Галина Александровна Петроченко (Весновей)
Сны мои хрустальные

© Петроченко Г.А., 2020

© Оформление, серия, Издательство «У Никитских ворот», 2020

«Среди скорпионов и змей…»

Среди скорпионов и змей
Уже налетался я, видно.
Я ветер-чудак Весновей,
И мне за судьбу не обидно.

Летаю и солнцу шепчу
О том, что проснулась природа.
В пустыне летать не хочу.
Мне нужен восторг и свобода!

Мне нравятся лес и поля,
Высоты и думы о вечном,
И матушка наша Земля
В наряде её подвенечном.

Мне нравится в лужах хрусталь
И звон колокольный тревожный.
И синяя-синяя даль,
И белый песок придорожный.

Мету, разметаю тоску
Селений на склоне прибрежном.
И песни пою роднику
О нежном, о трепетно-нежном.

Среди скорпионов и змей
Давно налетался я вволю.
Я ветер-чудак Весновей,
Гоняюсь за птичками в поле.

«На холсте написала бы всю красоту! – …»

На холсте написала бы всю красоту! —
Яркий, огненный свет с розоватою тенью.
В красный край облаков окаймила б мечту,
В фиолетовый – мыслей неясных сплетенье.

Чтоб увидели все отблеск дня на воде,
Чтоб услышали все всплеск воды приглушённый!
Ночь придёт, упадёт, и не будет нигде
Позолоты такой на земле отрешённой.

Если я без тебя потеряюсь в ночи,
Значит, просто в ней света, забывшись, искала.
Нарисую тебя безо всяких причин —
Я тебя одного сотни раз рисовала.

Чтоб увидели все, чтоб поверить могли,
Что видение ты, но такое живое!
Ночь придёт, упадёт, не касаясь земли,
Затушует мой холст и размоет.

Весна

Как дышится сладко! Под прелой листвою
Уже оживает весенняя зелень.
Движением лёгким на тёплую землю
Спустилась весна и томит, как неволя.

Ах, взять бы да спеть о прекрасном и нежном,
Явившимся мне обещанием светлым,
Дыханьем грозы, дуновением ветра,
И лучиком тонким на небе безбрежном!

Земля пробудилась. Все звёзды под утро
Упали неслышно вдали за рекою.
И столько вокруг тишины и покоя!
Лазурная гладь и чуть-чуть перламутра.

Весна – сама нежность, напевы свирели!
Красивые сны и красивые лица.
А сердце как будто чего-то боится:
Любви ль долгожданной, грозы ли в апреле?!

«Облагороженный ландшафт…»

Облагороженный ландшафт,
У замка розы.
Освобождается душа
От сна и прозы.

Невесть откуда и куда,
Стыдясь рассвета,
Летела, падала звезда,
Блистая светом.

И нестерпимого уже
Такая малость!
Роса рассыпанным драже
Переливалась

И умывала всех зверей
И насекомых.
Открой же двери поскорей
К тебе влекомой!

Я шла к тебе одна в ночи,
Порвалось платье.
Так пожалей и заключи
В свои объятья!

Испитый ковш из тёплых рук —
Дарёный кубок.
Глаза в глаза… и жадно вдруг —
В награду губы!

Пригласите меня в путешествие!

Усадите меня и укутайте,
Раз присутствием здесь обозначились.
Удивите меня и запутайте,
Расскажите о чём-нибудь значимом.

О погоде, о разных явлениях,
О высоких своих достижениях.
Я послушаю вас с умилением.
У меня же к вам есть предложение:

Пригласите меня в путешествие!
Раз в году – хоть одно происшествие!

В тёмный лес до небес, где все ягоды
Осыпаются наземь от шороха,
Ото всей суеты, неприятностей…
Говорите, пожалуйста, шёпотом —

Мы с лесными общаемся духами.
Вы их всех угостите конфетами.
Осторожного вас я задумала
В заблужденье ввести несусветное,

Что скакать вы по свету отправитесь
На испуганной лошади в яблоках.
Без меня вы с невзгодами справитесь,
Но с расстройствами будете явными.

