Джерри Ай
Демо Версия Тебя

Глава 1

Когда твои нежные руки прикасались ко мне, по моему жаждущему тебя телу пробегала дрожь. Твои губы чувственно и нежно касались моих губ от чего предательская слабость, волнами проходя по всему моему телу, не давала мне устоять на ногах.

Так было, когда мы встречались, и пока не наступил тот день, без тебя.

Ты шёл по дороге, спеша на работу, которую недавно сменил, и как обычно слушал свою любимую музыку, наслаждаясь прохладным весенним утром, то, что случилось потом, перевернуло всю твою и мою жизнь.

Ты свернул направо, и не заметил её, чёрная большая машина, взвизгнув тормозами, лишила меня, тебя.

Так ты попал в реанимацию, меня не пускали к тебе, и сидя перед дверями реанимационной от горя не видя, что происходит вокруг, я мечтала лишь об одном: увидеть тебя, поцеловать твои губы и твои самые нежные руки в мире. Смутно помню то, как врач сообщил мне о твоей смерти, и твои похороны, на которых мне наконец-то удалось поцеловать твои холодные губы и такие же холодные руки.

Смотря на тебя и понимая, что ты уже не откроешь эти глаза, и я не увижу твою дразнящую меня улыбку, я начинала медленно сходить с ума.

Когда все начали уезжать с кладбища, зовя меня с ними, я не могла уйти и оставить тебя одного, да я и не хотела, мой мир был здесь рядом с тобой.

Так это всё и началось.

Как всегда я забежала к тебе на кладбище, поздороваться и покормить наглых ворон уже привыкших ко мне. Даже когда я махала на них руками и ругалась, они только с жалостью смотрели на меня, но не улетали.

Покормив эту наглую стаю я, как обычно садилась на скамеечку у твоей могилы и смотрела на фотографию с таким родным лицом на ней и хитрой улыбкой, которую я так любила.

Твоя мама согласилась повесить на твой памятник именно ту фотографию, мою самую любимую.

Как мне не хватало твоих губ и твоих рук, смотря на твой образ, стон каждый раз срывался с моих жаждущих твоих поцелуев губ. Каждый раз, прикасаясь губами к твоей фотографии, я с замиранием сердца надеялась почувствовать твои сладкие и такие желанные губы, но холод могильной плиты был мне ответом.

Однажды в воскресный день, как обычно с утра, придя к тебе, я сидела на скамеечке, подставив под тёплые лучи солнца своё заплаканное лицо, и тут задремав, я почувствовала прикосновение, словно лёгкий ветерок прошёлся по моим волосам и по моим губам.

Тихий шёпот произнёс моё имя, вздрогнув я, открыла глаза, с удивлением заметив, что наступил вечер. Произошедшее сильно взволновало меня, не понимая, что случилось и почему так быстро стемнело, меня как будто бы всю сковало, и я застыла словно статуя.

Тут услышав шаги, и обернувшись, я увидела мужской силуэт, шедший в мою сторону, что-то знакомое было в его походке. С замиранием сердца я узнала в нём тебя, но тут резкий толчок вернул меня в реальность и я, открыв глаза, увидела пьяного сторожа, который что-то бубнил себе под нос: на тему что нет покоя от вас, ходят тут разные, потом тащи их на себе.

Злая на него за то, что он вернул меня, я готова была его задушить.

Ведь столько времени я мечтала хоть во сне увидеть тебя, но ты упорно не давал о себе знать, и вот тут когда ты почти подошёл ко мне, пусть даже и во сне меня вернули туда, откуда я пыталась убежать.

Дав ему на бутылку, а может и на две, это неважно, я попросила его, что даже если он увидит что-то необычное, происходящие со мной, чтобы не подходил ко мне и твоей могиле.

Словно подтверждая мои слова, подул ветерок и закачал ветки дерева росшего рядом у твоей могилы.

Сторож странно посмотрел на меня, ничего не говоря, лишь качая головой, повернулся, и, покачиваясь из стороны в сторону, ушёл восвояси.

Как всегда нежно припав к твоим губам на фотографии, прощаясь с тобой до завтра, я вдруг почувствовала, что на меня кто-то смотрит. Злясь, я повернулась, думая, что это опять пьяный сторож пришёл по мою измученную душу, но резко повернувшись, увидела такой родной силуэт, стоявший невдалеке между могильными плитами, тень от деревьев не давала разглядеть мне твоё лицо.

Мне совсем не было страшно, только сердце начало биться всё быстрее и его звук казалось, заполнял собой всю тишину кладбища. Ты, но я знала, что это не мог быть ты, это была демо-версия тебя, но я согласна была хотя бы на это. Медленно подойдя ко мне, ты поднял свою руку, и коснулся моей щеки, и тут я потеряла сознание.

