задаем себе дополнительные вопросы. Почему любит? Почему не любит? Почему?

Почему – хороший вопрос. Ответ на него многое объясняет. Объясняет причины.

Могут ли быть причины любви?

Одна успешная женщина жила себе и жила с мужем. И все у них было хорошо. Растили детей, отдыхали в хороших местах, покупали новую машину, занимались любовью с удовольствием… А потом ей в голову пришел вопрос «почему». И она стала придумывать ответы… А может ему со мной просто удобно? А может он живет здесь только потому, что ему некуда больше идти? А может он просто боится, что потеряет все, что он имеет со мной? И поэтому живет здесь? Терпит?

И завела она себя этими вопросами так далеко, что начала устраивать эксперименты и провокации. Присматриваться к нему именно с этой стороны. Муж, что называется, «ни сном, ни духом» (у них – мужей – вообще с такими копаниями в себе довольно туго дело обстоит), ничего не понимает, а «бедная» жена уже убедила себя, что он живет с ней только потому, что на нечто лучшее у него способностей не хватает. Нужен ли нам мужчина, у которого не хватает способностей на то, чего мы от него ждем?

Вот и все…

Пара распалась. А так бы жили себе и жили. Отдыхали в хороших местах…

Пока она не начала задавать себе дополнительные вопросы.

А может, это он ДОПУСТИЛ, что она начала их задавать?

Итак, я готовлюсь к твоему приходу. Мой задача (о, как скучно звучит) – это показать тебе, что у тебя есть свое личное пространство, и я – в нем присутствую. В твоем личном пространстве. Ну не хитрющая ли я женщина?

Звезды прилагают множество усилий для того, чтобы стать звездами. А потом говорят: «Ах, эти папарацци… Не дают жить. Я имею право на личное пространство!» Ты именно для этого пиарился во всех желтых газетах? Для того, чтобы потом на тебя никто не обращал внимание? Ну-ну…

Рассказал-показал что-то публично? Тебе было выгодно именно так? Ну что ж, будь готов к тому, что кто-то этим воспользуется. Ты сделал так, как тебе выгодно. Почему ты не оставляешь для других права получить свою выгоду?

Человек всю жизнь играет сам с собой в игру. Создает, меняет и соблюдает или не соблюдает правила. Побеждает и проигрывает. Начинает и завершает. Пытается договориться. Верит, что противоположная сторона тоже будет играть по правилам.

Противоположная сторона?

Почему противоположная?

Такой оборот? Или на самом деле любая сторона – противоположная?

Положили напротив?

Я жду, когда ты придешь с работы и представляю нашу встречу. Что-то мне сегодня не пишется. Ни на одну тему. Может, тем много? Или наоборот – мало мыслей?

Подружка Арина мечется между двух огней. Один огонь – муж. Другой огонь – мама. Кто кого сожжет, называется.

– Представляешь, – говорит мне Арина, – Павлик работает возле Ашана, и поэтому, когда мне нужно в этот магазин, я завожу его на работу, потом в Ашан, потом – к маме. И каждый раз приходится оправдываться…

– В чем?

– Мама считает, что я заезжаю к ней только потому, что везу на работу Павлика. То есть делаю это не ради нее, а ради него. А она – так, просто по дороге. При этом, Павлик считает, что я все равно еду к маме и по дороге забрасываю его на работу. То есть делаю это не ради него, а ради любимой мамочки.

– Ну и пусть считают, тебе-то что?

– О, в этом случае мне трудно занять позицию «а мне-то что?». Они активно демонстрируют мне, что я это делаю не для них. Павлик показывает «конечно, если бы не твои постоянные поездки к маме, ты бы фиг меня подвезла до работы». А мама показывает «конечно, если бы не нужно мужа на работу везти, ты бы про мать и не вспомнила». Нормально? Вот к чему приводит желание сделать так, чтобы всем было хорошо и при этом совсем чуть-чуть подумать о том, чтобы тебе тоже было удобно.

– Да, в глазах некоторых родственников «фраза» мне так удобно» звучит как личное оскорбление.

– Вот именно. Слишком мало ты, дорогая, помучилась и приложила усилий для того, чтобы показать мне свою любовь.

– Да, любим мы все усложнять.

– Еще как любим! Просто обожаем!

И, самое смешное, что с возрастом мы понимаем: вот это и вот то – очень усложняет жизнь, но… почему-то нам не удается упростить ни то, ни это. И морщинки на лице тут совсем не причем.

