Пролог

Почему, почему, ПОЧЕМУ??

Рука дрожала.

Когда-то совесть меня доконает – моя судьба закончится так же, как у Курта Кобейна.

«Куртка Бейна». Я улыбнулся.

Мой дневник представлял страшное зрелище. Здесь было записано всё про меня и мои чувства.

Архангел, 21 год.

Это не настоящее имя, а лишь прозвище, к которому я привык. Меня так называли из-за того, что очень много раз спасал жизнь своим товарищам по службе.

Да и зовут меня Михаил. Так что, вполне оправданная кличка.

Я работаю стражем службы порядка в особо опасном районе. Моя задача – подавлять страйки и противостоять незаконным военным формированиям, которые угрожают территориальной целостности государства.

Звучит красиво, но я вижу свою работу под другими глаголами. «Убивать» и «калечить».

А протестуют местные против нового режима в стране, который бросил многих за черту бедности. Урезали льготы, зарплаты, искусственно подняли цены на продукты. Вот люди и не знают, как выживать.

На протесты правительство не реагируют никак, кроме усиленного контроля полицией и вооружёнными силами.

Я не боюсь к ним присоединиться. Я понимаю, что любой переворот, любая революция – это часто путь к хорошему. Но путь через ад.

Потому что революция ставит в правительство новых людей. Но кто знает, каких…

И любая демократия становится под угрозу.

Поэтому я против мятежников.

Мне пришло уведомление. Это писал мой друг Александр.

Опять длинное сообщение с размышлениями.

– Я вот подумал, так красиво, когда светит Солнце. Мы любуемся закатами и рассветами – когда всё начинается и когда всё заканчивается. А когда светило посреди неба – мы спешим от него закрыться…

Мне очень жаль, что его светлый солнечный день закрывается тёмной тучей под названием «рак».

Его диск уже почти скрылся за ней, осталась каёмка. К сожалению, всё ещё не существует средства победить рак – нет сильного ветра, который направит тучу в обратную сторону.

Моё светило светит ясно. Но в любой момент может быть извержение вулкана – и меня закроет густым дымом.

Может, уже сейчас. Последние несколько минут я нервно вслушивался в выстрелы и крики, происходившие на улице.

Да, мне придётся выйти опять.

Я надел бронежилет, шлем и перчатки. Автомат оказался в руках, пистолет – на поясе.

– Ты куда, милый?

– Проверю, что там. Не нравятся мне эти выстрелы.

Её лицо стало вдруг грустным.

– Береги себя, пожалуйста. Ты мне очень дорог.

– Ты мне дорога не меньше. Буду жить и беречь себя ради тебя.

Мы крепко обнялись, и я вышел на улицу.

Глава 1

Я думал о мятежниках.

Мест в тюрьме посадить их просто нет. Выстрелы в воздух их не пугают.

Выстрелы по ногам их не пугают.

– Их, сука, ничего не пугает!

Я сказал это, проходя мимо детской площадки. Девушка, гуляющая с маленьким ребёнком, посмотрела на меня с укором.

Мне показалось странным, что они не спрятались дома, пока в городе такое творится. И забыл извиниться.

– Мам, а что дядя сказал? – прозвучал тонкий, словно лепесток ромашки, детский голосок.

Я улыбнулся, но снова помрачнел, услышав новые выстрелы.

Даже если убивать – они не расходятся.

Можно ли поступить по-другому? Рассказать всем, что они выступают за хорошую идею, но лучше точно не получится?

Я пытался. Я вывешивал плакаты, я записывал видео, я расклеивал листовки. Проплачивал рекламу, но ситуация лучше не становится.

Видео не смотрят, плакаты забрызгивают краской.

Сегодня они убивают правоохранителей, а правоохранители – их. Завтра, если им повезёт, будет новое государство.

Но через полгода будет то же, что и сегодня.

«Если у них получилось, то и у нас получится».

Поэтому эту революцию надо гасить. Выжить ведь можно, не морят насильно голодом.

Размышляя, я вскоре пришёл к месту столкновения. Мятежники заняли площадь, соорудив баррикады из досок, дверей и прочего хлама.

Я быстро узнал, что их успели выгнать с улиц и окружить. Значит, тут справятся без меня.

Поэтому я ушёл, чтобы не набирать на себя ещё убийств, количество которых исчислялось сотнями. И потому, что я обещал Лилии беречь себя.

Глава 2

Смутное предчувствие настигло меня на обратном пути. Как будто то было подстроено специально, чтобы отвлечь основную массу.

И оно меня не подвело. Я проходил мимо ювелирного магазина и увидел, как больше десятка человек зашло внутрь.

Не только мне удалось заметить эту группу. Армейский в полном вооружении (в таком, как я) побежал к двери.

Выстрел – и он упал. Снайперская винтовка со скоростью вылета пули 800 м/с. Даже каски из полимерных материалов не выдерживают такого.

Кстати, это единственные измерения, где я за всю жизнь заметил м/с вместо км/ч, не считая уроков физики.

Я уже бежал по ступенькам. Если правильно определил, откуда был выстрел, то снайпер может лежать на крыше одного лишь здания.

Если он наверху, а не внутри.

– Ну, Архангел, давай. Раз, два, три…

Я ударил автоматом в крышку – послышался треск, но люк поддался – и вылез наверх. По мне открыли огонь два человека – в шлем врезались пули, но я оказался удачливее.

Ещё два трупа. Остался парень, который лежал с винтовкой.

– Пиф-паф, ойойой, умирает снайпер мой…

Он не успел (или не додумался) выбросить винтовку на землю.

Я лёг на крышу и, слегка поднимая голову, осмотрелся. Вроде никого.

