# Яга. Лысая Гора

Марисабель

Ну и угораздило же меня так вляпаться! Теперь последние пять лет я провожу в бегах с Серым Волком и верной Белобокой. Только нашла уютное место в Темном Лесу, как получаю от любимой бабушки странное письмо с просьбой вернуться в родные края. Ещё и Леший обстановку накаляет. Тьфу, одним словом!Даже встреча с красивым ведьмаком не подняла настроение, потому что этот упырь явно что-то скрывает. Приходится разбираться со всем этим кошмаром самой? Ну я же все-таки лесная ведьма…

© Марисабель, 2024

ISBN 978-5-4498-6189-4

Создано в интеллектуальной издательской системе Ridero


## Долгая ночь

> Если разбудил Ягу среди дождливой ночи,

> то не удивляйся, что она встала с не той ноги.

> Народная мудрость

– Аууууу, – волчий вой раздался в лесной чаще.

Это только в сказке добрый молодец сам приходит к Бабе-Яге, она ему все спокойненько даёт, и он сваливает к Лешему, но видимо я не в том лесу поселилась. Хотя выбора то у меня особого не было. Во-первых, не люблю, когда меня называют Бабой, а что касается добрых молодцев, то у них видимо все мозги в мышцы ушли.

С этими грустными мыслями я неслась через чащу в своей ступе, проклиная все на свете. И молодца, что так неосторожно заблудился в лесу. И лес, в котором растут такие ветвистые деревья. А вам было бы приятно периодически ветками в лицо получать? А над лесом я подняться не могу, гроза видите ли… неохота из обычной лесной ведьмы в жареную превратиться, никакая магия не спасет. А вой волка не прекращался, я бы даже сказала усиливался.

– Да лечу я, лечу, – и что Серый так разволновался, – не мог же этот молодец, чтоб ему Горыныч с похмелья попался, палкой в улей тыкать?

– Ауу….

Я сейчас тоже выть начну, ну, копыта водяного, кто решил, что отправиться в грозу в Темный лес к Яге, хорошая идея? Да ещё при этом в другую сторону пойти? Да, ещё и среди ночи?! Нет, все-таки нужно было оставить этого упыря шарахаться по лесу до утра, может ума бы набрался. А если бы не набрался, то таких и не жалко.

– Ауу..Ау-ау..аууу, – мне показалось или Серый еле-еле сдерживает смех.

Ну если этот старый волк шутить со мной вздумал, то лишняя шкура в избушке всегда пригодиться. Спущу и даже не поморщусь. Мы, конечно, друзья, но хотя бы крошки совести нужно иметь. Так и добралась до места действия, а тут разворачивалось прямо-таки эпическое сражение. Мужик, лет сорока, хотя у людей я не всегда могу точно различить возраст, вооружившись палкой приготовился биться насмерть с огромным волком. Серого он различал видимо только по горящим в темноте глазам, потому что бил явно мимо цели. Ну это и понятно, людишки даже собственных ног в темноте не увидят. А волк плавно ходил из стороны в сторону и пугал мужика, наслаждаясь его бледнеющим лицом. Хотя, если бы Серый решил напасть, по крайней мере одного зуба бы он точно лишился. А может и всех, если мужик решил помирать с песней. Надо бы это заканчивать и я изо всех сил свистнула.

– Так! Прекратить! Какого Лешего здесь происходит? – ну если они разбудили меня почем зря, мало никому не покажется.

– Добрый молодец собственной персоной, – Серый ещё раз клацнул зубами в сторону мужика.

– Что? – я была в легком шоке, – Я думала добрые молодцы слегка помоложе будут, они же, это, того самого, на то и добрые молодцы?

Серый Волк зашел мне за спину, а я вылезла из ступы и вышла в тонкий лучик света, который отбрасывал месяц, чтобы мой новый знакомый мог меня разглядеть. А то видно, что он ничего не видит. Он, поняв кто перед ним стоит, упал на колени и стал протягивать мне в руки какую-то корзинку.

– Баба Яга, спасите! Выучите! Я что угодно для вас сделаю! Любую цену заплачу! Я очень вас прошу! Ты же всё можешь! Я не слушаю, что про тебя говорят в деревне, мне не важно! Просто помоги…

Ну, я не особо удивилась, что он пришёл ко мне с просьбой, другой причины в такую погоду выходить из избы я не видела. Но решила рассмотреть просителя повнимательнее, прежде чем что-то решать. Мужик был коренастым, с крепкими руками и решительностью во взгляде. В руках у него была корзинка, по запаху стало понятно, что внутри пирожки и видимо что-то ещё… И тут меня пробрало. Я захохотала так, что верхушки сосен зашатались… уж что-что, а смеяться ведьмы умели от души, редко, это правда, но зато от души. Люди бы назвали этот смех пугающим, ужасающим или холодящим душу, но по мне так это они просто не умели по-настоящему смеяться. Этот человек решил задобрить меня пирожками? Вот умора!

– Ну что, добрый молодец, – с удовольствием издевалась я, – Как хоть тебя звать? А то зажарю, съем, а имени так знать и не буду. Тем более Серый вон тоже проголодался…

Друг демонстративно клацнул зубами подыгрывая мне.

– Если разбудил ведьму среди ночи, то не удивляйся, что она встала с не той ноги, – дождь и плохое настроение осталось при мне.

Я медленно начала к нему подходить, он не шевелился и головы не поднял, но руки с корзинкой порядком тряслись.

– Ты так и не объяснил зачем я тебе нужна, – я достала ножичек из ботинка, – А вот ты мне нужен вполне для определенных целей.

Нет, ну правда. Неужели он поверил, что я могу его съесть? Я же это так, для удовольствия, для поднятия моего загубленного настроения, а он прямо испугался до полусмерти, начал что-то бормотать, ну просто жалко смотреть.

– Ваше… Баба Яга, – мужик явно был в шаге от разрыва сердца, – Я это…

– Что надо? – капли дождя до сих пор капали с моего длинного носа с горбинкой, доставшегося от матери, а ей от её матери…

– Помогите моей жене, мне больше не к кому обратиться, я не хотел вас тревожить, но она умирает и я… я не могу ей помочь, она так страдает, помогите ей и я этого никогда не забуду, – он положил голову на землю и начал плакать, – Я сделаю все что угодно, я… жизнь отдам.

Я на него сверкнула глазами, хоть он этого и не видел. То же мне, герой нашёлся! Больно нужна мне его жизнь.

– У меня жена рожает, да вот…

– Что? А я тут причём? У вас же соседи есть? Женщины имеются? Так роды их прерогатива, ко мне за зельями, лекарствами, волшебными оберегами, советами… Я ведьма! А не какая-то там повитуха!

– Но вы же это можете? Когда я уходил она была такой бледной и соседка сказала, что не знает почему не получается, раньше все всегда было хорошо…

Так, что потенциально у нас получается: мужик в грозу приперся в Темный лес к злой ведьме (это с его колокольни, на самом деле я белая и пушистая), потому что его жена рожает. Делаем простой вывод жену любит, это уважаем. Собирается неплохо заплатить, а не просто так. Тоже неплохо – должников много не бывает и это не обязательно про деньги. Но роды я никогда не принимала, тем более у людей, их тела такие хрупкие и недолговечные. Накосячить – проще некуда. Если не пойду – скажут, что злая, вредная и вообще все грехи на меня повесят, а идти мне особо некуда. Да, я вредная и мстительная, но им это знать необязательно и даже вредно. Я, к тому же, все-таки не бесполезная. Мои травы хоть помогают, а их соломой можно только отравиться. Да уж, ситуация так себе.

– Ты предупредил, что ко мне идёшь?

– Да, они не хотели… – мужик понял, что я вроде как согласилась, поэтому приободрился, – Бояться вас. Но я решил, если есть хоть один шанс, я попытаюсь вас найти и умолять о помощи.

Его мне было жалко, хотя я людей последнее время недолюбливаю. Слишком сильно было потрясение от событий пятилетней давности, да и за что их любить?

– Я ничего не обещаю и, если что-то пойдет не так – я выразительно на него посмотрела, – Я снимаю с себя ответственность.

– Да, да, конечно, – вот же леший, он в таком состоянии мать родную продаст, а потом все забудет.