Нужно признать, что далеко не все, из-за чего мы портим себе жизнь и, в частности, детство (и себе и своим детям), потом оказывается действительно важным. Приучили девочку застилать постель по утрам? Учили так, что никаких нервов не хватало. В школу опаздывала, причесаться не успевала, старалась спать аккуратно с краешку, чтобы не сбить подушку, которую потом нужно будет поправлять… А потом, в лет, эдак, тридцать, оказалось, что ее семье это не нужно. Муж в два приема застилает постель и никогда не задумывается над тем, ровно ли лежит покрывало.

А осадочек остался. Ее родители были уверены, что приучают к порядку. Что без этого жить нельзя. Что все у нее, девочки, которая не умеет застелить постель, пойдет наперекосяк, если они не приложат нужных усилий.

Странная веешь – психология. Не может быть науки, где исключений больше, чем законов и правил. А тут – каждый человек – сплошное исключение!

Девочка уже давно выросла. И семью создала. И детей родила. А осадочек остался. И слова мамы «вот здесь складочка, поэтому перестели еще раз» до сих пор звучат в ушах.

Хотя… Нужно признать, что живя в общежитии в студенческие годы, она, помня мамины наставления, очень аккуратно каждое утро застилала свою постель. И чувствовала себя «хорошей девочкой». А помогло ли ей это в жизни?

Вопросов гораздо больше, чем ответов.

«С детства не приучили» – страшные слова…

Приучить кого-то к чему-то – это, в принципе, из области дрессировки…

Родители и дети – это вообще отдельная тема. В любом возрасте. Во все времена.

Думаю, ты со мной согласишься.

Есть люди, которые инфицируют нас своим состоянием. Такая вот, знаете ли, энергетическая инфекция. И таблетки не помогут. Вот я живу как хочу, как умею, как получается… Даже, в целом, неплохо. А потом поговорю с мамой по телефону – хоть в петлю лезь. Оказывается мир страшен, жить плохо, соседи поздно неизвестно откуда приезжают и хлопают дверями парадного, в Мексике землетрясение… А я, дура набитая, еще чему-то улыбаюсь, радуюсь, пытаюсь маме показать позитив.

А в жизни-то как?

Если поженились – обязательно разведутся.

Если горячей воды нет – довели страну, как жить дальше?

Если он говорит, что любит – это мы еще посмотрим, все так говорят.

Если подруга не рассказала, какая у нее зарплата – хитрюга, все скрывает, все мутит что-то.

Если сильно занимается собой – ишь, какая модница, все корчит из себя что-то, лучше бы о детях подумала.

Одета не по погоде? Значит, прибедняется.

Все врут. Аксиома!

Кто-то сделал ошибку? Как ты допустила?

Кто-то совершил промах? Это он нарочно!

Чужие дети гуляют без шапки? О чем думают их родители?

Назвали ребенка Варфоломеем? Все выпендриваются.

Назвали Юрой? Что, лучшего имени придумать не могли?

А ты же, глупенькая, ничего этого не видишь! Кто тебе откроет глаза, как не мама, которая желает тебе только добра, тепла и света?

«Ограничьте общение до минимума» – советуют нам мудрецы, – Не инфицируйтесь!»

Хотелось бы посмотреть им в глаза и спросить как они ограничивают до минимума общение с мамой, которой восемьдесят лет и у которой, кроме меня, по сути, рядом никого нет?

Не инфицироваться? Может, есть какая-то вакцина, которая позволит нам не преувеличивать свою роль в жизни других людей.

О, роли, роли…

Что ни говори, а у каждого из нас есть свое амплуа. Иногда режиссер-жизнь предлагает нам попробовать себя в другом амплуа. Но это не всегда получается.

Статус в профиле одной из социальных сетей: «обеспеченная христианка без пары…» Нет слов. И после этого вы будете мне говорить, что мы сидим в соц. сетях только для того, чтобы пообщаться?

Гениальная христианка, скажу я вам. В нескольких словах не только обозначила свои интересы и состояние, привлекла нужных слушателей-читателей-зрителей, но и отсекла лишних. Это нужно уметь.

Ей бы немножко иронии добавить в свой профиль – цены бы ей не было. А то как-то слишком серьезно о себе говорит эта «обеспеченная христианка».

Ну надо же так выразиться?!

Помимо всего прочего, наша ирония – это отличная защитная реакция. Проактивность, я бы сказала. Боишься, что над тобой будут смеяться? Начни первым!

Чем дольше живу, тем больше убеждаюсь в том, что банальные фразы несут в себе самый глубокий смысл. Может быть, именно поэтому они и стали банальными? Просто потому, что это кажется очевидным и… О чем тут можно говорить?

Так сложилась жизнь…

Опять я об этой фразе.

Фраза-причина? Фраза-оправдание? Фраза-пауза? Фраза-обреченность? Фраза вздох?

