Сергей Васильев
Вулканы Серого. Бегущая по мирам – 7

Глава 1. Великий Вулкан

Я проснулся с радостной улыбкой. Прекрасно отдохнул! И палящее полуденное солнце только добавляло удовольствия! Проснулся я не от шума порта, которого было не мало и вполне громкого. И крики грузчиков и вопли пузатого купца-орка с фингалом, с соседнего корабля слева, оравшего всем вокруг, что он вёл караван с зерном, и на него напали пиратки на галерах, отняли часть товара и найденные деньги, отымели избранных матросов, жестоко избили бившегося как лев его самого и нескольких сопротивлявшихся помощников. С причала ему весело орали несколько зевак, что если прогнать морских амазонок, то придут настоящие пираты, и тогда он будет свою историю рассказывать рыбам или работорговцам. Ну и другого портового гвалта и грохота было полно.

Но я проснулся от восторженного девичьего шёпота и смущённых хихиканий. Открыл глаза. Я лежал на спине на ковре у бассейна на квартердеке. В трусах типа плавок и раскинув руки. И потный от палящего солнца.

Над нами круто уходила в небеса гигантская гора. Очень красиво. Но на севере, и солнце не закрывала. Порт быстро переходил в нагромождение утёсов и уступов, уставленных домами. Мы причалили в правом для приплывающих углу порта, у углового причала. Справа был какой-то закуток под нависавшим над нами бастионом, вернее укреплённым домом, защищавшим порт с востока.

В этот закуток и был спущен из правого борта Дракона боковой трап, у которого две потёртых личности с бегающими глазками затаривались ценным буллшитом, уже ставя в тачку третье ведро и накрывая брезентом. Наш гном, старательно сдерживая ржач, складывал в кошель, разглядывая и проверяя на зуб, несколько серебряных монеток и шептал, что пока не может больше спереть, но получив маленькую пузатенькую бутылочку бренди, согласился добыть ещё ведро.

Дальше угла причала была арка, за нею на восток, над берегом, надо полагать – он был не виден за бастионом – поднималась запущенная каменистая дорожка, выходившая на поросший травой большой каменистый пустырь, видимый над аркой с дорогой в бастион.

Ну а хихиканье и шепоток раздавались с торчавшего из дома-бастиона балкона, довольно близко от корабля и от меня, и как раз над высокой задней надстройкой. Три молодых девицы-гномки в дорогих и красивых длинных узких платьях с длинными рукавами и высокими воротниками, типа закрытых, но неплохо открывавших через затянутые прозрачной вуалью прорези большие сиськи до самых сосочков, и подчёркивавших узкие по меркам этих самых сисек и широких пышных поп талии. Не сказать, что гномочки совсем в моём вкусе, но… все девицы хороши. А эти были ухоженными молодыми красотками.

Ухоженные красотки манерно прикрывали порозовевшие от мечтаний мордашки веерами и обсуждали глупого голого дикаря-долговяза. Меня то есть. Осуждая и критикуя, но было понятно, что очень хотят заняться перевоспитанием и социализацией плохиша в тесной обстановке. Ну да… если меня какой-то таракан не интересует, я не буду стоя над ним полчаса его разглядывать и обсуждать. Ну и все три старательно похлопали длинными накрашенными ресничками из-за вееров, когда заметили, что я на них смотрю.

Ну а рядом с ними на меня зло пялился не способный увести девиц от созерцания отвратительного зрелища молодой очень богато одетый гном. И борода у него что надо, я уж и отвык от такого – косматая лопата до пупа! Явно гордость молодого оболтуса, из знатного рода, имеющего и такое родовое достоинство. Наверняка и мажет чем-то для густоты и длинны… Но я к бородам отношусь без должного пиетета. И имеет значение, хоть и не всегда, и не всегда решающее, длина кое-чего другого, хотя как раз с этим у гномов обычно без изысков – обычная длина, пропорциональная росту, а отнюдь не ширине, весу или бороде.

Знатный гном был очень широк в плечах, но мощи наших лучших гномов-мордоворотов в нём не чувствовалось. Ну и остальное на месте. Секира, усыпанная камушками шпага, увесистый статусный кошель, якорная цепь, золотые часы на руке, золотой будильник на цепочке на животе, куча колец, серьги. Доспехов не было, вместо них жались у выхода с балкона полдюжины бронированных стражников с алебардами, луками и секирами. И была пара высоких бронированных симпатичных девиц-гномок с короткими широкими шпагами, арбалетами и алебардами – эти картинно облизнулись и тщательно подмигнули мне.

Но всю картину знатного сердцееда портила другая доблесть гномов, выжженная мною из наших калёным железом, вернее мылом и водой! И борода, и волосы на башке, собранные в шесть похожих на зачуханные верёвки кос, были не мытые и засаленные. Да и морда чистотой не блистала. Кажется, даже вонь доносилась до меня. Впрочем девиц, не знавших иной мужской красоты среди своих, это не смущало. А может смирились и вид делали.

Я подмигнул трём красоткам, вызвав бурю эмоций положившего руку на рукоять секиры их кавалера, что вызвало мою улыбку. Искупался в бассейне, оделся, демонстративно побрызгался духами, вызвав вытаращивание глазок девиц и презрение на харях парней, отправился завтракать.

Во время отменного, как обычно, завтрака мне сообщали новости. И мои девицы из кают подтягивались, потешно потягиваясь и ворча спросонья на всё подряд.

Только давно хлопотавшая Лоя отвесила шлепков своим сонным воспитанницам. И начала доклад с сообщения, что хоть и стоим мы уже часа два, но портовой чиновник ещё не изволил прийти, но сразу прислал помощника, который заведя глазки за спину, намекнул, что можно поторопить низшего, но очень важного чиновника. Но был вышвырнут ржущим Гуроном с галеаса. Лоя усмехнулась:

– Всё здесь, кроме верфей и посёлка корабелов, относится к королевству Великий Вулкан. Но порядка как в Груве не ожидай. Совсем не ожидай! В полунезависимых городе Вулкан и порту Вулкан управляет префектура. В горе над городом собственно королевский дворец и владения. Ещё в горе и под горой есть несколько полунезависимых поселений. Ну и где-то на вершине вулкана есть независимая деревня Звездочётов, только дорогу к ним очень мало кто знает. Ну и бардак неслабый. Король поддерживает равновесие между разными силами и интересами. А чиновники-взяточники и даже портовые банды тоже среди этих разных сил. Но этот портовой чиновник, а заодно и таможенник, уже получал от Гурона несколько лет назад, не по чину им выёживаться перед боевыми кораблями, и Гурон пообещал ему зубы выбить в следующий раз. Но оборзевшее ничтожество у корыта, очевидно, забыло. А все купцы им монетки подкидывают, иначе может и через неделю прийти, а до осмотра и регистрации никому сходить на берег нельзя.

Гурон весело стукнул стальным кулаком в железную ладонь, усмехнулся:

– Зубы выбью, чтоб было на что взятки тратить! Но срать я хотел на их законы, которые они и сами не хотят соблюдать. Сразу все наши пошли, кто по делам, кто развлекаться! Лоя формально в моём подчинении, это на случай если мы здесь сильно оттянемся, а ей ещё ходить по этому морю. Ну и к королю послали весточку, чтобы дочурку отгрузил… Эти идиоты ответили, что скоро, а это значит, что не больше недели, нас изволят принять. Но ты не парься, в Карсон мы успеем, без нас не начнут, ха! Так что здесь резвимся. Но здесь нельзя спокойно напиваться! Прибьют легко. И отребья полно, и бандитов. И крепкой власти нет. И судьи деньги любят и блат. Король силён, но… Лоя уже сказала.

– У меня в ближайших планах сходить к корабелам и установить у них портал. Вернее, рядом с ними. Здесь явно один из центров этого мира. И галеасы один из ключей к возрождению… Эра Галеасов! Морских эльфов-корабелов. Эльфов… – про эры и эльфов я так просто бормотал, подумалось, что классно было бы и эту могучую расу к делу спасения мира приспособить. Любимую расу Бесподобной, как ни странно, хотя ей, как и мне, в целом пофиг, а эти для неё, наверно, тем и привлекательны, что антиподы…

– С корабелами все эльфы возродятся, но их всё равно мало будет. А ещё бы ладов понагнать откуда-то, и побольше, миллионов сто-двести, – хмыкнула Арда. – Что скажешь, Десница Эры Зайца? Тут даже твоя скотская любвеобильность не поможет. И рагимка не справится. И…

Я перебил дуру:

– Зато с тобой поможет, сейчас после завтрака и отлюблю как тебе не нравится, пока срок проигранного брака не вышел, а когда ещё в следующий раз продуешь. Трудная девочка. И остановись, у меня против тебя это ещё не все козыри, не буди лихо.

Под смех компании Гор доложил:

– Мои парни сразу спросили портовых жучил про наличие буллшита, сказали, что готовы бесплатно помочь утилизировать. Я сказал припёршемуся шнырю, что ты скупаешь по шесть монеток за ведро! И объяснил, что это такое. Но здесь быков нет, даже коров нет. Только козы, овцы на склонах. Сельское хозяйство есть, земли плодородные, роны и гоблины неплохо выращивают разное на склонах и террасках… Дополняют поставки с континента… Но без коров и быков, не годятся они по кручам лазать. И коней мало.

– А я потом по пьяни выболтал, что морские амазонки готовы платить по восемнадцать сребреников за ведро, ждать не могут, сады погибают. А с континента пока ещё поставки прибудут… – продолжил Бори. – Вот у нас теперь все местные группировки и жулики скупают, кто как может, этот бесценный продукт! Профсоюз грузчиков, самая отмороженная банда, установил потолок цен, вот мы по семь монет и толкаем твоё дерьмо! Но недавно профсоюз заподозрил, что их имеют по-чёрному, притащили пару вёдер разные шныри, продали в убыток, по шесть монет, и тут же скупили обратно другие их шестёрки!

Под наш ржач Гор добавил:

– И умница Стелла, я даже её любить начинаю, помогла. Между делом выболтала, что мы все с ума посходили, даже скотоводством занялись, провоняли все, как будто деньги не пахнут! Уже партию загнали, радовались как идиоты. Смотреть противно.

– А где она? – ржал я.

Лоя прекратила смеяться и сердито сказала:

– Да тут с полсотни наших недомерков, как будто погребов не видели, сразу ринулись в подгорные тоннели! Шахтёры блин, как будто денег им мало! И ведь знают, что если бы ковыряться в земле выгоднее было, кто бы из недомерков в наёмники подавался! Ну и Стелла твоя с ними увязалась, дурочка в красной шапочке. Хотела остановить… там не все возвращаются, да и… Но она сказала, что ты разрешил и распорядился сходить, осмотреться… Но если наврала, я её высеку! Хотя ей розги… как нам травинка…

– Не скажи, Лоя, – серьёзно сказал Гор. – И мы с Бори сходим, как разберёмся с делами и можно будет отлучиться. Поиск камней, это для гномов, и не только, Гурон подтвердит… это отдельное удовольствие. Азарт! Но вы не подземные добытчики, вам не понять!

– Конечно не понять, – усмехнулся я, размышляя как наказать нахальную дурочку. – Встречаются два парня. Один говорит, что женился. «Красивая?», спрашивает другой. «Страшная, как Великая Война», отвечает первый. «Умная?» «Тупая, как пробка». «Богатая?» «Нищая, как храмовая крыса!» «Ээээ… почему женился?» Первый и говорит: «Да глисты у неё хорошие…». «Ээээ…» блеет второй. Ну а первый бормочет: «Нет, ты не рыбак, тебе не понять».

Когда все оторжались, слово взял Бори:

– Великий Вулкан потому и ценится, что под ним много камней драгоценных. И другие полезные ископаемые есть почти все! Золото, серебро, платина, уран, всё есть! И есть кристаллы маны. И другие дикие магические артефакты и минералы попадаются! Поэтому Вулкан, это не просто остров с горой. Это святыня! И ты, Серый, верно сказал про центр мира… Ну и гномы со всего мира приходят, кто-то добытчиком становится, лицензию покупая или часть отдавая. Кто-то в кланы вступает. Ну а такие как мы могут заплатить пошлину, получить участок и искать! Что нашёл, твоё! Некоторым везёт! Бывает даже, вот случай был… но вам не понять! Но находят и очень ценное, хотя это сдавать полагается, на выходе проверяют, но там награда огромная! И не только гномы, кстати.

– А некоторые не возвращаются, там и монстры есть, как в сказке про Красную Шапочку, – усмехнулся Шевалье.

– А главное, выдают таким лохам пройденную пару раз штольню, копайтесь, идиоты, но даже оплату билета входного не окупите, – усмехнулся Гурон.

– Ну, ценность магических артефактиков и кристаллов маны ещё можно понять, но если их отнимут на выходе… – сказал я.

– Кристаллы маны не отнимают… – перебил меня Гор.

– Но и не находят, – перебил его Гурон.

– А вот золото и камушки нифига не ценность! – перебил я. – И центр мира не из-за этого. А просто это ключ к Великому Морю, которое было и будет центром мира. А ключом из моря будет Грув! Ну и на Вулкане гильдия Корабелов. Ключ к эльфам. Горгульи рядом живут. И даже загадочные Звездочёты. А золото… бриллианты…

Я пожал плечами, спросил и послушал пару вариантов дебильной саги про Красную Шапочку местного разлива. Пробормотал:

– Да уж, вечный сюжет всех миров – мать идиотка, отправившая негодного, но вроде как ценного бойца на крайне рискованное непосильное задание. Наивная дурочка. И монстр-идиот, который не хочет просто сожрать несчастную, передачу из корзиночки и, отдельно, бабушку, которая всё равно рано или поздно даже бронированный форт покинет, да хотя бы буллшит свой сбросить или продать! Не говоря, что если живёт, то ведёт хозяйственную деятельность… А там ещё и окна упоминаются…

Гномья Красная Шапочка несла харчи поселившейся, с какого-то перепоя, чёрт знает где в подземельях недееспособной бабушке, ну и встретила каменного монстра. Который всех и сожрал, но, конечно же, блин, сильно хитровывернутым способом, перед этим ещё и отымел несчастную, но только сожрав перед этим бабушку, сил что ли сразу не было. Я раскритиковал:

– Логики ноль. Одна мораль – не говорить с монстром! Хотя любой оборотень скажет, что если бы замыслил сожрать беззащитную девочку в лесу, то обошелся бы и без светской беседы… А насильственная любовь… Да любой вад, положив глаз на курочку с целью положить её в борщ, только с невероятных зелий начнёт с нею сначала разговаривать, и спрашивать про другую, сидящую рядом, старую курицу. И уж совсем непонятно с какого аццкого перепоя он ещё и отлюбит пташку, и только потом сожрёт! Ладно, у нас тут Краповая Береточка, а это другая, более жизнеутверждающая, но не для монстра, история.

Арда рассказала похожую историю о парне-идиоте в красной шапке, нёсшем жратву дебилу-дедушке. Спасла их от мучительного существования и мир от них сердобольная дракониха, но тоже не просто вот так без изысков.

Моё офигение остановил Гор, доложивший:

– Серый, ты на три часа пополудни ничего не планируй…

Я посмотрел на зависшего, ожидая моего вопроса, гнома, бывшего копейщика, и на его коллегу-сабельника. Прервал молчание:

– Ладно, сдаюсь. Почему?

– Нас на религиозный диспут пригласили.

– Дубины брать? – усмехнулся я. – Раз диспут… религиозный… возвышенный…

– Всё брать, – серьёзно сказал Бори. – Думаю, что мы-то кулаками обойдёмся. И доспехами. А вот когда Учредители и Мессии, там жёстко. Всегда!

– Спасибо, парни, – усмехнулся я.

– Пожалуйста, – без иронии ответил дуэт радостных, не сомневающихся во мне гномиков.

– Ты спал, не видел, а я тебя будить не стала, очень уж красиво лежал, я еле сдержалась не присоединиться, – облизнулась Лоя вместе со своими не видевшими это, но верившими наставнице подопечными. – Тут, восточнее, между городом и верфями, храмик достроили. И амфитеатр. В километре.

– Ага, – засмеялся Гор. – Нет, я не видел и не смотрел, просто когда эти фрейлины побежали на балкон, а за ними принц… Похоже врут, что король использует фрейлин жены и дочери… не по назначению… или по назначению…

– Использует, но только трёх жены, – веско сказал Бори, – я уже с горничной из дворца… обсудил вопросы… религиозные. Просто король… эээ… при всём уважении… похуже… выглядит. И ванна у него завалена рудой… золотой… А на нём мухи живут. Железный мужик! Свято блюдёт традиции! Принц послабее, иногда не выдерживает. И он использует этих фрейлин сестры.

Я поржал, прояснил, что у короля из взрослых детей один сын, которого я видел, и одна дочь, которую нам доставлять надо. Принц вредный. А дочка полная лапочка, мечта всех гномов всего мира, но только в мечтах. И характер ангельский. Да уж, ангельский, значит Ангелобой нужен…

– Ну значит минут за пятнадцать выйдем, – усмехнулся я, размышляя про новое приключение на мою задницу.

– Не успеем, там километра два, да вверх-вниз…

– Дорога на восток у носового трапа, – удивился я.

– Это на пустырь, на краю которого логово профсоюза грузчиков. С него путь только сюда, ну если по скалам не прыгать. А нормально через город надо, – пояснил Гор. – Мы тут, это… с утра сходили, обряд провели с младшими жрецами. Нимфы радостно выступили, ну там пара слов, потом купание, канкан… Ну и пару тысяч последователей сразу… привлекли. А местный культ как его… ну в общем Лемолнодарана и пантеона… храм здесь построили, эээ… богов шахт, моря Великого, оргий, медицины. Ну и… им не понравилось.

– Разберёмся, – пробормотал я, послушал как Альфонс что-то шепнул Коре, спросил. – Что?

– Две тысячи триста страниц… – растерянно пробормотала будущая Великая Учёная Сорок Пятого Рая. – Серый, ты бог!

Я демонстративно покрутил пальчиком на столе, как будто давлю надоедливого, но живучего таракана, пробормотал:

– Ну, ещё не совсем, я только учусь… Но видели бы вы… Ладно. Пошли в город, выгуляем курочек, заслужили, и им наверняка хочется посмотреть на жизнь низших рас. Кора, скажи чтоб собирались, а я, пока срок не вышел, с Ардочкой вопросы любви обсужу…

Начавшая привыкать Ардочка решила расслабиться и получать удовольствие. И я получил! Отлично пару раз предался любви с амазонкой в нелюбимых ею позах и пошёл в шлюз.

Я выяснил, что в нашем мире курочки не помрут, вернее, помрут, но недели через две. Отравление слабыми и бестолковыми, но такими заманчивыми горизонталями накапливается, потом медленно выводится. Но на часовую прогулку девицы согласились с огромной радостью, большим энтузиазмом и громким визгом. Вопросы выгула ангелов меня не интересовали, там кто-нибудь другой разберётся, может Арда… тем более, что она скоро откинется из тестового замужества…

Хотя ангельши, в силу демонической природы своей, могут легко накостылять почти любому в этом городе, я обеспечил охрану. Всё же они из многозначных чисел. Практиканточка вообще оказалась миллионщицей. Я присвоил ей прозвище Студентка, вызвав восторг.

А Первую переименовал в Курочку Раз, поскольку она брыкалась, ссылаясь на законы, что если скромная стотысячница присвоит столь малый номер, как Первая, то её могут на войну послать. Или даже на конкисту, где недавно жуткий монстр всех замочил, и даже могучего героя-генерала оборотня, приходившего в горячих снах всем девицам рая. И новых ищут отморозков и накосячивших даже среди стотысячников и выше, но желающих нет даже вместо долгих сроков в тюрьме и прочих тяжких кар…

Остальные пернатые красотки, ясен пень, стали Курочками от Два до Пятьдесят Два. Ну и между ними номерные Гуси затесались, Петухами не стал нарекать. По порядку прихода на битву с алчными низшими. Две, пришедшие вместе, подрались за номер, но после моей лёгкой экспресс-порки помирились.

Потом я взял за ручку Студентку и во главе попарной колонны вышел в город. Да уж! Стая белоснежных юных и молодых прекрасных ангельш! И все как ангелочки, за ручки держатся. Не выдержал чиновник-гном, который прибежал требовать какую-то охрененную пошлину или визовый сбор… Но не добежал. Вернее сначала добежал до Гурона, а потом, когда через полчаса встал, то решил, что тут безвизовая зона, а он запамятовал, но я это не видел. Но зубы у него красиво летели. Кондотьер Гурон слово держит!

Мы походили по улицам, посетили лавочки, девицы накупили безделушек, которые я и тройки прикрытия оплатили, за мой счёт, но я сам сказал, что оплачу, жалкие три десятка империалов за море восторгов, кучу горящих глазок и горячий шёпот про благодарность натурами. Затем косяк ангельш покружил вокруг города. Обошлось без жертв, если не считать хронически отвисших челюстей аборигенов и врезавшегося в гору засмотревшегося на невероятную красоту явно молодого чёрного горгула. Впрочем, остальные полтыщи разноцветных горгулий его быстро нашли в расщелине, помогли, и он смог улететь на свой остров сам.

Когда колонна курочек втянулась в галеас, а Студенточка с горящими глазками закончила меня обнимать и целовать, шепча про благодарность натурой, и скрылась в недрах корабля, я закурил сигару и начал любоваться портовой суетой с пристани. Большой порт и оживлённый. Красиво взбирающийся крутыми ярусами на невероятного размера гору город. Горы обычно видят с других гор, предгорий, перевалов и плоскогорий, которые и сами не низкие. А Великий Вулкан, это очень крутая гора со множеством отвесных склонов, на которую смотришь с уровня моря! Наверняка без магии не обошлось! Я отхлебнул фантастического лёгкого освежающего вина из принесённого Джуманом стакана, сказал Верховному Жрецу не забыть прихватить на диспут виноточащий кувшин, и по дороге раздавать вино страждущим.

Абсолютно большинство народа вокруг – гномы. Причём девиц почти не видно, и они в длинных закрытых платьях, но без чрезвычайно фривольных по их меркам вырезов для демонстрации верхней части сисек, как у фрейлин. Зато гномы-самцы, скорее всего и виноватые в мышиной скромности своих девок, разинув хлеборезки пялятся на моих девиц, да и на легко, по их меркам, одетых девиц с других кораблей. Судорожно сглатывают и в буквальном смысле роняют слюни на мостовую, те которые на бородах не остаются.

