Слово изречённое – есть ложь
Ильмар Кайдо

© Ильмар Кайдо, 2020

ISBN 978-5-0051-2302-2

Создано в интеллектуальной издательской системе Ridero

От автора

В 1996 году автор вернулся на работу во Всесоюзный научно-исследовательский институт по добыче угля гидравлическим способом (ВНИИГидроуголь), которого теперь уж лет двадцать как нет. Этот единственный в своем роде институт первым в угольной промышленности был лишён государственного финансирования на заре перестройки. Но вопреки трудностям работы в условиях самофинансирования и хозрасчета институт выжил и разработал новую гидравлическую технологию с подземным замкнутым циклом водоснабжения, обогащения угля при разработке угольных пластов короткими очистными забоями. Правда от тысячного коллектива, который ранее трудился в институте, осталось только четыре десятка активных творческих сотрудников. Трудовые успехи сопровождались, как обычно бывает в нашей стране, застольями. В тот год директор отмечал шестидесятилетний юбилей, автор поздравил его стихотворением. На следующий день директор предложил автору использовать стихи для «творческой начинки» застолий, чтобы они носили интеллектуальный характер «что за свадьба без цветов – пьянка, да и всё…", как пел В. С. Высоцкий.

Так был дан толчок к появлению стихов. И хотя стихи в основном имеют личностную ориентацию и могут быть стимулом к воспоминаниям тех, кто был участником тех застолий, они могут вызывать резонанс в душе других читателей.

Написание стихов – это процесс парения фантазии, моментальные ассоциации, которые часто неточны или даже ошибочны.

Более того, когда впервые были собраны эти стихи, по просьбе сотрудников, название рукописного сборника было – «Слово изреченное – есть ложь».

Теперь, по прошествии лет, я понял, что стихи живут какой-то своей жизнью не только во мне, но и без меня.

Создание сборника это желание узаконить их право на самостоятельную, независимую от меня жизнь.

Мир соткан из противоречий

Движенье есть? Движенья нет?

Спасибо, господи, за встречи,

Что нам во тьме даруют свет!

Отринь гордыню, человек

Ты – есть не цель, а только средство,

И жизнь постигнешь без помех,

Без горечи душевных бедствий.

Отринь гордыню, человек!

Татьянин день – один из первых

Из приуроченных к святым,

День торжества христовой веры,

И милый праздник именин.

Татьянин день – мой день рождения

Над нами властен Водолей.

Свет знаний – путь из заблужденья,

И рабства похоти страстей.

Чужая боль всегда понятна,

Нет тайн и нет почти проблем.

В кругу друзей жизнь так приятна,

Но Разум жаждет сбросить плен.

Как струны мягко в гриф зажатые

Дают лишь хриплый, жалкий звук,

Так мысли в дружеских объятиях

Теряют свойства всех наук.

Не может долго быть приятным,

Кто мыслям хочет дать полет.

Все знают – есть на Солнце пятна!

Кто ищет, тот всегда найдет!

Татьянин день – вот милый праздник.

Так пусть в такой прекрасный день

Нас общий стол дарами дразнит,

Душа поет от шуток разных,

Вино в бокалах зазвенит,

И души греет и роднит!

Мне очень в жизни повезло

Спасибо, Господи, спасибо!

Познал я и добро, и зло.

Умом меня ты не обидел.

Я видел, как цветут сады,

В поклоне ветви под плодами,

Игру неведомой воды

В дождинках, струях и тумане.

Я слышал в звездах соловья

И трепет листьев пред грозою,

Беззвучный голос муравья

В борьбе со стихией огневою.

В пьянящем запахе степей

Тысячелистник и полынь,

Как веха уходящих дней,

Безумства каменных пустынь.

Под кроной кедра и сосны,

Покойно думал о грядущем.

Приметы осени, весны

Смешались, что быть может лучше!

Прозрел я сущность бытия,

Понятны мысли, чувства, боли.

Свидетель я – не судия,

Любых явлений страха, воли.

Пустой театр – абсурд души,

Часы без стрелок – все без меры.

Замри иль, хочешь, поспеши —

Во всем ты, Господи, я верю!

Я догнать не пытаюсь уходящие дни

И судьбе улыбаюсь, хоть заботы одни.

Ошибаюсь и каюсь, ты в глаза мне взгляни,

Отдаленной надежды в них мерцают огни.

Чего нам в жизни не хватает?

Казалось, все уже и есть,

Понятно, что и как бывает,

За что любовь, измена, месть.

Построен дом, где так хотелось.

К познанья древу ветвь привил.

И вырос сын таким умелым,

Дай, Бог, ему здоровья, сил.

И дочь растет душе на радость,

Заботой наполняя дни.