А ведь жизнь сложилась именно так, а не иначе. И в топку летят все аргументы, построенные по принципу «а вот тебе нужно было…», «а вот если бы ты в свое время…» «все зависит от тебя…»

На самом деле… Она уже сложилась. Именно так. А не иначе.

Вот и действуй в том, что уже сложено.

Одна из главных характеристик нашего времени – это измененное отношение к вопросам: чем мы гордимся, и чего мы стыдимся…

Выходишь замуж девственницей? Ну и дура… А ведь было-то как?

Нарастила ресницы, потому что это модно, хотя тебе это не идет? Да-да, ничего, что мне это не идет. Зато я – в ресницах, в тренде, модная и всем видно, что я занимаюсь собой и у меня есть деньги для того, чтобы «сделать» себе ресницы…

Пришла в гости и просишь поесть? А где же все наставления мамы о том, что «правильная» барышня никогда не попросит еду, потому что это некрасиво? Голодная? Скажи об этом! Какие комплексы? Кто-то подумает, что тебе нечего есть? Ерунда.

Я горжусь тем, что мне не стыдно сделать что-то…

Стыд – очень сложная штука, скажу я вам.

Умею «просачиваться» без очереди в любую инстанцию. Мне не стыдно, что я такая проныра. Я этим горжусь!

Выпила водки потому, что так захотела. И все… И мне глубоко нас***ь на все эти ваши «ах, я пью только легкое вино, да и то: только по большим праздникам…»

Интересненько получается…

Есть время, когда нужно извиниться. Чисто человеческое действие. Даже если считаешь, что виноваты оба. Или никто не виноват. Или вы совсем не это имели в виду, а он (она) поняли именно так.

– Извини, но я слышу то, что ты говоришь, а не то, что ты имеешь в виду.

Окей, чувствую, пора заканчивать эту главу. Никто меня не понимает…

Выводы дамы, которую никто не понимал:

– Ты не виноват в том, что не все твои шутки кажутся мне смешными. Хотя, живя рядом столько лет, мог бы уже и почувствовать это. Что сложнее: смеяться над несмешными шутками или почувствовать, что твоя шутка, мягко говоря, не веселит?

– Обеспеченные христианки тоже ищут себе пару в соц. сетях. На старт, малообеспеченные христиане!

– Возраст – это среди прочего, ответ на вопрос: чем мы гордимся и чего стыдимся.

– Даже самые близкие окружающие слышат только то, что ты говоришь, а не имеешь в виду. Невозможно услышать то, что кто-то имеет в виду. Просто потому, что это – беззвучно.

– Когда тебя обманывают, ты тоже виноват. Виноват в том, что веришь.

– Как только ты кончаешь взрослеть – ты начинаешь стареть. Промежутка, практически, нет.

– Нельзя ждать благодарности от человека за то хорошее, что ты сделал ему по своему собственному желанию.

– Считается, что книги пишут умные мужчины. Нет, женщины, конечно, тоже пишут, еще как пишут, но… Имеется в виду, что если мужчина пишет книги, то он – по определению – умный… Нужно подумать над этим. Не взять ли мне мужской псевдоним?

– Армейский элемент в управлении компанией: один облажался – все отжимаются.

Глава 6

В которой главная героиня приходит, наконец, в чувство и пытается объяснить, почему стиль бохо не имеет возраста, а также о многослойности и многогранности жизни и маркетинга, о точках отсчета, которые являются основой всего и о том, почему, прежде чем кого-то чему-то учить, нужно знать кто такой этот «кто-то». И несколько слов о брендах, на которых главная героиня съела не одну собаку, и в отчаянии пытается объяснить своему любимому, почему бренды есть нельзя ни в коем случае…

Дневники нынче не в моде.

Я бы даже сказала так: не в тренде.

А если уж дневник – то напоказ.

Знаете ли, пишу о сокровенном, о самом тайном, делюсь с вами, отдаю вам самое дорогое… По сходной цене…

И, поскольку оно – дорогое, то будьте любезны, пишите комментарии и ставьте отметку «нравится». А еще лучше – сердечко, то есть «супер». Вам что, жалко?

Записки почти пятидесятилетней дамы – тоже вряд ли кому-то будут интересны.

Причем, слово «почти» можно тоже смело опустить.

Только не спрашивай, любимый «куда опустить?». Я уже отвечала на этот твой очень остроумный вопрос…

– Ты придешь?

– Приду!

– Куда?

– В чувство…

Прихожу в чувство и оглядываюсь по сторонам…

Что ни говори, а в современном мире нужно уметь себя показать.

Скажете, в мире мало красивых женщин? Да полно! А признанными красавицами становятся единицы…

Скажете, в мире мало умных мужчин? Да, можно сказать, буквально каждый второй… А сколько из них получили признание своим умом?

