Навстречу судьбе или неприятностям?

Зимнее солнце приветливо улыбалось прохожим, а под его лучами, ну или от тесного «общения» с термосом, в моей сумочке обреченно плавилась плитка молочного шоколада. Мы с Мариной вышли из метро и направились в сторону того самого дома, где ее должен был ждать Олег.

Их история началась очень давно и разворачивалась на моих глазах. Мариша с Олегом были знакомы еще с детских лет, сначала дружба, потом первая любовь, мне всегда казалось, что они созданы друг для друга. Если кого и можно было бы назвать «половинками», так это их. Внешность совпадала, как у брата и сестры, взгляды на мир виделись мне идентичными, личные убеждения, характеры, интересы – казалось это стопроцентное совпадение.

Когда Маринке исполнилось двадцать лет, начали планировать свадьбу, а через полгода самая красивая пара из всех, которые я знала, внезапно распалась. Никто не знал причину их расставания… никто, кроме меня. Ведь я была Маринкиной плакательной жилеткой и соучастником всех посиделок в компании вино-водочных «утешителей». Олег просто исчез, ничего не объяснив. Чуть позже подруга получила смс: «Прости, между нами все кончено, я тебя больше не люблю». Это объяснение стало финальным многоточием, ведь такие загадки мы с Мариной решать не умели. Последняя фраза была, как нож в сердце. До сих пор не знаю, как моя подруга все это выдержала, и не уверена, что хотела бы узнать, каково ей было прочесть такое.

Через пару лет подруга познакомилась с Максимом, очень состоятельным бизнесменом, который был старше Марины на десять лет, и, как ей тогда казалось, понимал ее, как никто другой. Я же в свою очередь не понимала, как настолько разные люди вообще могут быть вместе, у них ведь ни единого общего интереса. Марина любит теплые страны, свою машину и шашлык. Максим обожает горнолыжные курорты, никогда не сидел за рулем (его возит личный шофер), и к тому же он убежденный вегетарианец. Но факт остается фактом, сейчас нам с подругой по двадцать пять лет, и она уже два года замужем за Максом. Любящий муж оплачивает моей подруге путешествия на Мальдивы и Бали, а ее последняя сумочка стоит столько, что эту сумму кажется неприличным произносить вслух. Казалось бы, жизнь удалась! Даже скептически настроенная я начала верить в то, что прошлое осталось в прошлом, а брак моей подруги был удачным решением.

И все бы вроде было ничего, но вот три месяца назад в жизни Марины снова появился Олег. Он просто подошел к нам, когда мы выходили из дома (мой адрес Олег знал, ведь за пять лет ничего не изменилось, и я все еще живу с родителями), упал на колени перед ошарашенной Маринкой и вручил ей самый огромный букет роз, какой я когда-либо видела. Его история оказалась настолько банальной, что была похожа скорее на сюжет дешевой мелодрамы, но тем не менее это была правда (конечно, я проверила, разве можно в наше время доверять словам). Мать Олега никогда не любила Марину (ей казалось, что та хочет забрать у нее сына, правда «неожиданно»?), и узнав о свадьбе, она придумала историю о больном отце, которого, к слову, сын никогда не видел. В срочном порядке Олег был отправлен в Лондон, где по легенде отец боролся с тяжелым недугом. Но к отцу он так и не попал (если отец вообще был). Недалеко от Лондона самолет совершил аварийную посадку, в результате которой Олег получил тяжелейшие травмы и четыре года пролежал в больнице, балансируя между жизнью и смертью. Но все-таки врачам удалось перевесить чашу весов в пользу жизни. Кто отправил Марине смс, думаю, понятно без слов. А когда парень вернулся домой, мать, не скрывая улыбки, сказала, что Мариша вышла замуж. Он конечно же не хотел верить, но упрямые факты в виде обручального кольца и обнимающего мою подругу мужчины, говорили сами за себя.

