Светлана Фахриева
СОВРЕМЕННЫЕ КОРОЛИ,
ИЛИ ПИОНЫ ЦВЕТУТ В ДЕКАБРЕ

От автора

Друзья, представляю вашему вниманию свой первый рукописный роман «Современные короли или пионы цветут в декабре». Я безумно люблю эту работу и горжусь ею.

В первую очередь, мне хочется поблагодарить людей, которые прямо или даже не подозревая об этом, приложили руку для создания этой книги.

Спасибо моему любимому мужу Альфреду за то, что время от времени брал на себя все домашние хлопоты, позволяя мне уйти в «писательский запой». Он был одним из первых людей, кому я читала отрывки и местами советовалась.

Спасибо моим родителям и особенно маме, за то, что ни секунды не сомневалась во мне и поддерживала во всех моих начинаниях. Это, правда для меня много значит!

И само собой, я не могу обойти практически главного человека, который вдохновил меня начать эту работу и стал прототипом одного из персонажей этой книги. Я говорю об Ирине Шибаловой – моей любимой начальнице и Главном редакторе оренбургского бизнес-журнала «Дара», под руководством которой мне посчастливилось работать. Я сердечно благодарю вас за всю ту мудрость, что вы вливали в меня на протяжении полутора лет.

Также, спасибо издательству Стрельбицкого за профессионально выполненную работу и помощь в подготовке и публикации романа.

И конечно тебе, мой дорогой читатель, за то, что из такого огромного выбора книг, что предлагает нам книжное сообщество, ты выбрал именно эту.

С легким сердцем и некоторым волнением я передаю свой роман в большой мир и жду, что он оправдает ожидания моего читателя. А я, между тем, искренне надеюсь, что ты прекрасно проведешь время, пролистывая страницу за страницей.

С любовью, Светлана Фахриева.

Глава 1. Анархия

Июнь.

– Нет, мама, хватит! Я не собираюсь всю жизнь проработать в затхлом офисе, в окружении старых дев, от которых пахнет кошачьим кормом. Перестань контролировать мою жизнь! Ты делала это двадцать пять лет. – Карина практически кричала в трубку. Ее голос дрожал. Все же мать внушала молодой женщине страх.

Мать Карины Галина Романовна была красивой, властной и сильной женщиной. Непростая судьба жены офицера закалила ее характер. Частые переезды из одного закрытого города в другой хоть и тяготили женщину, привыкшую к домашнему уюту, но она никогда не выказывала недовольства, считая своим долгом во всем подчиняться мужу. Отец Карины, не смотря на военную выправку и суровый внешний вид, очень любил своих двух детей, Карину и ее младшего брата Артема. Он был волевым человеком, стойко переносившим все трудности и лишения. На службе все его уважали и побаивались, хотя и знали, что Борис Юрьевич Власов один из самых справедливых и честных людей. Он мог справиться, с казалось бы, любой чрезвычайной ситуацией. Но перед одним врагом даже Борис Юрьевич был бессилен – инфаркт миокарда. Карине было всего тринадцать, когда она зашла в кабинет своего отца, чтобы позвать его на ужин и обнаружила его бездыханное тело на полу. Скоропостижная и неожиданная смерть отца и любимого мужа внесло свои правки в жизнь семьи Власовых. С этого дня Галина Романовна взяла под тотальный контроль жизнь обоих своих детей, дав себе обещание, во что бы то ни стало устроить их судьбу! Она собрала самое необходимое в два кожаных чемодана, взяла за руки своих детей и села в поезд до Москвы. Знакомая Галины Романовны помогла ей устроиться в одну небольшую частную юридическую конторку помощником. Упрямство, трудолюбие и проницательный ум Галины Власовой были вознаграждены скорым повышением, а через годы она сумела открыть довольно солидное юридическое агентство. Обещание есть обещание.

А тем временем, Карина продолжала пререкаться с матерью по телефону:

– Я прекрасно понимаю, что выбить это место в бухгалтерском бюро было не просто, но я не просила тебя об этом! Давай я как-нибудь разберусь сама! – Карина не дослушала недовольные слова матери и отключилась.

Было тяжело противоречить матери, которая, кажется, уже решила судьбу дочери, уготовав ей место в престижном бюро. Но Карина не видела себя там. От одной мысли, что ей предстоит провести жизнь в сером и унылом офисе, пригвожденной к стулу и не отрывающей взгляд от чисел и компьютера ей стало тошно. По правде говоря, она не видела себя нигде. Девушка согласилась на ультиматум Галины Романовны, когда поступила на экономический факультет, всей душой ненавидя его. Сейчас она чувствовала себя глубоко несчастной и потерянной.

«Нет! Я не позволю ей вмешиваться в мою жизнь. Она делала это слишком долго. Не время отступать!»

Карина подошла к своему письменному столу в углу гостиной и открыла ноутбук. Из окна пробивался яркий солнечный июньский свет. Лето только начинало вступать в свои права, но солнце уже беспощадно превращало в пар все на своем пути. Даже кондиционер не спасал от удушающей жары. Полуденные лучи проникали в небольшую и просто обставленную комнату в квартире Карины.

Она очень любила свой небольшой уголок мирной и спокойной жизни, в котором не было всевидящего ока Галины. Хоть эту квартиру ей купила мать. Карина сама обустроила ее. Практически вся мебель была из «Икеи». Но ей нравился этот скандинавский стиль. Натуральные текстуры и белый цвет давали иллюзию свободы. На книжных стеллажах можно было заметить романы Диккенса, Ремарка, сестер Бронте, Фицджеральда и многих других прославленных писателей. На самом видном месте лежал небольшой потрепанный экземпляр «Гордости и предубеждения» Джейн Остен. Несложно догадаться, что любила перечитывать хозяйка этой библиотеки. Чуть дальше, на другой полке в белой простой рамке стояла хорошенькая фотография, откуда улыбались двое молодых людей. У девушки были шоколадного оттенка волосы, которые обрамляли белоснежное милое личико и струились по плечам, ее карие теплые глаза выглядели счастливо и беззаботно. Об этом же говорила ее миловидная улыбка. Молодой парень на снимке, рядом с ней был точной ее копией, только в мужском воплощении. Поэтому в нем можно было узнать ее младшего брата – Артема. Такие же красивые волосы, только заметно короче, добрые улыбающиеся глаза.

