Марина Серова
Экспедиция в ад

© Серова М.С., 2020

© Оформление. ООО «Издательство «Эксмо», 2020

⁂

Пролог

Промозглый ноябрьский ветер налетал свирепыми порывами, и его жуткие завывания разносились по степи. Он не утихал ни на минуту – только становился все сильнее и злее, точно намеревался стереть с лица Земли все живое. Деревья гнулись под его жесткими коварными толчками, и идти было невозможно. Впереди долгий, изматывающий путь, и казалось, ему не будет конца…

Пастух и его товарищ совершенно выбились из сил. Им нужно было перегнать стадо овец, но бедные животные жалобно блеяли и тоже не хотели никуда идти. Приходилось постоянно подгонять их и следить, чтобы никто ненароком не угодил в яму, коих в этих местах было огромное количество. И как назло одна овечка все-таки умудрилась выбиться из общего стада и понеслась куда-то в сторону.

– Эй, куда пошла?! – закричал пастух, но его слова потонули в новом порыве ветра. Его помощник подбежал к товарищу и, переводя дыхание, проговорил:

– Она сейчас переломает себе ноги.

– Ну и черт с ней! – махнул рукой пастух. – Я сам скоро тут сдохну, не то что овца.

– Надо догнать ее! – настаивал на своем товарищ.

– Ну иди и догони! – пожал плечами пастух. – Я уже не могу, пока ты гоняешься, я хоть передохну.

Помощник пастуха, молодой парень, был куда выносливее товарища. Сам пастух любил закладывать за воротник и делал это не по выходным, а каждый день – после обеда. А что такого особенного? Здесь все население пьет, и ничего!

Помощник-то его молодой, крепкий, на него бутылка водки так не действует. А вот пастуху теперь срочно нужно передохнуть – сесть куда-нибудь, подальше от ветра, и просто перевести дыхание.

Парень побежал за овцой, а пастух оглянулся по сторонам. Черт разберет, где они – сложно ориентироваться в этой бескрайней степи, да и память уже не та. Но там, впереди, какая-то ложбинка, и идти до нее недолго…

Пастух свернул в сторону и побрел к выбранному для недолгого отдыха месту, игнорируя свое стадо. Помощник, если что, догонит других овец. А что ему, вон какой здоровяк, и бегать он любит…

Так думал про себя пастух, с трудом бредя против порывов ополоумевшего ветра. Сегодня что-то погодка не радует, чувствуется приближение суровой зимы. А вот и укромное местечко: если зайти за бугор и спуститься, ветер так сильно дуть не будет. Идеальное место для привала. Надо же, и сена охапка лежит – точно специально приготовленная для уставшего путника.

Мужчина тяжело опустился на землю, прикрыл глаза. Потянулся к походной сумке, перекинутой через плечо. Свою верную подругу и соратницу, закованную в стеклянную бутыль, он берет с собой всегда – и она помогает ему справляться с трудностями жестокой, суровой жизни. Один живительный глоток – и, глядишь, сил прибудет.

Парень наконец-то догнал овцу, которая сама была не рада, что вздумала отбежать в сторону. Животное стояло на дрожащих ножках и протяжно блеяло, словно зовя на помощь. Парень подбежал к ней, прутиком хлестнул по боку, заставляя бежать в верном направлении.

– Эх ты, безмозглая скотина, – беззлобно проговорил он.

К своей работе молодой мужчина относился спокойно, и, в принципе, его все устраивало. Он ведь вырос здесь, в селе, с детства видел, как зарабатывают на хлеб насущный его родители, и ни капли не возражал, что ему предстоит повторить их собственную жизнь. Он ведь вообще был добродушным человеком, немного простоватым, но зато беззлобным. И старался хорошо выполнять любую работу, независимо от того, простой или тяжелой она ему казалась. В деревне его любили, потому как он всегда соглашался помочь, если просили, да и компанию поддерживал, когда мужики по обыкновению собирались выпить. Вот и к перегону стада он относился вполне неплохо, несмотря на суровую ноябрьскую погоду и изматывающий ветер.

Как ни странно, остальные овцы никуда не разбежались – наверное, пастух приглядывал за ними, пока его помощник догонял отбившуюся овечку. Хотя… интересно, а где сам пастух? Что-то его не видно…

Парень позвал товарища по имени, но ответом ему было лишь новое завывание ураганного ветра. Может, заблудился? Молодой мужчина неплохо знал окрестности, поэтому быстро пробежался вперед и назад, обогнув стадо овец. Но ни пастуха, ни каких-либо следов его пребывания он не обнаружил.