Вот именно!

Скажете, в мире мало предприимчивых людей? Думаю, достаточно. Почему же не все они создали собственный успешный бизнес?

Вопрос!

То есть к таланту и гениальности (в любой области) нужно еще что-то. Но давайте не будем говорить о гениальности. Гениальность – это все-таки не совсем нормальное явление, если, конечно, понятие «норма» вообще уместно применять, говоря об этом.

Давайте о способностях? Которые есть у всех. Просто у одних – чуть меньше, а у других – чуть больше. Почему же те, у кого «чуть меньше» иногда более успешны, чем вторые?

Может, они что-то знают?

О себе? О личном бренде? О раскрутке или продвижении?

О чем?

О маркетинге и его, так называемых, ингредиентах, альтернативах, новшествах, преломлениях и даже извращениях, которых в настоящее время появилось достаточно?

Ведь извращения в маркетинге – это, в какой-то степени, естественный процесс. Печальный, но естественный.

Маркетологи всего мира ломают свои аналитические мозги для того, чтобы придумать что-то новое. Найти то, чего еще не было. Продвинуть так, как еще никто не продвигал. Раскопать то, что еще никто не раскапывал.

«Будь лучше или будь другим!»

Но…

Для того, чтобы быть «другим» или быть «лучше», чем другие, сначала нужно стать как все. Узнать то, что знают все. Научиться действовать так, как умеют действовать все. Знать приемы, которые знают все.

И только потом, имея основу, можно становиться лучше или другим.

Для того, чтобы сделать что-то лучше или по-другому, нужно сначала научиться делать это «что-то» стандартно, так, как все.

А потом уже выдрючиваться.

А то что получается?

Я нот не знаю, но музыку пишу? А чё?

А если кто-то начнет возникать, то всегда можно ответить словами Незнайки: «Не доросли вы еще до моей музыки!».

Ну что ж…

Мне хочется поговорить с тобой о маркетинге. Потому что это – область, которую я люблю. Потому что это – моя специальность, и я, как никто другой, вижу что ТАМ происходит.

Внутри и снаружи.

Давай поговорим об этом, любимый, а?

Давай поговорим об основе? О маркетинге в чистом виде, и о том, каким он стал сейчас. Попытаемся ответить на вопрос, почему достичь успеха в маркетинге сегодня, можно исключительно в том случае, если знать, понимать и принимать (а не отрицать) классический маркетинг?

О многослойном бохо-маркетинге, черт побери!

Да-да, я знаю, что у тебя другие интересы. И какое-то представление о моей специальности тоже имеется. Да и вообще, кто сейчас не знает что-то о маркетинге?

Безусловно, у тебя уже есть основа и достойное представление о том, что и как может создать или разрушить маркетинг. Но, может, тебя хотя бы будет интересовать жизнь (личная и маркетинговая), ход мыслей и взгляды маркетолога на разные ситуации, процессы, тактики и стратегии?

Ну что ж… Тогда… (спасибо, Михаил Афанасьевич!) «за мной, мой читатель!»

Будем спорить, раздражать друг друга, манипулировать, трепать нервы, перетягивать на себя одеяло и… развлекаться!

И еще раз…

Ну что ж…

На модной красивой доске было написано несколько слов.

Абалденный. Афициальный. Славненький. Недоделанный.

Мы сидели за круглым столом – водичка, печеньки, блокнотики с логотипом – все, как надо – и слушали выступающего.

– Представьте себе, что вы разрабатываете тест и вам нужно сформулировать задание к этим словам. Что вы предлагаете?

Ну мы и начали предлагать. Формулировали по-разному, но, если обобщить, то получилось два направления:

Найти слова, написанные с ошибкой.

Найти слова, написанные без ошибок.

Наш тренер – гуру во всех отношениях – тут же разделил нас на две группы – оптимисты, которые ищут во всем хорошее, и пессимисты, которые ищут во всем недостатки.

И начал учить дальше!

И как начал учить!

Стоп, ребята!

Не слишком ли все просто?

Вот так, с легкой руки тренера, ответив на один маленький вопрос, ты становишься обладателем ярлыка, но это еще, как говорится, самое меньшее из зол. Подумаешь, кто-то назвал пессимистом!

Но… Разве в этом дело?

А вся беда в том, что, причислив (искусственно) тебя к какой-то группе, тебя начинают учить, развивать, совершенствовать, изменять и т.д., принимая ЗА ОСНОВУ тот факт, что ты обладаешь характеристиками этой группы.

А вы уверены, что это действительно так?

А может я отвечала, не думая?

А может мне просто туфли жмут?