Придя в себя, и быстро собравшись, я решила, что схожу с ума, но всё же радостная от того, что увидела тебя, потопала прочь с кладбища.

В последующие несколько дней ничего интересного не происходило, хотя я ждала тебя.

Однажды, собираясь к тебе, я решила надеть то самое платье, которое ты так любил, и когда я его надевала, ты зажигался от этого.

Твои глаза загорались страстным огнём, ты наклонялся надо мной, шепча моё имя, и когда твои руки возбуждающе меня обнимали, лаская, казалось, что они везде на моём горящем теле, в каждой его клеточке.

Под платье я, конечно же, ничего не надела, только, красивые чулочки, которые меня возбуждали. Собираясь к тебе на кладбище, я готовилась так, словно у меня будет долгожданное свидание с тобой. И даже не могла представить, что принесёт мне этот день.

Войдя в ворота кладбища, я не увидела, привычно сидящего, пьяного сторожа, но зато сразу почувствовала, как что-то вокруг меня изменилось. Лёгкий ветерок забрался мне под платье, и нежно ласкал мои ноги, забираясь всё выше и выше.

Чем ближе я подходила к твоей могиле, тем настойчивее становился ветерок, и тем сильнее росло моё возбуждение.

Моё горячее, изголодавшееся по тебе, и твоим ласкам тело не понимало что происходит.

Подойдя, и разложив на столике вино, и вкусную еду для нас, вытащив приготовленные зёрнышки для моих наглых ворон, которые сегодня были странно притихшие и не галдели как обычно.

Косясь на меня, не охотно принимая моё угощение, они все-таки оставили меня в покое и улетели.

Выпив бокал вина, ведь сегодня был мой день рождения, я с лёгкой улыбкой полной упрёка, смотрела на твоё фото, и ждала как всегда от тебя подарок.

Так, наслаждаясь твоим невидимым присутствием, я напилась вина и, захмелев, стала выговаривать тебе: какой же ты бесчувственный чурбан и единоличник, как ты мог позволить себе, оставить меня одну с этими наглыми и неблагодарными воронами, ведь даже они улетели, оставив меня одну.

Впав в истерику, я стучала кулаками по твоей могиле, призывая тебя прийти ко мне. Когда мои силы иссякли, и я обессиленная, вся в слезах, отключилась у тебя на могиле, уже наступили сумерки.

Так пролежав некоторое время, я проснулась от того что мне стало очень холодно. Поднявшись на непослушных ногах, я доковыляла до скамеечки, присев и обхватив голову руками, я протяжно завыла, как раненая волчица.

Тут краем глаза, заметив движение у соседних могил, я с надеждой выпрямилась готовая на всё ради того, чтобы опять увидеть демо-версию тебя. И вот, наконец, такой родной силуэт, приближался ко мне, знакомой походкой, подойдя, ты дал мне возможность увидеть такое дорогое для меня лицо, уже слегка покрытое лёгкой щетиной.

Не сдержавшись, я подняла руку, чтобы прикоснутся к тебе, но ты жестом остановил меня, давая понять, что прикасаться к тебе нельзя.

Слёзы покатились по моим щекам, не давая мне ясно видеть тебя.

Это не помешало тебе, и ты нежно и страстно, прикоснулся губами, к моим щекам, мокрых от слёз. Твои губы были такими холодными, они словно бы обжигали мою кожу.

Но мне было всё равно, я мечтала лишь об одном, что бы это никогда не кончалось. Жадно нависая надо мной, ты закрывал от меня весь мир, твоим таким желанным для меня телом, наклоняя голову ниже, ты коснулся моей шеи, и лёгкая дрожь пробежала по моему телу вниз, от чего сильно закружилась голова, и чуть не упав, я попыталась ухватиться за тебя.

Как только моя рука коснулась тебя, ты начал исчезать, застонав я упала на колени, от того что ты опять покинул меня, хотелось кричать, но мой язык не слушался меня.

И тут я поняла, в чём была моя ошибка, ты ведь предупреждал не касаться тебя. Но как? Это было выше моих сил.

Поднявшись, на ватных ногах, я подошла к твоей могиле, и сев прямо на неё, прислонилась щекой к твоей фотографии, чтобы хоть как то остудить бушующий во мне огонь страсти.

Так я просидела ничего вокруг себя, не слыша и не замечая.

Тут, лёгкое поглаживание по моему плечу вернуло меня в реальность, медленно повернув голову, я увидела тебя, но так и осталась сидеть, даже не двинувшись.

Ты присев рядом около меня, нежно поглаживал мои вздрагивающие плечи, твои руки ласкали меня, и, сводя меня с ума, они опускались всё ниже. Дрожа от возбуждения и желания, я застонала, закрыв глаза, и тут твои холодные губы нежно коснулись моих, и, поцеловав их, ты нежно меня обнял, прижав к себе.

