Секретный рецепт
Игорь Ревва

© Игорь Ревва, 2021

ISBN 978-5-4493-9662-4

Создано в интеллектуальной издательской системе Ridero

От автора

Это рассказ из цикла «Наёмник» в редакции 2018 года. От предыдущей редакции отличается несильно: небольшим фрагментом в самом конце, помогающим лучше связать все книги цикла в единое целое.

Игорь Ревва

Секретный рецепт
(рассказ)

Панцири доставленных кракпанов уже посветлели, а сами они казались вялыми, ленивыми, и – скажем прямо – едва ли не дохлыми. Одного этого хватало, чтобы понять: день не удался. Ткуш-Сит-Шин нахмурился, поджал губы и брезгливо ткнул металлической ложкой в нос самому большому кракпану. Тот раззявил пасть, клацнул мелкими зубами по металлу и, тут же потеряв ко всему интерес, лениво повалился на спину, медленно, словно в зевке, смыкая широкие бледно-зелёные челюсти. Чёрные глаза его на коротких толстых стебельках уже подёрнулись алым туманом, и Ткуш-Сит-Шин сокрушённо вздохнул, наблюдая за сонными их шевелениями. Ну, что вот с таким продуктом делать, а? Как его прикажете загонять? Он ведь прямо сейчас подохнет, вот сию же секунду!..

Ткуш-Сит-Шин постучал ложкой по раковине – звук был глухой, бухтящий и влажный, словно и не по раковине стучишь, а по мокрому речному песку. Тогда, чтобы окончательно уже убедиться в негодности кракпана, Ткуш-Сит-Шин прицелился и аккуратно щёлкнул его по островерхой макушке, прямо между коротких, похожих на рожки, усов. Кракпан дёрнулся, высунул шипастый красный язык и хрипло пробулькал:

– Мхрта-а-а… брла-а-а-кха… кха-ан…

После чего уткнулся носом в раковину соседа, лежавшего рядом, и, похоже, издох уже окончательно.

– Собачья задница… – вполголоса выругался Ткуш-Сит-Шин и принялся ворошить ложкой в контейнере, поддевая и переворачивая длинные светло-коричневые раковины. Но и остальной продукт пребывал не в лучшем состоянии.

Конечно, можно прямо сейчас связаться с поставщиком (кракпанами ресторан обеспечивала Китс-Мис-Ста) и затеять с ней длинный и бесполезный разговор о том, когда именно выловили этих кракпанов и как долго флаер с ними добирался до Санаранийского плато. Пользы от этого вышло бы немного, но зато можно было услышать от поставщика несколько версий собственного происхождения на свет и парочку сочных эпитетов по адресу своих родителей.

Можно было и просто заявить хозяйке ресторана, что из доставленных кракпанов удастся приготовить лишь два ведра удобрений для партугазиков, растущих на заднем дворе. Но что ответит на это Рис-Ска-Стис – тоже догадаться нетрудно: понятно, это проблема, но сейчас уже новых не заказать, придумай что-нибудь, ты же лучший повар во всём городе, ты же Мастер Блюд, самый-самый, и вообще какого пса я тебе плачу столько денег, если ты не способен накормить гостей, и так далее…

Можно было бы внести изменение в меню праздничного обеда, вычеркнув оттуда «Загнанного кракпана» и вписав вместо него, например, фаршированные раганокулисом виколики под апрасским соусом. Но это нужно было делать без ведома Рис-Ска-Стис, потому что хозяйка за подобное убила бы на месте. Она, в принципе, всё равно разорётся, но, по крайней мере, не при гостях. А может быть и вообще пронесёт, если приглашённые останутся довольны. Всё равно ведь никто из них ни пса не читает в рассылаемом меню, откуда им знать, что вместо одного блюда подадут другое. Тем более что… (Ткуш-Сит-Шин сверился с записями) да, точно… к красным тийским винам виколики вполне подойдут, особенно если в апрасский соус добавить побольше мяты… а раганокулисы перед фаршировкой потушить с полчасика в милесском вине – есть в крайнем шкафчике примерно с полбутылки неприкосновенного запаса, должно хватить…

Повеселев от этого решения, Ткуш-Сит-Шин полез в шкафчик, достал оттуда бутылку… и понял, что всё намного хуже, чем ему казалось. Потому что бутылка была пуста. И стоявшая рядом на полочке коробка с рагилоктисом тоже показалась подозрительно лёгкой.

