Ирина Видман
Ловец

Лето, середина Июля, чистое ярко-синее небо над головой, горячее обжигающее солнце, прямо то, что я люблю, все как по заказу, ничего бы не стала менять. Я сижу на лавочке, наблюдаю, как мимо перемещаются люди, проезжают машины, все куда-то спешат, вот молодая женщина, на остановке, в панике ищет свой телефон в сумке. Рядом кучка подростков, что-то бурно обсуждают, смеются. А вот мимо меня промчалась довольно тучная женщина, чуть не сбила с ног, в желтой, мерзкого цвета кофточке и огромной белой шляпе, скрывающей ее лицо. За руку она тащила упирающегося мальчишку, вопившего на всю мочь «купи», «ну купи». Его рев заглушил даже сирену пролетевшей мимо скорой помощи. Вдруг я затаила дыхание, навстречу шел мне мужчина, словно вот только что сошел со страницы журнала. Он не сводил с меня глаз. Потеряв самообладание, я уставилась на него, не мигая, как вдруг откуда-то из-за моей спины навстречу к этому мужчине выскочила импозантная женщина, и они под руку направились в сторону такси. Он что-то шепнул ей на ухо, усаживая в салон, она наигранно рассмеялась и они скрылись в неизвестном направлении. Закрыв лицо руками, я скрылась от этого мира. На секунду, и открыв снова глаза, я увидела напротив себя парня, с взъерошенными волосами, в коротких шортах, растянутой майке – борцовке, в общем, как я «люблю», с туповатым взглядом и животной ухмылкой. Он никак не вписывался в мой мир, за которым я только что наблюдала минуту назад, поэтому, надев на плечи рюкзак, я отправилась к пристани, чтобы перебраться на косу и насладиться песком, Волгой и солнцем. Наконец сменив пижаму Пикачу, на легкий купальник. Перескочив из зимы в лето.

В кармане настырно звонил телефон, но не было смысла брать трубку, все равно за ревом мотора ничего не услышу, а драть глотку и позориться, у меня не было ни малейшего желания. И лишь одна мысль, когда доберусь до берега, задушу ту сволочь, которая так настойчиво пыталась дозвониться, и скорее всего по какой-нибудь глупости.

Уже сидя на песке, я просмотрела пропущенные звонки, это был Марик, мой друг.

–Марик, я, конечно, понимаю, что твой друг, но это же не мешает мне придушить тебя при встрече, ведь так?

–Ха, Марго,– Марик явно был в превосходном настроении.– Ты зря злишься, меня пригласили на вечеринку, за город, там будет много красивых девчонок.

–Здорово, не забудь надеть новые трусы, а то девчонки засмеют твои парашюты в цветочек.

–Они меня засмеют еще до моих трусов, ты идешь со мной. И это факт, а не приглашение. Кстати, что ты сейчас делаешь, визги какие-то?

–Я на пляже…

–А, ну тогда ясно, что там за зоопарк, кстати, в чем ты пойдешь на вечеринку?

–В старых трусах и со старым другом, видать, мне тоже не светит с кем-нибудь познакомиться, раз я иду с тобой.

–И умрем мы в один день.

–Да, я даже прослезилась, представив себе картину, что проживу бок обок с тобой всю жизнь, Бог с ним с трусами, как-нибудь в одних всю жизнь прохожу, но что всю жизнь рядом с тобой, это конечно крах.

–Да, тебе в этой жизни не повезло, вот такой я нехороший друг.

–Я уже себе сочувствую.

Я чувствовала, что Марк сейчас ухмыляется на том конце трубки.

–Марк, а что будет за компания?

–Да один знакомый дал клич на своей странице в социальных сетях, что намечается вечеринка, и вход свободный. Я конечно не халявщик, но что-то меня зацепило. Так что приезжай, адрес я тебе скину сообщением.

–Хорошо, кидай.