Холод, который шёл от твоего тела нисколечко меня не пугал, я хотела согреть тебя своим горящим телом и была уверенна в тот момент, что смогу это сделать. О, как же я ошибалась!

Продолжая меня целовать, твои руки незаметно оказались у меня под платьем, нежно прикасаясь к моим самым сокровенным местам, да, ты знал, как я люблю, и не забыл, как это делать, даже умерев.

Настойчиво, страстно и нежно ты вознёс меня на вершину блаженства, похищая мой разум, мою энергию и мою душу.

Обессиленная и счастливая я обмякла в твоих руках.

Как мне хотелось тебя обнять, но я помнила, что этого делать нельзя, а то ты опять исчезнешь. Просидев так какое-то время, ты встал и, повернувшись, пошёл прочь от меня.

– Не уходи, прошу тебя. – Шёпотом произнесла я, не в силах побежать за тобой.

Остановившись, ты лишь грустно посмотрел на меня, жестом показав, что тебе пора. Закрыв глаза, чтоб не видеть, как ты исчезаешь, заглушая боль в моей душе, я ещё немного посидела на твоей могиле. Наконец открыв глаза, и оглядев всё вокруг, в поисках тебя, я быстро собралась и побежала домой.

В последующие дни ты появлялся, давая возможность наслаждаться присутствием тебя, при этом ты ко мне не подходил и жестом показывал мне тоже этого не делать.

Однажды как обычно сидя на скамеечке и смотря на тебя, я не заметила, как ко мне подошла старушка, одетая во всё чёрное, молча разглядывая меня и покачивая головой, она, наконец, произнесла:

– Сила вашей взаимной любви впечатлила меня и, видя твои страдания, я хочу тебе помочь. Но тут ни место для живых и то, что ты его видишь, не очень хорошо для тебя. Есть путь туда, где ты сможешь его не только видеть и слышать, но и прикасаться к нему.

Услышав её слова, я подскочила к ней как ошпаренная, дрожа от нетерпения узнать про этот путь к тебе.

Но жестом остановив меня, она сказала:

– Мне известно, что ты хочешь и что надо тебе, и я дам тебе это, но помни, что средство, которое ты получишь, необычное, выпив его, ты попадёшь туда, куда так рвёшься.

– Я умру? – бесстрашно спросила я.

– Нет, но выбор есть всегда, даже там, где, кажется, что его нет. И помни, что у этого средства есть один побочный эффект, – говорила старуха.

– Мне всё равно, дай мне его, – просила я, сгорая от нетерпения, даже не пытаясь её дослушать.

Она ещё что-то говорила, о том, что теперь каждый раз, принимая это средство, мне предстоит делать выбор, прикасаться к тебе или нет, и что от этого будет зависеть моя жизнь. Но я больше не слушала её, думая лишь об одном, как бы поскорее получить то, что она мне обещала.

Ты так и стоял на том же месте и молча, как всегда, наблюдал за нами. Когда старуха начала говорить о средстве, которое мне поможет слышать тебя и прикасаться к тебе, ты весь напрягся, и тень недовольства пробежала по твоему нахмурившемуся лицу.

Жестом показав, не слушать эту старуху, ты, печально покачав головой, исчез. Тут вытащив откуда-то, из своих многочисленных складок одежды бутылочку с какой-то жидкостью, чуть помедлив, она протянула её мне и сказала:

– Когда захочешь найти путь к нему, то выпей маленькую ложечку того, что здесь находится.

Повернувшись, старуха неожиданно быстро для её возраста пошла прочь.

Схватив заветную бутылочку и внимательно рассматривая её, мне вдруг почему-то расхотелось пробовать то, что тут было, и посмотреть, что же произойдёт.

Присев на скамеечку и обдумывая все, что произошло со мной сегодня, я приняла решение, что сделаю это в день твоего рождения, которое будет через три дня.

Вздохнув и поискав глазами твою демо-версию, и не найдя её, я медленно побрела домой.

На выходе с кладбища я увидела знакомого сторожа. Тот, увидев меня, радостно подбежал и начал клянчить у меня на бутылку за упокой твоей души, обещая убрать ещё и твою могилу, а то там уже всё заросло травой, и что я такая ленивая, и совсем не убираюсь там, а только сижу и плачу.

Вытащив деньги из кармана и протянув ему, я поблагодарила его, что он у нас есть, а заодно спросила, не замечал ли он что-то необычное около твоей могилы.

Резко замолчав и подумав, сторож сказал, что вроде нет, но бывает, что если он хватит лишку, ему начинает мерещиться всякая чертовщина, и даже слышатся приглушенные голоса.