Это было плохо. Очень плохо. И не только потому, что этого вина уже не успеть достать, но и потому, что этот шкафчик никто, кроме Ткуш-Сит-Шина, открывать права не имел. Дверца не запиралась, но это и неважно – таковы были правила ресторанной кухни и её главного повара, её Мастера Блюд. В этом шкафчике хранились самые нужные и самые главные вещи, такие, как: ящичек с пузырьками приправ со всего света и второй такой же ящичек, но уже с пакетиками, кулёчками и свёрточками; несколько кувшинчиков и бутылок с различными винами и маринадами, целый ряд баночек со специальными добавками и, наконец, распухшая от вклеенных и вложенных в неё листков тетрадь в переплёте из кожи райсасигаса, на которой змеилась витиеватая надпись: «Рецепты для приготовления блюд», содержащая самые главные, самые секретные рецепты. Многие из них изначально были инопланетными, но Мастер Блюд адаптировал их под продукты Ксиона. Например, в классическом рецепте патунисики полагалось запекать в мартишанках лишь предварительно слегка отварив их в Эйтерском вине, которого на Ксионе, само собой, было не достать, но Ткуш-Сит-Шин вместо этого просто вымачивал длинные щупальца патунисиков в маринаде из райсасигасского молока и вамского сока с большим количеством найанского перца. И получалось гораздо вкуснее; настолько вкуснее, что уже появилось у гурманов такое выражение, как «Запечённые в мартишанках патунисики по-ксионийски». Эта тетрадь была самым главным в жизни Ткуш-Сит-Шина; это было сердце его кухни; священная книга, гораздо более важная для ресторана, чем «Откровения Преподобной Сатш-Кинс-Мисы» для любого храма. И Мастер Блюд свято оберегал свои секреты от посторонних. Равно как и запасы иноземельных специй или страшно редкое милесское вино, хранившееся здесь же в бутылке… до недавнего времени…

– Сес-Тас-Тшан, – печально выдохнул Ткуш-Сит-Шин и в сердцах добавил: – Сучка киритийская…

И тут же испуганно оглянулся – не слышал ли кто? Конечно, Сес-Тас-Тшан официально считается рабыней, и на кухне она обязана беспрекословно подчиняться главному повару, но лучше не рисковать – женщина всё-таки; а отношение к мужчинам на Ксионе повсюду одинаково, хоть в Кирите, хоть на Санаранийском плато. И мало ли, что Сес-Тас-Тшан отбывает здесь срок за попытку кражи скота; хозяйка ресторана вряд ли станет заступаться за повара, с которым развелась три года назад… особенно если принять во внимание внезапную смерть следующего её супруга, случившуюся буквально в прошлом месяце…

Кухонная дверь, ведущая во двор, плавно разошлась и Ткуш-Сит-Шин услышал повелительный голос Рис-Ска-Стис:

– Сюда, сюда! Под ноги смотри, не споткнись! А то разобьёшь себе голову – всю кухню перемажешь! – она звонко рассмеялась.

Ткуш-Сит-Шин убрал пустую бутылку обратно в шкаф (чтобы избежать неприятных расспросов) и только потом обернулся. Рядом с хозяйкой стояла какая-то женщина – вроде бы смутно знакомая, возможно, что подруга – а возле них…

Повар едва не поперхнулся, вытаращил глаза и издал звук, очень напоминающий предсмертное бульканье кракпана. Потому что рядом с женщинами стоял инопланетник; да не просто инопланетник – имперец.

Имперец на кухне!..

– А-а-а… это… как его… – Ткуш-Сит-Шин попытался облечь свои возмущение и растерянность в словесную форму.

– Всё в порядке! – улыбнулась Рис-Ска-Стис. – Этот раб – твой новый помощник. Он немного поработает здесь, пока не выздоровеет окончательно… или пока не умрёт! – женщины переглянулись и рассмеялись, хотя смех хозяйкиной подруги был немного натужным.

– Выздоровеет?! – от услышанного в Ткуш-Сит-Шине пробудилась вся его смелость. – Так он ещё и болен?! Больная обезьяна – на кухне?! А если узнают клиенты?! Что они скажут?

– Постарайся, чтобы не узнали, – дёрнула плечом Рис-Ска-Стис. – И вообще, ему в зале показываться незачем. Дай ему какую-нибудь несложную работу. Ну, не знаю… овощи нарезать, посуду помыть, ещё что-нибудь такое… Ну, ты понял, Ткушик, я в тебя верю! – она хихикнула и потрепала повара по щеке. Затем взяла под руку подругу и направилась к дверям.