– Если жена или ребенок выживут, ты будешь мне должен, – я подошла и рассекла его руку ножом, – И я могу затребовать свой долг в любое время. Лес скрепил нашу сделку и, если ты нарушишь свое слово, то сам понимаешь…

– Да, да, – глаза его округлились и чуть не выкатились из орбит, – Я согласен.

Это было чистой воды представление, лесу на его кровь абсолютно все равно и мне, кстати, тоже. А вот на людей это действует своеобразно, они во всё это искренне верят и бояться. Пользуюсь я этим только ради собственной выгоды и безопасности.

– Где твой дом? – нужно же идти и выполнять свою часть только что якобы заключенной сделки.

– Я покажу, на краю леса, на первой улице – он немного разволновался, оно и понятно, не каждый день должником ведьмы становишься.

– Я не попрусь с тобой пешком, – меня прямо передернуло, – В такой-то ливень. Нет уж, дорогой. Я полечу первая, твои родные знают, что ты пошел меня искать, значит мое появление на пороге будет не слишком большим удивлением, а тебя выведет из леса Серый, а дальше сам дойдешь.

Я подошла к ступе и тут Серый понял, что ему улыбнулась перспектива провести под ливнем ещё минут тридцать. Злобный оскал и недобрый рык не предвещал ничего хорошего. Но кого это волнует.

– Маленькая месть, – я ничуть не смутилась, – Вытащил в ливень, загнал в неудобное положение, подкинул работу, в общем отличился. Развлекайся.

– А что, я должен был это чудо здесь и оставить, или может быть съесть? – он стал оглядывать мужика с ног до головы. Серый сделал это исключительно чтобы поиздеваться, а тот выразительно побледнел. Хотя Серый и не любил людей, даже можно сказать презирал с некоторого времени, но лишний раз не убивал. Только если настроение плохое, или человечишка уж очень мерзкий.

– Так, ладно, – я забралась в ступу, – Время не теряем – роды принимаем. Тьфу!

– Спасибо, Баба-Яга.

– Да не Баба я, не Баба, – и как их от этого отучить, – просто Яга, а лучше Ядвига.

Гроза закончилась, оставив после себя лишь ливень, но зато теперь я могу лететь над верхушками деревьев и не трепать свои волосы по веткам, чай не чужие. Жалко.

А в это время с земли мужчина всматривался в небо куда улетела ведьма. Он представлял её себе по-другому. Она была молодой, с поразительно сверкающими зелеными глазами и ничуть не страшной. Да, как и все лесные ведьмы она видимо любила есть людей, заставила поклясться его на крови, да ещё чуть волку на растерзание не дала. Но он видел, как она вглядывается в даль, как используя метлу гребет по воздуху в сторону его дома и медленно осознавал, что доверяет ей. Он её боялся, но почему-то доверял. Не верил он все-таки, что она его убила бы. Нет, не смогла бы. И если кто и сумеет спасти его красавицу-жену, то это Ядвига. А если нет, то на то Сварога воля и Морена напоёт ей сегодня последнюю колыбельную. [1]

* * *

Найти нужный дом оказалось просто, только в нем что-то происходило: горел свет и бегали туда-сюда люди. Надеюсь, жена ещё жива, не хотелось бы мне потом объяснять всей деревне, что не я её убила. И вообще только мимо пролетала.

Я быстро спустилась во двор, калитка была не заперта, спрятала за угол ступу и направилась прямиком к бане. Потому что знала, что человеческие женщины рожают обычно там. Это ещё из той, прошлой жизни… Так не будем об этом! Сейчас и без того забот хватает. Проходя мимо, я заметила, что под крыльцом дома сидит кикимора. Вяжет и что-то напевает себе под нос:

И тут она резко поворачивает на меня голову и впивается злым пронизывающим взглядом. Пять секунд не отводит его, как бы намекая, что песня предназначалась мне, а потом как ни в чём не бывало возвращается к работе.

Вообще, кикиморы безобидные существа. Маленькие и худенькие они пакостничают, вредничают и мешают хозяевам дома на бытовом уровне, но только так, из вредности. Обычно живут на болоте, но если выходят замуж за домовых, то переселяются к ним в дом и тогда у хозяев начинается весёлая жизнь. Как говорят: «Всё зло от женщин».

Но кикиморы могут быть и полезными. Они предсказывают мелкие события и дают хозяевам подсказки. Например: нашли уголёк утром посреди комнаты, значит будет пожар. Увидели, что все бочки с водой за ночь опустели, значит будет засушливое лето и так далее. Но иногда, очень редко, кое-кто более могущественный может сообщить им секреты отдаленного будущего и, если кикимора решит этим поделиться, то лучше к ней прислушаться. Знаю я этого более могущественного… С Водяным мы давно дружим, может выпадет случай, и мы поговорим на тему того, что и кому можно сообщать.

Но она хотела меня предупредить? Или напугать? Неужели сегодня кто-нибудь умрёт?! Нет уж, не позволю. Я хочу остаться в этом лесу, в этой деревне и никто не помешает мне это сделать. Особенно ещё не родившийся человеческий ребёнок. И с этими мыслями я вошла в баню.

Внутри была достаточно суматошная обстановка. Хотя, чего я ожидала. Как только дверь за мной закрылась, я поняла какой оглушающей может быть тишина.

И я их понимаю. Я же выбежала из избушки не расчёсанная, не умытая и одела что было под рукой. Поэтому перед их взором предстала молодая двадцатипятилетняя девушка, с каштановыми, пышными, слегка вьющимися, не расчёсанными волосами. Зеленые глаза насмешливо сверкали. Рубашка из простого некрашеного льна была по краям вышита зелеными славянскими рунами, а юбка в пол была насыщенного красного цвета. Ну, это для них это казалось юбкой, для меня это были очень широкие штаны. А вы представьте какого это по лесу в юбке длинной бегать? Это человеческим женщинам всего-то нужно за детьми следить, да коров доить, ну и еду приготовить на обед, а мне так нельзя. И, конечно, кожаная удлиненная жилетка, которая помогала защитить рубашку от веток. А то надоело штопать её постоянно. И, безусловно, с меня капало прямо на порог. Против проливного ливня даже ведьмы бессильны.

– Вы знаете кто я? – да знают, конечно, но правила приличия никто не отменял.

– Да, – пожилая женщина сделала шаг вперед, – Тебе здесь не рады. Уходи.

– Не нужно благодарности, – я явно старалась весь стресс свести в сарказм, – у меня сделка с мужем этой женщины, и никто не помешает выполнить мне свою часть уговора. Даже её мать?

– Нам не нужна твоя помощь, ведьма, -теперь я точно убедилась, что это мать или хотя бы тетка, – Уходи. От тебя одни неприятности.

– Вряд ли, – я откровенно издевалась и собиралась нагло врать, – договор разрывается кровью…

В этот момент с кровати раздалось жалобный скулеж или даже стон, и все переключили свое внимание на девушку. Так, Яга, возьми себя в руки. Это всего лишь человеческая девушка с ещё одним человеческим созданием внутри… Нет, это меня точно не успокаивает, а вот покричать на кого-нибудь – это всегда полезно.

– Мне нужны горячая вода, чистые куски ткани и нож, а ещё желательно кружка крепкого самогона…

– Ты решила выпить? – эта тетка начала мне порядком надоедать, – В такой момент.

– Выполнять, – гаркнула я, – А то превращу всех в лягушек и будете у меня главным ингредиентом для следующего яда.

Тут все засуетились. Даже мать сбавила немного обороты, когда поняла, что я пришла не по душу её дочери… Так, если я их угроблю – придется менять место жительства. А то вилы, близко, лес ещё ближе. Я хоть и не человек, но все-так Морена и по мою душу когда-нибудь, да придет. А сейчас ой как не хотелось умирать… Пока они суетились и искали все необходимое, я помыла руки и мысленно готовила себя к худшему.

– Я принесла, ваше…, – девочка, притащившая ведро с горячей водой, явно растерялась и не знала как ко мне обратиться.

– Ваше Ведьмейшество, Ядвига, – пошутила я

– Ваше Ведьмейшество, Ядвига. Я принесла горячую воду.

Вот леший, дошутилась. Теперь же прилипнет, а потом не переучишь. А если кто из знакомых прознает или услышит, как меня тут величают. От насмешек отбиваться устану, возможно и не один век. Хотя если хоть кто-то из прежних знакомых узнает, где я, то титул станет моей последней проблемой. Ладно, не до этого сейчас, сейчас местожительства спасать надо.