А может мне пить хочется, и поэтому мне в данный момент свет не мил? А в другое время я ого-го какая оптимистка?

Но кого это волнует? Ярлык повешен. Учеба продолжается…

И вместо того, чтобы утихомирить меня, буйную оптимистку, хоть как-то, меня еще больше раззадоривают. Нормально?

Очень полезный тренинг!

О, маркетинг!

Реестр смыслов.

Каталог иллюзий.

Путеводитель по страхам и сомнениям.

Карта подсознания покупателей от 20 до 35 с половиной лет.

Перечень подозрений по отношению к клиентам с доходом от 1500 долларов в месяц. На семью из четырех человек. С разнополыми детьми.

Практическое руководство для пользователей девайса по вопросам безнравственности.

О, маркетинг!

Технология гламура и муторного секса.

Стриптиз в промзоне.

Пошаговый план лечения ОРЗ, если вы простудились до 8 часов утра в четное число месяца.

Космический продукт, аналогов которому нет даже в космосе! Недорого.

Четкий алгоритм наступления тошноты…

О, маркетинг!

Как же легко дойти до абсурда в желании, с одной стороны, выделиться, быть «другим», и, с другой стороны, применить (читай, притянуть за уши) все, что где-то было услышано и, якобы, кем-то разработано!

Что получаем в итоге?

Высшая математика с Малой Арнаутской? Нижегородский Иерусалим? Бренды на вес? Оригинальные французские духи на разлив? Сама Нина Риччи разливала?

О, маркетинг!

Ты можешь себе представить мега-тренинг со скидкой? Если он – мега, то… причем тут скидка?

От большой любви лично к тебе?

И ты веришь?

О, маркетинг!

Берем ваши комплексы на комплексное продвижение и работаем до конечного комплексного результата. Инсайты и оргазмы оплачиваются отдельно.

Ну что, первый миллиард уже все заработали? Пора зарабатывать второй!

О, маркетинг!

Если воспитание – это работа, то, похоже, многих воспитывали на полставки. Таков и результат.

Чего я все время ворчу?

А как можно сговорить спокойно?

Во-первых, считается, что говорить спокойно – это дурной тон и от этого портится цвет лица. Истерика как-то приличнее смотрится в наше время.

Во-вторых, мы все живем и действуем в определенной системе координат. И для любого действия нам нужна точка отсчета. Поставь точку в неправильном месте и все будет просто насмарку. Правильное действие, предпринятое в неправильном направлении – это же полная чушь!

Думаю, вы хорошо знаете, как именно это бывает.

Нам нужно идти из пункта А в пункт Б.

А мы идем в пункт С.

И не просто идем, а еще и подбадриваем друг друга, анализируем, с какой скоростью идем, обсуждаем все, что нам встречается на пути, выбираем тропинку поудобнее…

Зачем? Если все равно идем не туда. Зачем?

Но… Это я уже отвлеклась. Это, скорее, о целях и стратегии. Об этом – отдельно. А сейчас?

Не отвлекайся, любимая.

Ты не сказал так, но вполне… мог бы сказать.

Наверное, я слишком давно работаю в маркетинге и наблюдаю, как он (маркетинг) от характеристик товара переползает в сферу влияния, то есть в головы людей – сознание и подсознание… От уникальных свойств к «какую кнопку нужно нажать в голове у покупателя?»

Так что же меня мучает?

Кто мы такие, чтобы нажимать кнопки?

Кто дал нам это право?

Может, мы взяли его сами? В силу своей профессии?

Ну, тогда давайте нажимать кнопки профессионально. Это будет, как минимум, честно…

Хорошее слово Бренд.

Модное.

Его трактуют по-разному. Куча определений, трактовок, интерпретаций, объяснений. Сложное определение. Бренд в классическом понимании…

А в бытовом?

Ну что ж…

Бренд – это, прежде всего ассоциация.

Скажи«Пушкин» – тут же возникнет поэзия.

Скажи«Нокия» – тут же возникнет телефон.

Скажи «Кока-кола» – тут же возникнет безалкогольный напиток.

Хотя, и здесь есть нюансы.

Спроси современного (не очень хорошо воспитанного) школьника «С чем у тебя ассоциируется слово Пушкин», и в ответ можно услышать все, что угодно, вплоть до СССР. Однако это не лишает Пушкина брендовых характеристик. Господи, прости…

Спроси 80-летнюю старушку что такое Нокия, она пожмет плечами.

Спроси у аборигена Новой Зеландии что такое кока-кола, он не будет этого знать. А если тот же вопрос задать человеку, который сидит на диете или ведет самый правильный образ жизни, в ответ можешь услышать «отрава». Тоже ассоциация, между прочим.