Тут я заметил, что ко мне из недалёкой арки, с пустыря, решительно направилась делегация из пары десятков мордоворотов. Гномы и один орк. Хотя как посмотреть… мордовороты против мирных жителей, а против наёмников – просто злобные потные твари. Тут и думать нечего – ядро банды, грабящей грузчиков и приходящие корабли. Профсоюз, ха. Но и грузчики со всего порта начали стягиваться к нам, пока смотреть, но и дубины держать в лапах. Не все грузчики, а только члены, вернее подданные профсоюза. Остальные наверно под другими бандами существовали, в независимых не верилось.

Наши быстро выстраивались рядом со мной, но чуть в стороне. Кувалда первым прискакал, радостно поглаживая кулачищи, по которым сразу было понятно его прозвище. Арда, Гурон и Шевалье курили неподалёку, весело улыбаясь. Они все в меня верили и давали возможность спокойно поработать. Но на квартердеке курили трубки пара орков, рядом с фонтаном, под которым три сотни стрел рвались в бой. Хотя… наших было сотни две, а это очень серьёзная сила.

Главарь решительно направился прямо ко мне. Его свита остановилась в нескольких метрах. Остановился в паре шагов, сплюнул и слышимо только мне прошипел:

– Ты, Серый, продал моим парням говно. С тебя штраф три сотни империалов, и не извивайся, у тебя есть. И торговлю говном под мой контроль, за половину прибыли. Как видишь, всё по-доброму и по-честному.

Я осмотрел наглеца. Гном среднего роста. Борода. Оружия вообще нет. Секиры нет! В ручонках вертит… колбасу. Прямоугольный батончик копчёной колбасы, примерно 20 на 3 на 1 сантиметр. Явно оружие, но очень похоже на изысканную колбаску. Нас кто-то предал. Надо узнать. Я спокойно ответил:

– А если нет?

– Тогда ты труп. Секунду не проживёшь! И мне ничего не будет, это мой порт.

– Нет.

– Что нет?

– Ты лживый ублюдок, – усмехнулся я, – обещал секунду, а сам зассал.

Я отклонился от лезвия. Кусок колбасы оказался ножом с выкидным прямым клинком. С фиксатором, как потом я выяснил. Типа навахи, пожалуй. Мастер! Быстро нанёс перерезающий горло удар. Но… не повезло ему, хотя при его профессии, смерть только вопрос времени. Пока не найдёт кого-то быстрее. А гномы не относятся к быстрым. А я отношусь! Ну и шлем из моего лба ещё не выпал, но ему работы не хватило. Я молниеносно выхватил вилку и воткнул в темя противника – допросим подельников, а этому жить нечего, и он тёртый и умный. Был.

Мимо меня пролетела толпа наших мордоворотов, торопясь получить свою жертву. Кувалда красиво свернул набок челюсть бандиту. Ардочка, как один из командиров, даже не шевельнулась, ведя в маске наблюдение за домами и толпой, и готовая выхватить лук и выстрелить за полсекунды. Только смеялась заливисто юная красотка. Шевалье успел к орку из банды и ударом огромного кулака с удовольствием превратил его морду в ужасную кашу. Да и остальные бандиты продержались только время добегания до них наших весьма шустрых мордоворотов.

Только один молодой гном, до этого выглядевший крутым и развязным, остался в сознании – он успел рухнуть на колени и завопить о пощаде и чтобы его не били, расстроив «своего» орка и отделавшись сильным пинком по рёбрам.

Толпа грузчиков с дубинами особо пошевелиться и не успела. Перед ними выбежала и построилась дюжина синих латников со щитами и мечами – лучшие мечники Бори, на досуге являющиеся и двенадцатью из тринадцати младших жрецов культа Добра. По толпе грузчиков прошелестел возглас:

– Синие латники Великого Диктатора?!

– А ну пшли вон! – рявкнул подошедший Бори.

Крепкие и тёртые грузчики не спеша, с достоинством разошлись. Только несколько самых авторитетных бригадиров приблизились ко мне, встали в пяти метрах, поклонились, и пробормотали вопрос, кому теперь им надо платить взносы. Удивились моему простому ответу.

Допрос банды занял две секунды, утащенный на Дракон уцелевший бандит сразу завопил:

– К нам пришёл тролль с Дракона, что-то сказал атаману. Больше я ничего не знаю, только не бейте!

Арда побледнела, сразу убежала, через несколько секунд вернулась, волоча за руку второго своего любовника, бывшего скотником, временно. А ставшего предателем, до конца жизни. Пленный кивнул и быстро умер от свёрнутой шеи – и да, его не били. А тролль начал вопить, что хотел отомстить Серому за потерю невесты…

Да уж, я не ожидал, что девица может с таким остервенением избивать жертву. Но не долго. Арда макнула в ведро с буллшитом башку пытавшегося что-то сообщить сквозь выбитые зубы разочаровавшего её бывшего близкого, ну хоть как-то близкого… парня. Через несколько минут он прекратил дрыгаться. Никто и слова не сказал, но мне было понятно, хотя может я и не прав, что быть полевым типа мужем великой амазонки, значит быть слабым. Хотя кто я, чтобы судить…

Ну а Арда вымыла руки в принесённом кем-то ведёрке с водой и весело сказала:

– Чего напряглись? Расслабьтесь, он мне давно разонравился. Серый, пошли на диспут, муженёк будущий!

На месте боя пара трясущихся стражников ходила между трупов и выживших, но сильно пострадавших. Один из очнувшихся что-то прошамкал окровавленной пастью с выбитыми зубами про ещё встретимся. И сразу встретился. Гор с ухмылкой свернул ему шею. Прорычал стражникам:

– Всё по-честному, бой без оружия! Они напали.

Никто особо и не пытался предъявить обвинение или что-то ещё. А я не торопился объявить выход религиозной процессии. Ждал. Но наши искатели камушков в истощённой штольне вместе с глупой Стеллой задерживались. Гор пробормотал, что опоздаем. Я только хмыкнул:

– Подождут. Культовые дела не терпят суеты.

А пока ждали, я быстро сбегал на пустырь, посмотрел на высокие сочные травы, и приказал вывести на пастбище всех двадцать моих быков, пусть порезвятся и поедят вкуснятины. Впрочем и зерна приказал им отнести на выгон. И быстро купил оптом много разной морковки и прочих овощей – часть отнести на бестолковый пустырь, ставший отличным пастбищем, а часть погрузить на галеас.

Меня насмешил ограбленный морскими амазонками купец с фингалом, четыре корабля которого стояли рядом с Драконом, который всё никак не мог угомониться, и сначала приставал ко всем с призывами искать, кто, не входя в гильдии, начнёт продавать левое зерно. Затем он с подозрением присматривался к перетаскиваемым на пастбище моим мешкам, а потом начал спрашивать, где мы купили фураж. Цели он добился, Гурон долго его слушать не смог и повесил терпиле второй фингал.

Ну а доконал его мой Резак Конца, который я использовал как косу, обнаружив заодно, что страшный клинок можно ставить под прямым углом к древку и поворачивать, получая ужасающего вида косу. Но я даже радостно покосил траву на пустыре, ради интереса. Заодно и свежего ароматного сена купил у пришедших поржать надо мной ронов-фермеров. Ну а рядом серпом отлично пожала траву Дора, счастливая и такому применению своего обрадовавшегося побыть правильным, ха, серпом Серпа Смерти. А потом мы своими сельскохозяйственными орудиями довели несчастного купца чуть не до инфаркта, когда он всё-таки отправился на опознание неотличимых от других мешков и попал между мною и Дорой, а мы радостно продемонстрировали ему умения разнообразно махать Резаком Конца и Серпом Смерти.

Наконец из узкой ползущей вверх улочки показалась возбужденная толпа. Наши искатели сокровищ громко орали и сильно размахивали руками. Впереди гордо вышагивала чумазая Краповая Береточка. Я залюбовался сияющей артефакточкой, големихой. Поймал себя на мысли, что она живая, а это значит… значит это… У неё есть трио! Душа, мозги и интеллект. Про искусственный интеллект мы все отлично знаем и многие говорили со своими артефактами. Души в великих артефактах есть по-определению. А вот мозги… Бесподобная выращивала их в живом дереве и обещала каменному дракону вставить деревянные, которые может создавать как модификатор, хотя и не должна, но она не зря Бесподобная и Невероятная. Или… что или?

А потом я вспомнил и осознал! Для того чтобы стать живой Стелле не хватает живого тела. Или хватает? Но как? Бесподобная и Невероятная Леди только шутила про оживление камня… Но я сам видел формирование внутренних органов! Ого! Это я натворил? Ладно, наше трио – ведьма Хаоса Дора, волшебная палочка Липа и я, который думал за всех. Значит мне и отвечать. Отвечать? Перед кем? Проехали. Я просто возглавил безобразие!

Но тут радостная толпа подошла к нам и… наш религиозный марш ещё отложился. Под смех орков, троллей и остальных, гномы начали перебирать богатую добычу! Через пять минут я склеил в голове картину из разнообразных воплей.

Толпа искателей сокровищ за пять золотых купила включавшую и спуск и подъём лицензию на четыре часа, потому что у них и было полдня. И взяли с собой, не будучи совсем дураками, закуску и выпивку. Этакий пикник на глубине в полкилометра под гигантской горой. Планировали немного постучать кирками в сто раз обшаренной до них штольне. Найти пару полудрагоценных камушков, а может и крохотный изумрудик, копеешный, но ценный именно тем, что сами и выковыряли.

Только Стелла не была настроена на тихий пир. Она кинулась обшаривать тоннели, восторженно охала и веселила расслаблявшихся крепышей, уже ковырнувших по паре раз стены кирками и разливших отменное ангельское пиво. Даже нашли. Какой-то камушек полудрагоценный и гораздо более дорогую серебряную пуговицу. А потом совсем рассмеялись, когда маленькая даже по их меркам девица начала яростно долбить своей так себе киркой стену совсем недалеко от них. Потом смеялись, когда она кинула им камень. А потом кинулись долбить стену, когда это оказались несколько слепленных огромных изумрудов. Пусть и не очень чистых, но очень дорогих! И ещё нашли немало изумрудов, но поменьше.

А за это время подземная ищейка нашла и выковыряла из стены дюжину кристаллов маны! Пиво так и не допили! Гномы не допили пиво! Про еду и не говорю. Пиво выпили в клети подъёмника. А потом задержались, когда им не поверили, что они нашли ЭТО ТАМ, но за четыре с половиной часа, включая долгие спуск и подъём, они и не могли никуда больше попасть. Да и обслуга подъёмников и этих, называемых ближними, штолен подтвердила ковыряние идиотов в пустой выработке, где и раньше почти нифига не было.

Потом дрались с чиновниками, которые решили изменить их лицензию с фиксированной оплаты на долю в добытом. Ну как дрались, били. Всё! Нет, ещё Стелла возмущённо ругалась на слишком слабую кирку и говорила, что крошить камни руками получалось быстрее, и она даже зубками грызла отколотые куски породы в азарте охоты на сокровища тоннелей.

Чумазая радостная Стелла быстро сбегала и уже вернулась, искупавшись и быстренько сполоснув одежду – в мокром платье и пришла. Я выдал полной загадок крошке наваху атамана – кусок колбаски в корзинке Красной Шапочки смотрелся очень органично.

Затем удовлетворённо хмыкнул, когда в ответ на мой вопрос Стелла открыла черепушку мышки и показала накрытый прозрачным колпачком мозг из мириады движущихся совсем микроскопических очень плотно слепленных шестерёнок, пояснив:

– Это просто муляжи, для красоты. Куча мастеров лепит такие шарики движущихся шестерёнок, как будто думает мышка.

– И думает, – усмехнулся я.

– Слишком маленький мозг, – строго пояснила мне и окружившим нас друзьям довольная крошка. – Даже магия не может зародить мысли в такой головке.

– Их тринадцать. И все связаны с тобой. И у вас единый мозг за счёт твоей ментальной связи. Береги мышек – с ними ты живая!

Кора весело ткнула локотком в бочок Лою, промурлыкала:

– Будешь учёной, пиши диссер! Хватит, умница, в дурочки играть. Как раз пока беременной будешь, да потом с дочкой первый год или три… Только бери Стеллу под наблюдение. Изучай. Смотри внутрь неё! Только…

– Осторожность! – перебил я. – Как говорят опытные проктологи, если долго всматриваться в задницу, то задница начнёт всматриваться в тебя!

Мы поржали и наконец… Двинулись!

Глава 2. Диспут

Наш марш был достоин пера поэта! Впереди плотным отрядом в четыре ряда по трое в ряд с громким топотом и лязганьем вышагивали синие жрецы-латники с поднятыми забралами. Они шли так плотно, что плечи лязгали друг о друга, а ноги рядов почти соприкасались! Только одновременно шагая на одинаковую ширину и можно было не повалиться кучей. Потрясающая слаженность! Шагали быстро. И смотрелась такая стальная коробочка просто потрясающе! За ними шагали Верховный Жрец Гор и заместитель верховного жреца Бори. Замыкал строй крепкий последний младший жрец, бодро долбивший в барабан. Потом шёл я под ручку с Дорой. Дора несла и мой Резак Конца. За нами, взявшись за ручки, спешили Кора и Стелла. За ними радостно с громким лязганьем медленно, но широко, шагал потрясающий Чёрный Рыцарь Джуман с огромным мечом на плече. Потом шли Арда и Лоя. За ними весёлые воспитанницы Лои.

За нами четыре десятка гномов тащили на плечах, на длинных палках, замаскированную под столешницу портальную плиту. На плите на подушке сидела на коленях радостная шикарная здоровячка Гетера в купальнике из узеньких трусиков и небольшого бюстгальтера. Рядом с ней стоял тазик, к которому был прикреплён извергающий великолепнейшие вина с темпом пять литров в минуту кувшин. И гора самых простых жестяных кружек. Гетера зачерпывала вина из тазика или наливала под струёй и подавала нашим и зевакам вдоль дороги, вызывая порой небольшие свалки. Ну и дальше топала ещё сотня наших мордоворотов, и везла на тележках несколько бочек с вином. И Альфонс с самопишущим блокнотом.

Шевалье и Гурон остались на Драконе. Шевалье пробормотал, что не может смотреть как мы издеваемся над важными вещами. А Гурон весело сослался на то, что собирается продать часть вин из огромных запасов и уже успел договориться с какими-то купцами. Я скептически покачал головой, остальные повторили мой жест. Разрешил продать не более десятой части запасов, а Шевалье пообещал присмотреть за занимавшимся активной предпродажной дегустацией напитков кондотьером. Но они уже остались позади.

Я взял протянутый мне большой золотой кубок с драгоценным вином, закурил сигару и начал слушать песню, а вернее кричалку, которую старательно орали младшие жрецы во все свои лужёные глотки. Старшее жречество сначала, во время перерыва вопильщиков между двустрочиями на набрать воздух, быстро негромко произносило строку, которую потом и усиливала младшая каста. Ну и я им иногда помогал. Казалось, что стёкла окон дрожали от рявканий:

– Мы давали вам по морде!

Раз, два, три!

И ещё дадим по морде!

Раз, два, три!

А потом добавим в морду!

Раз, два, три!

Вы отхватите по мордам!

Раз, два, три!

Кулаками в ваши морды!

Раз, два, три!..

Примерно так и орали, бодро взбираясь по узким улочкам, потом шагая среди высоких домов, и выйдя на слегка извилистую дорогу над морем. Дошли мы быстро, но конечно опоздали. Ещё до выхода мы опоздали почти на час. И явились к месту интеллектуальных сражений в начале пятого.

Ну а я весь конец пути восхищался, какой храм нам отгрохали! И Гор ржал над моей шуткой, оставив поэзию заму. А восхититься было чем. Огромная постройка. Метров сто на тридцать! И высотой метров пятнадцать, не считая крыши! Арда промурлыкала, что ширина треть длины, а высота половина ширины. Сто на тридцать три на семнадцать. По периметру колонны. Красотища!

Перед храмом волновалась толпа последователей предыдущего, ха, культа. На крыльце выступал гном-жрец Храма. А за ним на помосте в креслах сидели два бога?! Один дул в свирель из двух трубочек в виде галочки. Ну и на какое-то время стала видна часть амфитеатра и Арда быстро сказала:

– Над алтарём посреди сцены амфитеатра наблюдаю стабильную колонну из Хаоса! За спиной жреца два бога!

Вечер перестал быть томным. Я зло выругался. Арда доложила, что не наблюдает портальных колонн. Что это нам даёт? Два бога укрепляют культ пантеона Лемолнодарана. Здесь. Может их сюда сослали, а они преуспели? Или репетиция? И боги не из самых важных, как там по разведданным – шахт, Великого Моря, оргий и медицины… Допросить гадёнышей, вернее, выдурить сведения, но сначала надо бы и кокнуть! А это не всегда просто… Я обсудил свои мозгоскрипелки с друзьями. Ничего нового не придумали, продолжая бодро топать. Только Арда доложила, что больше никаких проявлений Хаоса не наблюдает. А Стелла промурлыкала, что порталов и следов тоже не видит, кроме нашего кувшина, конечно.

Я невольно улыбнулся, посмотрев на каменную крошку – кожа неплохо посветлела и теперь за нами бодро шагала такая бывалая смуглая Краповая Береточка. Гольфики бесподобны! И покоцанная кирка, торчащая из корзиночки рядом с чёртовой дюжиной свесивших с края железные ножки мышек-роботов добавляет непередаваемого шарма. На месте серого волка или каменного монстра я бы кирпичей отложил.

Но наслаждаться видом красоток, остальные из которых не уступали по шарму Стелле, было некогда. Я прислушался к мелодии бога, дайте угадаю – оргий. Да уж неверно выбрал музыкальное оформление. Совсем. Пытается выжать из инструмента для залихватких пьяных плясок нечто торжественное. Неудачно. И на башке у него козлиные рога! Фавн?! Свирель фавна?! Нахрена? Крупный вад, выглядит как лад, только с рогами, как будто гарем завёл, а гарем изменил, и кальция в организме хватило. Но хватит хохмить.

Второй божок мелкий. Совсем. Рон олимпийский, блин. И держал на коленях маленький чемоданчик или портфельчик. Что ещё.. У козла на боку висит как будто шлем. И на поясе шпага и… чекан. Довольно крупный. С топором и молотом на ударном конце. И лезвие топора широкое, и молот массивный. Козёл ещё и по шахтам? Но у мелкого тоже есть чекан, но с молотом и клевцом. Ещё больше похож на кирку или горный молоток. Одни загадки. А это значит – импровизируем!

При нашем приближении спокойное строгое богослужение дало сбой, а потом совсем расстроилось. Часть паствы побежала к нам, доставая свои кружки. Смеющаяся Гетера радостно кричала возвращать кружки, но вороватый и тороватый народец старался зажимать посудку. Далеко не все, но кружки почти рассосались. Впрочем, они были в толпе, которая начала проявлять зачатки самоорганизации, а именно, страждущие били в морду очередному зажимальщику жестяной кружки, выхватывали посуду и бежали к месту раздачи напитка, драгоценность которого они и не понимали. Ну и свою посуду подтаскивали. Кто-то уже продавал присвоенные наши кружечки. Но не долго. Его повалили и начали пинать. Жизнь как она есть! Я бы на месте русалок и горгулий тоже проявлял рвотный рефлекс.

Ну да ладно. Мы встали в трёх десятках метров от сбившегося в кучу актива противостоящего культа. Наш передовой отряд занял участок дороги, зажатый камнями и кривоватыми статуями, как бы воротца, удобные для обороны, фланги неплохо прикрыты, для мордобоя, конечно, не для нормального боя.

От оппонентов вперёд вырвался их Жрец Храма – рослый, но какой-то хиловатый гном. Но, пожалуй, настоящий жрец, не то что наши перерожденцы из мордоворотов, да и то на краткое время. Он окинул взглядом нашу колонну, чуть больше полутора сотен, но есть девицы, да и четыре десятка носильщиков и не подумали ставить ношу на землю, попивая вино и весело наблюдая за развитием событий. И не сомневаясь нисколько, чьи морды сегодня будут биты. Остальная типа наша толпа стояла за нами и по сторонам, всем своим видом показывая, что они чисто винца испить. Вражий жрец посмотрел на полтысячи своих сторонников, начал толкать явно долгую и с самого начала нудную речугу. Но Гор радостно рыкнул:

– Заткнись, недоделок! Начинает паства! К бою!

Двенадцать синих латников отдали щиты назад, выстроились в линию плечом к плечу, с лязгом опустили забрала и дружно стукнули кулаками один о другой. Лязг был неплохой, хороший я бы сказал лязг, многообещающий! Набегающая толпа противника даже попробовала притормозить, но только первые ряды. Следующие ряды радостно подтолкнули горемык на расстояние удара, рассчитывая снискать славу на тушках поверженных первопроходимцев. Бори и тринадцатый встали на флангах наших мордобойцев – прикрывать от обходных манёвров лёгкой пехоты. А Гор взял барабан и, постукивая в него, рявкнул:

– Делай раз!

Двенадцать правых кулаков вылетели вперёд, и ни один не промазал.

– Делай два! – левые стальные кулаки собрали жатву.

Гор начал наращивать темп, иногда притормаживая, когда получатели заканчивались, а следующие не успевали быть подтолкнутыми в спины. Ну и в забрала и кирасы синих мордобойцев конечно тоже прилетало, но приводило только к травмам удачно попавших. На удивление, атакующее море наладило отвод и относ назад отоваренных и слишком большой вал из матерящихся тел они не создавали. Гор уже орал кричалку:

– Делай раз!

Делай два!

Получила голова!

Морда получила!

Это наша сила!

Раз, два, три, четыре!

Дыры в пасти станут шире!

Пять, шесть!

Нечем есть!

Семь, восемь!

Наземь бросим!

Ну и в том же стиле, порой без смысла, но он там не особо и нужен. И драка шла без особого ожесточения. Ошибкой противника было отсутствие бойцов, а обычные горожане и шахтёры против строя профессионалов стоят немного. Да и мотивация у них была совсем слабая. Ну и наш строй мордоворотов бил несильно, как раз не как мордовороты. Ну и благодарные получатели отползали и больше не лезли – и нечестно, раз несильно стукнули, и ещё получать неохота. А раз в бою был, рану получил, то задача выполнена – можно идти пить вино, раз угощают. А немалая часть бойцов противника вообще сразу пить шли, в основном изображая фланговый обход, но теряя ориентацию и выходя к бочонкам с вином, которые как раз и распечатали, а лучше к прекрасной и щедрой Гетере.

