I

В один июльский день, когда солнечный свет еще не иссяк, но уже сменился фонарным, на занятую Аркадием Ефимовичем кленовую скамейку подсела девушка восемнадцати лет.

– Вы не против? – спросила она и уставилась на него своими ярко-зелеными глазами.

– Пожалуйста, – ответил он.

К Донской набережной только что причалил последний на сегодня теплоход, и команда пришвартовывала дряхлое судно к пристани ржавыми и раскаленными от солнца цепями. На всем белом свете, по крайней мере, где бывал Аркадий Ефимович, судна обычно крепили канатом. Оттого эта железная цепь, потрепанная, как старое платье, и горячая, как асфальт в Иерусалиме, так запомнилась Аркадию. Также ему запомнились обожженные руки членов экипажа и изощренность их ругательств.

Вместе с супругой, Анастасией Дмитриевной, они часто бродили по набережной и садились на первые попавшиеся скамейки. В хороший день встретить здесь свободную скамейку сродни чуду. Однажды в мае, когда набережная еще не кишела людьми, но уже появлялись первые завсегдатаи, Аркадий Ефимович застрял тут до вечера. Анастасия и Аркадий, как обычно, прогуливались по набережной. Анастасия ела яблоко и иногда неохотно делилась им с Аркадием. Вдруг Аркадий защурился, а потом резко выпучил глаза и объявил:

– Смотри, летом этих скамеечек здесь еще не было!

– Аркаш, мне кажется, они подозрительно блестят…

Внезапная боль в груди не дала Анастасии закончить фразу. В этот момент Аркадий уселся на свежеокрашенную скамью и прилип без шанса на спасение. По крайней мере, без шанса на спасение своих штанов.

– Господи, я у Тебя никогда ничего не просил… – взмолился Аркадий.

– Без паники! – отдышавшись, прервала его Анастасия и положила на ручки скамейки свое недоеденное яблоко. – В таких ситуациях нужно действовать решительно – вставай, и будь что будет, – договорила Анастасия и оперлась о неокрашенную заднюю часть скамейки.

Небесно-голубые глаза Аркадия Ефимовича едва наполнились слезами, как Анастасия прекратила жалобное действие уставшим, но резким и строгим взглядом. Между тем, по прошествии часа, вокруг Аркадия уже набралось несколько зевак, дабы лицезреть событие планетарного масштаба.

– Нужно хвать и оттянуть бедолагу! – предложил старый седой грузин и пригладил свои густые угольно-черные усы.

Аркадий сопротивлялся такому решению долго и упорно, но все собравшиеся, и даже Анастасия, с грустью смотрели на происходящее и на Аркадия, давая понять, что другого выхода нет. На том и порешили. Резким движением грузин и другой случайный зевака, сильно пахнущий рыбой, за руки вырвали Аркадия из-под власти новенькой скамейки.

Аркадий был спасен. Однако того же нельзя было сказать о его новых льняных штанах. Сзади на них отчетливо отпечатался коричневый оттенок скамейки. Аркадий уставился глазами вниз, бесцельно пытаясь отличить одну щебенку от другой, но в ту же секунду на него набросилась Анастасия с объятиями:

– Дорогой, не переживай ты так, купим мы тебе новые штаны, а сейчас давай поскорее домой! – сказала Анастасия, поправила свои светлые волосы и крепко обняла Аркадия.

Анастасия Дмитриевна умерла на следующий день, ночью, 28 мая от запущенной ишемической болезни сердца. Ее долго преследовали периодические боли в груди, но она все время откладывала поход к врачу. В ту лунную ночь Аркадия мучали кошмары. Ему снилось, будто его накрывает волной размером с гору Фудзи, а он не может пошевелиться. За окном было тихо. Казалось, что даже самый медленный шаг раздастся и разнесется в ветре барабанной дробью. Вовсю горели вывески продуктовых магазинов и аптек, но покупатели в эту ночь отсутствовали. Весь мир затих, встречая очередное горе и снова готовясь к долгой и отчаянной скорби.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «ЛитРес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на ЛитРес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.