Операция «Рассвет»
Какая цель у человека? И какая цель у человечества?
Дмитрий Руденко

Свою книгу посвящаю светлой памяти моего отца Руденко Сергея Трофимовича!

Корректор Оксана Данилова

Корректор Джоанна Дубилецка

Оформление обложки Патрисия Почилюк

© Дмитрий Руденко, 2025

ISBN 978-5-0051-0966-8

Создано в интеллектуальной издательской системе Ridero

Глава 1. Вызов на разговор

Красная ковровая дорожка пролегала на весь коридор. Ее цвет гармонично сочетался с золотистым паркетом, на котором она лежала. Коридор был длинным и однообразным. Строгие белые тона стен подчеркивали строгость и дисциплинированность этого места. Коричневые, одинаковые двери были по всему крылу и располагались с обеих сторон от ковровой дорожки. Здесь всегда было очень чисто и убрано. Это было неудивительно. Ведь в этом месте зачастую принимались очень важные решения не только для страны, но и впоследствии для всего мира.

На входе стоял небольшой стол с сидящим за ним старшим лейтенантом, в обязанность которого входила проверка документов входящих людей. Молодой человек работал здесь не первый месяц и знал всех служащих в этом крыле в лицо. Однако проверять документы он должен был всегда, помимо прикладывания пропуска к сканеру. Также служащий должен был пройти через стационарный металлодетектор и лишь только потом он мог идти на свое рабочее место.

У Сергея не было постоянного пропуска. Подходя к старшему лейтенанту, он держал в руках разовый документ, который ему выдали на входе в здание. Увидев его, служащий привстал.

– Слушаю Вас! – спросил офицер.

– Здравствуйте, меня зовут Сергей Дмитриевич Колесников. Мне сказали подойти сюда в это время.

– Пожалуйста, Ваш пропуск и документы?

– Вот они, – Колесников протянул руку с документами.

Старший лейтенант внимательно ознакомился с тем, что было написано в разовом пропуске. Затем он открыл паспорт Колесникова. Бросив взгляд на него, он сравнил с фотографией в документе.

Сергей был молодым мужчиной. Несмотря на свои тридцать пять лет, он выглядел намного моложе своего возраста. Лицо у него было гладкое и круглой формы. Русые короткие волосы. Прическа в стиле когда—то модного раньше полубокса. Голубые глаза его гармонично сочетались с синей рубашкой, которая заправлена была в джинсы. Рост у него был примерно 180 сантиметров. Среднее телосложение.

Сверившись, старший лейтенант заглянул в документ, в котором нашел фамилию Колесникова.

– Держите свой паспорт, – сказал он. – Пропуск остается у меня. Проходите дальше по коридору в 214 кабинет. Вас вызовут.

– Спасибо! – взяв обратно свой паспорт, ответил Сергей.

В этот день в коридоре было очень шумно. Люди в военной форме бегали из двери в дверь. В кабинетах то и дело раздавались телефонные звонки. Казалось, что произошло что—то очень серьезное. Это немного насторожило Колесникова. Смотря номера кабинетов и пытаясь найти свой, его чуть не сбил очередной торопящийся куда—то офицер с документами в руках.

– Прошу прощения! – сказал служащий.

– Ничего страшного, – ответил Сергей.

– 214 кабинет там дальше, – обернувшись, сказал человек в форме. – Видите, там стоят четыре мужика в штатском? Вам нужно идти туда.

– Благодарю, – удивленно ответил Колесников.

Кивнув в ответ, офицер пошел быстрым шагом дальше по своим делам.

У кабинета стояло четверо мужчин с задумчивыми лицами и при этом они что—то обсуждали между собой. Среди них стоял человек в пиджаке. Был он уже в годах. На голове пробивались седые волосы. Он активно что—то объяснял, размахивая руками, и все время поправлял свои очки в районе переносицы. Собеседником его был мужчина небольшого роста, примерно сорока лет. Его оранжевая рубашка немного не шла ему. Но казалось, что его это мало беспокоило. Он внимательно слушал своего собеседника и иногда вставлял свое слово. Другой стоял в стороне. Скрестив руки за спиной, он медленно ходил, осматривая коридор, при этом пытаясь не упустить никакой детали из вида. Движения у него были судорожными. Казалось, что он куда—то опаздывает. На вид ему было лет пятьдесят. Смотря себе под ноги, он ходил из стороны в сторону. На его голове практически не было волос, лишь только по бокам имелся небольшой белесый пушок. Казалось, таким образом, наклонив голову, он пытается отразить свет ламп на потолке и этим отражением осветить свой путь. Другой же стоял неподвижно возле двери. Это был высокий молодой человек худощавого телосложения. Его умный взгляд в очках позволял понять, что он с высокой долей вероятности занимался какой—то научной деятельностью где—то в университете или НИИ.

– Здравствуйте, – подойдя к стоявшим людям, сказал Колесников. – Мне в 214 кабинет. Вы тоже все сюда?

– Да, мы тоже все сюда – обернувшись, с улыбкой ответил мужчина в оранжевой рубашке.

– Здесь нужно в порядке очереди заходить? – спросил Колесников.

– Сказали, что вызовут, – продолжая улыбаться, Сергею ответил мужчина в оранжевой рубашке.

– Кто—нибудь понимает, для чего нас сюда позвали? – спросил Колесников.

– Боюсь, уважаемый, что и мы тоже все пребываем в неведении, – поправив очки, ответил пожилой мужчина. – Сегодня я как обычно работал у себя в огороде. Ко мне пришли люди в форме и сказали, что Службе Безопасности нужна моя помощь, Я, как оказалось, нужен им для экспедиции в тайгу. Подробностей мне никаких не сказали. Предложили проехать с ними. Я и согласился.

– Вот и у меня примерно также все было, – вмешался мужчина в оранжевой рубашке.

В этот момент к стоявшим людям суетливо подошел лысый мужчина и стал внимательно всех слушать.

– Это точно какой—то профессор, который помешался на науке, – глядя на мужчину со странным поведением, подумал про себя Сергей.

– После этого люди в форме сказали мне, что если я не против, то они бы хотели проехать со мной к их начальству, – продолжил свой рассказ пожилой мужчина в очках. – И там мне уже все объяснят в деталях.

– Да, именно так все и было, – подхватил мужчина в оранжевой рубашке.

– Интересно было бы знать, по каким критериям всех нас выбрали? – задумчиво спросил Колесников.

– Я думаю, что мы скоро все узнаем, – улыбаясь, ответил мужчина в оранжевой рубашке. – Позвольте представиться, Валентин Петрович Быков. Я преподаватель в Инженерно—Авиационном Университете.

– Колесников Сергей Дмитриевич. Преподаватель иностранного языка. Работаю в Институте Международных Языков.

– Эдуард Петрович Логинов, – вмешался пожилой мужчина, поправляя очки. – Член Национального Географического Общества. Профессор кафедры географии.

– Интересно, какая связь между всеми нами? – внимательно посмотрев на всех, с удивлением спросил Быков. – Инженер, географ и преподаватель иностранного языка?

– И еще биолог—вирусолог, – вставил свое слово высокий молодой человек в очках.

– Час от часу не легче! – усмехнувшись, сказал Быков.

– Это точно! Вопрос остается открытым, – ответил Колесников.

– Уважаемый! – Быков повернулся к лысому мужчине. – А Вы кем работаете?

– Инженер по радиационной безопасности, – ответил суетливый мужчина.

После его слов возникла пауза. Все в тот же момент притихли. Быков оглянулся на своих прежних собеседников. Колесников молча на него посмотрел. После чего перевел взгляд на Логинова. Он же в свою очередь стоял неподвижно, забыв при этом на какое—то время о своей привычке поправлять очки. По телу Колесникова пробежал холод. В этот момент ему показалось, что он зря согласился приехать сюда. Ведь если бы он отказался, то все могли подумать, что он трус. Этого он очень сильно опасался.

– Вот это уже не очень хорошо! – подумал про себя Сергей. – Но как бы там ни было, а жизнь стоит дороже. Стыд со временем забудется, а вот радиация рано или поздно даст о себе знать.

– Неужели снова авария? – после продолжительной паузы, глядя на всех, тихим голосом спросил Быков. – Неужели опять авария на АЭС?

– Тогда для чего им нужен переводчик и географ? – спросил Колесников.

– А причем здесь Инженерно—Авиационный Институт? – вопросом на вопрос ответил Быков.

В этот момент открылась дверь 214 кабинета. Из нее вышел человек в форме в звании капитана.

– Все здесь? – спросил он, посмотрев на собравшихся людей. – Все пятеро?

– Да, нас пять человек, – ответил ему Колесников.

– Прошу за мной, – сказал капитан, после чего вошел обратно кабинет.

Молча посмотрев друг на друга, приглашенные люди тут же проследовали за ним. В кабинете за столом сидела женщина средних лет в военной форме и при этом что—то отмечала в своих документах. Помещение напоминало класс в обычной школе. Стоял стол, со стоящими перед ним партами. Свет из окон очень хорошо освещал помещение. На стенах висели плакаты различного ознакомительного характера, начиная с разборки оружия и заканчивая порядком действий при различных катастрофах. За спиной сидевшей за столом женщины висела доска, на которой было что—то написано мелом. Вошедшие в помещение люди тут же поняли, что это аудитория для обучения персонала.

– Прошу Ваши паспорта, – обратился ко всем капитан.

Каждый из прибывших людей достал свой паспорт, и передал его человеку в форме. Собрав у всех документы, капитан тут же отдал их женщине, при этом что—то невнятно ей сказав.

– Прошу вас садиться, – сказал человек в военной форме, показав рукой на парты. – Усаживайтесь по одному за стол.

Колесников сел за первую парту, которая находилась напротив заполнявшей документы женщины в военной форме. Слева от него, у своего стола занял место лысый мужчина. Справа за парту сел Логинов. Позади него занял свое место Быков. Молодой биолог уселся за Колесниковым.

Наступила молчаливая пауза. Все смотрели по сторонам и разглядывали кабинет. Биолог молча глядел на плакаты. Лысый мужчина грустно смотрел в окно. Прислонившись спиной к стене, Быков наблюдал за каждым сидящим в аудитории. Достав платок из кармана своего костюма, Логинов принялся протирать свои очки. Колесников же, в ожидании облокотился на спинку стула. Он внимательно следил за каждым движением женщины, которая молча заполняла документы, сверяя со сведениями в паспорте каждого сидящего в аудитории человека.

– Сейчас каждый из вас подпишет документ, – стоя возле женщины, сказал капитан. – В этом документе говорится, что та информация, которую чуть позже доведут до вашего сведения – является государственной тайной. В случае ее разглашения, вам будет грозить уголовная ответственность. Как только вы подпишете все бумаги, мы пройдем в другой кабинет, где вас введут в курс дела. После того, как там все расскажут, вам дадут документ, подписав который, вы выразите свое согласие. В нем также будет указано денежное вознаграждение.

После этих слов, женщина в форме встала из—за стола и положила перед каждым сидящим за партой документ вместе с ручкой.

– Пишите «Я», – диктовал капитан. – После этого идет запятая. Далее указывайте свою фамилию и инициалы полностью. Прочитайте о том, что там написано об уголовной ответственности. Я вам уже рассказал, но все равно еще раз ознакомьтесь. Если у вас нет вопросов, то снизу поставьте число и подпись.

Колесников внимательно ознакомился с выданным ему документом.

– Кажется, что обратного пути уже нет, – подумал он про себя. – Возможно, что все оно к лучшему. По крайней мере еще можно будет отказаться от этой поездки. А рассказывать об этом мне все равно некому. Так что об этом можно не беспокоиться.

– А какое сегодня число? – нарушил паузу Быков.

– Двадцатое! – сказал капитан.

– Спасибо, – с улыбкой ответил Быков.

– Если расписались, то сдавайте! – сказал капитан.

Женщина в форме молча прошла мимо каждого, собрав при этом документы. Внимательно ознакомившись с написанным текстом, она молча кивнула капитану.

– Прошу всех за мной, – сказал военный, направившись в сторону двери. – Ваши документы останутся у нас. За них не беспокойтесь.

После этого все вновь молча переглянулись между собой. Однако при этом никто ничего не сказал.

Выйдя все вместе из кабинета, люди направились по ковровой дорожке вслед за капитаном. Колесников шел первым позади офицера. Рядом с ним держался Быков. Позади них шли Логинов с молодым биологом. Замыкающим, наклонив голову и сложив за спиной руки, шел инженер радиационной безопасности.

– Кажется, что мы попали! – шепотом сказал Быков Колесникову.

– Ой, не знаю! – вздыхая, ответил Колесников.

Коридор казался очень длинным. Капитан шел так быстро, что следовавшие за ним люди не поспевали. Колесников смотрел на спину идущего военного. Впереди стояли два офицера. Один из них в руках держал какой—то документ и при этом что—то рассказывал другому. Увидев проходящего мимо капитана и вслед идущих за ним людей в штатском, они сразу же прекратили свой диалог. Их взгляд уловил Колесников.

– Куда же нас все—таки хотят отправить? – проходя мимо двух офицеров, подумал Сергей. – Неужели атомная станция? Только бы не это! Только бы не авария! Тогда почему мне говорили о тайге? Для чего тогда я им нужен? Как же я не люблю пребывать в неведении. Но с другой стороны, какой смысл моего существования? Работа и дом – ничего больше! А так от меня будет хоть какая—то польза. Ладно, чего загадывать? Сейчас нам все расскажут.

Дойдя до конца коридора, офицер повернул направо. Подойдя к закрытой двери, все остановились.

– Ждите меня здесь! – взявшись за дверную ручку, всем приказал капитан.

Сказав это, он вошел в кабинет. В помещении стоял стол, за которым сидел старший лейтенант средних лет. Увидев зашедшего в кабинет капитана, он быстро встал и отдал ему честь.

– Здравия желаю, товарищ капитан! – воскликнул старший лейтенант.

– У себя? – жестом руки капитан показал на закрытую дверь, возле которой сидел старший лейтенант.

– Так точно!

Повернувшись к группе, капитан жестом руки пригласил всех в кабинет.

– Сейчас всех вас введут в курс дела! – после этих слов, капитан постучал в закрытую дверь.

Глава 2. Секретная информация

– Войдите! – послышался голос из кабинета.

Услышав ответ, капитан тут же открыл дверь. Переступив порог кабинета, офицер остановился, отдав при этом честь.

– Товарищ генерал—майор! – громким голосом обратился капитан. – Группа экспертов прибыла по вашему распоряжению!

– Давно пора! – строго ответил генерал. – Скажи им пусть проходят.

– Проходите, – капитан отошел в сторону, пропуская при этом гостей.

Кабинет был очень просторным. По периметру стояла мебельная стенка из какого—то дорого дерева. Свет от большой классической хрустальной люстры отражался на лакированной мебели. Казалось, что ее протирают чуть ли не каждый час. Некоторые секции стенки были заставлены разными книгами. Другие же двери в ней запирались на ключ. Потолок был ярко—белого цвета. Создавалось ощущение, что этот оттенок помогает искусственному освещению в кабинете. Окна были завешены светло—коричневыми занавесками. На золотистом паркете лежал огромный ковер красного цвета с белыми полосами и зелено—черными узорами. На нем стоял большой Т—образный стол с черными креслами. Сзади, позади места руководителя стояли два флага. Между ними на стене висел герб Российской Федерации. Напротив, в другом конце кабинета, на стенке находился плазменный телевизор. На столе, у места генерала, слева стоял компьютерный монитор. Рядом с ним виднелся телефон. Весь стол руководителя был занят разными документами. Возле него выделялась несочетающаяся с интерьером кабинета доска—флипчарт, которую обычно используют для презентаций.

За столом, на главном месте сидел генерал—майор. Слева и справа от него сидели два человека в военной форме.

– Проходите, товарищи! – поднявшись со своего места, сказал генерал. – Присаживайтесь. У нас мало времени.

Двое военных, сидящих за столом, развернувшись, принялись пристально разглядывать заходящих в кабинет людей.

– Вы свободны, капитан, – обратился к военному генерал.

– Слушаюсь, товарищ генерал—майор!

Развернувшись, капитан вышел из кабинета. За ним следом, в сторону двери направился генерал. Сказав что—то старшему лейтенанту, он закрыл сначала наружную, а затем и внутреннюю металлическую дверь на ключ.

– Так надежнее! – следуя к своему месту, сказал всем собравшимся людям генерал.

Гости принялись усаживаться за стол. Колесников занял место рядом с военным, который был по правую руку от генерала. Сидя за столом, он увидел, как офицер напротив внимательно изучал его взглядом. Справа от Сергея разместился Логинов. Напротив Колесникова, возле военного сел инженер радиационной безопасности. Слева от него занял свое место Быков. За Логиновым сел молодой биолог.

– Благодарю вас за то, что пришли, товарищи! – нарушил молчаливую паузу генерал.

– Вам очень трудно отказать, когда приходят ваши люди, – со смехом ответил Быков.

В этот момент генерал и двое военных бросили свой взгляд на авиаинженера. Увидев их реакцию, Быков тут же замешкался. Улыбка исчезла с его лица в этот же момент. Возникла неловкая для него пауза.

– Прошу прощения, – попытался разрядить обстановку Быков.

Сидящий рядом с ним человек в военной форме усмехнулся и посмотрел на генерала.

Генерал строго смотрел на Быкова. Взгляд у него был пронзающим. Это был мужчина примерно пятидесяти пяти лет. Плотного телосложения с короткой стрижкой. Лицо было овальной формы. Густые брови подчеркивали его строгий взгляд. Несмотря на строгость, было видно, что это человек сдержанный и умеющий контролировать свои эмоции. Генерал сидел в рубашке с галстуком. Руки он держал на столе. Темно—синий китель висел на спинке его стула.

– Уверен, что всех интересует, с какой целью вас пригласили в этот кабинет, – обратился генерал к прибывшим. – Уверяю, что каждый оказался здесь неслучайно. Информация, которая здесь прозвучит является строгой государственной тайной. Нам очень пригодится помощь каждого из вас.

Речь генерала прервал звонок телефона.

– Прошу прощения, – сказал он и повернувшись, снял трубку с телефона.

Сидящие за столом во время паузы переглянулись между собой. Им хотелось скорее уже узнать для чего их всех сюда позвали.

– Да! – ответил по телефону генерал. – Скажи им пусть подождут. У меня сейчас очень важный разговор. Сделай так, чтоб меня больше не беспокоили.

После этого генерал положил трубку.

– Позвольте представиться, – продолжил он. – Назаренко Евгений Петрович. Генерал—майор Национальной Службы Безопасности. Я являюсь командующим этой операции. Все сведения приходят ко мне. Знайте, что прежде всего я люблю ответственность и дисциплинированность. Надеюсь, что с этим пока все понятно.

После этих слов, он окинул взором собравшихся гостей.

– Сидящие рядом с вами, – генерал указал рукой на мужчин в форме. – Это наши сотрудники, которые приняли непосредственное участие в разработке этой операции. Они будут сопровождать вас. Во время операции вы перейдете под их руководство.

Люди в военной форме при этом продолжали оставаться невозмутимыми. Держа руки на столе, они смотрели на стол прямо перед собой.

– Заместитель начальника Службы Безопасности Сибирского Округа подполковник Березин, – генерал движением руки указал на сидящего справа от него офицера. – Который только что прибыл сюда из Красноярска.

Во время этих слов подполковник быстро встал и кивнул собравшимся людям. После этого он быстро сел обратно на свое место. Это был человек худощавого телосложения. Лицо у него было худое с бледной кожей. Военная форма ему очень шла. Создавалось ощущение, что он не спал несколько дней. Синие мешки под глазами подтверждали эту версию. На вид ему было примерно сорок пять лет. Хотя выглядел он немного старше.

– Эксперт в области внутренней безопасности при штабе майор Федотов, – генерал указал на сидящего слева от него офицера.

После этого майор также встал со своего места, после чего сел обратно. На столе перед ним лежали личные дела каждого из присутствующих здесь людей. Это был симпатичный человек небольшого роста. Плотного телосложения и с круглым лицом. Его внешность очень располагала к себе. На вид ему было примерно лет сорок. Большие голубые глаза дополняли его добродушную внешность.

– Товарищ подполковник! – обратился генерал. – Введите гостей в суть дела.

– Слушаюсь, товарищ генерал—майор! – ответил Березин, вставая со своего места и направляясь в сторону доски—флипчарт.

– Сегодня на рассвете, – начал свой доклад Березин. – 20 июня 2020 года в 5 часов 14 минут по иркутскому времени на наших радарах появился неопознанный объект. Он вошел в плотные слои атмосферы чуть западнее от озера Байкал. С момента обнаружения объект двигался в северо—западном направлении. Траекторию полета просчитать не удалось. Он шел немного отклоняясь в разные стороны. Скорость была примерно 350 км/ч. Из этого мы пришли к выводу, что объект управляем. На перехват был поднят Су—27.

После этих слов подполковник развернул на доске—флипчарте подробную карту Сибирского федерального округа и взял лежащую на нем указку.