Это значит в понятие бренд включена, так называемая целевая аудитория бренда. Не просто ЦА, а именно ЦА бренда.

Почему я подчеркиваю это?

Дело в том, что я могу не читать Пушкина (то есть не быть потребителем, о, Господи, его поэзии), но ассоциация с поэзией у меня возникнет все равно.

Я могу пользоваться телефоном марки Самсунг, но не скажу, что Нокия – это сковородка.

Я могу отчаянно не любить кока-колу, но я точно знаю, что это напиток, который любит молодежь и который хорошо утоляет жажду, например.

То есть я могу не быть реальным или потенциальным потребителем продукта, но я все равно являюсь целевой аудиторией этого бренда.

Облик бренда меняется со временем, с развитием новых технологий, с появлением новых имен, продуктов, услуг и процессов.

Мы можем услышать фразу «У Пети айфон, а у Васи – старенькая Нокия». И никто не усомнится в том, что Вася обладает не подержанной машиной, не престарелой родственницей с таким странным именем, а именно телефоном. Причем, не самым модным в наше время.

Если мы слышим фразу «Нокия – это отстой», то мы сразу же понимаем о каком отстое идет речь, да простит меня Нокия, к которой я отношусь с огромным уважением.

Я не случайно для примера взяла Пушкина, Нокию и Кока-колу, то есть слова (понятия, названия), которые знают, практически, все, и от которых НЕПРОИЗВОЛЬНО рождаются ассоциации. Мы не берем в данном случае в расчет совсем пожилых людей, которые предпочитают телефон с диском, вегетарианцев, которые пьют только дистиллированную воду, и невоспитанных детей, которым не рассказали кто такой Пушкин.

То есть примерами у нас были (скажем так) всемирные бренды.

Бренд может быть и брендом в одной, отдельно взятой стране. Пока что говорим о географии.

Например, Кличко.

Кличко для мира – это бокс.

Кличко для Украины – это бокс плюс мэр Киева.

Кличко для киевлян – это мэр, который…. Тут продолжать можно долго.

Или, например, возьмем сеть магазинов:

Если я говорю «я была в Сельпо», для любого украинца становится ясным, что я была продуктовом супермаркете, а не в музее или в парке. Если же такая фраза прозвучит для не-украинца, то ему нужно объяснить, что такое Сильпо.

С другой стороны, такая история не произойдет с названием Ашан или Метро, которые существуют и работают в том числе и за пределами Украины.

Бренд может быть и отраслевым.

Например, Мишлен (Michelin).

Какие у вас ассоциации?

Те, кто увлекается кулинарией или причастен каким-то образом к ресторанному бизнесу, а сегодня (с легкой руки Эктора Хименеса Браво) и многие другие, поймают себя на мысли… Звезда Мишлен… Награда, которая присваивается повару или ресторану… Высокая кухня и так далее.

И, в то же время…

Те, кто не только умеет включать зажигание, а и хоть немного занимается своим автомобилем, как минимум свяжут это с… Резина Мишлен. Шины Мишлен. Широкий ассортимент автомобильных шин…

То есть бренд может жить в определенной отрасли. И только в этой отрасли он является брендом.

Таким образом, нанизываем еще один кружок на нашу пирамиду:

Бренд – это:

Ассоциация

Аудитория

География

Область (или отрасль)

В некоторых источниках можно найти такое понятие, как востребованность бренда.

Дело в том, что само понятие бренд стоит на стыке психологии и коммерции в самом широком понимании. Считается, что бренду можно искусственно присвоить какие-то характеристики, которые, якобы, будут востребованы потенциальным потребителем и будут вызывать нужные ассоциации, и, соответственно…

Нет, никаких «соответственно». Нужные ассоциации и всё. Ставим точку.

Почему точку нужно поставить именно здесь?

Дело в том, что задача бренда именно в том и заключается, чтобы вызвать нужную ассоциацию, а уж потом, ВОЗМОЖНО, подтолкнуть к какому-то действию.

Возможно, но не обязательно.

Естественно, те, кто пытается и создает бренд, рассчитывает на некий коммерческий успех своих действий. Коммерческий в самом широком смысле. Товару бренд нужен для того, чтобы его больше и чаще покупали. Услуге нужен бренд, для того, чтобы ею больше и чаще пользовались. Компании бренд нужен для того, чтобы больше и чаще покупали и пользовались ее товарами и услугами. Личности бренд нужен для того, чтобы приобрести известность, популярность, имидж, определенную репутацию и для того, чтобы, услышав имя, мы не спрашивали «кто это такой?», а сразу ловили ассоциацию (причем, желательно, положительную).