На захламленном столе лежали груды различных записных книжек, тетрадей, несколько грязных чашек, в одном из которых еще оставался недопитый и остывший кофе. Карина лихорадочно искала что-то в поисковике, но безуспешно. Все, что попадалось с предложениями по работе, было не то, что нужно. Карина и сама не знала, чего хочет. Теперь, когда она отказалась от материнской помощи, ей нужно было срочно найти что-нибудь стоящее, чтобы доказать матери свою самостоятельность. А это не так-то просто. Снова зазвонил телефон. Мама. «Сбросить вызов».

Глава 2. Большой переворот.

Карина проснулась сегодня рано. Всю ночь она плохо спала. Разлад с матерью, неопределенность ее положения и к тому же дикая жара (как назло ее кондиционер дал сбой и вовсе отрубился) мешали ей выспаться. Вчера она поговорила с Артемом, и тот посоветовал ей не идти наперекор маме.

«Ты же ее знаешь. Пока мама не добьется своего – не успокоится. Эта неравный бой. Мы слишком зависимы от нее. А после того, что ты вытворяла в школе – будешь находиться у нее под надзором до сорока лет» – Артем говорил серьезно.

Карина всегда прислушивалась к брату. Но сейчас отступать не хотела. Она поспешно встала и направилась в ванную. Только две вещи сейчас могли спасти ее от меланхоличного настроения и печальных мыслей о собственном будущем. Прохладный спасительный душ и конечно… шопинг. Возможно, новая пара туфель вдохновит ее и она поймет, что делать дальше…

* * *

– Что значит «карта заблокирована»? Это какая-то ошибка. Попробуйте еще раз. Карина – стояла в недоумении на кассе в бутике «MANOLO BLAHNIK».

– Девушка, я пробовала четыре раза. Сожалею. Обратитесь в банк. – Отрезала молодая блондинка на кассе.

Карина с горечью выдохнула. Ей ничего не оставалось, кроме как оставить пакет с потрясающими лодочками из новой коллекции и с позором выйти из любимого бутика. Наличных денег у нее оставалось не так уж много. Все это время кредитка Галины выручала ее. Похоже, принцессе придется пересесть из зажиточной кареты в обыкновенную тыкву. Только вот на ней далеко не уедешь. Королева-мать сделала свой первый ход.

* * *

– Она лишила меня денег! Ты можешь в это поверить?

– Карина, твоя мать влиятельный адвокат и руководитель одной из самых крупных адвокатских палат в городе. Чего ты ждала? И вообще, разве ты не покупала новые босоножки только в прошлом месяце?

– Хорошенькая обувь поднимает мне настроение, ты же знаешь. – Ответила та.

Катя и Карина шли по тротуару в ближайшую кофейню, чтобы укрыться от зноя в кондиционированном помещении и освежиться прохладным коктейлем.

– Не волнуйся, я тебя угощу. – Ехидно улыбнулась Катя. Карина лишь закатила глаза.

Наконец они дошли до угла и вошли в уютное заведение. Прохладный воздух и ароматный запах свежесваренного кофе ударили по рецепторам носа.

– Кать, разве родители должны так поступать со своими детьми? Никогда ей не прощу такого! – Они уселись за единственный свободный столик возле панорамного окна.

– Она любит тебя и всего лишь заботится о твоем будущем, вот и все. По правде говоря, ты жила все это время как у Христа за пазухой. Некоторым пробиваться в жизни куда сложнее.

– Я понимаю, но мне так хочется свободы. Я хочу сама распоряжаться своей жизнью и прошу лишь понимания и поддержки.

– При этом продолжая тратить мамины деньги? Хорошо. Допустим. Чем ты собираешься заняться теперь? – Катя видела ее насквозь и в голосе подруги слышались саркастические нотки.

Карина промолчала и просто сделала глоток своего безалкогольного мохито со льдом.

– Об этом я и говорю. Ты понятия не имеешь, что делать. У тебя нет четкого плана. Теперь тебе и вовсе некогда искать себя. У тебя всего два выхода: Первый – ты признаешь, что была неправа, устраиваешься в бухбюро, куда тебя определила Галина и дальше тратишь деньги на дорогие туфли. А второй вариант: Находишь работу, которая поможет тебе на первое время не умереть с голоду. Как насчет помощника официанта?

– Звучит очень радужно. Спасибо за поддержку, подруга. – Немного обиженно проговорила Карина.

– Зато честно. – Отрезала Катя.

Карина очень любила свою подругу. Катя была прагматичной, благоразумной, ответственной. А самое главное честно и прямо выражала свое мнение. Вот и сейчас эта белокурая, симпатичная девушка напротив нее была права. Как всегда.

– Думаю, ты уже приняла решение.

– Да. – Согласилась Власова. – Как думаешь, в бутике с моими любимыми туфлями есть вакансии?

Катя, которая только, что сделала глоток, чуть было не поперхнулась от неожиданности.

– Ты серьезно? – она удивленно посмотрела на подругу.

– Совершенно! – Карине даже понравилась эта мысль. «А что? Если я не могу купить эти туфли, то смогу хотя бы смотреть на них. В конце концов, я знаю об этом куда больше, чем разливать кофе гостям в забегаловках».