– Он настиг объект в 170 километрах восточнее от Усть—Илимона, – продолжил подполковник, указывая место на карте. – Визуальный контакт пилот подтвердил. Однако он не смог его классифицировать. Из его донесения стало понятно, что объект необычной формы. Довольно крупный в размерах. Летит в северо—западном направлении и при этом теряет высоту. Было приказано следить за ним на расстоянии 2—3 километра от него. При этом был дан запрет на применение оружия. Пилот постоянно был на связи и все время докладывал о том, что видит в данный момент. Пролетев еще несколько десятков километров, объект сбавил скорость до 110 км/ч и снизился до опасного расстояния от земли. После чего вскоре начал задевать корпусом деревья, сметая их на своем пути, пока жестко не приземлился в тайге, оставив за собой километровый след из поваленных деревьев. Место падения находится в 64 километрах юго—восточнее от поселка Ванавара.

– Ванавара? – вырвалось у Логинова. – Этого не может быть!

– Еще как может! – ответил ему генерал. – Поэтому Вы здесь, Эдуард Петрович.

Сидящие за столом молча посмотрели на Логинова. Его бурная реакция для всех была непонятной.

– После жесткого приземления объекта, пилот Су—27 решил пролететь возле него, – продолжал Березин. – На расстоянии около полутора километров от объекта, с летчиком пропала связь. Пилот не отозвался. Прошло несколько минут, а он так и не вышел в эфир.

– После этого мы запросили снимки этого места со спутника, – взял слово генерал—майор. – Вскоре нам прислали первые данные.

Генерал протянул руку с фотографиями подполковнику.

– Объект имеет вид тарелки правильной круглой формы, – продолжил подполковник, размещая снимки на доске.

– Не может быть! – встав со своего места, воскликнул Быков. – Так это правда!

Колесников с недоумением посмотрел на генерала, после чего перевел взгляд на майора. Но люди в военной форме сохраняли хладнокровие и никак не реагировали на слова подполковника. Они все знали заранее и ничему уже не удивлялись, в отличие от гражданских. Логинов после этих слов, сидя на своем месте, снял свои очки и на время закрыл глаза рукой. Молодой биолог и инженер по радиационной безопасности внимательно слушали доклад.

– Размер объекта 124 метра в диаметре, – докладывал подполковник. – Тарелка серого цвета. Края черного оттенка. Вероятно, что это сажа от соприкосновения с атмосферой. Опознавательных надписей нет. Объект наклонен на одну сторону. Это подтверждает то, что посадка скорее всего была вынужденной. С этого ракурса мы не можем увидеть ни смотровых окон, ни дверей, ни чего—то еще. Также мы наблюдаем круг внутри тарелки. Вероятно, что это шар, который окружен большим кольцом. Это кольцо и создает вид тарелки. Шар диаметром 58 метров. Вероятно, что примыкающее кольцо служит баком для топлива. А сам шар – это место для реактора или пункт управления.

– По имеющимся нашим данным, у стран с высоким уровнем технологий такие разработки не велись с 50—х годов, – взял слово генерал. – Я думаю, что все вы слышали, что в 40—х нацистами проводились эксперименты с летательными аппаратами подобной формы. Однако у них ничего в итоге не получилось. Чуть позже в ряде стран пытались повторить их опыт. Но также по имеющимся у нас данным, у них тоже ничего не вышло и программы закрыли. Если даже предположить, что эксперименты продолжались все это время, то наши ученые и военные сходятся во мнении, что при нынешнем уровне технологий такой объект построить невозможно.

После этих слов генерал повернулся обратно к стоящему Березину.

– Продолжайте, товарищ подполковник.

– На снимке, – взял слово Березин, показывая место на карте. – В 570—ти метрах севернее от объекта, среди деревьев видны обломки Су—27. В 230—ти метрах от неизвестного аппарата виднеется раскрывшийся парашют. Он зацепился за деревья. Пилот вероятно остался жив. Понимая порядок наших действий в такой ситуации, он должен будет отправиться в точку эвакуации.

После этих слов, Березин повернулся к генералу.

– Товарищ генерал—майор, у меня пока все!

– Благодарю Вас, Игорь Валерьевич, – ответил генерал. – Вы можете присесть.

– Слушаюсь!

После этих слов Березин направился к своему месту.

– Прошу прощения, товарищ генерал—майор! – поднял руку Колесников. – Разрешите вопрос?

Генерал посмотрел на Сергея и одобрительно кивнул в ответ.

– Какая наша роль во всем этом?

– Мы хотим, чтобы вы вместе с нами вылетели на место крушения, – ответил генерал. – В соответствии с планом операции под кодовым названием «Рассвет», каждый из вас поможет нам получить необходимые сведения об объекте. Александр Иванович сейчас расскажет, с какой целью всех вас здесь собрали.

Сказав это, Назаренко посмотрел в сторону офицера.

– Товарищ Федотов, – генерал обратился к майору. – Вам слово. Можете сидеть на своем месте.

– Слушаюсь! – ответил офицер.

Сразу после этих слов он повернулся к слушавшим доклад людям.

– Товарищи! – начал Федотов. – К каждому из вас у нас будут уточняющие вопросы.

В этот момент он устремил свой взор на Быкова. Взяв личное дело, майор повернулся в его сторону.

– Валентин Петрович, – смотря на документ, обратился к нему Федотов. – Я правильно понимаю, что Вы в данный момент работаете преподавателем в Инженерно—Авиационном Институте?

– Да, именно так, – выпрямив спину, ответил Быков.

– Раньше Вы работали в конструкторском бюро инженером—проектировщиком?

– Да, сразу после института меня взяли в бюро младшим инженером. Спустя несколько лет я стал старшим инженером.

– Почему решили стать преподавателем? Должность же была хорошей.

– Мне надоело делать каждый день одно и тоже. Работа была очень скучной. С утра и до вечера стоишь с карандашом и что—то при этом чертишь. Иногда очень сильно болела спина. Я решил пойти преподавателем в наш институт. Помня мои успехи в обучении, меня там тепло приняли.

– Валентин Петрович, что Вы думаете по поводу этого объекта с точки зрения инженера?

– Если честно, то мы никогда не изучали объекты подобной формы. Даже если теоретически предположить, что это дело рук человека, то однозначного ответа дать не смогу. Могу предположить, что вы правильно сказали насчет внешнего кольца. Скорее всего в нем хранится запас топлива. Но в то же время на снимке не видно точки соприкосновения кольца с шарообразным корпусом. Мы можем только предполагать. Снаружи видно, что корпус герметичный и цельный. Шаровидная форма в середине переходит в более узкую. И поэтому она действительно похожа на классическую тарелку. Скорее всего сверху находится защитный кожух или какая—то броня. Возможно, что внутри, вокруг шаровидного корпуса, во время полета вращается кольцо. С точки зрения аэродинамики форма выбрана неплохо. Возможно, что скорость набирается за счет частоты вращения кольца. Но в то же время из—за вращения этого элемента, корабль возможно может отклоняться в сторону вращения.

– Можно чуть подробнее на этом моменте? – прервал его генерал. – В донесении подполковника Березина было сказано, что объект все время отклонялся от курса. Его заносило в разные стороны.

– Под действием центробежной силы объект может отклоняться в сторону вращения, – продолжал Быков. – Например при вращении внешнего кольца против часовой стрелки, корабль должен отклоняться в левую сторону. Но при таком постоянном движении корабль просто бы кружился по кругу. Отсюда возникает вопрос: как они так управляют этим кольцом, что их тарелка может лететь прямо? На ум приходит только одно: если во время вращения этого элемента против часовой стрелки, повернуть закрылки вправо, корабль сможет лететь прямо. Но для этого нужен постоянный контроль. Необходимо следить за скоростью вращения и за углом открытия закрылок. Но в таком случае должно появиться сопротивление.

– О каком сопротивлении идет речь? – поинтересовался Назаренко.

– Представьте, что вы сидите за рулем грузовика и пытаетесь буксировать легковой автомобиль. Но при этом у него руль повернут вправо и зафиксирован. Безусловно легковой автомобиль будет двигаться в прямом направлении. Однако у него быстро сотрутся покрышки, возможно сломается рулевая колонка и еще возникнет множество проблем. Также вероятно, что будут проблемы и у вашего грузовика, при помощи которого вы буксируете этот автомобиль. За счет дополнительной нагрузки двигателю нужны дополнительные обороты. А это приведет к его скорому перегреву. Также за счет высоких оборотов в двигателе будет увеличен расход топлива.

– Я думаю, что все мы поняли, что Вы имели ввиду, – ответил генерал.

– Повторюсь, что это только в теории, – завершал свое объяснение Быков. – В космосе действуют совершенно другие законы. Возможно, что они слишком близко приблизились к поверхности нашей планеты. Условия для полета изменились. Отклонение объекта в разные стороны может быть обусловлено снижением количества оборотов внешнего кольца корабля. Или же во время полета возникли проблемы, и они пытались запустить вращение в другую сторону. Также мне не понятно, за счет чего они поднимаются с поверхности. Возможно, что при помощи реактивных двигателей, а уже после отрыва от поверхности они приводят в движение кольцо. Быть может, что там совсем иначе все устроено. Я могу только предполагать.

– Спасибо за подробное объяснение, Валентин Петрович, – поблагодарил Быкова генерал. – Мы хотим, чтобы Вы на месте осмотрели этот объект снаружи и после этого высказали свое предположение по поводу его устройства. Наши люди уже дали свое заключение. Однако нам нужно заключение на основе визуального осмотра. Вы можете подумать, пока товарищ майор будет опрашивать остальных.

– Слушаюсь! – ответил Федотов.

Взяв следующее личное дело, Майор посмотрел на Колесникова.

– Сергей Дмитриевич, мы знаем, что Вы закончили Институт Международных Языков. Выбрали факультет восточных стран. После окончания учебы стали работать преподавателем в этом же институте. Все верно?

Федотов внимательно смотрел в глаза Колесникову. Казалось, что он пытается уловить каждое движение на его лице. От такого пристального взгляда, Сергею становилось немного не по себе.

– Все верно, – ответил Колесников.

– Какими языками владеете? – спросил майор.

– Китайский, хинди. Также владею английским.

– Как у Вас с испанским языком? Мы знаем, что Вы ходили на курсы по его изучению.

– Не так, как с английским или китайским, но думаю, что газету прочитать смогу.

– Хорошо. Это мы и хотели от Вас услышать.

– Простите меня, но чем я вам могу помочь? В случае, если это внеземная цивилизация, то какой от меня толк? У нас в институте пока еще не преподают межпланетный язык. В этом вопросе я знаю не больше вас.

– Не все так просто, Сергей Дмитриевич, – вмешался генерал Назаренко. – По нашим предположениям, этот объект является разведчиком. Сколько они уже изучают нашу цивилизацию – никому не известно. Однако имеются свидетельства, что это происходит уже не одно столетие. Вероятно они знают наш быт, наши взаимоотношения между странами, оружие и многое другое. Также мы уверены, что они изучают языки, на которых говорят на Земле. Скорее всего для изучения они выбирают те, на которых говорит большая часть планеты. Самым распространенным языком является английский. На китайском говорит больше миллиарда людей. Примерно столько же носителей языка хинди. Также население множества стран говорит на испанском. Ведь не секрет, что когда хотят внедрить разведчика в другую страну, он перед этим изучает местный язык. Мы уверены, что при выборе изучения языка, они руководствуются количеством его носителей. Возможно, что во время осмотра объекта товарищем Быковым случится контакт. И Вы нам поможете его осуществить.

– Я Вас теперь понял, – задумчиво ответил Колесников.

В этот момент Сергей задумался. Его терзали сомнения. Казалось, что нет ничего проще, чем приехать на место и при надобности что—то перевести.

– С одной стороны, что я теряю? – подумал про себя Колесников. – При этом возможно будет хорошая премия. Да и засиделся я дома. Ничего уже не замечаю вокруг себя. Мир для меня в один момент стал серым. То, чему раньше радовался, уже не приносит никакого удовольствия. А небольшое приключение поможет мне взбодриться. Да и отказывать людям я не очень люблю. Но с другой стороны, ведь там мы столкнемся с неизведанным. Непонятно, кто они и как отреагируют на нас. Возможно могут и убить. Но не хочется даже думать об этом варианте развития событий. С географом, я думаю, что все понятно. Загадкой остается то, для чего они вызвали инженера по радиационной безопасности и биолога. Ладно, послушаю о чем они с ними будут говорить, и после этого уже приму решение.

В этот момент у генерала зазвонил телефон.

– Слушаю! – ответил он. – Где обнаружили? Понятно. Спасибо.

После этих слов генерал повесил трубку. Он медленно протер свой лоб. После чего задумчиво приставил руку ко рту и уперся на нее. Сидящие за столом, в этот момент, немного растерялись. Они испугались, что произошло что—то страшное.

– Звонили из штаба, – прервал свою же паузу генерал. – Пришли новые снимки со спутника. Обнаружили пилота. Он осматривает свой разбившийся самолет. Вероятно, будет ждать нас на этом месте.

– Нам нужно поторопиться, товарищ генерал—майор, – обратился к нему подполковник Березин. – Пока он не успел наделать никаких глупостей.

– Разве у него не было точки эвакуации? – спросил генерал.

– Была. Точка Д-6. Но по каким—то причинам он не пошел на нее.

– Понятно. Федотов, прошу Вас быстрее ввести в курс дела оставшихся членов группы.

– Слушаюсь, товарищ генерал—майор. – ответил офицер.

После этого Федотов, держа личное дело в руках, повернулся к лысому мужчине:

– Вакуленко Игорь Геннадьевич. Работаете инженером по радиационной безопасности при атомной электростанции уже более 10 лет. Все верно?

– Абсолютно верно, – кивнув головой, ответил инженер.

– У Вас все просто, – сказал Федотов. – Вы должны будете следить за радиационным фоном непосредственно возле объекта. Все показания необходимо заносить в специальный журнал. В случае отклонения радиационного фона от нормы, тут же поставите нас в известность. Как видите – ничего сложного.

– Прошу меня простить за мой вопрос, – ответил майору Вакуленко. – У нас будут какие—нибудь средства индивидуальной защиты?

– У вас всех будет все, что необходимо для подобного рода операций, – ответил генерал. – По прибытии в Ванавару, вам выдадут все необходимое. В том числе костюмы с замкнутой системой дыхания.

– Вопросов больше нет, – ответил Вакуленко.

– Так! – взял слово Назаренко. – Теперь о средствах индивидуальной защиты. Находясь в близости от объекта, вы обязательно должны быть в костюме с замкнутой системой дыхания. Если этот объект неземного происхождения, то неизвестно – кто там может находиться внутри. Так как мы не знаем, кто это, то не имеем представления о болезнях, которыми они могут болеть. Их вирусы могут иметь совершенно другую структуру. У нас нет иммунитета, который может противостоять им. Нельзя допустить, чтобы кто—то из вас заразился их вирусом. В противном случае, при контакте с другими людьми, вы можете распространить эту болезнь на Земле. И не известно – найдем ли мы средство против нее. Поэтому мы не посылаем туда никого больше. Наша задача – проверить все тщательно. После этого мы приступим ко второй фазе операции «Рассвет». О последующих этапах вам знать не стоит. Вы участники первой фазы. Максимов Алексей Валерьевич, у Вас будет все необходимое оборудование для диагностики группы. Должен осуществляться постоянный контроль за самочувствием участников экспедиции. В случае обнаружения изменения в самочувствии у кого—то, немедленно доложить офицеру. Вас рекомендовали как отличного специалиста. Мы очень на Вас надеемся.

Молодой биолог молча кивнул в ответ. Создалось ощущение, что он был не очень рад находиться здесь. Однако встать и уйти в данный момент было невозможно. Сидя неподвижно, он внимательно слушал всех присутствующих.

– И наконец, Эдуард Петрович Логинов, – продолжал генерал. – Вы были участником многих экспедиций в этом районе. В том числе Вы были на месте падения Тунгусского метеорита. Что можете сказать об этой местности?

– Место довольно специфическое, – ответил Логинов. – В это время года температура здесь днем может достигать +20 градусов, а ночью может доходить до нуля. Очень много комаров. Также кругом полно диких животных. В середине 80—х мы были в экспедиции на месте падения Тунгусского метеорита. Это, кстати, в нескольких десятках километров от сегодняшнего места падения этой тарелки.

– Любопытное совпадение! – подумал в этот момент Колесников.

– Тогда мы остались ночевать в палатках, – поправляя очки, продолжал Логинов. – Вертолет должен был забрать нас утром. После ужина мы пошли все спать. Вскоре нас разбудил волчий вой. Они были рядом. Вероятно, почувствовали запах нашей еды. Мы стали жечь костры по периметру. Наш коллега взял дрова и пошел сам разводить огонь. В этот момент на него напали. Мы услышали за палаткой крик и побежали на помощь. Он лежал на земле отбиваясь от двух волков. Мы с коллегой взяли палки и стали их отгонять. После нескольких ударов они убежали. Бедняга, стонав, лежал на земле истекая кровью. Мы сбегали за аптечкой. Часть кожи свисала с его лица. Из левой руки струей шла кровь. Его свитер был весь изодран. Мы быстро его перевязали и сделали укол обезболивающего. Через несколько минут кровь удалось остановить. Вскоре снова послышался вой. Мы перенесли его в палатку и стали охранять лагерь вплоть до прибытия вертолета.

– Действительно, – взял слово подполковник Березин. – Местность очень дикая. Дорог нет. Мобильной связи нет. Ближайший поселок Ванавара находится в 64 км от места падения. Доставка и эвакуация может осуществляться только при помощи вертолета.

– У нас мало времени! – обратился ко всем присутствующим генерал Назаренко. – Товарищ Березин, максимально быстро и кратко расскажите о плане действий.

– Слушаюсь, товарищ генерал—майор! – встав со своего места, ответил подполковник.

Подойдя к доске, Березин взял указку.

– План действий следующий, – начал свой доклад подполковник. – Сейчас у входа в это здание нас ждет микроавтобус. Сев в него, мы все проследуем в военный аэродром, расположенный в 10 км к югу от города. Там мы сядем в самолет, который доставит всех нас в поселок Ванавара. Там есть аэродром. На этом аэродроме нас ждет уже заправленный и набитый всем необходимым оборудованием Ми—8. Сев в вертолет, мы вылетим в сторону места падения объекта. Наша точка приземления Д-10. Это единственное подходящее место для высадки возле объекта. Точка находится в пяти километрах от места падения.

Березин водил указкой по карте, на которой все было зеленого оттенка. Лишь только красные круги, сделанные маркером, выделялись на однообразном фоне.

– Приземлившись в этом месте, – не останавливался подполковник. – Высадимся мы с товарищем майором, а также Быков, Колесников, Вакуленко и Максимов. Каждый возьмет все необходимое оборудование. Сделаем, на всякий случай, необходимые замеры. Оденем костюмы с системой замкнутого дыхания. Все мы направимся на место падения самолета, а после этого на место падения объекта. После высадки группы, вертолет направится в точку Д-15, на высоту 736 метров, которая находится в десяти километрах от места падения объекта. С этой возвышенности товарищ Логинов, при помощи нашего радиста, будет, в случае надобности, координировать наше движение. Придя на место крушения самолета, мы окажем всю необходимую помощь пилоту. После этого направимся к объекту. Сделаем все процедуры, о которых говорилось ранее. Проведем замеры, сфотографируем, все запротоколируем. Вернемся к месту падения пилота. Заберем его и возвращаемся в точку эвакуации Д-10, на которую, к тому времени, должен уже вернуться наш вертолет. На все у нас есть семь часов. После этого начнет быстро темнеть. Также метеорологическая служба сообщила, что в этом районе к вечеру ожидаются осадки. Загружаемся в вертолет и летим обратно в Ванавару. Утром самолет доставит всех обратно в город.

– За участие в операции, – взял слово генерал. – Всем вам будет полагаться солидная денежная премия. Также с момента прибытия, каждому из вас будет предоставлен оплачиваемый отпуск в количестве двадцати четырех дней с возможностью выбора любого санатория в нашей стране.

– Какие существуют риски? – неожиданно спросил Вакуленко.

– Врать не буду, – ответил генерал. – Случиться может всякое. Мы имеем дело с ранее неизведанным. Мы не знаем, как они отреагируют на ваше присутствие. Также нам неизвестна причина падения самолета. Поэтому высадка будет за несколько километров от объекта. Также существует риск заболеть неизвестным вирусом или лучевой болезнью.

Генерал встал со своего места и подошел к Березину.

– Во всем слушаться вы должны Игоря Валерьевича, – обратился он ко всем, хлопая по плечу подполковника. – И также майора Федотова. Полетите без оружия. В случае, если вас атакуют – немедленно отступать. Раз они к нам первыми прибыли, значит у них технологии намного лучше наших. Человеческая цивилизация не сможет построить такой корабль еще лет двести. Война с ними нам не нужна. Поэтому все вооружение с вертолета будет снято. Однако, пусть они видят, что наш вертолет является боевым. И в случае чего, мы сможем оказать сопротивление.