Отравляя себя сигаретами,
Вы впадёте надолго в депрессию.
Или в транс, не дай бог! И поэтому
Я спасу вас немедленно, если вы

Пригласите меня в путешествие!
Раз в году – хоть одно происшествие!

«Пои меня мёдом, дурманом-травой…»

Пои меня мёдом, дурманом-травой,
Пока ты со мною, пока ты живой!
Покой от ладоней, надежды слова —
Пока я с тобою, пока я жива!

По Божьему слову с тобою в полёт!
Трава отцветает, с горчинкою мёд.
Нас дикого солнца горячего луч
Слепит и сжигает, манит из-за туч.

С тобою не страшно, ты щит и броня!
Скажи мне, признайся, ты любишь меня?
Взлетает признанье и тает во мгле:
– Мое притяженье! Мой свет на земле!

Коста-Рика

Страна впечатлений и давней мечты,
Где бренное тело в тени отдыхает,
Где райские пальмы и солнце, и ты!
И птички-колибри повсюду порхают.

А, может быть, имя колибри – Каприз?
Его проявленье – одно дуновение.
Твоё появленье – один тёплый бриз.
Твоё проявленье – моё вдохновение!

Волны поцелуи, игра нежных фраз…
Как пенного моря прекрасны порывы!
Твоё проявленье – один парафраз!
Моё восхищенье – полёт над обрывом!

Разговор по душам в метро

Моя Рублёвка – от Рублёва,
Не от продажного рубля.
Царь не поймёт, а Бог далёко…
Гудит Земля.

Из беспросветности – по рельсам,
Как свет прожектора в тоннель,
Издалека, последним рейсом,
С Коко Шанель.

Ну что нам выстроенных башен
Какой-то пик, какой-то крен!
Мир словно пьян и бесшабашен,
И всем свой крест!

Перевожу: «Вы так промокли!
Вы подозрительно бледны!
Ах, почему так сильно стёкла
Затемнены?!»

«Да, гардероб не по погоде.
Excuse moi, виной l ’amour».
Об увлечениях, о моде…
Один гламур.

Не эфемерность во флаконе,
А красота, огромный труд.
И пусть шифоновые кони
На небе ждут!

«Благодарю, madame, позвольте
На том откланяться, пока!»
Глаза, тепло, и кольца, кольца! —
Её рука.

«Так времени мало! Как связь меж пространствами…»

Так времени мало! Как связь меж пространствами,
Глаза бесконечности. Их порождение —
Коралловый след с неземными убранствами.
Коротенький миг – наше здесь нахождение.

Ранимая тварь – там, где дали бездонные,
С желанием жить – изначально повержена.
Томленье страстей, и от них обездоленность,
А сердце любовью, любовью изнежено!

Из неги да вплавь! Да с трепещущей, алою!
Вверх руки и лица! Да будет даровано!
Разверзнется бездна… я капелька малая,
И райские птицы сидят недотрогами.

Ах, умница-ангел! Какие видения!
Один только взмах – голубая рассеянность!
До судного дня, от момента рождения,
Во имя любви и во имя спасения!

От имени солнца – огонь и затмение,
От имени звёзд – пелена, только белая.
И пусть я зажглась на одно лишь мгновение,
Я – искорка светлая! Я – искорка смелая!

«Среди огней и блеска ледяного…»

Моему благородному рыцарю

Среди огней и блеска ледяного,
Среди толпы, в дожде аплодисментов
Мой нежный взгляд и роз благоуханье
Из ложи красной, бархатной и мягкой.

Искрится весь и пол, и потолок,
И виснут вниз дрожащие гирлянды.
В который раз я слышу этот звук —
Дурманящий, как пение сирены!

Когда вблизи сверкает серебро,
Твой чёрный конь с распущенною гривой
Косит и фыркает, он – чёрт и смерч!
А ты горяч! И холоден! Всё сразу!

Мой бог земной, загадочный и строгий!
Неотразимый в кратком проявленье
Отваги и величественной страсти,
Что, дух взорвав, оковывает в страх!

Ударит гром, и сотни острых стрел
Пронзят меня, как только я приближусь.
Я шлю тебе воздушный поцелуй!
Сама – гроза и воплощенье страсти!

