Селена. Судьба на кончике крыла
Елена Герасимова

© Елена Герасимова, 2021

ISBN 978-5-0051-3050-1

Создано в интеллектуальной издательской системе Ridero

Селена
Книга 2

Пролог

Над болотами рваными клоками плыл зловонный сероватый туман, временами открывая неровные островки и зыбкие кочки, поросшие мхом и скудной растительностью, или бочаги, заполненные грязной водой. Изредка на поверхности жижи появлялись пузыри, которые лопались с неприятным для уха звуком. Сюда не пробивался солнечный свет из-за нависших над болотами туч, тяжелых и набрякших влагой, готовых в любую минуту низвергнуть на эти проклятые места нескончаемые потоки воды. И бедные невысокие деревца, коим не повезло прорасти во влажной ненадежной почве, тянули свои корявые, поросшие лишайником ветки к безжалостному небу в ожидании кротких мгновений, когда над болотами проглядывало солнце. Даже ветер не касался этих мест.

Неожиданно два огромных тела, тесно переплетенных между собой, нарушили мертвую тишину, повисшую над болотом. Молодой, наверняка не очень давно покинувший родительское гнездо серебристый дракон с черным гребнем на спине и такими же прожилками на перепончатых крыльях, с увенчанной костяными наростами головой отчаянно отбивался от болотного дрейха, в несколько раз превосходящего его по силе. Гибкое волнистое тело хищной твари, покрытое серо-зеленой чешуей, склизкой из-за покрывающего ее яда, имело преимущество, прекрасно скользя по земле и по воде. Дракону же мешали крылья, цеплявшиеся за стволы деревьев, и не хватало опыта в подобных сражениях, поэтому на его теле, хоть и покрытом надежной броней, появлялись раны, нанесенные грязно-серыми когтями и острыми желтоватыми клыками дрейха. Дракон утробно ревел, пытаясь достать лапами до бледных, водянистых глаз противника. Дрейх извивался, успевая наносить дракону сильные удары когтистыми лапами в опрометчиво подставленное брюхо.

Сцепившись в неравной схватке, они прокатились по небольшому островку, с треском ломая несчастные деревца, оставляя после себя широкую черную полосу содранной травы и мха, и плюхнулись в зловонную жижу. Попав в воду, дракон стал быстро слабеть, его телу не хватало гибкости и обтекаемости, как у соперника. Дрейх, чувствуя свое преимущество, усилил натиск, и дракону уже ничего не могло помочь.

Вдруг в воздухе с треском пронесся большой огненный шар и врезался в появившийся из воды бок дрейха, жидким пламенем растекаясь по чешуе и попадая под пластинки. Не ожидая нападения со стороны, тварь заревела и извернулась, погружая пострадавшую часть тела в забурлившую от жара жижу, чтобы выхватить прищуренным взглядом в клоках тумана нового противника. По-видимому, тот не стоял на месте, поскольку в следующее мгновение в тварь полетело новое атакующее заклинание, но уже с другой стороны. Скребя лапами по утыканной ледяными стрелами морде, дрейх скрылся под водой. Переключившись на нового противника, он оставил дракона без внимания, что дало тому возможность выбраться из грязи на относительно твердую поверхность.

Это мало помогло молодому дракону – попавший в раны яд со шкуры дрейха причинял невыносимую боль. Его глазам тоже досталось. Он вращался по кругу, отчаянно мотая головой, и пытался разглядеть мутнеющим взором битву, которая уже происходила без его участия. Дракон не мог рассмотреть дрейха, слышал только его рычание или рев. И все, что он мог увидеть, почти ослепнув – это лишь яркие всполохи сильных заклинаний, пролетающих в стороне от клочка топкой суши, куда он выбрался.

Кто бы ни пришел на помощь молодому дракону, явно был очень сильным магом, так как в какой-то момент неподвижный воздух над болотами потряс предсмертный, наполненный отчаянием вопль. Он вырвался из тела поверженного дрейха и разнесся далеко вокруг, утонув в сероватом тумане. Дракон был рад тому, что его противник убит, однако и сам погибал от яда. Он чувствовал, как его разум постепенно теряет связь с реальностью, но смог ощутить рядом чье-то присутствие. Вдыхая чужой запах, он замер, потому что ускользающее сознание дракона стрелой пронзила одна единственная мысль – спасала его магичка, совсем еще молоденькая девушка. И прежде чем провалиться в бесконечную тьму, хорошо запомнил, как в сгущающемся перед его взором мраке горят зеленоватым огнем глаза спасительницы.

Глава 1

Даже перед смертью, которая уже стояла за спиной, губы дроу, испачканные его собственной кровью, продолжали кривиться в презрительной усмешке. Этот темный эльф из рода Наиллан не мог поверить, что человеческой девушке под силу лишить его неимоверно долгой жизни. Он продолжал смотреть с превосходством даже в тот момент, когда мой клинок пронзил его грудь, войдя между ребрами по самую рукоять.

Содрогаясь от отвращения, я оттолкнула его ногой и одновременно выдернула меч из груди дроу. Не веря своим глазам и пытаясь зажать рану, откуда хлынула кровь, эльф уткнулся спиной в стену и медленно съехал по ней на землю, оставив широкий алый след. А я стояла и смотрела, как из его тела вместе с благородной кровью утекает жизнь.

«Месть свершилась!» – и эта мысль грела мое сердце.

– Ты… вы… – прохрипел дроу, вытянув в мою сторону руку, а потом уронил голову на окровавленную грудь. Мой враг был мертв…

Я подскочила на узкой кровати, обливаясь холодным потом, а в ушах все еще стоял голос умершего несколько лет назад эльфа. Метнув взгляд на окно, изукрашенное морозными узорами, за которым разливалась чернильная темнота ночи, со стоном упала обратно на подушку. Ну, вот! Как не вовремя мне явился кошмар из прошлого. Первая спокойная ночь за последнюю декаду и возможность, наконец-то, отоспаться после бесконечных, изматывающих гонок за обезумевшим некромантом коту под хвост. Из груди вырвался тягостный вздох сожаления.

Уснуть больше не пыталась, знала, что не смогу. Поэтому заставила свое тело с кряхтеньем подняться с кровати и дотопать до умывальника, где долго плескала в лицо холодной водой, дабы привести в относительный порядок расшалившиеся со сна мысли. Зябко ежась, надела сапоги, теплое пальто с отороченным мехом капюшоном и потихоньку вышла из комнаты в тускло освещенный коридор. Постоялый двор спал. Практически все комнаты занимали участвовавшие в охоте маги, и они в отличие от меня предавались заслуженному отдыху. Стараясь ступать бесшумно, спустилась на первый этаж, полностью погруженный во тьму, и вышла на крыльцо. Глубоко вдыхая холодный воздух, прислонилась спиной к деревянной стене и залюбовалась кружащимися в воздухе снежинками. С тихим, еле уловимым ухом шелестом они опускались на землю. С наступлением унора – третьего месяца зимы (или волчьего месяца, как называют его иногда люди) пришла оттепель. Наконец-то, зима, сжалившись над измученной холодами землей, укротила лютые морозы и дала всему живому небольшую передышку.

Снег все шел и шел, укрывая землю свежим белоснежным покрывалом, будто стремился скрыть результат нашей погони за некромантом. Будто хотел спрятать огромное пепелище, что осталось теперь от старинного кладбища в предместьях Ледора, небольшого и такого же старого города, затерявшегося в лесах на северной границе между двумя королевствами людей – Ладрим и Кальтон. Только здесь группе магов, в составе которой была и я, удалось зажать некроманта в кольцо и отрезать ему все возможные пути отступления.

Поймать и придать казни его пытались уже давно за безумные эксперименты с мертвыми, но некромант хорошо скрывался, прячась на кладбищах и старинных безымянных захоронениях, как людей, так и нелюдей. За ним тянулся длинный шлейф из разоренных и поднятых кладбищ, выжженной земли и изувеченной его черной магией природы. Воевать с таким количеством умертвий мне еще не приходилось. Но самое страшное по мощи сражение нас поджидало на ледорском кладбище, где когда-то хоронили проклятых отступников. Пришлось нам, магам, объединить свои силы, чтобы сровнять кладбище с землей, поскольку иного выхода некромант нам не оставил. Если бы мы решили дождаться подмоги, выступившей к нам из Миофеля, восставшие мертвецы не оставили бы в округе ни одной живой души. Только Богам известно, что творилось в голове этого колдунишки. Поэтому, взвесив все «за» и «против», мы решили смести с лица земли кладбище, но сохранить местному населению жизнь.

Не хочется вспоминать, какой ужас мы пережили за последние сутки. Даже опытных магов охватил страх от того, что нам пришлось увидеть. На такую мерзость не всякий отважится. Благо наших объединенных усилий хватило, чтобы развеять прахом всех, кого успел «оживить» некромант. Его, лишенного сил и придавленного старой могильной плитой, нашли уже после, когда на утро обследовали руины, оставшиеся от кладбища. Скованный по рукам и ногам некромант в сопровождении нескольких магистров тут же отправился в специальную тюрьму. А я и оставшиеся маги кое-как привели местность в порядок, завалились в первый же постоялый двор, перепугав его хозяина до полусмерти своим видом, и потребовали у него свободные комнаты для отдыха.

Здраво рассудив, что мне все равно отдых не светит, я вернулась в здание и быстро написала для Мартиса – магистра третьей ступени, возглавлявшего нашу группу, записку. Потом растолкала хозяина постоялого двора и вежливо попросила его собрать в дорогу провизию и передать магу мое коротенькое послание. Взяв все необходимое, поместила сумку с пропитанием в подпространство, чтобы не мешала, еще раз сверилась с картой, намечая маршрут до Академии боевой магии, и вышла на улицу.

Снег продолжал укутывать землю покрывалом и весело поскрипывал под сапогами, пока я шла к тесной конюшне, где скучал Хадар. Выведя полудемона на свежий воздух, заскочила ему на спину и согласно карте легкой рысцой направила на юго-восток. Нужно проведать Учителя.

Через три дня пути погода резко испортилась, короткую оттепель сменил морозец, и с севера подул холодный ветер, пригнав за собой тяжелые снежные тучи. Разыгралась нешуточная метель. Путешественники, осмелившиеся отправиться в дорогу, спешили вернуться обратно или искали убежища в попутных селениях. Мы с Хадаром все еще пытались пробиться дальше, хотя видимость была почти что никакая. Если бы не превосходное чутье полудемона, мы б уже давно заплутали. Но как бы ни был хорош мой конь, он не всесилен. Я могла, конечно, с помощью магии защитить нас от ветра и мороза, но расчищать толстый слой снега, который валил, не переставая, было неоправданной тратой сил и времени. Тем более, мы никуда, в принципе, не торопились. Можно и задержаться на несколько дней, чтобы переждать метель. К вечеру добрались до очередного городка и, в одном из постоялых дворов мне даже удалось снять приличную комнату. Возможно, помог знак магистра боевой магии, висевший на серебряной цепочке у меня на шее, не знаю, но факт налицо.

Я оставила Хадара в довольно просторной конюшне, вычистила его и задала овса, а уже потом отправилась в комнату, намереваясь отдохнуть. Пусть походная палатка, зачарованная мной лично под собственные предпочтения и нужды, была довольно комфортной, что позволяло в пути обходиться без лишений, все же порой хочется оказаться в более надежных стенах, хотя бы на постоялом дворе, где кто-нибудь другой позаботится о еде и тепле. Впрочем, даже это не было для меня проблемой. Мне редко когда удавалось подолгу находиться на одном месте. Неугомонная натура, любопытство и род деятельности не подразумевали под собой долгого отдыха. Я часто и порой спонтанно срывалась с места в очередное путешествие, по этой причине мой личный кусочек подпространства всегда был забит самыми простыми продуктами, из которых можно быстро и в самых суровых условиях приготовить горячий обед или ужин. Там же хранился запас одежды практически на любой случай, ведь никогда не знаешь, куда тебя занесет, и будет ли в том месте лавка или, на худой конец, какой-нибудь рынок. Многие сочли бы меня ненормальной, однако моя запасливость не один раз спасла жизнь и не только мне.

Заказав трактирщику, который в этот непогожий вечер сам обслуживал клиентов, поздний ужин, удалилась в комнату и собралась принять ванну. Да, мне повезло за несколько золотых урвать комнату, где имелась отдельная ванная, ради такого удовольствия можно и раскошелиться, ведь за поимку некроманта архимаг обещал хорошее вознаграждение. Перед моим приходом прислуга растопила камин, поэтому комната встретила теплом и мягким светом. Я быстро разделась, бросив одежду на широкую и, судя по всему, довольно удобную кровать, схватила с комода чистое пушистое полотенце и вошла в смежное помещение. Когда деревянная ванна была наполнена, нагрела воду с помощью магии и с удовольствием погрузила в нее свое уставшее и продрогшее тело.

Через час довольная и чистая сидела перед жарким камином и уплетала вкусную запеченную курочку с овощами. На десерт я выбрала малиновый пирог и травяной отвар. Приготовлено все было очень даже вкусно, поэтому мой ужин быстро исчез в желудке. С сожалением отодвинув от себя поднос с пустыми тарелками, собралась улечься в манящую в свои объятия свежим бельем и пушистым невесомым одеялом кровать, но на полпути меня остановил настойчивый стук в дверь. Сначала я хотела проигнорировать ночного посетителя, но стук повторился вновь. Пришлось открыть.

За дверью топтался хозяин постоялого двора, а чуть дальше по коридору переминался с ноги на ногу молодой мужчина, довольно богато одетый.

– Поисками краденного не занимаюсь. Обратитесь к городской страже, – тут же заявила я и хотела захлопнуть дверь.

– О, нет! Госпожа магичка, мы не по этому поводу решились нарушить ваш покой! – успел выкрикнуть в щель между косяком и дверью трактирщик.

– А в чем же дело? – поинтересовалась лениво, вновь распахивая дверь.

– Видите ли, моей племяннице вздумалось рожать в такую непогоду… – немного помявшись, ответил посетитель. – Вы не могли бы помочь?

– Разве не повитуха должна заниматься такими делами?

Я слегка выгнула бровь, но меня эта просьба не удивила (магам часто приходится оказывать подобного рода помощь), а раздосадовала.

– Повитуха в городе одна, старуха слегла, еле дышит, хоть ногами вперед выноси. Городской лекарь занят, по всему городу нынче много больных. Мы еще вчера отправили посыльного в соседнюю деревню за другой повитухой, но разыгралась метель, и ей теперь не добраться. А племянница давно мучается, как бы не сгинула вместе с ребеночком. Может, вы поможете? Мы заплатим.

Оба мужчины дружно закивали. Видимо, и, правда, роженице помочь больше некому.

Я с тоской посмотрела на беснующуюся за окном метель, на манящую в свои объятия постель, потом посмотрела на моих посетителей, которые не сводили с меня взгляда, и попросила их подождать внизу. Наскоро одевшись, через несколько минут вышла на улицу вслед за молодым мужчиной. Как оказалось, он являлся мужем женщины, нуждавшейся в срочной помощи. В лицо ударил ветер, щедро сыпанул снега в глаза и забрался холодными щупальцами под полы наспех наброшенного пальто.

– Здесь недалеко, – донесся до меня приглушенный голос мужчины, из-за того, что он натянул по самые глаза теплый шарф.

Я кивнула и поспешила за ним, застегивая пальто и стараясь не потерять в снежной круговерти своего провожатого. Перебравшись через высокие сугробы на противоположную сторону широкой улицы, и борясь с летящим в лицо снегом, мы вышли на перекресток и свернули в сторону. Что-либо разглядеть через пелену стремительно несущихся снежинок, было просто невозможно. Приходилось полагаться на мужчину, уверенно ведущего меня вперед, проваливаясь в снег едва ли не по колено.

Минут через двадцать мы остановились возле высоких ворот. Мужчина с силой толкнул незапертую калитку и повел меня к дому. Взобравшись на заснеженное крыльцо, я сбросила с головы капюшон и стряхнула с себя налипший снег. Мой провожатый громко постучал в дверь, и та тут же распахнулась, пропустив нас в теплый и хорошо освещенный холл. Старушка, встретившая нас, с надеждой воззрилась на мужчину, но метнув в мою сторону цепкий взгляд бледно-голубых глаз, недовольно поджала губы, окруженные сеточкой морщин.

– Кого ты привел к нам, сын мой? – проскрипела она, кутаясь в дорогую шаль. – Разве это повитуха?

– Нет, мама, это магичка, – устало сбросив с себя полушубок и шарф, ответил мужчина и повернулся ко мне. – Пойдемте скорее к Анисе. Ее комната на втором этаже.

– Ты с ума сошел, Сарен? – воскликнула старушка и попыталась встать на пути у сына. – Кого ты хочешь подпустить к своей жене? Эту девицу? Да она погубит Анису и еще денег за это потребует!

– Мама, вы бы шли к себе! – повысил голос Сарен. – Кроме, этой отзывчивой девушки, никто Анисе и моему сыну не поможет. Как же вы не понимаете?