Внимание парня привлекла укромная лощинка, которая будто бы спряталась посреди степи. Может, пастух там? Вдруг он по обыкновению достал бутылку водки и выпил больше обычного? Сейчас спит мертвецким сном, не добудишься. И что тогда делать? Ждать, пока он протрезвеет? Или облить его холодной водой? Вряд ли это ему понравится, но выхода другого нет.

Молодой человек подбежал к той самой лощинке, за которой, как он предполагал, находился его товарищ. Он и впрямь был там – лежал на охапке сена. Вот только не пьяный, хотя бутылка водки валялась рядом.

Парень бестолково оглядывал то, что осталось от его приятеля, не в силах вымолвить ни слова. Только открывал и закрывал рот, как выброшенная на берег рыба. Да любой на его месте не только растерялся бы, но и заорал от ужаса. Одежда, без сомнения, принадлежала пастуху – его куртка, его потрепанные рабочие штаны. Но вот обугленное дочерна, словно головешка, тело – нет, этого не может быть, не может быть, не может быть!..

Глава 1

Я задумчиво смотрела на экран монитора своего компьютера, раздумывая, какой фильм мне больше всего хочется сейчас посмотреть. Скачано несколько киноновинок, судя по аннотациям и отзывам, каждая вещь стоящая, просмотр обещает массу эмоций. Поэтому я сидела как буриданов осел, не зная, какому фильму отдать предпочтение. В итоге решила смотреть по порядку – в самом деле, у меня весь день впереди, и я собиралась провести его за любимым занятием.

Любовь к кино у меня возникла, наверное, в самом раннем возрасте, не скажу даже точно, с чего все началось. Но сколько себя помню, просмотр фильмов всегда был у меня самым любимым занятием. Казалось бы, телохранитель, коим являюсь я, Женя Охотникова, должен иметь другое, более подходящее хобби. Скажем, изучение восточных единоборств, занятия в спортклубе и тому подобное. Но мне этого хватает и в моей повседневной жизни! А если говорить о деле для души, то для меня это, бесспорно, просмотр фильмов.

Совсем недавно, а точнее, вчера, я завершила очередное дело: поймала преступника и спасла жизнь своему клиенту, и сегодня я имею полное право наконец-то отдохнуть и расслабиться. До чего же приятно сидеть дома, просматривая фильмы и дегустируя очередные тетушкины кулинарные шедевры!

Моя тетя Мила, с которой я живу, превосходно готовит, и сейчас из кухни доносились ароматные запахи. Даже не определю, что ждет меня на обед, но судя по всему, нечто божественно вкусное. Да, если бы я жила одна, питалась бы, наверное, одними пельменями и бутербродами. Я совершенно не умею готовить и не испытываю к кулинарному делу абсолютно никакого интереса. Все равно ничего не получится, нет смысла зря переводить продукты. А вот тетушка Мила, напротив, целыми днями изучает кулинарные книги, смотрит кулинарные передачи, а потом готовит новые блюда.

Я нажала на воспроизведение первого скачанного фильма – триллера про лондонского маньяка, – но не успела просмотреть и минуты. Из кухни раздался голос моей тетушки.

– Женечка, идем обедать! – позвала она меня. Часы показывали только двенадцать, но я всегда встаю рано, даже когда у меня нет заказов, поэтому завтракаю обычно в семь утра. Тетушка тоже «жаворонок»: просыпается в пять, хотя ложится порой поздно, поэтому столь раннее время обеда для нас – обычное дело. Я нажала на паузу и направилась на кухню, намереваясь взять свою тарелку и уйти с ней в комнату.

На кухне работал телевизор – тетя Мила часто его смотрит, и, когда она дома, он постоянно включен. На столе стояли две тарелки, в которых переливался солнечными красками ароматный суп, а в красивой салатнице лежали яркие, точно фотография из кулинарного журнала, свежие овощи. Все изысканно и невероятно вкусно, такого не найдешь ни в одном ресторане.

– Зря ты не пошла работать поваром! – покачала я головой, оглядывая все это великолепие. – Тебя бы взяли в самое дорогое заведение в городе!

– Да ладно тебе! – улыбнулась тетушка Мила, даже не взглянув на меня. Она с интересом смотрела на экран телевизора, боясь оторваться от увлекательной программы.

– Кулинарное шоу? – сделала предположение я, кивнув на экран.

– Да нет, посмотри тоже! – махнула рукой тетушка. – Очень интересная передача, там про загадочные уголки России! Про путешествия!

– Хм… – протянула я, кинув взгляд на телевизор. Странное дело, не думала, что тетушка Мила смотрит нечто, не относящееся к кулинарии.

На экране молодой светловолосый парень рассказывал что-то о какой-то горе – я услышала, что она называется Большой Иремель. Гора представляла собой каменные валуны, а сам парень находился на ее вершине.