Я наслаждалась спокойным времяпрепровождением, так было хорошо, и так спокойно, что хотелось остановить время и забыться в нем, ненадолго конечно и от такого спокойствия можно одуреть. Мой пасмурный характер соскучился по солнцу и теплу. Люди вокруг раскидали свои тела по пляжу, растапливая за зиму накопившийся жир. Между ними сновали птицы, в поисках пропитания. Просто идеальная картина для ленивых, вставать с лежака не хотелось, под палящим солнцем меня разморило, но я все же окунуло свое тело в прохладную воду. Я как-то раз уже перегревалась на солнце, больше мне не хотелось испытать чего-то подобного, и усилием воли я все же погрузилась в воду, уйдя в нее с головой. Остудившись, я вынырнула и столкнулась нос к носу с молодым человеком. Он тоже выплыл на поверхности и не ожидал столкнуться с кем-то нос к носу. Бледный, взъерошенный, уже на берегу я заметила огромный розовый шрам на его животе. И что-то екнуло у меня в сердце, и перед глазами возник образ Марика, рыжеволосого парня, с пронзительно голубыми глазами, с курносым носом. Я всегда говорила, что ему нужно было родиться девчонкой и все мужики были бы сейчас его. Всегда смеющиеся глаза и вечно довольный жизнью человек, чтобы не случилось. Полная противоположность моей хмурой личности. Каштановые волосы, смуглая кожа, карие глаза и жесткий, холодный взгляд как у плохого полицейского. Мы противоположности, но никогда не ссорились, хотя с моим характером это сложно, сарказм из меня так и лился рекой, растворяя в нем всех окружающих.

У меня перед глазами постоянно возникали образы, то шрама, то лицо Марика, на протяжении всего оставшегося дня. По дороге домой с пляжа, дома, пока приходила в себя, по дороге за город, на вечеринку. Я порывалась несколько раз позвонить Марику, и просто услышать его голос, чтобы успокоить себя, но каждый раз останавливалась.

Наконец добравшись до места, я вышла из машины и осмотрелась по сторонам. Место мне не внушало доверия. Вокруг пустырь, а дача за высоким деревянным забором, за которым разрывалась лаем собака. Тяжело вздохнув, я набрала Марика, он долго не брал трубку, что заводило меня. Наконец на том конце взяли трубку, и уже изрядно выпивший голос ответил.

–Да?

–Марк, я на месте, может, ты меня все-таки встретишь?!

–А,– и пауза, чувствовалось, что Марку трудно заставить свой промытый мозг алкоголем работать и понимать.– А, Марго, это ты?

–Нет, это твоя совесть, если ты сейчас не нарисуешься, я потом тебя закапаю.

–Все, я иду.

Я стояла наверно еще минут двадцать, пока, наконец, не показалось пьяное тело Марика, которое выползло наружу, он еле держался на ногах и думаю мало что соображал вообще сейчас.

–О, Марго, я немного пьян, извини, – и он пошатнулся.

–Я вижу,– успела ответить только я, как из-за спины Марика, нарисовалось тело незнакомого парня.

–Привет!– парень попытался изобразить на своем лице что-то вроде улыбки, но больше походило на оскал. Злобные глазки, блестящие от алкоголя, мерзкий, лапающий взгляд.

Замешкавшись на пару секунд, я все же прошла в довольно просторный двор, из дома гремела музыка, клубная, на одной ноте. Кругом какие-то пьяные люди, слева, огромный костер, у которого собралась компания. Кто-то медленно потягивал пиво, кто-то уже остекленевшими глазами пялился на костер. Вокруг летал запах, табака, алкоголя и еще да кучи смесь запахов, и капля воздуха, чистого и свежего. Марик ковылял впереди меня, на нем все также продолжал висеть мешком этот парень. Я с омерзением осматривалась по сторонам, в голове прокручивая одну и ту же мысль, «какого черта я забыла в этой богадельне и почему не поверну в обратном направлении, явно это не мой праздник жизни», но все же продолжала на автопилоте идти за Мариком.

–Что будешь пить?– обернувшись, спросил тип.