Военные все рассказывали подробно. У присутствующих сложилось приятное впечатление о них. Казалось, что была учтена каждая деталь в этой операции. Но в тоже время гостей пугал риск, на который они могут пойти. Большинство из присутствующих были людьми идейными. Они всегда искали свое место в этой жизни. Никто из них не хотел быть паразитом на теле общества. Все прекрасно понимали, что оказались не просто так в этом месте. Их прошлое, до этого, хорошо изучили. Однако смущал тот факт, что они большую своей часть жизни, провели в кабинетах и учебных аудиториях и было не известно, как они будут вести себя в экстремальных условиях тайги.

– На этом у нас все, товарищи! – стоя у своего места, облокотившись на стол двумя руками, сказал Назаренко. – Если у кого—то возникли вопросы или он хочет отказаться, то говорите сразу.

Возникла пауза. Все присутствующие посмотрели друг на друга. Переводя свой взгляд с одного человека на другого, было заметно, что многих терзают сомнения. Некоторые были не уверены, доживут ли они до завтрашнего дня. И что будет с ними в случае заражения инфекцией или лучевой болезнью.

– Все это немного волнительно, – думал про себя Колесников. – Вот так все просто? Прилетели, дошли, осмотрели и назад? Как—то слишком все просто. Хорошее вознаграждение за семь часов работы? Неплохо, наверное. Но для меня это сейчас не главное. Нужно как—то уже приходить в себя. Иначе, если пойдет так дальше – то я вскоре сойду с ума. За это время можно немного отвлечься. Мне будет не до моих проблем. Жалко, что никому потом нельзя будет рассказать об этом. Радиация, конечно же, немного пугает. Не хотелось бы в будущем связывать свою жизнь с онкологией. Я помню, как мой отец мучился с этой заразой. Не хотелось бы так закончить свою жизнь. Ладно, не хочу думать о грустном. На все воля Божья. Буду соглашаться.

– У меня вопрос, – подняв руку, обратился Логинов.

– Да, – ответил генерал, приготовившись внимательно выслушать.

– Перед отправкой я бы хотел предупредить свою жену, чтоб она меня не ждала сегодня и не волновалась.

– Насчет этого не беспокойтесь. Для каждого из вас придумана легенда. Ваших родных предупредят наши люди. О придуманных легендах, вам скажут по окончанию операции.

– Ясно! – с грустью ответил Логинов.

– Еще у кого—нибудь есть вопросы? – спросил Назаренко. – Если нет, то прошу вас подписать эти бумаги.

В этот момент генерал достал из выдвижной полки своего стола пять экземпляров документов. Через военных он передал их собравшимся.

– Здесь оговариваются ваши обязанности, – сказал Назаренко – То, что вы обязуетесь сделать, денежное вознаграждение и все остальное, что мы сказали вам ранее. Прошу ознакомиться и, если все устраивает, то необходимо поставить число и подпись.

Через несколько минут генералу отдали последний подписанный экземпляр. Собравши их в стопку, он поместил их в какую—то папку, после чего положил обратно в свою полку.

– Товарищи! – встав со своего места, сказал Назаренко. – От лица командования благодарю всех вас за содействие. Очень приятно иметь дело с такими ответственными и мужественными людьми. Увидимся со всеми завтра днем. Самолет уже ждет. Сейчас сядете в микроавтобус и он довезет вас до аэродрома.

После этих слов генерал улыбнулся.

– Всем удачи! – сказал он. – И по старой традиции, давайте присядем на дорожку.

Глава 3. Поселок Ванавара

– Ты уже не помнишь, когда в последний раз мы здесь гуляли? – с улыбкой спросила Лена.

– Ну, я думаю, что… – Сергей сделал вид, что задумался в этот момент. – А, хотя, наверное, это была не ты. А, может… нет, точно не ты.

– Что ты сказал? – закатываясь от смеха, Лена в шутку шлепнула несколько раз его по плечу.

– Сколько можно уже меня бить?

– А сколько можно уже меня дразнить?

– Все, все, мир! Я больше так не буду.

– Я это уже тысячу раз слышала! – продолжая смеяться, отвечала Лена.

Ее длинные русые волосы очень красиво переливались на солнце. Улыбаясь, она продолжала болтать, при этом иногда посмеиваясь. Осеннее серое платье с черным поясом подчеркивало ее хорошую фигуру. Обхватив руку Сергея, она медленно шла вместе с ним. От сильного смеха на ее глазах выступали слезы.

– Хватит меня смешить. У меня глаза накрашены.

– А зачем ты их красила? Я же тебе говорил, что ты и так красивая.

– Потому, что так взгляд выразительнее получается.

– Сколько можно уже повторять? Нормальные у тебя ресницы и глаза. Мне нравится.

– Ну ладно, ладно. Поверю на этот раз, – с улыбкой ответила Лена. – И какого они цвета?

– Дай подумаю, – в этот момент Сергей почесал голову. – Карие?

– Да сколько можно уже меня злить?

– Ладно, ладно. Зеленые? Нет, светло—зеленые.

– Смотри мне! – прищуриваясь, ответила Лена.

– Присядем на лавочку?

– Давай.

Был теплый осенний день. Лето еще не хотело уходить. Однако осень потихоньку набирала силы. Особенно это было видно по желтеющим листьям на деревьях. В это время года в парке было очень красиво. Сочетание желто—зеленой листвы украшало это место. Пение птиц настраивало на романтическое настроение. В это время года здесь отдыхало множество людей. Желая немного отвлечься от серых будничных дней, они все шли в свое любимое место в городе.

– Чего задумался? – сидя на лавочке и держа за руку Сергея, спросила у него Лена.

– Я помню, что как—то давно мы с отцом ловили рыбу на этом месте. Тогда на этот пруд приходило много рыбаков. А еще помню, что здесь было много водорослей потому, что в те времена пруд никто не чистил. Крючок постоянно цеплялся за них. Приходилось выбирать нужную глубину.

– Я в этом ничего не понимаю! – с улыбкой сказала Лена.

– А потом мы с ним заходили в пельменную, которая была здесь рядом. Она еще оставалась тогда с советских времен.

– Да, я ее помню. Хотя никогда в ней не была.

– Хорошее было время. Тогда с отцом мы часто ходили на рыбалку, на природу. Много есть чего вспомнить. Как же жалко, что мы не ценим то время, в котором сейчас живем. А вот когда оно проходит – мы начинаем сожалеть о том, что его уже не вернуть.

– Ну, ты чего? – прижалась к плечу Лена. – Разве сейчас тебе плохо?

– Нет. Мне сейчас очень хорошо, – с улыбкой посмотрел на нее Сергей.

В этот момент он услышал где—то вдалеке глухой протяжный звук. Ему показалось, что земля под ними, в этот момент, начала двигаться.

– Что это? Ты это слышишь? – Сергей посмотрел кругом по сторонам.

– Очень жаль, что это больше никогда не повторится!

– Что? – Сергей медленно повернул голову в сторону Лены.

Она смотрела на него исподлобья. Ее светло—зеленые глаза не сводили свой взгляд с него.

– Они вас не отпустят!

– Кто они? – глядя на нее спросил Сергей.

– Те, за кем вы идете!

Замерев, он смотрел на нее. Холод прошел по всему его телу. Она сидела неподвижно и смотрела на него. В этот момент он издалека услышал чей—то голос.

– Сергей Дмитриевич, Сергей Дмитриевич!

В этот момент Колесников открыл глаза от толчка и звука громкого скрежета соприкосновения резины с бетоном.

– Прилетели, Сергей Дмитриевич, – сидя рядом с ним в самолете и улыбаясь, сказал Быков. – Вы уснули, и я не стал Вас будить.

– Можно просто Сергей, – тяжело дыша, ответил Колесников.

– Ну, тогда можешь называть меня Валек, – махнув рукой, сказал Быков. – Тебе, похоже, что—то приснилось?

– Да, наверное, не стоит больше смотреть ужастики.

– Как бы ужастики с нами не случились, когда окажемся там.

После этих слов Быков сделал серьезное лицо и молча кивнул Колесникову. Улыбнувшись в ответ, Сергей обернулся, чтобы посмотреть в иллюминатор самолета. Снаружи, с быстрой скоростью, пробегали мимо деревья. За лесополосой мелькала река Подкаменная Тунгуска. Снизу одна бетонная плита сменяла другую. Вскоре вдали появились дома поселка. Самолет замедлял свой ход. Показался диспетчерский пункт аэродрома. Он медленно приближался навстречу, пока, наконец, не остановился. Гул самолета постепенно затихал.

– Все, прилетели, – вставая со своего места, обратился ко всем подполковник Березин. – Прошу всех следовать за мной. Помните, что запрещается говорить об операции в присутствии кого—либо. Обсудим все, когда взлетим на вертолете.

Группа спускалась с самолета. Все следовали за подполковником, который уверенной походкой направился в сторону одноэтажного домика, находящегося на территории аэродрома.

Был хороший солнечный день. Легкий ветер обдувал идущих людей. Ванавара с теплотой приняла прибывших на самолете гостей. Дом, в который они направлялись, был синего цвета с пластиковыми евроокнами. Наверху виднелась надпись «Аэропорт Ванавара».

Первым, открыв дверь коричневого цвета, в здание зашел Березин. За ним следовали майор вместе с остальными. Войдя в здание, подполковник приказал всем его подождать. После этого он достал из портфеля документы и зашел в один из кабинетов. Гости, в этот момент, смотрели по сторонам, внимательно изучая здание изнутри.

– Здесь много чего изменилось с момента последнего моего приезда, – осматривая все вокруг, констатировал Логинов.

– А когда Вы здесь были в последний раз? – с улыбкой спросил охранник, стоя у турникета.

– Я приезжал сюда неоднократно. Последний мой визит в ваш поселок был, – Логинов задумался, смотря вверх. – В 1986—м году. Мы тогда приезжали с группой географов.

Из открытой двери вышел озадаченный пожилой мужчина в синем рабочем костюме и направился к собравшимся людям, стоявшим в коридоре.

– Эдик, это ты?

– Коля? Ты, что ли? – увидев мужчину, рассмеялся Логинов. – Здравствуй, мой хороший!

Они тепло обнялись, хлопая друг друга по плечу.

– А ты все также тут работаешь? – с улыбкой сказал Логинов.

– Да. Правда, я сейчас уже не диспетчером работаю после того, как вышел на пенсию. Вот, слежу за взлетной полосой. Поддерживаю ее в рабочем состоянии. Благо, работы не много. Самолеты летают не очень часто. Да, и полоса только одна. Нас несколько человек работают на ней. Я не смог на пенсии сидеть дома. Вот попросился обратно на аэродром. И меня как заслуженного работника взяли.

– Ну, тоже не плохо, как мне кажется.

– А ты сейчас все также по экспедициям катаешься?

– Да, как видишь.

– А к нам чего опять занесло? – после этих слов мужчина стал говорить тише. – Это как—то связанно с сегодняшним метеоритом? Тут у нас кругом военные. Какая—то суета кругом. Приехала военная техника. Говорят, что нельзя выехать из поселка. Дорога перекрыта. Поговаривают, что ночью несколько человек видели, как пролетал метеорит. Но летел он как—то иначе – не так, как обычно. Слухи всякие в поселке ходят. Ну, а что еще людям здесь делать? Сам понимаешь, что поселок маленький и если скажет один, то через полчаса все уже об этом знают.

– Мы здесь совершенно по другому вопросу, – вмешался в разговор майор Федотов. – Товарищ Логинов сейчас сильно занят.

– Что тут произошло? – кладя обратно в портфель документы, к собравшимся подошел подполковник Березин.

– Ничего особенно, товарищ подполковник, – ответил Федотов. – Человек интересовался, с какой целью сюда прибыл товарищ Логинов.

– И что он ответил?

– Ничего особенного, товарищ подполковник.

– Ясно! Прошу за мной господа, – Березин направился в сторону турникета.

Подходя к турникету, подполковник показал охраннику выданный ему только что пропуск.

– У меня на всех, – сказал Березин.

– Проходите, – посмотрев на пропуск, ответил охранник.

Колесников посмотрел на знакомого Логинова. Пожилой человек в рабочей форме стоял молча и смотрел, как группа людей выходила из здания. Судя по выражению его лица, он не так для себя представлял разговор со своим старым товарищем. Видно было, что расстроился и Логинов. Нахмурившись, он направлялся к выходу из здания.

– Ничего ему лишнего не наговорили? – спросил Березин у Федотова.

– Игорь, говорю же тебе, что все нормально, – отвечал майор. – Он ему даже не успел ничего ответить.

Сразу после этого Березин остановился и подозвал всех к себе.

– С сегодняшнего дня здесь располагается один из пунктов снабжения для операции, – сказал подполковник. – Мы специально не стали разворачивать здесь штаб. Сделано это для того, чтобы у людей было меньше повода не верить в версию падения метеорита. Поэтому старайтесь не вступать в диалог с посторонними. Пусть считают, что ваш приезд никак с этим не связан.

– А что отвечать, если спросят? – задал вопрос Колесников.

– Ничего не отвечайте, – ответил подполковник. – Уходите от этой темы.

Березин снял фуражку и протер свой лоб.

– Сейчас делаем так, – начал давать указания подполковник. – Федотов сейчас отведет вас в столовую. На прием пищи 10 минут. Я сейчас пойду и проверю вертолет. Майор отправится в пункт снабжения и выпишет вам экипировку для операции. Потом он заберет вас из столовой и отведет в пункт снабжения. Пока вы будете переодеваться, мы тоже поедим. Ждите нас там после этого. Увидимся через 15 минут.

После этого подполковник подошел к Федотову.

– Столовая – это двухэтажное здание впереди, – подполковник показал рукой дом, находящийся в 100 метрах от них.

– Пойдем! – позвал всех за собой майор Федотов.

Это была обычная столовая. Белые стены с кафельной плиткой. Витрина, на которой стояли разные блюда. Повара в халатах. У окна стоял стол с белой скатертью, к которому работники кухни уже подносили тарелки с красным борщом.

– Вам туда, господа – указав на столик у окна, сказал Федотов. – Присаживайтесь. Старайтесь быстрее все съесть. У нас мало времени. Я скоро за вами вернусь.

После этого майор подошел к витрине. Что—то сказал повару, который стоял у стойки. На что в ответ получил одобрительный кивок со стороны работника кухни. Оглянувшись, на усевшихся за стол людей, майор вышел из столовой.

– Борщ, надо сказать, очень неплох, – попробовав, заметил Быков

– Ушел, кажись, – провожая взглядом майора, сказал Колесников. – И что вы по этому всему поводу думаете, господа—товарищи?

– Серьезные ребята, надо сказать, – ответил Быков.

– На то они и военные, чтоб быть серьезными, – сказал Логинов.

– У меня только один вопрос, – задумавшись, сказал Колесников. – Почему они все время не отходили от нас ни на шаг, а сейчас оставили?

– Наверное, у них мало времени, – доедая свой борщ, неожиданно вмешался молодой биолог. – Вот и приходится им все делать на скорую руку. Если бы они кого—то оставили с нами, то подготовка к вылету бы затянулись.

– Простите, как Вас величать? – обратился к нему Логинов.

– Алексей.

– Очень приятно. Меня зовут Эдуард Петрович. Скажите, пожалуйста, если вдруг кто—то из нас заразится, как Вы это определите?

В этот момент Быков, перестав жевать, и, глядя на Логинова, молча развел руками. После чего дальше принялся доедать первое блюдо.

– По ряду признаков: начиная от самочувствия, температуры тела и взятия крови на анализ, – ответил биолог.

– А если болезнь будет протекать незаметно? – спросил Колесников. – Вдруг у нас симптомы появятся через день или два?

– Вот теперь и вовсе аппетит пропал! – положив ложку в уже пустую тарелку, обиженно сказал Быков.

– Мне сказали, что в вертолете будет центрифуга. Перед отправкой назад, мы у всех проверим кровь на наличие инфекции.

– А если у кого—то результат будет положительный? – вмешался инженер по радиационной безопасности.

– Наверное, поместят в бокс на карантин, – с неуверенностью ответил биолог.

– Тихо всем! – сказал Колесников. – Повара идут к нам.

В этот момент работники кухни стали забирать пустые тарелки и подавать очередное блюдо и чай. На второе было картофельное пюре с гуляшом.

– Мясо тоже ничего! – одобрил Быков.

– Эдуард Петрович? – решил поинтересоваться Колесников. – А что Вы там говорили насчет волков? Они могут на нас напасть, пока мы будем идти?

– Скорее всего, нет. Даже если это место их охоты, они убегут, испугавшись шума вертолета. Но если он будет долго стоять, они немного к нему привыкнут и начнут подходить. Метр за метром. Пока не подойдут вплотную. Что касается группы, которая отправится к месту крушения, то рекомендую вам держаться друг друга и никуда не отходить. Лучше быть у всех на виду. Они могут предпринять пробные вылазки, чтоб вас проверить. Если вы им дадите повод усомниться в вашей силе, то я с уверенностью могу сказать, что они потом нападут на вас всей стаей. Эта тактика выработана ими не за одно тысячелетие.

– Оружие не помешало бы в этот момент, – сказал Колесников.

– Не помешало бы, конечно, – ответил Логинов. – Да кто нам его даст?

– Интересно. А у наших военных оружие будет?

– Говорили же, что все вооружение снимут. Возможно, только с вертолета.

– Кстати, – вдруг неожиданно вспомнил Колесников. – Вы помните, когда генералу позвонили насчет летчика, он расстроился, как мне показалось.

– Точно! – отставив уже пустую тарелку и начав пить чай, сказал Быков. – Я думал, что только мне показалось.

– Я тоже обратил внимание, – задумавшись, ответил Логинов. – Реакция странная. И немного подозрительная.

– Но ведь они потом сказали, что не хотят, чтоб летчик не наделал глупостей, пока мы не придем за ним, или из—за того, что он не пошел на нужную точку эвакуации, – вмешался инженер по радиационной безопасности Вакуленко.

– Хорошо, если это так, – сказал Колесников.

– А что ты думаешь по этому поводу, Сереж? – спросил Быков.

– А если он заражен уже? – ответил вопросом на вопрос Колесников.

– Тише, ребята! Федотов идет, – быстро обернувшись, сказал Логинов.

Майор быстрым шагом направился к их столу.

– Поели? – спросил Федотов. – Пойдем уже, мужики. У нас мало времени.

После этого все дружно встали из—за стола. Кто—то допивал свой чай уже стоя.

– Спасибо! Все было очень вкусно! – выходя из столовой, Быков поблагодарил работников столовой.

– Сейчас пойдем на точку снабжения, – сказал Федотов. – Она на другом конце поселка. Тут недалеко, метров 200 всего.

Группа проходила мимо одноэтажных домов, разделенных между собой дорогой. Иногда, мимо проходили люди, с любопытством разглядывая новых людей в своем поселке. Колесников шел, внимательно изучая местность. Несмотря на свою простоту, он ему нравился. Он понимал, что в обычные дни, в этом месте было очень спокойно жить. Нет той суеты, которая присуща большим городам. Тебя никогда не разбудит сигнализация чьей—то машины, стоящей под окном. Не потревожит сосед, который затеял ремонт с утра в выходной день. Жизнь в маленьком поселке всегда привлекала его. Он хотел иметь частный домик с шестью сотками земли, на которых можно было бы сажать свои цветы и овощи в свободное время. Но в то же время, пока он шел, из его головы не выходил разговор со своими собеседниками в столовой.

– Валек, можно тебя? – обратился он, к рядом идущему Быкову.

– Да. Что такое?

Они немного замедлили шаг, пропустив идущую группу вперед.

– Слушай, – продолжил Колесников. – Когда ты подошел к кабинету, где нас впервые всех собрали, не помнишь, кто уже стоял у двери?

– Я пришел минут за пять перед тобой.

– Значит, что на тот момент у двери стояли уже все трое?

– Да. А почему ты спрашиваешь?

– Когда мы разговаривали в столовой, тебе не показалось ничего странным?

– Я, кажется, понял, о чем ты. Ты про биолога? Я тоже подумал, но не подал вид.

– Разве ему говорили про центрифугу в кабинете у генерала?

– Не говорили ничего такого. Но возможно, у них только одно устройство для определения заражения. И он уже заранее понимал, что она там будет.

– Складывается ощущение, что нам что—то не договаривают.

– А ты не обратил внимания, что когда мы начали обсуждать военных, сразу ввязался в разговор наш инженер по радиационной безопасности? Да и Логинов остается в вертолете. Что он там будет передавать и как это будет все выглядеть?

– Об этом я не подумал, – задумался Колесников.

– Старайся пока меньше думать. И не показывай виду – иначе догадаются. Но то, что нам что—то не договаривают – это факт.

За домами показались зеленные палатки. Рядом с ними, в ряд, было выстроено десять бронетранспортеров с военными грузовиками. По периметру стояли бронемашины. Позади палаток стояло пять вертолетов. Кругом ходили военные патрули в составе нескольких человек. Казалось, что военных здесь больше, чем людей, живущих в поселке.