Олег позвонил мне, мы встретились, и я, выслушав его историю, поведала другу все, что происходило с Мариной во время его отсутствия. Тогда-то мы и придумали встречу у моего дома. Маринка не смогла обижаться на Олега, да и к тому же по ее глазам было видно, что давняя любовь снова дала о себе знать. Они стали много времени проводить вместе, но исключительно, как друзья, ведь Марина не смогла бы изменить мужу. Но обоим было понятно, что так долго продолжаться не может. Только вот выхода из этой сложной ситуации никто пока не видел. Даже я со своей неуемной фантазией пребывала в растерянном состоянии.

И вот сегодня мы снова идем к Олегу в его новую квартиру, а Макс думает, что мы отправились в гости к общей школьной подруге. И да, я понимаю, что мы где-то пошли по неверному пути, но кто я такая, чтобы идти против любви. Да и видели бы вы их глаза! Даже не в меру циничная я не могу сдержать улыбку.

– Ната, о чем задумалась? Ты уже пять минут как-то странно улыбаешься, – прерывает поток моих воспоминаний Мариша.

– Да так, вспомнила одну историю.

– А, тогда ясно… а что за история? – любопытствует подруга.

– Да ничего особенного, так… одна знакомая рассказала… Маринка, ты ведь любишь его, да? Только скажи честно, я же все вижу?! – вдруг не выдерживаю я.

Лицо подруги как будто на секунду начинает светиться, а потом снова тускнеет:

– Да, люблю, тебе-то я могу сказать, вот только что мне делать, я не знаю, все так сложно… – вздыхает подруга.

Мариша не успевает договорить, когда я оборачиваюсь, услышав чей-то слишком громкий телефонный звонок, и мне на секунду кажется, что я видела направленный на нас с подругой объектив фотоаппарата. Но с чего кому-то фотографировать нас? Наверное, показалось.

Мы звоним в домофон, я оборачиваюсь и снова ощущение, как будто кто-то смотрит на нас.

«Шоколадное» счастье перед бурей

В квартире Олега я забываю о странном моменте, и мы пьем горячий шоколад на кухне, вспоминая наше беззаботное детство. Друзья помнят, что я самая большая поклонница шоколада на свете (но Марине не стоит знать, как Олег «подкупил» меня шоколадным тортом, а иначе я бы вряд ли стала соглашаться на ту встречу с ним). В детстве папа даже называл меня шоколадной принцессой, а я всерьез верила, что родители заказали меня на кондитерской фабрике. А почему бы и нет, раз есть версии с капустой и аистом, чем шоколадная теория хуже? Тем более, что мой папа является владельцем нескольких крупных фабрик, так что версия была более чем продуманная.

Через час Марина и Олег уходят на балкон, якобы покурить, но я-то знаю, что они просто хотят побыть вдвоем. Может стоило выйти только мне, но было бы странно, если бы некурящая я вдруг отлучилась по подобной причине.

Я смотрю в окно на кухне: уютный дворик, на детской площадке полно малышей. Несмотря на то, что на улице холодно, они лепят гигантского снеговика с нестандартным носом из длинной палки (прямо снежный Буратино), и увлеченно играют в снежки. Думаю о том, как прекрасно детство, ведь для этих розовощеких карапузов даже обычный снег – настоящее волшебство. Но чудесная атмосфера рассеивается, когда мой взгляд привлекает парень, стоящий за детской горкой. Он держит в руках фотоаппарат, а объектив направлен прямо на наш балкон. У меня нет галлюцинаций или мании преследования, я не переела шоколада и головой ударялась, вроде, еще в детстве (упала с табуретки, когда пыталась достать спрятанные на верхней полке шкафа конфеты), поэтому я абсолютно уверена, в том, что вижу.

И тут вспоминаю слова Макса, сказанные перед нашим уходом: «Вы же точно к подруге идете? Я проверю». Конечно, мы думали, что это шутка. Тем более, что в стиле Максима шутить подобным образом, но сейчас мне кажется…

Не теряя больше ни минуты, я бегу на балкон, и успеваю открыть дверь как раз в тот момент, когда раздается тот же громкий звонок телефона. Марина с Олегом тоже замечают парня с фотоаппаратом, направленным на нас, и мы мигом залетаем в комнату.

– Ты думаешь, он мог… мог это сделать?! – испуганный голос моей подруги дрожит.

– Я не знаю, но… – я в замешательстве, и пытаюсь осмыслить все увиденное.