Когда Гор решил, что наш строй начал уставать лупить, а противник устал получать и деморализован, он скомандовал наступление. А потом и Гетера радостно заорала кончать получать по морде и идти получать вино. Взмыленный синий стальной строй замер перед чуть не обделавшимся Жрецом Храма противника. Подняв кулаки к удару, но не опустив. Гор рявкнул:

– Диспут верховных жрецов!

И откуда только порядки знает? Хотя скорее всего импровизирует, шельма. Явно ведь культы с живыми богами не каждый век зарождаются и гибнут. Наша толпа втянулась на площадь перед храмом. С портальной плиты сняли Гетеру с её тазиком и кувшином. Носильщики понесли плиту дальше к верфям – нечего подвергать драгоценность риску, а тут может стать и жарко, когда до меня с божками дойдёт. И я передал корабелам, чтобы установили плиту в подходящем домике на краю их посёлка.

Гетера перестала наливать и пошла полежать на травке – всё-таки она неслабо устаёт с принятыми на себя повышенными обязательствами. Но и лежащая почти голая прекрасная богинька-зомбиха исправно выполняла эстетико-эротические функции.

Тазик с кувшином и бочки установили по периметру площади, все желающие начали черпать вина более-менее самостоятельно и не особо организованно. Только кто-нибудь из наших амбалов периодически давал в дыню решившему испортить праздник лезущему без очереди или слишком часто наглецу, и порядок в какой-то мере поддерживался.

Конкурирующий жрец вышел на середину большого круга с красиво оформленным свитком. Напротив него встал ухмылявшийся Гор с дымящейся сигарой. Конкурент торжественно провозгласил:

– Наш священный культ великих богов великого пантеона под предводительством великого Лемолнодарана существует на Великом Вулкане девятый год, и мы достроили этот Великий Храм. Теперь настало время провозгл…

– Хватит гундосить! – грубо оборвал его Гор. – Если аргументов нет, то иди винца хлебни и свободен, потом тебя примем уборщиком в этот, теперь наш, храм. А нас ждут танцы богинь и веселье!

– Вот мои аргументы! – долговязый потряс перед носом Гора объёмистым свитком.

Зря он это сделал. Гор быстро выхватил из руки не ожидавшего такого хода жречилы свиток и смачно в него высморкался, вызвав ржач зрителей, причём с обеих сторон. Но обе паствы сидели и пили вперемешку, и то, что ржала и паства лунного пантеона, было понятно только из того, что ржали все. И подтягивалось множество только выбиравших культ. Гор вернул свиток жертве, показал ему пудовый кулак, выпустил в харю струйку дыма и изрёк:

– Вот правильный аргумент!

Толпа одобрительно загудела, им тоже хотелось посмотреть на правильный мордобой вместо слушания заунывных и непонятных речей, да и лицезревшие с утра купание новых богинь говорили, что там тоже есть на что посмотреть.

Бедолага перешёл к проигрышным для него аргументам из числа тех, в которых Гор был очень силён. Под тихий ржач профессионала долговязый хиляк широко размахнулся и пустил кулак по правильной горизонтальной дуге к скуле даже офигевшего от столь «изощрённого» приёма нашего квадратного мордоворота. Мне прям казалось, что я слышу свист летящего ударного предмета. Гор поднял вверх предплечье, и остановил им шальной кулак. Терпила таким же образом применил и второй свой кулак. Дуга, типа свист, поднятое предплечье. Затем Гор целую секунду думал, так и удерживая кулаки предплечьями – явно размышлял, как бы вырубить противника покрасивее и не убив нахрен. В итоге наш специалист по неотразимым аргументам смачно выплюнул большой окурок сигары, шагнул вперёд и ударом лба в лоб противника поверг того на землю.

Под радостные вопли толпы Гор рыком спросил, признаёт ли его противник поражение, и постучал кулаками друг о друга. Противник признал поражение, и очень быстро.

Мой выход! И конкурирующих богов, которые начали вставать со стульев, но делали это очень медленно, фавн вальяжно, а мелкий нерешительно. А им ещё с постамента спускаться… Я заметил короткий взгляд фавна на середину арены, находившуюся ниже и ближе к берегу, посмотрел на юную Арду и щёлкнул пальцами. Амазонка дёрнулась, одним движением провела руками по ещё непривычно округлой попе и подросшим сиськам, быстро опустила полумаску и негромко доложила:

– Щупальце Хаоса в колонну идёт… И есть пара небольших осколков.

Тэээкс… Хаос значит… А у нас есть трио… Хаоса значит… Я взял под ручку весёлую Дорочку в костюмчике медсестрички, и красотка не выпускала из рук волшебную палочку, теребя подружку Липочку в небольших, но сильных ладошках. Переложил палочку в правую ручку ведьмочки, сам взял обеих левой рукой сверху.

Я шагнул вперёд, ведя ведьму Хаоса и держа в правой руке Резак Конца – мои оппоненты неплохо вооружены и даже погладили оружие, фавн пробежался пальцами по рукояти шпаги, а мелкий как-то растерянно поправил свой чекан.

Но боги не спешили спускаться, зато к нам направился их уже разок поверженный Жрец Храма, как будто мало получил. Но оказалось, что не такой уж глупый чудак задумал решить вопрос миром, вернее, выиграть не доводя до греха. А скорее, рассчитывая заработать фантиков перед начальством победой, но начал неверно, довольно надменно сказав:

– Глупец! Ты даже не бог! Ты же… Как твои сказали, учредитель? Ха! Остановись, глупец! Пади ниц и проси о пощаде! Даже твоя твёрдая, каменная башка должна сообразить, что это самое разумное! И ты спасёшь свою… Подружку? Она глупа, но может ещё пожить!

Я почувствовал в голове удивление и лёгкую обиду Дорочки. И радость Липы, предчувствующей хорошую весёлую драчку. Вряд ли будет совсем просто, но в среде осколков и других проявлений Хаоса мы опять сформировали ударное трио! Ударное в смысле ударно отжечь! Хотя… я почувствовал радость коллег моей задумке и усмехнулся:

– Окстись, несчастный! Ты свой диспут проиграл! Не лезь между сильными! И… – я приподнял резак и стукнул им по брусчатке, – богини Фаня, Мура, Соня! Призываю вас посмотреть на интересный диспут!

Я услышал восторженный шёпот, прошедший по толпе зрителей, оглянулся. За мной стояли нимфы со слегка удивлёнными и испуганными мордашками. Да уж, практикантки, практикантки и есть, очкуют драться с богом, даже оружие не взяли. Я улыбнулся:

– Прошу вас отдохнуть и посмотреть! Посвящаю эту дискуссию вам!

Я обернулся обратно к оппонентам. Заметил удивление и презрение на морде фавна и удивление и сочувствие на лице его коллеги. А удивление и восторг от созерцания прекрасных нимф в коротких платьицах с принтами – деревья, бабочки и река соответственно – на роже жреца сменилось радостной ухмылочкой, он чуть лапы не потёр:

– Отлично, значит они вольются в пантеон победителей!

– А ты совсем мозги растерял! Это не у меня башка каменная, а у тебя медная! – я шагнул вперёд вместе с Дорой и мы опустили зажатую в наших руках Липу на башку вражьего Жреца Храма.

Неплохо так опустили – горемыка вновь рухнул на камни. А звук! Вот это был звук!!! Как я и замыслил, а Липа с помощью энергии Доры – если я правильно понимаю распределение ролей в нашем трио – осуществила. Звук удара дубиной в медный таз! Неплохое превращение Хаосом, и как передавала нам Липа, не особо и сложное, шуточное заклинание вроде магической защиты от ударов, но без защиты, зато со звуком. На несколько месяцев или лет… или десятилетий. Ну не помнит она!

Я несильно стукнул основанием древка резака по башке жертвы и все опять услышали звук удара в медный таз. Я рассмеялся, вспомнив силу искусства:

– Карабарас! Он ударил в медный таз и сказал «Карабарас»!

Начался ржач. Ну а я между смехом обратил внимание, что фавн пару раз посмотрел на небо, второй раз вполне долго, потом пожал плечами. Тааак… божок ждал что-то с лунной станции и не дождался – там славно наша бомбочка порезвилась! Но Хаос на арену снизошёл… К чему бы это… Кто-то же активировал? Хотя мог и фавн или его мелкий коллега, кстати, нормальный вроде… И у второго только кошель, фляжка, кисет, маленький нож и чекан. Одет в лёгкие штаны, сандалии, широкую рубаху. И очки! И не выпускает из рук явно ценный для него портфель.

Пауза. Я отпустил Дору – связь уже наладилась, и только для самых отчаянных проделок стоит брать всех в кулак. Щёлкнул пальцами над плечом и раскурил сигару, пока несли вино, по ходу процесса съездив по морде кому-то, возмутившемуся, почему мне без очереди…

За это время фавн определился с планами. И похоже решил сразу в бой не лезть, по крайней мере чесать шпагу и чекан прекратил. Непонятно, боится или хочет растянуть удовольствие. Хотя… он один, нас много… Ждал подкрепление или сюрприз… Рослый и похоже главный в паре божок снял со своей свирели какой-то длинный колпачок, который растянулся в… микрофон, не спеша повесил свирель на пояс, ткнул в неё пальцем, вероятно включая. Начал говорить под негромкие звуки… виолончели, пожалуй, но я в этом почти ноль. Потрясающе, звук музыки шёл со всех сторон, и очень глубокий что ли… А голос явственно исходил от оратора:

– Ты, Серый, и глупые нимфы совершили большую ошибку. Нельзя было покушаться на власть БОГОВ! За это вы, конечно, поплатитесь, но попозже. А вашим… спутникам рекомендую, пока не поздно, примкнуть к правильному культу!..

Шик-шик-шик. Оратора перебил звук нескольких перекатывающихся монеток. Фавн поморщился, посмотрел в сторону входа в храм, где из-за колонны высунулась молодая гномка, которая слегка испуганно смотрела на босса и гоняла монетки в небольшой… чаше, миске… Она пискнула: «Пожертвования». Фавн криво усмехнулся, вздохнул над прервавшей такую речь дурочкой, махнул рукой. Девица пошла мимо зрителей. Ей в миску кидали мелкие монетки, но не все скромничали – стоявший во главе группы ронов-фермеров старейшина высыпал вполне увесистый мешочек и положил бумажку, тяжело вздохнув. И ещё кое-кто явно сдавал подати.

Но я обратил внимание на очень высокую и мощную девицу, которая кинула маленький мешочек с привязанной запиской и сердито и с презрением, но вполне громко сказала, явно не желая, чтобы окружающие решили, что грабят лично её:

– За гранов, Звездочётов.

Я удивлённо рассматривал… русалку, гунку! Сомнений быть не могло, она вполне похожа на винок и данок, светлые волосы не так и часты в этом мире, да и черты лица. Но… огромная! Метр девяносто. И очень красивая и явно очень сильная. Глаза голубые… белки прям сияют. Одета в платье немного ниже колен, что для вулканцев довольно коротко, и в сандалии. Оружие не видно, как и остальное барахло. Гунка поймала мой взгляд, уставилась на меня, но не сказать, чтобы очень дружелюбно, но потом осмотрела меня не спеша, улыбнулась, показав неплохие клычки. А затем отрастила на мизинчике нехилый острый коготок и, изображая странное соблазнение, провела им по своей красивой нижней губе. Я улыбнулся и поклонился кивком – тараканы в головках русалок не повод не дружить, а эта знает дорогу к гранам и наверняка дружит, раз деньжонки доверили.

Сборщица подаяний сдуру подошла и к нам, под насмешливым взглядом фавна, а он почему-то на несколько минут завис, и ещё разок попялился в небо. Я достал монетку в четверть империала и подал в ручку молоденькой гномки в коротеньком – ниже колен всего на пару пальцев – платьице и в сандаликах, и выглядевшей неуверенно, и худенькой. Сказал:

– Это тебе лично, не в миску.

Девица испуганно глянула на насмешливую рожу хозяина, положила мою монетку в миску, в которой валялось несколько монет, остальное исчезло – пространственный карман! Я достал ещё одну такую же монетку и положил в кармашек на подоле платья девицы. Заодно как следует рассмотрел бедняжку, явно не процветающую. Гномка, но прозрачная, вернее полупрозрачная. Глазки сиреневые и белки розовые – если я верно помню, это признаки альбиносов, по крайней мере, вроде так. Но даже не альбиноска! Кожица полупрозрачная и розоватая, просвечивают венки и полупрозрачные мышцы, непрозрачные косточки видны! Нет, девица выглядела симпатичной и не истощённой, и попа толстенькая, как и у других, и сиськи большие. Талия узенькая – жирка поменьше, чем на всех гномках, которых я видел. Подкормить явно не помешает.

Очнулся фавн. Направился ко мне, убирая свой микрофон и насмешливо говоря:

– Чего пялишься? Тоже считаешь, что тощая? Жена должна быть бодрой и при деле! Твоя тоже не толстая. Но смотрит на тебя… не боится, не уважает! Любовь значит? Ха! Там где любовь, там проливается кровь! Твоя кровь!

У меня в голове вместе с понятной тревогой, из общих знаний Князя всполохом появилось танго из силы искусства про неправильного проходимца – «Жил пират угрюмый в дебрях амазонки… Там где любовь, там всегда проливается кровь». Я ощутил восторг Доры и Липы от прекрасной мелодии, песни и танца! Но мне было пока не до мелодии, которую я затолкал подальше, но не смог заглушить. Интересно, как наши три разума или интеллекта сосуществуют в составе трио! Но и не до размышлений пока. Я резко сосредоточился и подобрался, ощущая кровь в висках… может потому что я не один, и в бою отвечать и за Дору, да и Липа в команде.

Я быстро глянул на Бори, который кивнул, отдал короткий приказ и вестовой побежал на Дракон за едой. А то у нас одно вино да бренди. Война войной, а девиц надо кормить! Я уже зло посмотрел на увидевшего это и усмехнувшегося врага, который остановился в нескольких шагах от нашего трио, махнув рукой жене-побирушке. Неужели жена? Девица прекратила сбор денег и убежала к месту, откуда и вылезла перед этим, но не скрылась, а стала удивлённо наблюдать, тараща умные глазки. Я процедил:

– Ты, козёл, ведёшь себя не хорошо. Пора с тобой разобраться…

Козёл поморщил лбешник, глядя на страшный Резак Конца. Хм, не узнал. Вернее не понял! И не похоже, что опознал Гетеру и Альфонса… Он не знает, что случилось с его однопантеонщиками! И не видел эту парочку раньше! Наверняка несколько лет здесь околачивался, а информирование у них не налажено, поскольку и всем всё пофиг, и всё, что меньше века, для них как мгновение – условно конечно, время-то идёт так же как у всех, тут я образно выразился – да и самоуверенность… Но если… если брони нет, хотя шлем есть, но висит на боку… тогда одно движения и буйная покатится… но спешить не надо, у меня всего одна жизнь и я не оживу, как он. И их двое… Козёл усмехнулся:

– Знакомый резак. Копия? Хочешь походить на высшего? Давай соревноваться! Там, на арене, можно посражаться с монстрами Хаоса! Прошу, я уступлю тебе первенство!

Я начал размышлять, а Липа с Дорой закинули нас во временную петлю! Петельку, небольшую, но время есть. И Липа сказала мне, что рядом упал хаотический временной сгусток, а она магию времени не знает. И наша ведьма Хаоса тоже. И у меня есть несколько секунд. Я успел подумать, что мне эта петля времени нафиг не нужна, и так могу думать, но не ругаться же на помощниц… Итак, если сказать, что можно, но хозяин вперёд… И с одинаковыми. Но монстры есть разные. Хотя… Я не знаю, чего он бог. Например биться в воде я не силён, а у них бог моря есть… Значит, пожалуй, нет. Я усмехнулся, вывалившись из временной петли:

– Ты, бог кройки и шитья, предлагаешь соревноваться в кройке и шитье? Это образно. Слишком много вопросов. Кто выбирает монстров? И ты бессмертный. Так что я подумаю…

– Думай, не бог. Чего замер, я уж думал, что… но ты никто… А я бог оргий, Великого Моря, торговли и медицины. И ещё шахт.

Хвастун показал мне кольцо на пальце с бьющимся сердцем, говоря про медицину. А сам как-то напрягся, как будто тянул время. Липа и Дора неслышно закричали мне в оба уха: «Он пытается поймать хаотический временной сгусток! Это его сгусток мы перехватили!»

Ясно. Выросший мелкий рогатый скот как-то вызвал, а может ему со станции шлют, кусочки Хаоса. Но поскольку мы и прицел, и всё там разнесли к чертям собачьим, то он не может получить. Но наверняка поймает рано или поздно! И что дальше? Для нас он замрёт, а сам кинется в атаку?! Я заметил как враг дёрнул ручонкой к шпаге… Но атаковать не решается, с Резаком Конца шутки плохи. Ладно. Значит как замрёт, надо резко нестись в сторону, ведь и мы для него замрём! Вроде. А пока надо, очень надо вызнать вкусненькое… Я улыбнулся:

– А касочка для лечения?

– Идиот, – рассеянно пробормотал божок, но очень тихо, слышно только мне и Доре. – Она позволяет дышать под водой и защита отличная. Да и хоть в огне воздуха подкинет… Я же бог Великого Моря…

– А шпага? – нагло выведывал я.

Но мой противник тоже тянул время и поддерживал беседу, рассеянно и очень тихо бормоча, рассчитывая, что покойник или покойники не разболтают, а время ему очень нужно:

– Морская Шпага с дагой… Не тормозится в воде…

– Молоточек?

Но тут дёрнулись Дора с Липой, скомандовали мне махнуть длинным Резаком Конца, указав куда, затем безмолвно крикнули мне: «Перехватили сгусток времени! Но не используем пока! Да здоровый какой!». А фавн растерянно повёл рогами, затем опять тихо ответил:

– Это урановый Чекан Горного Леса, идиот! Он пустой внутри, но очень тяжёлый! Для тебя тяжёлый!

– А второй тогда чего бог? – усмехнулся я, ощущая нарастающее напряжение.

– Он бог шахт, как и я. Нас двое. Помогает мне, общается с Великим Вулканом, недоделок, как и ты. Два недоделка…

Мы довольно долго постояли, глядя друг на друга и выбирая момент для атаки, я тоже готовился атаковать… Мой противник замер. Я ждать не стал, а быстро переместился в сторону, запомнив где появился убиравший руку от эфеса тяжёлой шпаги враг. Я ощущал звенящее напряжение и шум в висках. И вокруг стояла мёртвая тишина, только очень быстро вернувшийся вестовой крикнул, не пропустил ли он, но сразу затих. Маски сброшены. Идёт смертельная схватка. Мой противник, даже если и недооценивает меня, но расслабляться не собирается. И мы вместе продолжаем игру в кошки-мышки. Я широко улыбнулся как ни в чём не бывало:

– А чего шлем не наденешь?

– Рога мешают.

– А нахрена отрастил?

– Где ты был со своими советами раньше? Но потом разберусь и с этим… не беспокойся…

– Я не беспокоюсь…

– Но спасибо за беспокойство…

Опять замер. Я кинулся в сторону, волоча Дору. Засек, где появился противник. Мы с улыбками кивнули друг другу. Бог промолвил:

– У тебя пот на лбу.

– Спасибо, – я смахнул пот, который и не замечал.

– Не стоит… я же лекарь…

– У тебя, лекарь, пот по вискам течёт. Но храм не для бога торговли.

Враг не спеша стёр пот с висков, усмехнулся:

– Этого не было в задании… Просто у меня второе кольцо есть… Кольцо Жлоба… Жадность очень сильно повышает у того, на кого направить и пожелать… Алчность… Ментальная магия, если слышал. Я его на себя направляю, и меня никто не может… уломать… торгуюсь как зверь! Чем не бог торговли? Уже договорился с… Потом расширю назначение храма… Чем больше… Сам понимаешь…

– Понимаю… – улыбнулся я. – Дайте мне таблетки от жадности, да побольше, побольше!

– Ха-ха-ха, для жадности!

Я попробовал шагнуть в сторону бога алчности, но он мгновенно переместился на несколько метров. Усмехнулся:

– Отскок. Слышал? Подарок матери. Но кольца нет, просто умение, наложенное надолго заклинание… И от стрел ваших…

– Ты не прост.

– Ты тоже.

Мы мило поулыбались в нескольких метрах друг от друга. Бог сказал:

– Я не понимаю, на что ты рассчитываешь? Я бессмертен.

– Что мешает убивать каждые пятнадцать минут?

– Поначалу быстрее… обычно… у сильных… Ничего, кроме богини войны… Заодно познакомлюсь… Хотя больно, конечно… неприятно, да и несолидно… Ещё иммунитет к оружию, хотя это не от сильных… да и меняя оружие и убийцу…

Я подумал, стоит ли познакомить оппонента с богиней войны, которая не придёт к нему на помощь. Решил пока не выкладывать козырь, хотя козырь ли… Бросил короткий взгляд на напряжённо наблюдавшую Гетеру. За её спиной неслышимая очередь делала шаг, первый наполнял стакан, очередь делала синхронный бесшумный шаг, не отрывая взгляды от места сражения. Счастливчик бесшумно отходил и выпивал. Меня чуть смех не разобрал – гномы неисправимы! Но тут вражина замер в очередной раз. Я ещё раз запомнил, где он появился. Можно и начинать действовать.

Но тут фавн двинул рогами, похоже он ими Хаос чует… Расслабился, усмехнулся:

– А чего мы в сухомятку? Хочешь вина?

– Давай, – усмехнулся и я.

Фавн махнул рукой жене, которая поставила миску для подаяний, метнулась за колонны, выскочила с довольно большой, на поллитра, чашей. Золотой, богато украшенной камушками. Подбежала к мужу-хозяину. А он не спеша снял большую флягу, отвинтил крышку, наполнил чашу почти до краёв. Девица осторожно подошла ко мне, подала чашу. Я задумался… Отрава наверняка… И фавн смотрит настолько равнодушно и вежливо, что сомнений нет… Моя защита сильна, но не от всего… Я решил сыграть по-крупному, а может и по-мелкому, у него НАВЕРНЯКА тоже есть защита от ядов. Но почему и не сыграть.