Белый вальс

Возносящийся ввысь, позабытый почти,
Из эфира – по белому мрамору
Невесомой волной вдохновенный мотив,
Приглушённый и чувственный,
                                         отголосочно-храмовый!

И внимает ему утомлённая ночь,
И срывается тюль с кружевами
Белой птицей шальной, встрепенувшись, в окно!
Так я чувствую Вас и лечу вслед за Вами!

Так врывается в ночь неподвластный порыв —
Проявленье любви грозовое!
Утоленье любви, небу душу открыв,
Задевание струн за живое.

И далёкой звездой освещённый асфальт
До утра, до зари – фиолетов.
Белый вальс! Томный вальс! Только вальс!
Из любви – для меня, напоследок!

«Когда сгорают временные рубежи…»

Когда сгорают временные рубежи,
Я существом без пола и без возраста
Гляжу в огонь и ощущаю жизнь
Такой, как есть, – из света и из воздуха.

Из влаги я. Я мыслю, я дышу!
Взахлёб! Ноздрями, порами и жабрами.
Но я не понимаю, я спешу
Постичь её, коварную и жадную.

И даже алчную, до муки и страстей,
Её абсурд намеренный – во благо мне.
Но я живу! И упиваюсь тем,
Что я струюсь! И что живая влага я!

Когда стираются земные виражи,
На том краю с неотвратимой бездною
Выходит смерть и обновляет жизнь.
Круг замыкается над пропастью разверстою.

«До странного звона натянутость струн…»

До странного звона натянутость струн!
Слова, растворяясь, теряются в боли,
Но впавшая в крайность, с избытком грехов,
Сама по себе я пою в один голос.

Уйми мою душу, мой ангел, мой друг!
Сама я себе помогать разучилась.
Ты видишь, ты знаешь, ты житель небесный,
А я только мошка небесного свойства.

Но я продолжаю, поверх чьей-то воли,
Хотеть, уповая, того, что не дадено.
Дарёного счастья хоть тень на лицо!
Но только одно лишь подобие лика.

Возьми меня за руку! Я за тобой
Пойду, от любви всё равно что слепая,
В одеждах-лохмотьях, и вновь будет солнце!
Калёное солнце, белей белизны!

Наводнение

Чистота небесная, задержи мгновение
Тихой, светлой радости тенью на челе!
От предубеждения до повиновения —
Самое холодное время на земле!

Словно птицы пением, словно волны рокотом,
Страсти наводнение, с горечью и без,
Мои руки – нежностью, мои губы – шёпотом,
Моё сердце – трепетом на тебя с небес!

Словно ввысь взлетая, словно в пропасть падая,
Наполняю поры немощью, что всласть!
Разрывая сердце, и тем сердце радуя,
Отдавая, бедное, всё тебе во власть!

Боже! как прекрасен ты в этом нервном хоре!
Донельзя чувствителен и безмерно слеп.
Я тебя купаю в этом синем море,
Самом удивительном море на земле!

«Бездонный космос и зима…»

Бездонный космос и зима,
И излучает небо холод.
И я, сошедшая с ума, —
Блаженный страх, священный голод.

В косых подпалинах разлом,
И перламутр внутри, что дышит.
А я – за Ним! И напролом!
Пока Он есть, пока услышит!

Мой милый призрак, не слуга,
Не повелитель мой и в белом.
Он почерневшие снега
Невесть зачем мне красит мелом.

Недосягаемый! И впредь
Не мне, растерянной, в угоду!
Я на него хочу смотреть
Во все глаза, как солнце в воду!

Его черты – всех тонких струн
Один аккорд, одно томленье!
Мои глаза – свет диких лун,
И – сожаленье!

Пробуждение весны

Из ничего, для остроты, туман вечерний,
Дремотный сон, размытый фон и мрак пещерный.
Обыкновенный конденсат, озноб до дрожи.
И тишина! Но всё ж весна сильней, похоже!

В окно – рассвет, и нежный свет струёй проточной!
Весенний дух, весенний дождь, ещё молочный!
Твои шаги, шуршащий плащ, и за рекою
Весенних гроз издалека – восторг с тоскою!