– Пойдем! – говорю я, хватая подругу за руку, – мы должны успеть пока он не отдал снимки. И растерянная Мариша послушно идет за мной. А я пытаюсь отогнать мысли о том, что будет, если Макс увидит фото, на которых Олег и Марина в обнимку стоят на балконе. Лучше бы и правда я вышла «покурить» вместо них.

Выходя из подъезда, я замечаю, что парень с фотоаппаратом направляется к темно-синему минивэну, припаркованному возле соседнего дома, и недолго думая, бегу за ним. Сначала он меня не видит, но, по мере моего приближения к нему, замечает, и, ускоряя шаг, продолжает идти к машине.

– Стойте, – кричу я, поспешно придумывая, что же сказать, и подхожу к нему, – Пожалуйста, выслушайте меня, я знаю кто вы и зачем здесь, но вы не так все поняли. Фото, которые вы сделали, будут неправильно истолкованы и…

Он не дает мне договорить:

– Простите, но мне пора ехать, не понимаю, о чем вы говорите…

– Я заплачу больше, чем он, – слышу я дрожащий голос за своей спиной, это Маринка меня догнала, – Скажите, сколько вы хотите, я на все согласна, – в ее голосе чувствуется отчаяние.

– Девушки, от меня ничего не зависит, но если хотите…

– Хотим, – перебивает его Марина, даже не дослушав предложение.

– Вы можете поехать со мной, я как раз направляюсь в офис, – и он открывает передо мной дверцу машины.

Мы послушно садимся, и всю дорогу молчим. Уверена, подруга тоже думает о том, на что же мы согласились, но дороги назад у нас нет. Один из тех случаев, когда мы совершаем поступки, а потом думаем. Как тогда, когда я взяла с собой на Мальдивы гору шоколада, а тропическое солнце сделало из него «шоколадный коктейль» прямо в моем чемодане.

Беги, Натали…

Вот наконец мы останавливаемся у ничем не примечательного здания из красного кирпича. Никаких вывесок или табличек нет, и мне уже жутковато. «Куда нас привезли?» – единственная мысль, крутящаяся в голове.

Парень все так же молча открывает перед нами массивную дверь, и мы попадаем в помещение, чем-то похожее на комнату, где работают хакеры (по крайней мере, я именно так и представляла себе «убежище» преступных компьютерных гениев). Множество компьютеров, ноутбуков и всякой разной компьютерной техники, а на каждом экране мелькают непонятные коды.

– Дима, к нам гости, – кричит парень-фотограф. Из соседней комнаты к нам выходит высокий парень в рваных джинсах, растянутой футболке и синей бейсболке (типичный хакер в моем представлении, ну да, я мыслю стереотипно).

– Здравствуйте, леди, чем можем помочь? – обращается он к нам, но тут фотограф привлекает его внимание к себе, делая жест рукой, означающий, что им надо поговорить наедине. Парни, извинившись, скрываются за той же дверью, откуда «хакер» и появился. Когда мужчины уходят, я замечаю еще одного парня в той комнате, куда они зашли. Но отсюда его сложно рассмотреть, вижу только, что он высокий. У меня по телу пробегают мурашки. Боже, как нас сюда занесло, куда вообще мы попали, и во что ввязались, мне даже страшно думать об этом.

Когда дверь за парнями закрывается, я замечаю фотоаппарат, вставленный в ноутбук через usb-кабель. Подхожу ближе и застываю, там штук сто, не меньше, наших с Мариной и Олегом фотографий. Причем придраться с подозрениями в измене можно к каждой второй из них. Моя рыжеволосая подруга на любом кадре с ослепительно счастливой улыбкой. Вот Марина и Олег в кафе, держатся за руки и влюбленно смотрят друг другу в глаза, а вот подруга с букетом цветов, подаренным Олегом, и везде на втором плане с ними главная «соучастница» – я, а вот…

Так, хватит рассматривать фото, надо что-то делать! Боковым зрением замечаю подругу, в состоянии шока стоящую за моей спиной. Быстро достаю свою флешку из сумки и перекидываю фото (не знаю зачем, просто на всякий случай), а затем удаляю все содержимое из памяти фотоаппарата. Странно, что вообще мне удалось провернуть все это так быстро дрожащими руками и плохо соображающим мозгом. Слышатся приближающиеся голоса. Я хватаю подругу за руку и, не думая о последствиях своих поступков, бегу к двери. Просто не вижу другого выхода, ведь сейчас они обнаружат пустую флешку и… в общем, кто знает, что у них на уме, а я еще хочу пожить.