– Ходит легенда, что если забраться на гору и загадать желание, оно обязательно сбудется. Говорят, что в старину жрецы языческих культов совершали человеческие жертвоприношения на вершине Иремеля, и возможно, поэтому место пользуется дурной славой. Наша съемочная группа сейчас отправится в местную деревню, чтобы узнать у жителей, действительно ли здесь происходят загадочные вещи и что за чудь белоглазая живет в этих местах.

Передачу прервала рекламная пауза, и тетушка наконец-то вспомнила о том, что мы собирались обедать.

– Я совсем недавно наткнулась на эту передачу! – с увлечением вещала она. – Представляешь, ее Владислав ведет, они всю Россию изъездили! И не думала, что у нас так много всяких интересных мест!

– Ага, – кивнула я, поднося ложку с ароматным супом ко рту. – Вкуснотища какая!

Однако тетушка не обратила внимания на мой комплимент – она продолжала рассказывать о передаче и о ее ведущем.

– Как жаль, что я раньше ее не смотрела! – сокрушалась она. – А знаешь, Женечка, я ведь, когда молодая была, тоже о путешествиях мечтала! Хотела и на Байкал поехать, и на Урал, о котором Влад сейчас рассказывает! Даже собиралась, помню, в горы, но, увы, так и не сложилось…

– Серьезно? – удивилась я. – А я всегда думала, что ты у нас домоседка… Ну, в смысле, любишь комфорт и все такое.

– Это сейчас! – махнула рукой тетушка. – Понятное дело, в мои годы какие путешествия и приключения? Эх, сейчас я только передачи могу смотреть, но из них столько всего нового узнаешь! Вот я никогда не слышала, что на Урале видели НЛО и что даже в наши дни в России еще остается столько диких и неизведанных мест! Я-то думала, что везде сплошная цивилизация, а на самом деле наш мир вообще дико загадочная штука. Вот ты почему никуда не ездишь? Я имею в виду, не по работе, а так, в свободное время?

– Не хочу, – пожала плечами я, доедая свой суп. – Мне и на работе приключений хватает.

– Ну как же! – всплеснула руками тетушка. – Работа – это одно, а путешествия – совсем другое! Вот как они, из программы «Загадки России». Нет, я не говорю об аномальных зонах – я бы за тебя волноваться стала, но в горы, например? Там ведь так красиво!

– Я же говорю, адреналина мне и так хватает, – повторила я, накладывая себе салат. – А в свободное время я отдохнуть хочу. Фильмы посмотреть.

– Вот так вся жизнь у тебя и пройдет! – философски заметила тетушка. – В фильмах. Эх, была бы я такой же молодой, как и ты, непременно бы куда-нибудь поехала!

Я только хмыкнула в ответ. Реклама закончилась, тетушка сразу уставилась в экран телевизора, где симпатичный Владислав уже бродил по какой-то уральской деревне.

Я взяла тарелку с салатом и тихо вышла из кухни, чтобы закончить свой обед у себя, за просмотром фильма. Тетя Мила может говорить что угодно, но лично я не вижу ничего интересного в том, чтобы переться куда-то в горы неизвестно зачем. Какой смысл подниматься на какие-то вершины? Чтобы сделать красивое фото пейзажа и селфи на фоне этого пейзажа? Прошу прощения у всех любителей путешествий, но лично я не вижу в этом ничего интересного. В конце концов, каждый волен делать то, что ему нравится. И если я люблю смотреть дома фильмы и с радостью могу провести несколько дней, не выходя на улицу, предаваясь этому занятию, не понимаю, почему я не должна этим заниматься.

Я снова включила проигрыватель, намереваясь наконец-то погрузиться в фильм и доесть вкусный и полезный салат. Однако ни того, ни другого сделать мне не удалось. Раздался звонок моего мобильного телефона.

Друзей, желающих поинтересоваться, как у меня дела, у меня нет, я общаюсь в основном с людьми по работе. И все же я очень надеялась, что кто-то просто ошибся номером и мне наконец-то дадут спокойно отдохнуть. Я со вздохом нажала на остановку воспроизведения и потянулась за мобильником.

Номер был незнакомый, чего и следовало ожидать. Я поднесла трубку к уху и самым бодрым голосом проговорила:

– Слушаю.

– Мне нужна Евгения Максимовна Охотникова, – раздался мужской голос. Чертыхнувшись про себя, я ответила:

– Это она и есть. Вы по какому вопросу?

– Мне вас рекомендовали как хорошего телохранителя, – продолжал мужчина. Судя по голосу, молодой. Интересно, кто ему может угрожать? Злопамятная любовница или коллега по работе? Да нет, слишком банально. Хотя кто знает, за мою практику бывали разные случаи… – Можно ли с вами встретиться? Мне могут потребоваться ваши услуги.