Я хранила молчание, с интересом наблюдая за перепалкой, возникшей между родственниками. Интересно иногда послушать, что обо мне говорят окружающие. Ну так, ради смеха. Однако время шло, а ребенок все еще томился в утробе, страдая сам и причиняя своей матери не меньше страданий. Потерпев еще пару минут, взмахнула руками, и невидимая сила раздвинула спорщиков в разные концы холла.

– Чем дольше вы будете спорить, тем меньше шансов у вашего внука появиться на свет живым! – припечатала я, глядя на престарелую мать. – Может, вы все же дадите мне шанс им помочь? Иначе я сейчас уйду, а вы рискуете в таком случае похоронить и мать и нерожденное дитя.

Мать и сын, выпучив глаза от испуга, с минуту пялились друг на друга, но разум, видимо, возобладал над предрассудками, и меня проводили в комнату к роженице. Хотя всю дорогу до второго этажа противная старушка продолжала брюзжать под нос, будто толку от моей помощи все равно не будет, поскольку я, видите ли, не явлюсь опытной повитухой. Доказывать обратное не собиралась. Что толку тратить время и силы?

В комнате, куда меня привели, находилось несколько человек. Две служанки стояли возле изножья кровати, усердно пытаясь придать своему облику скорбный вид, и красивая немолодая дама, которая сидела на стуле у кровати и прикладывала ко лбу молодой женщины, корчащейся от боли, влажное полотенце.

– Как она?

Мужчина тут же подскочил к постели своей страдающей жены и посмотрел на даму.

– По-моему, этот кошмар никогда не закончится, – едва не плача, выдохнула она, прижимая руки к груди.

– Позвольте.

Я сбросила пальто на второй стул и приблизилась к кровати, вытянув руки над большим животом. То, что увидела, мне не понравилось. Ребенок имел неправильное положение в утробе матери, вместо того, чтобы перевернуться головой вниз, он лежал спиной. С таким бы повитуха вряд ли справилась, а вот лекарь, не будь сильно занят, смог бы спокойно женщине помочь, поскольку его не дождаться, придется действовать самой. Тем более, схватки становились все реже, да и будущая мать почти теряла сознание.

– Могу я попросить всех выйти из комнаты, вы только будете мне мешать, – сказала я, закатывая рукава рубашки и осматривая беглым взглядом батарею разнообразных флакончиков, стоявших на прикроватном столике.

– Нда… и какой умник посоветовал, пичкать такой дрянью рожающую женщину?

Старушка, было, вскинулась, пытаясь что-то возразить, метнув в мою сторону злой взгляд, но была выпровожена своим же сыном за пределы комнаты. Вслед за ней выскочили служанки, даже не пытаясь скрывать облегчение, которое отразилось на их лицах. Только, как я поняла, мать и, собственно, муж молодой женщины продолжали стоять у двери, не решаясь выйти вон.

– Скажите, что вы увидели? – крепко держа за руку зятя, спросила дама.

– Ребенок в назначенный срок не принял правильное положение, поэтому и не может появиться на свет, – отозвалась я, зажигая в комнате большой светильник под потолком и обтирая специальным раствором руки. – Но, не переживайте, я справлюсь. Только выйдите, пожалуйста.

– А… хорошо.

Мать и муж роженицы посмотрели на меня с надеждой и вышли, плотно прикрыв дверь. Я тут же принялась за подготовку. Из всех зелий, что разглядела раньше, мне пригодится только одно – вызывающее схватки. Остальное без жалости и сожалений полетело в специальную корзинку для мусора. Я скинула с роженицы одеяло и первым делом окутала ее обезболивающими чарами. Бедняжка перестала метаться и смогла на меня посмотреть более осмысленным взглядом.

– Спасите моего малыша, – простонала она, облизывая пересохшие губы.

– Все будет хорошо.

Я улыбнулась и положила ладонь на влажный лоб Анисы, отправляя ту в легкое забытье.

Сначала предстояло сделать самое трудное – с помощью магии придать ребенку правильное положение. Для этого пришлось прижать ладони к животу и настроиться на внутренний взор. Осторожно тонкими магическими нитями я оплела маленькое тело и потянула чуть вверх, одновременно подпитывая его ослабленный нехваткой воздуха организм. Тесное пространство матки не давало место для размаха, и мне пришлось действовать очень медленно. Стараясь не навредить, стала тянуть за нити так, чтобы ребенок повернулся головой вниз. Со стороны, никто бы не заметил этих манипуляций, но это была довольно трудная работа и, честно сказать, выматывающая, поскольку приходилось следить за состоянием не только ребенка, но и матери. Однако мы справились. Ребенок опустился головой вниз, и я закрепила его в таком положении, оставив на всякий случай несколько нитей, чтобы он вновь не перевернулся.

Теперь предстояло самое важное – помочь ему выйти наружу. Для этого привела его мать в чувство и заставила выпить усиленную дозу стимулирующего зелья, правда, пришлось снять обезболивающее заклятие, дабы рожающая женщина смогла дать знак, когда начнутся схватки. Магия магией, но процесс рождения должен быть более естественным, чтобы возникшая в этот момент связь между матерью и ребенком стала крепкой.

Мы прождали минут десять, прежде чем Аниса резко схватилась за живот, оглушив меня громким криком. Я подошла к ней и помогла поумерить боль. Вот и началось…

– До конца обезболивать не стану, ты будешь чувствовать, как ребенок выходит, но дам твоему организму сил, чтобы все закончилось как можно быстрее. Хорошо? – сказала, склонившись над женщиной, и та кивнула в ответ.

Кричала Аниса очень громко, перепугав, наверное, всех домочадцев, а может, и соседей, но это того стоило. Примерно через час, может быть, меньше на свет появился крупный мальчик, который тут же огласил его громким плачем. Я быстро обтерла его и, завернув в чистое мягкое покрывало, положила матери на грудь. Она улыбалась сквозь слезы, пытаясь разглядеть младенца.

– Спасибо, – прошептала счастливая мать.

– Не за что, – устало выдохнула я и распахнула дверь комнаты, встретившись носом к носу с ее встревоженным мужем.

– Поздравляю, у вас родился сын, – обронила, отступив в сторону, чтобы мужчина смог увидеть кровать, где лежали его жена и новорожденный сын.

Все семейство ликовало, даже вредная старуха, и благодарили меня за помощь. Я тоже была довольна своей работой, но больше всего мне хотелось отдохнуть. Оставив молодую мать и ее сына на попечение родни, потихоньку вышла из дома и вернулась на постоялый двор, где закрылась в своей комнате и провалилась в сон почти на сутки.

Погода стояла чудесная. Метель улеглась, ветер стих, разогнав тучи в разные стороны, и выглянуло солнце. Снег, укрывший все вокруг пушистым покрывалом, искрился на свету, даря какое-то детское чувство радости и счастья. Высоко вскидывая ноги, Хадар мчался по заснеженной дороге, обгоняя сани и других всадников, лошади которых без особой радости плелись по снежным заносам. Мне было радостно еще и от того, что Сарен примчался на постоялый двор и на весь зал, где я обедала, начал благодарить за спасение своей жены и сына. От переполняющего его счастья молодой отец закатил пир всем присутствующим, что последних очень даже обрадовало. Какие могут быть развлечения у постояльцев, вынужденных прозябать в четырех стенах из-за бушующей снаружи непогоды? Вот и веселились все вместе. Этот грандиозный праздник мог бы затянуться надолго, посему пришлось напомнить счастливому папаше, что его место не за богато накрытым столом, а дома рядом с женой и новорожденным сыном. Сарен внял моим словам и, от всей души поблагодарив еще раз, попытался всучить кошель, полный золота. Я отказалась, ведь помогала не ради награды.

– Селена, вы теперь часть нашей семьи. Если будете в наших краях, обязательно заходите к нам в гости.

Сарен крепко пожал мою руку и, пошатываясь, направился домой.

В гости я, конечно, не пошла, понимая, что молодым родителям на данный момент не до того. Да и погода наладилась, поэтому продолжила свой путь, оставив позади маленький городок и новую жизнь, которой помогла появиться на свет.

У всех магов так – мы помогаем и уходим. Чаще всего нас благодарят, пытаются отплатить за оказанную услугу кто золотом, кто серебром, кто просто чем может, но бывает и такое, что за свою помощь слова доброго не дождешься. Некоторые люди считают, будто маг просто обязан из шкуры вон вылезти, но сделать так, как того желает заказчик. Может, именно поэтому я отказалась состоять в гильдии магов, дабы не заниматься делами, которые не приносят душевного удовлетворения от выполненной работы, чтобы не приходилось угождать каждому, кто мнит себя выше других. Хотя архимаг давно припас для меня место в Миофеле, предлагал собрать под моим руководством группу магов, чтобы мы занимались расследованием различных преступлений. Честно, я много думала над этим, но пока предпочитала быть вольным магом и помогать гильдии по собственному усмотрению. Это давало возможность браться только за те дела, которые казались интересными. Как, например, последнее. Не готова я была привязать себя к Миофелю, целиком и полностью посвятить свою жизнь гильдии и Совету магов. Не для анимага такая жизнь. Нет.

Я привыкла жить свободно. Не в том смысле, будто бы могла вытворять все, что душе угодно. Даже у нас есть определенный свод законов, и его обязан соблюдать любой дипломированный маг. Необученные маги частенько нарушают законы, запреты и правила, за что порой платят собственной жизнью, но если им повезет остаться в живых, то своей свободой и магической силой, которую опечатывают. Когда проступок не повлек за собой серьезных последствий и был совершен не из злого умысла, такому магу-недоучке предлагают разблокировать силу и пройти обучение в соответствии с законом. Если же он отказывается, то, как бы печально это ни звучало, но его или ее в обязательном порядке лишают дара. С одной стороны – это довольно жестоко, поскольку лишенцы, как их называют, теряют вместе с даром часть своей души, что не приносит им счастья в жизни. Я когда-то испугалась этой участи, правда, законов не нарушала и стала магом, о чем не жалею. Но с другой – справедливо, поскольку это едва ли не единственный способ обезопасить простых смертных от непредсказуемых горе волшебников, которые зачастую даже не представляют, какие последствия может повлечь за собой неправильное использование магической силы. Время от времени инциденты случаются, даже при неустанном контроле Совета магов за рождением детей с даром. Конечно, их рождается не так много, и не всем везет с силой дара. Некоторым магических сил хватает только на то, чтобы зажечь взглядом свечу, таких даже в специальные школы не берут, считая их неопасными. Но есть одаренные дети, сила которых требует контроля с малых лет. Без обучения банальному контролю над своим даром, они становятся головной болью для всего Совета. Вот и следят маги за одаренными детьми, тщательно проверяя каждый случай рождения такого ребенка.

Обычно одаренные дети с радостью проходят обучение либо в магических школах, либо в одной из пяти Академий магии. Все зависит не только от желания, сколько от направления магии, к какой есть предрасположенность у того или иного ученика. Правда, встречаются детки особенно в зажиточных и богатых семьях, которые наотрез отказываются покидать отчий дом ради обучения. С ними приходится Совету туго, но у архимага есть свои рычаги воздействия на таких одаренных. Я никогда не интересовалась, чем именно стращает их архимаг, но ученики из числа привилегированных и титулованных семей не редкость. Благородные адепты учатся усмирять свою гордыню и посещают занятия наравне с безродными, учатся уважать своих сокурсников не за титул и родовое богатство, а за умения и навыки в магии. Наверное, только среди магов встречается такое, поскольку у нас нет деления на титулы, они остаются за стенами школ, дома и на сдачу зачетов и экзаменов никоим образом не влияют, как и на прохождение полевой практики. Все ученики для преподавателей одинаковы. Главное, повторюсь, магическая сила, умение ею управлять и правильно использовать.

У магов существует другое деление – чем больше знания и сила, чем больше приобретенных навыков, тем выше ступень, на которую он поднимается. Хотя это необязательно. Можно получить диплом и ничего не делать, и тут никто не в силах заставить молодого мага носиться по свету в поисках приключений на свой зад. Многие так и поступают, пытаясь пристроиться в больших городах, чтобы заниматься всякой ерундой, не требующей долгих путешествий и особых усилий. Их никто не осуждает, ведь у каждого свой путь и свои цели.

С момента приобретения дара я мечтала о путешествиях и приключениях. Правда, было время в моей жизни, когда готова была отказаться от мечты ради любви. Мне так хотелось быть счастливой, так хотелось иметь дом и любящего мужа рядом, что все остальное отошло на задний план. Однако судьба распорядилась иначе, вынудив меня вернуться к первоначальным планам, и я подчинилась, иначе сошла бы с ума.

Глава 2

Большая оружейная лавка, которой владели гномы, расположенная в богатом районе Терена, встретила меня непривычной тишиной. Обычно здесь частенько толкался разного рода народ: от охотников до просто любопытной молодежи из местных и из числа адептов Академии боевой магии, но в этот раз просторный зал, обставленный по кругу специальными стеклянными витринами с выложенными в них образцами всевозможного колюще-режущего оружия, был абсолютно пуст. Даже ни одного из владельцев лавки не было видно, что мне показалось странным, поскольку на звон колокольчика, висевшего на двери, из подсобного помещения лавки тут же выглядывал кто-нибудь из гномов, а я простояла на пороге уже несколько минут, но ко мне так никто не вышел. Да и голосов за стенкой не было слышно. Конечно, гномы воров не боялись, на их лавке установлена специальная и довольно мощная защита, но заставлять клиента томиться в ожидании, по крайней мере, невежливо. Так можно совсем лишиться покупателей, если только у гномов не случилось что-то серьезное.

Я прошлась вдоль витрин, раздумывая над тем – куда же подевались все гномы, и остановилась у той, где были выставлены на специальных подставках кинжалы и метательные ножи из серебра. Мне требовался новый набор ножей, потому что прежние сгинули вместе с нежитью на ледорском кладбище, а любому боевому магу положено иметь несколько серебряных ножей, так как неизвестно, куда дорога заведет, и не будет ли за кустами поджидать голодный упырь или вурдалак. Заклинания действенны только с дальнего расстояния, поскольку испепелять умертвие в непосредственной близости к себе – в лучшем случае остаться без бровей, ресниц или волос, в худшем – можно получить сильные ожоги. Да и не каждый восставший мертвец погибает от огня в мгновение ока, некоторые до самого конца пытаются преследовать потенциальную жертву. В таких случаях серебро самое верное решение. Можно метнуть нож, если вурдалак находится в недосягаемости, и покончить с ним раз и навсегда, но иногда приходится бить в упор, когда эта гадость нападает со спины или из укрытия. Именно серебро в одно мгновение обращает умертвие в прах. Главное, чтобы серебряные ножи или кинжалы всегда были под рукой.

Прошло еще несколько томительных минут ожидания. Я уже собралась отложить приобретение ножей на другой день, когда в дальнем конце здания хлопнула дверь, и послышались голоса. Разговаривали гномы на своем родном языке, значит, не хотели, чтобы их кто-нибудь случайно понял, и, судя по интонации голосов, были чем-то встревожены. Гномий язык я знала только в общих чертах, поскольку из-за сложности и зубодробильности произношения юных магов никогда не заставляли его учить. Да и гномы предпочитают всеобщий язык, на котором говорит основная масса их клиентов.

В зал вошел рыжебородый гном, к которому я тут же повернулась с широкой улыбкой.

– Здравствуй, Селена. Как давно тебя не было в наших краях!

– Здравствуй, Громлинг. Да вот, решила наведаться в Академию и заодно купить в вашей лавке серебряные ножи.

– Этого добра у нас всегда хватает, – оглаживая свою заплетенную в мелкие косицы бороду, отозвался гном и подошел поближе.

– Выбирай любые. Сама знаешь, мы подделок не продаем.

Я кивнула.

– Знаю. Как у вас тут вообще дела? Что нового произошло, пока меня не было?

Громлинг покосился на меня подозрительно, прищурился, что-то обдумывая, а потом перегнулся через стеклянную витрину и полушепотом сказал:

– Неладное что-то в последнее время происходит. И меня это тревожит.

– В каком смысле? – так же тихо поинтересовалась я.

– А в таком. Эльфы, будь они неладны, что-то затевают. Движение, понимаешь ли, какое-то подозрительное среди них замечено. Эти ушастые через подставных лиц оружие скупают наше, гномье. А для чего оно им, если эльфийские мастера сами оружие делают ничуть не хуже? – прогудел гном, продолжая теребить бороду.

Значит, его на самом деле тревожил данный факт. И, правда, зачем эльфам оружие?

– И что, вы продаете?

– А куда деваться?

Громлинг развел руки в стороны.

– Продаем и молимся своим богам, чтобы нам потом это боком не вышло. Знаешь, Селена, мы ведь оружие для того и создаем, чтобы его продавать. Кто на что горазд, тот тем и кормится. Не иначе затевают что-то светлые. Уж не войной ли на кого пойти собираются?

– Войной? – удивилась я, сдерживая рвущийся наружу смех.

Шутки шутками, а на самом деле кто этих эльфов разберет, тем более, светлых.