«Прощай, моё лето в пушистых ресницах…»

Прощай, моё лето в пушистых ресницах,
В зелёных одеждах – травинки в петлицах!
За мной уже осень пришла и стучится.
Мы встретимся снова, такое случится.
Моё отраженье в лазоревом мае.
Я там, как живая, но только немая,
Печальная нимфа, одна над водою,
С мечтою своей и своею бедою.
Где грусть и смятенье, без сна и покоя,
Я там проходила, взмахнула рукою.
Отдай меня ветру! – он ищет простора —
Задумчивых глаз непокорного взора.

«Танец страсти непредсказуем —…»

Танец страсти непредсказуем —
Ярко-красный дрожащий Везувий!
Говорящее нежно безмолвие,
Соком ягода, спелая-спелая!
И мечта, откровенная, смелая,
И луна-сатана в небе полная!

Возглас клавиш аккордеона
Из аккордов и перезвона!
Жгучий блеск твоих глаз предвкушаю!
Потерявшись с тобою во времени,
Дикий вождь эпатажного племени,
Я на танец тебя приглашаю!

Маленькое свидание

Вспорхнула птица, и тогда
Заворожённая вода
Заегозила, убегая.
Лес просыпается, звеня.
Он ждал, он чувствует меня!
И я явилась, восторгаясь!
Чуть замешательства – и шум!
Ценитель слов, целитель дум
Благословенную свободу
Дарует мне, как тень ручью.
И я, безудержная, пью!
И окунаю руки в воду.

Прогулка по скверу

Осеннее царство, где водится страх,
Где сонное эхо блуждает в горах
И льётся твой голос из тестостерона;
Где я восседаю владычицей трона
На мокрой скамье, своей лени в угоду;
Где так же гуляет в любую погоду
Большая ворона, напрягши свой ум.
В плену размышлений, в плену своих дум
К тебе возвращаюсь – и вертится страх,
И долгое эхо блуждает в горах.
И льётся твой голос из тестостерона…

«В моих страстях – огонь и снег…»

В моих страстях – огонь и снег,
              Что не растаял.
В моих страстях – томленье нег
              И боль святая;

Дыханье гроз, потоки рек,
              Капель весною;
Твои глаза и смертный грех,
              Что надо мною!
В моих страстях – бессменный пыл,
              Скопленье веры,
Чтоб ты в них был! Чтоб был! Чтоб был!
              Один – без меры!

«Ты похож на первый снег…»

Ты похож на первый снег,
Чистый весь и просветлённый,
Покровитель грёз и нег
И очей моих влюблённых.

Злому ангелу под стать,
Ты придуман мне в насмешку,
Чтобы я могла глотать
Радость, с болью вперемешку.

Чтобы я могла взвалить
На себя такую милость,
И ещё о ней молить,
Потому что свет затмила.

Поклонения недуг,
Слишком нежный,
                слишком кроткий.
И с тобой в его бреду
Я всего лишь миг короткий.

Как люблю я этот стыд —
Прикасаясь, вместе таять!
Как возвышенно чисты
Все слова, что с губ слетают!

Я люблю тебя всего!
Я храню тебя как данность!
И моё с тобой родство —
Естество и первозданность.

Потому ты в дом мой вхож,
И с тобой в нём больше света.
Ты на первый снег похож —
Был ли?.. Не был? Был – и нету.

Лесная повесть

Дорога и повесть лесная…
Туда ль приведёт, я не знаю,
Где лес до небес и стеною,
Где можно дышать тишиною.

Забытое наше село…
Дорогу совсем замело.

Не знает ни конный, ни пеший,
А знает один только леший,
Да звери, да твари лесные,
Шальные на вид и смешные.

Забавное наше село…
Кого там ещё принесло?!

Туда только серая птица
Летит, не боясь заблудиться.
И стонут мохнатые ели
Недели от этой метели.

Раздольное наше село…
Какое там нынче число?

А леший, озябший в избушке,
Скучает без давней подружки,
Зовут её Бабой-ягою.
Она же к нему – ни ногою!

Капризное наше село…
Ей ногу к ненастью свело.

«Солнце выжгло глаза, я не знала пощады…»

Солнце выжгло глаза, я не знала пощады,
Из твоих сильных рук я просила воды.
Я дошла до тебя, добрела сквозь преграды,
И теперь отведу ото всякой беды!