Я снял свою маленькую фляжку, отвинтил пробку и одновременно переключил подачу на большое отделение, в котором отменная брага из слив и груш из сада нимф, и моя защита от этого спасает. Понятливая гномочка сбегала и принесла второй такой же кубок… Я разлил напиток в обе чаши, долил своего. Девица отнесла кубок муженьку и опрометью кинулась в свой закуток, не собираясь попадать под раздачу. Я решил попробовать на язык, и если защита распознает только два яда, моих, то выплеснуть опасное вещество. Я поднял чашу, усмехнулся:

– Значит если ты атакуешь, то подарок матушки не работает?

– Догадливый, мог бы стать моим слугой и отлично жить, и долго, моя мать смогла бы тебе века даровать, если бы я попросил… Колечко лекаря от неё у меня, у неё есть сильнее… Да что теперь…

– А чего имперу не даруете? Он кипятком писает.

– Ты же знаешь ответ… Он расходный материал… И пока алчет, уязвим…

Мы синхронно окунули языки я чаши. Оба послушали. Я услышал про четыре яда, два моих и сильное снотворное из райской сон-травы и сильный галлюциноген из мухомора этого мира. Мы синхронно маленькими глотками, ревностно глядя на противника, отпили по полчаши и швырнули кубки за спину. Уставились друг на друга. Я ещё слушал и ругань борзой, но такой могучей и полезной защиты от ядов.

Торжествующая улыбка начала сползать с морды фавна. А затем его скрутило. Он сначала резко удивился, потом схватился за живот. Я кинулся вперёд, но он переместился на несколько метров. Ещё раз. Я остановился и начал весело наблюдать. Противник просипел:

– Как? Ты же… Оооо! Откуда здесь жар-птицы? И почему они клюют меня в зад? Перья выдрать… А какое пение! И красотки! Нееет!

Я молча наблюдал как оказавшегося очень крепким на мозги и живот божка плющило перед нашей веселившейся тройкой. Явно он просто устойчив к ядам, это и подвело, но мы оба выпили всего по четверти полулитровой дозы каждой пары ядов, да и моя брага не столь могуча, как живой фрукт…

Девочки весело сказали махнуть резаком и доложили, что поймали ещё один сгусток времени и пока удерживают оба. Наконец фавн справился с глюками и не обделался, но и не победил. Он стоял скорчившись и злобно матерился сквозь сжатые зубы под громовое бурчание из собственных недр. Я усмехнулся, громко сказал:

– В аптеке один фармацевт говорит другому: «Что ты продал тому клиенту? У нас же закончились микстуры от кашля, и я ему отказал». Ответ: «Сильное слабительное, он так скандалил». «То-то я смотрю, он стоит, кашлянуть боится».

Все заржали, кроме нашей полужертвы. Он сдавленно рявкнул:

– Сволочь!

Зря он зубы разжал! Его штаны мощно вспузырились на месте маленького, но злобного вулкана. Я заметил как вытаращил шары его коллега, напряжённо наблюдавший за битвой титанов.

– Ну всё, я думал тебя быстро убить, не больно, – процедил фавн, мощно оправившись стоя и направляясь к обрыву, на краю которого лил искусственный водопадик.

Я тоже подошёл с девочками к краю обрыва, разок отбросив врага, и обнаружил интересное. Чуть в стороне был амфитеатр и на лучших местах у сцены, огороженных заборчиком – для боссов – что-то мелькнуло. На месте стола для яств и напитков ВИП-зрителей. А потом всё стало как всегда.

Мы опять стояли друг против друга. Но фавн кипел яростью. Ну и отлично, значит не будет придумывать новые атакующие комбинации! Опять звенела тишина. Долго. Я не оглядывался, но был уверен, что очередь выпивох продолжает делать шаги и наполнять стаканы.

Враг замер. Я прыгнул на намеченное место и взмахнул резаком. Бинго! Рогатая башка катилась по камням. Я проорал, пытаясь снять напряжение:

– Поезд уходил вдаль. Безголовое тело скребло ногтями насыть. По откосу катилась отрезанная голова с удивлёнными глазами и синеющие губы шептали: «Ну нихрена себе сходил за хлебушком».

Под грянувший ржач я видел, как продолжали шевелиться губы врага. Потом замерли. Вскоре башка двинулась к вцепившемуся побелевшими пальцами в камни лежавшему ничком телу. А я уже пил живительный бренди, протянутый долбившими меня по плечам гномами. Ардочка обняла меня, прошептала:

– Я видела как он ловил осколки Хаоса, на рога брал. Но между взятием облачка и вашими прыжками не уловила связь! По-разному всё время! Но ладно, потом расскажешь, о чём вы говорили…

Арда смачно проткнула начавшего вставать врага своей тяжёлой шпагой. Сняла трофеи. Шпагу не убирала.

Коробочка синих латников привела ко мне заключённого внутрь трясущегося мелкого божка в запотевших очках. Пока не до него. Положили рядом с кучей трофеев и его барахло. Я шепнул Бори организовать осторожное наблюдение за ВИП-ложей арены.

От колонны на меня восторженно смотрели два огромных сиреневых глаза. Я уселся на подставленный стул и начавшей подрагивать рукой взял разожжённую сигару. Рядом весело смеялась не понявшая, похоже, Дорочка. Ну и к лучшему! Эх, Дорочка-Дурочка, и тебе спасибо!

Темнеющее небо прочертила пара метеоров. Высоко прошли. Маленький камень упал в море. И ещё мелочь и пролетала в вышине, и сгорала над нами, и падала в море. Затем небольшой метеор красиво врезался в нижнюю часть снежной шапки гиганта Вулкана. Я остро ощутил чудовищную мощь чуждого живого существа. Не вад и не пегас и иже с ними. Равновесие, Чума, Астрал, Хаос… Пятый. Живой. Последний упавший метеорит красиво поднял фонтан брызг в море. Пришла небольшая волна. Вернее волны – звук, маленькая волна цунами. Потом высоко разорвался метеорит и десятки его осколков раскрасили тёмное небо потрясающим фейерверком. Я начал оживать. Заметил что со спины меня обнимает крошка Стелла, и от неё я и почувствовал мощь Великого Вулкана. Каменная красотка молчала, понимая что мне пока не до неё с Вулканом.

Но мне было дело до артефактов. Я указал пальцем и кучу трофеев сложили передо мной на невесть откуда притащенный низкий стол. И сзади негромко доложили, что еда давно прибыла и ждёт. Подождёт. Я взял шлем, протянул Джуману, посмотрел как Чёрный Рыцарь надел шлем, затем восторженно пробормотал:

– Приняла! И уже осваивает…

– На рожу свою посмотри, – усмехнулся я.

А все восторженно смотрели, как составлявшая переднюю часть шлема маска шевельнулась и обтянула лицо гоблина-гиганта. Да уж, шлем богов, но и Джуман у нас богоподобный. А как таращит зыркалки мелкий бог! Но я только начал – повертел в руках, поковырял пальцем, подал Джуману Чекан Горного Леса, кому же ещё, сказал:

– Бери дружище! Спроси свою Латочку, не должна отвергнуть… урановый топорик с молоточком… Она тебя лишила топора и молотка, так теперь три в одном.

– Приняла! Но почему три? – радостно спросил Чёрный Рыцарь, улыбаясь чёрными губами чёрной стальной маски, немного повторявшей черты лица и мимику.

– Чекан полый. Он довольно большой и из тяжёлого металла. Обрати внимание, что для своего размера не так и тяжёл, как предыдущий хозяин говорил, размер для пугания врагов! Рукоятка закрывается пробкой на резьбе и на цепочке, заодно и петля для руки. Туда бренди чёрт знает сколько влезет. И крышка с торца на бойке молота, конце рукояти и ближней части топора. Сигары там носи. И духи, которые у козла этого были – я протянул флакон духов с терпким растительным ароматом – Будешь, Чёрный Рыцарь, ещё Чёрным Ловеласом! Ну и другое нужное носи. И вредненькая Латочка не восстанет! Свободен.

– Ээээ… командир, можно мне дудку эту! Прям руки чешутся, – говоря, Джуман для проверки сдвинул стальную маску на затылок, но не особо и изменилось, что так чёрная морда, что этак.

– Тебе, Чёрный Рыцарь, теперь почти всё можно, в пределах разумного, конечно, определяемого моим изощрённым разумом. Ладно, шучу. Бери конечно. Да и артефакт богов только тебе и Дорочке, но ведьма Хаоса, чувствую по связи, не хочет. Храни в рукояти чекана, прямо в бренди. Думаю, что такой артефакт от бренди только в восторге будет. Даже можешь его поливать. И Латочку сполосни. Но… ну там и звук!

– Это просто игрушка… Гаджет… Игрушка для элитных десятитысячелетних оболтусов, – решил подать голос пленный младший божок, поняв, что убивать его вроде не собираемся пока, и решив наладить голосовой контакт.

Я, бормоча про нунихренасебеигрушки, взял ручку Доры, поцеловал, вызвав покраснение девицы и книксен, снял предыдущее слабое лекарское колечко, поводил над сильным лекарским кольцом, надел артефакт на правильный правый средний пальчик. Усмехнулся, как красиво радостная ведьмочка Хаоса показала всем нехороший жест. А потом обрадовался, когда она положила ручку мне на голову, и я почувствовал поток живительной энергии – я не ранен, так что пора уже и собраться.

Начали зажигать фонари. Федора выудила из сумки стальной футляр, из него октазубец, заливший всю площадку ярким светом.

Подал чекан – ну или клевец, но там молот главнее, вроде, и клюв короткий и тупой, да и сам божок так его называл, не знал имени или не было, и мне со Стеллой название чекан больше нравилось – мелкого божка Стелле. Посмотрел на смену эмоций на каменной мордашке Краповой Береточки, от интереса через удивление к восторгу. А потом Стелла радостно пронеслась к краю площадки, несколькими страшными ударами разнесла какой-то обломок колонны жутким клювом, а затем вертанула чекан в ручке и молотом раздробила несколько обломков в песок. Подлетела ко мне, плюхнулась на коленки, дорвав полосатые гольфики и взялась целовать мою руку, еле отобрал. Малый божок с каким-то восторгом пробормотал:

– Как ты сумел приручить каменного монстра, невероятное творение Великого Вулкана? И такого симпатичного… Обычно они не очень.

Я отложил дела и, вертя в пальцах прекрасное Кольцо Жлоба, быстро допросил мелкого бога. Назвал его Геолог. Картина получилась потрясающая. Не зря я потратил десять драгоценных минут. Геолог не мог и не хотел говорить лишнее, но на прямой вопрос вдохновленно изрёк, под тычки Коры в бок разинувшей ротик юной Лои:

– Четверть миллиона лет назад величайший из богов, достигший успехов во многих сферах, жил и в этом мире и… создал, оживил, усилил и зачаровал вулкан. Великий Вулкан. Он не разрушается. Вернее, мало разрушается. И живёт. Производит магические субстанции и драгоценные камни и минералы. И каменных монстров порождает. В большинстве случаев неразумных и злобных. Но бывает, что и шахтёров погибших модифицирует, те бывают и добрые… Поэтому и притягателен низш… вам. И мне! Я изучал подобные формы триста веков, но этот уникален, разумных мало очень! Именно я был недавно, лет триста назад, сюда направлен для изучения, а этот… невоспитанный грубиян, жалких полвека назад прибыл, а потом и перехватил… считает, что он главный. Но только из-за моих исследований разрешили основать факторию здесь, потом уже под неё пропихнули остальное… полулегально, на связях двоих…

– Далеко действует магия Великого Вулкана? В плане пробуждения каменных монстриков, – я с улыбкой погладил головку усевшейся у меня в ногах каменной девицы.

– Радиус более пятисот километров… Там и тоннели тянутся, и даже дальше – последовал вполне вписавшийся в картину мира ответ.

Хотя в какую нахрен картину?! Я уже себя теряю! Мне только исследований ещё не хватало! А тут ещё оказалось, что проделки супербога были до начала летосчисления! Я погладил ножку стоявшей рядом Лои и попросил её в этом разбираться.

Нацепил отлично менявшее размер Кольцо Жлоба себе на правый указательный палец – испытаю, но глупец на себя наводил жадность, а надо на оппонента! Затем взял Морскую Шпагу с дагой. Прикольно! Шпага и дага были слеплены вместе, можно махать только как шпагой с как бы двойным началом клинка, но легко разделялись, фантастическим образом разделяя очень хитроузорчатые гарды и сразу подгоняя толщину рукоятей! И длину наверняка увеличивают, сейчас клинок коротковатый, сантиметров семьдесят. Но со мной не особо шпага дружила, хотя и не пренебрегала, как редкие чисто божественные артефакты, не морской я вад, как ни крути, но и я в воде не пробовал подружиться….

А какой клинок у тяжёлой широкой шпаги! Совсем немного изогнутый. Верхняя сторона заточена на последней трети. Нижняя основная ударная часть с очень мелкой пилой! Резак страшный! Но и колоть и рубить явно отлично может, хотя в воде рубка не особо, но раз сопротивление слабое. Да в сильной руке. Я оглянулся в поисках сильной морской ручки. Но не увидел. Неужели ушла? Закрепил себе на ремень рядом с топором – похожу как большой! Но потом снял и положил в трофеи, мне нафиг, только образ портить, а отдать русалке, так сначала найти её надо.

Я продолжил грабёж под извлекаемые Джуманом из свирели звуки, быстро становившиеся очень приятными. Приказал принести миску для подаяний. Взломал портальным ключом, скомандовал и вытряс из неё деньги на стол. Сказал тем, кто сдавал подати, забрать своё. Кора быстро схватила валявшиеся в куче бумажки и сердито отчитала старейшину ронов-фермеров, который бессовестно прихватил лишнего.

А я уже вставлял чудесное небольшое довольно глубокое блюдо в корзиночку Краповой Береточки, довольно сказал:

– С выводом массы! Теперь не только твой новый чекан там поместится, но и для мышек можно целый дворец сделать! Ну и запасы барахла и бухла… мне! Нам! Не борзей, не только для себя таскай… Тем более с выводом массы.

Привязал тарелку к Стелле, к себе и Доре, и Джуману – пусть для любопытных будет просто тарелка. От магов и воров не поможет, но лучше чем ничего, раз уж миска для податей такие фокусы позволяет.

Фляга убиваемого Ардой божка… до зомбирования которого руки пока не дошли, да и я помусолил варианты, как можно избавиться от козла без расходования последней некромантской обоймы. Никак. Быть ему зомбяком. Потным вонючим зомбяком! Хотя… грязный уборщик – позор Храма. А вот тощий…

А пока фляга. Здоровая, литра на два. Три кармана, огромный объём. Литров по десять! Ну в одном отрава, с литр осталось – в бутылку и Доре в сумку. Но сама фляжка слишком большая. Джуман попробовал наложить лапы и на фляжку, но Латочка с гневом отвергла такую порчу образа и оснащения – как он сказал, ругалась, что пустила благородный чекан пожить на левом бедре своего Рыцаря, но на этом всё! Я посмеялся, отдал флягу Кувалде, тем более, что мордоворот уже командует отрядом орков-сабельников, им много напитков надо, ха.

Наконец пришло время козла. Фавна Козла – классное имя я ему придумал. Я бодро встал, потянулся, осушил залпом кружку восхитительного лёгкого пива, которое гномы горестно незаслуженно называли безалкогольным, но мне такое и надо – меня ждут великие дела! Я достал и приготовил синий револьвер. Арда нанесла последний удар глухо рычавшему фавну. Я уже за чуть больше секунды – тренируюсь, расту – разрядил обойму, вопя:

– Ты Козёл! Подчиняешься мне, Гору и нашим друзьям. Работаешь уборщиком в этом Храме Добра!

Затем я решил не оставлять прошлое свинство безнаказанным, от души пнул довольно упитанную задницу новоявленного зомби-уборщика и рявкнул:

– Кормить впроголодь! Десять лет! Потом можно нормально кормить. Пусть поймёт, что еда имеет значение! Хоть я и не верю в исправление мрази.

Я бодро схватил сумку мелкого очкастого Геолога, открыл, сунул руку. Со смехом отдал гномам, сказав:

– Вытряхивайте! Но аккуратно.

Я курил сигару и рассматривал деревянные лотки с камнями и минералами. Много! Гномы восторженно цокали языками над разнообразными драгоценными камнями, а я видел роскошную и большую коллекцию минералов! И блокнот толстый. Геолог удручённо пробормотал:

– Блокнот с научными записями… Коллекция… ну, конечно не в музей и не в академию… Просто личная коллекция.

– Конфисковано! Коллекцию переправим в Школы Магии. Блокнот… Лоя и Кора изучить, снять копии, и в Школы Магии, блокнот потом вернуть Геологу. Сумка… Федора! Гор! Сделайте Доре медицинскую сумочку. Кармашек там отменный, полкуба, не меньше! Будешь, Дорочка, носить выпить, ну и закусить. Кстати, насчёт закусить.

Я отвлёкся от драгоценных камней из коллекции, один из которых… но потом, после подкормки худышки. Посмотрел на накрытый на камнях стол на… Почему так много еды и мест? Наши амбалы отгоняли облизывавшихся славных причащающихся к единственной теперь на Вулкане религии. Я махнул рукой гномочке, восторженно смотревшей из-за колонны на меня. Девица подбежала ко мне, плюхнулась передо мной на колени, так что мне пришлось встать на колено рядом с ней, заголосила:

– Я теперь вдова?! Прошу, мой Великий Спаситель! Не дай пропасть! Мне теперь только топиться! Возьми меня к себе!!! Аааа!!!

Я обнял дрожащее тельце. Ну что тут поделаешь. Маленькая глупая дурочка. Найдём и для тебя место… Сказал, что позабочусь. Прозрачненькая гномочка шмыгнула носиком:

– Я… не одна…

– Ну… зови остальных, – я чертыхнулся про себя, удивляясь и хитрости бедняжки, хотя… как там… жить захочешь, не так раскорячишься.

Из-за колонны вышли ещё три гномочки. Тоже худенькие. Вернее, стройненькие для гномок. Шоколадного цвета, красноватого и обычного, типа белого. Девицы неуверенно направились ко мне. Я встал, позвал и махнул рукой, подбадривая, под сдержанные смешки более, как выяснилось вскоре, осведомлённых окружающих надо мной глупым и хитрыми красотками.

Девицы радостно кивнули, обернулись, махнули ручками. Я почувствовал, что земля подозрительно двинулась в сторону и накренилась – из-за всех колонн полезли юные худенькие гномочки. И все побежали ко мне! Первая засраночка потупила глазки, ковырнула сандаликом камень и пробормотала:

– Нас двести пять, мы один гарем… Но у нас большинство девственницы… предыдущий… хозяин пока больше накапливал, чем… Но ты же другой! Мы знаем.

Меня спасла Лоя. Умная морская амазонка схватила за ручку первую нахалку, оттащила навстречу бегущей стае гномочек, громко и решительно остановила поток, а потом направила ошарашенных её напором девиц за столы. Кушать. Да ещё и крепкие и звонкие шлепки успела раздать наиболее настырным красоткам, попытавшимся прорваться ко мне. Под звон ложек и хлюпанье и жадное забавное чавканье дорвавшихся до отменной еды моих почти жён, хихикая, поволокла меня к краю площадки над амфитеатром. За нами, смеясь, побежали и остальные мои девицы. Да и Джуман, уже сделавший из своей свирели скрипку, и Гор с Бори, и Кувалда с Альфонсом. Лоя прекратила смеяться и серьёзно сказала:

– Ты сам трепался про триста жён! И сам говорил, что надо быть осторожнее в своих желаниях, они могут сбыться… профессор коррекционных наук. И в принципах Лании ты упоминал, что нельзя всех спасти, и каждый сам должен бороться за себя. И у тебя есть огромное количество друзей, вот смотри, эти гномы готовы за тебя в огонь и в воду. И мы все рвёмся в бой за тобой! Так что этих красоток оставь помощникам. И научись отказывать красоткам даже в любви. Мы ведь ненасытные, и нас много… очень много. Даже твоя потрясающая выносливость не выдержит. Да и девицы у гномов в большом дефиците – отлично устроятся и сами, и помощников и мужей найдут. Даже вдовушки, знают ведь, засранки, что ты на… непорочность, хи, не обращаешь внимания, и на паре вдов женат уже. Да и я и Арда не девочками достались, самой смешно, что мы достались… Вот они и обрадовались. И кто только успел разнести это на весь Вулкан? И болваны гномы прекрасно переступят через свои принципы и дурацкие требования нетронутости девиц.

Я ещё послушал такие правильные речи умницы Лои, размышляя, что и в самом деле я по доброте душевной слишком… балую красоток. И я смотрел на гномов-латников, наблюдавших за ВИП-ложей и горящими глазами посматривавших на кушающих красоток. Вспомнил и повёл толпу к верфям – за болтовнёй надо активировать портал, а то ещё подохну, теперь есть кому сражаться и за тысячу девственниц, хотя в их успехе без меня я не так уверен, но сегодняшний тяжёлый бой показал, что и я играю со смертью… Так надо успеть хоть портал сделать, пока живой.

По бокам от нашего отряда шагали по три латника, прикрывая, и Арда не снимала маску. Впрочем, вроде зря, но… ладно. Джуман с непосредственностью и жизнелюбием правильного Рыцаря, Чёрного Рыцаря без страха и упрёка, ставшего всё-таки туповатым, но безусловно верного и отчаянно храброго, перебил болтавшую теперь о крутых семихвостых гребных плётках Лою:

– Серый! Эта дудка… свирель. Она раздвигается! И из неё столько вываливается, из этих, карманов, пространственных! Смотри! И скрипка, причём я даже затупленным мечом на ней могу играть! И гитара! И гармошка! И волынка, жуть эта. Причём всё сворачивается. И она говорит со мной! В восторге, что нашла правильного весельчака тупого и безбашенного!

Под общий ржач я предложил со смехом:

– Если волынка не нужна и убирается в карман без сдувания, а так и должно быть, налей в неё вина или бренди, будет у тебя поилка отличная.

– Оооо, – восторженно протянул Джуман, тут же и вылив в бурдюк бывшей волынки первый стакан вина, сложив всё в простую короткую дудочку, вынув обратно и выпив вино. – Ты, Серый, ГЕНИЙ! Не дождусь, когда разрешишь называть тебя правильно, дровосек! Но я теперь тоже твой коллега-дровосек! Чекан лес рубит как зверь! Но и камень крошит. И молот! Им и ковать попробую вместе со Стеллой, да мы столько подков накуём!

