Западный ветер

Миленький ты мой,

возьми меня с собой,

Там, в краю далёком

буду тебе женой…

– А если мы поженимся?

– А зачем? Тебе мало, что я и так с тобой?

– Ну, как, зачем? Представь, что у тебя есть я, твой муж, мы будем жить вместе, ты будешь встречать меня с работы, вкусно кормить, сидеть вместе со мной у камина, обсуждать то, что произошло за день, по утрам просыпаться вместе… И все время будет только нашим…

– Ага. А потом мы доучимся, окажемся в разных местах службы и вместо семейной жизни с камином будем обитать в служебных казармах. С перспективой увидеться только по скайпу. А живьем – так на три часа раз в пару лет. Классная семейная жизнь.

– Да, об этом я не подумал… А заключить ичкари¹-брак?

– Удобная вещь, да. Можно спокойно изменять и-партнеру, но официально жениться тебя заставить одновременно нельзя.

– Вот вечно ты о плохом… но выход есть.

Свиток

²

1

И вот иду это я забрать свою подругу с вечернего потовыжимания, и чью спину я вижу в дверях спортзала? А это ж Ланс. Вот уж кого-кого, а его наблюдать вблизи знакомых девушек никому не посоветую. Главный пикапер Училища. Кобель высшей пробы. И, судя по ситуации, сейчас начнет до Джилл домáгиваться. Сразу ему врезать или послушать их беседу?

– А чего это мы в свободное время в спортзале потеем?

– Связки отрабатываю. Что, нельзя?

– Да, можно. Только ты ж и так у нас передовик по зачетным баллам… Маловато? Что, в «ангелочки» намылилась?

– Можно подумать, ты не намылился!

– Хотелось бы, кто же спорит. А с чего ты думаешь, что тебя возьмут?

– Я не думаю. Я надеюсь и тренируюсь.

– Надейся, надейся, только учти, против тебя твоя же фамилия сработает. Это ж как звучать будет – «ангелочек» Блэк³!

– Ты вот тоже будешь звучать офигительно – «ангелочек» Вайл⁴!

– В отделе в ходу прозвища, так что переживу.

– А уж я тем более…

И тут этот поганец бодро так ввинтился внутрь зала и судя по всему начал подкрадываться к моей девушке.

– Ты сейчас вся такая мягкая, расслабленная… А, может, быстренько доставим друг другу удовольствие?

Вот я так и знал, за некоторыми глаз да глаз нужен. А то ведь и пискнуть не успеешь, как к твоему личному некоторые мерзавцы цепкие грабки попытаются протянуть!

– Ланс, да ты никак последним мозгом поехал? Ты ж меня терпеть не можешь, и я отвечаю тебе взаимностью!

– Так… и что? Мало ли, кто кому не нравится. Это не мешает иметь с этим человеком обалденный секс.

– А ничего так, что и у меня парень есть, и по тебе Мартичка страдает? Вот уж точно, ни стыда, ни совести!

– Ну… правильно. Ничего лишнего.

– Молодец. А теперь для сильно непонятливых – изыди!

– Парню своему изменять не хочешь?

– Да, не хочу!

Не-ет, вы там как хотите, а подслушивать иногда весьма полезное занятие. Ах, ты ж, радость моя, послала этого озабоченного не потому, что я за стеной тусуюсь, не потому, что способностями Ланса в сексе восхищена чуть не половина наших курсанток, а потому что у нее есть я и это так и должно быть!

И вот пока я как полный идиот восхищался поведением своей девушки, из-за двери послышалась какая-то возня, протестующие возгласы, а потом – мягкие шлепки. Наводящие на мысль… да он же ее там насилует, пока ты, как последний дебил, тут слюни пускаешь! Я рванул внутрь зала так, как никогда в жизни не бегал, и в первый момент просто оторопел. Нет, сцепка Джилл-Ланс имела место быть. Причем моя девушка находилась очень даже сверху. Сверху, ага. И раз за разом всаживала «ударный» кулак в безвольно болтающуюся морду этого гада, при этом что-то неразборчиво, но очень злобно шипя. Я ее еле от его обморочной тушки оторвал, обнял и начал бормотать что-то успокаивающее. Ужас же полный, когда твоя девушка плачет у тебя на плече, и между прочим, отчасти по твоей вине. Она через несколько минут малость подуспокоилась и шепотом сказала:

– Спасибо.

– За то, что спас? – неловко пошутил я.

– Почти, – она даже не улыбнулась. – За то, что не дал прибить этого урода.

А ведь надо было… Но отвечать за его смерть… Впрочем, есть у меня одна мыслишка…

– Джилл, слушай меня внимательно. После занятий я тебя встретил у спортзала, и мы ушли ко мне. И до утра не расставались. Понимаешь?

– Не совсем, но мысль не расставаться мне нравится, – и она жалобно шмыгнула носом.

– Вот и славно. Пошли ко мне, а этого урода, уходя из спортзала, ты только мельком видела, запомнишь?

– Легко.

Ну, дальше-то было дело техники. Наше родовое заклинание притяжения никто не отменял, да и отследить его при уровне техники в училище не представляется возможным. Так что будет Ланс когда очнется счастлив первому же кандидату на близкие контакты. А уж сообщить о его местопребывании и намерениях Грону, предпочитающему мальчиков – буквально за счастье. Совет вам да любовь, пареньки! И да, кто там у нас дежурный по отслеживанию камер? Найти прямо сейчас, и сделать так, чтоб запись шла только с момента появления в зале Грона. Остальное – лишнее.

Эх, как все училище помирало со смеху на следующий день! Запись-то их нежной встречи из спортзала мгновенно растиражировали и мало кто удержался от комментариев, в основном, естественно, злорадных. Что брошенные девчонки, что их обманутые партнеры, что конкуренты Ланса по пикапу, все проехались по его самолюбию. Да и с чего бы им его щадить? Ну, как же, наша девичья гроза, наш собиратель женских скальпов на деле предпочитает подставляться сам! А ведь как крутым мачо прикидывался! А мы ему так верили! А наша знайка Люффи, которой Ланс отказал когда-то во взаимности в грубой форме, изучая на пленке их орально-генитальный контакт даже подкинула веселящимся научный термин – катамит⁵, отчего радость курсантов возросла в разы. Некоторые, вроде Грона даже с предложениями к парнишке попробовали подкатиться. Нет, а чего собственно стесняться? Этому дал, так чем мы хуже? Деньгами не обидим, не бойся! Так что сам он написал заявление на отчисление, сам, добровольно. Я вот лично его не заставлял и даже не намекал. А не лез бы, куда не следует, не пришлось бы рыдать над сломанной карьерой. Напрасно ты собрался переходить мне дорожку, не любим мы этого. Не зря у нас на гербе изображены единорог и олива – это символ непобедимости рода и знак верности своим традициям. Так что это мне здесь учиться, и мне с Джилл спать, а ты уберешься в ту грязь, откуда вылез. Нет, не напрасно наш неявный родовой девиз звучит как у шотландского клана Чисхольм: «Feros ferio⁶».

Мы ничего не забываем.

И своего не отдаем.

А своего ли? Никак не могу до конца понять, как она ко мне относится. Вот вроде и все у нас хорошо, и никто другой ни мне, ни ей не нужен, а нет в ней той сумасшедшинки, которая бывает у влюбленных девчонок, уж мне ли не знать. И как только я перехожу со своими требованиями некую невидимую границу, она наклоняет голову и начинает смотреть на меня с каким-то нехорошим интересом. Я долго не мог понять, что в этом взгляде не так, случай помог. В увольнительной мы как-то в зоопарк пошли и вот там в клетке увидели обалдевшего от жары медведя. Несчастная животина стояла у стенки сараюшки и через равные промежутки времени билась о нее головой. Вот тут-то я и увидел тот самый взгляд, обращенный на пленника клетки. Не было в нем ни страха, ни любопытства, ни брезгливости. А потому что она его не боялась, и знать не хотела, с чего медведик бесится, и отвращения он не вызывал, а так, легкий интерес по типу «ишь, чего откаблучивает». И я понял, что когда я начинаю «играть мачо», то в ее глазах тоже выгляжу каким-то забавным существом, которое ведет себя необычно. Понимаете, не опасно, не противно, не неестественно, а именно забавно. И все мои требования или там угрозы воспринимаются именно как неважные игрища неважной особи, на которые сам бог наплевать велел. Так что, когда речь заходит о ней, нет у меня уверенности насчет своего. А хотелось бы.

Я, кстати, не сразу сообразил, почему она вообще мне приглянулась, только позже сумел для себя сформулировать: она нестандартная. Нет в ней большинства тех «кнопок», как у нормальных девушек, на которые можно уверенно давить, добиваясь результата. Она, негодяйка, не любит цветы, холодно именуя букеты вениками. Она не ест сладкого, презрительно называя пирожные «радостью для задницы». Она равнодушна к комплиментам, объяснив однажды, что «complément» по-французски – это дополнение. В которых она не нуждается. Она не занимается коллекционированием цацек из драгметаллов, преподнесенных поклонниками. Она плевать хотела на силовые попытки давления на себя, отвечая коротким и четким «нет», а то и вразумляющим ударом по головушке. Она не «покупается» на объяснения в нежных чувствах и даже наше родовое заклинание притяжения на нее не подействовало. Она вышла в финал нашего потока по покеру, что вообще не лезет ни в какие ворота!

Зато и плюсы обнаружились необычные. Не было в ней обожания до закатывания глаз Брэда Питта или еще какого Леонардо Ди Каприо. Не было желания во все сунуть нос и достать вопросами, она только плечами пожимала: не хочешь откровенничать – твое право. Не было бесцеремонности. Не было склонности к вранью. Не было необязательности. Не было нелогичности. Не было сверхэмоциональных попыток обидеться на что попало и закатить истерику на пустом месте. Не было намерений вытрясти из меня денег. Зато было одно такое умение, за которое мы готовы были ее и на руках носить, и что угодно сделать, лишь бы получить доступ к подобным шедеврам.