–Ничего, спасибо,– буркнула я, останавливаясь у крыльца дома, инстинкт самосохранения не позволил мне сделать шаг в дом.

–Зря, у нас много есть чем тебя порадовать,– ухмыльнувшись, проговорил парень.

Я лишь промолчала, у меня не было ни малейшего желания вступать в диалог с этим субъектом. Марк поплелся за ним по лестнице, уже стоя на крыльце, Марк обратил свое внимание на меня.

–Марго, тебе что-нибудь принести?

–Да, свое тело через пять минут, мы едим домой,– сверкнув глазами я в упор посмотрела на Марика, не обращая внимания на типа.

–Ну, зачем ты так, я только стал выходить в астрал,– заплетающимся языком проговорил Марк.

–Если ты не вернешься через пять минут, то гарантирую, что ты выйдешь в ад.

–Какая у тебя грозная подруга, Марк, тебе не повезло.

Ничего не ответив, я присела на перила и наблюдала свинство, творившееся на этом мероприятии.

Казалось, время для меня просто остановилось, деградация народа с таким обилием алкоголя только увеличивалась, меня уже бил невроз, и я периодически поглядывала на дверь, за которой скрылся Марк с субъектом. Наконец, они появились на пороге, точнее появился тип, на лице которого была маска, пятак отверстиями для глаз, огромным ртом, красного цвета. Вымазанный весь в темно-красную краску, на груди болтались бузы из зубов животных. На себе он тащил Марка, он просто спал на нем, иногда издавая нечленораздельные звуки. Я пребывала в полном шоке от увиденного, как в кино про индейцев. Не сводя с них глаз, стараясь не привлекать к себе внимания, я шла за ними. Тип усадил Марка на плетеное кресло из сухой травы, а сам расположился напротив него. Их разделял огромный костер, я села рядом с Марком, наблюдая эту картину, не понимая, что происходит и не снится ли мне все это сумасшествие. Люди начали что-то подкидывать в костер, и мгновенная вонь разнеслась вокруг, дышать стало невыносимо трудно, меня просто стал душить кашель. Все вокруг поплыло, голова загудела, вокруг меня стали плясать языки пламени, лица, в голове стоял гул, в вперемешку с протяжным завыванием,

Вдруг все стихло, мне стало легко, и я полетела сквозь туннель. Ни страха, ни паники, осталась только легкость, свобода. Я поднималась все выше и выше, у меня не было желания оглядываться назад. Меня ничего не держало, поэтому я поднималась выше, к самому солнцу. Вдруг мелькнули лица мне близких людей, они поймали меня за руку. Ничего вокруг, только лица близких, кто оставил меня когда-то. Они смотрели на меня, их лица сияли, они, молча, смотрели на меня. Людей с каждым мгновением стало собираться больше и больше, они окружали меня. Все улыбались, спокойные, доброжелательные и мне от этого хотелось просто ликовать. Столько счастливых приятных людей, кого-то я лично знала, кого-то видела мельком, но все они как-то значили для меня. Вдруг среди этой толпы я заметила Марка.

–Марк, ты, что делаешь здесь?

–Мое время пришло, я теперь буду среди них,– и он улыбнулся.

–Значит и мое время пришло?– осознала я, где нахожусь

–Нет, тебе пока еще рано,– и он улыбнулся.– Тебе пора уходить. Посмотри.

Я посмотрела вниз, куда указывал Марк. Передо мной возникали яркие вспышки того, что происходило с моим телом. Вот меня кладут на каталку, и машина реанимации несется через весь город с включенной сиреной, пробираясь сквозь поток машины. Вот я уже в отделении реанимации, врачи колдуют надо мной. Вот Марк, врачи пытаются привести его на месте в чувство, потом врач смотрит на часы и тяжело поднимаясь, уходит от него. Вот его уже кладут в черный мешок, и замок закрывается, скрывая бледное лицо Марка.

–Нет,– замотала я головой.– Нет, слышишь меня, я останусь здесь, ты не имеешь права меня прогонять.