Интересно, Гитлер – это бренд или нет?

Задайте вопрос широкой аудитории: «вы слушали Высоцкого?», и подавляющее большинство поймет, что вы спрашиваете о барде, поэте и певце.

А небольшая группа владельцев бизнеса воспримет это как вопрос о собственнике компании Высоцкий консалтинг, у которого они были на курсах и тренингах.

Ассоциация – это не все, что должно быть у бренда. У бренда должно быть имя. И именно это имя, в сочетании с тем, что стоит ЗА этим именем, должно рождать нужную ассоциацию.

Никто не скажет, что сахар – это бренд. Хотя для большинства это слово ассоциируется с чем-то сладким, приятным.

То есть, кроме категории, должно быть еще и личное название.

Рамочка.

Аксессуар.

Огранка бриллианта.

Одним словом, бренд – это надстройка.

Над продуктом

Над компанией.

Над личностью.

Над чем-нибудь еще.

Но обязательно «над».

Иначе – никак.

То есть должно быть ЧТО-ТО (объект или субъект) из которого можно создать бренд, используя определенные технологии.

И вот мы подошли к самому интересному.

Технологии.

Технологии создания бренда!

Прежде чем говорить о технологиях или техниках, нужно понять и принять тот факт, что бренд живет у нас в голове. В подсознании.

А если бренд – это ассоциация, которая живет у нас в сознании со всеми вытекающими последствиями, то совершенно очевидно:

Мы не носим бренды (как мы часто говорим).

Мы не обуваем бренды (а делаем это с обувью определенной марки).

Мы не ездим на брендах (сложно ездить на ассоциации, не правда ли?).

Мы не едим бренды (это безнравственно и безграмотно)

Почему же мы так часто слышим подобные утверждения?

Модное слово?

Вероятно, да…

Я не слишком увлеклась, милый?

Да, я знаю, есть такие истории. История из разряда: «я знаю, что тебе неинтересно, но ты все равно послушай». Как достучаться? Может быть, это – как с твоими шутками? Меньше нужно деликатничать?

Ну, что касается маркетинга, то я хочу внушить тебе то, что тебе поможет. Ты даже не понимаешь, что, идя по улице просто так, ты находишься под влиянием маркетинга. И я не преувеличиваю. Я не просто хочу говорить об этим с тобой, я хочу, чтобы ты умел воспользоваться этим! Ты слышишь?

В каждом портрете покупателя есть возраст. Причем, это – всегда гипотеза. Вилка. От и до. Ты идешь по улице, никого не трогая, и даже не подозреваешь, любимый, что кто-то уже включил лично тебя в свою целевую аудиторию. Лично тебя.

Лично…

Я кажется говорила о бренде?

Ну это я так, вообще.

Более подробно нам нужно обсудить ЛИЧНЫЙ бренд.

Ты спросишь – зачем?

Скоро узнаешь, любимый.

И…

Вот, что я придумала сегодня:

– В каждом портрете есть возраст. Автора. Персонажа. Героя. Даже зрителя.

– Иногда, читая статью, люди больше обеспокоены тем, чтобы высказать свое ценное мнение, а не почерпнуть что-то. Мы все этим грешим. И чем старше становимся, тем больше грешим. И не только этим.

– Как найти любовь? Поисковая оптимизация настоящей любви… Ищешь любовь? Задай правильно ключевые слова в поиске. Так скорее найдешь…

– Ты заметил, как исключительно продающе – прямо-таки продажно я пишу? Не заметил? А я ведь умею писать продающие тексты! Может быть, мысль труднее продать?

– Возраст – это то, чем мы обладаем, но поделиться не можем. Он – мой на 100%, даже не проси!

– Если же ты точно решишь, чего хочешь, то сама Вселенная будет помогать тебе осуществить желаемое.

– Возраст исповеди – это не когда ты без тормозов говоришь всем и все. Это когда тебе не нужно врать и изворачиваться. Когда ты ИМЕЕШЬ право и возможность говорить так.

– Просто интересный диалог, подслушанный в трамвае и в размышлениях о возрасте:

– Я тебя никому не отдам…

– У тебя есть право меня кому-то отдавать или не отдавать, милый?

– У меня есть повод…

– Если бы наука о привлекательности была наукой, то… некоторые дамы давно защитили бы диссертации.

Умненькая я, правда любимый?

Глава 7

В которой главная героиня собирает смородину, определяется с жизненными принципами, вспоминает поездку на море и хвастается новыми сережками. Семь пар! Виданное ли дело? А также – небольшой достаточно печальный рассказ, написанный дамой, которая любовалась звездным небом пока ее любимый храпел в номере отеля

Вкусы меняются с возрастом. К чему-то привыкаешь, от чего-то отказываешься в силу обстоятельств, что-то начинаешь любить по привычке.

