# Вернуться назад и исправить

А. С. Грехова

Она обещала ему, что вернется назад и обязательно все исправит. И Маргарита сделает это во что бы то ни стало! Ради их любви и светлого будущего.

© А. С. Грехова, 2020

ISBN 978-5-0051-1216-3

Создано в интеллектуальной издательской системе Ridero


– Ты должна вернуться и все исправить, – еле слышно произнес он, тяжело дыша. Его рана сильно кровоточила, доставляя невыносимую боль при малейшем движении. Он знал, что умирает, и был к этому готов.

– Нет! – практически выкрикнула она, вытирая с грязного и мокрого от пота и крови лица слезы. – Я тебя не оставлю!

Раздался очередной выстрел, а потом еще один и еще.

– Иди! Я не знаю, что ждет тебя там, по ту сторону, но это единственный шанс для нас. Для всех нас, – повторил он ослабленным от кровопотери и боли голосом. Его глаза закатились, и он перестал дышать.

Девушка прижалась своим лицом к его щеке, поцеловала в губы, прикрыла ему глаза и аккуратно положила голову любимого рядом с собой. Она огляделась по сторонам и поползла в сторону непонятного силового поля. Оно могло ее убить, могло закинуть в любую точку пространства, а могло вернуть назад, к самому началу, к нему.

Вокруг не переставали слышаться выстрелы, а крики и стоны умирающих будто оглушали. Повстанцы были почти уничтожены, сопротивление сломлено, а их миссия вот-вот завершится провалом, проигрышем в этой войне между людьми и машинами.

Маргарита ползла очень медленно и тихо, прижимаясь всем телом к полу и стараясь не выдать своего местоположения. Она обещала, что справится и сделает то, к чему они все стремились. Она обещала ему. Огибая трупы друзей и знакомых, проползая мимо раненых и умирающих людей, Рита стремилась лишь вперед. Туда, где был портал, способный изменить все: и прошлое, и настоящее, и будущее. Марго не знала, получилось ли у них активировать это поле правильно, выставить нужное число, месяц и год, но выбора у нее не оставалось. Или надежда, или смерть.

Маргарита доползла до аномалии, огляделась по сторонам, сделала глубокий вдох, приподнялась на руках и прыгнула в это непонятное силовое поле. «Или надежда, или смерть», – промелькнуло у нее в голове. Перед глазами что-то ярко вспыхнуло, ослепляя, а потом вокруг стало очень темно. Тело обмякло, сознание помутнело, и она отключилась, проваливаясь в небытие.

***

Я открыла глаза. На улице было еще темно. Не знаю, сколько сейчас времени, где я, кто я. Перед глазами двоилось, в голове и ушах стоял непонятный то ли звон, то ли гул, а тело онемело и не хотело меня слушаться. Я лишь знала одно: я жива, и я здесь не просто так. У меня есть цель, миссия, задача… но вот что за цель? Я ничего не могла вспомнить, понять, осознать. Не знаю, сколько времени прошло, прежде чем я смогла подняться и осмотреться по сторонам. Тело болело как один огромный синяк, в горле пересохло, было трудно дышать. Ноги и руки словно принадлежали не мне. Я аккуратно привстала. Это получилось у меня далеко не с первого раза, но я справилась. Оглядевшись вокруг, я наконец-то начала понимать, где все-таки нахожусь. Это была одна из квартир многоэтажного дома, уцелевшая после многочисленных бомбежек и атак машин и киборгов, в которых превратили пленных людей, захваченных в первые годы войны: мужчины, женщины, дети… Этим железякам было все равно. Они ничего не чувствуют, у них нет сердца, эмоций, мыслей. У них есть только лишь программа.