– Нам в большую палатку, – сказал Федотов. – Сейчас вам выдадут полевую военную форму. Мы все переоденемся. Затем вам проведут инструктаж по использованию костюма биологической защиты с аппаратом замкнутого цикла. Вы его примерите и сложите, как скажут. Мы с подполковником Березиным сходим поесть, после чего придем за вами. Потом сходите в туалет и вылетаем. Выполняйте!

Глава 4. В небе над тайгой

– Все готово к взлету, товарищ подполковник! – доложил старший лейтенант. – Все необходимые вещи погружены.

– Хорошо. Прошу всех подниматься на борт, – после этих слов, Березин улыбнулся. – В этой форме на вас теперь стало приятно смотреть. Сразу у некоторых выправка появилась. Форма мужчину всегда украшает.

– Какая наглость! – тихо сказал Логинов.

– Это военный юмор, Эдуард Петрович, – ответил Быков. – Уверен, что Вы еще и не такое услышите.

Группа загружалась в гудящий вертолет. Обшивка внутри вертолета была полностью белого цвета. Изнутри, вдоль бортов располагались сидения такого же окраса. Посредине стояли загруженные вещи. В кабине пилотов находилось три человека. Двое из них сидели, а третий стоял позади них и помогал что—то переключать на панели, которая находилась на потолке.

Прибывшие занимали свои места. Каждый старался сесть так, чтоб, обернувшись можно было посмотреть в круглый иллюминатор. Колесников с Быковым расположились ближе к хвосту вертолета. Напротив них сели Логинов и Максимов. Вакуленко занял место рядом с Быковым со стороны кабины. Майор с подполковником стояли снаружи и о чем—то разговаривали с другими военными возле вертолета.

– Примерно так я все и представлял, – громко, чтоб все услышали, сказал Быков.

– Мы это все с собой потащим? – глядя на стоящие вещи между ними, спросил у всех Вакуленко.

– Хорошо, что я останусь в вертолете, – сказал Логинов. – Этот рюкзак я бы не дотащил.

– Да, он действительно тяжеловат, – вмешался Колесников. – Килограмм десять будет точно. Еще в костюме, да и по лесу, где нет тропинок.

– Надо меньше пить воды до того, как наденем костюмы. В костюме мы много влаги будем терять во время пути, – сказал Максимов.

– Алексей, а вы когда—нибудь одевали такой костюм? – поинтересовался Логинов.

В этот момент Колесников с Быковым молча переглянулись.

– Да, но не такой. То был противочумный костюм. Мы в институте их одевали. Но там был просто противогаз. Без этой штуки, что на спину нужно одевать. И костюм этой совсем другой.

– Ну, все! Давайте! Удачи вам! – послышалось снаружи. – И скажите своим спецназовцам, что коричневые изнутри костюмы обратно не принимаем.

После этих слов раздался громкий смех нескольких человек. Бортинженер, стоявший на входе в кабину, за спинами пилотов, улыбаясь, обернулся на сидящих в салоне вертолета людей.

– Это возмутительно! – поправляя очки, с серьезным видом сказал Логинов.

Пытаясь сдержать смех, в вертолет зашли Березин вместе с Федотовым.

– Если все готово, то взлетаем, – обратился подполковник к сидевшим в кабине пилотам.

– Хорошо. Запускаем двигатели! – дал команду старший пилот.

После этих слов Федотов закрыл за собой дверь в вертолете.

– Все, мужики! – присев возле биолога, громко сказал Березин. – Всем нам удачи!

Гул внутри вертолета становился все громче. За иллюминаторами начали мелькать тени от лопастей вертолета. С каждым оборотом они пробегали все быстрее. В салоне стала ощущаться вибрация. Бортинженер закрыл изнутри дверь кабины пилотов.

– Все, взлетаем! – обернувшись и смотря в иллюминатор, громко всем сказал Березин.

Снаружи стало ничего не видно из—за поднимающейся вокруг пыли. Вскоре вертолет качнулся и медленно оторвался от земли. Все сидящие, кроме подполковника, изучавшего, в этот момент, карту, молча смотрели в иллюминатор. Несколько военных, стоявших снаружи, провожая поднимающийся в небо вертолет, махали рукой. Один из них, при этом что—то рассказывал другому, на что другой в ответ смеялся.

Колесников неподвижно посмотрел в иллюминатор. Верхушки деревьев постепенно спускались вниз. Дома становились все меньше. Подкаменная Тунгуска изгибалась в этом районе, медленно неся свои воды вниз по течению.

Спустя минуту вертолет оставил позади себя маленький поселок. Кругом простиралась бескрайняя тайга. Казалось, что ее границам нет предела. Кроны деревьев окрашивали все вокруг в зеленый цвет. Вдали, под кучевыми облаками проходил горизонт голубого цвета. Природа, как самый искусный художник, смешивала свои краски – создавая, тем самым, свои шедевры. Глядя на это место, приходило понимание, что все величие человека, которое он сам про себя придумал – неумолимо растворяется во всем этом гениальном и огромном, по своим масштабам, творении. Тени от туч гуляли по верхушкам деревьев. В это время года здесь было не очень жарко. Однако из—за влаги довольно сильно парило. Летевшим в вертолете людям, с каждой минутой становилось очень душно.

– На месте будем примерно через 20 минут, – прервал молчание Березин. – Разгружаем вещи. Кому нужно, то можно будет сходить в туалет. Одеваем сумку с костюмом, рюкзак с аппаратом дыхания, присоединяем к поясу радиационные детекторы и идем к месту падения пилота. Игорь Геннадьевич, какая там должна быть норма?

– Нормой радиационного фона принято считать значение не превышающее 0,20 мкР/час. Допустимо может быть и немного выше. Костюм должен быть полностью герметичным. Также при повышении радиационного фона индивидуальный дозиметр будет подавать сигнал.

– Возможно, что радиации вообще не будет, – сказал Березин. – Но вы все должны будете следить за радиационным фоном. В случае обнаружения отклонения от нормы, сразу же нам с Федотовым доложите.

После этих слов Березин снова принялся смотреть на карту.

– Место падения находится в полукилометре от высоты 614 метра, – водя пальцем по карте, сказал он. – Когда прибудем на место, нам нужно идти в направлении этой горы. Она должна все время быть впереди нас. Это значит, что мы идем правильно. Все должны быть на виду друг у друга. Никто не должен отставать. Но в то же время, нам нужно быстрее все сделать, чтоб успеть до темноты. Также вечером еще обещают дождь. Как бы жарко не было, костюм не нужно вентилировать.

– Товарищ подполковник, – решил спросить Колесников. – Что будет, если кто—то из нас заразится или облучится?

– Если облучитесь, то по прибытию, вы пройдете процедуру дезактивации, – ответил Березин. – Если же будет подозрение на заражение организмами биологического происхождения – вас поместят в бокс на карантин. Но, надеюсь, что до этого не дойдет.

– А если мы не успеем до темноты вернуться?

– У меня будет ракетница. У каждого из вас будут фонари в сумке. В случае неявки, мы должны подать сигнал. Сигнал – красная ракета. Подается от группы и с вертолета. Так же имеются фальшфейеры. Таким образом, мы будем координировать направление движения. Также у нас будет поддерживаться связь с вертолетом. А экипаж держит связь с большой землей – как видите, ничего серьезного. Костюм оденем и потом снимем на расстоянии в 3 километрах от объекта. Сначала, по одному пройдем процедуру взятия крови. И лишь только потом мы сможем пойти к вертолету. Кто не пройдет процедуру – будет добираться до Ванавары в костюме. Поэтому, прошу всех вас ответственно подойти к делу. Никаких самовольных действий. Какие есть еще вопросы? Задавайте сейчас. Потому что потом будет некогда объяснять.

– Как Вы думаете, почему пилот не пошел на место эвакуации? – спросил Быков.

Березин сразу же переглянулся с Федотовым.

– Возможно, что он ранен. Или у него были какие—то иные причины.

– А если он заразился? – вмешался Колесников, при этом слегка стукнул своей ногой по сапогу Быкова. – Ведь у нас нет дополнительного костюма для него.

Лицо Березина стало очень серьезным. Казалось, что эта тема для него являлась не очень приятной.

– Костюм для него лежит среди остальных вещей в вертолете, – ответил подполковник. – Поэтому мы должны как можно быстрее его эвакуировать пока он не успел заразиться. Костюм для него мы возьмем с собой.

Объяснения Березина казались убедительными. Однако у Колесникова складывалось впечатление какой—то недосказанности. Он прекрасно видел, что эти вопросы не нравятся подполковнику.

– А теперь порядок действий непосредственно у упавшего объекта, – свернув карту и положив ее в сумку, висящую на плече, продолжил свою речь Березин. – У объекта не делайте никаких резких движений. Близко к нему не подходим. Максимум приближаемся на десять метров. Осмотрим, сфотографируем и измерим радиационный фон. Нам необходимы снимки для второй фазы операции, которая уже будет проходить без вашего участия. Если к нам выйдет кто—то из корабля, то стойте на месте. Сохраняйте спокойствие. Руками не приветствовать. Держитесь от них на расстоянии. Если начнут атаковать, то все дружно отходим в сторону упавшего самолета. Никто из них не должен пострадать. Если мы их атакуем, это может поставить под угрозу существование всего человечества. Поэтому свою гордость не показываем.

– Товарищ подполковник, – неожиданно спросил молодой биолог в очках. – А кто они такие?

– Понятия не имею, – с серьезным видом ответил Березин. – Ясно только то, что их технологии намного лучше наших.

В этот момент из кабины пилотов открылась дверь. Из нее вышел бортинженер.

– Через 5 минут будем на точке, товарищ подполковник! – обратился к нему борттехник.

– Спасибо, – поблагодарил его Березин. – Эдуард Петрович. Вот, с товарищем капитаном Вы будете держать с нами связь.

– Очень приятно! – ответил Логинов.

– Взаимно, Эдуард Петрович, – ответил борттехник. – Мы поговорим с Вами потом более детально.

После этих слов член экипажа ушел обратно в кабину пилотов и закрыл за собой дверь.

Колесников откинул назад голову. Вибрирующий корпус вертолета не давал ни единого шанса уснуть. Подлетая все ближе к месту высадки, у него нарастал внутренний страх. Он пытался его никак не показывать. Ему было стыдно за себя в этот момент. Но он понимал, что страх перед неизвестностью, которая может закончиться летальным исходом – нормальная реакция для всех живых организмов, живущих на планете. Это инстинкт самосохранения. Смелый – не тот, кто не боится, а тот – кто переборол свой страх. Природа дала всем эмоции. Невозможно жить без чувств. Каждый всю свою жизнь, иногда, сам того не ведая, видит мир по—своему. Для одних – это светлое место. Для других же – это мир уныния и грусти. Люди живут между двумя этими ощущениями. Но при этом, мир для всех один. Колесникова, как и многих других людей, за время жизни, бросало из одного мироощущения к другому. Будучи ребенком, он не знал, что такое депрессия. О ней он не знал, пока не начал постепенно входить во взрослую жизнь. После этого пришло понимание – что такое счастье и что такое огорчение. Период жизни, в котором он пребывал в данный момент, был для него ужасным. Постоянные тревоги и уныние начинали пагубно на него действовать. Появились проблемы с головными болями и с нервной системой. Во время сильных переживаний начинался тремор пальцев. В этот момент он всегда старался перевести взгляд окружающих от своих рук на что—то другое. Но в тоже время, пребывая в спокойствии, он контролировал свой тремор, как и все остальные люди.

Еще несколько лет назад, он даже не мог представить, что его душа дойдет до такого состояния. Ему казалось, иногда, возможны перемены в сознании – в понимании реальности. Но он не предполагал, что постоянное уныние может перейти в привычку. Каждый день для него стал испытанием на прочность. Грешник, выгнанный из Рая. Человек, который расплачивался за свои ошибки прошлого. Будучи верующим человеком, он пытался понять, что хотел от него Бог в эти несколько лет. Ему казалось, будто в этом есть какой—то смысл. Он полагал, что это являлось сигналом свыше – для того, чтобы он смог изменить свою жизнь.

Несмотря на сомнения, которые у него были в кабинете генерала, в глубине души он понимал, что в любом случае примет участие в операции. Для него это был шанс изменить свою жизнь. Он надеялся, что поможет своей стране. И в то же время рассчитывал, что оттуда вернется уже совсем другим человеком. Это был его шанс найти свой потерянный рай.

Мысли приходили в голову одна за одной, пока Колесников затылком не ощутил, как вибрация стен вертолета стала уменьшаться. Он откинул голову вперед и недоумевающе посмотрел на летящих рядом с ним людей.

– Что это? – спросил Колесников, в надежде получить от кого—то вразумительный ответ.

Увидев его тревогу, сидящие рядом с ним стали тоже прислушиваться к звукам вертолета. Возникла молчаливая пауза. Взгляд людей пересекался друг с другом. Вдруг резко вскочил подполковник. Присев на пол он посмотрел наверх, в сторону лопастей вертолета через иллюминатор. Встав со своего места и замерев в неподвижной позе, на Березина смотрел Федотов. Гудящий звук вертолета становился все тише.

– Твою мать! – быстро поднявшись, подполковник побежал в кабину пилотов.

Быстро открыв дверь, он увидел, как пилоты судорожно пытаются что—то сделать.

– Что случилось? – громко спросил он у них.

– Не знаю! – пытаясь запустить отключившийся двигатель, громко ответил ему старший пилот. – Вся электроника погорела! Ничего не включается! Готовьтесь к жесткой посадке на деревья!

Сидевшие в салоне люди почувствовали, как вертолет в воздухе наклонился в сторону кабины.

– Так! Всем быстро пригнуться на своем месте! – повернувшись к недоумевающим людям, сказал Березин. – Голову сверху обхватите руками! Сидите и не вставайте! Готовьтесь к удару об деревья!

Подполковник посмотрел на стоящего Федотова.

– Быстро исполнять! – крикнул на офицера Березин. – Ты не слышал, что я сказал?

В один момент офицеры вернулись на свои места и приняли такую же защитную позу, как и все остальные.

Тени от лопастей заметно стали пробегать все медленнее.

– Я не хочу умирать! Я не хочу вот так умереть! – кто—то громко закричал в салоне.

– Приготовиться к удару! – послышался командный голос Березина.

– Господи! Спаси и сохрани! – шептал тихо себе под нос Колесников.

Послышался звук ломающихся и трущихся о борт вертолета веток. В салоне резко потемнело. Резкий удар сбросил со своих мест сидящих внутри людей. Осколки стекол, на лету, осыпали их. Людей швыряло из стороны в сторону внутри вертолета, как игрушки, до того времени, пока все не закончилось последним сильным ударом вертолета о землю.

Глава 5. Жесткая посадка

В этот день ярко светило солнце. Вокруг доносилось успокаивающее пение птиц. Уходя в небо, ветки деревьев лениво покачивались из стороны в сторону. Легкий теплый ветерок нежно трепал волосы Сергея. Шум рядом протекающей речки усыплял его. В этот момент он позабыл о городской жизни. Ему казалось, что истинная жизнь там, где нет будничной суеты – в месте, где вокруг природа. Лишь только она искренне правдива. Ее законы суровы. Иногда она слишком жестока. Многим ее не понять. Но она никогда и никого не обманывала.

В этот момент он услышал звук звенящего колокольчика на удочке. Быстро подбежав и взявшись за ручку, Сергей начал следить за кончиком снасти. Конец удочки медленно кивал по направлению течения. В этот момент он почувствовал приятную вибрацию в руке. Кончик удочки после быстрых кивков начал сильно сгибаться. Сергей моментально же подсек. На другом конце снасти, он почувствовал сопротивление. Добыча сильно сопротивлялась. Колесников старательно крутил ручку катушки. Леска уходила куда—то глубоко в воду. Взяв подсак, он приблизился к берегу реки. Подтянув леску, Сергей окунул его в воду. Достав подсак из воды, он увидел свой улов.

– Это сом! Небольшой! Грамм на шестьсот! – сказал Сергей.

– Сколько можно говорить тебе, что я в этом ничего не понимаю? – сказала Лена. – И вообще, мы хотели с тобой просто погулять. А ты опять взял эту свою удочку.

– Я просто хотел проверить какой здесь клев. А то мне сказали, что здесь ничего не ловится.

Подойдя к нему, Лена посмотрела на улов в садке.

– Сереж, отпусти его! – сказала Лена.

– Ну, ты же знаешь, что я рыбу есть не люблю, – ответил Сергей. – Я из тех рыбаков, кто сразу отпускает свой улов.

Подойдя к реке, он медленно погрузил сома в воду. Рыба с огромными усами замерла в одном положении, после чего, неторопливо махнув своим сильным хвостом, поплыла куда—то в сторону течения.

– Пойдем, погуляем в лесу. Оставь, наконец, эту удочку. Пока ты ловил, я нашла небольшую полянку. Там очень здорово.

– Пошли, посмотрим.

Взявшись за руки, они неторопливо пошли по тропинке. Лучи солнца пробивались сквозь листья деревьев, из—за которых виднелось чистое голубое небо.

– Кстати! – держа за руку Лену, начал разговор Сергей. – Забыл сказать, что в этом лесу огромное количество змей. Пока я ловил, прямо возле меня, проползла парочка. Они прошли одна за другой. На меня посмотрели и дальше поползли.

– Что? – с недоумением посмотрела на него Лена.

После этих слов, громко крикнув и смотря себе под ноги, она прижалась к Сергею. На что ответ он громко рассмеялся.

– Шучу! – обнимая ее, с улыбкой сказал Сергей. – Какие змеи? Они просто испугаются тебя. Такую змею как ты нужно еще поискать.

– Я с тобой не разговариваю! – пытаясь сдержать улыбку, Лена оттолкнула его от себя.

– Я пошутил. Ну, ты же знаешь, что я сказал это любя.

– Знаю. Иначе тебе мало бы не показалось.

После этих слов он вновь приобнял ее.

– Пойдем на твою полянку, – обняв Лену, Сергей пошел в направлении, куда она его вела.

– Как ты думаешь? – задумчиво спросила она. – Будем ли мы так же ходить вдвоем лет через тридцать?

– А почему вдвоем? – уточнил Колесников. – Не исключено, что с нами будут еще наши внуки.

– Внуки? Мы же еще даже не женаты! – смеясь, ответила Лена.

– А ты сомневаешься, что будут? Или ты задумала завести внуков от кого—то другого? Ну, все!

После этого он стал ее щекотать. Сопротивляясь, Лена не сдерживала свой прекрасный смех. Вырвавшись, она отбежала от него на несколько метров вперед.

– Что у тебя с лицом? – улыбка с ее лица исчезла в этот же момент.

– А что с ним? – с недоумением спросил Сергей.

– У тебя идет кровь!

Сергей почувствовал, как сверху по его лицу что—то течет. Попытавшись вытереть, он увидел, что вся его рука красная от крови. В этот момент, Колесников недоумением посмотрел на Лену.

– Что со мной? – глядя на нее, сказал Сергей. – У меня начинает кружиться голова.

После этих слов у него подкосились ноги. Сергей упал на колени. Кровь стала идти сильнее, заливая ему глаза. Он продолжал вытирать ее со своего лица. Лена подбежала к нему и, присев тоже на колени, взяла его за руки.

– Не уходи от меня снова! – смотря на него, она громко закричала.

– Я не пойму, что со мной происходит! – смотря на свои красные руки, ответил Сергей.

Сказав ей, он почувствовал, как что—то, в этот момент, тянет его назад.

– Я тебя не отпущу! – плача, продолжала держать его за руки Лена.

Неведомая сила стала сильнее оттаскивать Сергея, пока не вырвала его из ее рук. Взглянув на Лену, он увидел, как быстро отдаляется от нее. Изо всех сил Сергей пытался вырваться. Но все было тщетно. Неведомая сила тянула его назад. Громко плача, Лена сидела на коленях и провожала его взглядом.

Открыв глаза, он увидел, как синее небо мелькало между листьями деревьев. Под весом его тела трещали маленькие ветки. Взяв за руки, кто—то тащил его по земле.

– Я рад, что ты очнулся, – сказал Быков. – Сейчас я перетащу тебя на безопасное расстояние.

Колесников посмотрел на своего спасителя. На лбу у Быкова немного кровоточила небольшая царапина. На плече виднелся след красного цвета.

– Ты ударился головой, и тебя вырубило, – продолжал он. – Сейчас я тебя посажу у дерева. Старайся не двигаться.

– Что случилось? – тихим голосом спросил Сергей.

– Пока ничего не говори! – ответил ему Быков.