– Кто же им не угодил? Я ничего не слышала.

– И не услышишь. Неужели они на каждом шагу будут трубить об этом? Возможно, в Светлом лесу заварушка какая-нибудь назревает. Владыку Лафхеля многие сородичи недолюбливают за его бредовую идею – объединиться с дроу и положить конец раздору, коему уже несколько тысяч лет. Вот и хотят срубить сучок, на котором Владыка гнездится. Да только свое оружие против него направлять грешно, поэтому покупают наше оружие. Оно и надежное, и в руки взять не стыдно. Ты же знаешь, какие остроухие привереды.

– Да, странно, – задумчиво протянула я, постукивая пальцами по стеклянной крышке прилавка. – Надеюсь, нас это не коснется.

Громлинг покачал головой.

– Ну, да. Ну, да. Только они же и камни скупали.

– Что? Какие камни? – спросила я, пытаясь не потерять нить беседы и в тоже время определиться с выбором ножей.

Гном всплеснул руками, и его борода смешно подпрыгнула.

– Драгоценные, какие же еще? Скажи, не странно ли, что эльфы, которые сами умеют с помощью своей магии из земли минералы добывать и обрабатывать, станут выискивать уже готовые у гномов?

– А ты откуда знаешь?

– Брат мой троюродный по тетке со стороны матери, рассказывал. Только уже год прошел с тех пор. Может, и ерунда вообще. Поди разбери остроухих, что у них на уме?

Громлинг подергал себя за бороду и, открыв витрину, достал оттуда один из наборов метательных ножей.

– А ножи эти бери. Для твоей руки самое то.

Я взяла один в руки, рассматривая. Гладкий нож, идеально сбалансированный с копьеобразным клинком и упрощенной рукоятью без гарды, без накладок, рыбкой скользнул в руку. Из всех украшений только клеймо мастера на клинке. Так и хотелось его тут же испробовать в деле. Гном наблюдал за мной, пряча улыбку в пышной бороде.

– Не сомневайся, эти ножи не подведут, – сказал он. – Их делал мой младший сын, а он мастер что надо.

– Хорошо, беру их.

Я вернула гному нож, чтобы он упаковал весь набор. Его сына хорошо знала, как и то, что он великолепный мастер и вкладывает в свой нелегкий труд всю душу. Этого гнома уважают и ценят, как и его отца. Расплатившись, поблагодарила Громлинга за ножи и отправилась обратно в Академию, чтобы в тренировочном зале опробовать свое приобретение в деле.

Прошло уже около месяца с моего приезда в Академию. Первое время я, честно, ничего не делала и просто просиживала дни напролет в закрытом для адептов отделе библиотеки или в своей комнате, выделенной мне в бессрочное пользование уже много лет назад. Я отдохнула и откровенно заскучала. Тогда Валендор, который уже лет пятнадцать являлся ректором Академии, видя, как его бывшая ученица страдает от скуки, предложил мне поучаствовать в практических занятиях с адептами. К старшекурсникам соваться не хотелось по одной причине – перед выпуском адепты становятся чересчур нахальными и самоуверенными и слушать советы практикующего мага ни за что не станут, будучи уверенными в своих силах. Поразмыслив, решила примкнуть к адептам помладше, особенно к тем, кто только начал изучать нежить и различных магических существ. Преподаватели охотно поделились со мной возможностью понатаскать молодежь на практике. Некоторые из них уже довольно пожилые маги, и им иногда просто не хочется бегать по лесам и болотам в поисках практического материала.

Вот и пришлось мне (ведь я сама того хотела) водить адептов сначала в лес, где рассказывала им о животных и магических существах, населяющей местность вокруг Терена. А потом отвела их в подземелья Академии, где в большом зале в специальных магических колбах хранились различные экземпляры от нежити до магических существ, которые почти не встречаются в нашем мире. Надо признать, для адептов в некотором роде это был шок. Ну да, это не картинки в учебнике разглядывать, а увидеть существо в его натуральном виде, пусть и неживом. Чего только стоит увидеть горгулью, баньши или гарпию, у которой человеческое лицо. Вурдалаков в стазисе адепты испугались больше всего, а ведь им еще предстоит побывать через два года во время осенней полевой практики на каком-нибудь кладбище, где обязательно будут эти «ужастики». Я тоже первый раз боялась, но когда научилась метать ножи и огненные шары точно в цель, страх прошел сам по себе. Однако чувство отвращения к вывернутой как будто наизнанку форме существования, противоестественной самой жизни, до сих пор осталось. Хоть некроманты и берутся объяснять появление этих существ с научной и с магической точки зрения, даже, в некотором роде, отстаивая их право «быть», при столкновении с упырями и вурдалаками сами долго не церемонятся и отправляют их в небытие. Что бы они ни говорили, некроманты больше предпочитают тонкую работу со смертью, с душами и послушными зомби, чем работу с умертвием, которым руководит банальный голод.

Я прогулочным шагом обходила тренировочное поле, придирчиво осматривая подготовленные препятствия. Под ногами хрустел наст. С наступлением первых весенних дней погода резко изменилась – стало заметно теплее, и снег на открытых участках под солнечными лучами начал таять. Не успели все обрадоваться, как вновь вернулись несильные морозы, и подтаявший снег покрылся тонкой, но достаточно крепкой, чтобы выдержать вес человека, ледяной коркой. Небо с самого утра хмурилось, сердилось и не пропускало сквозь плотную завесу ни единого солнечного луча. Благо ветра не было, так что дискомфорта от пасмурной погоды пока не ощущалось.

«Лишь бы снег не повалил», – подумала я и, остановившись в дальнем конце поля, оглянулась на адептов пятого курса, столпившихся у невысокой каменной изгороди, обрамлявшей поле по контуру и служившей дополнительной магической защитой.

Им предстояло пройти эту полосу препятствий, а я от скуки предложила показать, как это нужно делать. В их возрасте мне тоже казалось, будто никогда не смогу пробежать по тонкому вращающемуся в противной, вязкой грязи бревну. Думала, не смогу увернуться от раскачивающихся, как маятник, препятствий, что не смогу взобраться на вершину бревенчатой стены и многое другое. И с первого раза, правда, никто не смог это сделать. Здесь была своя хитрость – полоса препятствий предназначалась не столько для физической тренировки, сколько для того, чтобы каждый адепт учился подключать магические навыки, преодолевая препятствия. Когда я поняла это, когда научилась доводить свой организм до пограничного состояния, впуская в тело силу и ловкость своей кошки (о моей хитрости никто не догадывался), прохождение полосы стало приносить мне огромное удовольствие. И этим знанием я планировала поделиться с молодежью, дабы хоть немного облегчить стоящую перед ними задачу. Преподаватели, сколько помню, никогда не стремились внятно и доходчиво объяснять, что к чему. Они считали, ученики должны сами придти к пониманию их задумки. Однако я так не считала, да и не обязана была следовать чужим заповедям.

Я улыбнулась приунывшим парням и девчонкам, которых традиционно на факультете боевой магии было раза в два меньше.

– Ну что, готовы показать, чему вы успели научиться? Поверьте, это не так страшно, как кажется.

– Ну да, это вам не страшно, – протянул кто-то с задних рядов.

– А нас магистр Леньос всю зиму стращал, что будет принимать экзамен с учетом результатов после прохождения полосы препятствий.

– Не переживайте, он уже много лет таким образом побуждает своих учеников быть более прилежными на его лекциях.

Я махнула рукой, с улыбкой вспоминая свою юность.

– Забудьте, что вам успели наговорить учителя. Не будь они уверены в ваших знаниях, вы бы здесь не стояли. Самое главное – не торопитесь. Я не собираюсь вас гонять. Сегодня вы только попробуете свои силы, поэтому наша цель – не скорость, с которой вы преодолеете преграды, а возможность побороть свой страх и научиться, на практике применять заклинания, которым вас учили последние несколько курсов. Можете прогуляться по полю, у вас есть время поближе рассмотреть подготовленные для вас препятствия.

– О-о-о-х! – пронесся среди адептов тягостный вздох, но спорить никто не стал.

Они послушно разбились на пары и отправились на поле, где долго рассматривали препятствия. Время от времени со стороны поля раздавались взрывы смеха. Ага, если шутят, значит, не так страшно, как им вначале показалось. Я не торопила молодежь, давая возможность спокойно обсудить заклинания, которые стоит применить в том или ином месте полосы препятствий.

– А, магистр Селена, вывели адептов попрактиковаться? – раздался рядом со мной радостный голос.

– Да, магистр Ольбер.

Я вернула улыбку невысокому, закутанному в плащ с широкими рукавами учителю по зельеварению.

– Нужно же когда-то начинать.

– Я никогда не забуду, как сам проходил эту полосу.

Мой собеседник еще шире улыбнулся.

– Ну, не буду вам мешать. Занимайтесь.

– Спасибо.

Я кивнула учителю, который приветственно махнул рукой возвращающимся с поля ребятам и поспешил в Академию.

– Магистр, вы обещали пройти полосу и показать на собственном примере, что нужно делать, – обратился ко мне староста группы – высокий темноволосый парень.

– Раз обещала, значит, покажу, – с этими словами застегнула короткую куртку под самое горло и перепрыгнула через ограду.

– Смотрите и запоминайте.

Я не стала торопиться, преодолевая препятствия, дабы прилипшая к каменной ограде молодежь могла рассмотреть все мои действия, но даже так это испытание доставляло мне немалое удовольствие.

Одним из первых препятствий была широкая площадка с узкими хаотично расставленными по ней колоннами, которые возвышались над землей на несколько локтей. Применить для прохождения можно было либо левитацию, планируя от одной колонны до другой, либо телепотрацию. Главное, не нарушить одно из основных правил – нельзя использовать один и тот же прием дважды. Я выбрала телепортацию, в несколько скачков преодолев площадку, и вышла на разрушенный каменный мостик. Подняв с помощью левитации лежавшие под мостом обломки, сбежала вниз, потом заморозила узкую дорожку на огромной луже воды, прошла по ней и уткнулась в импровизированное болото, в центре которого был сделан настил из узких скользких бревен, так и норовящих повернуться под ногами и сбросить в жижу. Здесь отлично сработал стазис. Бревна послушно замерли, и я уверенно перебралась на противоположный бережок. Со стороны адептов не доносилось ни звука. Видимо, они очень внимательно следили за мной, подмечая каждое движение.

Я почти добралась до конца полосы, когда почувствовала чей-то очень пристальный и внимательный взгляд, прожигающий мою спину. Между лопатками неприятно закололо. Да, наблюдающий за мной незнакомец отлично знал, что я чувствую его взгляд, и ждал, что объект его пристального внимания обернется. Видимо, ему хотелось увидеть мое лицо, но я держалась, пытаясь игнорировать неприятные ощущения и сосредоточиться на последнем и сложном препятствии. Мне нужно было пройти по узкому деревянному помосту, над которым на специальной балке были подвешены тяжелые мешки с землей, раскачивающие из стороны в сторону. Можно было выбрать для его прохождения любой способ – либо испытать свою ловкость, поймать ритм с каким раскачивались мешки, и проскользнуть между ними. Либо (но этот способ больше подходил для старших курсов) погрузиться в подпространство и, таким образом, схитрить. За это никто и никогда не ругал адептов. Я же решила поступить иначе. Создав под собой плотную воздушную подушку, заставила ее подбросить мое тело вверх, и, извернувшись в воздухе, прямо как кошка, опустилась сверху на балку, к которой крепились раскачивающиеся мешки. Мягко пробежав по ней почти до самого края, уселась на нее верхом и, весело улыбаясь, помахала рукой застывшим в немом удивлении адептам.

– Ну, вот и все! – сказала нарочито громко, оглядываясь по сторонам, и только теперь увидела группу всадников.

Они, обогнув поле по идущей немного в стороне от него дорожке, направлялись к зданию Академии.

«Эльфы?» – подумала удивленно, рассмотрев и красивых лошадей и плащи, какие так любят носить остроухие.

Мое настроение резко ухудшилось. Что, интересно, эльфам здесь нужно? Тем более, вместе со светлыми явились и дроу. Один из них спешился и оглянулся, случайно встретившись со мной взглядом. Синие холодные глаза мазнули по моему лицу, и их хозяин отвернулся, взяв коня под уздцы.

– Как здорово у вас получилось!

Адепты встретили меня громкими криками и овациями.

– Вы же видели, что, в принципе, ничего сложного в этом нет.

Я улыбнулась в ответ, хотя мысли мои были заняты явившимися в Академию эльфами. Правда, пришлось отложить эти мысли на потом и заняться практикой. Немного поспорив, будущие маги выстроились в более-менее организованную очередь, и их испытание началось.

Освободилась я только после обеда и решила проведать Валендора, а заодно узнать, зачем приехали эльфы. Не то, чтобы мне было так уж интересно, просто их появление поселило в моей душе неясную тревогу. К тому же на правах его любимой ученицы могла приходить в кабинет ректора в любое время. Правда, подобную наглость позволяла себе довольно редко. Все же те времена, когда Валендор был просто моим учителем, давно прошли. Да и я не маленькая девочка, чтобы каждый раз бегать к нему то за советом, то просто поболтать о всякой ерунде. И было бы неправильно рушить в глазах адептов авторитет ректора своими панибратскими, так сказать, с ним отношениями.

Секретаря на месте не было, поэтому я потихоньку отворила дверь в кабинет ректора и замерла. В удобных креслах напротив Валендора сидели эльфы. Их было трое. Подслушивать и не подумала. Это было бы слишком унизительно и для меня самой, и для ректора. Закрыв дверь, прошла в конец приемной и забралась на широкий подоконник с ногами так, чтобы любой, кто появится в комнате, меня сразу не заметил.

Прошло еще около получаса, прежде чем дверь кабинета открылась, выпустив эльфов. Сам ректор с важным видом проводил их и, уже возвращаясь обратно в кабинет, вдруг остановился.

– Селена, как хорошо, что ты здесь, – устало вздохнул он, сбросив с себя немного напускной вид очень важного и занятого человека. – Утомили меня эти эльфы. Заходи в кабинет, поговорить нужно.

– Не ожидала, их здесь увидеть, – призналась я, спрыгивая с подоконника и проходя в кабинет вслед за учителем. – О чем вы хотели поговорить?

Валендор прошелся взад-вперед по кабинету, заложив руки за спину. Брови его хмуро сошлись на переносице, что означало только одно – учитель чем-то сильно озабочен. Я не стала его торопить, а потихоньку прошла к столу и опустилась в кресло. Ректор продолжал расхаживать по кабинету, но хранил молчание. Мне это не нравилось. Если Валендор долго обдумывает то, что хочет сказать, значит, мне это может сильно не понравиться. Я успела за много лет нашего знакомства неплохо изучить этого мага и просто покорно ждала, когда в голове учителя нужным образом выстроятся мысли, и он сможет начать непростой разговор. Шанса, сбежать и затеряться в коридорах Академии, у меня не было. Да и нечестно это было бы по отношению к учителю. Я же сама пришла, а если пришла, то выслушаю все, что он сочтет нужным сказать.

– Да, Селена, непростую задачу поставили передо мной эльфы. Ох, непростую.

Валендор присел в кресло рядом со мной, но в глаза не смотрел.

Ага! Что на этот раз меня ожидает?

– И чего они хотят? – спросила напрямую, не видя смысла, ходить вокруг да около.

– Знаешь, я обескуражен их просьбой, но должен хоть что-то решить.

Учитель развел руки в стороны и все же осмелился на меня взглянуть. Он был растерян, что ясно читалось в его взгляде. Я слегка приподняла брови, не задавая вслух вопросов, просто дав ему возможность высказаться. Валендор пощупал свою короткую седую бородку и медленно, будто даже нехотя (в том смысле, что ему было неудобно говорить это) заговорил:

– Знаешь, это эльфийское посольство прибыло, чтобы забрать Айравель. Они сказали, принцессе пришло время отправиться в Гархар к своему жениху. Владыки Лафхель и Селдрим решили больше не откладывать дело со свадьбой, поэтому в скором времени ей предстоит отправиться в путешествие. Но в тупик меня поставило не это и даже не тот факт, что нас заранее никто не предупредил. Эльфы попросили меня дать им в сопровождение опытного мага.

– Эльфы, что?

Я во все глаза уставилась на учителя.

– Они так пошутили?

– Нет, дорогая, они не шутили. Три дня назад я получил послание от Владыки Селдрима, в котором он просит отправить вместе с Айравель человеческого мага. Якобы для дополнительной защиты. Наверное, он считает меня идиотом.

Валендор сокрушенно покачал головой и продолжил:

– До сегодняшнего дня мне не было дела до политики, что ведут между собой эльфы. Не я соглашался спрятать в Академии принцессу Айравель, которой в родном доме, по словам ее отца, грозила опасность. Хотя, по-моему, так это выдуманная причина. Но тогда мы понимали, это временная мера, и рано или поздно принцесса достигнет положенного возраста и отправиться в Гархар, чтобы выйти замуж за кронпринца. Наша задача заключалось в том, чтобы сохранить местонахождение Айравель в тайне и оградить ее жизнь от любой напасти. А теперь эльфы хотят, на чем настаивает даже архимаг, чтобы я выбрал мага, который отправится с ними в путешествие. Ты только представь, я должен сам отправить кого-то, возможно, на верную гибель! Из нашей Академии вышло много доблестных магов, но я даже не могу представить, кто из них сможет справиться с этой задачей.

