Суббота. Нерабочий день. Рано вставать, но спать не могу – преследуют сны про безысходность борьбы с коронавирусом. Сбриваю усы как последнюю надежду. Прохожу процесс самопостригания. Сейчас уже никто не стрижёт и не обувает, кроме криминала. Принимаю ванну, чищу зубы и собираюсь в магазин.

Жена спрашивает:

– У меня к тебе три вопроса. Куда ты собрался? Что хочешь купить? И была ли у тебя любовница?

К чему эти риторические вопросы с самого утра.

– Как думаешь, до «Отдохни» сто метров или больше?

– Откуда я знаю, – отвечает жена. – Может сто, а может сто пять?

У магазина женщина торгует носками с лотка. Взглянул с интересом – несколько десятков видов разных фасонов и расцветок. И ни одной защитной маски от вируса. Как же так?! Мы теперь носим маски как носки. Особенно мне нравятся черные – их годами можно не менять.

Последний раз ходили в магазин с женой. Выходя из магазина, она мнёт маску с целью выкинуть.

– Ты, что творишь! – возмущаюсь я. – Где я тебе, другую возьму?

– Я думала, ты у меня богатый мужчина, – с презрением отвечает жена, – а ты оказывается так, шаромыжник какой-то.

Первый раз в жизни задумался над значением слова «шаромыжник». Смысл-то понятен – Гаврош, в общем.

Правда, узнав, что у нас большие проблемы с масками на работе, жена предложила сшить самой.

–Из марли? – предположил я.

– Зачем из марли?! Из весёленького ситца.

У нас действительно дома есть комок жёлтой марли, от тёщи остался. Я предлагал жене продать его за два миллиона. Но она подумала, подумала и со вздохом ответила – пусть ещё полежит. Видимо, «ещё не вечер».

Мне марли не жалко, я боюсь, что вместе с этим комочком из квартиры и телевизор вынесут.

Магазин встретил меня враждебно. Такого количества неудовлетворённых женщин в среде продавщиц я ещё не встречал. То ли я плохо побрился, то ли я рано припёрся? А может они все хотят на карантин? А тут приходится обслуживать бабулек и алкашей, желающих хлебушка и «Баллантайнс файнест» с самого утра. А может у них утренняя недостача? По жизни, такое тоже случается.

Вискаря в магазине не оказалось. На их: «Как нет! А вот в подарочной упаковке», я ответил: «Извините, дамы. Для меня это вопрос принципиальный – у нас не праздник, у нас – пандемия».

Вернулся домой. Стряхнул с себя налёт презрения и вымыл руки с мылом после магазина.

– Поехали в «Окей», там вроде Баллантайнс со скидкой был, – говорю жене. – Я сейчас только кьюаркод оформлю.

– Тебе это зачем?

– Мне уже нечего скрывать. На работе меня уже слили, когда оформляли проезд на работу. Все мои данные уже в «мапсе». И тебе неплохо бы оформить выход из дома.

– Ну, нет, – возражает жена, – я буду держаться до последнего, пока совсем не прижмут.

– О чём это, ты? – раздражено говорю я. – Что нового о себе, ты им можешь сообщить? Разве только то, что тебе приснилось этой ночью? Да, и то, они, наверное, догадываются. Мы все давно под колпаком, и даже сдали отпечаток указательного пальца, когда включали смартфон.

– Знаешь, в чем принципиальная разница между тобой и мной? Ты, даёшь своё согласие на то, что ты под колпаком, а я нет.

Я удивляюсь. Откуда в этой хрупкой женщине, матери моих детей, столько социального протеста.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «ЛитРес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на ЛитРес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.