Глава 3. Пещерный человек.

– Признаюсь, у вас весьма внушительное резюме. Экономический факультет в МГУ, отличные оценки на экзамене и довольно серьезная дипломная работа. Только вот я не понимаю одного. Почему девушке с таким партфолио не устроиться на работу по специальности? – Мужчина средних лет, еще не совсем старый, но уже перешагнувший рубеж сорока лет, в старомодных очках и в вельветовом пиджаке сидел напротив Карины.

«Вельвет все еще в моде?» – подумала Карина, но ответила:

– Владимир Иванович, поймите меня правильно. Цифры, графики, бумажная работа и статичное положение возле компьютера пять на семь…Хм… – она сделала задумчивый вид и продолжила. – Кажется, я приняла поспешное решение, поступив на экономику. Мода! Вот что действительно меня увлекает.

Директор магазина с большим вниманием продолжал слушать Власову.

– Я обожаю туфли! – с жаром сказала она. – И особенно неравнодушна к вашему бутику. Позвольте мне приобрести этот бесценный опыт в вашем магазине. Возможно, именно это место станет начальным трамплином к исполнению моей мечты. К тому же, мое знание всех коллекций прошлого, нынешнего, и возможно даже, будущего сезона сыграет вам отличную службу. – На этом она закончила и уставилась на директора в вельветовом пиджаке, ожидая ответа.

– Ну что ж… – Владимир Иванович развел руками и добавил – Вы довольно убедительны. Мне ничего не остается, как принять Вас. Когда сможете приступить?

– Чем скорее, тем лучше. – Улыбнулась Власова.

* * *

«Отлично, Карина. Добро пожаловать в «MANOLO BLAHNIK»! Начало положено» – обрадовалась она.

Теперь Карина продавец-консультант в одном из престижных и модных брендированных бутиков.

Магазин находился в центре города. Бутик сам по себе был небольшой, но очень уютный. Сразу видно, что над интерьером работали профессиональные дизайнеры. В светлом помещении с большими арковидными окнами все было обставлено со вкусом. Посередине зала стояла круглая стеклянная подставка на шести изящных металлических ножках. На ней расположилась новая летняя коллекция туфель. По всему периметру зала были установлены стеклянные стеллажи с подсветкой для остальной обуви. Несколько уютных бархатных диванов цвета Тиффани и ярко розовые кресла со стяжкой. На столике возле дивана стояло ведерко со льдом и шампанским для гостей. Не надо быть Шерлоком Холмсом, чтобы понять из какого класса состоит целевая аудитория бутика.

– Ты теперь здесь не гость, Карина. Пора приниматься за работу. – Лариса, худосочная моложавая блондинка с зачесанными назад волосами лет тридцати пяти, с изящным вкусом и деловой хваткой была управляющей в магазине.

– Идем. Тебя ждут коробки на складе. – Сказала она, немного ухмыльнувшись.

– Но… я думала, что буду работать в зале, – немного растерянно пробормотала Карина. – Общаться с покупателями и так и далее…

Но уж точно ей не улыбалось сортировать и распаковывать коробки в небольшой коморке без окон.

– Да что ты говоришь? – с сарказмом проговорила Лариса. – Может быть, сразу на мое место сядешь, чего мелочиться?

– Я не… я не это хотела сказать… Просто…

– Так, послушай меня, Карина. Ты пришла сюда работать, подозреваю, что впервые в жизни, в качестве стажера. Изволь подчиниться начальству. Если я сказала, что ты будешь сидеть на складе, значит, будешь сидеть на складе! – Уже более строго сказала управляющая.

Карине ничего не оставалась, как поплестись за суровой начальницей, предварительно скорчив рожицу за ее спиной.

За закрытыми дверями склада ее ждало малоприглядное и темное помещение, расставленное коробками почти до потолка. Единственный источник света исходил от крошечной лампы на пыльном столе. Посередине комнаты, в окружении бесчисленных коробок, стоял одинокий деревянный стул.

– Присаживайся, – Лариса указала на стул, – и принимайся за работу. – В ее голосе, Карина уловила нотки язвительного самодовольства. Было ясно, что новая начальница невзлюбила Карину, Бог знает почему. А может она просто стерва. Что было больше похоже на правду.

«Что ж, может здесь не так уж и плохо, подумаешь, один денек поработаю в темнице…» – приободрила себя Власова.

Однако день на складе превратился в неделю. С каждым днем Карина втягивалась в работу все больше и больше. Она старалась очень усердно. К концу рабочей недели ее пальцы все были уколоты булавками, а спина ныла от сгорбленного сидения на одном месте. Несколько раз за это время она всерьез задумывалась уволиться. Но потом вспоминала, почему оказалось здесь. Карина не хотела, чтобы мать оказалась права. Она не доставит Галине возможность сказать:

«А я что говорила…»

Любыми способами Власова пыталась привлечь внимание Ларисы и завоевать ее расположение, и наконец, закончить свое заточение и вырваться хотя бы в торговый зал.

Как-то раз, к ней в коморку заглянула Агнесса, консультант в бутике.

– Хей, привет. – Жизнерадостно поздоровалась она, – маринуешься в этой пещере?

– И не говори, – Карина была рада компании, – мне кажется, я скоро сойду с ума! – Она демонстративно закатила глаза и улыбнулась.

– Понимаю, я работала около месяца на складе, когда была стажером. Всех новеньких сюда посылают. Это что-то вроде обряда посвящения или испытания. Некоторые увольняются на второй день. – Сказала Агнесса, и уже чуть тише добавила, – Лариса настоящая горгулья!

– Это точно, мне кажется, она меня недолюбливает.

– Она всех недолюбливает, кроме директора конечно, – Она хихикнула.