Оставив его, я ушла, погружённая в свои мысли о тебе.

Следующие три дня проходили как обычно, забегая к тебе поздороваться и поцеловать твою фотографию, я не задерживаясь надолго, решив, что подольше посижу с тобой в твой день рождения.

Вечерами я думала о подарке для тебя. Я помнила, как ты любил часы и коллекционировал их. А тут как раз увидела интересный экземпляр, состоявший из пары часов для двоих, с оригинальным замыслом, который заключался в том, что тот мужчина, который наденет мужские часы из комплекта, и при этом отдалится на несколько километров, то вторые женские часы, из комплекта, надетые на руку женщины, просто остановятся. И наоборот когда мужчина подходил ближе чем пятьдесят метров, то в женской паре часов раздавался звук похожий на шум ветра, и женщина тогда понимала что её любимый рядом.

Решив сделать тебе, такой необычный подарок вернее нам двоим, я с нетерпением ждала твоего дня рождения.

С утра встав пораньше, я надела голубое платье, купленное накануне специально для тебя, лёгкое, с красивым вырезом на спине. Оно необыкновенно шло мне, подчёркивая все достоинства моей фигуры, а черные локоны моих красивых волос падали мне на плечи, возбуждая меня своими лёгкими прикосновениями, этим сразу напоминая мне о тебе и твоих руках.

Тааак…не забыть бы заветную бутылочку и подарок для тебя. – Думала я собираясь. Наконец я вышла из дома и пошла к тебе на кладбище. Благополучно пройдя ворота, никого не встретив, я направилась к тебе.

Наглые вороны, рассевшиеся по кругу у твоей могилы, радостно закаркали, увидев меня.

Сторож не обманул меня, твоя могила была чисто прибрана, даже стол со скамеечкой он не поленился покрасить. Покормив уже ставших родными своих ненасытных ворон, я подошла к твоей могиле и вытащила подарок, приготовленный для тебя.

Заведя часы, одни я надела на свою руку, а вторые твои, я разрыв могилу положила их туда.

– Поздравляю тебя дорогой. – Прошептала я.

Вдруг я увидела, что мои часы остановились, а это означало лишь одно, что ты сейчас находился далеко от меня. Быстро разрыв то место на могиле, куда положила твой подарок, я увидела, что их нет. В смятении бегая и заглядывая за каждый куст, росший неподалёку, я неосознанно искала тебя.

И тут вдруг услышала шум ветра, доносящийся из моих часов, а это означало только одно: ты был рядом, с облегчением выдохнув, я привычно пошла, накрывать на столик, что-то напевая себе под нос.

Не забыв вытащить и бутылочку со средством, которое дала мне старушка, поставила его на уголок столика.

Разлив по бокалам белое сладкое вино, которое мы любили, и, произнеся тост, я выпила и немного поела.

Вдруг одна из ворон с белым пятнышком на хвосте, нагло уселась рядом со мной на стол, и, косясь на мою руку, чего-то ждала: вот наглая какая – подумала я, протягивая ей кусочек хлеба. Она, не спеша и очень аккуратно взяла его своим клювом и, приземлившись неподалёку, стала интелегентно его поклёвывать.

Наблюдая за ней, я не сразу заметила, что мои часы встали: значит, ты не рядом, загрустив я, услышала шум ветра: значит ты рядом.

– Ты решил со мной поиграть, тебе понравился мой подарок.– Рассмеялась я.

– Хороший подарок, правда? Весёлый. – Так разговаривая и веселясь, я не заметила, как выпила всю бутылку вина.

Солнышко уже начало прятать свои лучики от меня, и нещадная летняя жара медленно отступала, уступая место вечерней долгожданной прохладе.

Тут мой взгляд упал на заветную бутылочку, видя, что мои часы опять остановились, и уже теряя надежду тебя увидеть, я приняла решение выпить ложечку средства, которое дала мне странная старушка.

Подойдя к столику чуть помедлив, взяв в руки бутылочку, и отмерив ровно ложечку как мне, и сказали, я, зажмурившись, проглотила содержимое.

На вкус это оказалось обычная вода, подождав немного, увидев, что ничего не происходит, и, разочаровавшись, присела на скамеечку в надежде, что ты всё-таки появишься. Посмотрев на часы, я увидела, что они стоят, молча говоря мне, что ты далеко.

Заплакав от обиды, что ты так со мной поступаешь, я стала ходить туда-сюда около твоей могилы.

Вдруг дрожь пробежала по моему телу, покрывшись холодным потом, от неожиданности закрыв глаза, и присев на корточки от накатившейся меня слабости, в надежде, что скоро всё пройдет, я могла только слышать, что происходит вокруг меня.