Помыла руки в горячей воде, дала хлебнуть девушке самогона, чтобы от болевого шока не померла и приступила. Леший, помоги мне…

Я сконцентрировалась, если ребенок ещё даже не показался, значит ему что-то мешает внутри. Вроде не кричит, значит выдохлась, ладно главное, чтобы раньше времени сознание не потеряла, иначе, как я пойму, что она ещё жива? Нет уж, надо держать её в сознании как можно дольше.

Я наклонилась и засунула руку… так ребенок лежит головкой вниз, это хорошо. Что дальше? Может его просто попробовать вытащить, не стеклянный не расколется. Я потянула и сразу сообразила в чем проблема. Пуповина обмоталась вокруг ножки и ручки как бы привязывая малыша к матери ещё крепче. Не хочешь выходить в этот жестокий и коварный мир, малыш? А надо и тебя никто не спрашивает!

– Так, чистую ткань мне! – нужно же куда-то этого младенца положить.

– Нельзя вытаскивать его насильно, он сам должен выйти, – опять вмешалась пресловутая мамаша.

– Ага, выйти, – я так просто сдаваться не собиралась, – В мир иной.

– Ты убиваешь её, – видимо у матери начинается истерика и только этого мне здесь не хватало.

– Так, где, хвост водяного, чистая ткань?

Во время перепалки с мамашей я чудом умудрилась стянуть пуповину с ручки, и ребенок стал медленно вылезать наружу. Но через какое-то время снова остановился из-за пуповины на ножке. Но она обмоталась видимо несколько раз, потому что у меня все никак не получалось снять её. Это злило, а ещё по медленно синеющему ребенку я поняла, если это быстро не закончить, то спасать будет уже некого.

Честно, в голову пришла идея залезть внутрь ножом и обрезать пуповину к чертям, но, если я проколю девушку изнутри, мне этого её мамаша точно не простит. Да и муженёк будет не в восторге. Мне бы света немного, но у них тут только лучины, свечи…

– Принесите мне камень! Срочно!

– Зачем? – ну почему нельзя просто сделать, а вечно со своими вопросами лезут.

– На могилу тебе поставить, если не принесешь сейчас же! Маленький, не больше мизинца в длину, – ну и взмокла же я.

Все та же девчонка, что принесла воду выбежала во двор, а я продолжила свои попытки избавиться от пуповины. Пьяный водяной, ничего не выходит!

– Вот, камешек.

Так отлично, простенькое заклинание и у меня будет достаточно света, чтобы посмотреть, что там внутри.

– Светись, да не тушись, – пробормотала я.

Камешек загорелся внутренним светом и, взяв его между двух пальцев, засунула руку внутрь и присмотрелась. А теперь понятно, ну ты малыш и привязался к матери, в буквальном смысле. Ну вот, теперь все. Пуповину с ножки сняла, ребенка вытащила. Молодец, Яга, съешь сегодня пирожок.

– Держите ваше человеческое сокровище, – я достала посиневшего ребенка и положила в руки новоиспеченной бабушке.

Надо сказать, что она не начала кричать: «что с ним, что делать, что ты наделала». Она быстро схватила его за ножку и начала шлепать по попе. В этот момент в баню врывается теперь уже отец:

– Что случилось, она ещё жива? – он явно не пешком шел, а как минимум прыгал через кусты.

В этот же момент в комнате раздалось:

– Аааа – уаааа- уааа…

– Поздравляю, папаша, – да, я издеваюсь и когда плохое настроение, и когда хорошее, это, наверное, семейное.

– Ээээ, – раздался слабый голос с кровати.

Ой, точно. У меня же сегодня и второй подопытный, то есть девушку спасать надо. Что же ей дать? Что это? Ещё один ребенок? Я увидела ещё одну головку. Так, блин! Я даже сначала не заметила, что их было двое. Ну не повитуха я, ни разу. Я кинулась к девушке, которая все-таки потеряла сознание и стала доставать ребенка. Он был ещё синее, чем его брат. Ой боюсь, что уже поздно…

– Несите ещё одну тряпку! И выведите отца! – не нужны мне мужики в бане.

– Там что, ещё один? – маленькая девочка с интересом наблюдала за всем этим процессом. И кто пустил сюда ребенка вообще?

– Быстрее! Я кому сказала?!

– Вот, держите, – мать роженицы протянула белый кусок ткани и мне даже её жаль стало как-то. Мы ведь ведьмы, покрепче них будем. А они… на них дунь, и они рассыпаются.

Я достала ребенка, отрезала ножом пуповину и передала на руки его бабушке. Она попыталась провернуть с ним ту же процедуру, что провела и с братом, но он все не орал и не орал. И тут в комнате, в которой были закрыты подул легкий ветерок. Настолько легкий, что никто из людей его не заметил… Но я-то не человек. Я тут же обернулась на ближайшее дерево, которое росло за оградой и увидела ворона, который сел почти на самую верхушку.

– Нет уж, я, Морена, тебе его не отдам, – я резко развернулась к ребёнку и начала петь колыбельную.

Дверь раскрылась как будто от сильного ветра, ставни стали стучать по окну, все лучины сразу потухли, а женщины начали испугано кричать. Отец хотел вбежать в дом, но дверь резко захлопнулась у него перед носом. Мои волосы стали развиваться, а в глазах вспыхнул зелёный свет. Я начала качать ребенка на руках, как бы убаюкивая, и пристально смотрела в его пока закрытые глаза.

Даже для меня, мой голос в темноте, поющий древнюю колыбельную, казался пугающим. Он взывал к душе, которая ещё не ушла, но и не была явно в этом мире. А на фоне громыхающих ставен, завывающего ветра и крика ворона на дереве, не удивительно, что женские перепуганные крики не прекращались.

Ребёнок открыл глаза и посмотрел прямо на меня, ветер усилился, а его брат разрывался от плача. Тут за окном раздался ужасный смех, дверь резко захлопнулась и все стихло. Неужели Морена лично посетила сегодня этот дом? Вот чего точно мне не хватало, так это переступать ей путь.

Все стояли, не смея пошевельнуться, было темно, хотя за окном уже начало светать. Ночь закончилась и как бы не было дальше, сегодня я спасла две жизни. Я поцеловала ребенка в лобик и в этот момент в окно попал первый луч солнца. Я посчитала это хорошим знаком, улыбнулась, подмигнула чудом избежавшему смерти малышу и передала на руки бабушки.

Пока я возилась с чадом, его мать уже заснула, или потеряла сознание, тут я не разбиралась. Надеюсь, они смогут о ней позаботиться уже без меня? Если она выживет… Это просто несказанная удача! Сердце бьётся, дыхание есть, зрачки не растеклись, а это значит, что свою часть сделки я выполнила на ура.

После такой тяжелой ночи я наконец-то вышла из бани.

– Как вас отблагодарить, – теперь уже отец бросился ко мне и схватил в свои объятия.

– Как мы и договаривались, – я решила слегка сыграть на его радостных чувствах, – Но за второго ребенка и твоя жена будет мне обязана. И я не забуду про этот долг.

– Конечно! – он действительно был вне себя от счастья, – Для вас всё что угодно.

– Ты что умеешь делать?

– Я плотник, я очень многое умею, меня называют мастером на все руки. Из дерева я что угодно могу сделать.

– Ладно, это хорошо. А жена твоя что может?

– Она дочка старосты, она хорошо вяжет, готовит и знает всех в деревне.

Отлично, дочка старосты – это всегда полезно, да и свой плотник пригодится. Вяжет… так стоп. Я совсем забыла про кикимору. Что она там говорила? Умрет кто-то этой ночью, ну-ну. Вот как оказалось, даже кикиморы могут ошибаться.

Отец пошёл проведать своих детей и поседеть с женой, я уже залезла в ступу, как вдруг из бани выходит мать роженицы и направляется прямо ко мне:

– Постой, Яга, – она замахала руками, – Я хотела тебя поблагодарить.

– Мне от вас ничего не нужно, – я жутко устала и не хотела ещё час выслушивать бесполезные благодарности, – Идите к дочери, покачайте внуков. Теперь с ними все будет хорошо.

– Яга, – я даже не заметила, когда она перешла со мной на ты, – В деревне тебя не слишком жалуют. Впрочем, не удивительно.