Когда однажды наша неразлучная троица ЛАПов – Люк, Арти и Пат припозднилась из увольнения и ожидаемо опоздала на ужин, вопрос о еде встал уже даже не ребром, а начал пугать нас призраком голодной смерти. Еще бы, так носиться целый день, не имея возможности хоть что-то зажевать! Галлоны кофе, перехваченные в автоматах, не в счет. А когда мы обозрели внутренности холодильной камеры, мысль о собственной безвременной кончине посетила нас ну очень быстро. Трупик неизвестной науке птицы сиротливо соседствовал с парой пакетов чего-то растительного. Когда-то растительного.

– На таком рационе мы быстро протянем ноги…

– Не протянем, надо просто взять то, что есть в наличии и приготовить.

– Вот это подыхающее разнообразие флоры? Я, конечно, очень люблю и уважаю полудохлую бамию, но не настолько, чтоб ее есть!

– И кто, кстати, будет готовить?

– А если девчонок попросить?

– И кто из них согласиться? И кто из них умеет?

– Вот и выясним заодно!

Выясняли мы недолго, потому что женским населением общежития были единодушно посланы по небезизвестному адресу, если, конечно, нам дверь вообще удосужились открыть. А вот она открыла, выслушала, внимательно посмотрела, сказала, что в принципе все решаемо и догнала нас при входе на кухню нашего блока. Осмотр холодильного агрегата вылился в вопрос:

– И чего так вопили? У вас же есть все исходники!

– Исходники у нас есть. Того, кто умеет с ними обращаться нет.

– Ну я, например, умею, при том, что у меня все нужное всегда с собой.

И Джилл гордо предъявила какой-то мешок с кучей подозрительных пакетиков и склянок.

– Это ты еще и приправы с собой понатащила?

– Балбес! Это не приправы, а специи⁷.

– А что, есть разница?

– А то!

И нам в процессе готовки прочли целую лекцию о том, чем различаются приправы, ароматические добавки, специи и смеси пряностей. Пока сыпались слова типа: анис, базилик, барбарис, ваниль, гвоздика, имбирь, кардамон, кориандр, корица, кунжут, куркума, лавровый лист, лемонграсс, майоран, можжевельник, мускатный орех, мята, орегано, паприка, пастернак, перец всеразличный (только его оказалось девять сортов!), петрушка, розмарин, тимьян, тмин, укроп, чеснок, шалфей, шафран, эстрагон, какие-то смутные ассоциации это у меня вызывало. Кто ж не знает чеснок, или, там, лавровый лист! Но вот когда речь зашла о более редких специях… Эти названия больше были похожи не то на заклинания, не то на ругательства на неизвестном языке. Аир, ажгон, амарант, асафетида, бадьян, гарциния, иссоп, калган, кервель, зира, кэроб, мацис, рута, сумах, тамаринд, фенхель, чабер, нигелла, семена чиа, шамбала… Я прямо себе так и представил, что Асафетида и Нигелла – имена злых волшебниц, не иначе, а Гарциния и Рута – добрых. Шаманство какое-то, чес-слово. Бабкины рецепты. Антинародные средства. Арти явно разделял мои опасения, потому что мрачно озвучил вывод:

– С твоей готовкой мы еще быстрее протянем ноги… потому что вульгарно потравимся.

– Меня учил готовить сам дядюшка Кью!

Ну, где-то в медвежьей заднице дядюшка Кью может, таки и фигура, а как по мне – обыкновенный местный повар. Но тут нас ждал сюрприз, готовила она и впрямь замечательно, тут дядюшке Кью, как и самой Джилл, надо отдать должное. Из куска мороженного мяса и кучки вялых овощей был сотворен прямо-таки шедевр, который мы смели буквально за пару минут. Дураков нынче немного, так что мы все трое не сговариваясь, начали аккуратненько выяснять, а как бы заиметь доступ к подобным же шедеврам на более-менее постоянной основе. Обломали нас мгновенно, жестко пояснив, что разовое спасение голодающих однокурсников никакого отношения к переходу на должность добровольной бесплатной стряпухи отношения не имеет. И иметь не будет. Пожрали и адью.

Я ведь только после этого и начал осаду. Тут уже даже не в еде было дело, хотя и мысль о кулинарных изысках вместо котлет с картонным вкусом из нашей столовой меня, не скрою, очень даже посещала. Но дело в другом. Как это так, трое самых востребованных мужиков Училища вьются вокруг буквально сами предлагаясь в обмен на вкусности, а она не ведется! Мы, за которых пол-общаги девиц чуть не дерется, нас игнорирует! И смеет вслух предполагать сомнительность наших… горизонтальных достоинств при обмене на ее кулинарные! А когда я попробовал возмутиться, в лоб спросила, с чего ей радоваться такому бартеру: я ведь намекал на кормежку в обмен на переспать? Какая-то проституточья психология во всей красе. Чего ж я себя так недорого ценю? Уела, зараза. И только через полгода осады сменила явное презрение на вялую заинтересованность. И только еще через пару месяцев согласилась на свидание.

Она даже любимый вид спорта себе такой выбрала, что я чуть со стула не свалился, когда узнал. Гонки на собачьих упряжках. Я-то по серости своей думал, ну что там сложного или непонятного? Запряг псинок в сани и езжай себе. Щазззз! Оказывается, дисциплины в современном ездовом спорте можно разделить на бесснежные и традиционные зимние⁸. На кой черт нужны бесснежные и явно нетрадиционные развлечения я даже после всех объяснений не понял, да, собственно, и задачи такой перед собой не ставил. А вот драгоценной моей в качестве любимого развлечения приглянулся именно спринт в категории СЕС1⁹: гонки собачьих упряжек с нартами на короткие дистанции менее сорока километров, где требуется четное (четыре, шесть, восемь, далее везде) количество собак. И на том как говориться, спасибо, что не многодневные гонки, а то бы я ее вообще на каникулах не видел.

Я еще удивлялся, откуда у народа такая любовь именно к подобным покатушкам, а она мне и поведала, что популяризации ездового спорта во многом способствовала история пса Балто¹⁰ – вожака упряжки, которая доставила сыворотку от дифтерии в пораженный эпидемией город Ном в 1925 году.

Кстати именно она рассказала о том, что слава несправедливо досталась и не тому человеку, и не тому псу. В смысле, что каюр Гуннар Каасен был, может, и неплохой, а вот человек поганый. К моменту всех событий жил тогда на Аляске норвежец Леонард Сеппала, занимавшийся разведением представителей породы хаски, которых он вывез из Сибири. Именно ему принадлежали и Балто, и знаменитый вожак его упряжки – Того. И если остальным участникам гонки досталось преодолеть в среднем по пятьдесят километров, то Сеппала с Того преодолели аж четыреста двадцать пять по льду залива Нортон, рывком приблизив доставку сыворотки в Ном. А тот, впоследствии знаменитый Каасен шел на предпоследнем этапе «доставки» и просто не стал будить финального погонщика. А прямо не дав псинкам отдохнуть ушел на последний перегон, мотивирую свою торопливость словами «время дорого». Ну, а когда всеобщее восхищение и слава обрушились на финальных «доставщиков», Сеппала пришлось отдать Балто Гуннару Каасену для всеамериканского турне. А вот когда общий ажиотаж поутих, турне закончилось и Каасену перестали платить за выступления, так он, недолго думая, спихнул Балто со товарищи в какой-то кошмарный зверинец в Лос-Анжелесе, где собачек держали на цепях и даже толком не кормили. Оттуда их уже выкупали всем миром и остаток дней собаки доживали в зоопарке Кливленда, где им наконец-то обеспечили нормальные условия.

А уж когда на каникулах она пригласила меня к себе погостить, я чуть дара речи не лишился. Куда нормальные люди стремятся на отдых? Я ведь предлагал на выбор: Таити, Карибы, Сейшелы, Гавайи, Бали, Пхукет, Санторини, да мало в мире ли мест с хорошей погодой, ласковым морем и нежным песком? А она меня в январе притащила (Вы не поверите!) на Аляску. В Анкоридж¹¹. Я еще в самолете чуял неладное, но на всякий случай помалкивал, потому как вроде неудобно оглобли разворачивать, если уже дал согласие на визит, но что-то мне подсказывало, не понравится мне это посещение, ой как не понравиться. Собственно, так и вышло.

Когда за калиткой коттеджа на Джилл молча кинулся белый волк, я думал, что это конец. Порвет и я даже квакнуть не успею, несмотря на всю подготовку. Всего-то и успел, что прыгнуть и немного сместить траекторию броска зверюги. Только когда она радостно взвизгнула «Гарт!» и сама начала обнимать это косматое чудовище, я сообразил, что это и была, видать, та самая обещанная страстная встреча с ее щенками. А щенки уже образовали круг, перекрывая нам дорогу. Щенки, маму вашу! Это какие-то телята с клыками. Мохнатые, молчаливые и… опасные.

А Джилл уже гладила каждого, не забывая ласково приговаривать: «Кэйн, как ты вырос, малыш! Фанг, опять Магнума задираешь! Вульф, не сметь кусаться! Шрек, Йен, а ну прекратили меня с ног сносить! Юнг, тушка жирная, завтра на тренировку, разъелся как кабан! Зак, Конг, запоминайте. Это не добыча! Это гость!»

И вовремя, а то двое из них уже с интересом обнюхивали мою филейную часть с явно гастрономическим интересом. Сожрут ведь, и объясняй им потом, что я гость, а вовсе не ужин.