– Серьезно? Между ними что-то есть? Он же вроде как женат! – Карина искренне удивилась. Подумать только, Лариса и Владимир Иванович!

– Ты что, вчера родилась? Откуда такая наивность и всепоглощающая вера в институт брака?

Они прыснули от смеха. Было приятно, наконец, нормально поговорить хоть с кем – то. С Катей они уже не разговаривали около недели, она весьма усердно и с присущей ей педантичностью готовилась к своей роли, и Карина не хотела отвлекать подругу своими жалобами на новую работу и всякими глупостями.

– Что ж, давай-ка мы вытащим тебя из этой пещеры на свет Божий. – Уже более деловито заявила Агнесса. – Лариса, человек не простой, но нужно найти к ней подход. Насколько я знаю, она очень тщеславна и себялюбива. Покажи, как ты ее уважаешь и восхищаешься, похвали ее шарф, попроси совета, принеси кофе. Подозреваю, что она испытывает тебя, думает, что ты не выдержишь и уйдешь.

– Чертов с два! – возмутилась Карина. – Не дождется. Так какой кофе она любит?

* * *

На следующее утро Власова принялась исполнять свой план в действие. Лариса была крайне удивлена, когда с приподнятым настроением Карина вошла в бутик, держа в руках три стакана из старбакса, один из которых она сунула Ларисе. Другой отдала Агнессе и та заговорщически ей подмигнула.

– Хм… латте? На будущее, я пью только с миндальным молоком. – Сказала Лариса, но лицо ее выражало удовлетворение. План работал.

«Я все же растоплю сердце снежной королевы». – Подумала стажерка.

Были мелкие ремарки, что-то вроде «У вас сегодня день рождения? Вы прекрасно выглядите!», «Где вы купили эту блузку? Вам очень идет белый», «Мне нравится ваш маникюр, кто ваш мастер?». Шаг за шагом Лариса таяла и уже не разговаривала с Власовой так сурово. Но Карина все еще работала в своей пещере. Поэтому ей нужно было действовать более масштабно.

В следующие несколько дней она искала возможность выслужиться перед начальницей, и вот случай, в конце концов, представился.

Карина заглянула в кабинет Ларисы, чтобы спросить, когда прибудет новая партия босоножек, они уже должны были быть в бутике, но коробки задержали. Однако нашла ее всю в слезах, тушь размазалась по щеке, лицо раскраснелось.

– Что случилось, Лариса? – обеспокоенно спросила стажерка.

– Не твое дело! – Буркнула управляющая, поспешно вытирая глаза платком.

– Я могу чем-нибудь помочь? – Искренне спросила Власова.

– Чем ты можешь помочь? Мне уже тридцать шесть лет. Ни мужа, ни детей. Сомнительная карьера, которая, кажется, уперлась в потолок. Бессмысленный роман, который ни к чему не приведет. Он никогда не оставит свою жену, а теперь, когда она ждет ребенка…– Она всхлипнула, – Его ребенка!

Карина стояла в дверях, опешив и не зная, что сказать, став невольным свидетелем кризиса среднего возраста своей начальницы. Наверное, было бы лучше извиниться и оставить ее, но Карина зашла в кабинет и плотно закрыла за собой дверь. Она подошла к графину, налила в стакан воды и передала его Ларисе. Та сделала глоток, и продолжила плакать и сетовать на свою неудачную жизнь.

– Он ведь клялся мне! Говорил, что давно не спит с женой! Что они живут как соседи, он обещал развестись! Лжец! Лжец! Как я могла повестись на это? – Казалось, она не обращала внимания на Карину и говорила сама с собой.

– Так! Лариса. – Решительно начала Карина. – Посмотри на меня! – Та послушно подняла, заплаканные глаза на Власову. – Ты великолепная молодая женщина, с успешной карьерой. Красивая, умная, стильная! Всего добившаяся сама, без мам и папиков. Ты каждый вечер возвращаешься в свою собственную, я уверена, прекрасно обставленную квартиру, и каждое утро приезжаешь на белоснежной иномарке, которую купила сама! Ты отлично делаешь свою работу. Тебя уважают и ценят твои сотрудники. Лично для меня ты эталон человека, на которого я хочу ровняться. Так почему ты позволяешь какому-то, прости меня, мудаку так обесценивать свою жизнь?

Лариса на мгновение перестала плакать и внимательно посмотрела на Карину. Власова понимала, что той просто необходимо услышать эти слова. И к тому же она говорила совершенно искренне. Сейчас она сочувствовала своей начальнице и возможно, это женская солидарность, но ей стало обидно за эту женщину.

– А он неплохо устроился, я погляжу. Дома жена, которая стирает ему рубашки и готовит борщи, а вне дома вечер ему коротает длинноногая красивая блондинка… – Сказала стажерка. Лариса несмело улыбнулась.

Вдруг в дверь постучали, и в кабинет вошла кассирша Юля. Карина быстро выставила ее и захлопнула дверь, буркнув кассиру что-то вроде «У нас совещание, зайди позже».

Лариса взглянула на девушку глазами полными благодарности.

– Прости, пожалуйста, Карин, что тебе пришлось видеть меня в таком состоянии…– Начала, было, она, но Власова ее перебила.

– Все мы люди. И всем нам нужна поддержка. А что касается этого мудака, да да именно так я сказала, – утвердила Власова. – бросай его и не вздумай возвращаться. С женатыми так всегда. Они умеют красиво говорить, но когда ставишь их перед окончательным выбором, очко всегда остается за женами.

– Ты-то откуда знаешь? Была в подобной ситуации?

– Нет. Но мне так кажется. Вся картина хорошо видна только, когда ты беспристрастен.

Лариса улыбнулась.