– Вы меня сейчас так благодарите, – оригинальный, однако, способ.

– Но я постараюсь теперь пресекать слухи и отправлять к тебе за травами, – а это полезно, – Но Розанна не простит тебе своё купание в луже, Торчин обвалившуюся крышу, и многие другие на которых ты срывала свою злобу. Без причины, хочу заметить.

– Ещё доказать надо, не пойман не вор и вообще они сами напросились.

– Просто помни, что я хоть и жена старосты, если люди пойдут на тебя с вилами, даже я их не остановлю.

Неужели эта женщина действительно думает, что я не справлюсь с горсткой озлобленных людей? В крайнем случае – улечу.

– И приходи на праздник Весны, – он схватила меня за плечо, – Познакомишься со всеми поближе. Может и люди станут к тебе по-другому относиться.

То есть сначала она обвиняла в недружелюбии, беспричинной агрессии и вообще, а теперь приглашает на деревенский праздник? Зачем?

– Праздники людей мне не интересны, – как и праздники лесных ведьм, которые теперь для меня закрыты, – А за советы спасибо.

– Приходи, Яга, – она провожала меня взглядом, – Раз уж ты теперь живешь здесь, то приходи.

Я взмыла в небо на своей ступе и полетела наконец домой.

…Я вяжу, не тужу,
На тебя не гляжу.
Ну и ты не гляди,
Лучше мимо проходи.
Как зайдёшь за порог,
Ты отмеришь им срок.
Ждёт их злая судьба,
Уходи со двора…

Как бы не было темно,
Не гляди дружок в окно,
Ты иди на голос мой,
И прими скорее бой.

Я зову тебя обратно,
Тебе идти легко, приятно.
На небе есть твоя звезда,
Не будет Смерть к тебе близка.

## Меньше знаешь – дольше и лучше живешь

> Чем меньше людей знают дорогу к твоему дому,

> тем меньше врагов они приведут за собой.

> Серый волк

Я была вымотана, как загнанный заяц. Ночь выдалась на редкость тяжелая, и сейчас мне просто необходимо искупаться. Желательно прямо сейчас, и в теплой воде, и без посторонних. Прилетев к избушке, поставила ступу, забежала внутрь взять сменную одежду и с приятными мыслями о предстоящем купании направилась к любимому озеру.

На самом деле озеро, слишком громко сказано. Это был скорее пруд, спрятанный в чаще леса. Вы верите в любовь с первого взгляда? После того, как я нашла этот прудик во время своего первого обхода по лесу, я поверила. Окруженный с трех сторон высокими старыми ивами, он был как бы скрыт от посторонних глаз, а отвесная скала с небольшим водопадом, который падал прямо из скалы, создавала сказочную атмосферу. Ночью из центра пруда было прекрасно видно звездное небо, а днем высокие деревья покрывали практически все озеро кружевной тенью.

Пруд находиться недалеко от моей избушки. Честно говоря, когда я переехала я специально выбрала это место, потому что этот пруд мне приглянулся. Я скрыла его Отводом глаз от навязчивых по осени грибников, посадила вокруг полынь, мяту и черную бузину, поэтому теперь здесь не было ни комаров, ни мошек. Это был мой маленький островок счастья и спокойствия, куда я сейчас с превеликой радостью пришла. Это был оплот безопасности, никто меня здесь не потревожит из этой, да и из прежней жизни.

Сейчас март, поэтому вода в реках и в озерах не слишком теплая, но меня это не касается. В моём пруду все хорошо круглый год. Особенно приятно купаться в нем зимой, когда от горячей воды идет пар и ты не видишь ничего вокруг себя. А все это из-за теплого источника под прудом, который я попросила Водяного усилить. Все это не бесплатно и теперь он тоже имеет право там плавать и купаться, но больше никто.

Я быстро разделась и с разбега плюхнулась в воду. Проплыла до другого конца пруда и обратно, туда и обратно. Такое методичное плаванье приводит голову в порядок, я уже погрузилась в свои мысли, как вдруг:

– Не смей, – закричала я.

Плюх! Меня нагло схватили за ногу и потащили на дно. Да как он только посмел, меня, Ягу, да в воду с головой. Ох выберусь устрою ему взбучку! Вытащу на берег и привяжу к дереву, пусть сохнет. Водяной! Старая плесень! Засохшая рыба!

Вынырнув на секунду из воды:

– Водяной! Леший тебя подери!

– Что, Яга, нравиться, когда нарушают твой покой? Нравиться, когда тебя отвлекают от твоих мыслей и мечтаний.

– Ты что, плесень болотная, делаешь? Жить расхотел?

– Жить я расхачиваю пару раз в столетие, но причин жить куда больше, чем кажется. Хотя бы ради таких моментов, – и он от души засмеялся, – Я бы сказал, особенно таких моментов. А ты я смотрю осмелела? Морене дорогу переступаешь, предупреждения кикиморы не слушаешь…

– Не ожидала я от тебя такого, – я покачала головой, – ну не могла я позволить ребенку умереть! Тем более младенец не умер ещё, я просто немного подтолкнула его к жизни. Спела колыбельную, вот он услышал и вернулся. Я, можно сказать, даже ни при чём.

– Всего лишь человек, – водяной лениво плескал своим хвостом по воде, – Ещё один человеческий детёныш не изменил бы мир к лучшему. И не повлияет на него. Могла бы не напрягаться лишний раз.

– А может быть и изменит, откуда ты знаешь? – я, конечно, разделяла его точку зрения, но почему-то тогда, в доме, я просто действовала на инстинктах, – И вообще, тебе какое дело? И что ты такое узнал важное, что нужно было непременно кикиморам сообщать?

– Да то, когда эта девушка начала рожать, вода в колодцах помутнела, – медленно сказал он, – И я на этот раз здесь ни причём.

– Думаешь один из них ведьмак? Или оба? – спросила я.

– Думаю скорее один, сейчас на утро вода уже чистая, – махнул рукой Водяной, – Но даже у ведьм мутная вода это плохой знак. Особенно при рождении ребенка.

– А может это просто совпадение, – хотя по мне очень странное.

– Молода ещё, – пробормотал Водяной, – Знай, что в мире совпадений нет. А если и есть, то ничтожно мало. А ребенка ты зря спасла.

– Да как ты можешь? У самого-то детей нет, вот и говоришь так!

– Вообще-то они есть, просто живут уже самостоятельной жизнью, – он медленно меня оплыл, а я начала грести к берегу, – а появиться водяница, так и ещё сделать не проблема…

– Фу, избавь меня от этих разговоров.

– А если серьезно, Яга, – я уже доплыла до берега и начала вытираться, – Хоть Морена и Кащей поругались и теперь раздельно живут, она все равно имеет на него влияние. А ещё ты привлекла к себе излишнее внимание, столько лет скрывалась и все напрасно? Сбегутся с Лысой Горы все ведьмы и начнут праведную охоту со всеми вытекающими последствиями.

– Что ты имеешь в виду? И вообще, никому не известно кто я и где я.

– А то, что это заклинание…

– Колыбельная.

– Не важно… Достаточно сильное и не каждая ведьма его пропеть может, – водяной пристально посмотрел на меня, – Ты же знаешь, я далёк от всего этого, но даже я почувствовал волну энергии ночью.

– Ммм, – но уже все равно ничего не исправишь.

– А ещё у тебя друг завелся.

– Неужели ты думаешь, что кроме Серого мне кто-нибудь нужен?

– Обижаешь!

– Ты другое дело, – я подмигнула ему, – Ты вечен и недвижим. Ну и Леший, конечно. А ты о ком?

– Да появился тут один. Ходит по лесу, вынюхивает чего-то. Не похож он на обычного парня из деревни, не похож. Хотя и не ведьмак, вроде. Не могу понять.

– И что мне предлагаешь делать?

– А если по твою голову пришёл? – покачал головой Водяной, – Совсем не боишься?

– Если пришёл, то я уже ничего не сделаю. Если не за моей головой, то лучше пересидеть и не высовываться. Но спасибо, что предупредил, теперь я вооружусь.

– И чем же?

– Ножом, ядом и сумкой для побега, – такой стиль жизни у меня уже на протяжении пяти лет.

– Кстати, не хочешь заняться изведением нечисти, пока других дел нет? – резко сменил тему Водяной.

– Ну, ты и сам то, не больно то человек, – пошутила я.