А на крыльце нас в величественной позе поджидал…

– Слушай, а это вообще кто?

– Сэр Френсис. Мейн-кун¹².

– Не загрызет?

– Не боись, он такое не ест.

Судя по брошенному на меня презрительному взгляду, этот лохмастик с кисточками на ушах совершенно не собирался пробовать на зуб всякую гадость вроде меня. Зато собирался встать на задние лапы и обнять хозяйку, сообщая ей что-то на ухо хрипловатым мурчанием с преобладанием горловых, похожих на воркование звуков, среди которых превалировал «рррр». Ну и место. Собаки, похожие на волков, коты, похожие на рысей, на кого же здесь похожи люди?

На йети. Папаша её оказался здоровенным шкафообразным бугаем под метр девяносто, заросшим до глаз седой бородой. На родителя, что интересно, моя девушка среагировала куда менее эмоционально, нежели на животинок. Потянувшись, поцеловала в щеку, и обласкала словами: «майн либер фатер Вилли». На что тот снисходительно хмыкнул «уже в открытую парней домой таскаешь, Джилли». Мило.

На меня ее папенька глянул… оценивающе так, и, боюсь оценка вышла не слишком высокая. Но вслух он ничего не сказал, наоборот, погнал нас устраиваться и прогудел в бороду, что сауна готова.

– Что, банный майор¹³ вернулся?

– Этот вернется, как же, медовый месяц у него, видишь ли, в очередной раз, так что раньше, чем через пару недель мы его не увидим.

– Па, это в который раз? Двенадцатый?

– Шестнадцатый, и, как ты понимаешь, наверняка не последний.

– А ничего так, что у него отец всего неделю как умер? Неприлично в такой момент получать удовольствие!

– А ты за него меньше всего волнуйся, он может это делать и с отвращением.

– А я не за него волнуюсь. Но Волтек Фитка будет в ярости.

– И правильно. Потому что я больше этого озабоченного прикрывать не намерен, пусть ему дядюшка хоть раз мозги вправит, прописав «витамин Р», а то от этого любвеобильного идиота вреда больше, чем пользы.

Комнаты у нас оказались разные, хорошо, хоть смежные, а то с них стало бы растащить нас подальше друг от друга, и вот как бы я к ней через весь дом пробирался? Джилл посоветовала быстренько бросить вещи, ничего, кроме тапок и халата не брать, и показала мне дорогу к сауне, которая находилась в подвале дома. Ух, ты, как они тут все обустроили! В самой сауне одновременно может свободно находиться человек двадцать, а если чуток потесниться, то и все двадцать пять. Душ, инфракрасная кабина, бассейн! Кучеряво живут, как я посмотрю. И когда мы в очередной раз выскочили из стоградусной жары в ледяной бассейн, я вспомнил, что осталось мне непонятным:

– А «витамин Р», это что такое?

– Ремня ему давно пора выписать хорошего в профилактических целях, а то заигрался мальчик, забросив обязанности.

– А какие…

– Он в нашем питомнике на подхвате трудится. Ну как трудится, от случая к случаю. От бабы к бабе. Помощничек хренов…

– А что он…

– Да самые простые обязанности, не требующие мозгов, которыми его боги и без того обделили. Мытье полов, стен и окон. Чистка клеток и поддонов. Уборка вольеров и территории выгула. Выгул собак. Кормление. Выполнение медицинских назначений. Как-то так. Ему даже тренировок не доверишь, настолько косорукий. Только и умеет хорошо, что сауну раскочегаривать.

– А почему…

– А потому что это мой отец – заводчик хаски. А он так, принеси-подай-надоел-пошел к черту.

– Я так понял, что у вас племенной питомник…

– Нет! Хаски – это тебе не служебные собаки! Не розыскные и не охранные. Хаски именно что ездовые!

И чего так орать? Ну, ездовые, и что я теперь должен биться в истерике от восторга? Как по мне так от охранных собак пользы в разы больше. И от розыскных тоже имеется. А от хаски-то какая? Можно подумать, мы прямо все только и делаем, что на собаках передвигаемся.

– И какая именно радость от хаски предполагается? Чем другие собаки хуже?

Пришлось опять слушать лекцию. Гонки на собачьих упряжках подразделяются на несколько скоростных категорий. Семья Джилл уже четвертое поколение участвует в гонках в категории СЕС1, что подразумевает впряжение только сибирских хаски, и больше никак. Нет, понятно, что в свое время наиболее подходящими собаками для упряжек стали представители именно северных пород: хаски, маламуты, самоедские лайки, якутские лайки, гренладнские овчарки. Но рано или поздно должен был возникнуть вопрос: а кто эффективнее: «чистые» породы или метисы? И некоторые особо продвинутые каюры начали усиливать кровь ездовых псов путем примеси курцхааров, легавых и иных охотничьих собак в результате длительной и планомерной селекционной работы. Таким образом, приверженцы «чистой» крови соревнуются внутри классов СЕС1 (сибирский хаски) и СЕС2 (маламуты, самоеды). А все остальные брезгливо сосланы в класс OPEN (все остальные собаки, а также собаки без родословных). Остальные, вот как, угу. А ведь вы снобы, ребята. Собачьи, но снобы. То-то она так возмутилась, когда я простодушно спросил, и кто ж быстрее бегает, «чистяки» или эти, из «открытого» класса. Понятно, что полукровки, мог бы и не уточнять. Нет, я и сам сноб в некоторых отношениях, но так цепляться за чистокровность собак… непонятно. Попробуем перевести разговор на более нейтральную тему.

– А на цвет шкуры эта самая чистая кровь как-то влияет?

– Да не цвет, окрас¹⁴! В чем-то… да. Мы много лет выводим хаски практически исключительно белого и серебристо-белого окраса. Это… ну, фишка такая: белая упряжка Блэков.

Сами «черные», упряжка белая? Допустим. Но там же были…

– Да ну? А то я не помню, как ко на меня облизывались двое практически угольных сóбаков!

– Помнишь, правильно, потому что есть одно исключение. В честь фамилии у нас есть одна ветка, ведущая происхождение от того самого Балто. Ты видел его потомков, Зака и Конга, это дядя и племянник. Но мы их растим отдельно на развод, и никогда с белой породой не скрещиваем.

– А что так?

– Считай, благодарность или обычай рода. Это еще мой прадед по отцу однажды влип в крайне неприятную ситуацию. Давно дело было, в 70-е годы прошлого века. Он как раз начинал разводить ездовых собак и поехал в питомник договаривался о вероятной покупке хаски с хорошей родословной, вот заводчик и предложил им вместе с кобелем погулять и как-то друг к другу присмотреться. Так местные жулики его сдуру обчистить попытались прямо на прогулке с Кайзером и треснули по затылку. А Кайзеру это не понравилось, вот он одному грабителю ногу прокусил, а на второго сел и дождался, когда прадед очухается и копов вызовет.

– Ты ж говорила, они не охранные!

– А они и не охранные. Но даже временное сопровождение в обиду давать не приучены, порвут на фарш, мало не покажется. Так, давай уже одеваться, пора приводить себя в порядок и пойдем кормиться, сегодня праздничный ужин, и готовить будет сам дядюшка Кью!

Ну, посмотрим, что ж это за дядюшка такой, который теоретически так хорошо готовит…

А посмотреть было на что. Я почему-то представлял себе повара маленьким и упитанным, в цветастом фартуке, белом колпаке и с веселым розовым лицом. Это ж надо было так ничего не угадать, потому что Кьюби Монжо оказался высоченным тощим негром в бандане, на лице которого отражалась вселенская (не меньше!) скорбь. Он немедленно попытался загнать туда и нас, объяснив похоронным тоном, что на ужин мы можем не рассчитывать, потому что утка сегодня явно не удалась, рыба – суховата, а тачи¹⁵ так и вообще есть невозможно.

А ведь что-то интересное у меня в голове крутиться, связанное с его именем… слышал я что-то такое… Кьюби¹⁶… Лис! Ну, точно, лис-кицунэ! Это с чего бы человека так называть? Чай не в Японии…, а вовсе даже на Аляске, но это потом, а пока чем там кормить-то собрались?

Жареная утка с хрустящей картошкой, вау! И к ней махонькие крепенькие соленые огурчики. Нежные брюшки нерки в кляре с лимонным соусом, ням, объеденье. Экстаз нанайца. Спрашивается и чего возмущаться надо было? А, так это он так на похвалу напрашивается, как же я сразу-то не допер! Я, понятное дело, тут же выразил весь возможный мыслимый восторг. И немыслимый тоже. А то не похвалишь – голодным оставят. Кстати, понятно теперь, почему Джилл так готовит, ее не абы кто натаскивал, а воистину специалист. Ну, и в качестве местной экзотики нам достались те самые пресловутые тачи, соленые ласты¹⁷ и сольтисон по-алеутски¹⁸. Никогда бы не подумал, а ведь вкусно, хотя и странно. Вернее, непривычно. Но вкусно.

Джилл посмеялась и пообещала сводить меня через пару дней попробовать знаменитые чимигин¹⁹. Для полного так сказать врастания в местную кулинарную культуру. Ну-у… попробуем, что бы это слово не означало.

А вечером ее отец устроил нам «промывание мозгов». Я-то наивный, полагал, что вечерние посиделки у камина – это расслабленное такое времяпрепровождение, с напитками, с гитарой, на крайний случай с десертом… был неправ. Ее отец сразу взвинтил тем разговора, напрямую спросив, не намылились ли мы сдуру, случаем после училища попасть в Управление. Мы признались, что не отказались бы. И он нам кое-что объяснил. Нет, не рассказал, а именно что объяснил уже известные факты.