Перевесив винтовку через плечо, спустился вниз и прошёл по коридору на третьем этаже.

Я постучал в один из офисов. Мне не отвечали – сделав несколько шагов назад, я разбежался и выбил дверь.

На меня устремилось два перепуганных взгляда – мужчина в костюме и девушка в рубашке и мини-юбке сидели на полу, спрятавшись от того, что происходило за окном.

– Полиция, – сказал я. Наверное, их это не сильно успокоило.

Мой взгляд упал снова на юбку девушки – она сидела в такой позе, что открывала мне своё нижнее белье. Я заставил себя отвести взгляд и подбежал к окну, открыл его, поставил винтовку на подоконник и достал автомат.

Прицельная дальность у неё было больше километра, и я мог бы рассмотреть лицо каждого в окне ювелирного магазина.

Я нажал на курок. Стекло разлетелось вдребезги, послышались крики на улице.

– Первый есть.

Я резко закрыл окно.

Предполагая, что девушка с кружевными трусиками завизжит, я замахнулся на неё рукой, как только она раскрыла рот. Тут же мне приставили к виску пистолет.

– Тронешь – убью, сказал мужчина в костюме.

Я убрал руку и приказал ему присесть.

В ответ на мой выстрел грабители начали вылезать из магазина и палить по тем окнам, где было видно людей.

– Самое время, – сказал я, выбив стекло автоматом и запустив очередь по выходящим из ювелирного. Легло пятеро, ещё двое оставались.

Также, прилетело несколько пуль в мой бронежилет.

Я взял винтовку и выкрутил прицел на минимум. Когда моё лицо снова показалось в окне, те двое забегали за угол здания.

Но два выстрела всё же настигли их. В ответ полетели новые выстрелы, но они не попали по мне. Разбилось ещё одно окно, осколками засыпало девушку.

Пули пробили натяжной потолок в трёх местах.

Я снова выглянул – в этот момент в кабинет летела граната. Я выстрелил в неё – она разорвалась в воздухе, взрывной волной нас нас троих лишь откинуло от окна.

Офис загорелся. Побоявшись слов, которые могут прилететь мне в спину, я встал и выбежал на лестничную клетку.

Сработала пожарная сирена, громкоговорителями было сообщено об экстренной эвакуации.

Хоть бы не было ещё одной бомбы…

Воспользовавшись ЧП, я выбежал через задний вход и оказался во дворе. Тут меня никто не поджидал, и я побежал домой. Идти против остатков нападающих было слишком рискованно; бронежилет – не вторая жизнь – и может не спасти.

А грудная клетка и так болела.

Казалось бы, очень просто – почему не сделать толще защиту?

Просто есть ограничение по весу. Слишком тяжелый шлем, к примеру, сломает тебе шейные позвонки, отражая выстрелы, а бронежилет и без того мешает нормально двигаться и бежать.

Глава 3

Лилия плакала – как и каждый раз, когда я ввязывался в эти разборки. Со слезами на глазах, она набросилась на меня, как только я зашёл.

Мы обнялись. Мне показалось, что она ударилась о винтовку, но Лили виду не подала и ощупывала меня – будто не верила, что я – человек, а не призрак.

– Что это? – лицо её было взволнованным.

И спрашивала она не за винтовку. Я потрогал свою шею и нащупал пару ожогов, покрывшихся сукровицей.

– Где это ты так?..

Она, наверное, чувствовала больше боли, чем я за прошедший час, пока слушала пересказ произошедшего.

За девушку в юбке я умолчал, чтобы не дразнить Лилию.

После того, как она обработала мои ожоги – Лиля пошутила, что во мне просыпается «зелёный человечек» – я показал ей свою «добычу». Это была обычная армейская винтовка Драгунова – или те отобрали во время очередного нападения, или кто-то из военных перешёл на их сторону.

Или, что вряд ли, её купили. Любой сценарий меня не удивит.

Сейчас у них недостаток денег – пока мы ещё можем сдерживать их вылазки. Стоит им захватить хоть кусок города надолго – и средств хватит даже на несколько танков. Распродать содержимое завода, фабрики, отеля или даже музея – вот и колоссальная прибыль.

И уж точно найдётся тот, кто продаст.

Я снова писал в блокноте. Винтовка пополнила ряды трофеев: самодельные гранаты, мины и другие взрывчатки, а также пулемёты разных калибров, скоростей стрельбы и разных прочих характеристик.

Это не просто восставшие, это целая армия. Пока ещё не окрепшая.

Я уже не боюсь того, что они могут сделать. Я уже ничего не боюсь и не чувствую.

Кроме несправедливости. Одни умирают, идя целенаправленно на смерть. Другие борются с непобедимыми болезнями и радуются каждому часу даже мучительной, но жизни.

Шум на улице немного утих. Битва на площади должна уже была закончиться.

Я продолжил писать:

Возможно, я ощущаю некую вину за разгромленный ювелирный прям у моего носа. Но владелец сам виноват – сейчас такое содержать очень опасно.

Даже все банки вывезли средства ближе к столице государства. Там было поспокойнее.

Они могут только разрушать и нападать. Они не думают, что, придя к власти, придётся это всё отстроить.

А денег на это не найдётся. Потому что они грабят страну, и всего лишь.

Просто нашлись «умные» псевдопатриоты, которые и руководят этим всем ради своей выгоды. А за ними пошли сотни тысяч по всему государству.

Пока записи ложились нервным почерком в строчки на бумаге, я обсуждал это со своей девушкой.

Она не видела ничего в том, что я делал. Потому что одно дело – слышать об убийстве, а другое дело – убивать.

Да, каждый раз это даётся легче. Но совесть не даёт спать с такой же силой.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «ЛитРес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на ЛитРес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.