– Я про упырей, болотников, анчуток, – он потёр подбородок, – А на днях мне мавки сказали, что в соседнем лесу на болоте поселилось Одноглазое Лихо. [2] [3] [4]

– Так Темный Лес, на то и Темный, что здесь живут все кто захочет и им никто не указ.

– Так-то оно так, но всему есть предел. Есть же правила, традиции, инстинкты в конце концов. А нечисть как будто страх потеряла. Болотники огрызаться начали, мне, Водяному, советы давать. Дескать мало ты девушек топишь, с кем нам развлекаться в полнолуние.

– Так я тоже тебе советы даю, – я начала плыть к берегу, – Просто мои ты слушаешь, а их – нет.

– Ещё бы я их слушал, – Водяной пустил большой пузырь, – Нечисть эту болотную. Яга, птиц намного меньше, чем в том году, и Леший не видел ещё ни одного медведя пока, а уже заметь весна.

– И что, ты мне предлагаешь этим заниматься? Будить медведей?

– Нет, – водяной стал отплывать к центру пруда, – Но ты сейчас без защиты, одна, так что будь осторожней. Особенно в Темном лесу.

– Неужели ты беспокоишься обо мне? – мне стало приятно от его слов.

– С тобой просто зимовать интересней было, – он задумался, – Ведьмы мне в этом плане нравятся больше, чем люди. Вы разумнее, спокойнее и с тобой хоть поговорить можно. А то пытался показаться человеческой девушке, так она сознание потеряла.

– Ты её вытащил на берег?

– Зачем? – удивился водяной, – Она меня испугалась, завопила, а я ей помогай после этого… ну уж нет!

Я выразительно на него посмотрела.

– Ладно, – он махнул рукой, – Вытащил, вытащил. Хотя только потому, что ты сказала, что так люди будут добрее ко мне относиться. Хотя пока не видно результатов… Но ты все равно, пройдись по лесу, посмотри, может в твоих книжках что-то про это написано. Темный Лес живой, и он хочет нам что-то сказать.

– Может быть тебе и хочет, но меня он не знает, – я вылезла и стала вытираться.

– Знает, – Водяной подплыл к берегу, – Думаешь он бы тебе показал избушку, если бы не захотел, чтобы ты здесь поселилась.

Избушка на курьих ножках вещь полезная, но достаточно своенравная. Не все ведьмы в таких живут, но мне выбирать не приходилось. Хотя, когда прошлой осенью я нашла эту избушку брошенной в лесу, мне это показалось странным и я даже поначалу опасалась тут селиться. Но, все знают, страшнее ведьмы в лесу никого нет, тем более зима была близко, вот с тех пор я и обжилась здесь. Очень мило и уютно. Поэтому считала это небольшим подарком судьбы, за все те злоключения, что со мной приключились.

– Так это лес мне её подарил? – вот так раз, то есть в своем спасении от голодной и холодной смерти мне нужно благодарить Лешего.

– Да. Погуляй по лесу, поговори с ним, хотя бы ради собственной безопасности, – вокруг водяного начали подниматься пузыри, – Раз уж ты решила здесь остаться.

С этими словами он погрузился в воду и исчез.

Водяные они странные существа, по крайней мере те, которых я встречала. Этот ещё неплохой, людей топит нечасто, пресную воду не мутит и вообще по меркам водяных просто добряк. Я встречала разных водяных на своем пути, но они с людьми так не церемонились, это точно. Раз человек забрел в болота, как говориться, спасение утопающих дело рук самих утопающих…

Я уже подходила к своей избушке, представляя, как сейчас закрою плотно ставни, заберусь под одеяло и просплю, наверное, до самого полнолуния. А лучше до вечера. Ну что опять случилось?!

У входа в мою избушку стояла маленькая девочка, та самая, которая так усердно помогала с родами сегодня ночью. На ней было простое льняное платье и русые волосы, заплетенные в тугую косу. Она переступала с ноги на ногу и явно собиралась меня о чём-то попросить, а я сейчас была не в том настроении чтобы выполнять чьи-либо ещё просьбы.

– Чего тебе надо, – гаркнула я, – убирайся отсюда!

– Яга, – и эта со мной на ты, когда это я им всем разрешила, – Тебе прислали гостинцев. От Марты спасибо.

– От кого? – неужели я должна всех по именам знать.

– Мать роженицы и жена старосты, ты с ней говорила, – девочка протянула корзинку, видимо с едой.

Но видя мой разъярённый взгляд и видимо испугавшись моей ругани, девочка развернулась и побежала в деревню. А я начала думать, а не перегнать ли мне избушку в другое место. Пусть поищут по лесу, а то ишь ты, протоптали тропинку. Серый мне всегда говорил: «Чем меньше людей знают дорогу к твоему дому, тем меньше врагов они приведут». А на фоне событий минувшей ночи, да ещё странного человека, который шатается по лесу непонятно зачем, лучше перестраховаться. Но это потом. Не хочу никого видеть! Спать хочу! Хоть еда, которую принесла девчонка, в конце зимы лишней не будет.

В корзинке была записка со словами благодарности и приглашением на праздник Весны через неделю. Ага, значит слова Марты про праздник были не из вежливости, и она действительно хочет меня там видеть. Но зачем? Ладно, подумаю об этом позже.

Это были мои последние мысли перед тем, как моя голова коснулась подушки, и я погрузилась в глубокий и такой сладкий сон.

## Хороших новостей резко не получают

> За пять лет он и человеком разучился быть, считай:

> Одежду стирать не надо, мясо жарить тоже! Красота!

> Белобока

Мой сон прервали самым наглым образом – продолжительным и громким стуком в дверь. Ну прям проходной двор какой-то. Нет, завтра точно изменю месторасположение избушки, а то они жить мне уже спокойно не дают. А пока я благоразумно решила претвориться мертвой и даже не шевелилась. Постучав ещё немного, незваный гость видимо наконец-то понял, что меня нет-таки для него дома и ушёл. Видимо опять кто-то из деревни приходил. Что же им всем не сидится?

Наконец, можно хорошенько обдумать ситуацию. Детей я спасла, мать тоже, прямо праздник какой-то. Гнать меня от сюда палкой пока никто не собирается, значит попробую обосноваться здесь. Благо – это далёкая глубинка, рядом с Темным Лесом. Деревня небольшая, человек сто всего, никто сюда мимо ходом не заглянет. Если не высовываться, то можно и подольше пожить. А может и навсегда остаться. Вообще идея поселиться в Темном Лесу ко мне пришла случайно, услышала, что здесь оказывается есть деревня. А то, что с Лысой Горы меня не будут искать под самым носом у себя, это я уверена. Наверняка уже послали за мной на другой край света. Поэтому теперь никому неизвестная деревня Ручейка стала моим пристанищем.

Своё название деревня получила из-за ручья, который раньше через неё проходил и уходил прямо в Темный Лес. Но времена прошли, ручей высох, Темный Лес опустел, а название осталось. Ничего удивительного.

Водяной говорил об увеличении количества нечисти. Старый дед лишний раз болтать об этом не станет, хотя я особого вреда не вижу. Они же тоже хотят жить, радоваться и почему это я должна им что-то запрещать. Тем более весна, птички и звери просыпаются, а нечисти теперь уже и вздохнуть нельзя? Люди уже давно знают как от них защищаться, а если защиты не существует, как не навлечь на свою голову беду. Я-то тут при чём? А если кому помощь нужна, пусть приходят, денежки лишними не бывают.

Что там Марта говорила о празднике Весны? Раньше, я любила такие праздники. Они вселяют надежду на светлое будущее, дают лишний повод для радости, да и танцы у костра всегда притягивали меня своей тайной красотой и магией. Раз уж я выбрала это место в качестве своего дома, то нужно влиться в коллектив, а там, если приживёмся, может они лишний раз меня и в обиду не дадут, если я им полезна буду. Конечно, хорошо бы перестать мстить по мелочам, но это выше моих скромных сил.

Я потянулась, встала с кровати на холодный деревянный пол и подумала, почему бы не пустить Серого на шкуру, хоть с кровати будет приятно вставать. Все-таки и он от части виноват, что мы оказались в таком положении.