– Хорошо, сегодня я свободна, – я с тоской посмотрела на экран монитора. – Могу подъехать куда угодно.

– Тогда вас не затруднит приехать в парк в Загородном районе? Он не слишком большой, зато народу там немного, особенно в будни. Там и поговорим.

– Хорошо, – повторила я. – Как я вас узнаю?

– На мне будут темно-синяя футболка и штаны защитного цвета, – заявил мой собеседник. – Я буду ждать вас на лавочке возле стадиона, не ошибетесь.

– Поняла, минут через пятнадцать буду в парке, – пообещала я и отключилась.

Что ж, просмотр фильмов придется отложить до лучших времен. Странное дело, последнее время у меня отбоя нет от клиентов – стоит закончить одно дело, как тут же возникает другое. Может, летом у всех преступников обострение? Нет, я не жалуюсь: сидеть без работы тоже не хочется, но и отдохнуть порой возникает желание.

Парк в Загородном районе – не самое популярное место в городе. Обычно жители Тарасова стремятся погулять в Центральном парке, на худой конец на Набережной, а вот место встречи с моим новым клиентом отнюдь нельзя считать местной достопримечательностью. Впрочем, я прекрасно понимаю, почему он выбрал именно этот парк – чем меньше людей, тем удобнее обсуждать щекотливые дела. Правда, обычно клиенты предпочитают общаться со мной в кафе или у себя дома, ну да это личное дело каждого. Сказали встретиться в парке – пожалуйста, поеду в Загородный район, мне, собственно, без разницы. К тому же и погода сегодня отличная. На дворе август, июльская жара немного спала, в городе стало более-менее комфортно. Я спокойно отношусь к любому времени года, но все-таки когда на улице жуткое пекло и солнце жарит как ненормальное, гоняться по тарасовским улицам не слишком приятно.

До парка я добралась быстро – дороги в это время дня относительно свободны, поэтому торчать в пробках, к счастью, не пришлось. Город я знаю неплохо, несмотря на то, что родилась не в Тарасове, а в далеком Владивостоке, где и окончила закрытое учебное заведение, больше известное под названием «Ворошиловка». Благодаря отличной памяти я легко запоминаю любую информацию – будь то расположение улиц в городе или иностранные языки, поэтому, прожив некоторое время в любом месте, я с легкостью начинаю там ориентироваться. А на случай, если придется ехать в незнакомый район, у меня имеется навигатор, которым время от времени все же приходится пользоваться. Вот и парк в Загородном районе найти не составило труда: я отлично помню это тихое, немного меланхоличное место. Наверняка осенью сюда сбегаются поэты да молодые люди, страдающие депрессивным настроением.

Я припарковала машину неподалеку от парка, вошла в литую калитку с завитушками и направилась прямиком к стадиону, возле которого мы должны были встретиться с моим новым клиентом. Собственно, стадион был единственной достопримечательностью парка, правда, здесь сейчас мало кто занимался спортивными упражнениями. Насколько мне известно, раньше, годах эдак в девяностых, на этом стадионе сдавали нормативы ученики местной школы, но потом школу закрыли по неизвестной причине. Вполне возможно, сейчас стадион используют по назначению разве что любители здорового образа жизни, живущие рядом с парком. Но детских площадок здесь нет, равно как и клумб с цветами, свойственных для других мест культуры и отдыха. Единственное украшение – это скамейки, старые фонари да давно сломанные качели.

Несмотря на то, что на встречу я явилась раньше назначенного времени, на лавочке возле стадиона уже сидел человек, подходящий под описание, которое дал мне мой собеседник по телефону. Молодой парень лет тридцати с небольшим, светловолосый, с большим черным рюкзаком, одетый в синюю футболку и штаны защитного цвета. Я поняла, что это и есть мой клиент, и заспешила к лавочке.

При виде меня он встал, широко улыбнулся и поздоровался. Весьма симпатичный, отметила я про себя. И странное дело, этот человек показался мне знакомым. Я было подумала, что раньше он уже обращался ко мне за помощью, но тут же отмела это предположение. Ведь по телефону он сперва спросил, может ли говорить с Евгенией Охотниковой, стало быть, мой номер ему кто-то дал. И все-таки, откуда я его знаю?

– Добрый день! – прервал мои размышления парень. – Как я понимаю, вы – Евгения Максимовна?

– Именно, – кивнула я. – А к вам как обращаться?

– Меня зовут Владислав, – представился он. – Владислав Карельских, честно говоря, я еще никогда в жизни не нанимал телохранителя. Но сейчас приходится…

– Мне кажется, мы с вами где-то встречались, – заявила я. – Ваше лицо мне знакомо, а у меня отличная память на лица.