– Разве архимаг сам этого не понимает? Разве он не может отказать по какой-нибудь веской причине? – спросила я, похлопав для утешения учителя по морщинистой руке. – Вся эта затея похожа на бред. Зачем нужно отправлять принцессу в опасное путешествие, когда можно было бы настроить портал? Пусть это потребует огромных затрат энергии, но зато жизни и здоровью Айравель ничего не будет угрожать.

– Архимаг, конечно, все понимает. Он понимает, что это все бред, но отказать эльфам не может. Архимаг тоже интересовался, почему нельзя выбрать более безопасный способ, чтобы переправить принцессу в Гархар. Знаешь, что заявили ушастые? Они сказали – это обязательный ритуал. Путь, проделанный принцессой в королевство дроу, будет символизировать долгий путь всех эльфов, который они прошли от раскола до примирения. Чушь, конечно, рассчитанная на дураков, но архимагу пришлось проглотить эту глупость. Мы связаны по рукам и вынуждены учитывать не столько интересы магов, сколько политические интересы всего человеческого мира в целом. Ты же знаешь, как эльфы умеют влиять на события. И знают все, какой договор подписан между нами. А нам нужно сейчас их вмешательство, когда в мире наступил покой? Будь они не ладны! – воскликнул учитель и гневно сжал кулаки. – Да еще декаду дали, чтобы мага им найти. Как будто за это время найдется хоть один умный маг, готовый сунуть голову в петлю.

– Ну, не все же так плохо, учитель. Вы же сами знакомы с магами, которые бывали у эльфов и даже жили среди них, – мягко возразила я. – Думаю, многие захотели бы взяться за это дело. Эльфы редко просят помощи у людей.

– Селена, дорогая, они такие же старики, как и я. Никто из них уже не сможет вынести тягот долгой дороги.

Валендор посмотрел на меня и подергал себя за седые волосы.

– Молодые маги согласятся, я уверен. И среди них отыщется немало смелых, сильных, умных, готовых на все ради достижения цели, но мало кто из них знает эльфов. Когда-то эльфы стремились принимать участие в воспитании человеческих магов, они пытались делиться своими секретами, но когда поняли, что люди не хотят им подражать, не хотят перенимать таинства эльфийской магии, помогать перестали. У людей своя магия, у них своя. Без страха и сомнений я бы отправил вместе с ними именно такого мага, который хоть что-то понимает в их магии.

– Нет, учитель, не смотрите на меня так. Вы знаете, что я к эльфам добровольно не сунусь.

Я покачала головой, заметив, как изменился взгляд старого мага.

– Не вы ли мне говорили когда-то, чтобы не смела к ним приближаться, потому что эльфы коварны и опасны? И на этот раз я готова прислушаться к вашему давнему совету.

– Говорил, дорогая, говорил.

Валендор сильно сжал мою руку, будто видел во мне решение всех проблем.

– И я бы повторил свои слова снова, если бы не сложившиеся обстоятельства. Но именно ты не послушала меня и общалась с эльфами довольно тесно, и ты знаешь, чего от них ожидать. Тут дело не в твоих отношениях с Дамерианом, а в том, чему этот дроу успел тебя научить. А еще потому, что ты анимаг, Селена. Ты можешь увидеть то, чего не заметит обычный человек, будь он даже самым лучшим магом на свете.

– Учитель, это нечестно.

Я прикрыла глаза, чтобы он не видел моей боли.

– За что вы опять обрекаете меня на эти испытания? Чему бы ни учили меня в свое время эльфы, это не дает вам права отправлять меня в это дурацкое путешествие. Я не единственный анимаг на свете.

– Селена, ты знакома с Айравель. И принцессе будет проще довериться тебе, чем незнакомому человеку.

Учитель применил еще один аргумент, чтобы я не могла отказаться.

– Ты просто не представляешь, как тяжело далось мне это решение. И мне больно от того, что я вынужден просить тебя отправиться с эльфами. Прости, Селена, но ты единственный маг, кому без сомнений могу доверить это дело, потому что сам тебя учил, потому что знаю, в случае опасности ты не испугаешься, не наделаешь ошибок и не бросишь Айравель. Ты вправе отказаться, но другой маг, скорее всего, погибнет.

– Учитель Валендор, вы пытаетесь мной манипулировать, и мне это совершенно не нравится. Вы же знали, я буду против. Так почему продолжаете настаивать, приводя различные доводы? Вас послушать, получается, что, кроме меня, на свете больше нет достойных магов. Это нечестно.

Я вскочила на ноги и, нервничая от понимания того, что угодила в ловушку старого мага, начала расхаживать из стороны в сторону.

– Это нечестно и по отношению ко мне, и по отношению к другим магам.

– Соглашусь, это несправедливо.

Учитель тоже встал и начал ходить следом за мной.

– Но я знаю тебя с самого рождения, Селена, поэтому прошу помочь не столько себе или Совету магов, сколько принцессе. Ее гибели люди и не заметят, но эта смерть останется на моей совести только потому, что кто-то другой не справится. Я никого не хочу обидеть, но твердо знаю, только ты сможешь защитить Айравель, если ей будет угрожать опасность, – с этими словами учитель преградил мне путь и, взяв за плечи, заглянул в глаза.

– Я бы пошел сам, чтобы никого не просить и, упаси Боги, не уговаривать, но уже слишком стар. Моя сила томится в слабеющем теле. Селена, я еще долго смогу управлять ею, но путешествовать, увы, уже не способен. К сожалению, времена, когда я с легкостью пускался в дорогу, давно канули в небытие. Все, что мне остается, это сидеть в кресле ректора и руководить процессом обучения молодых магов. Пожалуйста, не брось старика на растерзание, помоги эльфам.

– А вы подумали, в качестве кого я должна присоединиться к эльфийской процессии? И будут ли светлые эльфы рады моему обществу? – спросила, сверля учителя испытывающим взглядом. – Насколько понимаю, они ничего не знают о просьбе Селдрима.

– Подумал, но не я, а лорд Элленар из рода Арталлинэр. Он прибыл вместе с посольством только со стороны темных эльфов.

Валендор отпустил меня и без сил опустился на свой стул.

– И что же придумал этот дроу? – усмехнулась я, отворачиваясь к окну.

На душе моей скребли кошки. Вот и проведала учителя, даже не подозревая, какую он готовит мне каверзу.

– У принцессы Айравель вполне может быть подруга, – раздался от двери чужой, но довольно приятный голос.

Я обернулась и увидела вошедшего в кабинет незнакомца. Это был тот синеглазый эльф, которого заметила утром. Прикрыв дверь, он прошел к столу и занял одно из кресел. Надо признать, выглядел дроу привлекательно, как и все эльфы, такой же прекрасный с красивыми правильными чертами лица, с длинными иссиня-черными волосами, забранными в сложную косу, и надетый на дроу темный, почти черный дорожный костюм чертовски шел эльфу, подчеркивая стройность своего хозяина. Дроу наверняка прожил уже не одну сотню лет и смотрел на мир с легкой долей презрения (возможно, такой взгляд был адресован только мне), но было в нем нечто, не совсем свойственное эльфам. И это «нечто» упорно ускользало от моего внимания. Правда, у меня не было большого желания рассматривать темного эльфа, еще подумает, что интересует меня в качестве покровителя или любовника.

– Подруга из людского рода? Интересно, что бы вы придумали, лорд, будь на моем месте мужчина? – съязвила я, вновь отворачиваясь к окну, дабы не видеть его лицо. – Он бы стал ее другом или… любовником?

– Это не имеет значения. Но я бы, действительно, предпочел, чтобы на вашем месте оказался мужчина, – спокойно и холодно отозвался лорд Элленар. – С женщинами слишком много проблем.

– Давайте обойдемся без грязных намеков!

Я развернулась к эльфу и обожгла его гневным взглядом.

– Ни вы, ни ваши сородичи мне не интересны. Я сама не в восторге от того, что мне придется провести некоторое время в обществе недоверяющих друг другу эльфов.

– Чем вам не угодили эльфы? – полюбопытствовал один из представителей этой расы, внимательно разглядывая мое лицо, фигуру и нисколько при этом не смущаясь.

– И вот с ними я должна оберегать принцессу?

Я повернулась к Валендору и указала рукой на эльфа.

– Для них женщина – это низшее существо, годное только для удовлетворения собственных желаний. Вы посмотрите, лорд уже пытается меня соблазнить.

– Селена… – укорил меня за прямоту учитель. – Думаю, лорд Элленар не хотел тебя обидеть.

– Обижаются на близких, а этот тип меня просто раздражает. Если ваш гость не соизволит вести себя подобающим образом, ищите другого мага. И желательно, мужчину, чтобы у эльфов с ним не возникло «проблем», – прошипела я, сложив руки на груди.

– Лорд Элленар… – начал, было, учитель, но дроу его перебил:

– Нет, господин ректор, я понимаю, что выбрал неверную тактику поведения с вашей ученицей, и готов извиниться. Только пусть она пообещает не заглядываться на моих собратьев, потому что…

– Ну, вы и гад, лорд как вас там! – рявкнула я, сжимая кулаки. – Мне не то, что смотреть в вашу сторону противно, одно только нахождение с вами в этом кабинете вызывает лютую ненависть ко всему остроухому народу. Вот только не надо пытаться меня испепелить взглядом, я вас не боюсь. И зарубите себе на своем эльфийском высокомерном носу – я не собираюсь падать ниц ни перед вами, ни перед вашими собратьями. Если вы считаете всех человеческих женщин падкими на вашу красоту, то это только ваша проблема. На этом позвольте откланяться.

Проигнорировав слабые попытки учителя меня остановить, выскочила из его кабинета и громко хлопнула дверью. Мне нужно было успокоиться. Я оказалась не готовой к нападкам дроу, к его намекам.

«Ничего, никуда они не денутся. Если им нужен маг, значит, образумятся и будут в следующий раз более вежливыми», – думала я, спускаясь по потайной лестнице с намерением сбежать из Академии и прогуляться по окрестностям Терена.

Хадар бесцельно бродил по небольшой опушке на краю леса, которую мы облюбовали, и откуда открывался вид на Терен, тесно подступившего под стены замка. Я же стояла, прислонившись спиной к старой сосне, и смотрела на горделиво возвышающиеся над разномастными крышами города шпили башен Академии боевой магии. Мне никак не удавалось взять себя в руки. На многие годы это место стало для меня домом, здесь я открыла для себя всю прелесть настоящей жизни, наполненной магией, здесь выросла и никогда бы не подумала, что может наступить в моей жизни день, когда с невероятной силой будет хотеться отсюда сбежать.

Сбежать от липкой и, на первый взгляд, беспричинной обиды на слова дроу, на странное решение учителя, человека, можно сказать, спасшего мне жизнь, а теперь собственноручно толкающего в круговорот совершенно не касающихся меня событий. Мой мир перевернулся, и я увидела его в совершенно ином свете. Валендор не просто мой учитель, он маг, состоящий в Совете, он ректор, он тот, кто зачастую принимает решения за других. И если раньше мне казалось, что в силу обстоятельств, толкнувших нас в жизни друг друга, мой учитель никогда не поступит со мной несправедливо, то теперь поняла, что ошибалась. Я его ученица, возможно, даже любимая ученица, но в момент крайней необходимости Валендор решил именно с моей помощью решить свалившиеся на его седины проблемы. И никого не волнует, что я свободный маг, что не подчиняюсь Совету, что могу отказаться. Однако, и учитель, и архимаг решили схитрить, решили мной манипулировать, дабы склонить к единственно верному, с их точки зрения, решению. Не удивлюсь, если архимаг сам предложил мою кандидатуру, и учитель не посмел перечить. А ведь он прекрасно знал, на что толкает меня. Знал и знает, чем закончилось мое предыдущее общение с эльфами. Он знает, что я до сих пор, несмотря на прошедшее с тех пор время, страдаю. Пусть это уже не влияет на мою жизнь. Только его навязанное на мою бедную голову решение воспринималось, как подлость. Мои интересы никто не учел.

– Как он мог, Хадар? Как он мог? – спросила у коня, а он, чувствуя мое настроение, подошел и уткнулся мордой в плечо. – Он просто вынуждает меня примкнуть к эльфам.

Полудемон негромко фыркнул, тряхнув головой, он меня успокаивал исходившим от его души теплом. Я обняла Хадара за шею и так стояла, чувствуя поддержку единственного друга, который никогда и ничего не делал в угоду своим интересам.

Вдруг полудемон напрягся и мягко оттолкнул меня в сторону, чтобы развернуться и прикрыть собой.

– Что случилось? – встревожилась я и попыталась разглядеть то, что так не понравилось моему коню.

Только это было весьма проблематично, учитывая размеры Хадара. Непосредственной угрозы, сколько ни пыталась определить, не почувствовала. Рядом не было животных, разве что птицы тревожили сонный покой леса. А потом поняла, кого задолго до меня почувствовал Хадар. Это был эльф. Дроу.

– Уходим, – шепнула коню, запрыгнув на его широкую спину.

Бесшумно ступая по насту, Хадар размашистой рысью двинулся по тропе, тянувшейся вдоль кромки леса, чтобы обогнув его, вернуться в Академию с противоположной стороны. На какое-то время мы оторвались, поскольку я с помощью нехитрого заклинания подчистила за нами все следы вплоть до энергетических, но мы рано начали праздновать победу. Неожиданно прямо перед нами на узкую тропу выскочил вороной конь и преградил нам путь. Хадар едва не протаранил почти не уступающего ему по размерам скакуна, на спине которого горделиво восседал лорд Элленар из рода Арталлинэр. На его высокомерном лице играла легкая усмешка, а взгляд выражал полное превосходство над всем живым. Я досадливо поморщилась, пытаясь развернуть Хадара в обратную сторону.

– Лэрине Селена, думаю, ваше бегство не решит сложившуюся ситуацию, – бросил мне вслед этот надменный дроу.

– Мне приходится бежать, поскольку ваше общество, лорд, не слишком приятно, – сухо отозвалась я, не имея никакого желания беседовать с остроухим.

– Возможно, вы хотите, чтобы я извинился перед вами за несправедливое замечание, которое позволил себе при первой нашей встрече? – иронично изогнув бровь, поинтересовался дроу.

– О! Это было бы идеально! Но я сомневаюсь, что дождусь от вас извинений.

Я усмехнулась, окинув его взглядом, полным презрения.

– Вы считаете, эльфы не способны признавать свои ошибки, лэрине Селена? – продолжая разговор в той же манере, поинтересовался он, уводя своего коня в сторону, поскольку Хадар явно вознамерился его протаранить.

– Лорд Элленар, какая разница, что я думаю о вас и вашей расе в целом? Просто сегодня еще раз смогла убедиться – тот, кто не принадлежит к эльфийскому народу, редко удостаивается с вашей стороны хотя бы уважения.

Я устало махнула рукой и пустила Хадара вперед по тропинке.

– Нет, лэрине, это имеет значение, поскольку нам придется провести какое-то время вместе. Я не хочу, чтобы возникшие между нами разногласия повлияли на исход нашего похода. Все же, хотелось бы надеяться, что оно завершится благополучно.

Дроу догнал меня, и его конь пошел рядом с полудемоном.

– Насколько поняла, вы бы предпочли увидеть в своей команде мужчину, а не женщину, – подметила я.

– Я понял, что ошибался на ваш счет, лэрине Селена. Простите. Да и ваш учитель был более чем убедителен, когда советовал взять в путешествие именно вас. Ректор сказал, вы замечательный маг и на вас всегда можно положиться. Описанные им ваши достоинства склонили чашу весов в пользу вас, лэрине.

Я удивленно воззрилась на дроу. Было странно слышать от него подобные заявления, если вспомнить, что несколькими часами ранее он отзывался о женщинах совершенно иначе.

– А меня вы не хотите спросить – хочу ли я участвовать в походе?

– Боюсь, вас уже поставили в такие условия, что обратного пути не осталось. И при иных обстоятельствах я сам был бы рад отказаться от вашей кандидатуры, лэрине Селена, но в данный момент этого сделать не могу. Увы, но, по сути, мы все заложники в этой ситуации.

Лорд Элленар развел руки в стороны, демонстрируя, будто не в силах что-либо изменить.

– Ответьте, пожалуйста, честно, лорд Элленар, для чего вам в походе понадобился человеческий маг? Просто у меня в уме не укладывается, чтобы эльфы прибегли к помощи людей да еще в такой ситуации.

Я посмотрела прямо в синие глаза дроу, пытаясь уловить в его взгляде малейшие изменения.

– Что это за игра?

– Да, вы правы, лэрине Селена, это игра. Только затеял ее не я, и не мне принадлежит идея задействовать в деле, которое касается только эльфов, человека. Вы же знаете, кто стоит за этим, не так ли? Думаю, ректор Валендор поделился с вами.