Давно уже ни для кого не секрет, что есть у нашей планеты параллельные вариации развития, что ли. Уж как их только не называли, но закрепилось официальное название – локации, в народе – «лепестки». Места, где развитие планеты пошло по другому сценарию. Да, не ко всем у нас есть доступ, только к тем, кто похуже нас развит. Те, кто добрался до более высокого уровня развития, разумно предпочитают с нами не связываться, и я их очень понимаю, не самые мы лучшие партнеры. Мы ведь точно так же брезгливо воротим нос от локаций с излишне агрессивным или просто опасным в смысле доведения планеты до полного уничтожения населением. Что они нам могут дать кроме проблем? Мы входы к ним и запечатываем. Стоит ли удивляться, что дорожки к нам так же запечатывают те, кого мы не устраиваем? Да ни разу. Но есть те, с кем наша локация… «дружит». Вернее, приторговывает. Вернее, осуществляет бартер. Общим решением передавать денежные знаки запрещено, да и много ли можно купить на абсолютно чужую на планете валюту? А вот обмен… бывает весьма выгодным. Не так у них и много того, что нужно нам, но экологически чистые экзотические фрукты локации З-81 стабильно пользуются высоким спросом. Или бальзамы с З-112, где вместо привычных нам лекарств изготавливаются исключительно жидкие лекарственные формы, причем намного более действенные, чем наши самые разрекламированные аптечные снадобья. А с З-17 доставляют по диким ценам амулеты, замедляющие старение, так они у наших актрисулек да бизнес-бабья уходят влет. С З-201 везут чай для старперов, зело полезный при импотенции. Если подумать, то список достаточно большой и торговля от года к году только набирает обороты. Я уж не говорю о «зеленых писунах», в смысле гринписовцах, которые «продавили» между землями обменный проект животинками, угодившими в Красную книгу. Вроде все замечательно, верно?

А тогда зачем существует Управление по контактам с локациями? Если просто для охраны, так на то есть армия, специальные охранные службы, которые, собственно и стоят в карауле вокруг входов в локации и охраняют. Целое Управление зачем создавать? Ах не знаете, так просветитесь: далеко не всегда и не все мирно в этих самых «лепестках». То война какая приключиться, то революция не приведи бог, стрясется, то эпидемия, то еще какая напасть. И начинают власть предержащие из локации N просить помощи у более развитых «лепестков». Тут-то и начинается самое интересное.

Вы никогда не задумывались о том, что у каждой страны ограниченный доступ к разным «лепесткам»? Локацию З-81, равно как и вывоз тех самых фруктов монопольно контролирует королевство Тайланд. А по локации З-2, наоборот, только ленивый погулять не успел, есть входы отовсюду. Вот и с нашей территории, например, далеко не везде можно попасть. Я вам больше скажу: во многие локации имеют выход несколько стран. А теперь представьте себе, что помощи и поддержки их правительства просят у представителей различных государств. Вот официальное правительство обратилась к нам, например. А оппозиция к Китаю, как вариант. И что получится?

А получится то, что зачастую схлестнуться придется не с местными феодалами, а с представителями кого-то неслабого и на нашей Земле. Нет, масштабно воевать никто не предлагает, что вы! Но устранить конкурентов, выкрасть свидетелей, организовать провокацию или еще как-то поработать на чужого дядю за очень неплохую плату тем, кто дергает за ниточки – именно этим и занимаются агенты Управления. И неважно как оно там за рубежом называется, хоть Бюро, хоть Офис, хоть Комиссия по контактам, суть-то одна. И по итогу засланцы двух, трех и далее везде стран делят сферы земного политического влияния в чужих локациях. Именно этим и предстоит заниматься вам. Вы уверены, что хотите этого, юные шпиёны? Вы не будете спасителями человечества, как вам объясняли. Вы не станете благородными поборниками справедливости. Вы предназначены чтобы таскать каштаны из огня для тех, кто хочет стать еще богаче. Обычные наемники, пусть и на государственной службе. Инструменты влияния. Разменные карты. А трупы, которые вы оставите за собой, дак это ж мелочи. Так, непредвиденные жертвы. Или предвиденные, но жизненно необходимые по ходу задания. Как там в песне было? «Мы мирные люди, но наш бронепоезд…» А, нет, лучше другое: «Кровью захлебнется тот, кто усомнится в нашем миролюбии, ибо милосердие наше беспощадно». Так вы готовы вымазаться в как правило невинной крови по шею? Или оставить по пути домой из чужой локации кого-то из сослуживцев, а может и себя?

Он не стал ждать ответа и ушел спать. А мы еще долго сидели у огня, не вполне понимая, как нам относиться к подобному откровению. Как-то я в первый раз задумался, а куда ж я лезу? В какую клоаку? Что-то надо мне поговорить с отцом, и чем быстрее, тем лучше.

– Как думаешь, из нас и правда сделают… инструменты?

– Похоже, да. Тебе списочек наших спецкурсов на следующий год на глаза не попадался? Там такие милые предметы, что очешуеть можно: «Способы ведения разведки», «Адаптация сознания к насильственным действиям», «Основы подрывного дела», «Военная альпинистика», «Определение принадлежности личного состава противника», «Способы оказания первой помощи», «Яды и противоядия», «Магия локаций»…

– И что?

– Я не знаю. Давай отложим этот разговор на потом, муторно мне как-то…

А потом стало не до разговоров. С утра следующего дня начались тренировки упряжки, а меня припахали к починке и изготовлению всеразличной собачьей сбруи. А ее оказалось ну просто немеряно! И ездовая шлейка²⁰, и ошейники²¹, и потяг²², и амортизатор²³, и привязь²⁴, и упряжь²⁵, и карабин²⁶. И добрая половина из этого делается или переделывается вручную. Эдак недолго и специалистом по гонкам на собаках стать. Но больше всего меня, пожалуй, добили яркие ботинки для собак. Я их раньше видел только на каких-то пошлых болонках или, не к ночи будь помянуты, полудохлых левретках, а крупная собака ну не должна иметь столь игривый предмет гардероба! Был неправ. Наоборот, при гонках на дальние расстояния и в экстремально низких температурах используются защитные ботинки, предотвращающие травмы подушечек лап. Даже у самых крупных собак. Ибо собака, сбившая лапы – балласт, а не помощник. Причем шьются они индивидуально под каждого собакена! А что они красные, ярко-голубые или салатовые оттенка «вырви-глаз», так это чтоб потерю сразу заметить и заменить. Все чудесатее и чудесатее…

А еще этот… ур-родственничек постоянно крутился вокруг моей девушки, вызывая сильное желание его удавить. Нет, ну что ж такое-то, а? Куда ни приедь, везде найдется кто-то желающий прибрать ее к рукам. Видел я, как этот троюродный гад, в смысле брат, на нее облизывается под предлогом помочь запрячь собак. Его бы воля, он и сам бы вместо собаки в упряжку запрягся, чтоб поближе к ней быть. А уж насчет соль-перец передать, так чуть не стоит над ней всю трапезу. Куртку подавать и то пытается, меня отпихивая. А в торец?

И ведь прогнать его нельзя, он в том же коттедже обитает, к Блэку-старшему в гости из России приперся! Никогда не любил русских, а тут скоро просто возненавижу.

Кстати, а откуда у нее взялись русские родственники? Джилл рассеянно ответила, что у нее мать русская, а Ванечка сын двоюродной сестры матери. Ванечка, значит. Что это еще за нежности? Господи, скорей бы уже каникулы кончились, а в Училище он мне не конкурент.

Джилл каждый день пропадала на тренировках и в результате таки вырвала победу в своем классе. Или правильнее класс назвать собачим? Короче пришла первой в короткой круговой гонке, но я пока ее ждал издергался незнамо как. Там у них с трассы и передачи изображения с камер, и рация у нее с собой, а все равно страшно. Видел я как одна упряжка навернулась, когда кто-то из собак запутался, видел, как нартами наездника по голове приложило. И как его с разбитой головой без сознания в госпиталь на вертолете увозили тоже видел. Ну что ж она за вид спорта-то себе нашла такой нервный для окружающих?

Последний вечер получился какой-то нервный и суетливый. Суетился дядюшка Кью, попеременно подсовывая нам то жаркое, то фирменный пирог с персиками, суетился сам хозяин дома, презентовавший дочери парку²⁷ из калана, а мне камлейку²⁸ с бахромой из чего-то прорезиненного, суетилась сама Джилл, забывшая выложить какие-то специально привезенные для дядюшки Кью специи, суетился даже (вот уж от кого не ожидал!) сэр Френсис под ногами у всех. И этот кузен русский и тот суетился, пытаясь всучить моей девушке какую-то дурацкую конструкцию вроде плетеных лыж для перемещения по рыхлому снегу. По-моему, только я сидел в каком-то оцепенении, отсчитывая минуты до момента нашего отъезда. Увезти. Увезти, а думать, как завещала Скарлетт ОʹХара, будем завтра.

И только уже в самолете я рискнул заговорить о том, что, похоже, представители ее семьи, что отец, что кузен этот русский меня не переваривают и получил задумчивое:

– Говорят, если Вас кто-то не переваривает, значит, он просто не сумел Вас сожрать…

Чую, о чем-то другом она сейчас думает. О грядущих спецкурсах? О будущем вообще? А и ладно, главное возвращаемся в Училище, а там ни отца, ни троюродного братца. Перемелется.

Проблема по возвращении в Училище нарисовалась там, откуда не ждали. У Джилл ожил тату-симбионт.