– Странно, что вы меня не узнали, – спокойно проговорил парень. – Я потому и решил встретиться с вами в этом парке – честно говоря, в более посещаемых местах мне уже не дают прохода.

– Вы – актер? – догадалась я, вспоминая все русские фильмы, которые я просмотрела за последнее время. Наверняка он снимается в кино, но так как я смотрю огромное количество самых разных фильмов, начиная с боевиков и триллеров и заканчивая мелодрамами и комедиями, всех актеров не упомню. Однако Владислав отрицательно покачал головой.

– Вы почти угадали, но в кино я пока не снимался. Я репортер, ведущий программы «Загадки России», ее показывают по телевизору почти каждый день. Наверное, вы не смотрите передачи, верно?

– Больше люблю фильмы, – усмехнулась я, вспоминая сегодняшние события. И как я могла забыть, ведь еще за обедом тетушка Мила с увлечением рассказывала мне об этой программе, и ведущего я видела! Вот она удивится, когда узнает, что мой новый клиент – это ее обожаемый репортер из «Загадок России»! Попросить для нее автограф, что ли?..

– Тогда немного расскажу вам о проекте, – снова прервал мои размышления Карельских. – Честно говоря, идея была взята из западной программы, тоже очень популярной. Там журналисты не просто ездят по разным странам, а рассказывают зрителям о местах, интересных туристам, и сами показывают, какие отели выбирать, куда сходить и прочее. В принципе, неплохая задумка, но согласитесь, делать аналогичную передачу не слишком интересно. Я давно работаю журналистом, и мне всегда хотелось создать что-то новое, уникальное. Вот и пришло в голову: а почему бы не рассказать людям о нашей России? Ведь здесь полно удивительных опасных мест, похлеще Амазонии, Бермудского треугольника или дикой Австралии. Понимаете, я сторонник экстремального отдыха, поэтому просто так сидеть дома и кропать статьи – работа не для меня. Мне всегда хотелось, чтобы моя профессия была связана с путешествиями, приключениями, адреналином. В западной программе ведущие просто ездят по странам и изучают места, популярные у туристов. Но ведь они и так на виду – достаточно спросить туроператора, и он вам все расскажет! А вот снимать сюжеты про области страны, куда здравомыслящий человек в жизни не сунется, – это идея! Я изучил досконально материал, подготовил план проекта, который был экспериментальным, а потом совершил первую экспедицию, на свои собственные деньги. Целью исследований стало озеро Лабынкыр, которое называют российским Лох-Нессом. Может, слышали что-нибудь о лабынкырском черте?

– Нет, – покачала я головой. Владислав продолжил:

– Озеро находится в Якутии, и существует много свидетельств о том, что в якутских озерах до наших дней дожили реликтовые чудовища. По одной из легенд, лабынкырский черт утащил на глубину ребенка, и с тех пор озеро называют проклятым. Наша экспедиция отправилась туда, мы провели исследования, поговорили с местным населением, и в итоге появилась первая передача цикла. Проект имел успех, и с тех пор все закрутилось, завертелось.

– Вот как, – кивнула я. – Не думала, что в нашем Тарасове снимают подобную передачу.

– На самом деле главный офис находится в Москве, – пояснил Карельских. – Но сам я родом из Тарасова, хотя учился на журналиста в столице и, честно говоря, собирался там остаться. Здесь у меня родители, поэтому я частенько приезжаю сюда на время отпуска. Но год назад, летом, я познакомился с Лилей – моей нынешней женой. Она-то живет в Тарасове, вот и думаю, что со временем придется вернуться в родной город. Лиля не хочет переезжать в Москву, тут у нее родные, и она не может их бросить.

– То есть сейчас вы в отпуске? – уточнила я. – С какой целью вы хотите нанять меня?

– Нет, я как раз приехал в Тарасов, чтобы снять материал об аномальной зоне, которая находится в Тарасовской области. Как-то сразу не пришло в голову, что у меня под боком – настоящий клад для любителей приключений. Я и моя съемочная группа собираемся отправиться на Медведицкую гряду, чтобы сделать репортаж и проверить, действительно ли там происходят загадочные события, о которых ходят легенды, или это все детские страшилки. Но в свете последних происшествий даже не знаю, что делать – своими силами проблему я, увы, решить не смог…

Внезапно Карельских вытащил солнечные очки и быстро надел их. Я немного удивилась – мы сидели не на солнцепеке, а в тени раскидистого дерева. Однако повернув голову, я увидела причину, по которой репортер совершил это странное действие – по тропинке к стадиону неторопливо шла женщина лет сорока с ребенком. Понятно, Владислав боится, что дамочка сейчас подбежит к нам за автографом.

– Что, вас так часто узнают? – спросила я, когда парочка прошла мимо. Карельских снял очки и развел руками.