Но Марк ничего не ответил, он с силой толкнул меня обеими руками в грудь, и я полетела вниз. Снова гул, боль, нехватка воздуха.

–Ну, давай-давай, девочка, приходи в себя, борись. Пришла, давайте-давайте, где кислородная маска?

Я попыталась открыть глаза, но все вокруг было смазано, голова просто раскалывалась и я снова отключилась. В этот раз не было никакого выхода из тела, без ведений им сновидений, я просто провалилась в пустоту.

Когда очнулась, услышала монотонный стук и писк приборов. Разлепив с трудом глаза, я какое-то время пыталась сфокусировать картинку мира, с трудом, но все же это мне удалось. Вокруг были белые стены палаты, приборы, у кровати капельница. В палату вошла медсестра, ушедшая с головой в телефонный разговор. Я пристально смотрела на нее, мне было интересно, когда же она все-таки обратит свое внимание на меня. Появилось жгучее желание напугать ее, но видя ее эмоциональный разговор, вряд ли ее бы отвлек даже пушечный выстрел. Наконец после продолжительной беседы, она все же решила подойти ко мне, чтоб поменять бутыль с раствором в капельнице, не расставаясь с собеседником. Наконец наши взгляды встретились, я немигающим взглядом сверлила ее, а она на секунду прибывала в шоке, застыв на месте.

–Привет, рот закрой,– ухмыльнулась я.

–Я сейчас врача позову,– неизвестно, кому из нас сказала медсестра и вылетела пулей из палаты.

Через пару минут вошел врач, он сухо поздоровался, посмотрел показания приборов. Поинтересовался о моем самочувствии и вышел, уже в дверях он бросил.

–К вам зайдет следователь, задать пару вопросов.

Внутри что-то сжалось, я чувствовала, что добрыми вестями не пахнет. Я сразу попыталась вспомнить, что произошло на той вечеринке, но воспоминания ускользали, как бы я не цеплялась за них. Я так увлеклась этими гонками, что не заметила, как следователь прошел в палату, взяв стул и усевшись близко к моей кровати, смотрел на меня. Я повернулась и тоже стала смотреть на него, наконец, смутившись, он уставился в свой блокнот.

–Добрый день, Маргарита Гончарова.

–Добрый,– сухо бросила я.

–Вы можете вспомнить, что произошло в дачном поселке?

–Нет, я пыталась, но ничего не могу вспомнить?

–Совсем ничего?

–Совсем.

Конечно, были обрывки воспоминаний, но мне было стыдно их рассказывать. Мои воспоминания были больше похожи на бред сумасшедшего, и их лучше рассказать психотерапевту, который бы дал мне прописку в дурдоме, но не как для показаний.

–А что с Марком, где он?– я старалась проговорить как можно ровным голосом и не смотреть на следователя, глаза бы выдали меня.

–Сожалею, но Марка Иванова больше нет. Его тело вчера из морга забрали родители.

–Что с ним произошло, что вообще там произошло?

–Пока идет следствие, но первые признаки того, что он был в алкогольном опьянении и упал в костер, тело сильно обгорело. Мне очень жаль.

–Кто-то еще пострадал? Я смотрела в потолок, я не могла смотреть на следователя, иначе бы просто разрыдалась.

–Кто-то еще?

–Да, мы там были не одни.

–Нет, там больше никого не было, эта дача давно заброшена, хозяева дачи давно ее не посещают.

–Нас пригласил коллега Марка, я не помню, как его зовут.

–Хорошо, мы проверим Вашу информацию.

–А со мной что?

–Вы надышались едкого дыма, уж не знаю, что было добавлено в костер, но в дачном поселке еще несколько часов стояла невыносимая вонь. Вам еще повезло, что прибежали сердобольные соседи и вовремя нашли Вас.

– Вы найдете этого ублюдка?

–Мы постараемся, до свидания.