Вообще тату-симбионты были полезными. В смысле те, которые покупались, а перед этим выращивались на заказ. Они не были живыми, но не были и мертвыми. Квазижизнь, настроенная на определенного человека. Полуразумная полувещь, выполняющая определенные заказы носителя. Кто-то просил часы с дополнительными функциями, вроде считывания пульса, измерения давления и периодического снятия кардиограммы. Такой девайс сам посылал сигнал медикам, если показатели опасно «скакали» за пределы нормы, и носителя успевали спасти. Более сложные модели симбионтов могли и сами вколоть нужные препараты, если носителю становилось плохо. Кому-то симбионт служил ежедневником с функцией будильника. Кто-то предпочитал симбионт-идентификатор, чтоб раз и навсегда решить проблему с документами и платежными картами. Кто-то шел дальше и превращал девайс в коммуникатор с дополнительными функциями. Кто-то предпочитал симбионта-украшение. Одним словам, все выпендривались кто по делу, а кто в меру умения развлекаться. Симбионты жизнь украшали, улучшали, облегчали. Но было то, за что тату-симбионтами особенно дорожили, несмотря на их стоимость. Его невозможно было потерять при настройке на конкретного человека. Его нельзя было отнять. Ему не требовалась подзарядка, хватало телесного тепла. Они не ломались и не глючили. Они всегда работали для владельца. И служили, в определенном смысле показателем его социального статуса.

Только стоили уж очень недешево, и технологию их производства холдинг «Симбионт-плюс» охранял пуще секрета знаменитой кока-колы. И растили их не за пять минут. А от трех месяцев до года. А спрос-то никуда не девался. А раз так, быстро появился черный рынок. Да, тату-симбионта можно было купить и там, но… Видимо кому-то в свое время удалось своровать не все необходимые технологии и качество симбионтов с черного рынка оставляло желать лучшего. Нет, они работали, но как-то дискретно, через раз. А иногда срабатывали не так, как предполагалось, что тоже не радовало. Представляете, вам требуется препарат для понижения давления, а Ваш неисправный симбионт вкатит Вам средство для его повышения. И все, и помер, и сам виноват. Такие дела даже не всегда расследовались, что возьмешь с дураков, отоваривающихся бог весть где?

Но с Джилл ситуация сложилась совсем непонятная. Родинка на левой лопатке, которая до тех пор вела себя смирно, внезапно решила переместиться. Наши лекари только диву давались, глядя как небольшой сгусток… неизвестно чего путешествует под кожей. Мнения эскулапов сразу разделились от «мигрирующего паразита» до «неопознанной формы чумы». От их предположений у Джилл чуть истерика не началась. Хорошо, хоть начальник лазарета оказался мужиком сообразительным и сразу идентифицировал эту «заразу» как блуждающего тату-симбионта, после чего и начались проблемы. На Джилл Блэк не было зарегистрировано тату-симбионта. Запрос в холдинг «Симбионт-плюс» относительно блуждающего девайса у нее ничего не дал. Вернее, дал информацию, что для нее симбионта не заказывали. А откуда же он взялся? Представители лаборатории «Симбионт-плюс» появились буквально в считанные минуты после получения ответа на запрос (как они в Училище прорвались?) и потребовали возможность изучения девайса и носителя. Вердикт после осмотра был странным: так, навскидку, симбионт не «паленый», симбионт рабочий и почти стандартный, соответствующий всем требованиям холдинга, если не считать неких вероятных дополнительных функций. Однако у симбионта отсутствует серийный номер и данный экземпляр холдингом «Симбионт-плюс» не изготовлялся. Ни для кого.

Весело. Откуда он тогда взялся? От сырости? Происхождение тату-симбионта волновало, похоже, не только Джилл, не только исследователей из «Симбионт-плюс», но и наше начальство. Это правильно, ведь ситуация, мягко говоря, неоднозначная. Может, курсантке по-тихому симбионта-шпиона подсадили? А кто? И зачем? Или как с ходу заявили пришлые работнички скальпеля и микроскопа она его не иначе как нагло стянула из святая святых лаборатории холдинга? Так пусть их специалистам немедленно дадут возможность исследования в лабораториях «Симбионт-плюс» украденного девайса вкупе с вороватой носительницей!

Это они зря. Моя девушка буквально зашипела от ярости, да и наш директор оскалился как разозленная росомаха.

Сама Джилл с пеной у рта объяснила, что сколько она себя помнит, родинка была всегда, и если именно эти «Симбионты с плюсом» ей что-то подсадили без ее на то ведома и разрешения, то она им выкатит такой счет, что суд они покинут голые и босые за нелегитимные эксперименты над полноправными гражданами. Потому что, если она еще не разобралась со стоимостью физического ущерба от наличия на теле незнамо чего, то вот свой моральный ущерб она уже оценивает ох как недешево! Кто-нибудь кроме вас такие же девайсы делает? Нет. Значит ваши уши из этой подсадки торчат. А ежели серийный номер отсутствует, так это либо халатность, либо вредительство. Причем, второе вероятнее. Ей плевать на высокие цели любых незаконных экспериментов, но за свои косяки всяким там холдингам придется отвечать. И правозащитники вкупе с прессой ей очень помогут. Наш директор училища ее со страшной силой поддержал, весьма вовремя напомнив, что курсанты находятся под юрисдикцией государства в его лице, и не фиг тут всяким приблудным яйцеголовым м…м распоряжаться его подопечными. Ибо видал он их в … и крутил на … И выпер их из Училища к черту.

Нет, они потом всякие петиции и обращения писали, но все, чего добились – разрешения почитать (и то, как я понимаю, не полностью) отчеты комиссии, пригнанной со стороны. И правильно, и хватит с вас, а совсем охамели от вседозволенности. Мы уже потом поняли из-за чего «Симбионты» подняли такой крик. И рассказал нам майор Лэйн, один из военных медиков, принявших участие в работе присланной комиссии. Очень уважал он, как выяснилось, хороший вискарь, ну а для меня в отцовских погребах пошакалить и добыть бутылку «Clan MacGregor» не проблема. Все оказалось настолько прозаично, что странно, как мы сами не дотумкали. А он у нас спросил, откуда берутся симбионты? Выращиваются… Правильно, а откуда берется та самая квазижизнь для выращивания? Разводится… Из чего она разводится и почему только у одного производителя? Есть же еще… Ну, хорошо-хорошо, не трогаем брак с черного рынка, нормальная только у одного производителя. Дык, технологии… Ага, технологии. Да никакие технологии не помогут, если нет первоосновы! Того, из чего это вообще можно произвести! Вы не пробовали испечь пирог на самом совершенном кухонном оборудовании при абсолютном отсутствии продуктов? Или проехаться на крутейшей машине, не имея ни капли топлива? Или заняться полноценным сексом при полном отсутствии партнера? А вы попробуйте, я лично с интересом посмотрю, что из этого выйдет. Ах, заменители… Вот, теперь вы смотрите в корень проблемы! Поймите, только у единственного производителя есть правильная, полноценная первооснова! Никто так и не сумел докопаться откуда «Симбионты» добыли ту самую основу (закваску? прототип?) квазижизни, но без нее не будет нормальных симбионтов от слова совсем. И только у них она сбалансированная и подчиняющаяся носителям, а этим чернорыночным деятелям, похоже, досталась какая-то бракованная субстанция, тот самый заменитель, из-за чего их девайсы ведут себя непредсказуемо. Потому «Симбионт-плюс», и монополисты. Потому на их продукцию и цены заоблачные. Потому и плевать им на конкурентов, изготавливающих «хромые» и ненадежные изделия.

Но вот появление неучтенных, но стабильных симбионтов со стороны – этот повод бить тревогу. Потому что вариантов не так уж много, как вам кажется. Их ровно три, и один другого гнуснее.

Первое: это изделие с черного рынка, но доработанное по неким новейшим технологиям, потому и работает как честно сделанное тем же самым холдингом. С натяжкой, но допустимо, и предполагает поиск шибко удачливых «теневых» изготовителей. И впрямь, пускай ребята-«Симбионты» делом займутся, полиции помогут.

Второе: кто-то проворовался в самом холдинге. Это уже вопрос их внутренней безопасности, пусть его там внутри себя и решают. Хотя все равно остаются вопросы, главный из которых, почему симбионта подсадили именно ей, а не кому-то еще. Но это еще неплохой вариант.

Третье и самое неприятное: это «дикий» симбионт. Где-то обитал, а потом ему стало скучно и решил он на курсантке прижиться. А для монополистов это плохой знак. Если эти поганцы откопали когда-то некую субстанцию и научились ее искусственно выращивать, так и подобных мест появления субстанции может быть не одно и не два. И даже не три. А просто водятся они где-то, и, если это место или местá вычислить, конкурентов по выращиванию симбионтов мгновенно набежит как при раздаче денег на халяву. И прощай монополия, прощай доходы! А, значит, им для начала нужно перелопатить все места, которые носитель могла посетить до момента появления родинки-симбионта. Этот список мест очень коротенький, охватывает первые три года ее жизни, и мы им его сразу передали. Но им же мало! Им желательно понять какими отличиями обладает конкретно этот «дикий» симбионт. А вдруг он круче их стандартного? А вдруг производство таких моделей будет выгоднее? А вдруг можно будет придавать симбионту новые качества? А вдруг самовольное проникновение на носителя означает наличие у них хотя бы зачатков разума, и послушные симбионты могут стать прекрасным козырем в случае как промышленного, так и военного шпионажа, диверсий и ликвидаций, да мало ли что можно придумать! Главное получить доступ и изучить. А подобное изучение невозможно без носителя. Вы меня поняли, курсанты?

Мы так поняли, что я буквально заблажил что-то из серии: «Не отдам! Убежище! Бункер! Программа защиты свидетелей!»