– Заткнись уже, – засмеялась Кора. – Я допросила Геолога немного. Этот фавн, Козёл, хи, на Свирели Фавна, она так называется, только и мог что сам дудеть и как микрофон использовать. Значит Свирель Фавна ждала настоящего балбеса жизнерадостного, и дождалась. Она, как я понимаю, сама играет, но если обормот ещё и изображает радостную игру на любом инструменте, то она приходит в экстаз и выдаёт совсем потрясающую игру. И я читала, что такие инструменты могут… заставлять плясать!

– Вряд ли, – пробормотал я под кивок Лои. – Сильная ментальная магия скорее вырубит, как у ушастика из Хаоса, может только побуждать тех, кто и сам хочет, но стесняется. И я не чувствовал пока ментальную атаку. Просто от хорошей музыки не совсем зануды и сами в пляс идут… и поют.

Но личику Коры на мгновение пролетела печаль воспоминаний, она вцепилась мне в руку и прижалась губами. А Арда радостно завопила:

– Вы отвлеклись на балбеса чёрного с сопелкой и не заметили! Па-пааам! Лоя только что откорректировала Серого! Лоечка, присваиваю тебе степень профессорши корректировки ловеласов!

– Должность, – растерянно пробормотали я и Лоя. – Степень будет доктор наук…

Грохнул ржач, отразившийся от чернеющих слева утёсов. Я спросил:

– Что за подати со Звездочётов и ронов?

Бори усмехнулся:

– Эти уроды, когда сделали культ свой официальным, обложили другие культы… последователей штрафом. Идея неплохая, но слишком уродская. Я уже паре здешних типа помощничков моды подправил, когда они, с утра ещё, лапы потирая, предлагали стать мытарями…

Кора грустно усмехнулась:

– С ронами такое бывает, мы тоже упёртые, как и гномы. Да и роны хороши, тоже бывает обкладывают такой данью чужих. Но и тех, кто не хочет никаким культам поклоняться, могут обложить. И ронов, и другие расы. О, боги! Сколько же глупости в этом мире! Но надо решить, что с Геологом делать.

– Ничего. Пусть валит. Лучше если прям внутрь Великого Вулкана, изнутри изучает. Он зло причинять не должен. И даже если его пантеон за хобот возьмёт, то что новое он им сообщит? Но можно, Гор, ему и в храме келью выделить. Кормите, поите. В пантеон нимф его не стоит, и девочки будут не рады, и я против, нафига он им и нам? Записи его верните, как скопируете.

– Там десятки тысяч страниц, – усмехнулась Лоя.

– Он не спешит, да и нам незачем. Как Альфонс освободится… пусть делает, не скучать же ему.

Я закончил решать судьбу непонятного и безопасного божка, околачивавшегося на теле Великого Вулкана задолго до пантеона уродцев. И явно останется здесь и после них. И нас. Но станет умнее и теперь вряд ли попадёт в лапы божка-хозяина. И я совсем не горевал, что конфисковал у него чекан – Стеллочке он гораздо нужнее, да и каменная девочка-монстрочка чекану больше нравится, тут и к оракулу не ходи.

Но мы уже пришли. Идти-то было меньше километра. Подходя я вызвал на связь Проказницу и сказал позвать к порталу корабела и Додана, если они хотят сходить в гости.

В освещённом обычными факелами гроте в крутом откосе вулкана с пристроенным фасадом уже была закреплена портальная плита. И рядом толклась куча корабелов. Больше половины похожи на эльфов – высокие блондины с правильными и надменными чертами лиц. И такие же темноволосые – тёмные эльфы, но их всего пара была, да и масть у них может и не соответствовать душам. Старые и более-менее молодые. Они тревожно всматривались в ярко освещённый восьмизубцем бардак в районе явно раздражавшего их храма. Я весело поздоровался, неожиданно получил в ответ несколько вежливых, но сдержанных приветствий. Ещё одна стая дурней!

Я молча прошёл к плите, радостно погладил её под чьё-то бормотание, что активатор у меня не вырос. Достал зеркало портального ключа, посмотрелся в него, прислонив к плите и активировав плиточку с наложением пароля, поправил причёску, пошевелил губами, изображая прихорашивающегося пижона, убрал ключ, побрызгался духами. Весело сказал:

– Если кто считает, что у меня что-то не выросло, то может ответить за базар… выдать Лое гребную плётку семихвостую!

– Ладно, нахал, друг гномов, если за час активируешь, то получишь плётку, а не активируешь, получишь пинка! Но что нам делать, когда явится большой бог? – процедила вполне молодая морская амазонка, надменным кивком поздоровавшаяся с Лоей, ещё одна типа отступница.

– Большой бог может явиться полы помыть, если гномычи его на время освободят от мытья сортиров в храме. А то у вас тут свинарник, я конечно спец по свинарникам, но чтобы радикально… пришлось лично как следует искупать морскую свинку, – рассмеялся я, пнув ногой кучку мусора, и подмигнув покрасневшей от злости девахе. – И сразу уговор, я поставил портал у вас, потому что рассчитываю на разум… хм… расы эльфов и примкнувших. А король гномов может и чудить. Но чудить можете и вы, но я уже сказал, что рассчитываю… В общем, пропускать будете и гномов. И с весёлыми лицами, и любезными.

– Нам… коллега тебя очень хорошо рекомендовал, но похоже он ошибся… – мрачно сказал старый важный светлый эльф, сердито глянув на помощников и тоже пнув кучку мусора.

– Ладно. Я сказал доброе слово. И я прошу. И вас прошу улыбаться. Не портить вечер. Сейчас придёт ваш коллега из Грува, а может и сам граф Додан, не хватало мне ещё за вас краснеть. И я приглашаю вас, но с улыбками, посетить мою таверну Гном в Груве, там специально целый этаж для стариков выделен, но желающих жизни, а не… Ну и перед этим рекомендую посетить Башню Принцессы, искупаетесь в Колодце Судьбы, взбодритесь. И там и там скажете, что от Серого. А я пожалуй пойду дальше веселиться с гномычами, у них лица повеселее… Вам, вижу, дозреть надо.

– Ээээ… а портал?

– Дык работает. Пароль «Любовь и доброта». И говорите куда надо, номер портала. Первый Башня Принцессы, второй Школа Магии Серого Баронства, это к югу от Талагона, на побережье. Третий пока не активен. Четвёртый в Груве, между портом и Второй Школой Магии. Пятый этот, на Великом Вулкане, но не ваш. Мой, если угодно, для исключения инсинуаций. Шестой будет в Карсоне, если меня не кокнут парни с такими же добрыми открытыми как у вас лицами, а там будет жарко. Седьмой пока свободен, не знаю куда приткну, – я посмотрел. как портал дрогнул и из него бодро вышел грувский корабел, который радостно обнял меня со слезами на глазах бормоча про счастье эльфов и Колодец Судьбы, я усмехнулся, – Плёточку Лое доставите. Пока, буки.

Я вышел и зло закурил сигару, слушая удивлённое бормотание грувца про премудрых правильных дураков, которые умудряются плевать в радостно протянутую чашу с нектаром. Блин! Ну да ладно. Какой-то молодой эльф сунул мне бумажку с текстом клятвы, бормоча про дружбу. Я быстро нашёл слова про истребление вампиров и оборотней, сказал, что у меня уже есть одна присяга. Медленно пошёл к нашему теперь Храму Добра под охраной вечно улыбающихся когда не ржут гномов. Меня догнали друзья. Стелла сказала:

– Пропускает часто, но, судя по каналу, потом снизит темп.

– Наверно истосковался местный порталинг по ходокам, да и что я знаю. Гарантия не меньше рыла в минуту, если не ошибаюсь, – усмехнулся я. – Надеюсь, разумные вады смогут договориться об очереди и записи…

– Больше должны пропускать, – буркнула пара знатоков.

– Мне Геолог замужество предлагал, – расхохоталась Краповая Береточка, желая развеселить компанию.

– Ну ты не отказывайся. Подожди лет двести… Потом выходи. Станешь богиней, только от скуки не помри, – рассмеялся я. – Но с Геологом каши не сваришь, он говорить ничего толком не может, запреты высшие, а веселиться не может из-за проклятия долголетия. Эх не зря Великая Безалаберная говорит, что в долгой жизни главное, не просрать оную. Так что пусть Геолог и дальше тут толчётся в одиночестве, вся вечность его. Ну почти.

Я зашёл внутрь Храма, за мной и наши зашли, не пуская пока рядовую паству. Принесли восьмисвечник. Я присвистнул. Сытая довольная прозрачная нахалка, попытавшаяся прижаться ко мне, но аккуратно переставленная Ардой в объятия просиявшего Гора, пояснила:

– Вдоль стен шесть этажей залов и келий, выходящих на галереи, по три метра в глубину. Скрытые окна, незаметные снаружи. Это сужает внутренне пространство до двадцати метров.

– Поставьте посередине алтарь в виде огромного дивана с балдахином плотным. А лучше три. Подвесьте! Повыше, с ограждением. И сцену под ним. Пара тысяч квадратных метров, тыща молящихся влезет… А если больше, то на свежем воздухе. Театр там огромный. Щас зачистим от прячущегося только… А комнаты. Можно и жить. И вы хотели гранильную мастерскую. Вот и создайте полунезависимое религиозное государство с собственными производствами. Ювелирка. Кузни. Да всё! Будет мировой центр культа Добра. Можете и независимую теократию сделать, если на весь мир культ распространите.

– Тебе четверть, не отказывайся, – веско сказал Гор.

– И не надейтесь, приму хоть половину, – усмехнулся я под ржач гномов. – Потом в Ланию передайте мою долю, а я дровосек, лес рубить люблю. И да, филиал банка Анчар сюда, и филиал конторы Бэлы разместите. Если Лоя не откажется, то и представительство судовой компании, ниже можно будет и порт построить. Во, таверну Гном надо! Будет один из центров мира у живого вулкана. Надеюсь, он не решит извергнуться и смыть лавой все наши порои… Кстати… надо сюда приказчика Бебе… денег на Драконе тонны… Тащить с собой в Карсон, идиотизм.

Я вызвал по диску связи Проказницу и вскоре ошарашенный заспанный Бебе сказал, что утром его надёжный родич прибудет через портал. Долго выспрашивал, какой пароль чтобы пропустили стражи портала. «От Серого». Пока так. Поручил Лое и Коре разобраться с пропускной системой. Тут прозрачная гномка пискнула:

– Нам замуж за гномов… не всем можно. Часть из нас не девственницы!

– Ну и… – начал я.

– Пошли! – перебила просиявшая Дора. – Мы скоро!

Дурочка Федора схватила меня одной рукой, прозрачную далеко не дурочку другой, и быстро поволокла нас в подвал, сказав вести в баню для девочек. Прозрачная быстро привела нас во вторую девичью баню, совмещённую с сортиром, и находившуюся совсем рядом с этим входом в Храм, только спуститься. Я с наслаждением отвесил пенделя по заднице наклонившегося мывшего полы в туалете Козла, рыкнув:

– А ну срыгнул отсюда! И мужской сортир отдраить! Чтоб сиял как яйца кота!

Прозрачная смущённо проводила взглядом бывшего строгого и жестокого мужа и хозяина. Я немного покраснел – похоже, от девичьего сортира с гранитными унитазами в кабинках с открытыми дверями. Но мы вернулись в холл и прошли в баню. Здесь Дора радостно плюхнулась в одно из подогреваемых каменных кресел, схватила меня за руку, а Липу она вообще, похоже, не выпускала. Мы сразу составили трио Хаоса, которое ещё и не разбирали сегодня, получается.

Я с удивлением смотрел как яростно запрыгало сердечко на лекарском кольце ведьмы Хаоса. А ведьмочка через пару минут вскочила и усадила на своё место прозрачную, защебетала:

– Полминуты достаточно, минуту для гарантии! И ты снова девственница…

– Да я и так… – покраснела, выдав себя с головой и с… со всем выдав, красотка.

Через минуту девица скрылась в какой-то комнатке и баню огласил радостный визг и так бывшей, ха, девственницей. Я только хмыкнул:

– Это же чушь… видно магам-лекарям.

– Любой маг соответствующий видит ЭТО, – идущим со всех сторон голосом рассмеялась Липа.

– Ну и что, раз девочки хотят… – и не подумала сдаться Дорочка.

– Чую, будет у местных невест традиция ходить в баню, – смеялся я, когда мы шли обратно. – Каждый раз, перед свадьбой, мы с подругами ходим в баню. Стул запомнила, девица правильная?

– Оооо, дааа!!! Мы не забудем! – восторженно пищала прозрачная девственница. – Когда меня продали, я думала всё! Конец жизни. Когда ты Козла отнекромантил, я как второй раз родилась! Но замуж… женихи хотят… И ты отказался… А теперь я в третий раз родилась!!!

– Считай, что второй раз вы все родились независимо от этого, – я указал на зло рассматриваемую друзьями конструкцию, каменная скамья с кандалами для ног и рук над головой. И с желобками в корыто под лежанкой.

– Жертвоприношение Козёл замышлял, – зло сказала Арда. – Считайте, крошки, что чудо вас спасло. Серое чудо. Скотина, но правильная.

Мои девицы со слезами на глазах обняли окаменевшуя, глядя на страшное ложе смерти и ножи в комплекте, девочку… счастливую девочку. Мы решительно стукнулись кулаками, не проронив не звука, но при этом ещё раз клялись спасти и тысячу девиц.

Арда ушла вниз. Прозрачненькая убежала к подружкам. Раздались испуганные голоса. Потом плач. Затем удивлённые и радостные возгласы. Вскоре цепочка девиц, внезапно решивших искупаться, потянулась в подвал. А навстречу Арда волокла по ступеням избитого Козла. Я как некромант, но у которого заряды кончились, попросил амазонок не убить урода… Рог ему отшибли в процессе нанесения побоев. Оба. Один под корень. И рога не выросли – или зомби потому что, или антенны Хаоса, да и пофиг.

Я сказал идти смотреть уставшего прятаться под столом ВИП-ложи шалунишку. Мы вышли в прекрасную яркую ночь. А избитый безрогий Козёл поплёлся мыть сортиры.

Я подумал, что миссия по доставке принцессы может и провалиться, ведь сложить два плюс два по теме жертвоприношений сможет любой… Хотя не любой… Ладно, чего теперь париться, если что можно и подменить… поймать любую девственную гномку, учредить королевство, удочерить – чем не принцесса…

Ардочка осмотрела небо, сказала:

– Хлопья Хаоса падают, как комочки с ноготь…

– У нас сказали бы как хлопья снега, но у вас, у нас, чудесный мир. А снег, вон на Вулканыче полно, если кто хочет… Эй Гор! Курорт горнолыжный откройте! У вас тут сплошной курорт морской, но когда сыт и согрет, хочется и извращений.

Я раскурил сигару и рассказал про горные лыжи и курорты. Пообещал подумать о подъёмниках. Гор пообещал меня без очереди пускать в снегу поваляться. Все вылупили глаза, когда я сказал, что половину прошлой жизни так и делал, но… зима это маленькая смерть. И что они не рыбаки, им не понять… чудо вечного тепла и лета.

Мы выпили восхитительного вина, обездолив на целую минуту очередь из выпивох. Я приказал унести кувшин на Дракон. Хватит. Обряды тем и хороши, что ограничены во времени. Начали спускаться к ВИП-ложе. Я сказал, почувствовав первым:

– Горелой бумагой запахло. Жжёт бумаги важные.

– Над аренным алтарём возмущение Хаоса, – спокойно доложила Арда.

– Портал монстра появился над ареной, – радостно доложила пара синих латников.

– Взлёт мышки! – крикнула Лоя.

– Готово, – подытожила Корочка, с улыбкой убирая пращу.

– Куда ты полез, Серый? – усмехнулся Гор, посылая синих латников к столу в ВИП-ложе. – Не твоё дело первым лезть.

Я взял поданную капсулу с донесением. Посмотрел на вторую капсулу, которую засунула в рот девица, здорово похожая на Лою до омоложения и оформления – в смысле выращивания форм, сисек и попы. Лоя сказала:

– Привет, Гита… Не ожидала так встретиться…

– Лоя? Ты? Что с тобой? Я думала, что ты другая Лоя, юная! – обрадовалась окружённая девица, стоя в открытом ящике, оформленном как стол ВИП-ложи, и вытаскивая тяжёлую шпагу и дагу. Капсулу она не стала разжёвывать пока, засунула за щёку.

Над ареной, от храмовой площади, где сгрудились несколько тысяч гномов, ронов и немного представителей других рас, раздался дружный визг и вопли. Из портала монстров вывалился ушастый слоноосьминог. Джуман радостно рявкнул:

– Он мой!

– Ментальная атака, – спокойно доложила Кора.

Но было поздно, Джуман уже бежал навстречу монстру, который наполнил синей кровью уши, уселся на задницу и долбанул по Чёрному Рыцарю. Гор и Бори синхронно выругались, произнеся «Серый». По всем слегка заехало эхом, но прямой удар, даже видимый как рябь в ярко освещённом восьмисвечником воздухе, пришёлся на Джумана, который уже отсек одно щупальце и деланно завопил, прижимая к себе меч:

– Ах как мне поплохело! Теперь оно меня проглотит!

– Хороший шлемик ты подарил пацану, – усмехнулся Гор.

– Всё лучшее детям, – улыбнулся я, наблюдая как тварь под вопли толпы легко заглотила вытянувшегося Чёрного Рыцаря.

Тварь рыгнула напоследок, и начала колбаситься. Из неё раздались звуки музыки! Залихватская мелодия, казалось, заставила монстра подёргаться в такт. Но вскоре монстр был правильно вскрыт, и синий Чёрный Рыцарь вылез из недр добычи, отошёл, сдвинул на темя маску-забрало и заорал:

– Ментальная атака теперь не про меня!!! Серый! Ты БОГ!!! И мы это съедииим!!!

Начались восторженные и удивлённые вопли. Наши нимфочки стояли обнявшись и с мокрыми ножками. Гномочки повели их в бани. А я повернулся к загнанной морской амазонке. Вылезшая из ящика девица сглотнула, ошарашенно посмотрела на нас, спустилась на арену, где ещё скручивал щупальца наш вкусный поздний ужин. А вернее завтрашнее утреннее барбекю.

Лоя сказала:

– Сколько лет прошло, мы дуры были. Сдайся, и я попрошу Серого, он добрый… Отправишься на наш остров… Там нас ждут. А через лет пять, как всё уляжется… с дочками, начнёшь заново…

– А как я забуду… всё! И я… это… Ты даже не представляешь, что я… К оружию, подруга! Не дай мне умереть от яда! Встретимся в Вальхалле!

Гита атаковала первой. Лоя недолго позащищалась, но вскоре решила, что её непутёвую подругу все равно убьют, и перешла в атаку. Умения и скорость были сравнимы. Сил у Лои после наших проделок было больше, а формы были увеличены не настолько сильно, чтобы мешать сражаться. Но целую минуту девицы яростно атаковали шпагами и отражали удары дагами и шпагами. А затем Гита не отклонила очередной удар, убрав дагу в сторону, и шпага Лои пробила её грудь…

Я обнял плачущую Лою. Но вскоре мы успокоились, выпили вина и бренди. Лоя прокричала:

– Нас рано хоронить! Веселимся!

А я подал Коре для архива или музея записку, в которой было написано, что шкипер Лоя подлежит срочному, вместо обязательного, уничтожению, как опасный для императора элемент. Ну и много другого, не столь важного. И про меня. И про наших… Ерунда… Император! Мы придём и за тобой!

Я отвёл Лою, забывшую про своё учение о корректировке ловеласа и попросившую успокоительное, в девичью баню – интересно же и красиво, а во второй раз я уже и туалета не смущался – там мы зашли в комнатку с бассейном и мягкими лежаками, и я два раза успокоил красотку. Радостная амазонка уже весело повела меня наверх.

А в главном зале бани с горячими каменными креслами, с видом, что случайно заскочила, ёрзала в кресле очередная голенькая гномочка, шоколадного цвета. Я усмехнулся, что раздеваться не обязательно, но очередь голеньких гномочек – причём девиц было немало и не из предназначенного к раздаче гарема – с негромким искусственным визгом отвернувшихся от меня, пряча другие красоты от созерцания и ставшие пунцовыми мордашки от опознания, только возмущённо крутанула отменными кормовыми прелестями. А я не отказал себе в удовольствии вытянуть руку и со смехом провести ладонью по этим красотам, идя вдоль очереди. Лоя только хихикала.

Мы посмотрели, что под столом ВИП-трибуны. Последними из тех кому можно. Я присвистнул. Пульт управления. Рычаг подачи Хаоса. Колёсико активации временных сгустков. Ну и прорезь, в которую можно кидать костяшки, выглядевшие примерно как в домино, выпадающие в коробочку снизу для многократного применения. На них нарисованы монстры Хаоса. Я восторженно пробормотал:

– Пульт управления Хаосом!

– Охрана уже назначена, – сообщил Гор. – И четырёх монстрычей мы замесили… Сугубо для тренировки. Да и Бори просрал первый раз, выпросил одного…

Рядом Дора, ругаясь и яростно мерцая лекарским кольцом, лечила бледного улыбающегося Бори. Я усмехнулся, обнял Дорочку и мы провалились в трио. Нет, лечить Хаосом нельзя, ну или мы не можем, тут Дора сама как природный горе-лекарь с могучим колечком неплохо справилась. Но через десять минут Гор с диким рёвом кинулся к нам и тоже получил свои пять дополнительных сантиметров. Больше, я сказал, нельзя, да и Липа и смеющаяся Дора подтвердили. Хаос шутить не любит, вернее шутить-то как раз любит, но дурак он и шуточки у него дурацкие. Хотя я и не знаю теперь, можно ли ругать Хаос. Хотя пофигу, дерьмо мы все отменно и в Хаос, и в Астрал отгружаем, и ничего. Они выше этого. И старику Вулканычу явно пофиг, что в нём и какают.

Мы курили, пили вино и смотрели в небо, где взрывались и сгорали небольшие метеоры. Лоя вещала:

– Этот центр управления явно и метеоры отводит и разрушает. И очень похоже, что это связано с Вулканычем. Но часто шалить с Хаосом не стоит… Но офигеть, куда мы скатились… некромантия, Хаос!

– С волками жить, по волчьи выть! – пресёк не нужную рефлексию я. Да уж, они ещё не знают, с кем связались, оборотни им всем не нравятся… и вампиры… понимаешь ли…

Глава 3. Вулканизм

Джуман радостно спросил:

– А здесь крабби водятся?