Мы бежим, не разбирая дороги, пока не оказываемся на широкой улице с односторонним движением транспорта, где нам удается сразу же поймать такси. И только, когда мы отъезжаем на приличное расстояние, я чувствую, как воздух снова заполняет легкие. Я как будто вовсе не дышала с того момента, когда решила бежать. Смотрю на подругу, она сидит, вцепившись в свою сумку так, что костяшки пальцев уже побелели. Осторожно беру ее за руку, она поворачивается ко мне и меняется в лице, теперь на нем улыбка облегчения.

– Мы это сделали… Ната, мы справились, – потом на секунду она задумывается и продолжает, – Даже если они все расскажут Максу, он не поверит, он ведь знает, какая я трусиха, а, чтобы выкрасть фото, тут уж точно не про меня.

– Все будет хорошо, – повторяю я как будто в трансе, но через минуту тоже чувствую, что напряжение уходит.

Остаток дня мы провели в доме моих родителей, смотрели комедии и ели попкорн, пили горячий шоколад (тот самый, который самая большая моя страсть на сегодняшний день, если вы еще не запомнили), в общем всячески старались отвлечься от событий прошедшего дня. Подруга осталась ночевать у меня, а утром мы отправились по магазинам. Максу она звонила, и ничего подозрительного в его голосе не было. Значит тот парень еще ничего ему не сообщил. Да и вряд ли он станет рассказывать такую «позорную» историю украденной «фотосессии».

Непридуманная свадьба

Хрустальные бокалы сияли всеми гранями удивительных узоров, а мы с подругой рассматривали посуду для свадебного стола. Да-да, с этой Маринкиной «голливудской» историей, я чуть не забыла о своей предстоящей свадьбе, а ведь она всего-то через месяц. Сама еще не верю, что выхожу замуж за Сашу, мы ведь встречаемся всего семь месяцев, но он сделал мне предложение, и я не знала, как себя ведут в таких случаях (до Саши я ни с кем не встречалась, все занималась карьерой и дегустировала шоколад в путешествиях по разным странам), поэтому и ответила согласием. Может все так и должно быть?

Правда, я вот до сих пор не поняла, что к нему чувствую. Мне с ним весело и интересно, но любовь ли это, не знаю, хотя кто вообще знает, как эта любовь выглядит… Сашин отец, Анатолий Владимирович Соколов – владелец очень крупной строительной компании, а мой жених за свои двадцать девять лет тоже успел сделать карьеру известного архитектора. У него собственная фирма, которая пользуется популярностью у самых богатых людей города. Поэтому свадьба у нас намечается масштабная, гостей человек триста, журналисты и фотографии в глянцевых изданиях, ну и конечно же платье, достойное принцессы, – вот, что меня ждет. Кстати о платье, я ведь его даже не оплатила еще, всегда все делаю в последний момент. Хотя чашечку горячего шоколада перед шопингом откладывать все же не стоит.

Вот и с выбором столовых приборов для банкета я как-то затянула. А вообще, скучно все это. Я всегда считала, что подготовка к свадьбе – интересное и радостное занятие, не даром же говорят, что «предвкушение праздника лучше самого праздника». Но у меня все не так, я не жду этой свадьбы с замиранием сердца, и не выбирала платье несколько месяцев, как это делают другие невесты… Вообще-то выбранное мной платье было вторым и последним из всех, что я мерила, а теперь никак не могу доехать, чтобы забрать его. Пока самым радостным событием для меня был выбор свадебного торта… шоколадного, конечно же.