Майор только фыркнул. И прямо пояснил, что курсант Блэк не тянет на ранг свидетеля. Потому что свидетеля чего? И в бункере сидеть не согласится. Или как? Глядя на отрицательно мотающую головой Джилл, я понял, не согласится, а вовсе наоборот, станет брыкаться изо всех сил.

– И… что делать?

– Стать тем, кто по своему статусу является неприкасаемым для всяких там холдингов.

А это значит, что Управление для нее становится не просто желательным, а жизненно необходимым местом службы. Это плохо. А еще это значит, что изучать ее симбионта до молекул будут уже военные медики и дай бог, чтоб в нем ничего потенциально опасного не оказалось. Иначе дело закончится и впрямь лабораторией, но теперь уже в бункере у наших вояк. А вот это уже очень плохо.

Однако результаты изучения оказались вполне утешительными. Ее тату-симбионт вел себя вполне прилично, вернее особо не отличался от стандартных, со встроенными функциями часов, календаря и будильника. Правда, одна дополнительная функция оказалась уж очень необычной и где-то даже пикантной. Если он определял ситуацию как опасную для носителя при личном контакте, симбионт мог впрыснуть потенциальному противнику парализатор. А на расстоянии до семидесяти сантиметров мог угостить ее собеседника ядом. Страшноватенькая особенность, если вдуматься. Но полезная…

А раз особенность полезная – должна быть поставлена на службу Отечеству! И Джилл получила четкое и недвусмысленное задание – приручить симбионта. Как именно его приручают, объяснить не смог никто. Но задача поставлена – задача должна быть выполнена. Симбионт должен что? Сидеть неподвижно по команде «смирно!», ползать по сигналу «пошел!», и ядом плевать при слове «фас!». Как по мне, так они симбионта с собакой перепутали, не иначе. Сам симбионт, естественно, в гробу видал любые приказы. А в результате Джилл пришлось заниматься ежедневными медитациями и уговорами симбионта посидеть смирно, или, наоборот, переползти именно во-он туда. Как-то путем проб и ошибок они с медиками даже установили, чем именно нужно намазать соответствующую часть ее тела, чтоб симбионту на ней было оставаться комфортнее. Или вкуснее, этого так никто и не понял. Главное – результат: перемещение тату-симбионта оказалось возможно контролировать. Курсант Джилл Блэк даже при наличии столь неоднозначного девайса получает право продолжить учебу.

Южный ветер

Миленький ты мой,

возьми меня с собой,

Там, в краю далёком

буду тебе сестрой…

– Ты чего такой мрачный?

– Результаты видела? У нас одни из лучших показателей в Училище. Есть шанс на отборочных соревнованиях в Управление к «ангелочкам» попасть.

– Так это ж замечательно! Будем вместе работать!

– Вместе, да… Не дели шкуру неубитой скотинки, туда еще надо вместе попасть, это, во-первых. А во-вторых, даже если попадем, весь вопрос в том, в какой отдел нас могут направить.

– А что не так с отделами?

– А то, что нас могут разделить. И окажемся мы конкурентами, обязанными сражаться друг против друга на заданиях.

Эээ… как-то не так я себе представляла работу Управления. Неужели для выполнения задания следует удавить не противника, а своего же сослуживца? В чем высший смысл? Зачем?

– Зачем, зачем, традиция такая. Слушай, если один из нас туда не попадет, давай вдвоем откажемся и вместе попросим перевод в более спокойное место?

– А тебе не кажется, что ты рановато задергался? Предлагаю вернуться к этому разговору после отборочных. Действительно, еще ничего не решено, а ты уже панику развел.

– Панику, не панику, а что-то тревожно мне…

Свиток 2

После отборочных нас все-таки взяли в Управление! Ура!!! И теперь самое интересное – куда мы попадем. В Управлении три отдела: отдел А – аналитики (analysts), отдел Ф – боевики (fighters), отдел И – внедрители (implementers). И нефиг ржать не по делу! Просто непонятно иначе как их называть. Уж какие только варианты названий в свое время не предлагались! В ход пошли слова seepage, рenetration, infiltration²⁹. Ага, просачиватели, проникатели, пенетраторы, инфильтраторы, обхохочешься же, ну. А так – внедрители. По-тихому внедрились, сделали свое дело и так же тихо испарились. Подобное название, кстати, дало возможность назвать Управление в разговорах удобной аббревиатурой АФИ (AFI). И подборка в отделы была ой какая жесткая без скидок на пол и возраст.

Из выпуска нашего потока в Управление прошли пятеро: Пат, Альша, Яринка, Люк и я. Только вот дальше нам пришлось разделиться. Ожидаемо, хотя далеко не все были согласны со своим назначением в тот или иной отдел. Чуть не все будущие агенты пытались назначение «переиграть». Кто б им дал такую возможность…

Вот, например, Альша, эх, и повезло же девчонке с внешностью! Метр восемьдесят три, те самые модельные 90–60–90, огромные глаза цвета ночи, длинные черные волосы, красавица необыкновенная! Все при ней. Только… Слишком красивая. Слишком яркая. Слишком приметная. Слишком. Если ее куда-то засылать – заметят в секунду. А, значит, демаскировка. И дорога ей оказалась в боевое подразделение. Способна отлупить почти каждого из своих боевых напарников, уступая в силе только командиру. В общем, обидеть Алю может каждый, не каждый может убежать. Так что, за такие заслуги через год стала замом подразделения и носит ныне гордое прозвище – Шарк³⁰. Боевики… они вообще крутые перцы. И прозвища «лепят», отталкиваясь от способностей бойца. Тик, например, может надолго «сковать» ближним боем противника и измотать в схватке кого угодно. Фер, умеющий просочиться чуть не в игольное ушко, Хедж, через блоки которого при атаке черта с два пробьешься, Моль, способный подкопаться куда угодно и взорвать все, что может взорваться в принципе, и даже то, что взорваться в принципе не может, Хог, выносящий при атаке не просто двери, а даже стены, Вуди, великолепный снайпер, Хиппо, незаменимый при проведении операций на воде и Бив, штатный медик-палач. Пата взяли к ним как специалиста по амулетам, присвоив кличку Касс³¹. И напрасно он пытался дуться на «мирное» прозвище, этот птиц в свое время вообще был внесен в книгу рекордов Гиннеса как самое опасное пернатое планеты. Главным у боевиков Свифт³², не зря так прозванный за скорость мыслей и передвижения.

Или вот Яринка, та тоже отличилась: будучи из семьи потомственных бодибилдеров такую мускулатуру себе накачала – умереть, не встать. А если учесть, что на полностью депилированной черепушке еще и татуировку по молодости сделала в виде открытого мозга – не заметить такое в принципе невозможно. Представляете: на смуглой коже головы в красно-охряном цвете от бровей до затылка представлены и продолговатый мозг, и задний мозг, включающий в себя мост и мозжечок, и эпифиз, и средний, промежуточный и передний мозг, представленный большими полушариями. И распределили ее в отдел аналитиков. Сидит теперь на задней местности, мозгом работает, что своим, что татуированным. Ну, Люку-то изначально дорога было в аналитики, такую соображалку надо беречь, холить и лелеять, и ни разу не гонять на операции. Там у них тоже в ходу прозвища, но «танцующие» от различных частей организма. По-научному это называется синекдоха: когда целое называется по части. «Слышь, ты, Ухо!» Яринке еще повезло с кликухой Скал, у остальных «мозгачей» такие наименования, что хоть стой, хоть падай: Элбоу, Ни, Фист, Темпл, Лип, Нэйп, Хил, Чин, Нэк. Люка вон вообще Футом³³ обласкали. Самое смешное, что при «маркировке» четко отметили именно что выдающиеся части тела. У Люка-то размер копытца и впрямь несколько того… здороват. А Фиста можно хоть сейчас выставлять на соревнования по армрестлингу. А на подбородке Чина можно уместить все наше управление, и еще останется место для начальства. Ну, а Лип, он и есть Лип – такие губешки только на холодец пускать.

А вот при подборке агентов в отдел И кроме хорошей подготовки требовались еще и определенные внешние данные. Никаких особых примет, вроде несводимых шрамов, родинок, татуировок, никаких отклонений от среднестатистических параметров, никаких вживленных имплантов. Ничего, по чему можно впоследствии кого-то опознать. Даже очень смуглых отказывались брать, уж не говоря о, например, неграх. Нарисовать дополнительный цвет или временно увеличить губы завсегда проще, чем пытаться высветлить кожу на несколько тонов.

Так что в отделе внедрителей мы все… средние. Среднего роста, средних параметров и без особых примет. И для самых сложных случаев начальство могло пойти на то, чтоб навесить матрицу внешности. А то и расщедриться сразу на психомаску. Меня саму-то еле-еле в отдел И взяли. А все мой тату-симбионт. Он имеет привычку в расслабленном состоянии хаотично перемещаться по телу. Может прикинуться браслетом. Может шрамом для отвлечения внимания. Может «вылезти» как родимое пятно где угодно. Может вообще не показываться. Может в случае опасности плюнуть ядом. Только после долгих объяснений, что у меня есть вариабельная примета и одновременно скрытое оружие удалось прорваться в отдел.