Ткуш-Сит-Шина аж передёрнуло от этого оброненного Рис-Ска-Стис «Ткушика» – не поймёшь, то ли она как к рабу обращается, то ли как к близкому человеку… На Ксионе-II в обоих случаях использовали сокращение полного имени, поди разберись тут, оскорбили тебя или проявили расположение…

Кроме того, спутница хозяйки перед уходом бросила настороженный взгляд и на Ткуш-Сит-Шина и на инопланетника, и в душе повара шевельнулись не очень приятные мысли, додумать которые он не успел. Потому что в эту же секунду распахнулась дверь в обеденный зал и в кухню вбежала Сес-Тас-Тшан.

– Уже ушла? – быстро спросила она, торопливо натягивая фартук. – Вот, собака! Я думала, что успею! Про меня не спрашивала? Ничего не гово…

Да, именно так. Как раз теперь Сес-Тас-Тшан и увидела инопланетника.

– Обалдеть… – выдохнула она и плюхнулась на стул.

Имперец был невысокого роста, едва ли по плечо Ткуш-Сит-Шину. Одет он был в фермерскую куртку и штаны из плотной синей ткани. На ногах его были грубые башмаки, тоже привычные для фермерского работника. Шею инопланетника украшал кожаный ошейник раба, точно такой же, как и у Сес-Тас-Тшан, только на металлических нашлёпках выгравировано было имя другого владельца (Ткуш-Сит-Шину пришла в голову мысль, что хозяйкой имперца была та самая подруга Рис-Ска-Стис, что только что покинула кухню). То ли из-за тёмного цвета волос, то ли по вине освещения, но выглядел инопланетник бедновато, что для раба с фермы было несколько необычно. Двигался он как-то неловко, словно опасался что-нибудь случайно смахнуть со стола. Да и вообще, Ткуш-Сит-Шину он показался неуклюжим и нескладным. Впрочем, как и все имперцы. Что, кстати сказать, было удивительно, если принимать во внимание проворство их дальних родичей – обезьян.

– Как тебя зовут? – требовательно спросил Ткуш-Сит-Шин.

– Кирк, – голос инопланетника оказался грубым и хриплым. Но Ткуш-Сит-Шину понравилось, что имперец произнёс только первую часть своего имени. Знает своё место, раб… И тут же Ткуш-Сит-Шин некстати вспомнил, что у этих обезьяноподобных и имена были такие же нескладные и корявые, короткие, как плевки, как собачий кашель.

– А полностью как будет? – подала голос Сес-Тас-Тшан, и повар нахмурился – эта рабыня и правда слишком уж много себе позволяет. А теперь, пожалуй, она вообще обнаглеет – теперь ей есть кем здесь помыкать…

– Кирк ван Детчер, – ответил имперец.

– Кирк-Ван-Детч… – попыталась повторить Сес-Тас-Тшан, но на последнем слоге запнулась. – Тьфу!.. И не выговоришь…

– Можно звать меня просто Кирк, – пожал плечами имперец.

– «Можно»! – расхохоталась Сес-Тас-Тшан. – Нет, ты слышал, Ткуш-Сит-Шин? Можно просто «Кирк»! Как будто здесь кто-нибудь станет звать полным именем раба, да ещё и раба имперского!

– Иди сюда! – сурово приказал имперцу Ткуш-Сит-Шин.

Тот сделал шаг вперёд.

– Я здесь повар, – сказал Ткуш-Сит-Шин. – Главный повар! – подчеркнул он, стараясь не обращать внимания на хихикающую за спиной Сес-Тас-Тшан. – Моё слово тут – закон! Ясно?

– Ясно, – кивнул Кирк.

– Ты будешь работать на кухне… на моей кухне… и делать всё, что я прикажу!

– Я понял, – ответил Кирк.

– Будешь называть меня Ткуш-Сит-Шин! Запомни хорошенько! Я не стану по десятку раз повторять каждое своё слово всякому рабу!

– Я запомню, Ткуш-Сит-Шин, – ответил Кирк, и повар удивился, как ему сходу удалось правильно произнести ксионийское имя.