Но, иногда простая шалость,

Напомнит: братцы – вы же пни!

Скрепит жена и днем и ночью,

Преобразуя в тело дух.

Душа болит, как будто в клочья,

Разорвана ударом мук.

Не ищем мы под солнцем мест.

Забудем, что и как бывает,

Не нужно, что уже и есть.

Чего ж нам в жизни не хватает?

Когда-нибудь, когда меня не станет,

Не дай мне, Бог, лежать в земле сырой.

Но пусть мой прах в огне совсем растает,

Чтоб атомы начали новый строй.

Я не хочу в оградке на скамейке

Детей печалить жизни суетой.

За упокой моей души не пейте —

Мы все вернемся в круг очередной.

Мы позабудем радости – печали,

Родных, друзей, пристрастия свои.

Спасибо, Господи, что в бесконечной дали

От нас ты прячешь истину любви.

Расскажут дети внукам,

Что, мол, дед их был чудаком.

Обученный наукам

Он верил в Бога, но грешил при том.

Морочил голову, читая всякую ересь,

Надеялся понять истоки бытия.

Но продолжал в душе заветно верить,

Целесообразна жизнь твоя.

Продается и все покупается

В этом мире на все есть цена.

Когда кто-то тебе улыбается, —

Твоя жизнь ему просто нужна.

Нашим миром правит флуктуация

Миг рожденья – тайна для ума.

Как же Бог вершит такую акцию,

по каким законам бытия?

Всё течёт, всё в мире изменяется,

повсеместно удивляя нас.

В хаос энтропия воплощается,

Отмеряя миг, секунду, час.

Может где-то в энном измерении

Есть другой закон термодинамики.

Время вспять идет, а сила трения

Всё сильней качает мира маятник.

Спор извечный: – Дух или Материя?

Утонул в потоке информации.

В целесообразность мира верю я.

Нашим миром правит флуктуация.

Вселенский разум молчалив и скуп

Творит себя в земном прекрасном мире.

Как монолог без слушателя глуп,

Так человек без друга – просто гиря.

Теснятся в улей пчелы, муравьи

В согласии строят дом свой у дороги,

В единый разум Бог объединил —

Их отношенья меж собою строги.

Один на всех инстинкт для выживания,

И особь клеткой признает себя,

Без права преимущества на знанья,

Себя любить или любить тебя?

Венец творенья вечно одиноко

Живет в себе подобных окруженье.

Словами, мысли делает пороком,

А чувства заменяет ощущеньем.

Есть редкий миг, случайное событие,

Когда два взгляда видят как один,

Когда две мысли вдруг дают развитие,

В единой мысли творческих вершин.

Согласье губит первый грех – гордыня,

Смотри-ка, Я вот перегнал тебя.

Теперь Я – первый, ты – второй отныне,

Смотри и делай так же, как и я.

И нет тебя, ты часть моя без права,

На чувства, мысли, действия и жизнь.

Живая кукла – глупая забава,

В которой тайны нет, зовущей ввысь.

Вселенский разум молчалив и скуп,

Давно постиг единство отрицаний.

Кто в мире ищет славы и признанья,

При всех достоинствах,

Наверно, просто глуп.

Когда в душе покоя нет

Когда сознанье мысли гложут,

От веры лишь приходит свет,

Но жизнь постичь он не поможет.

Кто не родился – счастлив он,

Лишенный всяких испытаний,

Не знать предательства ему,

Не знать обманчивых признаний.

От мук сомнений в стороне

Единый с миром каждый атом,

Но где-то в самой глубине

всезнанья

Бог сам желает быть нам братом.

Кто не родится – тот не удивится

Ни звонкой свежести ветров,

Ни буйной вольнице дубрав,

Ни нежности влюбленных трав,

Ни божьей искре птичьих строф,

Что ткут из наших душ любовь…

Кто не родится – тот не состоится.

Мы ж родились. Хвала Творцу!

И пусть душа в бореньях закалится,

Достойно чтоб прийти к концу

Мелькают дни, проходят годы

Остановить! Никак нельзя.

Маячит грядка в огороде

И пенсионные друзья.

Но в нас пока горит желанье,

Как в черных углях тлеет жар.

Душа трепещет от признанья,

А демон шепчет: – Ты – не стар!

Смотри: – Вон юные созданья,

Что в дочки, внучки нам годны,

Открыли души для признанья,

Благоухая для любви.

Ещё есть сила, есть сноровка,

Есть чувство радости в любви!

Но что-то в спину как иголку,

Иль гвоздик вбили – Помоги!

Смеётся тихо, но противно

Рогатый, волосатый друг.

Совратив невинную наивность,

Нарушив наш устоев круг.