– Есть, – усмехнулся Гор. – И вкусные. Но мало. И на берег не выходят почти, обрывы. Пляжи есть, но здесь пока купаться не принято, неоткорректировались ещё. Ну и на мелководье их горгульи с огромным аппетитом… На глубине тоже, но всех пока не скушали…

– Схожу завтра, порыбачу, – оскалился Чёрный Рыцарь. – В этом шлеме я по дну могу хоть всё море перейти! Только в кузне с Латочкой поработаю, есть что улучшить…

– И я с тобой покую, – улыбнулась Краповая Береточка. – Твои доспехи поинтереснее ножей и подков.

– Крылья переделайте, будешь и летать под водой, – я похлопал по стальному плечу.

– Ой, ты, Серый, говорил про пропеллер! – вспомнила Стелла. – Как там? Карлсон! Я уже думала. Но даже если раскрутить удастся, хотя чем… ты говорил про варенье… Ну так взлечу, а вперёд как?

Я хлопнул себя по лбу, вспомнив. Сказал Гору принести из коллекции минералов кое-что, потом решил приколоться:

– Пора тебе, девочка, узнать правду о полётах! Понимаешь, есть такая штука, как прямоточный реактивный двигатель! В начало трубы нагнетается топливо и окислитель. Они поджигаются! Сзади, через сопло, вырывается струя перегретых газов! Ну и ракета летит вперёд. Окислитель это кислород в воздухе. Топливо… можно абсент, а можно просто спирт. Подаются через рот.

– А сопло это… Оооо!!! – простонала, вытаращив глазки, Стеллочка.

Под ржач друзей я начал предлагать варианты:

– Ну не пугайся. Можно и иначе. Взять сливу из садика нимф. Покушать, потом сливку принять! Гор и Бори не дадут соврать. Таверна… была… Но сопло то же самое.

Подошедший Гор с Бори ржали, упёршись друг в друга башками. Я даже не сразу смог взять из мотылявшейся клешни то, что он мне протягивал. Ну и предложил щадящий вариант:

– Но вертолёты летают, наклоняя винт. Так что если тебе к спинке даже приделать пропеллер, и придумать, как его раскрутить… почему не спирт… Хотя каменная ты… может и бензин или нефть подойдёт… Но летать ты всё равно сможешь только носиком вниз… головкой вниз и попой кверху. Ну и у меня есть пара жён, Гаечка и Шайбочка, механику можно с ними обсудить. Диск связи организую, если что.

– А Карлсон как летал? – умная Краповая Береточка не сдавалась.

– Ну это сказка. Магия логична, а там логики нет. Толстый мужик с крохотным пропеллером… На варенье… О! Он от пинка летал, шалить любил. И становится понятна необходимость толстой жопы! Приёмник для пинков.

– Ты, Серый, шутишь, и всем весело, но у меня дырка в спине простаивает.

– Давай применим! Дырку… в спинке!

Я достал из мешочка довольно крупное, сантиметров под пять, рубиновое сердце. Стелла невероятно обрадовалась, пищала и обнималась. Но… помещённое в дырку в спинке сердце големочки так там и болталось, погромыхивая при движениях. И лючка в груди не было.

Лоя расхохоталась:

– Ну всё! Серый, профессор, как там, големической медицины? Во! Через сопло и надо вставлять! А то через дырку в спине, через дырку в спине… А оказалось как всегда, через попу!

– Глотай! – я протянул Стелле шикарный огромный рубин.

– Ыыыы… – Стелла выпучила глазки. – Он и в… не влезет… А уж в горло!

– Ээээ… Лоя, давай ты… Ты там диссер пишешь про Стеллу… Ну и между вами девочками…

– Ладно… – помурлыкала Лоя. – Но я хочу взамен… О! Я тебя, Серый, искупаю в ванне на палубе! Как ты меня!

– Плохое сравнение, – пробормотал я под ржач. – Ты была чушкой, а стала чистюлей. А мне чушком становиться по результатам что ли?

– Чушка?! – притворно взвилась Лоя. – Да я тебе сейчас это сердце туда и засуну!

– Это Стелла… подумала… а я озвучил! – рассмеялся я. – Ей и засовывай! Стелла, быстро назвала её чуш… Ну!

– Если уж будете засовывать, то мне будет приятнее, если это сделаешь ты, Серый, – потупилась мелкая каменная заразка.

Я посмотрел на нависавшую, закрывая полнеба, громаду вулкана, сердито сказал:

– Вот смотри, Вулканыч, ты накосячил! Сотворил чёрт-те что! А мне расхлёбывать! Вернее затыкать! Вернее втыкать!

Тяжкий грохот стал мне ответом, и он не замолкал, а перекатывался… Земля мелко задрожала. Кто-то дико заорал про извержение. Первое за сто двадцать веков. Кто-то завыл. Началась паника. Я схватил Стеллу, интуиция уже подсказала… Даже смотреть место для размещения было некогда… Повалил мелкую каменную монстрочку на землю. Крикнул:

– Вазелин!

Испуганная Дора подала мне уже смазанное сердце. И баночку. Я зачерпнул. И… Да уж, ну и визг умеет издавать Краповая Береточка! Но только пока горло свободно. Но затолкал! Жить захочешь не так раскорячишься! И через рот затолкал, а не как все ожидали. Я достал подзорную трубку и завершил операцию, ею и пропихивая, и посматривая, с удивлением увидев и полость на уровне груди. Я вытер пот со лба, сказал:

– Сигару! И да… Прямоточного двигателя не будет… Желудок готов, кишки изгибаются. Ну ты, каменная засранка, и даёшь, как ты это делаешь?

Ответом мне был хрип, ибо подзорная трубка в горле говорить мешала.

– Так и будешь ходить, слово серебро, а молчание золото, – усмехнулся я, услышал нарастание начавшего было утихать грохота и быстро пояснил. – Надо ещё проверить, как вошло, как заработало, как бьётся!

Нормально вошло. Отпущенная Стелла встала и, отплёвываясь маслянистой кровью, отошла от меня, размазывая слёзы, сипло всхлипнула:

– Дора, послушай. Бьётся?

– Бьется, – усмехнулся я. – Я это и смотрел.

– Ты… Да ты! Ты злой! – разревелась каменная ронка. – Так грубо! И так больно!

– Зато быстро… Не взлетели, – ласково улыбнулся я.

Все ошарашенно смотрели на меня. А я смотрел на море и курил сигару. Держа подрагивающей рукой. В море разгорелось красное свечение.

– Боковой выход Вулканыча. Твоего, Стеллочка, папы, – усмехнулся я. – И так понимаю, что это ты в море растёшь. С днём рождения! Бренди есть?

Сзади раздалось кхеканье. Ну блин, мы тут все чуть не взлетели и не обделались… Второй вулкан наблюдаем. Великую Вулканочку. Стеллу! Сколько там до неё?.. Километров десять… А тут кому-то горлышко прочистить приспичило… Я оглянулся.

Гном, падла, прозрачный. Дайте угадаю, чей родич! Хрен с грязной бородой немного поклонился:

– Мне бы это, внучку забрать.

– Продал?

– Кхе, кхе… Было дело. Калым взял. Но теперь… И она сказала, что даже… целенькая…

– Ну и пшёл отсюда! Моя гномочка!

– Нет, так нельзя… У неё был муж. Теперь он сортиры драит и сказал, что она больше не его… И она сказала, что ты…

«Бац» сказал дуэт из моего кулака и морды чересчур хитрожопого, не умеющего услышать отказ и навязчивого гномона. Я посмотрел, как поднявшийся хитрожопый хрыч отряхнулся, подошёл к ещё паре мявшихся в сторонке таких же, пробормотал:

– Не согласился, однако.

– А можа другую отдасть? – пробормотал стоявший рядом коричневый гном.

– Проверь, – пробормотал прозрачный.

Я сразу молча двинул возвращальщику девиц в морду. Обернулся к таращившей шары компании и сказал:

– Ну, объясняйте!

Все начали ржать, поглядывая на раскрашивающее горизонт зарево новорождённой Стеллочки, наша часть которой хныкала в объятиях сердобольной Доры. Лоя начала говорить:

– Ты, получается, про гномов ничего не знаешь? Значит с начала начну, что все знают. И гномы об этом молчат и не признаются. У бородачей небородачек, девиц то есть, вдвое меньше. Просто не рожают. Умеют. Мы, амазонки, тоже управляем. Первая всегда девочка. А потом если не погибла, мальчика рожает, считающегося… как бы… Ну и ещё может быть девочка или мальчик за погибшую подругу, но это уже… к старости ближе. Ну а у гномов девочки просто вторым сортом идут, и их тупо рожают меньше раза в два. Потом, как вырастет, продают. Калым берут. То есть не просто в рабство, обычно, а замуж. Так, очевидно, Козёл и скупил горемык этих, были бы деньги. И цена довольно высокая, но не запредельная, устанавливается вождями, как и количество мужей. Если девственница. А не девственница или ничего не стоит, или мало… Ну и первые лет десять жена в загоне. Рожает за себя и за мужей. А потом от этого скотства звереет и начинает тупо дубасить мужей! Ну и да, мужей обычно два! Бывает три, и даже четыре. Ха! Круче чем амазонки! Раса идиотов! Всё через жопу у них. Гор, Бори, не мнитесь как девственники на невольничьем рынке. Колитесь!

– Ээээ… – почесали бородки оба крепыша, продолжил Гор. – У нас… жена одна… Мы сомужья…

– И обоих отпустила в конд? – усмехнулся я.

Гор тяжело вздохнул:

– С ней третий остался, молодой. Кабздец ему… А мы спаслись, считай… Деньги шлём детям и им… Ну и мегера… Теперь деньги есть, сможем развестись, вернее выкупиться, и по личной жене завести. Тут такие цыпочки… И девств…

– Опять! – заржал я, выплёскивая всё напряжение борьбы и с богами, и с вулканами. – Вы, вся раса, уже в такой «Ж» со своими тараканами! И не можете нормально сделать! Смотрите. Вот… Орки! Тролли! Эльфы! Гоблины! Роны!

– Только не роны, – буркнул Гор.

Я только рукой махнул. Сказал очевидную идею:

– Стелла, насчёт винта. Делаешь два двигателя с пропеллерами, две штанги из спинки, моторы поворачиваются. Летай на здоровье. Как раскрутишь винты, не спрашивай, я не знаю, а про спирт уже сказал. Но с таким батей что-нибудь придумаешь. Хотела, получи… Но…

– Я замуж хочу, – шмыгнула носиком каменная нахалка, посмотрев на закрывавшую полнеба громаду.

– Тьфу, – яростно сплюнул я.

– Грбрбрдр… – внушительно сказал Вулканыч.

– Я согласен, – широко улыбнулся я.

– И я, – застенчиво улыбнулась каменная крошка, вытирая слёзы.

– Нас ругал, а сам попался, – усмехнулся Гор.

– Я один и жён штук восемь. Учитесь, студенты, как попадаться надо! – я отвесил студентам по лёгкой оплеухе, сам заржал первым. – Пока профессора корректировки дурочки насмерть не залюбили… Пошли плясать! Учитесь развлекаться не только с бутылкой в лапах, но и с девичьей талией! Да и танго это никак не выветрится! Дора, не знаешь почему?

– Нам с Липочкой очень понравилась музыка и движения, ах… Перекинь меня через руку!.. Та-та та-та-там-там… Жил пират не верящий в любовь! А ты, Серенький, в любовь веришь?

– Нет! – отрезал я.

Танцпол организовали перед входом в Храм Добра, обращенным на запад, где мы и воевали. Быстро расчистили площадку от столов и части обломков, валявшихся здесь давно. Я взял протянутую Джуманом сделанную из Свирели скрипку. Да уж… невероятно, сначала он разделил дудку повдоль и сделал галочкой, потом вытянул телескопические части, вернее хрен знает как выдвинул деку, из вершины галочки вытянул… короче, хрень ту выдвинул, на которой пальцами струны прижимают… Струны откуда-то… Получилась крутая такая скрипка с треугольной декой! Я повертел инструмент в руках, напевая слова танго в такт мелодии. Снял микрофон и приклеил невероятно себе под углом рта. Отдал скрипку Чёрному Рыцарю, который прижал её к плечу и как смычком провёл затупленным громадным чёрным мечом.

И залитая светом от восьмисвечника площадь наполнилась прекрасной музыкой. А гигантский гоблин прикрыл глаза, начал аццки тащиться, пританцовывать и наяривать сильнее, и музыка ожила. Ноги сами просились в танец, и голова взорвалась от яростного дикого танца. Я схватил Дору за талию и повёл в центр. А она взяла Липу в зубки как розу, и Липа превратилась в розу, пышную сверкающую розу с толстенным шипастым стеблем, восторженно вопя, что это очень трудно. Мы слились в трио. Откуда-то из глубин общих знаний выползли виденные в силе искусства движения. Наш общий разум под моим руководством начал коверкать и переводить слова, пару раз использовав и временную петлю для придумывания сложных рифм и фраз. А я вращал, и перекидывал через руку яростно отдавшуюся танцу Дорочку, высоко поднимавшую прекрасную ножку из-под коротенького белого халатика, с восторгом перекидываясь на спинке через мою руку.

И наши гномы-мордовороты хватали и тащили танцевать радостных гномочек из разорённого гарема. Местные гномы тоже пытались хватать прекрасных красоток, но те яростно отбивались от вонючих кавалеров с бородами-лопатами, и сами кидались к аккуратным и чистым смеющимся гномам конда, которых как раз и было почти две сотни. Только нескольким неудачницам не хватило чистых кавалеров и они танцевали друг с дружкой.

Я орал в микрофон слова, а тот даже немного улучшал мой так себе голос:

– Где среди сугробов спят зимой медведи,

А над супербабами закаты, словно кровь,

Жил красавчик хмурый в глубине Сибири,

Дровосек, не верящий в любовь.

Но однажды ночью после страшной битвы,

После звездопада отправлялся он на бой,

Знойные фигурки с кругленькими попами

Помахали с берега рукой.

Там, где любовь, там, где любовь,

Там, где любовь,

Больше не проливается кровь!

Словно статуэтки девушки стояли,

Дровосек корабль свой

К ним направить поспешил,

И в них не влюбился, но назвал красоток

Птичками в ветвях своей души.

Там, где любовь, там, где любовь,

Там, где любовь,

Больше не проливается кровь!

И однажды ночью с кучей мощных гномов

Стаю юных гномок он увидел на песке

И любви стрелою он пробил их тушки,

И бродил по берегу в тоске.

Там, где любовь, там, где любовь,

Там, где любовь,

Больше не проливается кровь!

И когда под утро, плача о красотках,

Понял он, что в сердце страсть

Не может разбудить,

Выстрелил в себя он,

Чтоб влюбиться всё же

В птичку на ветвях его души.

Там, где любовь, там, где любовь,

Там, где любовь,

Больше не проливается кровь!

Я даже во временной петле взял из сумки Доры арбалетик любви, вставил в него призрачную стрелу и сначала выстелил в весело изобразившего поражение любовью Гора, начавшего яростнее кружить прозрачную подружку. А затем выстрелил такой же стрелой и себе в грудь! Не пожалел пару стрел, но впечатление произвёл потрясающее, все не посвящённые поняли, ЧТО это за стрелы, но не поняли, что они уже холостые, да и были не совсем стрелами любви.

Альфонс не мог закрыть мелкую хлеборезку. Ардочка весело рассмеялась:

– Кто такие супербабы? Ваши амазонки?

Я улыбнулся, сам не зная, почему не выбрал другой вариант фразы – «снега кучами» – может так прикольнее, пояснил:

– Круче. Вот ты слона можешь остановить? Тогда слушай:

«Есть женщины в русских селеньях,

Их бабами нежно зовут!

Слона на скаку остановят

И хобот ему оторвут!»

Под смех стайки моих красоток я побрёл к Дракону. Пора и отдохнуть немного. Странный день. Небывалый. Многовато событий даже для меня… Но веселья на сегодня не закончились. Мы прошли через взбудораженный, не смотря на глубокую ночь, город, спустились в порт, немного освещённый тусклым багровым заревом юной вулканши Стеллы.

На пристани около трапа Дракона разворачивалась концовка торговых переговоров Гурона с оптовыми покупателями вин. Здорово пьяный тролль, весело рыча про жуликов, хватал очередного купца из подталкиваемой весёлыми провожающими кучки несостоявшихся скупщиков драгоценных вин, легонько для своей силищи бил его по морде и пинком выкидывал на причал. Мы подождали окончания тёплых проводов, я хмыкнул:

– Вижу, что торговые переговоры завершились безрезультатно, ну или по крайней мере, сегодняшний этап.

– Почему же безрезультатно? – хмыкнул кондотьер. – Вина выжрали немало, дегустируя, и в дыни получили неплохо.

– А чего не купили? Качество для долевиков рая оказалось для этих…

– Хватит умничать, – усмехнулся Гурон. – Жулики!

– Мы уже почти вышли на сделку, – пояснил перекрывавший почти весь проход великан Шевалье с тоже довольно пьяной рожей, – но я в итоге разделил оговорённую сумму на количество законтрактованных литров… И оказалось, что они нас надули! Мутили… мутили… В итоге купили по цене бормотухи… И мы, идиоты пьяные, даже контракты подписали! Только отдать им не успели…

– Ну почему же не успели, – ржал Гурон. – Ещё как отдали! И даже затолкали! Аж в самые глубины гнилых натур!

Мы заржали, глядя на кряхтящих, держась за задницы, таких хитрых купцов-гномов. Да уж, в буквальном, блин, смысле!

– Не беспокойся, Серый, мы контракты порвали, – усмехнулся Шевалье. – А то ведь вытащат, расправят и потащат в суд… Но где вы так долго? Неужели ваш диспут, и что там у вас… обряд? Так затянулись.

А потом Гурон и Шевалье слушали долгий рассказ девиц про приключения и бились башками об стол, вопя про пропущенные развлекухи… Но я уже не дослушал ни рассказ, ни вопли пробухавших… Спать пошёл. Да и время уже… за полночь. Только Доре не смог отказать, она всё ещё танцевала танго… и заснуть смогла только после любви, тесно прижавшись ко мне и попискивая прекрасный мотив. А между нами радостно мурлыкала Липа. И Кора обнимала меня со спины.

Глава 4. Бесчинства

Утро я начал с любви, которую потребовала Кора. Эх, и приятная же живая кукла! Потом я вспомнил про вторую, каменную, ронку и отправился на крышу – посмотреть на неё вторую, обдумать офигенные вчерашние новости, искупаться, покурить и выпить литра два кофею. Было позднее утро. С балкона за моим купанием наблюдали, облизываясь, личные телохранительницы принцессы.

А на горизонте на юге в небо поднимался огромный столб дыма над истекающим лавой небольшим пока конусом юной вулканочки. И молнии расчерчивали тучу над Стеллой. Да уж, умеют девочки кальян раскочегарить… Хорошо, что ветер не на нас…

Пришли взмыленные Джуман со Стеллой. Стелле притащили кальян. Однако. Как я угадал. Оба искупались. Тоже принялись наливаться кофеём. Пришли Лоя с воспитанницами, Арда и Кора, взялись за кофе и сигары, кому можно.

Стелла промурлыкала:

– Пока ты, дорогой, спал, мы с Джуманом пробили прямую дорогу с пастбища твоих быков к твоему Храму. Чего в обход ходить. Такое удовольствие крушить камни! Подаренный тобою чекан просто прелесть! Я даже не спала. Наверно немного передохну, только надо о помолвке договориться, и любовь…

– Да я когда проснулся, да на камбузе поработал немного, Стелла уже половину прорубила! – засмеялся Джуман. – Так что я только помог. Представляешь, запустил котлы, отправился на пустырь, думал посмотреть, может следы крабби, да и спуск к морю… А там Стелла камни крошит. Ну я трупы откинул и помогать…

– Какие трупы? – поперхнулся кофе я.

– Ну… эээ… – замялась Краповая Береточка. – Я на рассвете села передохнуть, достала из корзиночки пирожок, маслице, молока бутылочку. А тут эти, пятеро. Посмотрели на меня и как давай ржать, сказали что они каменные монстры и начали спрашивать, куда я иду, и как попасть в дом к бабушке. Дурачки, откуда мне знать, как к их бабушке попасть. Ну а когда я так ответила, они сказали, чтобы я раздевалась, а они меня в профсоюз грузчиков принимать будут. Ножики показали, смешные такие, правда платье мне порезали, вот две дыры. Ну и… не каменные они монстры, я их по тыковкам молоточком легонько потюкала, они и упали. Только один, он в шлеме был, засмеялся и убежал.

Джуман заржал под мои с нормальными девицами ошарашенные взгляды:

– Он и сейчас бегает и смеётся, как сыщик сказал.

– И что ещё сыщик сказал? – спросила, откашлявшись от кофе, Лоя.

– Сказал, что если нас король быстро не примет, то мы его и его коллег без работы оставим, – улыбнулась Краповая Береточка. – Потом подсохших лепёшек буллшита набрал в свой портфель и ушёл. Пойду я, искупаюсь и посплю.

И мы полюбовались на офигенно подросшие тыквы-кареты и тоже пошли, в гостиную, завтракать.

После завтрака я, не дожидаясь когда проснётся Дорочка – ещё и она чего отчебучит – отправился в город, присмотреться, как можно подняться к гранам. Наверно сначала надо найти гунку, подарить ей шпагу, вызнать…

Охрану и спутников я с собой не брал – разведка у меня. Но и охрана, и спутники потопали за мной, в виде улыбающихся телохранительниц принцессы. Да уж… Надо менять внешность и смываться. Но сначала понять, куда смываться.

Городок бурлил, как бурлят все городки, куда нас заносит, даже странно, ха, как мы угадываем. Я зашёл в бар и начал общаться. Узнал, что прозрачные гномы, это глубинная раса, которые могут поколениями на поверхность не вылезать. Коричневые тоже глубинные, но пару раз в жизни стараются вылезти наверх. Всё! Как отрезало. Нет, сплетен, конечно, море. В основном байки обо мне и о нас. Но я несколько выделялся, и многое мне не рассказывали, конечно, хотя по пьяни всё все всегда рассказывают, но я пока время не тратил на напаивание.

Ну и ладно, программу минимум выполнил, обошёл часть злачных мест, составил представление о городе. Нашёл несколько проходов, куда вход только избранным, ну или своим. Следующим этапом можно менять внешность и прорываться вглубь горы или… там видно будет.