– А знаешь, что? Ты абсолютно права! Хватит жить иллюзиями. В конце концов, я самодостаточная и взрослая женщина с принципами. На кой черт мне эти мужики? Заведу десять кошек и гордо умру в одиночестве.

– Что? Если один мужчина оказался мудилой, это еще не значит все такие. Ты вообще слышала что-нибудь про Тиндер [1]?

* * *

На следующее утро Власова вошла в двери любимого бутика, все еще погруженная в детали вчерашнего вечера. Получается, что Владимир Иванович все это время прекрасно жил со своей женой, даже умудрился заделать ей ребенка и в то же время тайно встречался с Ларисой. Ее уважение к начальнику резко сошло на «нет». Его бесчестное отношение к обеим женщинам говорило о его беспечности и легкомыслии. Хорошо, что Лариса поставит точку в этих отношениях. Она заслуживает куда более благородного человека. Что-то изменилось в ее отношении к управляющей после вчерашнего откровения. Карина взглянула на нее под другим углом. Теперь глядя на Ларису, она видела не снежную королеву, а обычную женщину, которая, как и все хотела обыкновенного счастья.

Поздоровавшись с Агнессой, она поплелась в свою темную обитель, но Агнесса остановила ее.

– Эй, пещерный человек, ты куда?

– Эээ… на склад. Как обычно.

– Так ты не знаешь? – Спросила коллега. – Что ж, Лорд командующий, твой дозор окончен, можешь возвращаться на юг!

– Я ничего не поняла. Хватит говорить метафорами из «Игры престолов».

Агнесса закатила глаза и пояснила:

– Лариса сказала, что сегодня работаешь в зале. – Агнесса улыбалась во все тридцать два зуба, довольная тем, что ей первой удалось рассказать хорошую новость подруге. Карина сияла.

Глава 4. Между двух огней.

Июль.

Посетителей было мало. Немногочисленные покупатели дизайнерских туфель, что приходили в бутик, состояли из жен генеральных директоров солидных компаний города и их дочерей. Пару раз заглядывала жена известного депутата со своей подругой. Но недавно внимание Карины привлекла молодая и красивая женщина, стоявшая возле стеллажа с бархатными синими туфлями с брошью и кристаллами Своровски.

– Кэрри Брэдшоу сделали предложение именно этими туфлями. – Сказала Карина, – Думаю, они восхитительно смотрелись бы на ваших ногах.

Женщина лишь мило улыбнулась и сказала:

– Эти туфли живут собственной жизнью. Не уверена, что я их достойна. Но без тени сомненья, они бесподобны.

– Какая глупость, совершено, очевидно, что вы достойны. Давайте примерим. Что скажете?

– Впрочем, примерить можно. – Согласилась покупательница.

Как только она надела эти туфли, женщина изменилась в лице. Они сидели на ней как влитые.

– Что же вы со мной делаете, Карина, они великолепны!

– Не знаю никого в городе, на ком они смотрелись бы лучше, чем на вас, Ольга. – Конечно, Карина сразу узнала Главного редактора журнала «Акценты». Перед ней стояла сама Ольга Шилова, собственной персоной.

Карина не пропускала не одного выпуска этого глянцевого издания. Ей нравились не только советы от дизайнеров о модных фишках следующего сезона, но и то, с каким изяществом Шилова отзывалась о светском обществе. Все ее статьи были наполнены объективными оценками образов местной элиты. Она не боялась выражать свое мнение прямо и без обиняков. Слово редактора «Акцентов» было очень весомо в светской жизни города, и многие представители элиты мечтали попасть в поле зрения, пожалуй, одной из самых беспощадных и уважаемых акул пера в городе.

– Мне очень понравилось ваше сравнение наряда Жанны Бирюковы (Прим. от автора вымышл. перс.,) с пошлой участницей немецкого октоберфеста. Очень остроумно. Абсолютно точное описание. Только Вы можете подобрать такие меткие метафоры. – Карина была в восторге, от того, что она говорила сейчас с самой Ольгой Шиловой. – Боже, это же Вы! Не могу поверить своим глазам!

– Благодарю, – ответила Шилова, – мне очень приятно. Боюсь, не все разделяют ваше мнение, относительно моих статей. Кому-то они явно досаждают. – Она весело засмеялась.

– Ого! Кого я вижу! Не уж то сама королева печатного слова и гроза всех светских дам стоит перед моим взором? – Громогласный мужской голос раздался за спинами женщин.

– Александр! – проговорила Главный редактор «Акцентов», закатив глаза, что говорило о ее нежелании сейчас говорить с этим человеком. – От твоего-то взора не спрятаться, ни скрыться.

Перед ними возник высокий, темноволосый мужчина, с небольшой проседью на висках, что, к слову сказать, совсем не уродовали его, а даже напротив, добавляли шарма. Он улыбнулся своей, можно сказать, буквально блестящей улыбкой, показывая идеально ровные белоснежные зубы. Ярко очерченные скулы, волевой подбородок, гладко выбрит…

«…и невероятно хорош собой» – подумала Карина. На нем был темно-синий костюм и черная рубашка. Его холодные серые глаза смотрели на Ольгу с едва прикрытой усмешкой и нахальством.

Она лишь выдохнула и спросила:

– Что ты здесь делаешь, Матвеев? Присматриваешь себе босоножки?

Он ухмыльнулся.

– Не смог удержаться, когда увидел тебя здесь. Хотел лично поздравить с успехом. Слыхал, что тебе удалось заманить на интервью корейского дизайнера Юнан Чангу. Что ты ему обещала?

– В отличие от тебя, Матвеев, я не использую грязные приемчики, чтобы оставаться интересной для своей публики. – Спокойно ответила Шилова. – В твоей скандальной газете достаточно нечистого белья, чтобы удержать свою подростковую аудиторию и оставаться на плаву, я же забочусь о репутации.

Ооо… Кажется Карина оказалась невольным свидетелем двух враждующих между собой кланов печатного слова.

Александр Матвеем был Главным редактором одной из самых скандальных газет города «Смотритель». Если попадание на страницы «Акцентов» было почетно, то с газетой все обстояло с точностью наоборот. Но журналисты Матвеева как сорняки, пробивались в самые недоступные щели светской жизни и пускали корни. Бесцеремонно и бестактно выставляя на обозрение самые личные и скрытые тайны влиятельных людей. Непристойное поведение «золотой» молодежи, секс-скандалы политиков и бизнесменов, интриги и измены – ничего не ускользало от всевидящего ока «Смотрителя».

– Ох, как грубо, Ольга! Аж больно стало. – Саркастически сказал Матвеев. – Я ведь просто хотел поздравить тебя.

Карина уже с самого начала еле сдерживалась, чтобы не ляпнуть что-то этому нахалу и с присущей ей экспрессией заявила:

– Уверена, Юнан Чангу и не слыхал ни про вас, ни про вашу газетенку. Так что, вам остается только облизнуться на этот кусок пирога, который вам не съесть и, пожелав удачи уйти восвояси к своим мещанским делам.

Возникла небольшая пауза.

– А ты еще кто такая? – Казалось, он только что заметил Карину. Матвеев уставился на девушку и окатил ее холодным, надменным взглядом снизу вверх как бы оценивая. – И что ты можешь знать о моих делах?

– Насколько я знаю, ваша работа заключается в том, чтобы распространять невежество. – Уверенно проговорила Власова.

Тот стоял, не зная, что ответить на такую дерзкую выходку продавца-консультанта.

– А насколько я знаю, ваша работа заключается в обслуживании покупателей, а не в том, чтобы дерзить им! Кто ты такая, чтобы разговаривать так со мной? – Матвеев явно выходил из себя.

Карина хотела было ответить, что-то еще, но тут вмешалась Шилова.

– Кажется, моя новая сотрудница. – Гордо заявила она. По ее удовлетворенному лицу можно было понять, что она была впечатлена. Уголки ее губ дрогнули в полуулыбке. Шилова посмотрела на ошарашенную Власову и добавила:

– Если не возражаешь, конечно. – Она достала из своей сумочки визитку и протянула девушке. Та дрожащими руками взяла белоснежную визитку, которая немного отливала жемчужным перламутром. На визитке был изображен логотип журнала, выведенная черными чернилами завитки буквы «А». На обратной стороне были контактные данные Главного редактора «Акцентов».

– Мне нравится твой напор и такая преданность нашему журналу. – Шепнула она девушке. – Позвони мне, когда будешь готова. – Сказав это, она направилась к выходу. Затем резко остановившись, добавила:

– И да, упакуйте мне эти чудесные туфли. Я пришлю за ними. – И явно пребывая в хорошем расположении духа Главный редактор, покинула бутик.

Карина пришла в себя и поняла, что до сих пор стоит рядом с редактором «Смотрителя».

– Показать Вам новую коллекцию босоножек? – Не без яда спросила она. На что он только хмыкнул. Буркнув, что-то вроде «Какая театральщина», покинул магазин вслед за Шиловой.

Глава 5. Прекрасные и проклятые.

– Ты так и сказала? «Распространяете невежество»? – Катя заливисто рассмеялась. – Признаюсь, Карина, иногда я даже завидую твоей решительности.

– Тише! – Шикнула на нее подруга. Но сама улыбалась. Они не виделись уже, пожалуй, целую вечность, и вот, наконец, обеим выпал выходной день, который подруги решили посвятить своим любимым занятиям йоги.

– Не могу поверить, что ты будешь работать в «Акцентах».

– На самом деле я не хочу принимать поспешных решений. – Прошептала Карина из позы «Собака мордой вниз». – И потом, у меня нет ни опыта, ни образования в этой стезе.

– Зато есть хватка.

– Я только привыкла к своей работе. Сумела найти подход к своей начальнице. Подружилась с Агнессой. И даже получила свою первую зарплату. Пусть не слишком много, но зато мои кровные. – С гордостью сказала Карина.

– Что еще за Агнесса? Я думала я твоя лучшая подруга! – С наигранной ревностью произнесла Катя. – А вообще, ты, должно быть, сошла с ума, если еще раздумываешь над этим предложением. Это же «Акценты»! – уже повысив голос, продолжала она. – Туда невозможно пробиться. Даже на стажировку огромный конкурс. Я слышала, они берут не более трех человек на стажировку в год. А тебя пригласила сама Шилова.

Громогласные возмущения Кати вызвало недовольство у достаточно пожилой женщины, которая занималась позади них. Она громко цокнула на Катю.

– Господи, эти недовольные бабки везде! – Закатила глаза подруга, но уже говорила тише.

– Просто я не совсем уверена. А что если Шилова сказала так, чтобы красиво выкрутиться перед Матвеевым и закончить разговор. – Они встали в Позу воина.

– Не могу поверить, что ты упускаешь такую возможность! Такие варианты на дороге не валяются. Хотя… с твоей-то везучестью…

– Ты, правда, считаешь, что мне нужно позвонить?

– Шутишь? Конечно! – Катя была непреклонна.

Карина улыбнулась ей и встала в позу Дерева. Может быть, подруга права и такой шанс упускать нельзя? Она почувствовала укор совести из-за того, что они все время говорят только о Карине, поэтому она спросила:

– Почему мы все время говорим обо мне? Как у тебя дела? Есть новые роли?

Катя работала в театре. Ей очень нравилось то, чем она занималась. Но к сожаленью, больших ролей ей не давали. Она играла либо горничных, либо служанок, что сильно ее угнетало. Ведь она великолепная актриса! Но, как и везде, талант ничего не значит, если нет особого положения или всесильного покровителя, особенно в театральном мире.

– На днях мы ставим «Собор Парижской Богоматери» [2]. Мне досталась небольшая роль. Она не слишком знаменита и у меня не так много слов, но…

– Погоди, погоди,… дай угадаю. – Сказала Карина. – Ты играешь Квазимодо? Я угадала? – Она засмеялась.

Катя фыркнула.

– Как оригинально, Власова. Ты можешь лучше. – Ответила она, но обиды в голосе не было. – Я играю Сестру Гудулу. Мать Эсмиральды. Для меня это довольная большая, целостная роль за последнее время.

– На самом деле, я обожаю мюзикл «Нотр-Дам де Пари».

– Ладно, с этим разобрались. Теперь рассказывай, какой он? – Ее глаза игриво блеснули.

– Ты о ком?

– Не тупи, об Александре Матвееве конечно! Он, правда, такой симпотяжка как на фотографиях?

– Мне кажется, он завивает волосы и укладывает гелем, а еще пользуется бальзамом для губ. – Они обе прыснули от смеха.

Женщина позади снова шикнула на них, призывая к порядку.

– Знаете, что? – Катя повернулась к ней. – Для человека, который пришел постигать духовную гармонию вы слишком злобная!

* * *

После занятий йогой, Карина чувствовала, как многонедельное напряжение сходит на «нет». Встреча с лучшей подругой было отличной идеей. Она была в прекрасном настроении. Вот уже июль начал подходить к концу и знойное нещадное солнце, сменив гнев на милость, немного поубавило темп. По дороге домой, внимание Власовой привлек небольшой ларек с журналами и газетами. Свеженький номер «Акцентов» был выставлен на самом видном месте. Карина взяла в руки глянцевый журнал. С обложки на нее улыбалась какая-то очередная супермодель. Тема номера: «Решайся». Ха! Как иронично. Даже Вселенная призывает ее сделать этот шаг. «Решайся». Можно ли считать это знаком? Ее размышления прервал неожиданный звонок. В сумке отчаянно завибрировал мобильник. На экране высветилось «Входящий вызов. Мама».

– Звонишь мне, чтобы сказать, что отбираешь квартиру? – Поздоровалась Карина с мамой.

– И тебе доброе утро! А знаешь, не плохая мысль. Если бы только сработало. Но ты же упряма как мул! – Голос Галины Романовны был встревожен. – У меня мало времени. Твой брат сказал мне, что ты устроилась в магазин обуви. Мне приходится узнавать все новости о собственной дочери у Артема. Ты совсем мне не звонишь.

– Послушай мама…– Начала была Карина, но Галина ее перебила:

– Ты меня послушай! Обувной магазин это не серьезно. Надеюсь это твоя очередная временная блашь. Позвони мне, когда наиграешься в самостоятельность. Мне пора.

– Мама…

Но Галина уже отключилась.

Карина вознесла глаза к небу и, выдохнув, посмотрела на обложку «Акцентов». «Решайся!». Что ж…Она уже набирала номер.

* * *

С самого утра Карина жутко волновалась. Кое-как запихнула в себя пять ложек овсянки, которую кстати, пересолила. Сделала большой глоток кофе. Обожглась. Выругалась. Посмотрела на часы. Снова выругалась.

– Вот же черт! Ненавижу опаздывать!

Настенные часы с изображением Эйфелевой башни равнодушно показывали без четверти девять. Она впопыхах натянула на себя, предусмотрительно приготовленные с вечера, кожаную черную юбку до колен с небольшим разрезом до бедра и накинула на плечи свою любимую белую рубашку. Волосы убрала в небрежный, но стильный пучок. Образ дополнила красная матовая помада. Небольшие детали в виде серебряных часов и…

«Где же она?»

Карина открыла ящик комода и вытащила оттуда небольшую деревянную коробочку и несколько секунд стояла, не в силах заставить себя, ее открыть. Затем медленно и аккуратно открыла крышечку. К горлу подступил ком.

«Нет! Не вздумай плакать! Ты потратила на этот макияж почти час» – Сказала она сама себе.

Ей было тринадцать. Она сидела в своей комнате, слушая в наушниках какую-то ерунду, которая так нравилась подросткам и так раздражала их родителей. Она даже не сразу услышала, как он вошел.

– Папа! – Восторженно воскликнула Карина, – Ты вернулся!

– А как же! – Засмеялся он, обнимая свою дочь.

– Ну и как там Париж? Все француженки были в тебя влюблены и не хотели отпускать такого импозантного мужчину? – Насмешливо похлопала она его по плечу.

– Ты же знаешь, единственные женщины, которым я покланяюсь это ты и твоя мать.

– Это очень мило, но что ты мне привез? – Нетерпеливо захлопала она в ладоши как маленький ребенок.

Борис Юрьевич неспешно вытащил из внутреннего кармана своего пиджака небольшую лакированную коробочку, цвета красного дерева и протянул дочери.

Когда Карина открыла коробку, ее искрящийся от предвкушения взгляд резко потух.

– Брошка? – Не скрывая своего разочарования, проговорила она.

Внутри лежала брошка в форме бабочки. Ее верхние крылья были сделаны из камня, глубокого черного оттенка, переливающегося на свету, а серебряная окантовка рисовала милый, но не вычурный кружевной узор на нижних крылышках.

– Все говорят, что ты стрекоза, но я знаю, что это далеко не так. Ты самая настоящая бабочка. И не какая-то там легкомысленная белая или цветастая, а благородная, черная, немного ядовитая, – он улыбнулся, – но все же бабочка! И однажды ты обязательно себя покажешь. Камень черного авантюрина дарит удачу, ты знала?

Через три дня Карина стояла возле свежей могилы и роняла крупные капли слез на черные крылья последнего подарка отца. И вот, спустя девять лет, она впервые осмелилась открыть коробочку снова. Все те же серебряные кружева узоров окаймляли крылья из черного камня.

* * *

Внушительный стеклянный небоскреб вызвал у Власовой очередной приступ волнения. С трудом преодолев, его она вошла вовнутрь, и оказалась в просторном светлом помещении. В дальнем углу на ресепшене сидела миловидная администраторша. Поверх ее головы на стене Карина заметила уже знакомый ей логотип журнала. Красивая буква «А» с черными завитками на белом фоне. На стенах висели современные картины в стиле поп-арт. На диванах сидели, какие-то хорошо одетые люди и что-то живо обсуждали.

Карина подошла к ресепшионистке, у той, видимо, не было ни одной свободной минутки. Ее телефон разрывался от бесчисленных звонков, на которые она не успевала ответить.

– Доброе утро! Редакция журнала «Акценты». Да, минуточку. Сейчас соединю вас с отделом рекламы. – Она кладет одну трубку и берет следующую. – Ольга ясно сказала, что экземпляры должны быть в редакции не позднее следующей пятницы. Что значит, не успеваете?

Вдруг она заметила Карину и обратилась к ней:

– Вы к кому?

– Я к Ольге Шиловой. У меня назначено собесе…

– На лифте. Третий этаж. – Не дослушав ее, ответила ресепшионистка, давая понять тем самым, что ей некогда болтать и продолжила с кем-то ругаться по телефону.

Карина отыскала глазами лифт и направилась к нему. Когда двери открылись, перед ее глазами стояла немного испуганная бледная девушка в белой рубашке и черной юбке. Нужна была целая секунда, чтобы осознать, что в лифте висело огромное зеркало, в золотой оправе. Она вошла и нажала на кнопку.

Двери лифта снова открылись, и на этот раз Карина в изумлении раскрыла рот. Она вошла в огромный офис с декоративными кирпичными стенами. По периметру помещения были расставлены белые рабочие столы. Повсюду кишили сотрудники. Они все торопливо пробегали мимо изумленной Карины, напрочь не замечая ее. Стоял невообразимый шум. Кто-то разговаривал по телефону, компания из четырех ребят в джинсах и толстовках громко спорили между собой. То и дело раздавался звонок телефона, щелчки по клавиатуре, мужские и женские голоса, тонули в потоке этого хаоса.

В редакции кипела настоящая жизнь. Кому нужен Хогвартс, когда в редакции «Акцентов» творится настоящая магия?

Неожиданно она почувствовала небольшой толчок в спину.

– Отойди. Не стой на дороге, Господь Всемогущий… – Двое ребят везли на колесах вешалки с одеждой, Карина немного подвинулась. – Классная брошка! – Сказал второй, более приветливый юноша.

– Спасибо! – Власова только что осознала, что стоит с дурацкой улыбкой вот уже кучу времени. Она осеклась и глянула на часы.

О, Боже! Уже девять пятьдесят пять. Ей нужно срочно найти Главного редактора.

Она начала озираться по сторонам и подошла к ближайшему столу. Белокурая девушка в серой шапке и, пожалуй, с чересчур сильно накрашенными глазами что-то активно печатала на компьютере.

– Простите, не подскажете, где кабинет Шиловой?

Девушка даже не взглянула на нее. Не отрывая сосредоточенных глаз от ноутбука, она подняла руку и указала на дальний угол офиса. Карина проследила за направлением ее указательного пальца и заметила стеклянный кабинет, прозрачные стекла которого были закрыты жалюзи. Она поспешно направилась туда.

Пока все эльфы озадаченно бегали, главный Санта сидела за своим столом с белоснежной поверхностью, и разговаривала по телефону. Увидев Карину, она только вскинула вверх указательный палец, что значило «Подожди минутку» и жестом указала на стеганное бежевое кресло возле стола, приглашая присесть. Позади Ольги находились два панорамных окна в пол, открывающий прекрасный вид на парк. Между окнами висели три черно-белые портреты известных киноактрис прошлого века. Одри Хебберн, Мерлин Монро и Вивьен Ли.

– Вы что-нибудь слышали про дедлайн? – Проговорила Ольга в трубку. – Мы договаривались с вашей типографией о том, что экземпляры прибудут вовремя… Нет…ничего не хочу слышать. Журналы должны быть в офисе к пятнице. В противном случае, я буду вынуждена разорвать контракт с вашей типографией. Всего доброго! – Она повесила трубку и улыбнулась Карине.

– Ты стрессоустойчива? – Спросила Шилова, вместо того чтобы поздороваться.

– Эээ… думаю, я справлюсь. – Ответила Власова.

– Очень самоуверенно. Хотя иное я и не ожидала услышать. Напомни, пожалуйста, как тебя зовут?

– Я Карина. Карина Власова.

– Ах да, мне понравилось, как ты поставила на место этого выскочку Матвеева в магазине.

– Спасибо, Ольга. Я принесла свое резюме и…

– Нет! – Перебила ее Шилова. – У меня нет на это времени. Если хочешь здесь работать я дам тебе возможность попробовать себя. Если справишься – остаешься, если нет – что ж, значит так легли карты. Дам тебе один месяц испытательного срока. И поверь мне, это даже много. Не все выдерживают такой темп работы.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «ЛитРес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на ЛитРес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.

Примечания

1

 Прим.от автора: Тиндер – популярный сайт знакомств

Вернуться

2

Прим.от автора: «Собор Парижской Богоматери» – мюзикл по роману Виктора Гюго

Вернуться