А кроме внешних данных, нужны были и актерские способности. И у внедрителей прозвища часто «привязаны» именно к внешнему образу. Вот, например, Банни способна сочетать амплуа³⁴ влюблённой, проказницы, клоунессы (дуры) и травести, Стар, при необходимости варьирующая поведение от куртизанки до матроны, и от злодейки до подруги, неразлучная парочка обаяшек Сил и Дольф, прозванных «штатными соблазнителями» и способные изобразить кого угодно, хоть героя, хоть интригана, хоть моралиста, хоть самого императора с семьей. При этом Банни, несмотря на невинно-глуповатую и вообще восторженную мордашку – наш лучший химик. Если надо замутить какое зелье – это к ней. Вместе с Оттом (амплуа – сумасшедший ученый, по жизни – медик группы), такое наваяют, что, либо полгорода в дурмане лежит, либо в том же составе радостно присягают новой власти, было дело, довелось посмотреть. Стар, в свою очередь, лучший стрелок группы. Как по мне, ей хоть плевательную трубочку дай, она и жеваной бумагой куда надо попадет, что уж говорить о профессиональном огнестреле. Сил с Дольфом, несмотря на склонность к постоянным розыгрышам и проказам – «неубиваемая» боевая двойка, владеющая всем, что может принести смерть хотя бы в теории, но особенно уважающая холодное оружие. Чип – наш главный артефактор, способный по моим подозрениям сотворить вечный двигатель из пары дощечек и колеса от велосипеда, Хэм, похожий на пожилого всеобщего дядюшку, наш менталист, Лам, прикидывающаяся немолодой неуклюжей опекуншей, на самом деле – врач-допросник высшей категории, и Спай³⁵, названный так за способность подняться хоть по отвесной стене и проникнуть куда угодно. Ну, и наша командир – Маг. Не в смысле маг, а в смысле magpie – сорока. И не надо кривиться: именно сорока считается одной из самых интеллектуальных птиц. А что до ее болтливости… так у нее и специальность такая нестандартная – «говорун»: разговорить и заставить проболтаться может даже немого, подкинуть информацию так, что никто и не поймет, что тебе ее насильно в уши надули, раздуть сплетню, заставить своим стрекотом свернуть с дороги особо нервных и не допустить некой нежелательной встречи, заморочить собеседнику голову до полного забвения того, что он изначально собирался предпринять – с этим лучше Маг никто не справиться.

Ну и мне поначалу «прилетело» такое прозвище, что хоть начинай убивать всех окружающих…

Они меня пытались звать Пусси (вот дался им мой разрез глаз³⁶ и умение мягко приземляться на лапы во время спаррингов!), и скандал я обеспечила мгновенно, наотрез отказавшись именоваться какой-то гнусной плюшевой игрушкой! Или той самой частью женского тела. Вплоть до ухода из Управления. А поменять его я их буквально заставила после первого же «выхода» на задание. Тогда по всем прикидкам и разработкам «мозгачей» наша группа вполне могла выполнить задание и вынести затребованный предмет – заговоренную нефритовую кандзаси³⁷ из Хранилища. Могла, но… в Хранилище обитал Вечный Страж. Один из таких вот условно-живых артефактов древности. Нет, материализовывался он в случае внешнего проникновения как вполне живой охранник, мог периодически даже попить-поесть, ну, и остальное там, по мере надобности. Зато с одним из проникнувших расправлялся как вполне себе мертвый, в смысле абсолютно неуязвимый. А порталом в Хранилище прыгнуть не получится, связка пол-потолок по типу «банка» не пустит. По нашим прикидкам и опыту предыдущих интересантов проникнуть внутрь Хранилища могли только через дверь и только двое. А вот выйти – только один. Была у Стражей такая крайне неприятная особенность – не стабилизироваться обратно в условно-мертвое состояние без жертвы. Потому и не ходили вороватые «герои» туда в одиночку, а всегда исключительно со смертником, дабы подкормить ненасытную охрану. И то, бывали случаи, когда оба там оставались, видать, Страж за время ожидания нарушителей мог сильно оголодать.

Так что проникнуть было можно, но кем-то пришлось бы пожертвовать. Либо Хэмом, либо Стар. Потому что только они могли задержать Стража, пока напарник ищет заказ. Хэм мог его на время остановить, блокируя нужные импульсы в мозгу охранника, но не имея при этом возможности покинуть Хранилище. Стар могла заставить его забыть о долге в своих… ммм… объятьях, давая напарнику хороших минут пять-десять на кражу и отход, но очухавшись, он бы по любому ее ликвидировал. Нет, капсулы «последнего шанса» мы все перед «выходом» вживляем, но идти на верную смерть… не самое приятное занятие. А еще менее приятное – сидеть и слушать предварительное обсуждение своих же соратников кого именно, тебя или собрата собираются отправить подыхать во исполнение приказа начальства. И мнение медленно, но верно склонялось отнюдь не в пользу Стар, что, в общем-то, понятно: проще найти очередную… ммм… куртизанку, чем другого ментальщика. И перспектива влегкую потрахаться с неприятным партнером перед кончиной от его же руки тоже не может радовать. Слушала я их, слушала, и тут меня как черт дернул влезть со словами, что все можно сделать по-другому и жертвовать никем из наших не придется. Потому что практически любую проблему можно «развернуть» другой стороной…

Верить мне не хотели, и сначала чуть не отмахнулись, как от назойливой мухи. Но быстро сообразившая, что это ее практически единственный шанс выжить Стар настояла на том, чтоб новичка хотя бы выслушали. И через долгое время торговли мы перекроили весь план. Идея-то была простая как одноразовая салфетка: а кто вообще ограничил количество проникших в Хранилище? Ах, двоих после долгих усилий пропустит зачарованная дверь. А других вариантов, что, прямо совсем не существует? Откуда такая уверенность? Что и потолок и пол уже признаны невзламываемыми? И окон нет? А покажите собственно план этажа, где расположен объект проникновения, глядишь, что и надумается…

И надумалось. Первой парой через дверь пошли Чип и Хэм. Пока наш менталист блокировал проявившегося Стража, Чип с помощью снаряжения рыскал в поисках заказанного украшения, ну или зачем там эта самая шпилька может использоваться. Одновременно в хранилище пробивался Свифт, волоча за собой связанного местного жителя. А поскольку ни пол ни потолок снаружи не поддавались, они просто переместились порталом внутрь стены и пошли к тому месту, где Чип первым делом заложил небольшой заряд пластита³⁸, чтоб образовалась возможность для проникновения. Свифт, доставив жертву, так же через пролом в стене и ушел обратно, не поленившись завалить пролом за собой. А Чип и Хэм, найдя искомую дзифу, выскочили через дверь, оставив очнувшегося Стража наедине со смертником. Так что все у нас получилось, и никто из команды не пострадал.

На «разборе полетов» было задано ровно три вопроса:

– Почему внутри стены?

– Потому что пол и потолок – монолиты. Да еще и зачарованные на проникновение снаружи так, что комар не проскочит. А вот стены… по плану получалось, что они как раз строились в два приема с полостью внутри, заваленной всякой щебенкой и иже с нею. И охранные заклинания накладывались после завершения строительства, в смысле только снаружи. И никто до сих пор не сообразил, что как раз стену и можно вскрыть изнутри, что дало возможность не просто проникнуть в Хранилище дополнительному оперативнику, а еще и протащить с собой нужную жертву.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «ЛитРес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на ЛитРес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.

Примечания

1

Половина. В данном случае – брак с «урезанными» правами и обязанностями.

Вернуться

2

Свиток – 1. полоса бумаги, пергамента или иного писчего материала, свёрнутая в трубку.

2. старинная рукопись, свёрнутая в трубку.

3. перен. длинная цепь, череда событий, впечатлений, мыслей и т. п.

Вернуться

3

Black (англ.) – черный.

Вернуться

4

Vile (англ.) – мерзкий, подлый, гнусный, отвратительный, гадкий, омерзительный, поганый.

Вернуться

5

Оказывается, начиная с Эпохи Возрождения мальчиков и юношей, предлагающих услуги мужской проституции, в Европе называли катамитами (производное от Ганимеда – молодого возлюбленного Зевса).

Вернуться

6

Feros ferio (лат.) – «Я жесток с жестокими».

Вернуться

7

Приправы придают пище только определенный вкус – соленый, кислый, сладкий, горький и их сочетания – кисло-сладкий, горько-соленый и т.д. Пример приправ: томатная паста, болгарский перец, аджика. Ароматические вещества дают пище только аромат, например, роза, какао, иланг-иланг, жасмин. Пряности (специи) же сообщают пище аромат в сочетании с характерным привкусом, заметным особенно при нагревании. А уж какие бывают смеси: Беребере, Букет Гарни, Гарам масала, Кантонская соль, Карри, Самбаар Поди, «Хмели-Сунели», «Пять Специй», Сванская соль, Рас Эль Ханут, Панчпоран, Чана Масала, Чермула, Усяньмянь…

Вернуться

8

Бесснежные (off-snow или драйленд) гонки отличаются от традиционных зимних (гонки по снегу). К бесснежным относятся: картинг – гонки собачьих упряжек с картами (специальные тележки), байк-джоринг – гонки велосипедистов с собакой, каникросс – гонки бегунов с собакой, скутер – гонки спортсменов на самокате с собаками (от 1 до 4-х). К зимним относятся: гонки собачьих упряжек с нартами на различные дистанции, включающие спринт (4 собаки, 6 собак, 8 собак, неограниченный класс), среднюю дистанцию 40-100 км, длинную дистанцию свыше 100 км и многодневные гонки; скипуллинг – гонки лыжников c собаками (от 1 до 4-х), запряженными в пулку (маленькие сани), и скиджоринг – гонки лыжников с собаками (от 1 до 2-х).

Вернуться

9

В зависимости от гонки обычно есть несколько скоростных категорий, обычно они обозначаются СЕС1 (сибирский хаски) СЕС2 (маламуты, самоеды) и класс OPEN (все остальные собаки, а также собаки без родословных).