На свидание с судьбой

Скучный «посудный» шопинг приходится прервать после важного звонка. Ну и ладно… время еще есть, позже разберемся с посудой, а сейчас мне пора отвезти редактору наброски моей новой книги. Кстати, я писательница… начинающая, но, как обо мне говорят в прессе, «довольно перспективная» (надеюсь, что это не дань бизнесу моего жениха). Мой редактор – Вероника, по совместительству хорошая подруга. Я доверяю ей свои литературные мысли и точно знаю, если вдруг дойду до творческого кризиса, она меня всегда из него вытащит. А еще, если я начинаю впадать в меланхолию, после встреч с Никой всегда нахожу шоколадки с записками «от зайчика» в своей сумке. До сих пор не вычислила, как она их так незаметно туда подбрасывает.

Вот только не понимаю, зачем Ника из своего уютного офиса в центре города переехала в какую-то глухомань. Сжимаю в руке листочек с записанным на скорую руку адресом, ничего не могу разобрать, и протягиваю его таксисту. Он вглядывается в неразборчивый текст, а я мило улыбаюсь (ну да, мой почерк всегда оставлял желать лучшего, но, как говорят ученые: «Плохой почерк – признак высокого интеллекта», – хотелось бы в это верить):

– Секретарши часто пишут так, что ничего не разобрать, – оправдываюсь я, но таксист только качает головой, и мы едем. Надеюсь, что водитель правильно прочитал адрес, но спрашивать как-то неудобно.

Проезжаем мимо высотных зданий, касающихся облаков, и сверкающих витрин торговых центров, оставляя городскую суету позади. Мы оказываемся в спальном районе. Он как будто из американских фильмов (я никогда здесь раньше не бывала). Вероника говорит, что это самый тихий район города, но, по-моему, он еще и самый странный.

Таксист останавливается и объясняет, что на нужную мне улицу не проехать. Он эмоционально говорит, что там коммунальщики, как обычно, зимой все перекопали, а ему неохота машину ломать. Но водитель убеждает меня, что я легко дойду до нужного здания пешком минут за семь, и подробно рассказывает, куда нужно идти. Я выхожу из машины в приятном предвкушении, люблю исследовать новые районы. Иду по дорожке, расчищенной от снега, по маршруту, который описал таксист.

И тут попадаю на знакомую улицу. Где-то я уже видела этот дом, вот только где?.. В этот момент меня словно бьет током и мгновенно накрывает паника. О, Боже, это же тот самый дом, куда нас с Мариной привез парень фотограф. От шока я разворачиваюсь, и начинаю бежать, забывая, что впереди горка, я на каблуках, а на улице снег и гололед. Не успеваю прийти в себя, как все вокруг переворачивается, и я падаю прямо на лед. Резкая боль в ноге, как будто постепенно пронзающая все тело, в ушах звенит, перед глазами темно. Новая вспышка боли, и свет совсем исчезает…

Кто ты?

В детстве перед сном я не хотела отпускать папу после прочтения уже зачитанных до дыр сказок. И тогда мы начали придумывать свою собственную историю. Сказку о шоколадной принцессе, которая жила в шоколадном замке с шоколадными слугами, шоколадным садом, фонтаном и озером, по которому плавают шоколадные лодки и лебеди. Наша история не казалась мне излишне «приторной». Я так ярко представляла себе эту шоколадную сказку. Каждый вечер в историю добавлялись новые шоколадные герои. Традиционный зайчик, приносящий подарки, волшебный единорог, ну и до принца тоже дело дошло. А на один из Дней Рождения папа подарил мне настоящий шоколадный замок (ну или его уменьшенную копию), где была та самая принцесса в окружении друзей – белочек, зайчиков и прочих любителей радовать детей случайными подарками. В это, пока еще сладкое, мгновение мне снился мой идеальный шоколадный мир.

Открываю глаза, и вижу незнакомые стены. «Где я?» – первый вопрос, который меня посещает. Кажется, я упала и потеряла сознание. Наверное, кто-то вызвал скорую, и сейчас я в больнице. Вот только обстановка в комнате какая-то шикарная для медицинской палаты, хотя… Саша, наверняка, оплатил мне лечение в самой дорогой клинике. Не из заботы конечно, а потому что прессе не стоит снимать его невесту на фоне стен, десятилетиями не знавших ремонта.