И меня заслонишь ты в часы лихолетий.
Ты мне скажешь, что я краше всех и мудрей,
Потому что ты мой! Самый лучший на свете!
Долгожданный мой принц из-за синих морей!

Я искала тебя в муках бренного мира,
День считая за днём, позабывши черёд.
Я давно из тебя сотворила кумира
И любила тебя столько лет наперёд!

Я искала тебя среди звёзд и средь хлама,
То теряясь вблизи, то отправившись вдаль.
Я молила судьбу, чтоб она ниспослала
И твою мне любовь, что чиста, как хрусталь!

Я искала тебя одного в круговерти,
Не спала без тебя столько долгих ночей!
И я буду с тобою в обнимку до смерти,
Потому что ты мой! Только мой! И ничей!

Ночь-волшебница

              Воздух мраморный.
              Боже праведный!
Как блистателен, как красив зимой
              Замороженный,
              Настороженный,
Заколдованный белый свет немой!

              Заметеленный,
              Свиристелевый,
Одурманенный тишиной ночной
              Беспробудною!
              Ночь безлюдная,
Ночь-волшебница ворожит со мной.

Затмение мартовским солнцем

Огонь на ветру! И из белого пепла
Вся зимняя сказка и зимняя быль.
Из искр и из золота снежная пыль.
И утро! И солнце! И всё вдруг ослепло!

Огонь на ветру! И водою на стёклах
Рисует весна ожидание гроз.
И хочется розовых, в капельках, роз!
И солнца! И чуда! И слов твоих тёплых!

«Душа моя рвётся…»

Душа моя рвётся
В твои терема,
А солнце смеётся,
И плачет зима.

И зимы, и вёсны —
Всё в мокром снегу.
Я очень замёрзла,
Я так не могу!

Солёное солнце
Совсем неспроста
Глядело в оконце.
Душа – сирота.

Заплачет, и струи —
Ручьём по стеклу.
А если умру я,
Найди ты ветлу,

Где пусто, где ветер,
У края села,
Где ты меня встретил
И где я жила.

Скажи ей, порадуй,
Что ровно три дня
И в шутку, и вправду
Любил ты меня.

«Издалека, из родника…»

Издалека, из родника
Бежит молочная река
Сквозь лес весенний.
Где старый дуб и облака,
Переливается слегка,
Под настроенье.

И лес светлей как будто стал,
А дождик проповедь читал
Цветам и птицам:
Что их задача не проста,
Что всё не так, не те цвета,
На ста страницах.

Покой везде! В тени ракит
Голубизна и малахит.
Пологий берег.
Лишь старый дуб один скрипит,
А на дубу ворона спит,
Вся в серых перьях.

«А так ли, мой свет, я живу без тебя…»

А так ли, мой свет, я живу без тебя,
Других обнимая, себя не любя?
Зелёные ели в метели гудят —
Семь раз на неделе сказать мне хотят,
Что есть же ты, свет мой, чуть-чуть вдалеке!
Как солнце, как пропасть, как омут в реке!
Как отблеск зари на прозрачной воде,
Вдали от меня и со мною везде!

Зачем же тогда я хожу за версту
Сто дней и ночей и гублю красоту?
Не слышу твой голос и душу гублю,
Люблю ведь тебя я! Так долго люблю!
А ели в метели гудят и гудят,
Семь раз на неделе сказать мне хотят:
«Он помнит тебя!» Но вокруг пелена
Из снега и звёзд, и продрогла весна.

Сны мои хрустальные

Озеро бездонное, ветра дуновение,
Свет весны встревоженной,
                            сны мои хрустальные.
Ваше появление, губ прикосновение…
Думы мои светлые, думы мои дальние.

Словно я увидела мира пробуждение:
Солнце лучезарное, корабли плывущие.
Ваше откровение – и перерождение
В что-то настоящее,
                            в даль меня зовущее!

В даль неизъяснимую, розово-туманную.
Очи с поволокою, чувство беззаветное…
Счастье моё милое, счастье моё странное,
Сны мои хрустальные, думы мои светлые.