Мой собеседник придержал коня, который почему-то нервничал в присутствии Хадара, и слегка приподнял брови.

Я качнула головой.

– Допустим. Но для чего? Чем человек, в смысле я, могу помочь вам? Вся эта затея выглядит глупо. Согласитесь.

– Нет, не глупо. Владыка Селдрим рассчитывает на то, что человек, то есть маг – лицо незаинтересованное, не принадлежащее к нашей расе, а потому может заметить такое, на что ни я, ни другие эльфы внимания не обратят. То, что для нас норма, для вас может стать причиной для подозрений и более внимательного наблюдения за окружающими принцессу в пути эльфами. Как это ни печально, но эльфы знают немало секретов, как отвести другим глаза, как сделаться незаметными для своих же сородичей, и этим пользуются.

Губы дроу тронула легкая улыбка, но взгляд его сделался непроницаемым.

– У темных эльфов есть веские причины, чтобы не доверять своим светлым собратьям. Я не могу рассказать вам все, что знаю сам, поскольку не имею права.

– Если вы умеете обманывать друг друга, то меня и подавно смогут обвести вокруг пальца. Я не знаю ваших хитростей. В таком случае смысл моего пребывания в рядах ваших сородичей просто сводится к нулю, – возразила я и мысленно попросила Хадара, чтобы он не пытался незаметно цапнуть эльфийского коня за ухо.

Мы остановились по краям узкой тропки, но наши кони все равно были слишком близко друг к другу, и полудемону это не нравилось.

– Разве мне нужно рассказывать вам, как эльфы относятся к людям?

Лорд Элленар смотрел на меня с нескрываемым сочувствием.

– По-вашему, я нуждаюсь в жалости? – фыркнула раздраженно.

– Нет, но в данном случае презрение эльфов только нам на руку. Возможно, вас попытаются соблазнить (на что я еще раз презрительно фыркнула), чтобы поразвлечься в дороге, но никто из эльфов не воспримет вас всерьез. Тем более, ни один из них, кроме меня и принцессы, не будет знать, что вы маг. Надеюсь, у вас найдется амулет, скрывающий магическую составляющую ауры?

Заинтересованный взгляд переместился на мою шею.

– Ведь сейчас на вас надет один из таких. Вы что-то скрываете? Да и ваш полудемон… Малеварсике лошади просто так никому не даются. Что вы за человек, Селена?

– Я маг – это все, что вам нужно знать обо мне. Если вас тревожат мои тайны и секреты, поищите более открытого кандидата в сопровождающие, – отозвалась я, игнорируя пристальный взгляд лорда. Пусть смотрит, у меня одна шея, а не три или более, как у гидры.

– О, нет!

Губы эльфа расплылись в торжествующей улыбке, и даже взгляд его слегка изменился, что не укрылось от меня в сгущающихся сумерках.

– Я своих решений не меняю, лэрине Селена. И даже если вам это не по нраву, но вы едете с нами.

Я покосилась на собеседника и промолчала. Не то, чтобы собиралась подчиниться эльфу и исполнять его приказы с видом послушной собачки, просто понимала – спорить бесполезно. Меня, и правда, поставили в невыгодное положение. Сам учитель загнал в ловушку, захлопнув ее заботливой рукой.

– Вы ничего не возразите в ответ?

Дроу состроил удивленное лицо.

– Не думал, что вы так быстро сдадитесь. Честно признаться, я слегка разочарован.

– Просто не хочу быть слишком предсказуемой и еще не хочу уподобляться вам, лорд Элленар, – обронила я и вновь пустила Хадара по тропке вперед.

День был долгий и неприятный, хотелось остаться наедине с собой и отдохнуть.

– Вы всегда такая?

Эльф догнал меня и заставил заупрямившегося коня скакать рядом с Хадаром.

– Любите, чтобы последнее слово оставалось за вами?

– А вы всегда такой приставучий? – не оборачиваясь, вопросом на вопрос ответила я.

– Просто я должен знать, кому мне придется доверить жизнь принцессы, – донесся до меня спокойный голос эльфа.

– Вот с этого и нужно было начинать, лорд Элленар. Вся предыдущая болтовня бесполезна, поскольку вы толком так и не объяснили, в чем заключается моя задача, и что задумали светлые эльфы.

Я все же повернула голову в сторону собеседника и смерила его снисходительным взглядом.

– Только не говорите мне, будто не можете раскрыть тайны и тому подобное. Я должна знать все, дабы как можно лучше справиться с возложенной на меня миссией.

– Хорошо, я готов поделиться с вами. Только давайте отложим беседу на утро. От Гархара до Терена путь неблизкий, и мне бы хотелось хоть немного отдохнуть.

Дроу слегка повел плечами, будто непосильная ноша давила на них.

Я кивнула, подмечая, с каким облегчением смотрит на меня лорд Элленар.

– Хорошо. Мне тоже нужно подумать. Но завтра просто так не отделаетесь.

– Я догадываюсь, но готов вам уступить только ради принцессы Айравель.

Дроу качнул головой и даже пропустил нас с Хадаром вперед, позволив первыми проехать в городские ворота. Промчавшись через освещенный магическими огнями засыпающий город, мы ворвались на территорию Академии боевой магии и разошлись в разные стороны. Я отправилась к восточной башне, где проживала во время своих визитов в Терен. Дроу направился в северную часть замка, где два этажа занимали учителя, а комнаты на первом предназначались для гостей. Я ни разу не обернулась, но знала, что эльф некоторое время смотрел мне вслед. Только меня это нисколько не заботило, поскольку в голове уже крутились совсем другие мысли.

Глава 3

Солнце клонилось к закату, раскрасив небо в багровые цвета – цвета крови. Если быть точной, эльфийской крови, которая обильно оросила подмерзшую прошлой ночью землю. И неизвестно, скольким из тех, кто был верен обоим Владыкам, удалось выжить. И что делать дальше? Элленар предупреждал о возможной засаде, о том, что на принцессу могут совершить нападение, но он ни разу не сказал, что делать, если рядом с принцессой не окажется никого, кроме меня. Я устало вытянула ноги и прислонилась спиной к своду норы, у входа в которую сидела, и где на расстеленном наспех плаще спала принцесса Айравель. Ее рана почти затянулась, но сказывалась обильная потеря крови и разрушенная аура. Продолжать бегство, когда она еще не совсем здорова, смысла не было, поэтому мы спрятались в ожидании, пока Айравель не станет лучше. Я надеялась только на то, что прыгая телепортами из стороны в сторону, нам с Хадаром удалось если не скрыть свой след, то хотя бы основательно его запутать. Было бы наивно полагать, будто эльфы, не обнаружив принцессу в лагере, уберутся восвояси. Нет, думаю, они пустились в погоню, главное, чтобы им для определения точного направления пришлось затратить как можно больше времени. Расслабляться нельзя, поэтому я отпустила Хадара бродить по лесу вокруг нашего укрытия, скрытого поваленными бурей стволами деревьев. Мне самой пришлось снять амулет блокирующий магию, чтобы с помощью слабеньких заклинаний время от времени проверять лес. Далеко они не улетали, но более сильные заклятия использовать опасалась, чтобы не привлекать на магические колебания не только преследующих нас эльфов, но и местную живность. Пока Боги нам благоволили, вблизи никого не было.

Нужно было придумать, что делать дальше. Конечно, в случае острой необходимости я могла посадить Айравель на Хадара и отправить ее в Гархар. Мой полудемон смог бы, перемещаясь порталами на небольшие расстояния, добраться до королевства дроу. А вот мне придется уносить ноги или лапы, что вероятнее всего, самостоятельно, потому что перетащить за собой более одного человека даже для него непросто. На это полудемону нужно очень много сил. Все же мне хотелось надеяться, что к такому способу прибегнуть не придется. Но время утекало сквозь пальцы, и в душе росла тревога. Долго скрываться не получится, и меня это нервировало, поскольку в случае внезапного нападения не смогу отбиться от эльфов. Увы, я всего лишь анимаг, всего лишь женщина, пусть и умеющая неплохо владеть мечом.

Я проклинала тот день, когда села в карету вместе с Айравель, ведь тогда и не подозревала, что все может так обернуться. С самого начала затея эльфов везти принцессу в такую даль мне казалась глупостью. О чем я не раз сказала Валендору и лорду Элленару, но на мои слова никто не реагировал. Учитель только и твердил:

– Помоги, дорогая, эльфам, кроме тебя мне, старику, надеяться не на кого.

Это безумно раздражало. Впервые за многие годы я рассорилась с учителем в пух и в прах. Но разве это помогло? Нет. Дроу меня тоже слушать не желал, он, видите ли, следовал приказу своего Владыки. И как сказал эльф, он своих решений не меняет, так и придерживался своей линии. Я злилась, но ничего поделать не могла. Меня просто загнали в угол. Только это были мелочи.

Вот когда выяснилось, что весь путь предстоит проделать в карете, я устроила жуткий скандал, требуя чтобы мне дали возможность ехать верхом на Хадаре. Признаться прямо, что без чудесного коня мне будет страшно среди эльфов, я не могла, поэтому просто изводила лорда Элленара. Тут дроу испытал на себе мой непростой характер во всей красе. Проспорив несколько дней, Элленар все же сдался. Для начала он попытался изменить внешность Хадара, чтобы он более-менее стал похож на обычную лошадь.

– Согласитесь, Селена, – сказал он, с задумчивым видом обходя по кругу полудемона игреневой масти, – девушка, путешествующая верхом на такой необычной лошади, будет привлекать к себе слишком много внимания. А ведь вы для всех всего лишь обычный человек, значит, и лошадь должна быть обычной. Давайте попробуем замаскировать вашего полудемона с помощью магии дроу.

Легко сказать, но вот сделать оказалось практически невозможно. Магия не действовала на Хадара так, как нам это было нужно. Заклинания дроу держались не очень длительное время и были нестабильны. Спор мог бы вспыхнуть с новой силой, но нам на помощь пришел сам Хадар. Он сумел передать мне свои мысли, которыми я тут же поделилась с дроу. Поразмыслив, эльф согласился, чтобы мой полудемон следовал за нами на некотором расстоянии и в любой момент мог оказаться рядом. Что впоследствии, как выяснилось, очень даже пригодилось.

– Нам повезло, ваш конь, Селена, намного умнее, – изрек этот противный лорд и быстренько сбежал из конюшни, пока я переваривала его слова.

– Ну, ушастый, ты мне еще ответишь за это, – прорычала, глядя в спину удаляющегося вдоль по улице темного эльфа. Кстати, я сама перебралась жить в Терен, чтобы светлым эльфам не мозолить глаза.

Но моя месть отложилась на неопределенный срок, ведь я не знала, жив ли дроу, или его постигла печальная участь. Думаю, когда Элленар предупреждал о возможном намерении заговорщиков – убить Айравель, он сам не предполагал, что в свите, прибывшей из Светлого леса, их окажется слишком много. Как бы дроу ни старались, в пути оберегать принцессу, нам это не помогло.

Надо признать, светлые вели себя вполне нормально, для эльфов, разумеется. На меня никто из них особо внимания не обращал, не пытался приставать или еще что-то в этом роде. Для всех, кроме Айравель и Элленара, я была обычной человеческой девушкой, согласно придуманной дроу истории, подругой принцессы. И светлые, и темные усиленно охраняли Айравель, а моя безопасность никого не волновала. Это меня никоим образом не печалило, наоборот, предоставленная самой себе во время коротких остановок на обед и ночевку я могла гулять там, где вздумается. За мной никто не следил. Видимо, от человека не ожидали ничего дурного. Зато я могла безбоязненно наблюдать за эльфами.

Поначалу, повторюсь, светлые эльфы ничем себя не выдавали, и я даже грешным делом подумывала, что страхи дроу вымышленные. Но как только мы покинули границы Тьера, начались странности. Для начала по каким-то непонятным причинам мы не свернули на широкий торговый тракт, ведущий в сторону Гархара через земли людей, а углубились в нейтральные земли, где обитали разные магические твари да тролли, лишь они как-то умудрялись соседствовать с ними. Нас окружал старый, очень старый лес, и ему не было дела до обитающих в нем тварей, потому что их присутствие никак не сказывалось на его состоянии. Лес был сильнее, его мощная энергетика слегка давила, давая понять, кто тут главный. Благо ни нечисть, ни обитающие здесь звери нас не тревожили. Видимо, эльфы в какой-то мере позаботились об отвращающих чарах. Мне трудно было в этом разобраться из-за надетого на шею амулета, блокирующего мою магию. Это было жутко неприятно, но я терпела.

Дорога, тянущаяся между толстыми стволами дубов и ясеней, накатанная троллями и лихим людом, которые не боялись ради наживы забредать в эти земли, не располагала к путешествию в карете, потому что была ухабистой и узкой, из-за чего эльфы не могли двигаться по сторонам от нее, а рассредоточились впереди и позади. Как бы ни были прекрасны и выносливы эльфийские лошади, тащить за собой то и дело норовящую перевернуться карету, им было нелегко. Да и нам с принцессой этот аттракцион быстро надоел. Пришлось эльфам проявить смекалку и наложить на колесное сооружение стабилизирующие заклятия, после чего карета стала более устойчивой, что облегчило и лошадиную долю. Так же поступили и с повозкой, в которой везли провизию, походные шатры и всякую хозяйственную утварь, без чего в походе не обойтись. Однако никто не предложил повернуть назад, пока не поздно, ведь дорога лучше не становилась.

Еще одну странность заметила совершенно случайно. Во время одной из остановок на обед ушла подальше от места стоянки, чтобы набрать в ручье воды, и увидела группу эльфов, удаляющихся в лес. Меня они не видели, я успела скрыться за широким стволом старого дуба и притаиться там. Конечно, понимала, что эльфы могли отправиться в лес банально по нужде, и подглядывать за ними было бы нелепо и постыдно, но мое внутреннее чутье подсказывало обратное. И не подвело.

Двое эльфов стали собирать хворост, а вот третий потихоньку отдалился от них и пропал, просто растворился в воздухе. Я решила выяснить, что задумал эльф, для чего обернулась кошкой и залезла на дуб. Мне повезло в том, что лес в основном состоял из старых дубов, ясеней и осин, среди толстых стволов которых росли орешник и черемуха. Передвигаясь по толстым ветвям, я издалека наблюдала за легкими колебаниями воздуха, но подбираться ближе опасалась, потому что ни для кого не секрет, как хорошо эльфы видят и слышат.

Минут десять едва ли не ползком преследовала эльфа, накинувшего на себя полог невидимости, пока он не вышел на дорогу, оставив позади лагерь. Оп! И по дороге бодро зашагал светлый эльф, что-то попутно высматривая в придорожных зарослях. Не прошло и пары минут, как к нему откуда-то сверху спланировал ворон и уселся на плечо. Эльф отвязал от лапы птицы небольшой сверток, развернул его и быстро прочитал, после чего прикрепил на его место свою записку, и ворон, громко хлопая смоляными крыльями, улетел. Остроухий проводил птицу взглядом, самодовольно улыбнулся и поспешил обратно. Только он не заметил или просто сделал вид, что не заметил, как у него из кармана выпал небольшой камешек. Вот его то, как только эльф скрылся из вида, я и подобрала.

Уже в лагере, дождавшись, когда Элленар останется один, незаметно подошла к нему.

– Не найдется ли у вас, лорд Элленар, свободной минутки? – встав позади дроу, негромко произнесла я.

– Что еще?

Эльф резко развернулся и смерил меня недовольным взглядом.

– Где ты ходишь? Ты же должна быть рядом с принцессой.

Я покивала головой.

– Должна, должна. Но у меня есть кое-что интересное.

Элленар вопросительно приподнял бровь и еще больше удивился, когда я протянула ему на раскрытой ладони небольшой и совершенно обыкновенный на вид камень, только помеченный с одной стороны руной явно из староэльфийского языка, который даже не все эльфы знают.

– Надеюсь, это засчитается мне, как оправдание моего отсутствия, – прищурившись, промурлыкала я. – Интересная штуковина. Жаль, мне не подвластна магия эльфов, иначе я могла бы сказать больше. А так, смогла понять лишь одно – светлые оставляют на дороге для кого-то метки.

– Это все? – хмуро поинтересовался дроу, перекатывая на ладони серый камень.

– Нет, конечно.

Я широко улыбнулась, из-за чего эльф недовольно поджал губы, и продолжила:

– Я даже могу показать эльфа, который это сделал. А еще могу добавить, что он получил от кого-то коротенькое послание.

Синие глаза дроу сузились до еле заметных щелочек, и он какое-то время молчал, что-то обдумывая. Потом попросил показать ему светлого предателя и отправил к принцессе с наказом – никуда от нее не уходить. Не знаю, как дроу сдержался и не приказал своим темным собратьям перебить светлых эльфов, ведь их это явно раздражало. Могло ли это значить, что дроу чего-то ждали? Но вот вопрос – чего именно?