Дотащив до дерева, авиаинженер схватил Колесникова за подмышки и прислонил его к дереву так, чтобы он мог сидеть. Сергей почувствовал головокружение и шум в ушах. Голова раскалывалась от боли. Все было как в тумане. Приоткрыв глаза, он посмотрел прямо перед собой. В метрах пятнадцати от него лежал наклоненный вертолет. Из кабины шел черный дым. Своим носом вертолет был воткнут в землю, хвост был сверху и упирался на сломанное дерево. Лопасти вертолета были сломаны. Вывалившись из кабины, на носу вертолета, лежало окровавленное тело старшего пилота. В салоне, где недавно еще сидел Колесников со своими товарищами, неподвижно лежал мужчина в военной форме. Вокруг вертолета, сильно хромая и распыляя пену из огнетушителя, ходил без своих очков Логинов. Колесников слева от себя услышал крик. Обернувшись, он увидел, так же как и он, сидящего у дерева молодого мужчину. Возле которого сидели Березин и молодой биолог, держа окровавленный бинт в руках. Это был второй пилот.

Колесников попытался встать, превозмогая сильную боль в голове. Он почувствовал, как кровь продолжает течь по его лицу. Встав, он качнулся в сторону и снова упал. Очутившись на земле, он пополз в сторону людей. Приближаясь к ним, он понял, что двое пытаются оказать немедленную помощь вертолетчику. Услышав, что кто— то движется к ним, Березин оглянулся в сторону ползущего к ним Сергея.

– Колесников, не двигайся, тебе же сказали! – прикрикнул на него Березин.

Однако Сергей его не послушал. Ему хотелось в этот момент быть рядом с людьми. Подсознательно, он боялся, что его оставят одного. Хотя и понимал, что так, конечно, не будет. Приближаясь к ним, он увидел, как у молодого человека правая часть головы была полностью окровавлена. Шея и плечи были красными. Правая рука находилась в неестественном положении. Из шеи рекой шла кровь. Молодой биолог усердно пытался остановить кровотечение при помощи бинта из аптечки вертолета.

– Артерия перебита! – глядя на подполковника, сказал он.

В ответ на это, Березин молча глянул на Максимова. Затем перевел взгляд на пилота. Молодой человек стонал от боли. Он пытался что—то сказать, но кровь в этот момент сильнее выливалась из его раны на шее.

– Не двигайся! – присев перед ним и взяв его за руку сказал подполковник. – Ничего не говори. Все будет хорошо. Ни о чем не думай. Саша, ты слышишь? Смотри только на меня.

Из глаз молодого вертолетчика пошли слезы. Стонав от боли и страха, он смотрел на Березина. Оставшейся целой левой рукой, молодой пилот сильно сжимал руку разговаривавшего с ним подполковника.

– Тише, тише! – продолжал Березин. – Все хорошо! Я знал твоего отца. Мы с ним вместе прослужили не один год. Помню, как он радовался, когда ты поступил в летное училище. Мы тогда хорошо посидели. К сожалению, он не дожил до наших дней. Но я уверен, что будь сейчас здесь, он тобой бы гордился. Ты молодец. Сделал все, что мог. Мы живы благодаря тебе. Ты всех нас спас! Думай только о хорошем. Вспомни, как вы с отцом смотрели футбол. Как радовались, когда наши взяли Кубок УЕФА в 2005-м или как сборная дошла до полуфинала в 2008 году. А еще, с отцом вы раньше ходили на рыбалку. Вспомни, как хорошо тебе было в этот момент. Как встречали с ним рассвет после холодной ночи. Вспомни то розовое небо. Почувствуй это тепло, когда первые лучи солнца освещали вас. Как рассеивается темнота вокруг. Тепло сейчас пойдет по всему твоему телу и тебе станет хорошо.

Глаза вертолетчика начали опускаться. Пока не застыли в одном положении. Хватка его руки ослабла. Березин, немного подождав, положил ее на живот молодого человека. Наклонившись к нему поближе, он закрыл ему глаза. После чего, сев перед ним обратно, пытаясь не показать своих слез, он рукой прикрыл свои глаза.

Увидев кончину второго пилота, Колесников перевернулся на спину и тоже заплакал. Ему было жалко этого симпатичного молодого парня, у которого должна была быть вся жизнь впереди. Наверное, он, как и все, планировал жениться, завести детей, сидеть с внуками на пенсии. К сожалению, у него не вышло. И от этого Колесникову становилось не по себе. Он не знал, что будет теперь с теми, кто остался в живых.

В это время к нему подбежал Быков. В руках у него был бинт и перекись водорода.

– Я же сказал тебе, чтоб ты не двигался, – сказал авиаинженер. – Давай немного приподниму тебя. Сидеть сможешь? Тебе надо голову перебинтовать.

Быков схватил Колесникова за руки и потянул его на себя.

– Сиди и не двигайся! – сказал он.

– А где остальные? – тихим голосом спросил Колесников.

– Лучше не спрашивай. Плохо дело.

В этот момент к ним подошли Максимов и Березин. Присев рядом с ними, они стали смотреть, как Быков при помощи бинта перематывает голову Колесникову. Биолог ватным тампоном принялся вытирать лицо Сергея от крови.

– Живой? – спросил Березин, пытаясь не показывать свои пока еще красные глаза.

– Кажется, что живой! – ответил Колесников. – Где остальные?

– Все погибли! – вздыхая, сказал Березин. – Это все, кто остался. Сейчас подойдет Логинов. Он пеной из огнетушителя заливает пролившийся из бака вертолета керосин.

– Не рванет? – продолжая перематывать голову Колесникову, спросил у подполковника Быков.

– Не должен, – отвечал Березин. – Там вся электроника погорела. На всякий случай нужно отключить питание от аккумулятора. Вы, как авиаинженер, знаете, где он находится?

– Знаю, – посмотрев на подполковника, ответил Быков.

– Давайте хоть перекусим провода, которые идут от него. Чтоб исключить возможность искры. Нож у меня есть.

– Идем! – завязав узел на бинтах и похлопав по плечу Колесникова, Быков с Березиным направились в сторону вертолета.

Максимов продолжал тщательно вытирать лицо Сергею от застывшей крови.

– Спасибо, я вроде, уже пришел в себя, – сказал Колесников. – Дальше я смогу сам.

– Да я уже почти закончил, – сказал Максимов.

Колесников посмотрел на молодого окровавленного пилота, который со сложенными руками на животе, с закрытыми глазами неподвижно сидел у дерева.

– Что с ним произошло? – спросил он у Максимова.

– Во время аварии он ударился правым плечом об стойку вертолета так, что у него вывернуло руку, – посмотрев на сидящего пилота, сказал молодой биолог. – Разбилось стекло и разрезало ему шею в районе артерии. Держась за нее, он выполз на левом плече из кабины. Кровь фонтаном пробивалась через пальцы. У него не было шансов. Мы с Березиным оттащили его. А тебя нес Быков.

– Ты знаешь, – закрыв глаза и отвернувшись в сторону, сказал Колесников. – Я раньше никогда не видел смерть. Бывал на похоронах, конечно, и видел мертвых людей. Также фильмы смотрел. Но никогда не видел, как человек по—настоящему умирает. Как к нему приходит смерть на моих глазах. Это страшное зрелище.

– Понимаю, – ответил Максимов. – Со всеми случается, кто впервые такое видит.

В этот момент Колесников увидел, как Быков с Березиным, стоя в кабине вертолета, стаскивают с носа вертолета тело старшего пилота. Красный развод тянулся за пилотом. Вдвоем, взявшись за подмышки, они поволокли его в салон вертолета, где и уложили. После чего, вернувшись в кабину, стали что—то обсуждать, глядя на приборную панель.

– Встать сможешь? – спросил Максимов.

– Попробую, – ответил Колесников.

Взяв за руки, биолог потянул его вверх. Встав на ноги, Колесников ощутил слабость в ногах. Сильно болела голова.

– Ты как, Сергей? – подошел к ним Логинов.

– Спасибо. Я в норме.

Логинов продолжал немного прихрамывать. Плохо видя без очков, он немного прищуривался. Куда—то направляясь, он все время смотрел себе под ноги, чтоб не споткнуться. Военная форма на нем, как и у всех была грязная, местами с кровавыми подтеками. Внешний вид выживших людей соответствовал их нынешнему положению. Раненые и напуганные, они несмотря ни на что, продолжали держать себя в руках. Все работали как единый и слаженный механизм. Но в то же время, никто из них еще знал, как будет действовать дальше.

Окруженный пеной, вертолет лежал на зеленой траве. Место это было окружено березами и соснами. Поднимаясь высоко вверх, они распускали свои листья наверху, оставляя внизу лишь только голый ствол. В некоторых местах лежали каменные валуны, на поверхности которых ковром расположилась растительность. Лучи солнца с трудом пробивались сквозь густую листву деревьев. Поэтому люди находились в тени.

– Пойдем, поможем мужикам, – обратился, Логинов. – Сережа, может быть, пока отдохнешь?

– Нет, Эдуард Петрович. Я в норме, – ответил Колесников.

– Тогда пойдем. Только предупреждаю, Сергей, картина там ужасная.

Подходя к вертолету, Колесников увидел, как в салоне, сильно вывернув голову, на животе лежал мертвый инженер радиационной безопасности. Рядом с ним, с окровавленной головой в луже крови лежал майор Федотов. Глядя на это, Колесникова начало тошнить и снова закружилась голова. Он прислонился спиной к помятому корпусу вертолета. Некогда ранее, белый салон вертолета, был испачкан кровавыми подтеками.

Выходя из кабины и, складывая свой нож, Березин посмотрел на выживших людей.

– Нужно притащить тело бортинженера, – сказал всем подполковник.

– А вы его нашли? – спросил Логинов.

– Да, он лежит перед вертолетом. Слабонервным, лучше отойти, – Березин в этот момент посмотрел на Колесникова.

– Все нормально, – ответил Сергей.

– Максимов, поможете мне? – спросил подполковник у биолога. – Положим пока ребят в вертолете.

– Хорошо.

После этого они направились в сторону передней части вертолета. Выйдя из кабины, Быков, уже без своей фирменной улыбки, посмотрел на стоявших людей.

– До аккумулятора не добрались, – сказал он. – Но срезали провода, которые идут от батареи. Искры не должно быть.

Выйдя, он увидел, как выжившие люди, стоя рядом с вертолетом, внимательно смотрят в ту сторону, куда ушли Березин с Максимовым.

– Что стоите? – крикнул Березин. – Доставайте вещи из вертолета и несите их на безопасное расстояние от него.

– Давайте я буду вам подавать их из вертолета, – Логинов залез в вертолет и начал ставить загруженные, еще в Ванаваре, вещи, у выхода из салона.

Оттаскивая на безопасное расстояние снаряжение экспедиции, Колесников обернулся на стоявших возле тела борттехника людей. Они о чем—то говорили, при этом показывая что—то друг другу при помощи жестов. Через несколько секунд, Березин взял за руки борттехника и, развернувшись спиной, поволок его в сторону вертолета. Подождав немного, Максимов взял за ноги и тоже развернувшись, потащил разрубленную в районе живота вторую часть тела.

Увидев это, Колесников, неся снаряжение, отвернулся в сторону и закрыл глаза. За всю свою жизнь он никогда не видел столько ужаса и крови, как за эти несколько десятков минут. Их операция провалилась так и не успев начаться. Дальнейшая их перспектива была неизвестна. Выложив все вещи, Колесников смотрел, как затаскивают две половины тела в вертолет, где лежали остальные их товарищи.

Выйдя из вертолета, подполковник посмотрел в сторону, где находился сидящий и склонивший голову второй пилот.

– Снаряжение все вытащили? – спросил он у Логинова.

– Да, – кивнул головой пожилой мужчина.

– Хорошо. Тогда давайте теперь положим Сашу к остальным. После этого будем думать, что нам делать дальше.

Глава 6. Дальнейший план действий

– Давайте посмотрим, что у нас осталось! – сев на корточки рядом со всеми, Березин принялся разбирать выложенное из вертолета снаряжение. – Это моя сумка. Ее сразу ко мне.

Подполковник перекинул лямку от сумки себе через плечо.

– Надо проверить наши костюмы, – сидя на одной ноге и тоже разбирая снаряжение, сказал Логинов.

После этого он вытащил из большой сумки аппарат замкнутого цикла дыхания.

– Тяжелый же он, зараза! – скривившись, сказал Логинов. – Так, этот с виду не поврежден. Гофрированные трубки, кажется, целы. Я очки потерял и толком не вижу. Сергей, посмотри.

– А ну подвинься, Петрович, – подойдя к Логинову, сказал Березин. – Здесь сбоку на корпусе есть переключатель. Вам же говорили об этом в Ванаваре.

Найдя переключатель, Березин повернул его в положение «Включено».

– Понятно – не работает! – сказал он. – Так. Колесников, Максимов. Проверьте еще тот, что стоит с вашей стороны.

Послушавшись подполковника, они достали из сумки тяжелое устройство черного цвета с двумя гофрированными трубками.

– На вид, кажется, целый, – осматривая устройство, сказал Максимов.

– Да хрен с ним – с корпусом! – смотря на аппарат, ответил Березин. – Включите его.

Максимов наклонился и повернул переключатель.

– Не работает! – констатировал он.

– Так я и думал, – кивая, сказал подполковник.

– Почему у вас их делают такими хрупкими? – возмутился Логинов.

– Причем здесь мы? – перешел на громкий тон Березин. – Вся электроника погорела. Вертолет, думаешь, из—за чего упал?

– Ну, я подумал…

– Индюк тоже думал, Петрович! Да в суп попал. А мы в тайге оказались неизвестно где.

– Получается все, что связано с электричеством, теперь не работает? – вмешался Колесников.

– Получается, что не работает, – обратно перейдя на спокойный тон, ответил Березин. – Даже мои часы на батарейке остановились.

Колесников сражу же взглянул на свои.

– И мои не работают, – кивая головой, сказал Сергей.

– Ни у кого не работают, – махнув рукой, ответил подполковник. – Я думаю, что и самолет упал по этой же причине.

– Но ведь самолет пролетел дальше нас, – начал рассуждать Быков. – Он упал возле тарелки. А мы в 4 – 5 минутах полета от места высадки.

– Самолет по инерции дальше может пролететь после отключения двигателя, – присев на корточки, сказал Березин. – Вам бы этого не знать! Но я уверен, что нас сбили, как и Су – 27. Что—то типа электромагнитного импульса.

– Хорошие дела, – выставив свою поврежденную ногу вперед, сказал Логинов.

– У нас теперь нет ничего! – продолжал Березин. – Ни рации, ни телефона, ни аппарата вентиляции для костюма, ни центрифуги для выявления инфекций, ни радиодетектора, Даже маячок, который передает местоположение на вертолете, не работает.

– И что теперь? – спросил Колесников.

– Надо подумать! – взявшись за подбородок, сказал Березин. – Что в тех пакетах? Максимов, а Вы пока проверьте противогазы и коробки к ним.

Колесников с Быковым стали проверять обычные пакеты, которые вытащили из вертолета.

– Здесь есть термос, еда в закрытых формочках, хлеб, – осматривая один из пакетов, сказал Колесников. – Это обед летчиков и борттехника.

– У меня борщ в банке, голубцы и тоже термос. Наверное, в нем чай, – осматривая второй пакет, отчитался Быков.

– А что в этой черной сумке? – спросил Березин.

Колесников подвинул ее к себе, после чего открыл раздвижной замок в сумке.

– Тоже самое – чей—то обед.

– Понятно. Что там с противогазами?

Максимов, доставая из сумки фильтрующие коробки. Прислушиваясь, он тряс их возле своего уха. Те фильтры, которые прошли проверку, Максимов аккуратно выкладывал в ряд на траву.

– С фильтрами все нормально. Их десять штук, – закончив с последним, сказал он.

– По два фильтра на брата, – смотря на них, задумчиво ответил Березин.

После этих слов он повернулся ко всем.

– Подведем итог, – Смотря на уцелевшие вещи, сказал подполковник. – Что мы имеем? У нас есть костюмы с противогазами с десятью коробками к ним. Немного еды и жидкости. В кармане старшего пилота я нашел пачку сигарет и зажигалку. Другие вещи, которые были у пилотов, видать, вывались из кабины при ударе об деревья. Их пакеты остались в десантном отсеке, поэтому и сохранились. Еще у нас есть ракетница и несколько фальшфейеров. Их лучше всего оставить на ночь. Днем их трудно обнаружить. В вертолете есть инструменты. Еще у меня имеется нож. Это все, что у нас есть.

– Что будем делать? – спросил Быков.

– Наверное, будем ждать, пока за нами прилетят? – смотря на Березина, спросил Логинов.

– Не все так просто, – осматривая верхушки деревьев, ответил Березин. – Сейчас наши будут смотреть со спутника примерное место падения.

– Вот и отлично, – сказал Логинов. – Так они нас быстро найдут.

В этот момент подполковник молча посмотрел на него.

– Посмотри на вертолет, Петрович, – не оборачиваясь, Березин указал пальцем за свою спину. – Видишь его?

– Вижу, – прищуриваясь, Логинов посмотрел в сторону разбитого Ми—8.

– Какого он цвета?

– Камуфляжного.

– А теперь посмотри на листья деревьев сверху. Какого они цвета?

– Зеленого.

– Сходство есть?

– Я, кажется, понял.

– Получилось так, что вертолет как – бы занырнул в лес. Если бы он упал вертикально, его было бы лучше видно. Иными словами, в нашей ситуации, со спутника его увидеть будет сложно.

В этот момент все сидящие молча переглянулись между собой. Их надежда все больше угасала с каждым последующим словом подполковника.

– Получается, что самолет удалось заметить потому, что он белого цвета и среди деревьев его проще увидеть? – задумчиво спросил Быков.

– Так точно! – ответил Березин. – Скорее всего, при помощи общего снимка они не увидят ничего. После этого они начнут более детально изучать примерное место нашего падения. Также им периодически нужно будет отвлекаться на снимки пилота и объекта. Когда они нас обнаружат – неизвестно.

– Но ведь обнаружат же рано или поздно? – спросил Колесников.

– Рано или поздно обнаружат. Только когда? И не факт, что прилетят сюда?

– Что значит «Не Факт»? – встрепенулся Логинов.

– Петрович, нужно будет первым делом найти твои очки. Без них ты какой—то слишком нервный.

– Да причем здесь мои очки? Что значит «Не прилетят»?

– Представь себя на месте генерала Назаренко. Приземлился непонятный объект. Возле него разбился новый самолет и вертолет. Они уже, наверное, догадались тоже, что по нам бьют с электромагнитной пушки. На месте Назаренко будешь ли ты рисковать еще одним экипажем и группой солдат? Возможно, они высадят поисковую экспедицию где—то далеко от этого места и пойдут в нашу сторону. И когда они нас найдут? К тому времени у нас может закончиться вода. Они даже не знают – живы мы или нет.

– А если развести костер? Тогда они могут заметить наш дым со спутника? – спросил Логинов.

– Идея с костром неплохая, конечно, – посмотрев наверх, ответил Березин. – Но деревья здесь высокие и пока дым дойдет до верхушек, он уже рассеется. С общего снимка, я думаю, что не увидят.

– Тогда нужно зажечь в тот момент, когда более подробно будут фотографировать, наше место.

– А как мы узнаем, что в данный момент они просматривают именно наш квадрат?

– Нужен черный дым, – вмешался Колесников. – Его будет проще заметить. Нужно подумать, от чего может пойти черный дым?

– От пластмассы, – предположил Логинов.

– Хм! А где мы ее возьмем? – Березин обернулся, чтобы посмотреть на вертолет.

– Резина еще горит черным дымом, – сказал Колесников.

– Да где же ее взять? – развел руками Логинов.

– Шасси от вертолета! – развернувшись обратно, сказал Березин. – Дальняя шасси немного приподнята. Ее при помощи инструментов легко можно будет снять. После чего мы ее бросим в костер. Дыма от нее должно быть достаточно. Опять же – это все наудачу! Мы не знаем, в какой момент наши будут смотреть на это место. Но попробовать стоит.

Слова Березина были убедительными. Как военный человек, в этих вопросах он разбирался лучше всех среди находящихся здесь людей. Его слова звучали как команда. Его спокойствие и уверенность благоприятно сказывались на моральном духе оставшихся после аварии и находящихся рядом с ним людей. Однако, не смотря на это, тревога не уходила. Особенно после его последних слов.

– Какие ваши предложения? – спросил у Березина Колесников.

– Давайте подумаем, – ответил подполковник.

В этот момент Березин достал пачку сигарет старшего пилота. На пачке светлого фона виднелись пятна засохшей крови прежнего хозяина.

– Только начатая, – глянув на количество сигарет, сказал Березин. – Тысячу лет не курил. Будет кто—нибудь еще?

– Я буду! – сказал Быков.

– Дайте и мне одну, наверное, – махнув рукой, сказал Логинов.

Березин достал сигарету. Взяв ее в рот, он моментально прикурил при помощи зажигалки. После чего достал другую сигарету и прикурил ее от своей.

– Держи, Петрович, – вытащив изо рта, он протянул ему уже дымящуюся сигарету. – Газ нужно беречь. Хрен его знает – насколько мы здесь застряли.

Логинов сразу вспомнил свои студенческие годы, когда одна сигарета делилась между несколькими людьми.

– Держи, Валентин, – протянул руку Березин.