«Я приду к Вам из светлого сна…»

Я приду к Вам из светлого сна,
Из туманной, неведомой дали.
Появлюсь, как на небе луна —
В серебре или в белой вуали.

Как томление долгое нег,
Как дыхание сладкой печали,
Как пушистый, порхающий снег,
Вся невинность,
                вся робость вначале.

Как под утро в весеннем саду
Соловей, разливающий трели.
Я приду, и я Вас уведу
В этот сад, где играют свирели!

Я приду к Вам из светлого сна
Вашей давней, неясной мечтою.
Так на землю приходит весна,
Белый свет весь затмив красотою!

«Ты можешь быть ге́нием…»

Ты можешь быть ге́нием,
Я быть хочу около.
Я по настроению —
Пучина глубокая.

Пучина бездонная,
Серебряно-пенная,
Не кошка бездомная,
Не второстепенная.

Ты мо́жешь быть гением,
С тобой не по праву я,
Всего на мгновение,
По руку по правую.

В мехах горностаевых
Не быть королевой мне.
Ходить мне представилось
По руку по левую.

Ты мо́жешь быть гением!
Хвала преподобному!
Я по настроению
Не кошка бездомная —

Пучина глубокая,
Серебряно-томная.
Уйдешь – темноокая.
Утонешь – бездонная!

Женская сущность

            Девушка с сумочкой,
            Фрейлина в мантии,
Дама с камелией – стук каблучков.
            Таинство сумерек,
            Белая магия,
Нежная прелесть весенних цветков.

            Очи потуплены,
            Речи учтивые,
Трепет невидимый длинных ресниц.
            Тихой заступницей
            Благочестивою —
Лёгкою поступью с чистых страниц.

            Рядом живущая,
            В замке ль с лианами —
Равно прекрасная, равно в долгу.
            Взглядом зовущая,
            Травами пряными
Тонко пропахшая вся на бегу.

«Пусть я буду смешной, чуть другой, незнакомой…»

Пусть я буду смешной, чуть другой, незнакомой!
Нежный май, вы и я, и гроза с вешним громом.
Свежий ветер в окно, я – в окошке царевна,
Несмеяна была, нынче – Марья Моревна.

Мой каприз из дождя, из весенних соцветий,
Он наивен и юн, как мой друг вольный ветер.
Поцелуйте меня! В этом царстве созвучий —
Только вы! Только я! И Величество случай!

Вы – как гром средь небес, как потоп, как смятенье!
Даль светла, дальше мгла уплыла белой тенью.
Нежный май за окном, я – в окошке царевна,
Несмеяна была, нынче – Марья Моревна.

«Капризный мой чуть-чуть, играючи как будто…»

Капризный мой чуть-чуть, играючи как будто,
Явился ласковым и волосы мне спутал,
Но слёзы высушил и белыми шелками
Закрыл он солнце мне, которое блистало.

Я вижу странный сон: две чёрные маслины —
Его глаза-зрачки, и яркий красный сок,
Что на губах застыл, и отблески на коже
Огня горящего, и, кажется, мне больно!

Он страшный дикий зверь! Он чей-то бледный лик
Осыпал розами, и весь увяз в нектаре.
Он душу пьёт! Он шмель! Он сам изнемогает!
Слепая жажда в нём… Часы пробили полночь.

Коварный мой и злой, и кроткий на подушке,
Меня, из нежности касаясь коготками,
Стал беззащитным вдруг и милым, как дитя.
А розы, кажется, ещё не увядают!

«Благодать вокруг да тишь…»

Благодать вокруг да тишь,
Спрятались кузнечики.
Ты меня чуть-чуть смутишь,
Нежно взяв за плечики.

Ты меня с ума сведёшь,
Приглашая на реку.
Здесь луна, как медный грош,
Звёздочки – фонарики!

И лежит туманный плёс
Полосою белою.
Я себе из этих звёзд
Ожерелье сделаю.

Сядь со мной и не дыши,
Будем слушать иволгу.
Расшумелись камыши,
Тень густа под ивами.

Ох, уж этот белый плёс!
Звёздочки-фонарики!
Ты с ума меня сведёшь,
Приглашая на реку.

«Соприкоснуться с тобой у черты…»

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «ЛитРес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на ЛитРес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.