Ответ пришел неожиданно от Хадара. Через пару дней рано утром я уловила сначала слабый, но потом все более усиливающийся мысленный сигнал от коня, который пытался передать мне мыслеобраз движущегося по дороге отряда, состоявшего из светлых эльфов и троллей-наемников. Только это были враги, догоняющие нас с одной целью – уничтожить принцессу и верных ей и Владыкам подданных. Долго находиться в непосредственной близи к пробуждающемуся лагерю Хадар побоялся, ведь его могли заметить стоявшие в карауле эльфы, поэтому полудемон, передав послание, тут же оборвал связь. Гонимая плохим предчувствием, я выскочила из шатра и сразу же наткнулась на Элленара. Дроу успел меня перехватить и затолкал обратно, вглядываясь в мое лицо.

– Что случилось? – поинтересовался он и тут же отвернулся, когда из-за занавески выглянула одетая в ночную сорочку принцесса Айравель. – Прошу прощения, ваше высочество.

– Ничего страшного, лорд Элленар, – пискнула, розовея, эльфийка и скрылась в глубине шатра. Наверное, спешила одеться.

– Так что случилось, Селена? – вернулся к насущным делам дроу.

– Я должна тебе кое-что показать, – с этими словами я протянула ему свою руку. – Думаю, это важно.

– Ты уверена, что хочешь пустить меня в свою голову? – усмехнулся эльф, только веселья в его прищуренном взгляде не было ни капли.

– Не переживай, ты не увидишь ничего лишнего.

Я покачала головой и зашипела, когда длинные пальцы Элленара с силой обхватили мое запястье.

Прикрыв глаза и настроившись на эльфа, показала ему полученный от Хадара мыслеобраз. На миг его пальцы сжались еще сильнее, а потом эльф отпустил мою саднящую руку.

– Будь начеку, – бросил он и выскочил на улицу, попутно к кому-то обращаясь на эльфийском.

До вечера ничего особенного не случилось. Карета ползла вперед по дороге, только теперь ближе к ней держались именно дроу. Лица их были сосредоточены, а пальцы сжимали рукояти мечей. Больше из кареты разглядеть мне не удавалось. Принцесса сидела очень тихо, только ее бледное лицо выдавало сильное волнение. Мне пришлось предупредить Айравель о том, что сородичи попытаются лишить ее жизни.

– Но в чем я виновата? – спросила она. – Ведь меня никто не спросил, хочу ли я замуж за кронпринца. Владыки за нас все решили.

– Я не знаю, что тебе ответить, Айравель, – только и сказала я, когда утром карета тронулась в путь. – Но если тебе не хочется погибнуть, держись поближе ко мне.

Весь день принцесса хранила молчание, видимо, она обдумывала мои слова. Сомневаюсь, что Айравель сама не догадывалась обо всем происходящем в Светлом лесу. Как бы далеко не находилась она от дома, слухи доходили и до Терена. Думаю, Рианель не скрывал от принцессы правды, иначе вместо спокойного ожидания неизбежного, мне пришлось бы лицезреть истерику в исполнении Айравель. Только одно мне было интересно, зачем нужно было столько сложностей? Хотя ответить на этот вопрос не смогла даже принцесса.

Все началось ближе к ночи, когда в расставленных шатрах эльфы, выставив охрану, «укладывались спать». От Хадара я знала, что преследующий нас отряд эльфов и троллей находиться совсем близко, поэтому заставила принцессу одеться теплее, неизвестно, что еще с нами будет.

Неожиданно сгущающуюся темноту нарушило громкое ржание лошадей и топот, раздались крики, и послышался звон стали.

– Вот и началось, – прошептала Айравель, прижимаясь ко мне и натягивая на голову глубокий капюшон мужского плаща, который я заставила ее надеть.

Через какое-то время нарастающий шум добрался и до нашего шатра, за его стенками завязался бой. Высунув нос в щель, я увидела, что шатер взяли в плотное кольцо дроу и сражаются со светлыми эльфами, которые были в свите принцессы. Вырваться из этого кольца звенящей стали возможности у нас пока не было. Я могла лишь, затаив дыхание, смотреть, как мастерски сражаются друг с другом эльфы. Но через несколько минут в шатер ввалился Элленар, едва не сбив меня с ног на землю, его парные клинки были перепачканы кровью.

– Уводи принцессу, Селена! – сказал он, опустив свое оружие. – Нам пока удалось оттереть врагов в сторону. Бегите на север, в лес.

Мы с принцессой на некоторое время замерли, но дроу прожег нас убийственным взглядом и рявкнул:

– Уходите, живо! Я вас прикрою!

Я достала свой меч из подпространства и, схватив принцессу за руку, потянула за пределы шатра. Мне некогда было разглядывать то, что происходило вокруг. Все гремело и сверкало, то ли от факелов, то ли от магических вспышек. Главное было – не попасться врагам на глаза. Элленар неотступно следовал за нами, прикрывая спины мне и принцессе. Однако мимо пробежал тролль, увидев нас, резко затормозил и повернул обратно, грозно потрясая в воздухе огромным тесаком. Пришлось мне задвинуть оробевшую принцессу за спину и, пока Элленар обходил этого громилу по дуге, принять первый удар, благо тело само знало, что нужно делать, пока разум пытался уследить за Айравель. Нам нельзя было медлить, нельзя было увязнуть в драке, поэтому дождалась, когда тролль откроется, воспользовалась возможностью и всадила ему клинок в незащищенный кожаным доспехом бок, а потом, не глядя, как он падает на землю, потянула принцессу в сторону леса.

– Молодец. Я в тебе не ошибся, – неожиданно похвалил меня дроу и повел за собой.

Петляя меж шатров, как зайцы, мы вырвались из круговерти сражающихся нелюдей. Как нас не заметили, не знаю. Может, заговорщики рассчитывали, что принцесса станет покорно сидеть в шатре и ждать своей участи, поэтому не предприняли никаких действий, чтобы нас задержать. Может быть, дроу сделали все возможное, чтобы дать нам скрыться. Как бы там ни было, мы успешно покинули небольшую опушку, где кипел бой, и стали углубляться в лес. Правда, здесь Элленар приотстал, потому что за нашими спинами выросло несколько эльфов, облаченных в темные одежды и явно не собирающихся нам помогать.

– Уходите, я их задержу.

Элленар легко подтолкнул меня в спину и повернулся лицом к врагам.

Постоянно оглядываясь назад и цепляясь за голые ветки кустов, я тянула Айравель за собой. Эльфы не смогли отправиться вслед за нами, так как Элленар вытворял со своими клинками такое, что просто не укладывалось в голове. Мне, конечно, много раз доводилось видеть сражающихся эльфов, но этот дроу не шел с ними ни в какое сравнение. Откуда в его теле такая сила и скорость, я даже не пыталась предположить, просто развернулась лицом к лесу и крикнула принцессе:

– Бежим!

Мы успели убежать довольно далеко от места сражения, поскольку звон стали постепенно затих, но тут, бежавшая чуть впереди Айравель резко вскрикнула и упала на студеную землю. Я остановилась и увидела торчащую из ее спины оперенную часть стрелы. В следующее мгновение мой обострившийся слух уловил негромкий свист, и тело отреагировало само, уклонившись от летевшей в меня стрелы. Я пригнулась и увидела притаившегося у старого ясеня эльфа с луком в руках. На его лице играла надменная улыбка. Он как будто знал, что я не побегу, что не брошу принцессу, с головы которой слетел капюшон, поэтому нарочито медленно достал из колчана новую стрелу. Так же медленно он натянул тетиву, но спустить ее не успел. Из темного леса метнулась большая тень, и раздался глухой удар. Не ожидавший нападения эльф, отлетел к другому дереву, ударившись о его ствол спиной. Это Хадар пришел мне на помощь, лягнув эльфа задними копытами. Дав моему чудесному полудемону возможность самостоятельно разобраться с остроухим, я бросилась к принцессе.

– Айравель! – позвала ее и принялась ощупывать место, куда угодила стрела, но только выругалась, почувствовав под пальцами горячую и мокрую ткань теплого походного платья.

Принцесса что-то простонала в ответ и потеряла сознание. Я не стала выдергивать стрелу, опасаясь усилить кровотечение, поэтому подозвала Хадара. Нужно было для начала найти более безопасное место, чтобы оказать эльфийке помощь, так как на это требовалось время, а его у нас почти не было. Полудемон тут же оказался рядом. Уловив мои мысли, он согнул передние ноги и опустился ниже. Мне же пришлось самостоятельно взваливать ему на спину раненную эльфийку, которая уже не казалась тонкой и легкой, при этом стараясь не тревожить стрелу, торчащую из ее тела. Кое-как справившись с задачей, я забралась на коня позади нее, и Хадар тут же понес нас прочь. Тем более, неподалеку послышались голоса.

Благодаря Хадару мы оторвались от преследователей, а потом весь остаток ночи и почти все утро перемещались телепортами на короткие расстояния, но в разные стороны. Тролли бы нас и подавно не нашли, только не стоило списывать со счетов эльфов, которым наш трюк не доставит огромных проблем. Правда, Хадар сильно устал. Уже из последних сил он вынес нас к куче поваленных деревьев и аккуратно сбросил с себя, а потом и сам опустился на подмерзшую землю. Я не стала его беспокоить, а быстро обыскала завал и нашла под ним небольшую пещерку, скорее, медвежью берлогу, к счастью, оказавшуюся пустой. Мне пришлось залезть внутрь, расстелить на покрытом старыми листьями песчаном полу свой плащ и нагреть с помощью магии воздух внутри, а потом перетащить туда бессознательное тело Айравель. Отдышавшись, я принялась спасать ее жизнь, на что пришлось потратить немало времени. Кто же знал, что эльфы будут использовать заговоренные стрелы, а на ауре принцессы не окажется ни одного щита. Как это могло получиться, непонятно, зато их отсутствие дало мне возможность использовать магию для заживления раны, и я справилась, за что была благодарна своим учителям по целительству.

Закончив с принцессой, которая спала под действием заклятия, выбралась из берлоги и помогла Хадару, напитав его своей силой, а потом вернулась обратно и отключилась. Последняя перед этим мысль была адресована полудемону, чтобы он предупредил об опасности, после наступила тьма.

Очнулась только ближе к вечеру. Принцесса продолжала спать, но ее аура, поврежденная заговором, наложенным на стрелу, все еще не восстановилась. Посидев немного рядом с ней, выбралась наружу и с радостью подметила, что Хадар полностью восстановил силы и бродит вокруг завала. Я подошла к нему и, обняв за крутую шею, уткнулась носом в молочно-белую гриву. Полудемон легко тряхнул головой, давая понять – с ним все в порядке.

– Я очень переживала за тебя, – пожаловалась, поглаживая конскую шею, а Хадар едва ли не хрюкал от удовольствия. – Что же нам теперь делать?

На этот вопрос не было ответа ни у коня, ни у меня самой. Было ясно только одно – нужно дождаться, когда Айравель станет лучше, а уже потом что-то решать. Чмокнув Хадара в бархатную щеку, отпустила его побродить вокруг и присела у входа в нору. Хотелось кушать, все же мне пришлось изрядно поистратить энергии, такое коротким сном не восстановишь. Хорошо, что в моем личном кусочке подпространства всегда имелся запас еды, которая сохраняет свои вкусовые качества благодаря стазису. Я вытащила на свет вяленое мясо, кусок сыра и хлеб и принялась за еду. Конечно, мой организм не отказался бы от горячей похлебки или травяного отвара, потому что начало подмораживать, и хотелось согреться, но не могла развести костер. Пусть он не будет дымить, но его свет будет далеко виден в лесу, где еще нет ни листьев, ни травы. Зачем давать глазастым эльфам дополнительный ориентир?

Поужинав всухомятку и поблагодарив себя за запасливость, я плотнее укуталась в теплое пальто и прислонилась спиной к земляному своду медвежьей норы. Посмотрев на багровое небо, отправила в лес слабенькое поисковое заклинание, чтобы проверить, нет ли в округе кого-нибудь живого, кроме нас, и не собирается ли медведь вернуться в берлогу. Через несколько мгновений пришел отклик от Хадара, но, к счастью, кроме него, никого поблизости не было.

Постепенно сумрак, окутывающий лес, надвинулся, сгустился и почернел. На темном небосводе богатой россыпью вспыхнули звезды, и появился тонкий полумесяц. Его слабого тусклого света вполне хватало, чтобы видеть находящиеся вблизи деревья и бродившего неподалеку Хадара, светлые грива и хвост которого белесыми пятнами проступали в ночи и, словно два призрака, перемещались из стороны в сторону. Я всматривалась в лес до тех пор, пока мне не стало мерещиться, будто тьма в лесу начала клубиться и надвигаться. Казалось, еще немного и эта движущаяся масса нахлынет, как волна, накроет с головой и утащит вглубь. Если в таком месте, вроде этого старого леса, населенного разными тварями, поддаться своим фантазиям, они могут на самом деле сбыться. Некоторые создания прекрасно считывают мысли, при этом их не останавливают ментальные щиты, а потом питаются негативной энергией своей жертвы, воплощая в жизнь ее страхи. Конечно, в основном это мороки, и с ними можно бороться, только страх победить не так просто, как кажется.

Я тряхнула головой, отгоняя от себя ненужные мысли, и насторожилась. Мой взгляд уловил во тьме какое-то размытое движение, но это уже был не морок и не фантомное видение. Хадар моментально переместился ближе к поваленным деревьям и скрылся за ними, чтобы не мелькать в темноте. Я же выхватила клинок и вышла наружу. Нет, даже не думала, что смогу отбиться от эльфов, если это они нас нашли, просто надеялась в случае опасности, увести их в сторону от норы, где спала Айравель. Возможно, мне не стоило так рисковать своей жизнью ради чужой принцессы, но память, хранившаяся где-то в глубине моего сознания, не давала бросить ее на произвол судьбы.

Кто-то неумолимо приближался к нашему укрытию, и, судя по ощущениям, их было несколько. Когда незваные гости были уже достаточно близко, и я готова была атаковать их мощным боевым заклинанием, до моего уха донесся знакомый голос:

– Не стоит этого делать, Селена.

– Элленар?

Я недоверчиво прищурилась, разглядывая выступившего вперед дроу, но заклинание держала наготове.

– Да, это я, – сказал он, поднимая руки вверх и показывая, что безоружен. – Все хорошо. Где принцесса?

Я промолчала, рассматривая не только Элленара, но и еще четверых эльфов, стоявших за его спиной. Вид у всех был еще тот – волосы всклокоченные, одежда местами порвана, перемазанная и своей и чужой кровью, сущие ведьмаки, а не эльфы. Я их, конечно, видела в свите Айравель, но не знала лично, поскольку общаться с ними не стремилась, как и они со мной. Тем более, светлый эльф вызывал еще больше подозрений, чем дроу. Кто мог дать гарантию, что он не предатель.

– Где принцесса Айравель? – повторил вопрос дроу светлый эльф. – Не молчите, леди.

– А им можно доверять? – поинтересовалась я у Элленара, который молча прожигал меня взглядом.

– Им можно доверять, поверь.

Дроу подошел ближе и положил руку поверх моих пальцев, сжимающих рукоять меча.

– Я без опасений доверю свою жизнь любому из этих лордов. Поэтому можешь не переживать за жизнь Айравель.

– Хорошо, не буду. Теперь ваш черед переживать за ее жизнь.

Я высвободила руку, убрала меч и кивнула в сторону берлоги.

– Принцессу ранили заговоренной стрелой. Рану я залечила, но вот с аурой проблемы. Все же я не эльфийский целитель.

– Я посмотрю?

Светлый эльф бросил испытывающий взгляд на Элленара и быстро удалился в указанном направлении.

– Как вы нашли нас?

Я развеяла подготовленное заклятие и опустилась на один из поваленных толстых стволов. Честно признаться, с появлением эльфов испытала облегчение, ведь теперь все проблемы можно со спокойной совестью переложить на их мужские плечи.

– Это было непросто.

Элленар и его темные сородичи заулыбались.

– Кстати, позволь тебе представить лордов Анраха, Галдрима и Фиреана. Они состоят на службе в королевской сотне и подчиняются самому Владыке Селдриму.

Я поочередно посмотрела на представленных мне лордов и даже кивала каждому в знак приветствия. Дроу были чем-то похожи друг на друга, возможно, являлись близкими родственниками, о чем говорил одинаковый голубовато-серый цвет глаз, да и внешне были похожи.

После дроу указал своим сородичам на меня.

– А это та самая лэрине Селена. Только благодаря ей принцесса Айравель осталась жива.

Теперь эльфы дружно разглядывали меня, по их лицам было заметно, что они не ожидали в моей скромной персоне обнаружить боевого мага. Я только покачала головой, не горя желанием доказывать дроу, будто на самом деле являюсь магом. Пусть поверят лорду Элленару на слово. Да и особой заслуги за собой не чувствовала, поскольку просто делала свою работу.

– Лорд Элленар, мы пока осмотримся, – обратился к нему один из дроу, представленный мне, как лорд Фиреан, и покосился на Хадара, только ничего говорить по поводу наличия у меня полудемона из малеварских степей ни он, ни его братья не стали.