Корзинка с гостинцами оказалась весьма кстати, и я с удовольствием открыла банку клубничного варенья, разломила пополам буханку свежего хлеба и все это под кружку горячего мятного чая. В этот момент жизнь прекрасна. Она наполнена этим крошечным моментом счастья, и он перекрывает собой все остальное. Возможность насладиться вкусной едой, горячим чаем и спокойной тишиной леса бесценна. И хотя бы за это стоит побороться за право здесь обосноваться.

Подбросив пару дров в печь, я разожгла огонь и в избушке сразу стало тепло. Она, избушка, переступила с ноги на ногу и села. От этих движений кружка, которая стояла у меня на столе, чуть не упала на пол.

– Ишь ты, изба! – не хватало ещё на себя кипяток пролить, – Прекрати, а то ноги повыдираю.

Мне нравиться мой новый дом, и я уже начала привыкать к нему, чего не было уже очень давно.

В деревню я сегодня не пойду, не зачем. А вот на неделе нужно будет сходить, и обувь новая нужна, да нож уже совсем затупился.

Проведя остаток дня в бытовых заботах, да в насущных проблемах я и не заметила, как наступил вечер.

– Избушка, развернись порогом к закату.

Так как избушка была достаточно мобильной, это открывало много возможностей. Я любила проводить вечера наслаждаясь уходящим солнцем, смотря на звездное небо и погружаясь в свои мечты. Смотря на бесконечное небо, сразу забываешь о проблемах, заботах и понимаешь, что суета жизни ничто по сравнению с далеким и вечным светом звёзд.

Как только я устроилась на пороге и с наслаждение отпила горячий успокаивающий чай, рядом со мной приземлилась большая красивая сорока.

– Скучала? – белобокая сорока с присущей ей наглостью залезла клювом в мой оттопыривающийся карман юбки-брюк и достала оттуда пару ячменных зернышек.

– Даже не заметила твоего отсутствия, – я, конечно, привирала, но, если бы я сказала правду, она бы зазналась до невозможности, – Ты где была?

Эта сорока была моим фамильяром т. е. животным, которое меня везде сопровождало по возможности и старалось уберечь от потенциальных неприятностей. Обычно у ведьм и фамильяров складываются отношения хозяин-слуга, но с моей птичкой мы по-настоящему сдружились. Когда-то давно, когда я ещё жила в другом лесу, она стащила у меня драгоценности, которые я сама стащила у Соловья-Разбойника. Вот тогда-то я и поняла, что мы сможем сжиться, но это другая история. Хотя представить себе другого фамильяра я уже не могу, да и не хочу вовсе.

Традиционно все ведьмы выбирают себе в фамильяры воронов, вороних, как дань уважения Морене и Кащею, но это не обязательно. Чем я в итоге и воспользовалась, когда представила на Лысой Горе сороку в качестве своего фамильяра. Многим это не понравилось, но отговорить меня уже было нельзя, да и клятву, которую приносят фамильяры разрушить ой как не просто. А то, что я даже не посоветовалась прежде, чем принять клятву Белобоки, разозлило их ещё больше.

– Да врешь ты всё, чтобы ты без меня делала, Яга? – сорока посмотрела на меня.

– Жила бы спокойно, да горя не знала, – за это сорока больно клюнула меня в руку, – Ой! Отстань!

– А ты проявляй больше уважения, – она снова залезла клювом в мой карман и достала ещё зернышек, – кстати, как ночь провела?

– Во-первых, где ты все-таки была и что видела? – я сделала глоток из чашки, – А потом и я расскажу может быть что-нибудь.

– Вот же вредина! – Белобока прошлась вдоль ступенек, – Я летала на разведку, не больно то хочется убегать с насиженного места второпях.

– А про ночные приключения Серый тебе все разболтал? – вроде мужик, а болтает больше бабы, – Он, кстати, принимал в этом непосредственное участие.

– Детей спасла? – Белобока била прямо в глаз, – Жену?

– Да и да, – я была собой довольна.

– То есть мы не уезжаем?

– Нет, остаемся и надеюсь надолго.

– Отлично, – сорока зашагала из стороны в сторону, – Мне нравиться этот лес. Тут спокойно и немноголюдно, все как я люблю.

– И тебя не пугает, что его называют Темным. И на это есть вполне конкретная причина, – заметила я.

– Нет, не пугает. Мы с тобой уже пять лет скрываемся от разъярённых лесных ведьм с Лысой Горы. Этот лес – единственное место, где я в последнее время чувствую себя в безопасности.

– Кстати о безопасности, Водяной сказал, что лес на что-то жалуется, – я сделала ещё глоток, – Ничего не заметила?

– Да вроде все обычно, – сорока прочистила клюв, – Птиц маловато для этого времени года, но может они просто сюда не долетают вообще?

– Все может быть, – я посмотрела на небо, – Меня пригласили на праздник Весны.

– Это праздник Больших Костров у людей? – Белобока достала ещё пару зернышек из моего кармана.

– Не знаю, я вспоминаю праздник в той человеческой деревне, где жили мы с родителями и не припоминаю, чтобы у них было что-то подобное.

– Сходи обязательно, ты же любишь веселиться!

– Не хочу привлекать лишнего внимания.

– Уже привлекла, – все-таки Белобока никогда не пыталась обойти острые углы, – Лучше завоюй их расположение. Помоги просто так, хоть разок, а они не станут на тебя доносить лишний раз, промолчат, где надо. Сходи на праздник, угости чем-нибудь вкусным… А то в том году разогнала всех лошадей старосты, так он тебя чуть не выгнал зимой на мороз! Хотя я думаю, так тебе и нужно было! Зачем лезешь на рожон?!

– Сам напросился! С вопросами приципился: «Кто ты, да откуда? Зачем приехала?». Тьфу, одним словом!

– Так это его деревня была, и есть! Конечно, он хочет знать кто к нему пожаловал! – Белобока запрыгнула ко мне на колени, – Ты пойдешь на этот праздник, будешь милой и приветливой. Поможешь им где нужно и никого не убьешь.

– Командовать тут вздумала? – и кто этой сороке право голоса давал, – Если напросятся, то я молчать не стану! Эти люди…

– Да кто б тебя спрашивал?! – если бы сорока умела плевать, то она бы точно сплюнула бы, – Вспыльчивая, взбалмошная, вредная и мстительная ведьма! С тобой одни проблемы!

– Не льсти мне, – я подмигнула Белобоке и попыталась перевести тему разговора, – Пойду я, пойду. Сама жена старосты и пригласила же. Расскажи лучше, что там в мире происходит?

Если бы в это время кто-нибудь проходил мимо, или наблюдал за ними, то увидел бы завораживающую картину. Девушка в свободной белой рубашке, распущенными слегка вьющимися волосами и большой кружкой сидела на крыльце избушки на курьих ножках. Рядом с ней сидела большая красивая и гордая сорока, которая ей что-то рассказывала, иногда расхаживая взад-вперед, а девушка заливисто смеялась, разрывая своим смехом тишину леса. И было так много уюта и красоты в такой обычной бытовой сцене из жизни, что невольно хотелось стать её частью и послушать о чём же это рассказывает Белобока, попробовать травяной чай молодой ведьмы и рассказать что-нибудь из своей жизни и возможно получить дельный совет… Или скорее насмешку в свою сторону.

* * *

Тут из чащи леса вышел Леший:

– Можно присоединиться, – он, не дождавшись ответа сел рядом под ступеньками, но его роста хватало для того, чтобы его голова была на уровне моей.

– Только если расскажешь, что же такого Темный Лес хочет мне сообщить. И почему ты мне никогда не говорил, что это лес подарил мне избушку, – я посмотрела в древние и мудрые глаза Лешего и увидела в них веселые искорки.

– Про избушку и сама могла догадаться, если не сообразила – ты и виновата. К тому же напрямую ты никогда не спрашивала, а я и не думал тебе говорить. Я тебе не мамка, – Леший позволил Белобоке сесть к себе на плечо, – Темный Лес очень древний и я порой сам не понимаю его, хотя без моего ведома здесь и мышь не проскочит. Это кто тебя надоумил, неужели Водяной?

– А кто же ещё…

– Вот старый прохвост, чтобы ему мавки весь год отказывали, – сплюнул леший, – Я же просил тебя не впутывать.

– Почему это Ягу не впутывать, – вступилась за меня Белобока, – И главное во что?

– Да не гоже молодой ведьме, да в такие дебри лезть, с Темным Лесом беседы вести, – Леший посмотрел на небо, – Не волнуйся, если Лес захочет, он все что надо скажет. Либо тебе, либо мне, а на крайний случай Водяному.