Обратил внимание, что мне попадалось всё больше гномов с аккуратными бородками и волосами, даже чистые. И встретилась даже парочка гордых девиц в лёгких платьицах до середины голени, которые гордо шагали со слегка румяными мордашками.

Пошарившись часа два, я повернул назад, спускаться в порт, отобедать, отдохнуть, а там видно будет. Заметил, что за мной топает одна телохранительница. Но и вторая вскоре нашлась, когда перегородила мне узкую улочку. А в неглубокой подворотне хихикали три фрейлины принцессы. Девицы пригласили меня зайти в гости. Ну, я и сам хотел пообщаться, выведать про гунку, про которую всезнающие всюду сующие носики бездельницы не могут не знать.

Дверь вела в родовой как бы замок одной из фрейлин, как зашедшие первыми фрейлины сказали. А как хмыкнули телохранительницы позади меня, в известную всему городу тайную виллу любви наследного принца.

Когда я уже входил вслед за девицами в заставленный мебелью и вазами длинный холл, по пустынной узкой улочке медленно пробежал бородатый гном в женском платье и в шлеме с хорошей вмятиной, смеясь и бормоча, что он бежит короткой дорогой к бабушке, и что еле успел переодеться. За ним пробежали пацаны, глянув и на меня и растянув морды в понимающие улыбки. Затем бежала старая толстая гномка с тазом и скалкой и весело, больше для развлечения, орала, чтобы монстр вернул сушившееся платье. Тоже просияла, увидев входившего в подворотню меня, и радостно кудахча легла на обратный курс. Полный провал тайной любовной операции! Но иначе и быть не могло! Но изнывавшие фрейлины конфуз и не заметили, а стражницы только хмыкнули.

Мы прошли в крохотный садик, вернее комнатку на втором этаже с балкончиком, заставленную растениями и с пародией на водоём в виде большого корыта с водными растениями. Стоял и отлично накрытый стол, но прислуги не было. Девицы начали издалека, принялись спрашивать, как мне город и остров. Я налил четыре кубка вина и сразу спросил про купальни, ощутив терпкий, но впрочем не противный запах не злоупотреблявших гигиеной красоток. Девицы порозовели, пробормотали про нетерпеливого наглеца, завели музыкальную шкатулку и промурлыкали, что сначала приглашают меня отзавтракать. Но и сами нетерпеливо вертелись на попах, быстро перекусывая. Не до завтрака нам было. Не до долгого завтрака.

Прошли в шикарную, но заброшенную купальню. Я вышвырнул какой-то хлам из огромной ванны и пустил горячую воду – ого, какая польза от живого вулкана – в огромную, как оказалось, джакузи. Под заботливыми взорами жующих стоя телохранительниц я раздел попробовавших деланно посопротивляться фрейлин, затолкал в ванну и начал купать, вернее хорошенько мыть, говоря про традицию такую. И массаж лёгкий провёл, вернее с удовольствием помял и потискал стонущих красоток. А потом шлепками отправил в соседнюю комнату с огромным низким диваном и столами с напитками и фруктами. Пара накрывших столы молодых слуг-ронов еле успели выскочить. Я указал стражницам на ванну и отправился к готовым для выведывания при личном контакте фрейлинам.

Любовь была отличная! А выведывание при личном контакте не очень. Совсем не очень. Умные и хитрые фрейлины нифига не выболтали. А когда я прямо сказал, что мне надо узнать про гунку и Звездочётов, деланно надули губки и промурлыкали про ворвавшегося наглеца, изнасиловавшего их и пытавшегося пытать. Я полюбовался смеющимися чистыми стражницами и мы быстро заключили пари, что так и было, и даже выделенные принцессой телохранительницы не смогли помочь. Но обе стороны ставили на одно и то же, так что пари получилось не очень, только крепкие стражницы возражали, говоря, что я с ними не справлюсь.

Я вступил в тяжёлую борьбу с сильными и очень приятными охранницами! Еле победил. Обеих поочерёдно. И девицы в пылу борьбы даже честь потеряли. По два раза. Первый раз по-настоящему, изрядно удивив фрейлин. А стражницы только похихикали про полезность купания в правильном месте. И хитро посмотрели на меня, не зная, что я единственный парень, знающий маленький девичий секрет уже почти всех девиц Великого Вулкана.

А я пригласил удивившихся стражниц за стол с собой и удивившимися фрейлинами, которым даже пришлось шлепками по попам закрыть открывшиеся ротики, сам налил и воякам отменного вина. Потом мы вместе отдыхали, причём все пять красоток обнимались и попискивали, став закадычными подружками после того как стражницы кое-что неважное пошептали на ушки вытаращившим глазки фрейлинам.

Попивая вино телохранительницы посетовали, что мы увезём принцессу, и рачительный король фрейлин-то может и пристроит, а их точно выгонит. Отправит на вольные хлеба. Сидеть по тавернам и за кружечкой дешёвого пива ждать, когда королю снова потребуются услуги гильдии воинов Великого Вулкана. Ну и ждать не запрещённые королём подработки.

Я, боясь спугнуть удачу, между делом пробормотал, что Грув ждёт осада. И Школа Магии рядом с ним тоже готовится к славным боям, и наёмники очень пригодятся. А Школа Магии даже не графство и не королевство, и никак конкурировать ни с какими королями не собирается. И деньжонки кое у кого под кроватью валяются. И я уже, блин, устал о них спотыкаться. Ну и потом, там рядом грядёт освоение каких-то нор… то ли Риарод древний, но не современный… То ли какой то ГномбИрд… И шустрики некоторые уже оттуда неплохо сокровища таскают, сам немного золота добыл… пустяки… несколько тонн… ну и разную ерунду по мелочи… И если договориться кое с кем, то можно и неплохо на службу загреметь, особенно если тоннели и монстры, и слава не пугают… Можно и семью перетащить потом, да и мало ли, самые шустрые и королевства там могут создать, но сначала баронства и графства, и дружить… Культ Добра соблюдать… Телохранительницы с горящими глазками пробормотали, что такая фигня ни кому не интересна. И они даже знают, что скажут в гильдии воинов.

Я ещё разок надругался над беззащитными фрейлинами. Мы вшестером пили вина, курили мои сигары и кальян и ели накрытые невидимыми слугами вкусняшки, когда входную дверь потряс удар. И голос принца под балконом с открытой дверью начал яростно орать про немедленно открыть. Мы, хихикая, посмотрели в щёлочку угловой лоджии-башенки, нависавшей над улицей и переулком, как наследный принц яростно долбил ногами, кулаками и эфесом шпаги в дверь рядом с окном кухни, прикрытым хлипкими деревянными то ли ставнями, то ли жалюзи. За ним с радостными рожами стояли его телохранители. Ну и зеваки толпились по всей узкой улочке. Ясно. Традиция такая.

Фрейлины надели халатики и, не собираясь влезать в платья, начали хаотично носиться по комнате и вопить про что же делать. Даже в обмороки падали. Я, как и стражницы, быстро оделся, буркнул:

– Скажите, пусть рогами постучит.

Под так и сказанное хохочущими полуодетыми девицами с балкона над эпической битвой принца с мощной, самим заказанной, открывающейся вовнутрь дверью, я выпрыгнул из окна на втором этаже в переулок в нескольких метрах от штурма, растолкал радостно загалдевших зевак и насвистывая направился в порт. Позади меня дверь открыли и, судя по протяжному грохоту и звону и комментариям, разбежавшийся принц красиво вошёл наконец внутрь. Ну и судя по рёву из окон и комментариям зевак, начал искать соперника.

По дороге к порту я обогнал большую толпу вальяжных упитанных городских чиновников, включая и замов префекта, которые возмущённо галдели про самовольное строительство дороги из порта на восток, на которую в шестой раз за последний век почти собрали деньги и распределили выгодные подряды, собираясь за какой-то год быстренько сделать. И про возмутительный выпас крупного рогатого скота в городском парке, где теперь фонтаны не получится из-за этого достроить, и сады погибли, а в них столько средств вбухано. И всё без разрешения властей, без уважения к оным и без единого подношения, не говоря про налоги и пошлины. Возмутительная наглость!

В порту прямо на пристани перед Драконом были расставлены столы, за которыми весело кушали девицы из бывшего гарема. Ланч. После прогулки после второго завтрака. Наши гномы радостно любовались девицами и тихонько потирали лапы, глядя как очередная портовая банда, помахивая утыканными гвоздями дубинами, трясла наших коков, требуя позвать старшего для обсуждения вопросов крышевания несогласованного пункта общепита на их территории. И толпа подданных банды с дрекольём была рекрутирована и типа выстроена за активистами, приказчики что ли. Потерявшие второй профсоюзный актив за два дня грузчики растерянно наблюдали издалека.

Коки сказали, что шеф-кок занят постановкой города на уши, а старший кок Джуман уже идёт, но наверно зря его будили, и отошли за линию разминавших кулаки наших мордоворотов. А навстречу им уже широко шагал выспавшийся и радостный Чёрный Рыцарь с мечом на плече. Ну и несколько десятков наших орков обошли крышевателей, чтобы не дать тем проявить застенчивость, а то лови их потом для уточнения вопросов… крышевания.

За бесчинствами портовой банды, прислонившись к стеночке, ошарашенно наблюдал гном в длинном плаще и в придурошной кепке с четырьмя козырьками, ну или идиотской шляпе с полями в виде четырёх лепестков. С сумкой-портфелем через плечо, со шпагой-тростью в руке и с лупой и бутылкой на поясе, с трубкой. Сыщик!

Джуман взял ведро с объедками, стоявшее в отдалении от стола и не унесённое отвлечёнными бандой коками, подошёл к банде, слово худого не говоря надел ведёрко на башку главаря и прорычал:

– Я старший кок! Такая крыша вам пойдёт?

Не пошла. Банда начала размахивать дубинами с гвоздями, думая, что могут что-то сделать доспехам ангелов на полубоге. А Джуман не снимая меч с плеча кулаком левой руки ударом сверху вбил башку главаря между плеч. Ну и успел ещё одному почти оторвать тупую и жадную башку ударом кулачка, а больше ему не дали. Конкуренция за пару десятков бандитов была острая. Но не долгая. Просто набежали и тут же разошлись. Кто-то вроде даже выжил. Группа поддержки спросила Джумана, кому отдавать крышевые. Тоже удивились. Я рявкнул подойти ко мне бугров грузчиков и этих. Прорычал:

– Быстро самоорганизовались! Взносы не собирать и не сдавать! За крышу не платить и не собирать! Бесплатно месите всех, кто захочет это делать! Вопросы есть?

Вопросов не было. Только из какого-то сарая вылезли еще десятка два молодцев, швырнули на брусчатку кастеты и горестно вопя, что так же нельзя, и они всем расскажут про бесчинства Серого, шмыгая шнобелями и вытирая слёзы побрели куда-то вверх по улочке мимо сыщика с подёргивающимся глазом. А я молча показал на толпу оживлённо размахивавших руками договаривавшихся бугров направившейся ко мне стайке бугров подданных последней, похоже, банды. Самораспустившейся.

На квартердеке Лоя, сердито смеясь, ругалась на занявшие всю палубу тыквы-кареты. Спустили овощи, или что они там, за корму, в море. А корень длинной лозы затолкали в бочку, в которую помимо земли добавили буллшита, ну и я ещё удобрений нимф плеснул, достав из маленькой теперь сумочки с красным крестом. Повеселил Дору и всех, сказав, что у неё теперь правильная девичья сумочка – вроде небольшая, но там чего только нет, и если высыпать, то куча по пояс получится.

Гор смеясь доложил:

– Я организовал сбор буллшита с выпаса. И тебя обкрадывают! На Вулкане появилась новая масть преступников – буллшитеры. Воруют бычьи лепёшки с пастбища! Хотели и быка украсть. Мы не успели отбить. Он одного на рога поднял, двоих затоптал. Но двое убежали. Прячутся в пещере, взять их ни мы, ни стражники не можем, оттуда так несёт, но просто дерьмом. А стражники их хотели допросить про зверства скотоводов… Но… никто не ожидал, что эти быки такие шустрые бывают! Быки Хаоса, в общем… Но наши груллы с ними очень хорошо ладят, да и орков научили.

Я посмотрел, как делегация трудового чиновничества втянулась в арку, ведущую на пастбище. Мотнул головой Гурону:

– Там чинарики пришли собирать взятки и подати… Ты только не поубивай! Спокойствие, учись аккуратно вести переговоры. Доброе слово… – со смехом закончил я в спину тролля и отправился с друзьями за радостно ржущим, что он будет очень нежным, кондотьером.

На пустырь мы вышли через несколько секунд после тролля, но застали уже кульминацию переговоров! Да уж, вот ни за что бы не поверил, что такие упитанные, важные и солидные гномы могут так быстро бегать, лихо перепрыгивая камни и канавы! А как умеют курс менять, не хуже зайцев! Очень быстры. Но весёлый тролль быстрее! Гурон с восторженным рёвом, вырывая комья земли могучими ногами, заходил на кучку бегущих по кругу чиновников, одному бил в морду, другому отвешивал пушечного пинка, третьего успевал схватить за шкварник и славно швырнуть в сторону, закрутив вдоль туловища. Остатки рассеянной стайки чиновников присоединялись к другим и очень быстро бежали в основном по периметру площадки, против часовой стрелки. Круговорот чиновников в парке, ха!

Спасения трудовому чиновничеству не было. Мы запирали вход. А выход перегораживал Шевалье, который с несколькими орками и гномами как раз заканчивал установку ограждений вдоль небольшой эстакады с аркой из валунов для ручья, мостом не назвать, к пробитому в обрыве проходу, и укладку брусчатки. Сам всадник-великан с радостной улыбкой брал в ладошку камушки и весело насвистывая, сносил им верхушки специальным молоточком, при этом не забывал отвешивать в буквальном смысле сногсшибательные щелбаны подбегавшим слишком близко чиновникам. Ну и быки, жуя травку и морковку, и овощи из нескольких корыт, перекрывали более-менее годный подъём с выпаса и с интересом наблюдали за суетой двуногих.

Отоварив по несколько раз страждущих, Гурон остановился и начал восстанавливать дыхание и ржать. Мы, не прекращая ржать, расступились, и мимо нас понеслись взмыленные, грязные, с побитыми мордами, в порванной одежде, но совершенно счастливые получатели подношений и податей.

А мы отправились на квартердек Дракона делиться новостями, обсуждать дела, курить, пить вино, и просто наслаждаться солнцем и прекрасным видом на буйство юной вулканочки на горизонте. И в бассейне купаться. И любоваться колышущимися за кормой огромными тыквами. Только Дора вспомнила, что она ещё и кок, ушла помешать своей ложкой еду, которую готовили обычные коки и куча приданных дежурных по камбузу – у нас ещё и две сотни девиц на откорме добавились, а в Храме кухню ещё только предстоит наладить.

Джуман с шилом в железной заднице похвастался доработанными в очередной раз доспехами, когда только успел, и отправился на рыбалку. В море. Мы проводили взглядами вход Чёрного Рыцаря в пучину морскую за кормой галеаса, повосторгались его полётами на маленьких крыльях в воде и вернулись к сибаритству.

На вечер, до которого и осталось-то, наметили религиозный обряд и танцы. И забой монстров Хаоса на арене. День расслабона! Мне сообщили, что Стелла спит без задних ножек, устала! Ну и к лучшему, а то от их семейки как-то не по себе. Лоя ещё и музыкальную шкатулку приказала притащить – так сказать разминка тихой музыкой перед ночным клубом. И мы поучились танцевать. А потом шкатулку забрали гномы и тоже устроили школу танцев на палубе.

Джуман вернулся расстроенным. Сердито сказал:

– Всё! С рыбалкой покончено! Только если пройти через воду. Скорости никакой, длинным мечом в воде махать можно только очень медленно! Плавать и ходить тоже еле-еле. Крабби видел и он на меня даже напал, но когда понял, что доспехи не одолеть, сбежал. И его тут же горгул поймал. Потом долго ржал надо мной, пуская пузыри! Сокровищ нет, всё русалки и горгульи собирают. И темно, солнца нет! Только и добыл улиток и пару жемчужин…

– И говорить нельзя, и музыку играть, – забил последний гвоздь в гроб морского рыцарства я, размышляя о продуманности рас русалок.

А Джуману я нашёл дельце – проверить как чувствуют себя тыквы в воде. Оказалось, неважно – ошибочка вышла. Рыбы и какие-то морские твари успели наши тыквы слегка потрепать, но вроде несильно. Хотя одну неплохо так погрызли. В итоге мы приказали повесить тыквы по бокам и сзади кормовой надстройки, вызвав весёлую, но бесполезную ругань Лои, сказавшей, что если я ещё что отчебучу, то она… меня… задумалась.

А я размышлял, увели русалки уже флот имперцев или нет ещё? Легион дней пять как прибыл в порт Драбан. Но погрузка может немало времени занять, ведь спешить им некуда – пеший легион только через неделю дотопает до Грува. Блин, наёмников надо. И придётся порталом отправлять, морем уже не успеем нормально. А самое главное, я обсудил с друзьями, что Лое нельзя нас в Драбан везти. Раз на неё охота объявлена. Кондеров-то по-любому до Карсона трогать не будут, а вот шкипершу будут ловить где смогут!

И я пока не стал диском связи Лонику вызывать. Если она под водой, или… мало ли, демаскирую сверхсекретную операцию. Она обещала сообщить сама. И только когда сроки выйдут, я могу инициировать сеанс связи.

И король, зараза, тянет… А время поджимает. Вот ведь как у них здесь всё через задницу! Гномы-раздолбаи хороши, когда не управляют!

Мои раздумья прервал приход стряпчего. Или адвоката. Который долго и нудно орал снизу, с причала, стоя рядом с трапом, по которому продолжали воровать мой буллшит. Адвокат предлагал услуги, сообщил, что его коллеги уже готовят на нас кучу исков. А он брался за скромное, но немаленькое вознаграждение скостить наши тюремные сроки раза в два. Получил в морду помидором, купил ведро буллшита и, ворча про сами приползём через пару месяцев, удалился.

Но интересно, кто на нас в суд подал? И здесь есть суд… Вернее, про суд я уже знал, но есть вольное сутяжничество. Гурон пояснил, что есть и продажность суда, но всё очень долго, и можно будет потом сходить, набить морды и все гражданские дела сжечь, как кондотьеры и делают регулярно. Эти бумаги даже хранят отдельно. Офигенная система!

Тут и никому не нужная идея с наёмниками в Школу Магии сработала. Явились телохранительницы принцессы в сопровождении дюжины суровых крепких гномов с горящими глазами. Девицы радостно заявили у трапа, что они лучшие подруги Серого и пришли немного поболтать с ним. Ну и друзей прихватили по глоточку вина хлебнуть.

Я провёл компанию лучших друзей в гостиную, куда зашли и командиры конда, Лоя и Гор с Бори. Здесь сразу выяснилось из болтовни гномочек, что только благодаря дипломатическим талантам бывших телохранительниц у гильдии воинов Великого Вулкана и есть шанс подзаработать, ну и всё остальное. Расселись. Вояки молча удивились, что хозяева наливают им от пуза – и указывают на кувшины, дальше сами мол, руки чай не отсохли – то же, что и себе, да и отменную еду начали приносить, и сказали им лопать и не обижать хозяев. Девицы промурлыкали:

– Да после ваших проделок к изнывающему от безделья королю с семейством явились и префект с парой проученных чиновников, красиво забинтованных. И граф, начальник городской стражи. Ну а храмовый лишенец никуда и не уходил. Как начали выть! Ну и на нас король наехал, что мы фрейлин принцессы не отстояли. Хотел чтоб мы покаялись и оплату снизили! Хотя куда уж, за еду почти служим… и стакан вина. Это же и от наёмной сотни потребовал. Да и всей гильдии захотел снизить расценки. Ну мы все дружно кукиши показали, расчёт взяли. Но теперь, Серый, не жмись! И не торгуйся сильно! Не меньше золотого в месяц с тебя! – девицы посмотрели, что я улыбаюсь, а не кривлю рожу и не ору про дороговизну наёмников для магов, в пару шагов ужесточили условия, кинув взгляд и на напряжённые боязнью потерять контракт из-за жадности дурочек морды начальников гильдии. – И не меньше полугода!.. И харчи!

Остальные стражники мрачно, но с надеждой уставились на меня, коротко глянув на девиц с видом «может борзота дурочек проканает»:

– Сколько вас? – я сделал только одно уточнение.

– Всего семь сотен. Триста ветеранов. Двести опытных. Двести ученики. Но и ученики в бой годятся, – быстро доложила пара крепышей.

– Ученикам монета. Опытным полторы. Ветеранам две. В осаде и в походах двойная ставка. Еда хорошая, три раза в день, это само собой, – я не стал жадничать, посмотрел на просиявшие, потом сказавшие, что надо было больше просить, покрытые шрамами морды мордоворотов, пояснил. – Только из-за того, что ваши красотки не жадничают! Ну и потом в рабочем порядке сможете от Школы Магии, но с дружбой и уважением с Грувом и другими правителями, и тоннели бывшего Гномборда зачищать от монстров и осваивать, сокровища искать за четверть добычи вам. Ну а остальное, свои королевства… Почему нет, но не скоро и потом обсудить можно. Но без бунтов! Всегда договариваться, а не воевать со своими. А то сначала война, а потом глупости! И нищета! По крайней мере жизнь не богатая у населения, вот как здесь.

– Да король богат! – пояснил один крепыш. – У него казна… ОГО какая!!!

– Не богат, можно и на куче золота сидеть голодным. И подданным мешать хорошо жить, – сказал я в надежде хоть немного пусть и не исправить гномов, но показать путь как можно иначе…

А потом я разулыбался! Я сразу и не заметил, уже привык что на Драконе гномы нормально выглядят! И эти были все подстрижены! И чистые! И кучи сальных кос не висело, а просто короткие чистые хвостики или косы! Работает!!!

Мы быстро заключили контракт. Я достал рог, объяснил. Установил связь с ошалевшими от новости ректоршами. Вышвырнул из-под кровати действительно надоевшие мешки с деньгами, там тыщи четыре было, да сотен пять я растряс, в основном вроде на покупку таверны и налоги за неё. Месяца на три хватит даже с учётом недолгой осады. Ну и отлично. Девицы-воительницы быстро преодолели вялое сопротивление деморализованных коллег и назначили себя командиршей наёмников Школы Магии и её заместительницей. Я не потакал, но и не мешал – так и надо брать власть!