– Спасибо, – ответил Быков.

– Хм. На здоровье, – ухмыльнувшись с сигаретой в зубах и прищуривая глаз, подполковник уложил пачку сигарет в карман своего кителя.

– Валек, давай покурим? – сказал Колесников.

– Не вопрос! – ответил Быков.

– Дать тебе целую? – спросил у Сергея Березин.

– Нет, целую не хочется. Да и экономить надо. Сами сказали, что непонятно – насколько мы здесь.

– Логично, – одобрительно кивнул Березин. – Быстро схватываешь, Сергей.

После этого Березин уселся поудобнее.

– Что же касается вопроса о том, что нам делать дальше, – начал рассуждать подполковник. – Я вижу три варианта: первый – мы будем ждать помощь на этом месте. Нужно будет развести костер, попробовать этот трюк с колесом от вертолета, сделать ночлег, попытаться найти воду и надеяться, что скоро нас найдут. Однако у этого плана есть много минусов: не известно, сколько нам придется ждать. Есть ли здесь вода рядом – тоже не понятно. Не забывайте, что у нас тела в вертолете. Через день они начнут разлагаться. Мы здесь не сможем долго находиться. Конечно – это при самом худшем исходе. Однако его вероятность довольно велика. К тому же, сегодня к вечеру обещали дождь. Следовательно, что через несколько часов над нами будут тучи. Спутник ничего не увидит. Поэтому все нужно делать быстрее.

– А какой другой вариант? – массируя свою поврежденную ногу, спросил Логинов.

– Второй вариант – это идти всем на точку эвакуации. Ее наши точно будут отслеживать. Там легко будет нас заметить. Однако, опять же, имеется ряд минусов: мы не знаем, где сейчас находимся. Перед этим нам нужно определить наше местоположение. Только после этого мы сможем пойти по карте. Сколько это все займет – тоже загадка. И в тайге всякое может с нами случиться. Опять же – мы будем идти, и терять при этом энергию и влагу. Без достаточного количества воды и еды осуществить это будет сложно.

– Держи! – выкурив половину сигареты, Быков отдал ее Колесникову.

– Может получиться так, что пока мы определимся, где находимся и дойдем до точки эвакуации, сделаем большой крюк в несколько дней, – сказал Логинов.

– Ты же знаешь эти места, Петрович. Ты летал здесь раньше с экспедицией, – сказал Березин.

– Я пролетал здесь давно. И исследовали мы другое место. Оно находится в двухстах километрах от него. Над этим местом мы пролетали, но никогда здесь не были. С высоты, возможно, я бы еще понял, где мы находимся. Но в окружении этих деревьев, знаю не больше всех вас.

– Объект и самолет находятся возле небольшой горы. Относительно нее мы смогли бы продолжить свой путь в приблизительном направлении. Когда уже точно определимся со своим местоположением – тогда только сможем пойти дальше с помощью карты и компаса.

– Какой третий вариант? – спросил Колесников.

– А третий вариант – продолжить выполнение операции. Летели мы с запада. Пойдем в направлении, куда нам указывает нос нашего упавшего вертолета, – сказал Березин.

– А как мы пойдем без аппаратов замкнутого цикла дыхания? – спросил Логинов.

– У нас был риск изначально, – выдыхая дым и гася сигарету о траву, сказал Березин. – Просто сейчас риск стал выше. У нас остались фильтры для противогазов. По две коробки на брата.

– Насколько я помню, – сказал Логинов, затушив тоже свою сигарету при этом. – Целью миссии была разведка объекта. Мы должны были измерять радиационный фон и сделать снимки вблизи его. Как мы это сделаем, если у нас погорела вся электроника?

– Целью миссии было также спасение пацана из самолета! – на повышенный тон перешел Березин.

– А если он уже мертв? – спросил Логинов, тоже перейдя на повышенный тон.

– Час назад он еще был живой!

– А если он заражен?

– Возьмем для него костюм.

– Разве мы можем находиться в том месте без аппарата замкнутого цикла? – пытаясь разрядить нервную обстановку, спросил Колесников. – И помогут ли нам обычные фильтры?

– По сути, аппарат замкнутого цикла – это перестраховка, – вмешался Максимов. – Быть может, если находиться рядом с объектом и не контактировать при этом с ним, то можно ничем не заболеть. Даже при малой концентрации биологически активных организмов на некоторое время могут помочь и обычные фильтры для противогазов.

– Сколько по времени они будут действовать? – спросил Логинов.

– Все зависит от концентрации биологически активных организмов в том месте, – ответил Максимов. – При большой концентрации – несколько минут. При малой – несколько часов.

– Не знаю я, ребята, – вздыхая, сказал Логинов.

– Ладно, – махнул рукой Березин. – В любом случае мы будем дожидаться здесь ночи. Идти сейчас куда—то неразумно. Попробуем идею с костром. Ночью решим, что делать дальше. А сейчас все за работу! Мы с Валентином отсоединим колесо от вертолета. Вы трое займитесь ночлегом. Петрович, ты же помнишь свои экспедиционные вылазки в молодости? Вас наверняка учили выживанию в тайге?

– Было дело. Только бы вспомнить все это, – посмотрев на верхушки деревьев, сказал Логинов.

– Отлично. Так, мужики! Первым делом найдите хорошие дрова для костра. Делайте его возле будущего ночлега. Надеюсь, что все пришли в себя. За дело!

Глава 7. Обустройство ночлега

Березин и Быков направились в сторону упавшего вертолета. В свое отсутствие подполковник назначил старшим Логинова в вопросе выбора места и разведения костра. Он был не один раз в таежных экспедициях и знал основы выживания в этих местах. Березин полагался на его опыт и умения. Хотя Логинов и был в последний раз в тайге более тридцати лет назад, однако все позабыть он не мог. После своего маленького назначения профессор немного приободрился. Он почувствовал, что его знания и опыт выживания в дикой природе, превосходят знания других, находящихся рядом с ним, людей. Отсутствие очков, его очень беспокоило. Он не видел, что находится далеко впереди. Поэтому картина представления окрестностей была неполной. Он не понимал, как Максимов сумел сохранить свои очки целыми. Профессор попросил Березина и Быкова поискать их возле вертолета. Сейчас же он полагался на зрение Колесникова и Максимова.

– Так, ребята! – смотря по сторонам, сказал Логинов. – Нам нужно найти два дерева, стоящие друг возле друга на расстоянии примерно в два метра. Желательно, чтобы рядом с ними был какой—нибудь камень.

– А для чего камень? – спросил Колесников.

– Он будет как отражатель. Когда ночью будет гореть костер, большая часть тепла пойдет в наше укрытие, которое мы чуть позже с вами сделаем.

– Понятно, Петрович. Давайте пойдем в разные стороны, и каждый посмотрит в своем месте.

– Только далеко не уходите – заблудитесь. Ищите неподалеку. Я вижу, что здесь много рядом стоящих деревьев. Нам нужно найти камень, который должен находиться рядом с ними.

После этих слов они разделились и принялись искать подходящее место для будущего ночлега. Колесников посмотрел в сторону вертолета, из которого Березин с Быковым достали ящик с инструментами и поставили его на траву. Сидя на корточках, они искали в нем предметы, при помощи которых можно было снять шасси.

В этом месте тайги было очень душно. Растения выделяли слишком много влаги. Пару дней назад, в этом месте, прошел дождь. Под некоторыми кустарниками еще виднелась мокрая земля. Солнечные лучи не доходили до нее. Кустарников было много. На некоторых из них было много ягод красного цвета. Колесников не очень хорошо в них разбирался. Но при виде ягод, его настроение немного улучшилось. Он подумал, что когда закончится еда, которая досталась им от экипажа вертолета, голод можно будет утолить этими плодами, которых здесь было в достатке. Но перед их сбором нужно было посоветоваться с Логиновым. Также много было кустов орешника, под которыми были видны скорлупки съеденных плодов.

Сухие ветки то и дело трещали под ногами Сергея. Пробираясь по зарослям, он искал нужное место. Казалось, что звук в лесу совсем отличался от привычного шума в городе. Мир природы и человека совсем разнились друг от друга. Все навыки выживания в городской среде совершенно не работали в мире природы. От них не было никакого толку. Полезнее было на время их забыть.

– Кажется, нашел! – крикнул Максимов.

– Сейчас подойдем, – сказал Логинов.

Максимов стоял возле камня, поверхность которого была покрыта растительностью. Возле него росли две высокие березы, листья которых тихо шелестели.

– Годится, – сказал Логинов. – Ищите сухие ветки для костра, а также жердь, которую мы сможем закрепить между деревьями. Она послужит балкой для крыши нашего укрытия.

После этого Логинов подошел к камню и стал отдирать слой растительности с его поверхности. Дерн отрывался не очень охотно. Профессор нашел под ногами крепкую палку и с ее помощью дело сразу же пошло быстрее.

Отойдя на несколько метров, Колесников сразу наткнулся на старую длинную сухую ветку.

– Такая подойдет, Петрович? – подняв ее с травы, Колесников показал ее Логинову.

– Да, отлично! – обернувшись, ответил профессор. – Закрепи ее на этих двух деревьях. Высоту возьми примерно полтора метра от земли.

Послушавшись своего старшего товарища, Колесников подошел к двум деревьям с длинной сухой веткой в руках. Ее размеры превышали расстояние между березами. Примерив, он нашел в траве небольшую палку и при помощи нее нанес метку, где нужно было отсечь лишнюю длину. Взяв обратно ветку в руки, Колесников направился к рядом находящемуся дереву, ствол которого имел форму рогатины. Просунув в него, он отломил сухую ветку в нужном месте. Продолжая отрывать дерн от камней, Логинов время от времени оборачивался и контролировал действия своих младших товарищей. Вернувшись, с уже укороченной до нужной длины веткой, Колесников без труда закрепил ее между березами.

– Прекрасная работа, Сережа! – похвалил его пожилой профессор.

– Я, кажется, понял, что Вы хотите сделать, Петрович, – ответил Сергей.

– Вот и отлично! Здесь ничего заумного нет, на самом деле. Просто нужно мозги включить.

В этот момент подошел Максимов, держа в обеих руках хворост для будущего костра.

– Клади его возле камня, – сказал Логинов.

Оторвав, наконец, слой растительности с камня, он отложил его в сторону.

– Это нам пригодится, – сказал профессор.

– Эй, Петрович! – донесся крик Березина возле вертолета. – Мы нашли твои очки. Забери.

– Ох. Хоть какие—то хорошие новости, – поспешив в сторону вертолета, сказал Логинов.

Колесников в этот момент уже начал выкладывать поперечные жерди. Один конец он закреплял на балке, а другой же на земле. Ночлег стал приобретать форму прямого треугольника.

– У тебя неплохо получается, – укладывая хворост, похвалил Сергея Максимов.

– Нужны еще ветки, – ответил Колесников.

– Сейчас принесу.

Сергей тоже чувствовал, что у него действительно неплохо получается. Он поймал небольшой кураж. Потребность рождала идеи в его голове. Он не хотел останавливаться. Однако в этот момент, Сергей почувствовал легкое дуновение ветра. Листья деревьев наверху зашелестели. Ветки начали медленно качаться из стороны в сторону. В этот момент он увидел, как к ним со стороны вертолета, прихрамывая, бежит Логинов.

– Сережа, бросай пока все это! – тяжело дыша, сказал профессор. – Ветер поднимается. Он рассеет весь наш дым. Ищи ветки для костра скорее. Нужно уже зажигать.

Сказав это, Логинов подбежал к березе и с помощью ножа подполковника стал срезать с нее кору и сухую чагу. После чего быстрым темпом направился к костру.

Вскоре пошел небольшой дымок. Логинов непрерывно дул на разгоравшийся костер до тех пор, пока в нем не появилось открытое пламя.

– Бросайте, бросайте ветки скорее! – поправляя свои очки, на которых было треснуто одно стекло, кричал профессор.

Спустя несколько минут, сухие ветки охватило пламя. В это время показались Березин с Быковым, которые вдвоем катили колесо от вертолета, направляясь в сторону горящего костра.

– Ставим вертикально, Валентин, – подойдя к костру, сказал подполковник. – Поднимаем его и прислоняем к камню.

Приподняв вдвоем колесо, они закатили его на костер. Ветки костра захрустели под его тяжестью. Прогоревшие угольки взмыли вверх.

– Подкладываем ветки, мужики! – сказал Березин. – Нужен хороший дым. Ветер поднимается. Дело к дождю идет. Необходимо успеть!

Тем временем шорох листвы вверху становился громче. Ветки деревьев качало все сильнее. Видя это, остальные продолжали подкладывать сухие ветки в костер, из которого, опершись на камень, стояло колесо. Через некоторое время белый дым стал смешиваться с черным.

– Достаточно! – отряхивая руки, сказал Березин. – Сейчас нашу берлогу еще случайно спалим. Кладем ветки возле ночлега. Чтоб ночью было что подбрасывать.

Тем временем костер разгорался сильнее. Подкладывая ветки, люди выстраивались возле него. Каждый ждал, что план удастся и их заметят со спутника. Звук трескающихся веток усиливался. Белый дым начал сменялся черным. Высота пламени достигала около двух метров. Однако из—за ветра дым так и не доходил до верхушек деревьев.

– Подкладывайте ветки от сосен! – крикнул подполковник.

В этот момент все забегали, смотря себе под ноги. Логинов с помощью ножа срезал нижнюю ветку сосны и бросил ее в пламя. Каждый подносил то, что нашел под ногами. Дыма стало намного больше. Он окутал всех находящихся возле костра людей, которые то и дело закрывали глаза от его болезненного воздействия.

– Достаточно! – кинув последнюю сосновую ветку в костер, сказал подполковник.

Клубки дыма, немного поднявшись над костром, рассеивались, не доходя до нужной высоты. Поднявшийся ветер безжалостно уносил дым в сторону леса. Только лишь малая часть доходила до вершин деревьев.

– Не успели! – поджав губы и смотря вверх, сказал Быков.

– Надо было меньше болтать! – смотря на огонь, сказал Березин. – Я сам виноват. О планах нужно было вечером поговорить.

– Может все—таки заметят? – спросил Колесников.

– Не знаю, – сказал подполковник. – Может что—то и заметят. Однако мы попробовали. Если бы начали полчаса назад, то шансов было бы больше. В любом случае, теперь нужно готовить ночлег.

– Он почти готов, – сказал Колесников.

– «Почти» – не считается, Сережа, – сказал Логинов, осматривая строение. – Тут нужно много чего еще сделать.

– Петрович, командуй, – обратился к нему Березин.

– Для начала нужно закончить крышу, – продолжал Логинов. – Необходимо еще несколько поперечных жердей. Потом сверху мы положим более маленькие ветки. А на них уже будем укладывать слой дерна. Заканчивай с поперечными жердями, Сережа. А остальные ищите хворост и лапник, также срывайте слой дерна с камней.

Строительство ночлега стало продвигаться намного быстрее. Одни носили ветки, которых вокруг было достаточно. Другие, не без труда, срывали слой растительности с камней.

Через несколько минут крыша уже была готова. Логинов сидел внутри и смотрел наличие щелей сверху. По прогнозам должен был начаться дождь к вечеру. Поэтому крышу делали надежной.

Таким же образом, вскоре, защитили и боковые стороны ночлега. Поднимался ветер, и было необходимо оградить внутреннее пространство, чтобы в будущем из него не выходило тепло.

– Вот и отлично! – осматривая строение, сказал Логинов. – Ночлег готов. Должны пережить даже ливень с градом.

– Через несколько часов уже начнет темнеть, – сказал Березин. – Отдыхайте пока, мужики. А я схожу и посмотрю, где мы находимся. Кто пойдет со мной за компанию?

– Давайте я с Вами, – сказал Колесников.

– Пойдем, – кивнул подполковник. – А вы пока подумайте над едой. Нужно будет съесть то, что быстрее всего портится. Что там было? Борщ и еще что?

– Был борщ и голубцы, – ответил Быков.

– Вот с них и начнем, – сказал Березин. – А то пропадут, если не съедим сегодня. Пока мы ходим, вы разберитесь с едой. Петрович, верни мне мой нож.

– Товарищ подполковник, можно я пока его оставлю у себя, – сказал Логинов. – Я хотел сделать лейки из бересты для наших фляг. Если будет дождь, то так будет попадать больше воды в них.

– И с чем ты предлагаешь нам идти на разведку? – развел руками Березин. – Вдруг мы встретим диких животных? Ладно. Пойдем хоть отвертки возьмем в инструментах. С ними, все же, будет спокойнее.

Подойдя к инструментам, подполковник и Колесников принялись искать подходящее для себя оружие.

– Бери что—нибудь колющее, – перебирая инструменты, сказал Березин.

– Плоская отвертка подойдет? – спросил Колесников.

– Самое то! Я возьму такую же. Хотя можно и ключ какой—нибудь побольше. В случае чего – им можно хорошенько огреть. Возьму еще этот разводной ключ. С ним спокойнее.

В этот момент Колесников посмотрел на вертолет. Засохшие потеки крови были видны на помятой обшивке вертолета.

– Пойдем, Сергей, – увидев его взгляд, сказал подполковник.

Поднимаясь, Березин просунул разводной ключ через ремень. Последовав его примеру, Колесников, так же, прихватил с собой похожий инструмент.

– Поддерживайте огонь, – проходя мимо, всем сказал подполковник.

– Подождите! – догоняя их, крикнул Логинов. – Я сделал пакет из бересты. Между делом насобирайте брусники. Это такие ягоды красного цвета. Они хорошо утоляют жажду. Мы тоже потом насобираем.

– Мы скоро придем, – сказал Березин. – Если заблудимся, то отвечайте на наш крик.

– Запоминайте все вокруг – тогда не заблудитесь.

– Мы пойдем на юго—восток. Это сторона, куда направлен нос вертолета.

– Хорошо. Только не задерживайтесь.

Через несколько минут упавший вертолет скрылся за деревьями. Держа в руках отвертку и компас и пробиваясь сквозь заросли, Березин шел впереди. Колесников, отмахиваясь от комаров, следовал за ним. Казалось, что все вокруг не меняется. Один и тот же пейзаж преследовал идущих людей.

– Как твоя голова, Сергей? – идя впереди и не оборачиваясь, спросил Березин.

– Вроде лучше, – поправляя повязку на голове, ответил Колесников.

– Знаю, что не такого вы все ожидали. Вы, наверное, думали, что летите навстречу каким—то приключениям, к разгадке тайн или еще к чему—то. Признаться, я сам не ожидал такого исхода. Открою тебе небольшую тайну. Мы предполагали, что у них есть электромагнитное оружие. Однако не предполагали, что оно работает на таком большом расстоянии. Они подпустили пилота самолета близко к себе. А нас сбили за несколько десятков километров.

– Хотите сказать, что это была ловушка?

– Кто их знает? Все может быть.

– К какому дальнейшему плану действий вы склоняетесь?

– А ты?

– Я не знаю. Врать не буду, хочется, чтобы побыстрее забрали с этого места. Однако мысль о пилоте не дает покоя. Сейчас я очень хочу поскорее вернуться домой. Но точно знаю, что когда все закончится, буду корить себя за то, что струсил пойти за летчиком.

– Я смотрю – ты нормальный мужик. Твое желание понятно. Однако у меня есть приказ. И должен его выполнить. В сложившейся ситуации, я не хочу, чтобы вы все погибли. Идти туда без закрытой системы дыхания – это большой риск. Вы как хотите, но я в любом случае пойду за пилотом. Да, операция провалилась. Мы не сможем измерять радиацию вокруг объекта. Но попытаться помочь пилоту – необходимо. Один взгляд Саши, мне теперь запомниться на всю жизнь. Поэтому приложу все усилия по спасению этого летчика. Тем более, я с ним тоже пересекался пару раз. Хороший мужик. Не хватало, чтоб и он мне потом снился.

– Вы же понимаете, что идти в одиночку по тайге, на такое расстояние – очень опасно. Вы также не знаете, что может ожидать рядом с объектом.

– Когда я поступал в военное училище, я понимал, что моя будущая профессия будет связана с риском. Что сейчас изменилось? Ровно ничего, Сергей. Поэтому ничего особенного здесь нет. Единственно отличие состоит в том, что мне не известно с кем мы имеем дело.

После этих слов, смотря вперед, подполковник остановился.

– Видишь небольшой холм впереди? – сказал он.

– Да, – ответил Сергей.

– Давай заберемся на него. Может быть, с него что—то увидим.

Перед ними распростерлась небольшая возвышенность. Ее подъем был не очень крутой. Поэтому на холм можно было спокойно забраться.

– Вот куст с брусникой, – проходя мимо, сказал Березин.

– На обратном пути соберем? – спросил Сергей.

– Да. Мне не терпится забраться на холм и посмотреть вокруг.