– Какие такие дебри? – мне уже не на шутку стало интересно, – И если мимо тебя мышь не проскочит, то как ты проморгала молодого ведьмака?

– Во-первых он не ведьмак, – пробормотал Леший, – Ну или не совсем ведьмак, никогда раньше такого не встречал.

– А во-вторых? – Белобоку тоже распирало любопытство.

– Во-вторых, он ничего плохого не делает. Гуляет, изучает деревья, ищет что-то. Я за ним понаблюдал недельку, увидел, что он на зверей не нападает, растения не губит, деревья, где не надо, не спиливает… Ну и зачем он тебе сдался?

– Да так…

– Нет уж, говори раз начала.

– Не по мою голову он часом пришел? – спросила я свой главный вопрос.

– Если бы по твою, то ты бы уже давно знала. Тебя не так сложно найти, как ты думаешь, – Леший бросил взгляд на звезды.

– Ладно, надеюсь ты прав, – чай в моей кружке как раз закончился, – Я даже не уверена, что он ведьмак.

– Почему?

– Я бы почувствовала, – просто ответила я.

– Любого?

– Ведьмы или ведьмаки могут чувствовать только тех ведьм и ведьмаков, которые слабее их, – учёным тоном заметила Белобока, – Яга на Лысой Горе была одной из сильных.

– Самых сильных? – удивился Леший.

– Она с детства чувствовала всех ведьм и ведьмаков в округе, никого не пропускала, – Белобока казалась гордилась мной, – И тут не важны навыки или знания, тут главное потенциал.

– Леший, расскажи мне ещё про звезды, – я принесла себе вторую кружку чая и, закутавшись потеплее, приготовилась слушать.

– Ладно, вот смотри, – Леший растаял и с удовольствием переменил тему, – это пояс богатыря Ратибора, когда то он слыл великим героем… [5]

В это время в глубине Темного Леса неторопливым шагом прогуливался молодой ведьмак. Он точно знал, чего хочет и зачем он здесь и скоро, очень скоро, он попытается получить то, зачем он пришёл. Когда он набрел на знакомую тропинку – резко сбавил шаг и прислушался. Услышав смех и тихие разговоры, он решил залезть на дерево для лучшего обзора. Перед ним предстала прекрасная в своей простоте картина.

Молодая ведьма, закутанная в плед с кружкой чая в руках, всматривается в звездное небо. Сорока, которая сидит на плече местного Лешего, настойчиво пытается ему что-то доказать. По обрывкам разговора, который доходит до молодого парня, ясно, что она не согласна, что какое-то созвездие похоже на озеро и водопадом. Для неё это явно гнездо на сосне и ничего больше. Ведьмак чуть слышно рассмеялся. Леший показывал и другие созвездия, а молодая ведьма всё смотрела и смотрела на звездное небо, практически не моргая. Если бы он мог, он бы присоединился к ним прямо сейчас. Стал бы частью этой компании, отведал бы мятного чая и поспорил бы с сорокой о созвездиях. Узнал у Лешего сколько ему лет и неужели в Лесу действительно никто без его ведома и шагу не может ступить… Но нет. Хоть это и прекрасно, но это все временно, не долговечно и обыденно. А он пришёл сюда ради цели, ради того, чего он желает больше всего на свете и ничего не сможет его остановить. А если и придётся чем-то ради этого пожертвовать, то цена никогда не будет слишком высока, потому что его мечта бесценна.

* * *

Утро выдалось замечательным. Спокойное, теплое и солнечное. Я встала выспавшаяся, с правильной ноги и ясной головой, а как всем известно это главные компоненты удачного дня. Я открыла окно, вдохнула свежий воздух и улыбнулась восходу. Подмигнула поднимающемуся солнцу и начала готовить завтрак. Я всегда считала, что завтрак самая главная еда в течение дня. Чтобы ни произошло, завтрак – это святое и неотъемлемое право каждого живого существа, поэтому нападающие с утра… в общем я была относительно счастлива.

После плотного завтрака направилась в деревню, да я знаю, что меня там недолюбливают, но хоть как-то налаживать отношения надо. Тем более Белобока все утро жужжала под ухом, что покупки в деревне – это неотъемлемая часть стратегии по налаживанию отношений.

– Доброе утро, Яга, – Розанна была сама любезность, – Тебе что-нибудь нужно.

Хоть со стороны она и была сама доброжелательность, но я-то знала, как сильно она меня недолюбливает. И это скорее вызывало у меня смех, чем раздражение или обиду.

– Новые кожаные сапоги. Твой муж обещал для меня сделать пару, ещё зимой заказала.

– Ой, видимо он ещё не закончил, не могу найти, – ага, конечно, нарывается, – Может ты завтра зайдешь?

Я же вроде уже учила её уму-разуму, видимо это навсегда. Ладно, я дала себе слово, лишний раз в конфликты не вступать, а вот припугнуть можно.

– А я смотрю, вы новый сарай уже успели сделать, и корова у вас зимой телёнка родила, – пыталась я намекнуть для непонятливых, – Хорошо у вас дела идут, тьфу, тьфу, чтобы не сглазить.

Розанна побледнела и тут же пошла в соседнюю комнату. То-то же, а то нету, не сделал, не могу найти… Тьфу, одним словом! Через пару минут я была обладательницей шикарных кожаных сапог по приличной цене. Дыши, Яга, дыши. Мстить за неуважение необязательно, просто иди дальше спокойно по своим делам и все… Эти люди такие противные, правильно Серый их презирает и ненавидит. У него причины, конечно, серьезнее, но с кем поведешься… Хотя может ей куриц заговорить… они бы нестись перестали… Нет, Яга! Все, давай, вперед и не оборачивайся. Просто иди вперед, иди вперед… не оборачивайся…

Тут мимо меня прошёл молодой, высокий черноволосый парень. Он видимо работал здесь дровосеком, потому что нёс в руках здоровенный топор. Он обернулся и посмотрел на меня, а я уставилась на него. Красивый, этого не отнять. Иссиня-черные волосы, холодные голубые, ледяные глаза, высокий рост… И фигура что надо, видимо тяжелая физическая работа накачала ему мышцы, но на богатыря он был не похож. Не гора мышц, нет… скорее сильное тело… Хм, может соблазнить его, я же тоже не железная. А он красивый молодой человек, я красивая молодая ведьма… Развлечёмся немного и разойдемся как будто ничего не было.

– Привет, – он прошёл дальше и даже не обернулся.

– Привет, – сказала я ему в след.

Ну всё! Даже не обернулся. Теперь я точно иду на праздник Весны, где я ещё найду такого красавца? Перед моими чарами он не устоит, местные женщины мне даже в подмётки не годятся, только надеюсь, что он ещё не женат. А то есть у людей странная привычка рано выходить замуж, ещё вдоволь не нагулялись, а уже под венец. И возлюбленных мне его не нужно, не хочу разрушать его счастье ради развлечения… Хотя если никто не узнает, то это никому и не навредит.

– Может встретимся на празднике, – тихо произнесла я, хотя он меня уже не слышал.

Купив ещё крепкую веревку и пару ножей: обычные длинные ножи, но с рукоятками из медвежьей кости. В сапоге я ношу засопожечек, подаренный мне отцом, но одного ножа всегда мало.

Зашла к пекарю, мяснику и кожных дел мастеру. Деревня – это не только полезные покупки, но и оплот сплетен. Каждое утро, часть жителей уезжает на заработки в город, а возвращается с интересными новостями. У меня для этих целей есть Белобока, но информация лишней не бывает.

– Яга, а ты же теперь здесь жить будешь? – мясник без спросу перешёл со мной на ты.

– И как в этой деревне так быстро разносятся новости? Ветром что ли?

– Ты спасла внуков старосты? – не спрашивал, а скорее утверждал мясник, одновременно умело разделывая мясо.

– Ну да. Меня попросили, я помогла, – так, аккуратно, мягко и главное ненавязчиво втираемся в доверие, – Разве вы, люди, не так делаете?

– Ну так, – согласился мясник, – Просто ты же ведьма, вот я и подумал, что у тебя свои планы на уме.

– А не боишься так в открытую со мной говорить? – я стала его уважать хотя бы за смелость, – Как звать-то тебя?