Первые гномочки-военачальницы торжественно и радостно, приложив кулачки к груди, произнесли присягу, выпили из витого рога, удивлённо послушали Гонг. Затем и остальные капитаны и центурионы присягнули, гулко прикладывая кулак к мощной груди, выпивая вино и слушая Гонг. А я очень обрадовался, что никто ни на мгновение не задумался произнося слова клятвы под страшную гарантию – искренне все присягнули!

Договорились, что первая сотня завтра с утра уйдёт через портал. Ну и за три дня все выдвинутся. И семьи, я им сказал, могут взять, но лишний раз через портал не шастать! Обратная связь – готовят пакеты и шлют, и через диск можно передавать пока я здесь. А лучше вестового ежедневно через портал гонять с не срочной почтой. Ну и горгулечки есть у корабелов – договоримся и с эльфами, только вот они дозреют. Хотя когда есть портал, горгулечкам можно и отдыхать, рыбкой отъедаться.

Мы ещё попировали недолго, отмечая удачное выполнение ещё одной моей задачи. Да уж! Семь сотен вояк будут достойным вкладом Школы Магии в оборону Грува, а у нас ещё и маги экстренно прокачиваются. Я стал совсем спокоен за тамошних друзей, да и за всех счастливых подданных мудрого Додана. И второй Чёрный Легион императора сгинет от моего, ха, коварства!

Я сказал своим наёмникам, что бабло пусть тащат в норы, и топают к Храму Добра – там продолжать кушать и бухать. Да и можно жирок растрясти. Сегодня в программе оргия и танцы. Ну и вино и еду никто не отменял. На вопрос, в честь чего оргия, Ардочка промурлыкала:

– Помолвка Серого, очередная.

– А вчера был, как оказалось, день рождения моей невесты. И сегодня ей день от роду как живого существа… А завтра свадьба будет… упьёмся и упляшемся… – усмехнулся я.

– О, ты, Учредитель, культу Добра первые праздники даровал! – радостно потёр лапы Гор. – Бори, запиши в Священную Книгу Культа Добра.

– А за два дня до Дня Рождения Стеллы будет День Основания, записывайте, Верховные Жрецы, – усмехнулся я.

– Непорядок, позавчера тоже надо праздник, а то если подряд бухать, то не пропускать же день, похмельем только маяться, – серьёзно сказал Бори, медленно водя пером по испещрённым кривыми каракулями и помарками листам довольно толстенькой, но только начатой небольшой записной книжки.

– А чё думать, – пожал плечами я. – Первый бой с богами в Хаосе. Да и Студенточка уже название дала. День Войны Хаоса! А это даже для демонов не хрен собачий.

– Победы, – поправил Гор.

Я посмотрел на зачёркнутое моё название в Книге, ещё добавил зачёркиваний, сказав:

– Войны Хаоса. Или уж Победы в Войне Хаоса, но это длинно. А просто победа, непонятно кто победил, да и победить можно и в споре, и в картишки. А если будет выглядеть как победа над стариком Хаосом, то он может и обидеться, а с меня и хотелок Вулканыча хватит. Ну а если бы мы проиграли в Войне Хаоса…

– Ну да… да… – все только покивали и руками взмахнули, два раза горизонтальщикам в Войне Хаоса не продуть…

– Пошли, балаболы, деньги не забудьте, – я весело вытолкал гномов на палубу.

Мы прошли через пустырь, на котором орки и груллы спокойно и с уважением начали операцию отвода в стойла меланхоличных довольных огромных мускулистых быков. У края выпаса лепёшку буллшита накрыл телом отлично замаскировавшийся ниндзя-буллшитер в плаще с серыми, коричневыми и зелёными пятнами. Никто его и не заметил, только наш крепкий орк, дежурный скотник, почти не хохоча, подошёл к невзрачной кочке и смачно помочился на неё. Отходя проорал:

– Три! Почти рекорд! Но завтра я вам покажу!

Перед нами наши гномы радостно гнали колонну гномочек, взявшихся за ручки попарно – прям идиллия. Сегодня должны закончить организацию их быта в Храме, и еду… Рибур, надеюсь, организовал… А там сами разберутся в дальнейшем… Не дуры. Точно не дуры! И женихов куча! Только родичи пробуют обратно красоток присвоить и ещё разок продать. Но на то и охрана, я распорядился – сразу молча в морду!

Я посмотрел на готовую короткую дорогу из порочного порта к Храму. А отлично сделали! Расчищенная и выровненная каменистая дорога через пустырь, эстакада вверх с журчащим под ней сквозь валуны ручейком, подъём к основной дороге через пробитое в утёсе ущелье! Делов-то! И в мою свободную от Доры руку вцепилась Стелла, забрав себе на плечо Резак Конца, вернее ухватив парой выдвижных из спинки штанг с широкими захватами, ого! Я засмеялся:

– Как в сказке! В правильной сказке. Мы идём короткой дорогой! И с нами Красная Шапочка, которая дорогу сама и сделала. Идёт на свою помолвку! И папаша за крошкой присматривает, в обиду не даст! И что у тебя со спинкой?

– Пытаюсь пропеллеры сделать. Штанги выдвижные, как ты и сказал, они будут держать моторы и поворачивать куда надо. Но это ерунда, те же крылья. А вот моторы… Пока не выходит. Но не предлагай опять прямоточный, хулиган! Нет, там можно. И сработает. И летать можно быстро, но бррр… как представлю.

Мы все грохнули от смеха. А Стелла добавила нам ржача:

– Я уже начала выковывать железного кота, в комплект к мышкам, – показала нам железный хвост, вынув из бездонной корзиночки. – Вот на нём реактивную тягу и отработаю. Мозги из шестерёнок не завалялись? Но может с камерой сгорания? Что скажешь?

Я смог сказать только, что твердотопливный двигатель в мире с кучей проказливых магов не проканает, а остальное… Ну откуда мне знать, как изощрённые умы магов могут что-нибудь, мне даже неизвестное, разгонять и удерживать. А нормальную ракету из техномира я не сделаю… Там миллионы человекочасов работы изобретателей и мастеров, которые побашковитее и порукастее меня были и есть… А я не попаданец, который из кучки древнего мусора и собственных соплей за пару дней слепит хошь пулемёт, хошь танк, а надо, так гоночный болид и вакцину от чумы из остатков. А уж машину времени на микросхемах… как там 20 нано… не знаю… так вообще чинит в деревенской кузне минут за пять, пока злые лучшие мордовороты аборигенов дубовую дверь кузни – деревенской, замечу – выламывают.

Ответил и на другой вопрос:

– Здесь ронов полно, они вроде любят на досуге шестерёнки покрутить, не то что я, девиц верчу… Но коту надо будет общие знания, если не хочешь голема-дебила, а судя по обсуждённым мозгам, не хочешь… Здесь только Сефка может помочь, хотя как она ментально к железному в чан полезет… Ну и у Гида, дракона, есть шарики. Но они для дракона, хотя… нам, остолопам, и в кота можно вставить, вот угар будет! А вот душа…

– Папа поможет, – улыбнулась Стелла, – он же монстров и до меня создавал… Если не оживляет сразу, то из погибших шахтёров его магия создаёт кристаллы… Пошли искать кристалл души!

Я, конечно, прифигел, но… Мне тоже надо внутрь горы. Но наверх. А начать… Почему нет. Сказал:

– Хорошо, но когда ты успела столько наковать? Да ещё дорогу сделать.

– Ковать мне гномычи помогают, их кузнецы кипятком писают. Говорят, что работая со мной узнают такооое! Ну а гору долбить… Это моя суть… Одна из…

– Пошли, невеста… суть у неё… – я уже устал офигевать и собирался закончить вечер не напрягая извилин.

– Кольцо я себе выковала. Возьми, наденешь мне, а у тебя есть, – деточка вулкана протянула мне впечатляющее кольцо, на котором был вулканчик из драгоценных камней. Нескольких! Извергал потоки лавы и даже выплёвывал крохотный красивый дымок на миллиметр. Нет, он был не нарисован, не плоский. Он, падла, торчал вверх!

– Камень я нашла, – улыбнулась красотка. – Это… спора вулкана. Можно, если уметь, вулкан вырастить, но не как я и папа, а глупый. Неразумный.

Я полюбовался освещённой лавой и молниями невестой на горизонте и тоже приобщился, закурил сигару. Джуман подал, радостно похваставшись своим портсигаром. Молодец! Он вставил в закрывавшийся крышкой торец чекана ячеистый портсигар из стали и проволоки – сигары не летают в труде и в бою и выскакивают по нажатию на рычажки. И огниво присобачил так, что просто весь чекан стал брутальной зажигалкой для правильного Чёрного Рыцаря. Первый парень на зАмке! Ну и отделение для остального заполнил стальной губкой, из проволоки, ничего не будет летать, духи уже там. Без магии явно не обошлось…

И рукоять для напитков заполнил поршнем на пружине, который при открывании уходит вниз, а после закрывания выдавливает воздух! И там ничего не булькает! Главное, или оставлять столько, чтобы хватило короткую, сантиметров пятнадцать, свирель залить, или уж ничего не оставлять. Ну или булькать.

А добил он меня тем, что приросшая к нему маска и в рот вошла! Теперь у него и разинутая варежка бронирована! И дышать, пить и курить может не снижая зашиты. Только для еды маску желательно убирать на затылок, но он сказал, что и над этим они все вместе работают – он, Латочка и шлем. А меч они научились за спину в стальную петлю раскрывающуюся вешать. Как и чекан на левое бедро. Ну блин, я даже сам любуюсь стальным гоблином! А уж девицы… Но, похоже, он приближается к законченному совершенству. Приятно, что меня благодарит – я причастен к этому чуду! И к этому чуду!

Сегодня был аншлаг! Уже тысяч десять вулканцев расположились вокруг храма. Ели, пили, ждали. Я чуть не прослезился, что своё ели и пили – великолепно, мы и не собирались всех постоянно поить и кормить, да и таким путём мы из жизнерадостных раздолбаев в армию спасения неизвестно кого от неизвестно чего превратимся. Кувшин неплохо лил вино, но у нас и своих сотни четыре, не считая пару десятков дежурных на Драконе, которых пообещали менять. Да ещё две сотни красоток бывшего гарема. Да командиры наёмников скромной Школы Магии. Пришли и немного корабелов, помоложе – что-то хотели мне сказать, но я попросил потом. Да и ещё куча гостей конда. И штук сорок ангельш трепетали крылышками в притащенном шлюзе. Ждали помолвляемых, ну или как я с Краповой называемся. И нимф. Которые сказали, что пудрят носики.

И уже помост нехилый соорудили перед храмом – народ для разврата построен! Последний доклад от пары гномов командирам конда и культа касался новости, что после вчерашнего типа землетрясения вся храмовая площадь вместе с аренным обрывом приподнялись. И вдоль моря теперь офигенный огромный песчаный пляж! Но и подходящая для порта глубокая бухта никуда не делась. И горгульи летали над широким пляжем и далеко в море уходящей отмелью не оставляя крабби и осси, если таковые здесь объявятся, шанса для нападения – разноцветные крылатые красавцы, возглавляемые чёрными, присматривали за берегом и из гастрономических целей, и из любопытства. И – не говорили, но было понятно – именно желая прикрыть наш берег от морских монстров…

Понеслась! Начал Джуман со свирелью. Которая превратилась в маленькие, но очень громкие фанфары. Фанфару. Ну а звук был как всегда, как от яростного дикого оркестра. Затем все хором пели залихватские гимны. Потом пролетели косячком в свете восьмисвечника ангельши. Посыпали нас цветами. И визжали радостно. Ну и так далее.

Пировали чем придётся. Толпа вокруг. А у наших столы стояли. Ну и все местные торговцы и трактирщики тележки с едой подогнали. И наш пока толком не оформленный здешний трактир блистал высокой, в смысле вкусности, кухней.

Уже было очень много местных гномов чистых и короткобородых. Мода красоты как лесной пожар пожирала древние устои, которые похоже всем обрыдли много веков назад. Всем хотелось яростного оттяга и красоты не только внутренней.

А потом объявили танцы. Наше танго звучало раз пять! И начали им, и регулярно вставляли. А я как-то и не мог вспомнить других танго… Потом вспомнил Утомлённое Солнце, очень красивое, но драйв другой, и его пару раз танцевали. Но местные таланты быстро воткнули в мелодию и пытались сочинять, но пока хмурый дровосек был вне конкуренции. Да и местным… расистам импонировало, что даже самый лучший заморский красавчик не смог конкурировать со своими, кондовыми и сермяжными гномами. И песня не об этом, но каждый своё видит и слышит, как в каждом великом произведении!

Вторым номером был канкан в исполнении нимф и сорока ангельш! Вот это зрелище! А как они ухитрялись двумя шеренгами, спина к спине, вращаться на сцене! Ведь зрители были везде вокруг. Про дружный ритмичный визг и не говорю. И Чёрный Рыцарь вышел и зажёг с кучей блондинок! А как он ноги задирать умеет, да с лязгом и грохотом! Полный фарш! И при этом не забывал дико накачивать энергией свирель! Тоже пару раз повторяли.

Я даже с невестой потанцевал. Но другие танцы. А танго, Дора даже и не думала, что я могу с кем-то ещё танцевать. Ну и так и было. Мелочь плохо годилась. Амазонки не могли в танцевальном смысле отдаться кавалеру в танце – тараканы-с. А прекрасная Дора, теперь в платье для танго, похожем вообще на кучку ленточек и лоскутков, отжигала адски! Ну или Хаотически. Мы и с Хаосом пошалили, вызвали потрясающий звездопад из почти непрерывно несколько часов подряд взрывавшихся в небе сначала на большие болиды, потом на болиды поменьше, метеоров. И Вулканыч, похоже, прекрасно оттягивался с нами. И юная Стелла на горизонте выбрасывала в небо фонтаны светящихся вулканических бомб.

Ну и ритуальный забой монстров Хаоса мордовороты с вечно чешущимися кулачками не смогли не провести. При последовательной подаче подходящих монстров, да на боевые группы – риск минимальный, а удовольствие непередаваемое.

Уже за полночь мы вернулись на Дракон. Но даже и не подумали идти спать. Ещё долго курили и весело болтали ни о чём. Потом разошлись спать. Любовь… со всеми, кроме Арды, даже Студенточка приходила и воспитанницы Лои прокрались. И сон.

Глава 5. Королевский приём

Встали мы дружно часов в девять. Попили кофе и часа два ударно потренировались на палубе. Затем все разбрелись по своим делам. Кора с Альфонсом и Лоя с воспитанницами пошли в шлюз заниматься научной работой. Джуман со Стеллой ушли в кузню. Дора отправилась готовить свадебный пир на камбуз, где они с братом всё реже работали, только забегали помешать еду ложками. Командиры пошли в портовой кабак, держать марку буйных наёмников. Гор, Бори и Кувалда ушли в Храм Добра – дела культа, однако. Заодно и пленных рыбозмей Хаоса в клетке унесли – будут храмовые животные. Туда и все наши гномы отправились, многие с самого утра – там же двести красоток изнывали! Ну а я отправился на квартердек, оттягиваться кофе с бренди, вином с сигарой, купаться и загорать. Ну и поразмышлять, если настроение появится.

На вечер были запланированы свадьба и очередная культовая оргия с танцами. И мне сказали, что ещё сотня гномьих свадеб намечается. Поржал.

А я обратил внимание, что на мой отдых и купание с балкона никто не пялится. Но фрейлины сами пришли. Недолго я не скучал в одиночестве. Девицы поднялись ко мне, полюбовались на меня, потёрли попы. Весело сказали, что их за вчерашние шалости сегодня с утра принцесса лично выпорола – поскольку фрейлины её, то и воспитание своих компаньонок и подружек никому не доверила, да и сердита была, развеселилась. За то что провалили миссию наблюдения за мной, но нахрена это принцессе ни они ни я ответа не знали, бритва Оккама говорила о мающейся от безделья дуре, но бритва не оракул. Фрейлины сообщили, что король, озверевший от стоящего на ушах королевства, решил больше не откладывать и выделил нам время, и приглашает нас на завтрак. На свой завтрак.

Я оделся, сказал позвать командиров и жрецов с Кувалдой, подумал и решил и Стеллу прихватить – в гору пойдём, может и прошвырнёмся втихаря по норам – а сам повёл в свою каюту фрейлин, которые деланно жеманились и хихикали, но явно горели желанием показать мне результаты моих проделок на их попах. Чистенькие со вчера красотки опять посопротивлялись – умеют заводить меня, шалуньи! Неплохие результаты на отличных попах. Ну и моя компенсация была выше всяких похвал!

Девицы, оказавшиеся, ха, девственницами, ещё вздумали пошутить, или не пошутить, что когда они забеременеют, то знают за кого замуж выходить. Ну и я пошутил – лекарь, умеющий предохранять магией, где-то шарился, и я позвал Дору, которая, по необразованности и общей глупости, такое лечение магией не знала, поэтому сменила халатик поварихи на халатик медсестры и отлично и с удовольствием вкатила в пышные драные попы шантажисток по уколу, легко подавив бодрое, но безуспешное сопротивление. А я визг послушал.

Я взял сумку, положил в неё дары для короля, размышляя, а стоит ли, но раз всё уже решил и таскал с собой на корабле… Кольчуга, шлем и секира Великого Диктатора. Пузырь девяностотысячелетнего бренди. Жемчужина размером с кулак. Шикарные дары!

Шевалье повесил на плечо сумку, рыкнув мне, Кувалде, гномам и Гурону, да и Арде, что он чувствует себя лучше, когда тащит груз вместо мелких дистрофанов. И мы вслед за держащимися за попы хихикающими и постанывающими фрейлинами потопали в гору. Сначала в гору в смысле вверх по заставленному домами склону, а потом в гору в смысле внутрь горы. Неплохо пришлось топать, много раз поворачивая и поднимаясь выше. И слабых постов стражи было штук пять. Но пришли. Нашу сумку проверил какой-то престарелый хлыщ, охренел от описания содержимого и юркнул в зал, где чуть не упал, так бежал к королю. Вышел надменно, надменно открыл дверь и надменно махнул лапкой.

Вошли в большой зал без окон, освещённый фонарями и световодами. Нам демонстративно сесть не предложили. Типа мы провинились, и добрый и занятой король жертвует спокойным завтраком для решения проблемы. Ну нахрена?!

Мы встали в шеренгу в нескольких метрах от большой входной двери, я на правом фланге. Поздоровались кивками, вызвав недовольство на куче рож. Хотя на левом фланге Гор и Бори церемонно поклонились, удостоившись чуть заметного кивка величества.

Вдоль стен стояли стражники и военачальники. И разные помощники или министры. Наши фрейлины тоже, как провинившиеся, встали у правой стеночки краснеть и демонстративно поглаживать попы под насмешливыми взглядами наследника, да и других. Правее меня бренчала на арфе возвышенного вида гномочка в очёчках и в очень коротком, выше колен, белоснежном платьице. И судя по её розовой мордашке и по охреневшим кидаемым на её коленочки взглядам стада, топтавшегося в зале, отважная девица впервые так плюнула в самые глубины души строгим традициям.

Напротив нас, ближе к задней стене, стоял обильно заставленный едой стол. Перед тронным помостом с тронами. Перед главным троном в роскошном кресле сидел сам король. Гном. Гном, и гном. Лет пятидесяти, хотя я уже точно знал, 49. С нездоровой чуть синеватой мордой. В короне. Мы дружно усмехнулись, что уже короткобородый, с чистыми аккуратными волосами, собранными в хвост. И сам чистый. Что вызывало блаженную улыбку на лице сидевшей по левую руку от него королевы, которая даже иногда восторженно, полной пышной грудью, втягивала носом не вонючий теперь воздух рядом с величеством, после чего блаженно жмурилась.

За королём сидел за столиком… дегустатор, упитанный мордатый гном с длинной бородой, но чистый. И тоже с синей рожей, что сразу меня насторожило. Все блюда короля проходили через профессионального жруля за спиной, так что надменное величество, можно сказать, всегда питалось объедками.

По правую руку от короля, откинувшись на стуле, надменно и нагло осматривал нас наследный принц в сдвинутой набекрень короне попроще. Тоже мытый и стриженый. Да и почти все парни в зале были стриженые. А мытые все – я так понял, это королева постаралась очень сильно, ха. Наследник с непонятным мне торжеством глянул на меня, прошёлся взглядами по остальным нашим и начал изо всех сил пялиться на ножки Ардочки. Но юная могучая воительница улыбнулась ему таким оскалом, что неотвердевший ещё оболтус годочков под тридцать сразу вспомнил о еде.

Рядом с королевой сидела дочка. И она отодвинула свой стул назад, чтобы ничтожные мы могли лицезреть её красоту максимально полно. А лицезреть было что! Девица была высокая, как и мать. Под метр шестьдесят! На голове волосы были собраны в высокую причёску, открывая красивую довольно длинную для гномов шею. Декольте не было, ничего не было! Платье начиналось чуть ли не от талии! Только выступы корсета поднимали шикарные огромные сиськи и прикрывали их нижнюю часть и отдельные выступики закрывали сосочки! Вот это, я понимаю, скромность во всей красе! Спинка была голая. Корсет утягивал талию, делая её тонкой, а девицу малоподвижной. Были длинные перчатки. Ну и платье обтягивало прекрасные бёдра не хуже гидрокостюма русалок. Только у русалок прекрасные бёдра очень сильно поуже и ножки каждая в отдельной штанине. Ну и подол платья был очень длинный и узкий, делая из девицы очень пышнопопую темноволосую винку с этаким очень аппетитным типа рыбьим хвостом ниже талии… Как она ходила, было непонятно. Прыгала, наверно. Но в целом девица производила очень приятное для взоров впечатление. И она явно злоупотребляла статусом любимой проказливой принцессы в, как его… пуританском обществе.

Стая королевских придворных на принцессу старательно не пялились, а наша ни разу не скромная толпа отлично её взглядами, нет, не раздели – там уже нечего раздевать. Но ощупали славно. Даже Ардочка, ухмыляясь, прошлась взглядом по девице и облизнулась, шутница. Краповая Береточка смачно присвистнула. А принцесса приняла правильный пунцовый окрас.

Рядом с наследным принцем сидел… бывший жрец теперь нашего храма. Нескладный длинный обалдуй зло пялился почему-то на меня, хотя огрёб от Гора. Хотя нет, и я ему отлично по звонкой башке влепил, просто событий столько, и получивших от меня столько… я уж и забыл. А он явно нет, ха. Остальные завтракающие пока пофиг.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «ЛитРес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на ЛитРес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.