Подъем не занял много времени. Иногда Березин подавал руку взбирающемуся за ним Колесникову. На холме, деревья росли реже, чем в низине. Взобравшись наверх, перед ними простерся огромный и бескрайний пейзаж тайги, которая находилась ниже. Внизу располагался крутой уклон, состоящий из острых, как бритва, камней. В некоторых местах, из—под них, навстречу солнцу, пробивались немногочисленные деревья. На горизонте виднелись серые кучевые облака. Местность вдали состояла из холмов с уступами. Одна небольшая возвышенность сменяла другую. Вдали можно было разглядеть небольшую речку, русло которой извивалось как змея, которая тихо ползет, ища свою добычу.

Стоя на краю холма, Березин достал карту и компас.

– Отлично! – сказал подполковник. – Благодаря этой речушке, мы сейчас поймем где находимся.

Он сел на траву и расстелил на ней, некогда ранее, свернутую карту.

– Получается, что мы сейчас находимся на высоте 429 метров, – водя пальцем по карте, задумчиво сказал Березин. – Это здесь! А эта речка называется Большая Ерема.

– Никогда о такой реке не слышал, – склонившись над картой подполковника, сказал Колесников.

– Здесь много рек, – после небольшой паузы задумчиво ответил Березин. – Мы не так уж и далеко от места падения объекта. По карте, он примерно в восемнадцати километрах от нас. Упавший объект находится неподалеку от высоты 614 метров.

После этих слов Березин поднялся, держа карту и компас.

– Вот наша гора, – показывая рукой куда—то вдаль впереди себя, сказал подполковник. – Рядом с ней должен находиться объект и наш разбившийся самолет.

Заветная высота виднелась позади многочисленных холмов, вдали, на горизонте. Окутанная небольшим туманом, в этот момент, она казалась очень таинственной. Где—то снизу от нее, в густых лесах, скрывался ответ на один из самых главных вопросов всего человечества. Тайна, до которой оставалось восемнадцать километров.

– Это будет тяжелый путь! – подумал про себя Колесников. – Пробираясь по лесу и через реку – это может занять не один день. До вечера следующего дня – не успеть. Значит, придется заночевать в нескольких километрах от объекта. А выходить придется на рассвете следующего дня.

– Приземлиться мы должны были за тем холмом, что впереди нас, – сказал Березин. – Радует то, что мы теперь знаем, где находимся. Однако придется форсировать реку. Но кажется, что она не глубокая. Болот еще там много. «Веселый» будет путь.

Березин свернул карту и положил ее обратно в карман своего кителя. Сняв кепку, он протер свой взмокший лоб.

– А вот это уже интересно! – надев камуфляжную кепку, подполковник посмотрел на землю под травой. – Смотри, Сереж!

– Что там? – подойдя к нему и посмотрев вниз, спросил Колесников.

Березин носком сапога отодвинул листья травы, для того, чтоб можно было лучше разглядеть под ней землю.

– Видишь след? – спросил он у Колесникова.

– Вижу! – ответил Сергей. – Кто это? Волк?

– Похоже на то, – тут же посмотрев по сторонам, ответил Березин.

– Может, местный охотник с собакой проходил?

– Да какой охотник? Тут до ближайшего поселка – более пятидесяти километров. Если судить по следу, то каких же размеров должна быть собака? Нужно будет следить ночью за костром, чтобы он не потух. Когда пойдем обратно, не выпускай отвертку из рук. За спиной нужно будет поглядывать. Пора возвращаться к мужикам. Тучи уже близко, да и ветер становится все сильнее. Нам еще нужно брусники нарвать по приказу Петровича.

Глава 8. Разговор у костра

По возвращению Колесникова и Березина, оставшиеся люди находились возле костра, разбирая пакеты с обедом. Быков с Максимовым, сидя на корточках, изучали весь ассортимент доставшейся им еды. Рядом стоял Логинов и что—то при этом им говорил.

– Как вы? – подойдя к собравшимся, спросил Березин.

– Думаем, с чего бы начать наш ужин? – посмотрев на подполковника, ответил Быков.

– Петрович, мы насобирали немного ягод, – протягивая Логинову стакан из бересты, сказал Колесников.

– Хорошо, – улыбнулся Логинов. – Пока вас не было, мы тоже насобирали немного брусники.

Взяв у Сергея пакет с ягодами, профессор положил его внутрь укрытия, где уже стояли две небольшие тары.

– Как вы сходили? – вылезая из ночлега, спросил Логинов. – Есть понимание, где мы находимся?

– Да, Петрович, есть понимание, – ответил Березин.

– И где же мы? – замерев на месте, внимательно смотря на подполковника, спросил Логинов.

Разбиравшие пакеты Быков с Максимовым также замерли в ожидании.

– Мы в восемнадцати километрах от объекта, – сказал подполковник. – Немного не долетели до точки высадки.

– А как вы узнали об этом? – поправляя очки, Логинов продолжал задавать вопросы.

– Ох, Петрович, – ухмыльнулся Березин. – Не завидую я твоей жене. У тебя на один ответ десять вопросов. Мы сейчас находимся на холме. С Сергеем мы поднялись на его вершину. С нее хорошо видно окружающую местность.

– И что же вы увидели?

– Внизу увидели реку Большую Ерему. По ее руслу мы поняли, где сейчас находимся. Так же заприметили гору, возле которой должен находиться объект и самолет.

– Вы видели их? – широко раскрыв глаза, спросил Логинов.

– Нет, мы видели только часть горы. Прилегающая к ней местность скрыта за стоящим впереди холмом.

– Как же они нас сбили, если обзор им преграждает холм? – задумчиво спросил Быков. – Не мог же электромагнитный импульс пройти сквозь небольшую гору?

– Мы же летели на вертолете, – отвечал Березин. – Быть может, что набрали такую высоту, при которой, холм не был помехой для выстрела.

– А что за местность? – спросил Логинов.

– Такая же: лес кругом, холмы, река, болота.

– Понятно, – взявшись за подбородок, задумчиво ответил Логинов.

– Еще мы нашли волчий след, – добавил Колесников.

В этот момент все, кроме Березина, внимательно на него посмотрели.

– Вы уверены, что это след волка? – продолжая все время поправлять очки, спросил Логинов.

– Ну, ни собаки же! – посмотрев на Березина, ответил Колесников. – Охотников здесь нет. До ближайшего поселка более пятидесяти километров.

Подполковник тут же ухмыльнулся, глядя на него. Но в ответ ничего не сказал.

– Старый след? – продолжал допрос Логинов.

– Хрен его знает! – ответил Березин. – Я не сильно разбираюсь в этом. Но точно знаю, что это волк. Потому что у остальных животных другие следы. А этот как у большой собаки. Но, как гениально подметил Сергей, до ближайшего поселка более пятидесяти километров. Поэтому собака исключена. Прихожу к выводу, что это волк.

– Это плохо! – почесав голову, ответил Логинов. – Возможно, что эта территория для их охоты. Или у них рядом логово. Не забывайте, что у нас в вертолете лежит пять тел. А волки хорошо чувствуют запах крови.

– Сейчас пойду и закрою дверь из кабины вертолета, – сказал подполковник. – Так они не заберутся туда.

Сказав это, Березин направился в сторону вертолета. За ним, прихрамывая, следом пошел Логинов.

– Что вы там еще увидели, Сереж? – спросил Быков.

– Больше ничего особенного, – ответил Колесников. – Березин сказал, что в любом случае пойдет за пилотом, даже если никто не захочет.

– Если за нами не прилетят к тому времени.

– Мне кажется, что он настроен идти, даже если за нами сюда придут.

Тем временем тучи уже заслонили собой солнце. Стало немного прохладнее. За несколько минут сильно потемнело. Ветер не утихал. Однако на радость людям, в лесу он не так сильно ощущался, как где—нибудь на открытом пространстве.

Вернувшись, Березин с Логиновым предложили всем начать ужин. На что остальные, с удовольствием, согласились. Как и обговаривалось ранее, первым делом решено было съесть продукты, которые могли в скором времени испортиться. Среди таковых оказался борщ и голубцы, которые ранее принадлежали экипажу Ми—8. Остальное же, решено было оставить на следующий день. В режиме экономии это был роскошный ужин.

Борщ находился в стеклянной банке. Решено было его подогреть при помощи тлеющей ветки, прислонив ее. Голубцы были в пластмассовой таре. Их решили есть холодными. Столовые приборы же предусмотрительно лежали в каждом пакете.

– Начнем с борща, – усевшись со всеми рядом у костра, сказал Березин. – Мысленно разделите содержимое банки на пять частей. Съев свою часть, передавайте ее следующему. С голубцами поступим точно также.

Первым банку с борщом взял Быков. Держа двумя пальцами за горлышко, он аккуратно поднес ее к себе.

– Надо сказать, этот борщ вкуснее, чем мы ели в Ванаваре! – попробовав на вкус разогретое первое блюдо, вновь заметил авиаинженер.

– Он же домашний, – сказал рядом сидящий с ним и следующий на очереди, Колесников.

– Если бы вы все попробовали борщ, который делает моя жена, – улыбнулся Березин. – То другой никогда бы уже не ели.

– Я правильно понимаю, что вы не будете? – спросил Логинов. – Сережа, как поешь, передавай его сразу мне. Подполковник не хочет.

В этот момент все рассмеялись. Даже Березин, над которым только что пошутили, не смог сдержать свой смех. Это была важная пауза. На пару секунд люди позабыли о том, что с ними случилось несколько часов назад. Несмотря на бедственную ситуацию, этот смех всем внушил небольшой оптимизм. Быть может, их уже заметили и в скором времени прибудет помощь. В любую секунду группу могли окликнуть спасатели, которые пришли за ними. Надежда всегда должна оставаться, несмотря ни на что. Даже если остался один шанс на миллион – в него необходимо верить. Понимая это, некоторые люди, находясь у костра, иногда посматривали по сторонам и прислушивались в надежде, что где—то там, за деревьями, мелькнет человек в военной форме или послышится летящий к ним, спасательный вертолет.

– Ты знаешь, Петрович, – продолжая улыбаться, сказал Березин. – Вначале я думал, что ты типичный и занудный профессор, который помешан только на своей науке и больше ничего вокруг не видит. Но я в тебе ошибался. Видно, что молодость у тебя была веселая, как я понял.

– Молодость была, как и у всех в те годы, – смотря на горящий огонь, отвечал Логинов. – Было все: поездки на картошку, клуб, учеба, экспедиции. Вспоминая свою молодость, я не о чем не жалею. Да, безусловно, были ошибки. А кто их не совершает, будучи молодым? Но если бы мне предложили прожить свою жизнь как—то иначе, я бы отказался.

– Держи, Серый, – Быков передал банку с борщом и ложкой.

Отдав первое блюдо Колесникову, Быков принялся есть холодные голубцы.

– А жена твоя сейчас чем занимается? – спросил у Логинова Березин.

– Как и любая женщина, которая на пенсии – домашними делами, репетиторством. Она в школе отработала сорок лет учителем математики. На дачу иногда выезжаем. С внуками сидим, когда нам дети их оставляют на ночевку.

– Наверное, ей памятник нужно поставить, раз она тебя столько лет терпит, – сказал Березин. – Я несколько часов тебя знаю и мне уже пару раз хотелось тебя здесь в лесу где—нибудь одного оставить.

В этот момент все засмеялись снова. Даже молчаливый Максимов широко улыбнулся. Потихоньку коллектив начинал сплачиваться. В данной ситуации это было просто необходимо для каждого из них.

– А ты женат, Игорь Валерьевич? – улыбаясь после ответной шутки в свой адрес, спросил Логинов.

– Да. В следующем году будет уже двадцать лет как женат, – ответил подполковник.

– Тоже несчастная женщина! – кивая головой, ответил профессор. – Как же она все эти годы жила?

– Петрович, – улыбаясь, сказал Березин. – Не начинай. Уже не актуальная шутка.

– Чем она у тебя занимается?

– Она работает продавцом в магазине.

– А дети есть?

– Да, две дочери. Старшая на втором курсе в медицинском институте учится, а младшая – в седьмом классе.

– Держите, Игорь Валерьевич, – передавая банку с борщом Березину, сказал Колесников.

– И ты держи, – обратился Быков к Колесникову, передавая пластиковую тару с голубцами и лежащей в ней вилкой. – Вкуснее, конечно, когда они разогретые. Но, так – тоже ничего.

– Там в подливе присутствует сметана, – начал Логинов. – Если мы их сегодня не съедим, то они пропадут.

– Все то Вы знаете, Петрович, – с улыбкой, открывая термос с чаем, ответил ему Быков.

– Сильно много не пейте, – сказал Логинов. – Потом ягодами утолите жажду.

– Как скажете, Петрович, – с улыбкой ответил Быков.

– Ну, а ты, Валентин, женат? – спросил Логинов.

– Я разведен уже как два года.

– Чего так?

– Не знаю. В один момент не поняли друг друга.

– Дети есть?

– Да. Сыну 14 лет. С матерью живет и с отчимом.

– А ты где живешь?

– С отцом и с матерью в частном доме.

– А с сыном общаешься? – стуча ложкой внутри банки, спросил Березин?

– Приезжает иногда в родительский дом. На рыбалку ходим с ним иногда, в кино или по магазинам.

– Что это она себе позволяет, стерва такая? – возмутился Логинов. – Что ей еще нужно было? Чтобы ты денег больше приносил? Пацану только жизнь отравляет, живя с чужим мужиком. А отец отдельно. Что ему даст дядя, которому нет никакого дела до чужого ребенка?

– Петрович, ты чего опять завелся? – развел руками Березин. – Лучше поешь. Может, ты нервный, когда голодный?

– Да, все нормально! – сказал Быков. – Когда люди разводятся – это их общая вина. Быть может, я ей не дал того, чего она хотела. Сам виноват, что не удержал свою женщину.

– Какая разница? – продолжал возмущаться пожилой профессор. – Мужчина или женщина? У вас есть сын и вы должны ради него терпеть все ваши недопонимания. Если бы после каждой нашей ссоры с Анастасией Игоревной мы разводились, то не понятно, что было бы сейчас с нашими детьми.

– Петрович, – посмотрел на него Березин. – Успокойся ты уже!

– Ладно, все! – махнул рукой Логинов. – Просто в наше время такого не было. А сейчас, все, как с ума сошли.

– Было всякое! – посмотрев на него, сказал Березин. – Просто в советское время об этом меньше говорили.

Колесников передал тару с голубцами подполковнику. После чего Быков дал ему крышку термоса с налитым чаем.

– Ну, а ты Сереж? – спросил Быков. – Расскажи теперь о себе. Ты женат?

– Нет, – ответил Сергей. – И никогда не был.

– Детей тоже нет? – не отрываясь от борща, спросил Логинов.

– И детей нет.

– А невеста то хоть есть?

– И невесты нет.

– Раньше была? – Логинов продолжал свой допрос.

– Когда—то была.

– Несчастная любовь? До сих пор любишь ее?

После этого Колесникову стало немного не по себе. Задумавшись, он молча смотрел на огонь. Улыбка, вызванная шутками подполковника и пожилого профессора, исчезла с его лица. Эту реакцию заметили другие. Увидев паузу в его ответах, подполковник, обернувшись, посмотрел на него.

– Как—то не сложилось! – с серьезным лицом, ответил Колесников.

– Да что ты пристал к человеку, Петрович? – Березин обратился к Логинову. – Видишь же, что он не хочет говорить на эту тему.

– Один живешь, Сереж? – спросил Быков.

– Да, в однокомнатной квартире в городе. Мать живет в деревне с бабушкой. Есть еще старший брат. Но после смерти отца, я с ним больше не общался.

– Я тебе вот что скажу, Сережа, – не отрываясь от борща, обратился к нему Логинов. – Как бы там не было, ты еще встретишь свою любовь. Оно даже и лучше. А то слишком рано женятся, а потом многие пары разводятся. А ты сделаешь свой выбор уже в сознательном возрасте. К настоящему чувству надо быть готовым. Всему свое время. Все приходит вовремя для тех, кто умеет ждать.

– Ну да! – держа в обеих руках крышку термоса с чаем, ответил Колесников.

Разговаривать на эту тему Сергей очень сильно не любил. Он всегда старался обходить ее стороной. Для него это было табу. Все, кто его хорошо знал, никогда не заводили разговор на эту тему при нем. Они прекрасно знали, какая реакция последует после этого. Окружающие поговаривали, что он является однолюбом. И после того, как у него не сложилось с Леной, прочили ему сложную жизнь.

В это самое время Колесников почувствовал, как редкие капли стали падать на его перевязанную бинтом голову. Посмотрев наверх, он увидел, что все небо было уже затянуто серыми тяжелыми тучами. Где—то вдали слышны были раскаты грома. Немного похолодало. Вокруг стало очень быстро темнеть.

– Кажется, дождь начинается, – сказал Колесников.

– Сколько сейчас время? – спросил Быков.

– Часов семь вечера, – ответил Березин. – Скоро начнет темнеть.

– У нас все готово к дождю? – спросил Березин у Логинова.

– Да! – кивнул профессор. – Дрова на ночь мы накрыли. Фляжки стоят для сбора дождевой воды. Все сумки сложили под вертолет.

– Отлично! – ответил подполковник.

– А Вы – наш молчаливый друг, – Логинов, передавая банку с борщом, обратился к молодому биологу. – Что можете рассказать о себе?

– Я тоже живу с родителями в городе, – смущенно ответил Максимов.

– Детей тоже нет? – спросил профессор.

– Нет, – тихо ответил, Максимов.

– Как Вы видите дальнейшее развитие событий?

– Если честно, я не знаю. Надеюсь, что за нами прилетят.

– А ты сам, Петрович, что думаешь? – спросил у него Березин.

– Ну, я так же не знаю, – пожал плечами профессор. – В любом случае, куда я пойду со своей ногой? Буду ждать здесь – возле вертолета. А ты что, Игорь Валерьевич, собрался идти?

– У меня приказ. Я в любом случае пойду, – сказал Березин, передав ему голубцы.

– А что остальные думают? – спросил Логинов.

– Я тоже пойду, – сказал Колесников. – Плевать, что это рискованно. Не хочу себя потом корить, что испугался.

– Сережа, тебя брали в качестве переводчика, – ответил Логинов. – К этому кораблю никто не пойдет теперь, если я все правильно понял.

– Я знаю. Но вдруг пилот ранен и его придется нести обратно. Еще один человек не помешает.

– А ты, Валентин? – спросил у Быкова профессор.

– Да и я, наверное, пойду, – ответил он. – Не люблю оставлять дела незавершенными. Мне, как инженеру, хочется издалека глянуть на эту штуку.

– Выходит, что все герои, а я получается, трус? Так, что ли? – возмутился Логинов. – А ты, мой милый молчаливый друг, что решаешь?

– Не знаю, – пожал плечами Максимов. – Я, наверное, тоже останусь.

– Хоть мне не будет скучно, – ответил профессор.

– Ладно, – махнув рукой, сказал, Березин. – У всех еще есть время подумать до утра. Если наши не придут, то отправляемся рано утром.

Тем временем дождь усиливался. Темнота медленно начала поглощать все окружающее пространство. Уже было не видно вертолет, который находился в двадцати метрах от сидящих у костра людей. Не слышно стало и птиц, которые весь день, не переставая, пели.

– Пора перебираться в нашу берлогу, – сказал подполковник.

Послушавшись его, все дружно отправились в укрытие, оставив опустошенные тары под дождем, взяв лишь с собой только термос с чаем.

– Спасибо ребятам за еду! – сказал вслух Березин. – Надеюсь, что они на нас не обижаются.

После этих слов он достал из кармана пачку сигарет и вытащил из костра тлеющую ветку.

– Кто будет? – раскрыв пачку, подполковник протянул ее находящимся в самодельном укрытии людям.

На что в ответ Быков и Логинов достали себе по одной сигарете. После этого Березин положил пачку сигарет обратно себе в карман. Прикурив от тлеющей ветки, он передал ее остальным курящим.

– Если никто не возражает, свою сумку я оставлю здесь, – сняв ее сплеча, сказал Березин. – Там карта и компас и еще всякая ерунда.

– Хм, я вот так, в последний раз, вечером в лесу, у костра, сидел на рыбалке, – улыбнувшись, сказал Колесников.

– А я в такой же экспедиции, – лежа на животе и смотря на огонь, сказал Логинов.

– Наверное, это было еще при Царе—Горохе или когда еще динозавры бегали, да Петрович? – посмотрев на профессора, сказал подполковник.

– Скорее бы ты уже спать улегся, Игорь Валерьевич, – вздохнул Логинов.

– Как вы думаете, о чем сейчас разговаривают в штабе? – смотря на огонь и выдыхая табачный дым, спросил у всех Быков.

– Не знаю, – пожал плечами Березин. – Генерал там, наверное, на уши всех поставил. Знаю то, что помощь они отправят в любом случае. Только, как и когда, они нас найдут – неизвестно.

– Кстати, если бы у нас все прошло, как и было запланировано, то мы бы сейчас возвращались обратно на вертолет, – сказал Колесников.

– Может быть, уже летели бы обратно, – улыбнувшись, ответил Быков. – Завтра бы уже домой прилетели, а потом отпуск и санаторий.