Осматриваюсь еще минут семь, когда дверь в комнату открывается, и заходит высокий парень лет тридцати – тридцати пяти. Он одет в джинсы и обычную белую рубашку, которая даже не заправлена, да и общий вид какой-то небрежный, волосы растрепаны. И как таких вообще пускают в больницу, кто он такой? – возникают у меня закономерные вопросы.

– Привет, ты как? – спрашивает мой посетитель, подходя ближе, и садясь на край кровати. А я тем временем успеваю рассмотреть его лицо, и ловлю себя на мысли, что, кажется, нахожу его симпатичным. Волосы темно-русые, зачесаны наверх ежиком, голубые глаза, и очень дружелюбная улыбка. А еще от него едва уловимо пахнет терпким кофе.

– Ты помнишь, что произошло? – спрашивает он, пристально глядя мне в глаза.

– Я упала… больше ничего не помню, – я кажусь себе невероятно глупой, когда говорю это.

– Ничего, это нормально, наверное, болевой шок, ты сломала ногу и руку, – он сочувственно улыбается.

А я только сейчас замечаю, что правая рука в гипсе, а ногу я вообще не чувствую.

– В какой я больнице? – наконец задаю волнующий меня вопрос.

– Ты не в больнице, это мой дом, – все так же улыбаясь, отвечает он.

Мой взгляд становится красноречивее всяких слов.

– Не волнуйся, все в порядке, просто я как раз направлялся к своей машине, когда увидел, как ты упала, и помог тебе.

– Но кто наложил гипс??? – почти истерично спрашиваю я.

– Я привез тебя к себе, и вызвал своего семейного врача, он всегда приезжает быстрее скорой помощи. Так что не волнуйся, с тобой уже все в порядке и теперь тебе требуется только отдых, – по-прежнему улыбаясь, парень протягивает мне большую чашку.

– Вот, зеленый травяной чай, он поможет расслабиться.

– Да вы что издеваетесь, – не выдерживаю я, – Объясните толком, где я нахожусь, где моя сумка, мой телефон? Я должна связаться с близкими и сообщить, где я, – договорив, я немного остываю. И зачем я кричу на этого человека, который всего лишь хочет мне помочь, когда я успела стать истеричкой?!

А он все так же дружелюбно улыбается и протягивает мне чашку.

– Извините, я просто переволновалась, – оправдываюсь я.

– Ничего страшного, я понимаю.

Я беру у него кружку и делаю большой глоток. Никогда в жизни еще не пила такого ароматного чая. Но не успеваю до конца насладиться его вкусом, как чувствую, что рука слабеет и я проваливаюсь в пустоту с кофейным ароматом.

Приятно познакомиться, Натали…

Просыпаюсь через несколько часов, когда на улице уже стемнело. Около моей кровати на тумбочке светится ночник в форме дерева с сидящей на ветке совой, у которой горят глаза. Рядом стоит чашка с водой. Ужасно хочется пить, но такой ошибки я больше не повторю. В этом доме все может быть опасным. Наверное, я нахожусь на втором этаже, так как где-то внизу слышатся два голоса. Я хочу подняться, но не получается, не могу даже пошевелить ногой или рукой.

У меня начинается паника. Если я не убегу, то, что же со мной сделают?! Может это какие-то Сашины враги заказали мое похищение? Хотя… я ведь сама виновата в том, что упала. Такое точно нельзя было подстроить. И угораздило же меня упасть именно в том месте и стать заложницей этого маньяка.

Я уже слышу шаги совсем близко, кто-то поднимается по лестнице. Дверь открывается, а я пытаюсь заставить себя смириться и не паниковать, может получится предложить ему денег за мое освобождение. Пока я тщетно пытаюсь договориться со своими нервами, мой похититель входит в комнату.

– Как спалось? Тебе уже лучше? – спрашивает парень все тем же дружелюбным голосом.

– Давайте обойдёмся без лишних вопросов. Не знаю, зачем вы травили меня этим чаем, если я и так не смогу сбежать. Как видите, я не могу даже подняться, – пытаюсь говорить равнодушно, но страх подбирается к горлу.

– Ты о чем? Это просто полезный отвар для того, чтобы ты заснула. Доктор сказал, тебе нужен покой, – тон его голоса совершенно не меняется. Он даже не обижается на мои умозаключения об отравленном напитке.