– Я понятия не имею, сколько ты здесь пробудешь, и не испытываю радости от того, что мне навязали нянчиться с тобой, – продолжал Ткуш-Сит-Шин. – Не знаю, насколько ты дорог для своей хозяйки, но я сделаю всё, чтобы ты поскорее начал упрашивать её забрать тебя отсюда. Моя кухня не предназначена для больных мартышек. Так что тебе придётся выздоравливать побыстрее. И для начала ты уберёшь из кухни этот вот контейнер с находящимся там дерьмом. Мусорные баки во дворе, там же есть и водопровод – контейнер должен блестеть, как у кота яйца! Выполняй! Она тебе поможет, – Ткуш-Сит-Шин мотнул головой в сторону Сес-Тас-Тшан.

– Давай, мартышка, шевелись! – Сес-Тас-Тшан поднялась с места и игривой походочкой двинулась к имперцу. – Я тебе объясню, что и как. Будешь звать меня Сес-Тас-Тшан. Ага?

– Ага, Сес, ясно, – кивнул инопланетник.

– Не «Сес»! – взвилась девушка. – Полностью! Понял, ты!.. как тебя там?.. Ну-ка, повтори!

– Повторю, и полностью, но чуть позже, – неожиданно твёрдо произнёс имперец и пояснил, указывая глазами на ошейник: – Когда с тебя снимут этот собачий галстук. Пошли, поможешь мне… – он повернулся, наклонился, неловко ухватился за ручки тяжёлого контейнера и попытался его приподнять.

– Что? – ошалела от услышанного Сес-Тас-Тшан. – Что ты сказал?!

Впрочем, ошалела не только она – Ткуш-Сит-Шин тоже глазами захлопал от такого ответа. Хотя нельзя не признать, что особого огорчения от того, как имперец осадил девчонку, он не испытал. В конце концов, оба они – рабы, вещи, орудия труда. И рабов не принято называть полным именем, даже сами рабы не обращались друг к другу столь официально. А то, что она родилась здесь, на Второй Ксиона, а он – пёс знает где… это не имеет никакого значения. Мало ли на кухне кастрюль и сковородок, привезённых с других планет? И напрасно некоторые сковородки кичатся местным происхождением; «местные» не обязательно всегда означает «лучшие»…

– Давай, помоги же! – имперец даже не удостоил Сес-Тас-Тшан ответом; он приподнял контейнер и изо всех сил пытался сдвинуть его с места. Было хорошо заметно, что левой рукой он действует неловко, стараясь её не особенно нагружать.

– Я тебе сейчас помогу, мартышка! – взвизгнула Сес-Тас-Тшан, кидаясь к Кирку.

Ткуш-Сит-Шин не двинулся с места. Во-первых, он был бы совсем не против получить повод, чтобы избавить свою любимую кухню от присутствия больной обезьяны и этой нагловатой девчонки-воровки. А драка – повод вполне веский.

А во-вторых… во-вторых, ему было просто интересно, кто из них раньше окажется на кафельном полу.

Но ничего интересного не произошло. Потому что подскочившая к имперцу ксионийка дёрнула его за левое плечо. Кирк издал сдавленный мычащий звук и разжал пальцы, выпустив одну из ручек контейнера. Контейнер накренился и повалился прямо на Сес-Тас-Тшан, сбив её с ног, залив пол водой и извергнув ворох еле шевелящихся кракпанов вперемежку с комками красноватой слизи. Девушка продолжала сжимать рукав куртки инопланетника, и тот тоже оказался на полу.

В следующие несколько минут, пока рабы пытались подняться на ноги, не было слышно ничего, кроме визгливой ругани Сес-Тас-Тшан и откровенно язвительного хохота Ткуш-Сит-Шина.

Первой встала девушка, но она тут же попыталась пнуть имперца ногой (рабыня метила именно по левому боку – поняла, что у инопланетника с ним что-то неладно), поскользнулась и снова грохнулась на пол. Сам же имперец, казалось, даже и не заметил, что лишь чудом избежал болезненного для него удара. Наверное, он не заметил даже падения девушки. Потому что именно в этот момент принялся энергично трясти правой рукой, в манжет куртки которой впился зубами кракпан…

Кракпан!!!

Сердце Ткуш-Сит-Шина бешено заколотилось.

Кракпан! Живой!!!

Повар, скользя по залитому водой полу, поспешил к имперцу, наклонился над ним, одной рукой схватил кракпана поперёк раковины, а другой прикрыл ему глаза. Кракпан мгновенно выпустил руку Кирка и защёлкал зубами, ловя нового, невидимого врага. Кирк, торопливо перебирая ногами по мокрому полу, отполз под стол.

– Кастрюлю! Живее! – заорал Ткуш-Сит-Шин. – Сес! Кирк! Шевелитесь же, рабские отродья! Высеку обоих, собачьи дети!

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.