Думаю, Элленар успел рассказать по пути сюда, кто я на самом деле, просто сородичи ему не до конца поверили. Странно.

Дроу кивнул и, когда его сородичи растворились в ночном лесу, присел на поваленное дерево рядом со мной. Элленар молчал, хотя я рассчитывала услышать от него ответ на вопрос, прозвучавший ранее. Повернувшись к темному эльфу, увидела, что он смотрит в небо.

«Ищет знакомую звезду?» – подумала и заметила глубокий порез у него на плече, видимый сквозь разорванную куртку.

– Ты ранен, – сказала тихо.

– Пустяки, – отмахнулся эльф. – Ты как?

– Нормально, – отозвалась, глядя на то, как дроу приложил руку к плечу, и из его ладони льется голубоватый свет.

– Знаешь ли, не было времени заняться своими ранами, пока мы пытались вас разыскать, – заметив мой пристальный взгляд, усмехнулся Элленар.

– И как вам это удалось? – отвернувшись от эльфа, повторила свой вопрос.

Мне не хотелось, чтобы дроу подумал, будто я беспокоюсь за его здоровье. Ну, может быть, самую малость. Только ему это знать не обязательно.

– Мы обнаружили в лесу кровь принцессы, но Гардраэль, светлый эльф, который пришел с нами, смог определить, что принцесса жива. Да и растоптанный труп его собрата дал понять – без боя вы не сдались. Я догадался, что ты, скорее всего, воспользовалась умением своего коня перемещаться порталами и смогла забрать принцессу с собой. Не знаю, как он смог продержаться так долго, ведь тащить за собой двух пусть и хрупких женщин тяжеловато даже для полудемона.

Элленар с нескрываемым уважением посмотрел в сторону Хадара, за что удостоился только насмешливого фырка.

– Если бы не кровь принцессы, мы бы долго искали вас.

– У меня не было времени подчищать следы, – хмыкнула я, все так же не глядя на своего собеседника. – Надеюсь, вы это сделали.

– Сделали, иначе ты бы сейчас не со мной говорила.

Слова, слетевшие с губ дроу, прозвучали зловеще.

– Но расслабляться все равно нельзя. Я не исключаю возможности погони за вами. Возможно, это займет немного больше времени, но они найдут нас.

Да, попадись мы враждебно настроенным эльфам, что бы с нами было? Убили бы нас сразу или подвергли пыткам? Хоть эльфийский народ пытается создать вокруг себя ореол совершенно неагрессивных созданий, я прекрасно знаю, на какую жестокость они способны. И не имеет значение кто они – светлые или темные. Одинаковы все. И прошлая ночь – еще одно тому доказательство.

– Сколько верных Владыкам эльфов осталось в живых? – задала я вопрос, который задавать не следовало.

Любые потери для немногочисленного эльфийского народа – это почти невосполнимая утрата, ведь дети у них рождаются довольно редко.

– Я не хочу говорить об этом, по крайней мере, не сейчас, – нехотя отозвался Элленар.

Я посмотрела в его сторону и заметила взгляд, полный боли, но дроу быстро спрятал от меня свои эмоции. Что ж, я его не осуждала. Никто из нас не стремится показывать посторонним свои переживания или боль. Такие чувства переживают либо в кругу родственников, либо наедине с самим собой. Мало кто в нашей жизни стремится принять чужие страдания, и еще меньше тех, кто способен понять и утешить. Проще делиться с окружающими радостью, которую довольно тяжело удержать внутри, она не поддается и вырывается наружу смехом и ликованием.

– Прости.

Я протянула руку и похлопала дроу по уже залеченному плечу.

– Это жизнь, – отозвался он, но взгляд эльфа был устремлен в ночную тьму.

– Не кажется ли тебе, что лорд Гардраэль слишком долго возится с принцессой?

Я решила сменить тему разговора. И вообще, кто-нибудь, кроме меня, будет думать о жизни и здоровье Айравель?

– Возможно.

Элленар согласно кивнул и собрался подняться на ноги, но из укрытия тут же показался светлый эльф. Его немного качало. Да, видимо, бедняга все силы потратил на восстановление ауры Айравель. Добравшись до нас, светлый просто рухнул на ствол, который под ним жалобно хрустнул, но, к счастью, не развалился.

– Как принцесса, Гардраэль? – спросил его Элленар и, отстегнув от пояса серебряную флягу, протянул светлому собрату.

– Все хорошо. Аура, конечно, повреждена, но я постарался сделать так, чтобы ее восстановление пошло быстрее. Думаю, завтра ее высочество уже сможет встать. Принцессе повезло, у нее замечательная подруга. Или не совсем так?

Светлый бросил на меня оценивающий взгляд, потом сделал большой глоток из фляги и закашлялся.

– Пресветлая мать, как вы пьете эту гадость?

– Зато отлично восстанавливает силы, – усмехнулся дроу, глядя на светловолосого сородича. – А нам они еще понадобятся.

– Не могу поверить, что наши братья пошли на предательство. Я, конечно, понимал, в борьбе за власть можно пойти на любое преступление, но чтобы вот так…

Гардраэль сделал еще один глоток и промокнул рукавом выступившие слезы, то ли оплакивал своих сородичей, то ли напиток был слишком крепок.

Оба эльфа удрученно и надолго замолчали, погрузившись в свои невеселые думы.

– Что делать будем, мальчики? – нарушила я затянувшееся молчание. – Я понимаю, погибли ваши сородичи, и соболезную вам, но нужно подумать о том, как доставить принцессу в Гархар.

«Мальчики» посмотрели на меня, как на восставшего мертвеца. Видимо, мое обращение было им непривычно. Брови Элленара поползли вверх, а светлого эльфа неожиданно накрыл приступ кашля, за которым он тщетно пытался скрыть смех. На это я только руки в стороны развела. Как то же надо было привлечь внимание эльфов к насущным проблемам.

– Этот вопрос, конечно, требует скорого решения, – протянул Элленар, все еще прожигая меня изумленным взглядом, – но для начала я бы не отказался поесть. Да и мои собратья от этого, думаю, не откажутся.

– Это точно!

Из темноты леса выступили отправившиеся на разведку дроу и подошли ближе. Один из них держал за длинные уши тушку зайца, неизвестно как пойманного, ведь луков у эльфов не было, а другой – небольшой котелок с водой.

– Все пока спокойно. Неподалеку имеется гнездо гарпий, но нас они, к счастью, не почувствовали. Думаю, у нас есть время до утра, – отчитался перед Элленаром Анрах, пока его собратья обламывали с поваленных деревьев сухие ветки, явно намереваясь развести костер.

– Думаю, это не лучшая идея, – сказала я, когда неподалеку было расчищено место для кострища.

– Все нормально. Я поставлю защиту.

Элленар кивнул своим сородичам, чтобы они продолжили свое дело, а сам встал и, отойдя шагов на десять, пошел вокруг нашей стоянки, выводя в воздухе какие-то символы, они, неярко вспыхивая, медленно опускались на землю и исчезали, образуя еле видимую черту.

Защитный полог у дроу получился что надо. И откуда у Элленара такая несвойственная эльфам сила? Нет, эльфы-маги, конечно довольно могущественные, но не до такой же степени. Я пристально наблюдала за ним, однако не почувствовала, чтобы он использовал какие-нибудь амулеты, дающие дополнительную силу. Она исходила непосредственно из тела и души Элленара. Закончив с защитным пологом, дроу, как ни в чем не бывало, вернулся обратно и принялся помогать сородичам с приготовлением позднего ужина или слишком раннего завтрака. Я же решила мужчинам не мешать и собралась вздремнуть, пока есть такая возможность.

– Эх, вот бы крупы какой-нибудь сейчас, – мечтательно произнес один из эльфов и пораженно замолк, когда перед ним на землю упал полотняный мешочек.

– Что за…

– Крупа, – насмешливо глядя на эльфов, отозвалась я, а потом добавила к крупе сыр и хлеб. – Извините, вина нет.

– Теперь я верю, что эта девушка маг! – усмехнулся дроу по имени Галдрим, но при этом смотрел на меня с искренним уважением, чего я, честно, не ожидала. – Видите, братья, Селдрим не ошибся.

– Владыка, правда, не прогадал, когда решил в помощь нам привлечь человека. Если бы не ты, Селена, и твой конь, все могло бы кончиться намного печальнее, – сказал его брат Фиреан, успевая при этом мастерски разделывать заячью тушку. – За это мы накормим тебя потрясающей похлебкой.

Я лишь улыбнулась в ответ. Эльфы продолжали заниматься ужином, перебрасываясь по ходу дела кроткими репликами, и не заметили, как я потихоньку сбежала в берлогу к принцессе. Айравель спокойно спала, и ее лицо уже не было мертвенно бледным. Гардраэль, действительно, постарался ускорить процесс выздоровления. Чтобы не тревожить эльфийку, присела у входа в берлогу и долго смотрела на звездное небо. Далекие и холодные они мерцали в недосягаемой дали и не знали, что среди них я уже много лет ищу звезду, где обитает душа, с которой мне уже не суждено повстречаться ни при жизни, ни после смерти. Печаль затопила мое сознание, и когда у эльфов была готова похлебка, я уже крепко спала, и никто не знал, что мне снилось в эти предрассветные часы.

Глава 4

Резкий запах гари заполнил мои легкие и заставил открыть глаза. Я подскочила со своей лежанки, на которую, казалось, упала только пару часов назад, выхватила из подпространства меч и быстро осмотрелась. Неподалеку от костра догорала уродливая туша гарпии, остальные с противным криком кружили над защитным куполом, пытаясь его пробить острыми когтями мощных лап. Эльфы же, ощетинившись мечами, столпились вокруг перепуганной Айравель. Меня почему-то никто не разбудил, то ли пожалели, то ли не успели.

«Интересно», – подумала я и задумчиво почесала кончик носа.

Поскольку непосредственной угрозы не было, потому что эти гадкие на вид твари не могли пробить магическую защиту, отыскала взглядом флегматично жующего скудную поросль Хадара и убрала меч.

– Почему вы меня не разбудили? – поинтересовалась, когда Элленар бросил в сторону моей лежанки взгляд и опустил меч, заметив, что я уже не сплю. Да и поспи тут.

– Просто мы не ждали гостей, – отозвался он. – Да и тебя не хотели тревожить понапрасну.

– Это я… это мне… – начала, было, оправдываться Айравель и слегка покраснела, смущаясь в присутствии мужчин сказать, зачем хотела покинуть место нашей стоянки.

– Понятно.

Я махнула рукой. Заодно нашлось объяснение той гарпии, вернее уже почти куче пепла, что живописно распласталась у костра. Видимо, успела напасть, когда Элленар убрал полог, дабы принцесса смогла удалиться в кустики.

– Выходит, гарпии почувствовали нас, – подметила я, приближаясь к эльфам, – и не уберутся, пока не добьются своего. Думаю, нам придется с ними сразиться.

– Вот так просто? Ты видела их? – прорычал Гардраэль, невежливо тыкая мечом в сторону вьющихся над нашими головами гарпий.

Я посмотрела вверх на крылатых тварей и пожала плечами. Нда, вид у них крайне неприятный. Гарпии похожи на огромных рукокрылых птиц, покрытых грязно-серым оперением, с безобразными лицами, больше похожими на человеческие, и женской грудью, частично покрытой мелкими перышками и не скрывающими их мертвенно-бледную кожу. Их конечности оканчивались мощными когтями, которыми эти «прелестницы» с легкостью разделываются со своими жертвами. Маленькие злобные глазки смотрели на нас, как на заслуженный завтрак, обед и ужин, от чего из приоткрытых искривленных губ сочилась слюна.

– Похоже, эти красотки давно не ели, – спокойно отозвалась я, за что удостоилась сразу нескольких возмущенных взглядов.

– И ты предлагаешь сразиться с голодными гарпиями? – взвыл светлый эльф, даже его уши от негодования слегка подрагивали.

– Ну, что ты, Гардраэль, давайте сначала накормим этих милашек! Будет невежливо отправить их к праотцам с пустыми животами! – зло усмехнулась, уперев руки в бока. – Или у тебя есть другое предложение? Заметь, мы не сможем сдвинуться с места, пока гарпии кружат за пределами защитного купола, а передвигаться вместе с ним не получится, даже если Элленар окажется самым могущественным магом на свете. Да и преследующие нас эльфы будут только благодарны этим тварям за то, что задержали беглецов.

– Но их слишком много! – возразил Анрах и был перебит Элленаром, который с нескрываемым интересом наблюдал за нашей перепалкой.

– Помолчите, пожалуйста, братья мои, – встав между мной и сородичами, сказал он и посмотрел на меня.

– А что ты предлагаешь?

– Вам это не понравится, зато лишит необходимости размахивать мечами, – честно ответила я, глядя эльфу в глаза. – Мы устроим им магическую ловушку.

– Так просто? – прищурился дроу. – А куда девать высвободившуюся при этом энергию? Хочешь устроить салют, чтобы нашим врагам больше не пришлось метаться по лесу в поисках принцессы?

– Я надеялась, ты знаешь, как это сделать. Или мне придется объяснять простые магические истины?

– Допустим. Но что мы будем использовать? Что поглотит их всех разом?

Элленар недоверчиво покосился в мою сторону.

– Огонь, что же еще!

Я широко улыбнулась, глядя на вытягивающиеся лица прислушивающихся к нашему разговору эльфов.

– Это будет сложно.

Дроу отошел в сторону, что-то просчитывая в уме.

– Вы серьезно? – подала голос Айравель, все больше бледнея от страха и с сомнением поглядывая то на меня, то на своих сородичей.

– Нас решили поджарить, даже не спросив согласия, – хмыкнул светлый эльф, раздраженно тряхнув белокурой головой. – Нынче у гарпий будет настоящий пир.

– Не ворчи, Гардраэль, ты тоже участвуешь, – осадил его Элленар, наконец-то, на что-то решившись.

А я удостоилась испепеляющего взгляда от светлого.

– Можете вырыть подземный ход, но я в этом участвовать не буду. Женщине не пристало орудовать лопатой, – нагло улыбаясь, заявила я, а его темные сородичи неприлично заржали.

Гардраэль раздраженно махнул рукой и отошел от нас на другой край полянки, где мы ночевали. С нашей встречи прошло уже три дня. Странно, что гарпии так долго терпели, преследуя нас (или в лесу водилось больше одной стаи, или кто-то удерживал их), и не напали еще в дороге, когда все, кроме принцессы Айравель, вынуждены были передвигаться пешком. Мне пришлось уступить ей Хадара, хотя эльфийка долго отказывалась садиться верхом на моего полудемона. Однако стоило принцессе уступить, как скорость нашего передвижения через старый лес значительно увеличилась. Эльфы без труда могли бежать, преодолевая неровности в виде оврагов, кочек и выступающих корней, хоть целый день. Мне же приходилось задействовать свои скрытые способности анимага, чтобы поддерживать заданный остроухими темп. Но надо отдать им должное, как бы не спешили эльфы, через каждые три часа они устраивали привал, давая мне возможность отдохнуть. В эти короткие мгновения я просто падала на землю, и меня никто не тревожил, все понимали, что мне приходится тяжелее всего.

– Мы можем ехать вдвоем, – как-то раз предложила Айравель с жалостью глядя на мою изможденную к вечеру тушку. – Твой конь довольно вынослив. Думаю, он легко унесет на себе двоих всадников.

– Сможет, конечно, – отозвалась я и поморщилась, растирая уставшие ноги. – Но мне бы не хотелось раньше времени изматывать его, так как скудной травки, которая только проклюнулась, для пропитания большой лошади недостаточно. Лучше пусть Хадар бережет силы, они еще могут пригодиться.

– Но я не могу спокойно ехать верхом, когда хозяйка лошади вынуждена передвигаться пешком, и не хочу, чтобы вы терпели лишения только из-за того, что я принцесса.

Айравель беспомощно оглянулась на своих сородичей, которые обустраивали ночлег.

– Ваше высочество, Селена, конечно, не обязана терпеть лишения, – первым отозвался Гардраэль. – Она вообще лицо незаинтересованное, но если все дело только в том, что ее полудемон голодает, то я могу с легкостью исправить это недоразумение.

– Спасибо, Гардраэль, но давай не будем лишний раз использовать магию.

Я посмотрела на светлого эльфа и отрицательно покачала головой. Не хотелось лишний раз быть обязанной кому-то. Этого не хотел и Хадар, о чем поспешил мне сообщить.

– Для этого потребуется минимум магических сил, и никак не отразится на общем фоне леса. Даже эльфы не смогут уловить малейших колебаний от моей магии, ведь это магия жизни.

Эльф бросил на землю собранный хворост и отошел в сторонку, потом присел на корточки и прижал руки к земле в том месте, где уже не было снега.