– Побудете еще в отпуске и в санатории, – смотря на огонь, грустно ответил Березин.

– Я бы поехал куда—нибудь на Юг, в санаторий, – продолжил мечтать Быков. – Там, говорят, хорошо. Минеральные источники, а еще там…

– Тихо, – перебил его подполковник. – Все слышали?

– Что слышали? – спросил Логинов.

В этот момент, все тут же замолкли, прислушиваясь к звукам из темноты. Был слышен только треск дров в костре и идущий небольшой дождь. Вслушиваясь в темноту, сидевшие в укрытии люди, молча смотрели друг на друга, время от времени наблюдая за действиями Березина.

– Что ты услышал, Игорь Валерьевич? – шепотом спросил Логинов.

– Тихо вам говорю, – поднеся палец ко рту, сказал Березин.

В этот момент где—то впереди них из темноты донесся протяжный жалобный вой.

– Твою мать! – Воскликнул Быков. – Это волки!

Все сразу же переглянулись между собой. Кто лежал – моментально же подскочили.

– Все—таки они нашли нас! – бросив сигарету в костер, сказал Березин. – Возможно, они почуяли нашу еду.

– Или запах тел в вертолете, – посмотрев на всех, продолжил Логинов.

– Главное, чтоб костер у нас продолжал гореть, – сказал Березин. – Нужно будет все время его поддерживать. Если пойдет ливень, то он может потушить наш костер. Тогда у нас могут начаться серьезные проблемы. Путь к нам лежит через огонь – это наша защита. Нужно его поддерживать так, чтоб заготовленных дров хватило до утра.

– Факел бы сделать и посмотреть, что у вертолета, – сказал Колесников.

– Никаких факелов! – строго сказал Березин. Ночью из укрытия никуда не выходить. Чтобы не случилось – всем оставаться здесь!

– А если в туалет? – спросил Логинов.

В этот момент подполковник немного вылез из укрытия, чтобы взять банку, в которой раньше был борщ.

– Если что, то в эту банку сходите в туалет, – сказал он. – Потом ее, просто, выставите наружу. И еще раз повторяю: никто не должен выходить из укрытия! Иначе – это верная смерть!

– Как же спать теперь? – спросил у него Быков.

– Организуем дежурство, – ответил Березин. – Примерно по два часа каждый. Если ты не против, то начнем в том порядке, как мы сейчас находимся. Ты – первый, после тебя будет Сергей, потом я, и так далее.

– Без проблем! – ответил Быков.

– Если что—то начнется или они подойдут к нам близко, то буди всех немедленно. Это всех касается. И смотрите – не усните. Иначе мы рискуем проснуться завтра не в полном составе. Не забывайте поддерживать огонь. А теперь предлагаю лечь спать. Силы нам завтра еще понадобятся.

Глава 9. Страх под покровом ночи

– Как ты? – зайдя в аудиторию, где преподавала Лена, спросил у нее Колесников.

– Что—то я устала сегодня, – сидя за столом и опершись головой о руку, ответила Лена.

Закрыв дверь в аудиторию, Колесников подошел и, наклонившись, обнял ее. Не вставая со своего места, она прислонилась к нему головой и нежно взяла его за руку. Поцеловав ее в щеку, Сергей направился в сторону первой парты и сел напротив Лены.

Она была очень грустной в этот момент. Лицо было бледного цвета. Казалось, что ей было тяжело произносить каждое слово. Пытаясь скрыть свой недуг, она слегка улыбалась.

– Что—то ты сегодня, действительно, выглядишь не очень, – глядя на нее, сказал Колесников.

– Хочешь сказать, что я некрасивая? – грустно усмехнулась Лена.

– Опять эта женская логика! – подкатив вверх глаза, сказал Сергей. – Ты, как всегда – очень красивая, но у тебя сегодня какой—то уставший вид.

– Сегодня – пасмурно. Может, у меня из—за этого давление низкое?

– Давай я тебя отпрошу на сегодня у Аркадия Петровича. А если и завтра так же будет, то уйдешь на больничный.

– Нет, – улыбнувшись, ответила Лена. – Сегодня еще педсовет будет у нас на факультете.

– По поводу чего?

– Студент один, вот уже несколько дней не приходит в институт. Справку не предоставил. Его родители сегодня приходили. Вечером будем решать, что с ним делать.

– Кто такой? – спросил Колесников.

– Демченко.

– Славик, что ли? С третьего курса?

– Да.

– Так он же нормальный парень. Что случилось с ним? На моих лекциях он нормально себя ведет. Домашнее задание всегда выполняет.

– Его несколько дней не было в институте. Классный руководитель позвонил родителям. Они думали, что все эти дни он посещал занятия.

– Что же ты мне раньше не сказала? Я бы с ним поговорил, и обошлось бы без педсовета.

– Все думали, что у него будет справка.

– Я уверен, что причина его отсутствия, связана с личной жизнью. Он не из хулиганов. Возможно, какая—то неразделенная любовь или девушка бросила.

– Все может быть.

– И что ему теперь грозит?

– Не знаю. Может быть, предупреждение с выговором. Возможно, исключение.

– Ладно, я поговорю по поводу него с Аркадием Петровичем до педсовета.

– Ты как всегда за свое, – улыбнулась Лена. – Всю жизнь стараешься помогать другим, а про себя все время забываешь.

– Что—то с тобой сегодня не так, – встав из—за парты, сказал Сергей. – Пойдем в медпункт и измерим тебе давление.

– Не надо. Все в порядке.

– Пойдем, я сказал!

Подойдя к Лене, Колесников взял ее за руку. Встав со своего места, она почувствовала, как у нее сильно закружилась голова в этот момент. Увидев ее состояние, Сергей не отпускал ее. Взяв ключи от аудитории, придерживая Лену за руку, он, вместе с ней, направился к выходу.

Закрыв кабинет, они пошли по пустому длинному коридору.

– Потерпи немного, – держа Лену за руку, сказал Колесников. – Сейчас дойдем до конца коридора, спустимся, и там уже будет медпункт.

– Я не пойму, что со мной, – склонив голову, тихо сказала Лена.

Ноги у нее стали заплетаться. Спотыкаясь, она не падала лишь благодаря Колесникову, который крепко обнял ее одной рукой и попутно поддерживал другой. Так они медленно продолжали идти. К тому времени все студенты давно уже ушли домой. Поэтому в коридоре было пусто. Лишь только иногда, можно было наткнуться на кого—то из преподавателей, которые в этом институте работали до вечера.

С каждым шагом Лене становилось все хуже. Она уже не понимала, куда они идут с Сергеем. Ее сознание резко отключилось. Она не упала лишь только потому, что ее держал Колесников.

– Лена, что с тобой? – крикнул Сергей.

Он нагнулся, чтобы подхватить и взять ее на руки. Из двери соседней аудитории вышел полный, небольшого роста, с бородкой, пожилой мужчина в костюме.

– Что случилось, Сергей Дмитриевич? – с недоумением спросил он.

– Михаил Иванович, срочно звони в скорую помощь. Елене Сергеевне плохо! – громко прокричал, Колесников.

– Хорошо, сейчас позвоню! – ответил преподаватель.

– Скажи, чтобы машина подъехала ко второму входу с торца! – бежав дальше по коридору, с Леной на руках, кричал ему Колесников.

В этот момент Сергея охватил страх. Нежное, хрупкое создание, которое было смыслом всей его жизни, сейчас лежало неподвижно в его руках. Казалось, что количеству ступеней, по которым он спускался, не было числа. Время вдруг застыло. Секунды превратились в часы, а несколько оставшихся метров до медпункта, превратились в километры.

– Потерпи, моя хорошая! – тяжело дыша, сказал Сергей. – Осталось немного. Сейчас скоро тебе станет лучше. Я обещаю!

В этот момент, он почувствовал, как его начинает заносить в сторону. Ноги его стали ватными и все время подкашивались. Из пола, покрытого плиткой, стали вылезать песочные горки, тем самым затрудняя его путь к медпункту. Из потолка начали падать светильники. Вокруг стала осыпаться штукатурка, обнажая голые стены.

– Пусть даже весь мир восстанет против меня, но я тебя ни за что не отпущу!

Где—то снаружи был слышен чей—то голос. С каждым шагом Сергея он становился все громче.

– Серега, вставай! Два часа уже прошло!

Открыв глаза, Колесников резко дернулся с места.

– Где она?

– Кто она? – удивленно спросил Быков.

Колесников обернулся. Слева, освещенные светом от костра, спали три человека. Внутри ночлега было очень тепло. Шум, идущего снаружи небольшого дождя, убаюкивал отдыхающих после тяжелого дня. Все спали в разных положениях. Благодаря тому, что Колесников сделал длинную крышу, можно было лечь в полную длину. Не очень удобной была ширина ночлега. Если кто—то переворачивался, мог невольно задеть своего соседа. Но такое происходило редко.

– У тебя все нормально, Сергей? – лежа рядом на боку и смотря на Колесникова, спросил Березин.

– Да, все нормально, – потрогав свою повязку, сказал Сергей – Просто сон!

– Ты в этом уверен? – продолжал спрашивать Березин. – Если что, давай я подежурю.

– Нет, спасибо. Все нормально. Отдыхайте, – повернувшись лицом к костру ответил Колесников.

– Отдохнешь тут, когда рядом спит Петрович, – перевернувшись на спину, тихо сказал Березин.

– И ты давай, ложись, Валек, – сказал Колесников Быкову шепотом. – Все нормально у тебя прошло?

– Вроде, все нормально. Дождь идет и это мешает прислушиваться. Однако время от времени гремит гром и сверкает молния, которая хорошо освещает все вокруг.

– Понятно. Ложись спать.

– Есть, босс! – улыбнувшись, Быков лег на бок лицом к стенке ночлега.

Бросив несколько веток в костер, Колесников увидел рядом пакет из бересты с брусникой внутри. Взяв горсть ягод и смотря на огонь, он стал неторопливо их есть одну за одной. Дождь был уже не такой сильный, как раньше. Свет от молнии действительно неплохо освещал всю близлежащую местность вокруг. Спустя несколько секунд, пронзая умиротворяющее спокойствие, раздавался гром.

– Опять эти сны, – смотря на горящий в темноте огонь, подумал Колесников. – С момента начала операции, они снятся мне снова и снова. Мужики, наверное, подумают, что у меня окончательно поехала крыша. Хотя, у каждого из них своя история. Также были радости и огорчения. Мне нужно как—то иначе взглянуть на свою жизнь. Посмотреть на нее под другим углом. Только так я смогу справиться с собой.

Посмотрев в сторону Быкова, Колесников увидел половину сигареты, которая аккуратно лежала под навесом.

– Наверное, оставил кому—то другому, – подумал Сергей. – Ладно. В такой ситуации, я думаю, что можно. Главное, чтоб по возвращению домой, опять не начать курить. И так слишком долго пытался бросить.

Прикурив от тлеющей ветки, Колесников обратно бросил ее в костер.

– А пилот крепкие курил, – задумался Сергей. – Интересно, где сейчас души этих погибших ребят? Наверное, им уже нет дел до наших земных проблем. На самом деле, ужасное чувство, когда ты видишь рядом с собой человека, а через несколько минут его уже нет. Я верю в то, что этим погибшим ребятам, где бы они сейчас ни были, хорошо. Надеюсь, что моя мама и бабушка ничего не знают об этой операции. Я просил военных, чтобы они ничего не говорили – не надо им знать. Вернусь, и никто даже не узнает, что я был здесь. А то, что не брал трубку, скажу, что сломался телефон.

Дождь тем временем почти прекратился. Звук грома становился все тише. В темноте тучи уходили куда—то в сторону. Временной отрезок между молнией и громом увеличивался. Световые вспышки уже не так хорошо освещали местность вокруг. Однако с их помощью, еще иногда можно было увидеть разбившийся вертолет, который был, в нескольких десятках метрах, за костром.

– Хорошо, что дождь заканчивается, – подумал Колесников, – меньше дров придется подкладывать в костер и тогда этого запаса нам хватит на ночь.

В этот момент раздался громкий храп Логинова. Лежа на спине и открыв рот, он издавал такие оглушительные звуки, что показалось, их можно было услышать за километр отсюда.

– Как же меня достала эта профессура! – переворачиваясь и зажимая уши руками, сказал Березин. – У нас в казарме даже так не храпят, как Петрович.

В ответ на это Логинов продолжил дальше звучно храпеть.

– Это одна из самых тяжелых ночей за всю мою жизнь, – сонным голосом сказал Березин.

Повернувшись к Логинову, Березин пнул его в бок. Храп после этого сразу прекратился.

– А? Что? – сквозь сон спросил пожилой профессор.

– Храпишь ты – вот что, Петрович! – ответил ему подполковник. – Можешь тише?

– Ага, – неразборчиво ответил Логинов.

Поверив ему, Березин обратно начал пытаться уснуть. Он лег на спину и прикрыл одной рукой свои глаза.

Через минуту со стороны Логинова опять донесся громкий, протяжный храп.

– Достал уже! – нервно приподнялся Березин.

Наклонившись к Логинову, он стал его трясти за плечи.

– Петрович, если в один прекрасный момент останемся без еды, то ты будешь первый, кого мы съедим.

– Что такое? Что случилось? – широко раскрыв глаза, спросил Логинов.

– Перевернись на бок. Ты уже всех достал своим храпом!

– Ага. Хорошо.

После этих слов профессор повернулся спиной к Березину.

– Боюсь, что в прошлый раз, он ответил тоже самое, – кивнув головой в сторону Логинова, Березин сказал это дежурившему Колесникову.

После этого подполковник, прислушиваясь к звукам со стороны рядом лежащего профессора, опять предпринял попытку уснуть.

Наблюдая за этим, Колесников, улыбнувшись, опять повернулся в сторону огня и бросил в горящий костер свой окурок. Взяв в руку еще немного ягод, он, не спеша их ел.

– Забавные у них взаимоотношения, – улыбаясь, подумал о Березине и Логинове Колесников. – Как—то немного спокойнее становится, когда они подкалывают друг друга. У Березина это получается намного лучше, чем у профессора. Хотя и Логинов за словом в карман не полезет. Я думаю, что мне повезло оказаться в такой ситуации с этими людьми. Хорошая компания везде…

В этот момент где—то в темноте громко треснула ветка.

– Что это было? – подумал про себя Колесников. – Мне это точно не могло показаться. Может быть, пришли спасатели? Тогда где свет от их фонарей?

Очередная вспышка от молнии, на долю секунды осветила все вокруг.

– Никого не увидел, – продолжал думать Колесников. – Может быть, ветка упала с дерева? До этого дождь был сильнее и поэтому мы ничего не услышали.

Прогремел гром. Колесников, смотря в темноту, позади костра, внимательно дальше стал прислушиваться к доносящимся звукам из леса. Все его внимание было сконцентрировано только на этом. Он не хотел поставить под риск жизни оставшихся рядом с ним людей.

Спустя некоторое мгновение из леса опять донесся звук треснувшей ветки. В этот момент, Березин поднял голову и стал смотреть на Колесникова.

Через несколько секунд опять где—то впереди послышался треск. Березин тут же подскочил со своего места и сел рядом с Колесниковым. Сидя молча рядом, они стали прислушиваться к странным звукам из темноты.

– Давно это? – шепотом спросил у Колесникова Березин.

– Только сейчас услышал, – Звук доносится со стороны вертолета.

– Может, наши пришли?

– Я не видел фонарей.

– Логично. Я еще не проснулся, видать.

Дождь практически закончился. Звуки стали доноситься все ближе. Березин с Колесниковым молча вглядывались в темень. Вскоре послышался еще один хруст. Стало очевидно, что кто—то движется по направлению к ним. Березин решил не дожидаться прихода незнакомца и выйдя из ночлега, подошел к костру.

– Эй! – громко закричал он. – Кто здесь?

В ночлеге все тут же проснулись. Смотря на Березина и вылезающего из укрытия Колесникова, они, в этот момент, так и ничего не поняли.

– А ну пошел вон отсюда! – продолжал кричать в темноту Березин.

Колесников вытащил небольшую горящую палку из костра. Сбив с нее пламя сапогом, Сергей метнул в ту сторону, из которой слышался ранее звук.

Сверкнула молния, и на долю секунды, Березин с Колесниковым увидели несколько движущихся силуэтов неподалеку от вертолета.

– Это волки! – крикнул Березин. – Никуда не отходить от ночлега!

– Что будем делать? – сидя на коленках в укрытии, спросил Логинов.

Где—то позади них громко прогремел гром.

– Всем успокоиться! – не поворачиваясь к нему, крикнул Березин.

Колесников продолжал бросать ветки и камни в сторону, где они, на долю секунды, увидели силуэты хищников.

– А ну пошли отсюда! – громко прокричал Березин.

Крикнув еще несколько раз, он повернулся к сидящим в укрытии людям.

– Давайте кричите со всех сил! – приказал подполковник. – Возможно, что мы их так напугаем!

Услышав это, Логинов, сидя на коленях, закричал со всех сил. Все сидящие в укрытии тут же это подхватили. Следом за всеми закричали Колесников и Березин. Это было слышно за несколько километров от них. Крик, похожий на тот, с которым солдаты при наступлении, прыгают в окопы к противнику. Тот самый звук, когда жертва решается на свой последний бой. Ор, который побеждает животный страх, появляющийся в этот момент у человека. Люди, срывая голосовые связки и закрыв глаза, из последних сил кричали куда—то в темноту.

Утратив последние силы, все одновременно замолчали. Эхо в лесу звучало еще несколько секунд, пронося между деревьями крик людей. Колесников, переводя дыхание, посмотрел по сторонам. С другой стороны костра стоял Березин. Тяжело дыша, он также всматривался в темноту. На некоторое время стало тихо. Слышен был только хруст хвороста в костре.

– Неужели получилось? – подумал про себя Колесников.

В этот момент где—то впереди них, со стороны вертолета, раздался одинокий жалобный и протяжный волчий вой. Стоящие по разные стороны от костра, Колесников с Березиным нервно дернулись. Вой донесся из темноты слева и справа от ночлега. Все больше хищников, находящихся вокруг, вслед за остальными, подхватывали свой древний клич.

Люди в палатке тут же встрепенулись.

– Нас окружили! – крикнул Логинов.

– Без паники! – ответил Березин. – Никаких резких движений! В ночлеге мы с Сергеем положили отвертки и ключи! Возьмите их! И медленно передайте мою сумку!

Вой становился все сильнее. Казалось, хищников вокруг становилось все больше. Вой доносился со всех сторон. Послышался животный рык – они были уже совсем близко.

– Я не хочу умирать! – упав на колени и закрыв сверху голову руками, взмолился Быков. – Пожалуйста, не надо!

Говоря громко и навзрыд, он нервно качался из стороны в сторону. Паника полностью поглотила его с головы до ног. Древний страх смерти, данный каждому живому существу, взял над ним верх. В этот момент он был настолько велик, что Быков не отдавал своим действиям никакого отчета.

Услышав это, Березин обернулся.

– Держите его крепко! – крикнул он сидящим в укрытии. – Петрович, держи его! Если он побежит – он труп! Максимов, дай мне мою сумку и отвертку Колесникову! Только без резких движений! Если нападут, то отбиваемся все вместе. Никто не убегает!

Логинов крепко схватил Быкова обеими руками. Прислонившись к нему всем телом, он изо всех сил прижал его к земле, чтобы тот не смог убежать в неизвестном направлении. Максимов, в этот момент, медленно протянул увесистую сумку Березину. Подполковник, не оборачиваясь, медленно отставил свою руку назад. Взяв, без лишних движений, свое снаряжение, Березин медленно перекинул лямку от сумки себе через плечо. Таким же образом Максимов вложил отвертку в вытянутую назад руку Колесникова.

Вой хищников не утихал. Казалось, что ему нет ни конца, ни края. Вдобавок ко всему, послышался звук скрежета металла, который доносился со стороны вертолета. Создалось впечатление, будто кто—то водил гвоздем по металлу. Услышав его, Колесников с Березиным переглянулись. К оглушительному вою волков еще добавился непонятный для всех звук. Услышав это, Быков стал вырываться из рук Логинова. На помощь к нему пришел Максимов. Уложив его на живот, пожилой профессор прижал его весом своего тела. Молодой биолог, в этот момент схватил паниковавшего за ноги.

– Надо что—то делать! – тяжело дыша, крикнул Логинов. – Долго мы его так не удержим!

– Пошло оно все! – крикнул Березин. – Сергей, прикрой меня, если что!

Видя сложившуюся ситуацию, Березин полез в свою сумку, которая висела у него на плече. Достав из нее сигнальный фальшфейер, он моментально открутил с него крышку и тут же дернул за веревку. Издав громкий хлопок, сигнальный фаер моментально загорелся в руках подполковника. Издавая громкий гул, фальшфейер красным светом озарил все вокруг в радиусе двадцати метров. Волки, которые уже вплотную подошли к самодельному укрытию, увидев ярко красный свет, быстро отступили назад. Озираясь, время от времени, они отбежали обратно куда—то в темноту.