«Конечно, как же, так и кинулись искать», повернувшись к окну, по моим щекам побежали ручейками слезы, от безысходности. Конечно, где-то в глубине я жалела и себя, что оказалась такой беспомощной и глупой, ведь внутреннее чутье подсказывало мне, что нужно было забрать Марка и бежать оттуда без оглядки.

Вечером меня навестили родители, взволнованные, они пытались скрыть это за болтовней обо всем. О работе, о доме, о собаке. Но фальшивость эмоций я считала моментально, чувствовалось, им хотелось рассказать, и даже догадываюсь о ком, но не решались. Наконец я не выдержала, нужно же было кому-то набраться смелости и признать это.

–Я знаю, что Марка больше нет,– выдала я уставшим голосом.

–Дочь, что произошло, следователи толком ничего не говорят.

–Я не помню, когда похороны,– я представляла себе другого человека, чтобы не разревется, не хотелось мне перед ними быть слабой. Да и вообще, слабой я могла позволить себе лишь с Марком, он был частью меня, а теперь я осталась одна, и это одиночество ядом разливалось по моему организму, постепенно проникая в сердце.

–Когда похороны?

–Послезавтра,– тихо прошептала мама.

–Что врачи говорят, они меня выпишут?

–Что ты,– всполошилась мать, хватая меня за руку.– Ты сама была на грани смерти, так что минимум ты пролежишь здесь неделю.

–Я не могу, мне нужно попрощаться с Марком.

–Ему не поможешь,– вмешался отец, обнимая маму.

–Я устала, вы идите,– у меня не было сил и желания далее вести с ними бестолковый диалог.

–Да-да, мы понимаем, отдыхай,– мама с папой поцеловали меня, и вышли, оставив меня наедине со своими мыслями.

–В поле зрения мне попался телефон, я набрала Ростика, брата Марка, вечный хулиган и балбес, но когда нужно, на него можно положиться.

–Да,– послышался хрипловатый голос.

–Мне очень жаль…

–Ты как?

–Я не знаю

–Во сколько завтра?

–Свои, к 9

–Ростик, мне нужна твоя помощь, привези мне что-нибудь из одежды и забери меня отсюда, я должна быть там.

–Я буду,– не задавая лишних вопросов, выдал Ростик.

–Хорошо, до завтра.

Утро выдалось дождливым, по стеклам бежали струйки дождя, все вокруг было серым и унылым. Я дождалась врача и спросила, могу ли я покинуть больницу, на что получила отказ. Наконец завалился Ростислав, в руках у него был просто баул.

–Я не знал что взять, ты знаешь, женского не ношу, но тут вот порылся в вещах Марка, посмотри сама, а я пока тебя в коридоре подожду.

–Спасибо,– чуть слышно проговорила, мне было как-то неловко, что Марка нет, а я осталась, как показатель несправедливости судьбы.

Перебирая пакет, я наконец выбрала обычные джинсы и серую футболку, благо Марк был почти моего телосложения, так что я легко поместилась в его вещах. Кроссовки его, конечно, мне были велики, но ничего не поделаешь, босиком ехать это глупо, да и заезжать за моими вещами, уже не было времени.

–Я готова, поехали,– озираясь по сторонам, я пошла вперед, Ростик по дороге снял с себя толстовку и отдал мне. Скрывшись в капюшоне, я уже из машины наблюдала как дождь все сильней и сильней набирает силу. Темное небо давило, грозясь обвалиться на землю, то там, то тут блестели молнии, раскаты грома, шабаш стихии. Ростик молча, гнал машину по пустынным улицам, изредка пробегали промокшие до нитки прохожие, зонты их не могли укрыть от проливного дождя.

Мы подъехали, но я никак не решалась выйти и взглянула на Ростика, чтобы найти причину покинуть машину.

–Тебя никто не винит,– бросил Ростик, выходя первым, я поплелась вслед за ним. Мимо меня проходили люди, скорее всего какие-то родственники. Они о чем-то шептались, не обращая на нас внимания.

Зайдя в комнату, я замерла, гроб стоял закрытый.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «ЛитРес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на ЛитРес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.