Несколько мгновений ничего не происходило, а потом тонкие травинки, скромно торчавшие из холодной земли, задрожали и стали вытягиваться вверх. Я пристально следила за происходящим, настроившись на внутренний взор, но так ничего и не уловила. Магию жизни в действии уже наблюдала, но каждый раз мне было любопытно смотреть, как на глазах происходит чудо, но при этом тонкие магические струны мира не затрагиваются. Трава росла, становилась все гуще и зеленее, пока не достала эльфу до колена, тогда он убрал руки и повернул в мою сторону радостное лицо.

– Вот видишь, не так уж и сложно, – улыбаясь, сказал он. – Твой конь может спокойно есть эту траву, а если будет мало, я выращу еще.

– Спасибо, Гардраэль. Теперь буду знать, к кому обращаться, если вдруг Хадару захочется зимой зеленой травки пожевать.

– Всегда пожалуйста, – отозвался он и шутливо подмигнул, за что удостоился со стороны сородичей насмешливых взглядов.

Впрочем, Хадар не стал упрямиться и все же соизволил поесть свежей выращенной эльфом травы. От него исходила теплая волна одобрения и благодарности эльфу. Думаю, остроухий сам догадывался об этом, ведь кому, как не магу жизни, чувствовать все живое вокруг. Гардраэль только головой покачал, но говорить ничего не стал.

Примерно через час, когда голодные гарпии перестали метаться над куполом и заняли выжидательные позиции на толстых ветках деревьев, наша ловушка была готова. Конечно, мы рассматривали еще один вариант – просто сразиться с гарпиями, но в итоге отвергли его, потому что гарпий было слишком много даже для эльфов.

– Эти милашки не доставили бы нам проблем, будь у меня лук, – мечтательно вздохнул Галдрим и отправил в полет воображаемую стрелу. – Можно было бы расстрелять гарпий прямо из-под полога.

– В этом то и беда, что твой лук остался где-то в лесу, – усмехнулся Анрах. – Или, точнее, его обломки.

– Как и ваши! – возмущенно фыркнул Галдрим, глядя на братьев.

Нам же с Элленаром стоило немалых усилий, чтобы уговорить Гардраэля помочь. Светлоэльфийский маг упрямился ровно до тех пор, пока ему не предложили исполнить роль приманки.

– Ну, уж нет! – нагло заявило это светловолосое чудо, упрямо вздернув подбородок.

Оставалось решить только один вопрос – как-то выпустить из-под купола Хадара, потому что ему бы не хватило места под пологом, который должен был, значительно уменьшится в размерах.

Элленар покачал головой, когда я озвучила эту проблему.

– Мы не можем сейчас убрать полог, иначе гарпии, заметив, что твой конь вышел наружу, сразу же бросятся на нас.

– Но Хадар не сможет телепортироваться из-под купола, – возразила я. – И я не прошу убрать полог совсем, лишь сделать в нем небольшую брешь, чтобы выпустить Хадара за его границы.

– Это рискованно, – поддержал дроу Гардраэль. – Если гарпии бросятся на нас в этот момент, защита может не выстоять. Тебе говорит что-нибудь понятие как целостность структуры заклинания?

– И что мы будем делать тогда? – поинтересовалась я, проигнорировав вопрос эльфа и поглаживая конскую шею.

Полудемон мысленно уговаривал меня согласиться с эльфами, он уверял, что с ним ничего не случится, что огонь ему не страшен, но я не готова была рисковать жизнью и здоровьем Хадара.

– Рассчитаем размеры полога заново, чтобы и твоему коню осталось место… – начал Элленар.

– И потратим на это драгоценное время! – прорычала я. – Элленар, я предлагаю самый простой вариант. Если Хадар пострадает, Айравель придется идти пешком. Напомнить, как быстро она передвигается?

Принцесса виновато развела руки в стороны. Ну да, ее готовили в жены кронпринцу, для жизни во дворце, но никак не для пеших путешествий. Я бросила на нее извиняющийся взгляд и полный надежды на дроу.

– Хорошо, – неожиданно сдался он, – но если что-то пойдет не так, сама, как хочешь, отвлекай гарпий.

– Разумеется, лорд Элленар.

Я скромно опустила взгляд, делая вид, будто на все согласна, и поинтересовалась:

– В каком месте мы выпустим Хадара?

– Нет, Элленар, эта магичка неисправима! Своего добьется в любом случае! – захохотал Галдрим, и братья его дружно поддержали.

Дроу ничего не ответил, лишь махнул рукой в ту сторону, где на нижней ветке дуба сидела только одна гарпия. Я подвела Хадара к самой границе полога и ласково поцеловала в бархатный нос, конь фыркнул в ответ и тряхнул белой гривой, говоря тем самым, что не стоит за него беспокоиться.

– Береги себя, – прошептала я, наблюдая за тем, как Элленар, присев на корточки, медленно проводит рукой над еле заметной линией, и она исчезает.

Когда в пологе появился проход, который медленно увеличивался до тех пор, пока не показался Элленару достаточным, чтобы пропустить коня, он, не поворачивая головы, скомандовал:

– Пора!

Я отскочила в сторону, а Хадар, рванув с места, одним прыжком преодолел разрыв в пологе и тут же растворился в пространстве. Проход сразу же захлопнулся. Гарпии, неотрывно следившие за нами, так ничего и не поняли, только недовольно взвыли, но с места не тронулись. Видимо, мы в качестве пищи походили им куда больше, чем какой-то конь.

– Что ж, теперь можно начинать.

Потирая в предвкушении руки, я повернулась к наблюдавшим за нами эльфам.

– Какая ты кровожадная! – притворно ужаснулся Гардраэль и отправился на заранее обговоренную позицию, попутно проверяя, чтобы ни одна нарисованная на предварительно очищенной земле линия не стерлась.

Просто остроухий не хотел, чтобы я заметила облегчение в его взгляде. Ведь сам переживал за моего коня и не мог иначе, потому что маг Жизни. И от этого Гардраэлю никуда не деться.

Я проводила его насмешливым взглядом и осталась стоять на месте, пока Элленар вырисовывал защитные символы в центре маленького участка земли, где, опустившись на колени и едва ли не прижавшись друг к другу, стояли Айравель и темные эльфы. Страха на их лицах не было, поскольку Элленар заверил всех, что небольшой защитный купол, установленный над ними, убережет от сильного жара.

Элленар отошел немного в сторону и бросил на меня вопросительный взгляд.

– Ты готова?

– Готова, – широко улыбаясь, кивнула я и достала из-за голенища серебряный нож.

Элленар медленно двинулся к границе полога. Вот он останавливается на месте, а гарпии, сидевшие в непосредственной близости зашипели, при виде так близко оказавшегося к ним дроу. Еда как-никак, а до нее не добраться. Обидно, должно быть. Элленар с завидным равнодушием проигнорировал занервничавших гарпий и певуче произнес слово-ключ, после чего наша защита бесшумно испарилась. Теперь оставалось дело за мной. Оглянувшись назад, туда, где стоял напряженный Гардраэль, и дождавшись кивка, я развернулась в его сторону и резко выбросила руку вперед. Блеснув в воздухе серебряной молнией, нож вошел в самое сердце ничего не подозревающей гарпии, которая сидела на дереве за спиной эльфа. Беспомощно взмахнув руками-крыльями, хищная тварь издала предсмертный стон и, ломая тонкие ветки, рухнула вниз.

Несколько мгновений ничего не происходило, пока ее товарки не сообразили, что произошло. Но потом над лесом раздался оглушительный визг, и гарпии сорвались со своих мест. Естественно, рванули они в мою сторону, а я побежала от них. Оказались они куда проворнее, поскольку не успела добежать до назначенного места (хотя до него было не так далеко), как услышала за спиной громкие хлопки крыльев.

– Берегись! – выкрикнул кто-то.

Я успела упасть на землю и несколько раз перекатиться, прежде чем сверху на меня рухнула довольно тяжелая туша гарпии в попытке дотянуться до горла острыми когтями. Мне чудом удалось извернуться и пнуть ее в живот. С недовольным криком гарпия отлетела назад, но мне хватило времени выхватить меч, и в следующее мгновение его серебристый клинок насквозь пронзил отвратительно пахнущее тело. Я отбросила ногой истекающую кровью гарпию и в несколько шагов добралась до своего места.

Гарпии никак не реагировали на стоящих в центре полянки эльфов. Нет, они пытались добраться до меня, чтобы отомстить за убитых сестер, но я нескольким подпалила перья, а потом поставила защиту и сконцентрировалась на возложенной на меня задаче. Элленар заранее объяснил, что нужно делать, но нам пришлось подождать, когда гарпиям надоест нападать на меня и они, наконец-то, сосредоточатся внутри круга, вписанного в треугольник, на вершинах которого мы и стояли.

– Эй, красотки! Не желаете отведать нашего мяса? – насмехались над гарпиями дроу до тех пор, пока они не развернулись к ним.

У нас в запасе было не так много времени. Стоило им понять, что до потенциальной пищи не добраться, как они тут же разлетелись бы и заняли свои места на деревьях или решили полакомиться нами. Не то, чтобы гарпии могли похвастаться умом и сообразительностью, просто эти твари умеют брать измором. Но ждать мы не могли, поэтому, как только все они рванули к эльфам, я вонзила свой меч в центр руны, которую начертил Элленар, и произнесла заклинание черного пламени. В обе стороны от нее побежали светящиеся дрожки. Те же действия повторили и Элленар с Гардраэлем, только задача светлого эльфа сводилась к тому, чтобы закольцованное пламя не вырвалось наружу, а изжарив гарпий, впиталось в землю.

Время замедлилось, воздух внутри круга стал горячим, а по краям начал клубиться сероватый дым, поднимаясь все выше и заполняя собой подготовленное пространство, заслонив от нас гарпий, пытающихся на лету атаковать эльфов. И поначалу дым нисколько не тревожил крылатых тварей, пока он с ревом не превратился в пожирающее все на своем пути пламя. Вот тогда гадкие создания в ужасе заметались, пытаясь спасти свои жизни и вопя так, что закладывало уши. Огонь гудел, закручиваясь тугими кольцами вокруг маленького защитного купола в центре магического круга. Он поднялся почти до верхушек деревьев, не причиняя им вред, и резко обрушился вниз.

Я прикрыла глаза руками, а когда осмелилась выглянуть, то увидела черную, выжженную огнем землю и медленно кружащиеся в горячем еще воздухе хлопья серого пепла. Потом заметила Элленара, быстро шагающего к потемневшему, но выстоявшему защитному куполу. Дроу собирался выпустить сородичей и принцессу на свободу. Я поискала взглядом Гардраэля и, выругавшись, бросилась в его сторону. Ослабленного после сильной для мага Жизни волшбы эльфа атаковала каким-то чудом оказавшаяся в живых гарпия. Она уже повалила Гардраэля на землю и пыталась дотянуться до шеи. Эльф сопротивлялся из последних сил, явно проигрывая схватку. Еще чуть-чуть и гарпия вскрыла бы ему вены, но я успела в последний момент. Остановившись у нее за спиной, срубила уродливую косматую башку, которая укатилась в сторону. Фонтанирующее черной кровью тело упало на грудь еле дышащего эльфа.

Я стащила мертвую гарпию с Гардраэля и присела рядом, заглядывая в залитое кровью лицо.

– Эй, ты как?

– Нормально, – просипел он, даже не предпринимая попытки подняться с влажной земли.

– Это радует.

Я упала рядом с ним на колени и попыталась рассмотреть шею на наличие повреждений. Гарпии не ядовиты, но весьма нечистоплотные создания. Какую заразу они носят на себе, даже предположить страшно. Тем более, на эльфа вылилось немало крови.

– Нет, кажется, твоя шея цела, – вынесла я вердикт после беглого осмотра, но тут мое внимание привлек медальон, выскользнувший из расстегнутого ворота эльфийской куртки.

– Нравится? – поинтересовался Гардраэль, скосив глаза и наблюдая за тем, как верчу в пальцах небольшой, будто сплетенный из серебряной нити ромб с синим камнем в центре.

– Знакомая вещица, – медленно протянула в ответ и наткнулась на подозрительный взгляд эльфа.

– Откуда? – крепко схватив меня за руку, спросил Гардраэль. – Этот медальон подарил мне отец на совершеннолетие!

– Видела такой же у твоего сородича, – честно ответила я и попыталась высвободить руку. – Может быть, он твой родственник?

– Как его имя? – не отставал светлый, но руку все же отпустил. – Или это твой девичий секрет?

– Рианель, – отозвалась я, поднимаясь на ноги и помогая эльфу подняться. – И не смотри так. Рианеля я знаю уже давно, а также его жену Эйрети. И еще знаю, что медальон ранее принадлежал именно ей. Она случайно не родственница тебе?

– Эйрети моя сестра, – поморщившись, признался Гардраэль и попытался оттереть вытащенным из кармана платком испачканное лицо. – Какая же гадкая у гарпий кровь. Кстати, как принцесса?

Я пожала плечами и устремила взгляд туда же, куда смотрел светлый эльф. На нас так же таращились дроу и Айравель, при этом Элленар, мне показалось, был чем-то недоволен.

– Как вы, ваше высочество? – поинтересовался Гардраэль, немного пошатываясь, но был слишком горд, чтобы держаться за мою руку.

– Все хорошо. А вы как?

Айравель подошла к нам поближе, брезгливо приподнимая подол теплого платья. От каждого ее шага в воздух поднимались хлопья пепла и, медленно кружась, опускались обратно.

– Лорд Гардраэль, позвольте, я провожу вас к ручью. Вам нужно умыться, – с этими словами принцесса протянула сородичу руку и повела в сторону от стоянки.

– Идите, идите, – бросила я им вслед. – Гарпий в округе теперь точно не осталось.

А в следующее мгновение рядом со мной появился Хадар и, положив голову на плечо, фыркнул в ухо, отчего по телу побежали мурашки.

– Все хорошо.

Я легко почесала его широкий лоб.

– Все хорошо.

– Мы тут осмотрелись слегка. По-моему, это твое.

Нашу идиллию прервали Галдрим и Фиреан, один из них протянул в мою сторону руку, держа на раскрытой ладони потемневший, но уцелевший в огне нож.

– О, спасибо.

Я осторожно взяла еще теплый нож и поблагодарила дроу, но они продолжали стоять рядом и подозрительно на меня смотреть.

– В чем дело?

– Это, конечно, не наше дело… – начал Галдрим, хотя Фиреан пихал его локтем в бок.

– О чем это он?

Я переводила непонимающий взгляд с одного дроу на другого.

– Все дело в Гардраэле, – убил меня своим заявлением Галдрим. – Он показывал тебе свой медальон и…

– Так стоп, ребятки.

Я выбросила руку перед собой, заставив тем самым эльфа замолчать.

– Кажется, я поняла, в чем дело. Вы серьезно полагаете, будто бы Гардраэль предлагал мне отношения? Правда?!

Дроу переглянулись и дружно пожали плечами.

– Ну, вы так близко были друг к другу и вообще…

Я откинула голову назад и громко захохотала. Хадар поддержал меня громким фырканьем. Надо же было такое предположить. Возможно, они не заметили, что именно произошло, поэтому восприняли наше тесное соседство за нечто иное. Отсмеявшись, я продолжала смотреть на дроу насмешливым взглядом.

– Я вам, правда, благодарна за заботу, но между мной и Гардраэлем ничего нет, – глядя на дроу, заявила я и заметила, как с противоположного конца полянки на меня смотрит Элленар, и этот взгляд мне не понравился.

На этом наше относительно спокойное путешествие закончилось. Однажды ночью, когда мы выбрались из леса в предгорье Черного хребта, нас разбудил Элленар и, ничего толком не объяснив, заставил быстро собраться и уносить ноги. Петляя меж холмов, которые пришли на смену старому лесу, мы неслись вперед, гонимые неизвестной опасностью. Элленар торопил нас, как мог, но при этом резко пресекал все попытки уточнить у него, что же случилось, и от чего или кого мы вынуждены бежать. Мне даже пришлось потеснить принцессу и забраться на Хадара, дабы эльфам не приходилось подстраиваться под мою скорость. Так как мне больше не нужно было шевелить своими ногами, я смогла сосредоточиться и погрузиться в подпространство. Сначала не увидела ничего подозрительного, но потом то, что открыл старый лес, привело меня в ужас.

За нами пока еще на достаточном расстоянии неслась огромная стая адлетов, страшных и кровожадных существ. Эти порождения Тьмы обитают в нижних мирах, но кто-то умудрился призвать их в наш мир. Спасения в темное время суток от них почти нет. Адлеты довольно выносливые существа, похожи на огромных волков, покрытых красноватой шерстью, с сильными длинными задними лапами, больше похожими на ноги, на которых, собственно, эти кровожадные создания и передвигаются. У них волчьи морды и огромные зубастые пасти. Адлеты, настигая своих жертв, сначала выпивают кровь, а потом поедают плоть. Единственное, чего они боятся, и что их убивает – это солнечный свет. Даже серебро против них малоэффективно. К тому же у эльфов такого оружия не было, а моими ножами разве что пятки адлетам щекотать. Это не гарпии.

– Элленар, может, ты все же объяснишь, от кого мы убегаем? – во время короткой передышки пристали к дроу его сородичи.