О! Боже мой! Прости Всевышний!

За мысли полные грехов.

Пусть молодежь вкушает вишни!

Чтоб было вспомнить что потом.

Наше тело не имеет пределов

Мы, казалось, должны б долго жить.

Но душа так поставила дело,

Что мы ходим по краю межи.

Поиск радости, счастья повсюду,

Обращен взор куда-то вовне.

Все надежды на Бога, на чудо,

Что таится в бокале на дне!

Размышленье над вечным вопросом:

Каждодневное – быть иль не быть?

Путь в тупик – заблуждение просто!

Просто, как на тебя угодить?

Все слова, ну, хоть что-то, да значат.

Надоело по кругу ходить.

Но слепым притворяется зрячий,

Не желая, никак угодить.

Угодил! И другое значенье

Это слово имеет уже.

Сладкий привкус игры – возбужденья,

И шампанским наполнен фужер.

Наше тело имеет пределы:

Кто-то нам приказал долго жить.

Но душа так поставила дело,

Что мы ходим по краю межи.

Возраст нам не добавил рассудка —

От улыбки теплеет в душе.

Жизнь – игра, ох, невинная шутка:

С милым рай мы найдем в шалаше!

Треск костра в первобытном сознанье —

Цель, мечта, светлой жизни предел!

Искрой радости в мрак мирозданья,

Кто взлетел – тот погас, онемел.

Вот и всё, мы друг другу не верим —

Каждый ждет на своём берегу.

Не вломиться в открытые двери,

Искать истин в порочном кругу.

Жизнь уроки дает только умным,

Кто настойчиво хочет понять —

Единицам не хочется в сумме

Однозначность свою потерять.

На лестнице типов от макро до микро

И в нашей Вселенной, и где-то там вне,

И в прошлом, и в будущем, и в настоящем,

И в холоде диком, и в жутком огне,

Познавши начало и видя конец,

Живет триединый, всевышний, творец.

Наш мир бесконечный имеет пределы.

Законы Вселенной, как вожжи коню,

Без всяких расчетов, без всяких моделей

Устроены просто, гениально умело,

Чтоб мы, познавая, удивлялись всему,

Без всяких вопросов: – Отчего? Почему?

Всё ясно и просто во вселенском сознанье.

Пространство и время в едином клубке.

Как искры сияют миры в мирозданье,

И жизнь зарождают не только в воде.

Любые начала едины по сути, по форме, по цели.

Все, также как мы, без пределов имеют пределы.

На лестнице типов от макро до микро

И в нашей Вселенной, и где-то там вне,

И в прошлом, и в будущем, и в настоящем,

И в холоде диком, и в жутком огне,

Познавши начало и видя конец,

Душой возрождает себя в нас творец.

Всё не случайно в этом мире

И в хаосе событий, дней

Мы словно пуля в детском тире

Летим в мишень души своей.

В движении броуновском рядом,

Пиная и цепляясь, все

Потоком, газовым снарядом

Несутся к цели – пустоте.

Заметить в хаосе порядок,

Синергетический закон

Не каждый может, и не надо.

Глупец не знает, что глуп он.

Сияет радостью и счастьем,

Живет, не ведая печали,

Которой мудрецы подвластны

За то, что мир едва познали.

По статистическим законам

Все знать всегда и в полной мере

Есть бред и плод ночей бессонных.

Бог требует глубокой веры.

И в хаосе событий, дней

Как вопиющий звук в эфире

Мы слышим стон души своей.

Всё не случайно в этом мире.

Я не хочу в улыбку прятать горечь

Надежду, веру ложную вселять.

Чтоб по утрам на завтрак кушать поридж

А вечерами к рюмке припадать.

Я не хочу бежать со всеми вместе,

В бассейне плавать в голубой воде,

Плохие мысли, как котлету в тесте

За милю носом чувствую везде.

Я не хочу слепых учить красиво

Вздыхать и восторгаться светом дня.

Глухие и по нотам поют лживо.

Злорадства радость чужда для меня.

Я не хочу быть в роли командира

Приказы и наряды отдавать.

И каждый сам для чистоты сортира

Зубную щетку должен подбирать.

Я не хочу бельё стирать чужое,

Смотреть сквозь дыры за чужой забор.

Интимное должно быть как святое.

Прелюбодей, по сути, худший вор.

Я не хочу быть камнем на дороге

Таким большим, что трудно обойти.

С досады об него все чистят ноги

От грязи всякой собранной в пути.

Я не хочу быть как бельмо для глаза,

Всегда и всюду источая лесть.

Самовлюбленность раковой заразой

Погубит тело, а потом и честь.

Я не хочу лукавить перед Богом,

От зависти скрываться под нуждой.