– Я и подумать не мог, что когда-нибудь буду страдать от повышенного внимания к своей персоне. Нет, известность и слава – вещи хорошие, но все должно быть в меру. А люди словно с ума посходили – будете смеяться, но я давно уже не обедаю в общественных местах, ведь если кто узнает, что в кафе или ресторане находится телеведущий – поесть спокойно не дадут. И ведь не понимает народ, что репортеры из телевизионных программ – самые обычные люди, такие же, как и все. Поначалу-то было приятно, даже подобие звездной болезни началось, но потом… – он вздохнул. – Работу я свою люблю, ведь проект – это мое детище, можно сказать, но вот из-за оборотной стороны медали приходится несладко.

– Что сделаешь, могу вам только посочувствовать, – произнесла я. – Но вы не договорили о Медведицкой гряде. Вам телохранитель нужен для того, чтобы от НЛО вас охранять? Но я не являюсь охотником за привидениями и прочей потусторонней ерундой, уж извините, я во все это не верю.

– Нет, от потусторонней ерунды, как вы это называете, меня охранять не нужно, – спокойно пояснил Карельских. – Я, к счастью, в мистицизм не впадаю, наоборот, стараюсь найти всему научное объяснение. Ну и доказать или опровергнуть существующие теории. И уж ни в коем случае мы не вешаем зрителям лапшу на уши, заставляя их поверить во всевозможные сказки.

– Ладно, а в чем заключается тогда моя работа? – я постаралась подойти поближе к сути вопроса. Карельских вздохнул.

– Моя жена Лиля, она против экспедиции, – проговорил он. – И ни в какую не хочет меня туда пускать.

– Гм… Ну а я-то чем могу помочь? Вы думаете, что раз с вами поедет телохранитель, ваша супруга не станет волноваться? Это в порядке вещей, и я не думаю, что она спокойно относится к другим вашим поездкам. И потом, если вы полагаете, что я смогу ее как-то уговорить, то вынуждена вас разочаровать. Я – телохранитель, занимаюсь тем, что спасаю клиента от опасности и ликвидирую ее.

– Ну да, – пожал плечами Владислав. – Дело в том, что недавно мне кто-то стал присылать письма с угрозами. Такого раньше не случалось. Я игнорировал их – мало ли кому что в голову взбредет? Ненормальных в нашем городе хватает. Вот только одно письмо обнаружила Лиля, и началось… Представляете, она всерьез думает, что кто-то мечтает мне навредить! Завистников, понятное дело, хватает – вряд ли найдешь телеведущего, у которого нет недоброжелателей, но это же абсурд просто!

– Так, об этом давайте поподробнее, – насторожилась я. – Что за письма с угрозами? У вас они остались?

– Ну да, – пожал плечами он. – Одно с собой взял. Думал сперва разорвать и выбросить их, но потом не стал. Но все равно по ним ничего не определишь – кто отправлял, когда… Вот, можете посмотреть. Конверт без обратного адреса.

Он залез в рюкзак, вытащил из него белый конверт, на котором печатными буквами был написан адрес телеведущего: улица Ленинская, дом сорок два. Я внимательно прочитала адрес, потом поинтересовалась:

– Это ваш домашний адрес?

– Нет, на Ленинской находится штаб-квартира съемочной группы, – покачал головой Владислав. – На домашний, слава богу, никаких писем не приходило. Вообще, мне часто пишут, точнее, не мне, а проекту – у меня нет страниц в социальных сетях, только электронная почта. Но она известна лишь моим родственникам и близким друзьям. Представляете, что было бы, если бы кто из зрителей узнал электронный адрес! Но бумажные письма – в наши дни большая редкость, ребята из съемочной группы даже удивились. Передали мне письмо – даже интересно стало. Ну а там… Да сами прочитайте!

Я вытащила из конверта белый лист бумаги формата А4 и уставилась на набранный шрифтом двенадцатого размера текст. В письме говорилось следующее: «Если поедешь на Медведицкую гряду – назад не вернешься».

Больше ровным счетом ничего в записке не было. Я повертела листок в руках, потом спросила Владислава:

– Простите, можно я возьму письмо себе?

– Да берите, конечно, мне этого добра не нужно! У меня еще есть три письма с аналогичным содержанием, во всех требуют, чтобы я не совался на гряду.

Про себя я подумала, что, к сожалению, отдать письмо на экспертизу с целью выявить отпечатки пальцев злоумышленника не удастся. Во-первых, письмо держал в руках Влад и еще неизвестно кто, да и я только что его читала. Ну а во-вторых, если у преступника есть голова на плечах, он не станет брать письмо в руки – наденет перчатки. Вслух я спросила:

– У вас есть предположения, кто может быть заинтересован в отмене экспедиции?