Вернуться

10

В январе 1925-го года в этом приснопамятном городе началась эпидемия дифтерии. Из-за погодных условий ни суда, ни самолеты не могли добраться до Нома. Ближайшая сыворотка была в городе Анкоридж, в почти двух тысячах километров от Нома. Несколько детей умерло, остальные были в тяжелом состоянии, болезнь передавалась очень быстро. Отчаявшийся городской доктор Куртис Велч попросил помощи в открытом радиоэфире. Сначала сыворотку привезли поездом из Анкориджа в Ненану. Но это была лишь половина пути, от Ненаны до умирающих детей Нома было 1085 километров бездорожья и снежных завалов. Единственным выходом из этой ситуации оказались собачьи упряжки. На предпоследнем участке пути драгоценный груз достался норвежцу Гуннару Каасену. Во главе его упряжки был молодой черный хаски Балто, он работал "тяжелогрузом" – собакой, перевозящей ящики и мешки в пределах города. Балто не был скоростной собакой и у него не было опыта забегов на большие расстояния. Тем удивительнее, какой героизм проявил Балто в этом забеге. Буран залеплял лицо и глаза, порывы ветра были такой силы, что упряжка несколько раз переворачивалась и погонщику приходилось останавливаться и распутывать собак. В один из этих раз посылка выпала из нарт и потерялась в глубоком снегу. Несмотря на метель, Гуннар раскопал снег и нашел сыворотку. Следующую часть пути он шел рядом с упряжкой, чтобы хоть как-то облегчить псам задачу и не нагружать их своим весом. Температура опустилась до -51 С. Собаки замерзали и падали, Гуннар обрезал постромки упавших собак и продолжал идти дальше. Из-за плотного снега и ветра они разминулись с упряжкой, которая должна была сменить их. До Нома оставалось еще 34 километра. Гуннар потерял ориентацию, метель не позволяла разглядеть дорогу. Он выбился из сил и замерзал. Теряя сознание, погонщик лег на нарты. Балто понимал, что от него зависит жизнь хозяина и старался изо всех сил. Он вывез упряжку к Ному 2 февраля в 5:30 утра. Эпидемия была взята под контроль в течение недели. А это событие получило название Великая Гонка Милосердия. История пса-хаски, который помог каюру Гуннару Каасену найти путь в снежной метели, получила огромный резонанс в СМИ. Упряжка совершила несколько турне по всему США, а сам Балто стал национальным героем – в Нью-Йорке ему был установлен памятник.

В память об этой Гонке милосердия в Номе стали регулярно проводиться состязания, привлекающие множество поклонников как ездового спорта вообще, так и истории о героическом псе в частности.

Вернуться

11

Анкоридж – город в США, расположенный в южной части штата Аляска. В Анкоридже проживает свыше 298 тыс. человек, это самый северный город в США среди городов с населением более 100 тысяч человек.

Вернуться

12

С английского название этой разновидности домашних кошек переводится как «мэнский енот», то есть енот из американского штата Мэн. Эти мускулистые кошки, похожие на рысь, вполне могут заменить собаку. Они так же любят прогулки и подвижные игры, да и в размерах не уступают: взрослый мейн-кун весит 12-16 кг и при этом не страдает ожирением. А об остром уме, благородстве и хороших манерах кошек этой породы уже ходят легенды.

Вернуться

13

Банный майор – игривое выражение финского языка, обозначающее в шутку начальника бани. В его обязанности входит разогрев бани, следить за наличием дров и воды.

Вернуться

14

Согласно стандарту, окрас сибирского хаски может быть практически любой: от чёрного до белого, с отметинами и полосами по всему туловищу. Наиболее популярными являются черно-белый и серо-белый окрас. Реже встречается коричнево-белый и палевый, пиболд (пятнистый) окрас. Чистый чёрный, коричневый (без белого) и чисто белый окрасы крайне редки, но не являются дисквалифицирующими. Типичным, хотя и не обязательным, является наличие маски вокруг глаз (чёрной или белой) и двойной вертикальной полоски на лбу у основания носа.

Вернуться

15

Тачи – лопатки морского котика. Лопатки слегка подсаливают, натирают чесноком и перцем. Ставим их в духовку на противне. Минут через 20-30 можно есть. От обычного мяса отличается очень нежным вкусом. Нет ни жил, ни прочих атрибутов обычного мяса. Цвет темно-коричневый.

Вернуться

16

Кьюби – Кицуне (яп. лис) или лис. В мифах говорится, что лис способен менять свою форму, жить долго и использовать магию. Считается, что количество хвостов зависит от продолжительности жизни лиса, когда один хвост приобретается за каждые прожитые 100 лет жизни. С возрастом их сила тоже увеличивается, и к 1000 лет и девяти хвостам, лис достигает почти божественной силы.

Вернуться

17

Ласты нерпы, котика обрезают по первый сустав. От шкуры не очищают. Укладывают в бочку, заливают крепким тузлуком (соляной раствор), ставят под гнет. Если их нужно заквасить, то соли используют не много. Есть можно через пару месяцев. Котиков забивают в основном молодых, мясо у них рыбой почти не пахнет.

Вернуться

18

Из нерпы, котика извлекают желудок вместе с пищеводом. Выворачивают, соскабливают слизь и прополаскивают. Выворачивают в изначальное положение. Надувают, завязывают, вывешивают на ветерке. В высушенный желудок укладывают слоями юколу и нерпичий жир. Жир нарезают полосками. Завязывают и вешают в погребе. Через 2-3 месяца юкола пропитывается жиром, становится мягкой и готова к употреблению. В этих же желудках квасят и ластики, также добавляя нерпичий жир. Вообще-то перетопленный нерпичий жир при нормальной температуре остается жидким как растительное масло.

Вернуться

19

Чимигин – (алеутские «семечки») моллюски. Морские улитки диаметром от 1 до 2,5 см. В прибойной полосе ими усыпаны все камни. Берется железная посудина, засыпаем в нее улиток, набирается тут же морская вода, варим их примерно 3-5 минут. Самое главное: нужна иголка, шило или что-то наподобие, чтобы выковыривать их из раковин. Похоже на мясо краба или кальмара – это уж кому как. Очень вкусно. И занятие на долгое время. Дети просто в восторге, когда им на берегу моря сваришь этих «семечек».

Вернуться

20

Ездовая шлейка – специальная часть собачьей экипировки, посредством которой можно контролировать животное.

Вернуться

21

Обычно используют капроновые ошейники-полуудавки, с помощью которых пристегивают собак в одном ряду.

Вернуться

22

Потяг – амортизирующий трос, крепящийся к упряжи (при работе нескольких собак).

Вернуться

23

Амортизатор – это элемент, устанавливаемый на начале основного потяга, который снижает ударные нагрузки на тело собаки, позволяя ей без последствий для здоровья совершать рывки и прыжки.

Вернуться

24

Привязь – это вспомогательный потяг для зацепления упряжки за дерево и столб во время остановки или перед стартом, часто дополняемый двойным карабином или иным устройством для быстрого отцепления.

Вернуться

25

Упряж – конструкция, объединяющая пристегнутые к шлейкам потяги и крепление к нартам.

Вернуться

26

Карабин – это удобный защелкивающийся замок, с помощью которого шлейка пристегивается к потягам, соединенным с нартами, пулкой, скутером или иной нагрузкой.

Вернуться

27

Парка – длинная глухая (без разреза спереди) одежда из меха морского котика, калана, птичьих шкурок.

Вернуться

28

Камлейка – глухая непромокаемая одежда из кишок морских животных с рукавами, глухим закрытым воротом и капюшоном (прообраз европейской ветровки, надевается поверх парки). Края капюшона и рукавов затягивали шнурками. Парки и камлейки украшали вышитыми полосами и бахромой.

Вернуться

29

Просачивание, проникновение, инфильтрация.

Вернуться

30

От английского shark – акула.

Вернуться

31

От английского tick – клещ, ferret – хорек, hedgehog – ёжик, mole – крот, hog – боров, woodpecker – дятел, hippopotamus – бегемот, beaver – бобер, cassowary – казуар.

Вернуться

32

От английского swift – стриж.

Вернуться

33

От английского skull – череп, elbow – локоть, knee – колено, fist – кулак, temple – висок, lip – губа, nape – затылок, heel – пятка, chin – подбородок, neck – шея, foot – ступня.

Вернуться

34

Амплуа́ (фр. emploi «роль; должность, место; занятие») – определённый род ролей, соответствующих внешним и внутренним данным актёра.

Вернуться

35

От английского bunny – кролик, starling – скворец, seal – тюлень, dolphin – дельфин, otter – выдра, chipmunk – бурундук, hamster – хомяк, lamprey – минога, spider – паук.

Вернуться

36

Пусси – так в англоязычных странах называют кошек. Среди домашних животных у кошки самые большие глаза относительно размеров тела. Неприятно другое толкование. Пусси – так подростки называют женский половой орган, поскольку стесняются называть вещи своими именами.

Вернуться

37

Кандзаси или канзаши (kanzashi) это японские украшения для волос. Они имели огромное количество видов и классификаций. Считается, что японцы начали украшать прически в период Дзёмон. Древние украшения для волос представляли собой тонкие палочки, втыкая которые, как считалось, можно было снять порчу или магическое воздействие.

Среди кандзаси есть совершенно особенный вид заколок в виде шпильки, которые еще называли дзифа. Их носили женщины в период Эдо в домах сёгунов и даймё для самообороны. Использовались дзифа в качестве оружия в королевстве Рюкю – там их носили и мужчины, и женщины. Дзифа, по сути, – скрытое оружие в виде заколки для волос.

Вернуться

38

Наиболее точным с технической точки зрения является термин пластичные взрывчатые вещества. Чаще всего в состав пластита входят: гексоген, октоген, пентаэритриттетранитрат, триаминотринитробензол и т.д. Плотность пластита составляет 1.44 г./см³, при температуре -20 градусов он застывает, а при +30 градусах теряет постоянную форму. При 210 градусах пластит загорается.

Вернуться