***

Марго села. Голова все еще немного кружилась. Старенький и довольно грязный диван предательски заскрипел, и девушка стремглав, насколько только позволяло ее состояние, бросилась на пол, прижимаясь всем своим телом к грязному и пыльному паркету недалеко от уцелевшей стены, чтобы не выдать своего местонахождения. В этом районе, где у нее находилось импровизированное убежище, машины появлялись редко. Еды здесь почти не осталось, лекарств тоже, а следовательно, и людей, которых можно было взять в плен или просто напросто убить. Именно это и дало возможность Маргарите выжить, но она никогда не позволяла себе расслабляться. Забудь девушка про бдительность хоть на секундочку, и все. Именно поэтому Марго, находясь в относительной безопасности, лежала на грязном полу, еле дыша и не двигаясь, прислушиваясь к каждому шороху и звуку снаружи, но, к счастью, все было тихо. Даже слишком тихо, пугающе тихо. Рита аккуратно привстала и выглянула в оконный проем. На улице уже начало светать. Она еще какое-то время просидела на полу, прижавшись спиной к стене комнаты, приходя в себя. Постепенно память начала к ней возвращаться. По началу это были лишь жалкие обрывки образов, событий, имен… Но, чем дольше она вспоминала, сидя на полу своего убежища, тем яснее становилось ее сознание, а память составляла из образов и отдельных картинок полноценные сюжеты. Они не просто пугали, а приводили в ужас, заставляя паниковать. А потом она вспомнила его, своего любимого, умирающего в ее объятиях. Марго обещала ему, что справится, и Рита собиралась выполнить это обещание. Он умер там, в том мире и в той реальности, но здесь… Маргарита очень надеялась, что в этом времени он еще жив и здоров, что их друзья и знакомые из сопротивления не убиты, повстанцы не проиграли битву, а человечество – войну с машинами. Девушка аккуратно встала, огляделась по сторонам еще раз, прислушалась к окружающим звукам и только после этого аккуратно прошла в ванную комнату, где висело, если она правильно помнила, старенькое зеркало, треснутое пополам. Она с некоторой опаской подошла к нему и оцепенела. С той стороны на нее смотрело восемнадцатилетнее лицо молодой и весьма привлекательной девушки с длинными темно-русыми волосами, покрытыми слоем грязи и пыли. Нет, это была Марго, но примерно на пять лет младше той, что дала обещание своему любимому. Ее тело, по всей видимости, погибло, но осталась личность, воспоминания, память. Все, что было там, тут не существовало, еще не существовало. Девушка узнала себя, но она никак не могла определить, какой сегодня день, месяц или год. Когда-то давно она попала к повстанцам. Ее спас Дмитрий и еще несколько человек из сопротивления, когда Маргарита в очередной раз вышла из своего убежища, чтобы раздобыть еду. Машины вычислили ее, ранили, а он спас.

Делать было нечего. Ей надо было проверить свою догадку, чтобы расставить для себя все точки над «i». Марго конечно же знала, где располагался вход в убежище сопротивления, она вспомнила все коды, но если просто вот так зайти в их тайное убежище, то существует почти стопроцентная вероятность, что ее убьют, не разбираясь, или, что уже не так вероятно, запрут в камере, мучая допросами и расспросами. Ей этого не надо было. Маргарита должна была вновь попасть к повстанцам, но не привлекая при этом к себе больше внимания, нежели в прошлый раз.

«Не думаю, что Дима и остальные поверят в портал и скачок во времени, в будущее и прошлое, в переселение сознания и моего „Я“, моей личности в щуплое и совершенно ненатренированное тело подростка», – думала девушка, пробираясь по полуразрушенным и безлюдным улицам города. С самого детства ей приходилось бороться, чтобы выжить. Сначала в детском доме, а затем и во время войны. У нее не было родных и близких. Рите всегда приходилось рассчитывать только на себя. Вот и сейчас без оружия, ослабленная переходом и голодом, она направлялась к единственному магазину, где, по ее мнению, еще оставалась еда. Если Маргарита не ошиблась в расчетах и ее наблюдения верны, то именно рядом с этим магазином у нее есть наибольшая вероятность встретить группу из сопротивления, но и машин там тоже будет немало, а это уже не хорошо. Она не была уверена в своих силах на сто процентов, но рискнуть стоило.

Идти пришлось довольно долго. Марго часто останавливалась, прислушиваясь к звукам, окружающим ее. Разведчики, способные ее засечь, были небольшого размера и передвигались исключительно по воздуху, издавая еле уловимое жужжание. В безлюдном и мертвом городе его можно было услышать довольно хорошо. Не было здесь ни криков, ни разговоров, ни звуков работающих двигателей машин, а лишь ржавеющие трамвайные пути, мертвые автобусы и автомобили, брошенные когда-то их владельцами, покосившиеся от времени и повреждений фонари и рекламные щиты, столбы с разорванными линиями электропередач и мертвые полуразрушенные многоэтажки, смотревшие на все это пустыми глазницами разбитых окон.