– Кроме моей жены, которая за меня волнуется, наверное, никто, – хмыкнул мой собеседник. – И то она стала уговаривать меня не ехать после того, как прочла третье письмо с угрозой. Зря я его домой взял, машинально вышло.

– Письма к вам в штаб-квартиру доставляет почтальон? – продолжала я свои расспросы. Владислав пожал плечами.

– Наверное. Правда, третье доставил курьер – сейчас много таких молодых людей, бегают по адресам и разносят корреспонденцию и посылки. Вроде разносчиков пиццы.

– Вы помните, как этот курьер выглядел? – ухватилась я за единственную зацепку. Владислав нахмурился.

– Сложно сказать… Парень вроде высокий, в фирменной футболке. У него помимо этого письма еще куча газет была, студент, по-видимому.

Да уж, не слишком подробное описание. Высоких молодых людей, работающих курьерами, в городе полно, вряд ли удастся найти именно того парня, который принес Владиславу письмо с угрозой. И потом, если это обычный курьер, маловероятно, что он вспомнит, кто дал ему это письмо – наверняка у него куча отправителей, надеяться на подобную удачу бессмысленно. И все же я спросила:

– Курьер не показался вам знакомым? Вы видели этого молодого человека раньше?

– Нет, – отрицательно покачал головой Карельских. – Даже не посмотрел толком на него, у меня голова не тем была занята. Понимаете, подготовка к экспедиции – штука непростая, кучу всего следует сделать.

– А кто из ваших родственников и друзей живет в Тарасове? – задала я новый вопрос.

– Моя жена Лиля, мать с отцом. Ну и пара знакомых – мой школьный приятель Толик и его жена Тамара. Вот, пожалуй, и все. Так что, вы возьметесь за работу? Экспедицию я, понятное дело, отменять не собираюсь, но чтобы Лиля была спокойна, хочу, чтобы вы сопровождали меня. Поедете со съемочной группой, придумаем вам там какую-нибудь должность.

– Когда вы отправляетесь на вашу Медведицкую гряду? – спросила я.

– Через два дня, одиннадцатого августа, – отозвался телеведущий. – Раньше не успеем, нужно подготовить необходимые приборы для обнаружения неопознанных объектов – спектрометры, видеокамеры, фотокамеры и прочие. Да и с машиной уже договорились.

– Вы хотите сказать жене, что с вами поедет телохранитель? – поинтересовалась я. Владислав пожал плечами.

– Если уж сильно нервничать и волноваться будет, то придется. Если честно, мне самому уже все это не нравится – угрозы всякие: то ли детский сад на выезде, то ли у отправителя с головой не все в порядке. Ладно, если это шутки, хотя я бы уши надрал такому шутнику. Ну а вдруг все серьезно? Мало ли какой маньяк надумает подпортить нам жизнь, а мне это совершенно не нужно.

– Все-таки постарайтесь пока не говорить Лиле о том, что я – телохранитель, – попросила я Владислава. – И еще, мне хотелось бы пообщаться с вашими родителями и женой, а заодно и с друзьями, вы можете это устроить?

– Могу, – кивнул он. – Только зачем? Вы что, их подозреваете? Но мои мать с отцом никогда бы не пошли на такое – записки с угрозами… Да это же смешно! И Толику это не нужно, он бизнесом занимается и с журналистикой никак не связан.

– Я должна проверить все, – твердо заявила я. – Пока я никого не подозреваю, но люди, с которыми вы общаетесь, могут знать лучше вас, кто может желать вам зла. И еще, если отправитель писем настаивает на том, чтобы вы отменили экспедицию, возникает мысль, что либо на этой Медведицкой гряде существует нечто, имеющее к вам отношение, либо у вас есть конкуренты, которые желают первыми сделать репортаж об этой аномальной зоне. Что вы думаете по этому поводу?

– В принципе, я бы тоже счел письма происками конкурентов, – произнес телеведущий. – Только загвоздка в том, что на Медведицкую гряду постоянно ездят либо ребята из Международного научно-исследовательского объединения, либо простые туристы, жаждущие острых ощущений и желающие пофоткаться с кривыми березами и прочими достопримечательностями. Это ведь не закрытая территория, никто ее не охраняет. Если бы речь шла, скажем, о каком-то открытии – вроде Южного полюса, туда ведь несколько экспедиций направлялось, – тогда понятно. Но мы ничего не имеем против, если другие журналисты приедут и станут снимать материал о гряде – нам они не помешают, и мы им тоже. А по поводу того, что вы говорили насчет меня – я никогда раньше не бывал на Медведицкой гряде, и насколько мне известно, клады там не закапывали.