– Перейдем к делу. Я говорю о моем похищении. Хочу предложить вам сделку. Я невеста очень состоятельного человека и он будет готов заплатить любые деньги за мое освобождение. Позвоните ему, номер есть в моем телефоне, и назовите сумму, – я произношу это так, словно всю жизнь учила речь, которую буду говорить своему похитителю (сама от себя не ожидала подобного спокойствия в голосе).

– А о каком похищении идет речь?! Я понимаю, ты, наверное, устала и странные мысли лезут в голову, но я тебя не похищал. Я просто хочу помочь. Твой телефон лежит на тумбочке. Ты можешь позвонить своим близким в любой момент, – он не злится, что удивительно, его голос по-прежнему спокоен. Видимо антидепрессанты ест на завтрак.

Я смотрю на тумбочку и вижу, что мой телефон действительно лежит на ней. Как я не заметила его раньше? Вот так всегда, начинаю паниковать, не разобравшись.

– Извините меня! Я просто… ну вы понимаете… все так спонтанно произошло, – мне становится неловко.

– Все в порядке. Твое состояние мне понятно, – он по-прежнему вежлив, хотя почему-то обращается ко мне на «ты».

– Могу я узнать, как вас зовут? – теперь я стараюсь быть приветливой.

– Кристофер, – отвечает он.

– Вы сами придумали? – усмехаюсь я.

– Мой отец немец, я родился и вырос в Германии, и там мое имя никого не смущало, – говорит парень слегка обиженно.

– Извините, у вас красивое имя, просто звучит странно для нашей страны, – пытаюсь оправдаться я, – А меня Натали зовут.

– Приятно познакомиться, Натали, – он говорит мое имя как-то по-особенному. Вроде бы один и тот же набор букв, а звучит от каждого человека по-разному.

– И мне очень приятно! Спасибо, что спасли меня! – я улыбаюсь, а он пристально смотрит на меня. Надо же, никогда не видела настолько ярких голубых глаз.

В тот вечер мы с Кристофером проговорили до самого рассвета. Он оказался очень интересным собеседником. Мы говорили обо всем, и мне даже показалось, что я как будто знакома с этим человеком всю свою жизнь (знаю, опять банальность, особенно для писателя, но иногда случаются вот такие банальные моменты). Я боялась оставаться одна, и под утро Кристофер заснул прямо в кресле, стоящем в моей комнате.

Утром мне нужно было позвонить родителям, ведь наверняка меня уже ищут, но оказалось, что мой телефон разбит. Кристофер предложил воспользоваться его телефоном, но я не помнила номеров (вот такая я писательница с плохой памятью, за свою жизнь не запомнила ни одного телефонного номера, даже своего). Но самое страшное открытие ожидало меня, когда я решила попросить нового знакомого разыскать моего папу.

В тот день я поняла, что не помню имен своих родителей и друзей. Я знаю, что скоро выхожу замуж, и даже помню, что моего жениха зовут Саша, знаю так же, что он богат, и это все. В памяти сохранились только обрывки воспоминаний. Я не помню адресов, хотя могу точно сказать, что узнаю свой дом, если увижу. Такие неприятные открытия стали шоком, но Кристофер успокоил меня, сказав, что даст объявление в газету или по телевидению (а лучше – все сразу), и мои родители обязательно меня разыщут. Я смирилась с такой участью, и мы решили, что я поживу у Кристофера до тех пор, пока меня не найдут.

Время помнить

Прошло полтора месяца. Воспоминания пока не вернулись ко мне, но Кристофер уверял, что родные меня обязательно найдут, это успокаивало. За это время мы успели подружиться. Ходить мне было тяжело, поэтому Крис выносил меня в сад, где мы часто смотрели на звезды по вечерам. Он готовил мне невероятно вкусный горячий шоколад по рецепту его мамы и рассказывал о своей семье, о том, что родители сейчас живут в Америке и он их почти не видит. Часто мы говорили на разные темы на немецком и я поняла, что, вероятно, когда-то учила этот язык, хоть и не помню, где и когда. Мы много философствовали, рассуждали о смысле жизни, о том, как важно найти себя в этом мире, и как сложно это сделать.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «ЛитРес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на ЛитРес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.