Ты возишься с машиной, а я собираю смородину на даче. Увы, я не дачница ни минуты, и я не вижу смысла в таких усилиях.

Листики смородины пахнут витаминами и летом, комары жужжат над ухом, смысла в сборе этой стратегической ягоды я не вижу. Но собираю. Считается, что это полезно.

Результат плохой. За полчаса в небольшой кастрюльке только донышко покрылось ягодами.

Принцип смородины?

Все как в жизни!

То ли дело – груши! Пятнадцать минут – и два ящика готовы! Груши быстро и легко собирать. И приятно! А мелкие ягодки только раздражают. Да еще хвостики и веточки так и норовят попасть в банку. Сидишь полдня, а результата не видно.

– Просто такая ягода, – говоришь ты глубокомысленно.

Да-да, вот именно. Просто такая ягода. Взялся за дело – сиди ровно, кропотливо добивайся результата. Хочешь добиться быстрее? Собирай груши. Работа более грубая, но и цель ближе.

Ты понимаешь о чем я, любимый?

Ты не всегда понимаешь, увы…

Тебя не сильно кусают комары. А я, как ты говоришь, такая сладенькая… Меня они не просто любят, а сжирают со всеми потрохами, полностью игнорируя всякие средства, которыми я натираюсь и которые вставляю во все свободные и несвободные розетки в домике. Не говоря уже о том, что здесь, на даче, комары такие, что… разве что крыльями не машут.

Тебе не понять. Действительно… Кого из нас не кусали комары? А тут кто-то начинает жаловаться. Ну не нытик ли он? Это я о себе. Так говорят и думают те, кто не испытал этого на собственной шкуре.

Принцип комара?

Для того, чтобы понять, нужно почувствовать. А это не всегда подвластно тому, кто хочет понять.

Наша поездка на море уже в прошлом. В прошлом осталось холодное шампанское на берегу, жаркие кафешки с удивительными ароматами южных блюд, знойные девушки в роскошных сарафанах, очарование безделья и вечность за горизонтом.

Наступила другая действительность.

Поездки на дачу, от которых ты получаешь удовольствие и… я с тобой считаюсь…

Ты хочешь порадовать меня шашлыками на костре, единственным нектарином на тонкой веточке в собственном саду, прохладными ночами, когда летний ветерок нежно шевелит шторы в простором домике, теплой рекой и возможностью ходить босиком по траве.

Жизнь босиком…

Я собираю смородину и все равно вспоминаю курортные картинки. Все-таки на пляже было лучше, как ни ищи прелести в нашей сегодняшней деревенской жизни.

Картинки стоят перед глазами.

– Саша! Саша! – постоянно кричит мама своему маленькому сыну не потому, что он делает что-то не так, а потому, что она не может не кричать. Весь пляж знает этого Сашу. В основном, он, в забавной панамке и цветастых трусиках, мирно играет у воды с лопаткой и ведерком. Но мама не может оставить его в покое.

– Саша, отойди от воды!

– Саша, остановись!

– Саша, на персик!

– Саша, пора купаться!

– Саша, собери игрушки!

– Саша, не брызгайся на тетю!

Саша давно уже перестал реагировать на крики. По-видимому, он слышит их постоянно. Да и маленький он еще для того, чтобы выполнять по четыре команды одновременно. Но мама не успокаивается.

– Саша! Саша!

В другой семье на лице старшого ребенка – мальчика восьми-девяти лет – прямо написано «я тоже хороший». Мама с папой крутятся вокруг малышки двух лет, всячески ее забавляя. Старший мальчик демонстративно отодвинут на второй план. Ты большой. Ты взрослый. Ты – мальчик. А он, несмотря на то, что и большой, и старший, и мальчик… Он – тоже ребенок. Он заглядывает маме в глаза, он готов таскать воду из моря для детского бассейна, где купается малышка, он помогает отцу установить зонтик, но… Внимание родителей на 100% приковано к младшей дочери, а мальчик все старается. Что ты хочешь показать им, малыш?

Я собираю смородину, и в ягодном кусте сверкает мой новый перстень, который ты подарил мне прямо на пляже. Какие приятные воспоминания! Несмотря на комаров!

Пожилая молдаванка или местная цыганка приходила на пляж с двумя огромными сумками, набитыми всевозможными украшениями – стекляшки и натуральные камушки, ракушки, дерево и пластмасса, цепочки, резиночки, браслетки, бусы, заколки для волос. Женщина устало заходила в море прямо в платке и с сумками, а потом тяжело опускалась на песок и раскладывала свои богатства, призывая: