# Беговая лошадь

Лена Диминн

Когда встречаются два человека, у одного только начинается сама жизнь, а у другого уже есть опыт и оптимизм. Тогда на любую ситуацию можно взглянуть с иронией.

## Часть 1

Ноябрь 2002 года. Лондон.

Город украшали к Рождеству…

Мы сидели с подругой на углу Пикадилли, за бокалом вина в тихом, уютном ресторанчике, смотрели на пестрое мелькание людей и обсуждали наши планы: посетить музеи, погулять по паркам, побродить по старому городу. Впереди целая неделя.

И вдруг Марина округлила глаза и вскрикнула:

– Ой, ой…, белка!

– Больше не пей Марин!

– Нет, правда… белка

Я повернулась и посмотрела куда она таращилась.

– Это же хорек! Милый хорек, Марин.

Маленький хорек сидел спокойно у барной стойки и грыз баранье ребрышко.

Меня и Марину это сцена очень рассмешила, мы вели себя слишком шумно и развязано.

Окружающие стали обращать на нас внимание и оборачиваться.

– Russian, – сказал кто-то из посетителей.

Официант направился в нашу сторону, а хорек продолжал расправляться со своей добычей всех игнорируя.

– Еще вина? – предложил официант.

– Yes, – ответила Марина.

Атмосфера вокруг нас оживились. К нашему столику подошел мужчина, и предложил пообедать завтра, явно обращаясь к Марине. Я успела рассмотреть его. Это был симпатичный молодой человек, со вкусом одетый. Похож на аристократа…

На следующий день, я встала рано утром, Марина еще дрыхла. После завтрака присоединилась к нашей группе, которая дожидалась начала обзорной экскурсии по Лондону.

Группа была малочисленная, четыре семейные пары, я и еще одна не молодая современная дама. В минибасе мы сели рядом. Дама оказалась болтливая:

– Роза Моисеевна! – представилась она.

– Александра… можно Саша.

– Мы прилетели с дочкой и внучкой, они уже четвертый раз здесь, поэтому наши маршруты не совпадают, – улыбаясь сообщила Роза.

– А я с подругой, только она спит!

Последующие дни мы проводили вместе.

По Британской национальной галереи я и Роза ходили за нашей группой, все время отставая.

Роза Моисеевна мне безостановочно что-то нашептевала. Ее жужжание мешало мне слушать экскурсовода.

– Беговая лошадь маркиза Рокингема «Жеребец Уистлджакет», Джордж Стаббс – одна из не многих картин…, – Роза Моисеевна вы мешаете мне проводить экскурсию, вам не интересно?

– Что-вы голубушка, очень интересно, извините.

Через минуту Роза опять начинала шептать мне в ухо, но ее монотонное гудение было слышно всем присутствующим.

Она показывала мне на картины и комментировала:

– И не вспомнишь всего через двадцать лет, столько музеев у тебя еще будет, на главное смотри.

В один из дней мы поехали в Хэмптон-Кортский Лабиринт, маршрут проходил через Нулевой меридиан Гринвича. Там Роза Моисеевна предложила мне прогуляться самостоятельно.

Мы оторвались от группы и болтались сами по себе, но перепутали время сбора. Наша группа сидела уже в автобусе.

– Роза Моисеевна вы где были, мы вас ждем уже полчаса. Лабиринт скоро закроют.

– Милочка, я очень виновата, с часами что-то.

Когда мы приехали к Лабиринту, касса закрылась. Гид повел нас в Паб напротив и заказал всей группе Британский Сидр. Мы слушали рассказ гида, потягивая яблочный напиток, а из окон обозревали грабовые деревья, которые составляли ансамбль садово-паркового искусства.

Роза Моисеевна гида не слушала и увлеченно рассказывала мне про своего любимого племянника:

– Сашенька, деточка, Георгий такой положительный, только с первой женой не повезло… Я Вас обязательно познакомлю.

– Да, да, да… а чем он занимается?

– Он такая возвышенная натура… правда один год не доучился, отчислили из Института… и работу часто меняет… ищет себя… с начальством недопонимание, потому что он очень принципиальный… Жорик щепетильный, гордый, маму очень любит, а она в нем души не чает… мамина радость.

– А мама чем занимается? – уточнила Саша.

– А у мамы ювелирная фабрика на Урале.

– Хорошо, я подумаю.

– Что тут думать.

С дальнего стола донесся чей-то бас:

– Роза Моисеевна, а мама за мужем?

– Борис, мы с Вами об этом потом поговорим.

Роза Моисеевна была неутомима. В наше свободное время мы куда-то бежали либо шли покупать сувениры. Как-то раз она подошла к гвардейцу и задала вопрос:

– МЭГЭЗИН Ти-и?

Гвардеец посмотрел на неё с интересом:

– Can I help you?

Но Роза Моисеевна махала руками и повторяла:

– МЭ-ГЭ-ЗИН ТИ-И, МЭ-ГЭ-ЗИН!! – каждый раз проговаривая фразу громче и с непонятным акцентом.

Гвардеец удивленно смотрел на нее и пытался сообразить, что от него собственно хотят.

– Блин, ну как тебе объяснить, ТВИНИНГ, ТВИНИГ! Ну чай, чай.

Она изобразила «чаепитие», поднося правую руку ко рту, левой рукой изображая блюдце.

– А-а, tee shop? OK, mam.

И мы в сопровождении гвардейца, пошли через старый Лондон к самому знаменитому магазину Британского чая.

– Сашка, смотри какой мех на шапке, мне бы шубу из такого меха. Интересно, где они шкуры берут!

К вечеру мы попали в огромный магазин в центре Лондона, пробежали по всем этажам, купили несколько вещей, спустились в отдел с едой и взяли нарезки из продуктов. Разместились у барной стойки рядом с отделом и заказали кофе. Перед нами стояла табличка «Со своей едой нельзя» с соответствующим рисунком. Роза Моисеевна бойко разложила нарезку. Бармен указал на табличку и с улыбкой подал две чашки кофе:

– Don’t eat. Thanks.

– Иди, иди, милый, без тебя разберемся.

Роза улыбнулась и положила ветчину на язык. Она поставила передо мной бутерброд, а свой поднесла ко рту, и тут на её плечо легла рука. Мы обернулись. Рядом стоял полицейский:

– Follow me, please.

– Что он хочет, этот лось, дамам не дают поесть.

Полицейский вывел нас из магазина и показал пальцем на рот, а потом на кафе. Роза Моисеевна стояла с двумя надкусанными бутербродами и изучала меню:

– Так это одуреть можно от таких цен! – Тыча пальцем в меню, сказала Роза, – Вон скамейка пойдем.

Роза Моисеевна, положила мне в руку бутерброд и сказала:

– Придется есть в сухомятку!

В последний день мы гуляли по старому городу и случайно забрели в многолюдные трущобы.

Роза Моисеевна вцепилась в мою руку:

– Куда нас занесло, тут прибьют и никто не заметит.

– Спокойно, Роза Моисеевна, не паникуйте. Я вас выведу.

Мы пытались дойти до ближайшего метро. Вдруг она завопила:

– Гр-а-а-б-я-я-т! Этот гад в мою сумку залез!

– Что случилось?

– Вот тот, – Роза Моисеевна показывала на бегущего от нас человека, – деньги вытащил. Все! Все деньги!

Роза стояла с расстегнутой сумкой, а на замке молнии висело колье с бриллиантом!

– Саша, ты только дочке не говори! Она меня просила деньги и украшения оставлять в отеле! Хорошо, что колье за замок зацепилось, этот бандит не смог его умыкнуть.

Мы вскоре выбрались из обшарпанного квартала и направились в театр слушать оперетту «My beautiful lady». Роза Моисеевна одела своё колье и счастливая пошла в зал.

С Мариной мы так толком и не виделись за эту неделю. Когда я уходила она спала, а когда приходила её еще не было.

За эти годы я побывала во многих местах, но Роза Моисеевна и её Лондон – это на всю жизнь.

## Часть 2

Дело было, давно.

Я работала и училась. Училась и работала. Очень ждала новогодних каникул. В один из дней, перелистывая свою записную книжку, увидела: «Роза Моисеевна – Лондон».

Я вспомнила наши веселые приключения в Лондоне и набрала ее номер:

– Роза Моисеевна, добрый вечер!

– Алло, алло. Говорите громче, я на улице здесь шумно и плохо слышно.

– Роза Моисеевна, это я, Александра. Мы с Вами в прошлом году в Лондоне отдыхали.

– Сашка, привет! Как поживаешь? Какие планы? Я сегодня думала с кем бы мне поехать отдохнуть?