– Ясно… – протянула я, хотя мне пока ничего ясно не было. – Думаю, вот как мы с вами поступим: за эти дни я попытаюсь найти того, кто угрожает вам, а если не получится – поеду с вами в экспедицию. Все-таки попрошу вас дать мне координаты ваших друзей, а заодно подумайте, кто мог бы быть конкурентом вашего проекта. С Лилей и вашими родителями вы меня как-нибудь познакомите, представите меня начинающим репортером либо участником вашего проекта.

– Если это так нужно, то конечно, – кивнул Владислав. – Единственное, что мне приходит в голову, – это похожий проект «Тайны Тарасовской области», но они не выезжают в другие места России. Это если говорить про возможных конкурентов. Адрес Толи сейчас назову. Улица Коломенская, дом шестнадцать, квартира десять. Даже могу подсказать вам повод, чтобы позвонить ему – предложите свои услуги в качестве няни. У них дочке два года, и им няня очень нужна, только найти они ее не могут. Записываете номер?

Я забила в память телефона контактную информацию приятеля Владислава, собираясь наведаться к нему в ближайшее время. Потом проговорила:

– И еще, если вдруг заметите что-то странное – я не имею в виду письма с угрозами, просто любые вещи, которые вам не понравятся – сразу сообщите мне. Вы уверены, что мои услуги в качестве телохранителя потребуются вам только на Медведицкой гряде?

– Абсолютно, – произнес мой собеседник. – В Тарасове у меня есть личный водитель, человек, которому я доверяю, и он практически всегда меня сопровождает. Ну а дома только Лиля, моя жена.

– Все-таки будьте осторожны, – предупредила я. – И письма не выбрасывайте. Думаю, завтра я встречусь с вашими родителями и женой, отдадите их мне.

– Разумеется, – улыбнулся Карельских. На этом наш разговор закончился – телеведущий попрощался со мной и заспешил к выходу из парка, на ходу набирая чей-то номер. Либо звонил своему водителю, либо вызывал такси. Я же некоторое время посидела на лавочке – искала по интернету адрес редакции «Тайн Тарасовской области» и набирала номер Анатолия.

Глава 2

Друг Владислава сразу же взял трубку. Как и посоветовал мне телеведущий, я решила представиться няней, ищущей работу.

– Да, – лаконично проговорил мужской голос. Я вежливо поздоровалась и сказала:

– Простите, я слышала, что вам требуется няня для двухлетней девочки, могу предложить вам свои услуги. Если, конечно, это еще актуально.

– Да, мы ищем няню, – подтвердил мой собеседник. – Вы из агентства, верно?

– Да, конечно.

– Только вам придется приехать ко мне домой, поговорить с моей женой. Я на работе, а Тамара дома, она вам все расскажет. Вам озвучивали главное требование?

– Опыт работы имеется, – вдохновенно принялась врать я. – Работаю уже давно, рекомендации отличные.

– Да это ясно. Про иностранные языки вам говорили? У жены пунктик, она где-то прочитала, что по новейшим исследованиям, если родители хотят вырастить образованного человека, начиная с двух лет его нужно приучать к иностранному языку. То есть няня должна петь ребенку колыбельные на иностранном, во время кормления называть вещи на иностранном и так далее.

– Я владею десятью языками, – успокоила я Анатолия, про себя подумав: интересно, до какого абсурда могут дойти современные молодые мамаши! Впрочем, это личное дело каждого, хочет мадемуазель Тамара, чтобы ее чадо с ранних лет лопотало на английском, – пожалуйста! Про количество иностранных, которые я знаю, Анатолию я не наврала – языки я учу с легкостью, в свое время даже подрабатывала переводами. Английский, французский и немецкий знаю как родные, остальные чуть похуже, но только вследствие недостатка практики. Стоит чуть-чуть освежить в памяти нужный иностранный язык, и я смогу превосходно разговаривать на нем, читать книги и смотреть фильмы без субтитров.

– Тамара, то есть Тамара Павловна, хочет, чтобы Вероника, наша дочка, знала испанский, – прервал мои размышления Анатолий. – Моя жена сама мечтала выучить этот язык, но у нее не сложилось, и поэтому она теперь мечтает, чтобы дочка могла на нем разговаривать. Как у вас с испанским?

– Говорю на нем как на русском, – заявила я и лихо выдала первую пришедшую на ум фразу:

– Hablo bien espanol!

– Что-что? – не понял меня Анатолий. По голосу я догадалась, что мой собеседник несколько опешил.

– С испанского моя фраза переводится «я хорошо говорю по-испански», – объяснила я.

– Ну-ну, скажете это моей жене, – ухмыльнулся в трубку мужчина. – А то все няни, которых нам предлагало агентство, знают только английский или немецкий. Но английский-то каждый второй знает, а вот испанский…