Хочу один идти земной дорогой

Руководимый Солнцем и Луной.

Душа в очаровании к гармонии стремится

А Разум тихо шепчет: – ты можешь ошибиться.

Любовь не только радость, и не всегда тепла.

До основанья рушит, сжигает всё дотла.

Душа не знает страха и в вечности живет,

Но Разум вместе с телом родился и умрет.

Познанья путь тернистый к основам пустоты

Любовь благословляет рожденьем красоты.

Душа лелеет Разум, всё зная наперед.

Стремленье и желанье со временем уйдет.

Уйдет, чтоб возродиться сквозь стужу, через зной.

Лишь память будет вечной космической волной

Любовь – это движенье – начало всех начал.

В ней вечное движенье – движенья идеал.

Бросил камень в воду

По ней побежали круги.
При честном служении народу
Попробуй ты честь сбереги.

Бросил камень в воду
От берега дальше беги.
Быть мокрым в любую погоду
Тебе не приятно, не лги.

Бросил камень в воду
Вокруг не видно ни зги.
Во мраке имеешь свободу
Прочистить от грязи мозги.

Бросил камень в воду.
Пример для дурной мелюзги,
Ума не имевшей от роду,
Иль прокурившей мозги.

Бросил камень в воду
И понял, за чем я пришёл!
Хочу сочинить себе оду,
Чтоб стало душе хорошо.

Ты должен свой путь отшагать по Земле

Отмерять мгновенья, минуты и годы.
И жизнь, словно искра, родившись в огне,
Поднимется в высь до звезды в небосводе.

Терзают сомнения, гложет тоска…
Никто не поможет, напрасно не требуй.
И Бог триединый – мираж и мечта
Лишь душу возьмет для ответа на небо.

Немые вопросы – безмолвие кругом,
Нет мысли, нет слова – безмерна нирвана.
Пространство и время свернулись клубком.
Ничтожна душа как капля тумана.

Но жизнь, словно искра, родившись в огне,
Поднимется в высь до звезды в небосводе.
Ты должен свой путь отшагать по Земле,
Отмерять мгновенья, минуты и годы.

Опять ты мне наговорил обидных слов

Опять увидел мир Содомом и Гоморрой,
Опять к тебе пришел из детских снов
Ужасный страх твоей кончины скорой.

Наш диалог через десятки лет
Всё также бестолково тривиален.
Ты хочешь видеть в этом мире свет,
Я знаю: – он во всем иррационален.

Ты хочешь всех учить и исправлять,
Всех подгонять под глупость своих мерок.
А я живу на свете просто так,
Как Бог положит на душу и верю.

Я верю каждому дыханью ветерка,
Закат, восход и полдень мне приятны.
Меня ведет по жизни лишь мечта,
А ты считаешь жизнь мою превратной.

Как хорошо, что Бог отмерял век
Для нас с тобой живущих в одном теле.
Твоя душа уйдет к истокам рек,
Моя – листом произрастет на древе.

Я мне сказал – читай шизофрения.

Снежок к земле остывшей тихо льнёт

На лужах серебрятся кромки.
Мороз, как симпатичный старый дед
Для радости узор рисует кистью тонкой.

Синички молнией снуют среди ветвей,
А воробьи, как на совет, собрались в стаю.
Холодное тепло коротких зимних дней
В них радости свистеть, ничуть не вызывает.

Смирение в душе и философский взгляд.
Зимы неотвратимость благостно приемлю.
Снежок к земле остывшей тихо льнёт.
На лужах серебрятся кромки.

В нашей жизни всё между прочим

И не вечно ничто под луной.
Но всё ходим мы кругом порочным,
Подменяя осень весной.

Память дарит надежду возврата,
Пробужденья, цветенья, любви…
Под ногами листву цвета злата,
Дождь и ветер марают в грязи.

Еще изредка солнышка лучик
Обогреет голые ветви,
Но туман и холод злющий
Оставляют свои приметы.

Блеск тускнеет и в мелких складках
Хиромантии знаки видны.
Засыпает природа сладко
В предвкушенье грядущей весны.

Грустно видеть природы вечер.
Всё понятно, себе не солгать,
Сердце стынет при каждой встрече.
Праздник осени надо принять.

Никто не любит мухоморы

Опятки, грузди всем давай.
Взглянув на мир, откинув шоры.
Найдем мы смысла идеал.

Не всё съедобное – полезно,
Не всё отрава, если съесть, —
Философ молвил нам любезно,
Ищите меру всюду здесь.

Что лес – содружество растений?
Всё заблужденье, сущий вздор.
Арена вечного сраженья
Где враг и друг живут в упор.

Где солнца луч иль капля влаги,
Источник жизни, приз борьбы,