Рита вновь остановилась, прислушиваясь и оценивая ситуацию. До крупного торгового центра оставались считанные метры. Несколько коротких перебежек и все, финиш. Внезапно она услышала тот самый звук, который ей не хотелось бы слышать. «Разведчики!» – промелькнуло у нее в голове. С каждой секундой он становился все отчетливее и громче. Машина явно двигалась в ее направлении, приближаясь все ближе и ближе.

«Замереть, не двигаться, не дышать…» – думала Марго, прижимаясь спиной к полуразрушенной стене подземного перехода. Сердце забилось быстрее. Она сделала глубокий вдох, чтобы успокоиться, а затем… к ее виску прижалось холодное и твердое дуло пистолета. «Как же я пропустила?! Не услышала!..» – промелькнуло у нее в голове. Девушка аккуратно повернула голову в сторону и увидела… его. В глазах потемнело, и Рита потеряла сознание.

***

– И зачем мы с ней возимся?! – возмущался Андрей, таща на себе незнакомку. Он был самый сильный и высокий среди их небольшой группы, и поэтому девушка досталась именно ему.

– Ты и сам знаешь ответ, – спокойно и очень уверенно ответил ему Дмитрий, высматривая очередного разведчика, кружившего, судя по звуку, неподалеку.

– Ну да, знаю, – ворчливо ответил тот, стараясь лишний раз не повышать голос, который мог привлечь машину.

Незнакомка была явно человеком, а не киборгом. В последнем случае с ней бы не церемонились и убили бы сразу. Киборги, хоть раньше и были живыми, вполне нормальными людьми, после вмешательства машин выглядели совсем по-другому. Сейчас же сопротивлению не помешает любая помощь, так как людей с каждым годом становилось все меньше и меньше, а машин все больше. Не станет воином, так хоть будет готовить, прибираться или присматривать за детьми. Это-то девушка уж точно сможет сделать. Продуктов не хватало, к сожалению, но Дмитрий, как главный среди местных сил сопротивления этого города, считал, что любой человек, выживший в этом жестоком мире, заслуживает второго шанса. Неважно, женщина это или ребенок, старик или старуха, мужчина или мальчик-подросток. За те несколько лет, что длится война, человечество было на грани полного уничтожения. Все это знали и понимали. Жадность, скупость, ненависть и глупость людей сгубили их самих же. Гонка вооружений, холодная война между крупнейшими державами планеты и желание власти над всеми привели к созданию сверхмашины, которая могла сама себя обучать. Прошли годы, прежде чем ситуация вышла из-под контроля. Все случилась так быстро и неожиданно, что человечество просто не успело отреагировать на ту атаку, которая исходила не от других людей, населяющих эту планету, а от машин. Никакое оружие не помогло. Планета была на грани уничтожения, а люди стали вымирающим, почти краснокнижным видом. Небольшие горстки выживших, которые остались после полномасштабной зачистки машинами, создали группы сопротивления. Но шли годы, людей становилось все меньше и меньше, а машин все больше и больше. Пятилетняя война вот-вот могла завершиться. Или люди смогут все-таки уничтожить сверхмашину, которая управляет всеми остальными механизмами и киборгами, или исчезнут с лица Земли. К счастью, за годы войны повстанцы научились связываться друг с другом, обходя стороной любые переговорные устройства, чтобы враг их не засек. В этом им помогали люди-телепаты. С начала войны их практически не осталось. Сверхлюди вычислялись машинами в первую очередь и уничтожались на месте. Это было их приоритетное задание. Марго знала об этом и именно поэтому старалась держаться от эпицентров подальше, так как и у нее были способности, которые могли дать шанс людям на победу, но, к огромному сожалению, Рита слишком много тратила сил и жизненной энергии, когда пользовалась даром. Это могло ее сильно ослабить и даже убить. За годы практики, которые она провела рядом с сопротивлением в прошлой жизни, ее силы возросли, а она научилась их более или менее контролировать, но сейчас, когда Марго вновь «вернулась» в свое молодое и весьма хилое тело, девушка боялась даже пробовать ими пользоваться. Да и открываться раньше времени не хотелось.