– Иван, – он резко разрубил огромным ножом кость, – Я слышал нечисть проснулась к весне…

– Ну и?

– Прости, но это не работа ведьм часом?

– На этот раз я не обижусь, но знай, – я угрожающе на него посмотрела, – Прежде чем в чем-то таком меня обвинять, доказательства нужны. А не слухи. Я даже не уверена, что такие слухи есть!

– Люди просто так болтать не станут, – он закончил разделывать мясо и протянул кусок мне, – Хорошо, что ты с нами. У нас ведьм не было сколько себя помню. А дети-то от Василия хоть?

– В смысле?

– Ну раз ты роды принимала, то должна знать от кого дети, – мясник протянул мне кусок мяса.

– Ну матерью точно дочка старосты была, а отца-то как я тебе узнаю? – вот же странные люди, я же ведунья, – Слухи ходят как всегда?

– Говорят не все прошло гладко…

– Гладко не бывает, – я взяла кусок мяса и поблагодарила Ивана.

– Гладко, не гладко, да не спроста это всё, – он все продолжал.

– Чего тебе от меня нужно? – не выдержала я.

– Помощь, – ответил мясник, – Ты защити нас от нежити, отвары вари больным, а мы тебя не выдадим, если кто спросит.

– С чего ты взял, что я боюсь чего бы то ни было?

Ой не простой мужик оказался, не простой. Нужно будет потом обязательно узнать кто это. И зачем он такие вопросы странные задаёт и предложения навязывает?

– Просто так ведьмы одни в глуши не селятся, ты прячешься, – Иван положил свой нож, – Я не против, если будешь нам помогать. Жизнь тяжелая – сама знаешь. Я поговорю с остальными, они ко мне прислушаются.

Как же мне хотелось утопить его в ближайшем колодце… А нельзя, Белобока мне потом плешь проклюёт…

– Пока мы друг другу полезны, я с удовольствием буду называть это место своим домом, – вот так, недвусмысленно намекаю, что если меня что не устроит уеду.

– До встречи, Яга, – он подмигнул мне, – Здорово, теперь у нас есть своя ведьма.

– Не болтай лишнего и всем скажи, – грубо ответила я, – И может живыми останетесь.

– Останемся, куда денемся, – уже по-доброму ответил Иван, – До встречи.

«На том свете» хотелось добавить, но я промолчала. То же мне, индюк нашёлся! Я бы спалила его лавку и даже глазом не моргнула! Но нельзя, как бы не хотелось, но нельзя. Правильно Белобока говорила о том, чтобы не высовываться. Где я ещё такое хорошее место найду? Надо все-таки узнать кто он такой, всю зиму прожила, а не знаю. Стыд один!

Закончив покупки и направляясь к избушке, я столкнулась с той девочкой, которая ко мне забегала. На её плечах было коромысло с двумя полными вёдрами воды. Отлично, надеюсь она знает этого мясника. Должна по крайней мере.

– Эй, девчонка, – ладно, нужно помягче с ней, – Девочка, привет. Как тебя зовут?

– Василиса, – она остановилась и поставила коромысло с ведрами на землю, – Я племянница Марты.

– Племянница говоришь, – я подошла к ней поближе, – А скажи, пожалуйста, ты мясника знаешь местного.

– Да, конечно. Его все знают. Он тут один.

– Расскажи про него, а я за это наполню бочку водой и тебе не нужно будет ходить.

– Это последние ведра, – она улыбнулась, – Но я всё равно скажу. Его зовут Иван, его здесь очень уважают. Его отец и дед тоже здесь жили.

– А почему он тогда не староста?

– Сам не захотел, – она пожала плечами, – Все были не против, даже уговаривали его, но он ни в какую не соглашался.

– А что староста?

– Он его уважает. Ходит за советом, все рассказывает, – Василиса убрала прядь волос со лба, – Иван выражает мнение людей и может убедить их в чём угодно.

– Ясно, – нужно держать с ним ухо востро с этим Иваном.

– А ты с ним поругалась что ли? – Василиса прям напряглась вся.

– Нет, забудь, – не хватало ещё чтобы какая-то девчонка за меня переживала, – Ладно иди. И не болтай, что я тебя расспрашивала. Поняла?

– Я никому не скажу, обещаю, – она наклонилась за коромыслом.

К обеду я наконец-то вернулась в избушку. Затопила печку, приготовила еду, заварила чай. Собрала специальную кожаную сумку, которую можно носить на плечах за спиной, ещё одна сегодняшняя покупка. Никита, мастер кожного дела, назвал её кожаный узелок. Очень практичная вещь, влетела в копеечку, но теперь бежать в случае чего будет гораздо удобнее. Особенно в ступе, когда лишних рук нет.

Стук-стук-стук! Раздался стук клюва по дереву и в окно влетела ворона. Бабушкин фамильяр! Как он меня нашёл?! Я подозревала, что бабушка всегда знала где я нахожусь или может сорока поддерживала связь с другими фамильярами на всякий случай… Нужно будет потом расспросить её. Я быстро отвязала маленькую записочку и ворона тут же вылетела в окно.

«Ядвига,

Времени мало, поэтому пишу быстро. Назначают новое голосование на выбор Рода Верховной Ведьмы. Жду тебя как можно быстрее.

Ирга»

Да уж. Места на листочке очень мало, и больше информации не влезло, но она могла указать, хотя бы крупицу полезной информации. С бабушкой я не говорила с того самого дня, как пустилась в бега. После суда ведьм в Каменном Зале я тут же вскочила в ступу, сказала Серому, где меня искать, и скрылась. Я тогда с ней не попрощалась и пару лет об этом сожалела… А может я не хочу к ним возвращаться? Может меня всё устраивает, и видеть их широкие, тупые лица мне не по нутру? То же мне, Совет лесных ведьм, больно важный нашёлся.

– Что-то важное? – Белобока села на стол, – Может поделишься?

– Да так, письмо от бабушки, – я сложила записку и положила её в маленький кармашек на поясе, – ничего…

– От бабушки? Твоей? – сорока аж подпрыгнула, – Как она узнала, где мы? Что пишет? Почему?

– Это у тебя надо спросить, – насупилась я, – Ты случайно не с какими фамильярами не сталкивалась в последнее время?

– Нет, я бы тебе сказала… – вид у Белобоки виноватым не был, поэтому и обижаться было не на что.

– Пишет, чтобы мы возвращались, – я начала накрывать себе обед, – Новые голосования на выбор Рода Верховной Ведьмы.

– Последний раз тебя там встретили взрывным раствором и грубой бранью, – Белобока съела крошку со стола, – И знаешь, не хочу повторять опыт встречи с той лесной ведьмой, два года назад.

Да, последний раз, когда я натыкалась на другую лесную ведьму, она меня чуть не прокляла. Когда на тебя легализована охота, то не удивительно, что каждая уважающая себя ведьма считает своим долгом при встрече с тобой кинуть что-нибудь тяжелое. И не обязательно стол – от проклятья тоже не так просто увернуться. Мне пришлось наложить на неё немочь и сбежать. С тех пор своим соотечественникам я стараюсь не попадаться.

– Да помню я, помню, – такое долго не забудешь.

– Ты же не собираешься возвращаться, – сорока посмотрела на меня, – Я всё понимаю, но жизнь дороже.

– Ну это же бабушка, она плохого не посоветует.

– Она смерть родной дочери пустила на самотек! Чего ты от неё ждешь!

– Не пустила, не говори так, – из глаз брызнули слезы, – Никогда не поверю, что она меня обманет или предаст.

– Может её заставили, шантажируют или дезинформировали, – Белобока явно не горела желанием возвращаться, – Подумай и взвесь, а лучше даже ответ не пиши. Не хочу я к Лысой Горе даже на километр подлетать.

– Я с Серым посоветуюсь.

– Это животное ничего путного не посоветует.

– Он не животное…

– Пять лет уже человеком не был и не собирается, как я погляжу. Как только услышит слово опасность, сразу же кинется в пекло. Никакого инстинкта самосохранения.

– У него свои причины.

– Да знаю я, знаю…

– И к тому же, Серого это тоже касается, – тоже мне, сама пернатая, а про моего друга так говорит. Повыдергаю перья – будет знать.

– Прошлое прошлым, но будущее дороже. Своя шкура ближе к телу. Как тебя ещё убедить? И Серый твой, не удивлюсь, если за пять лет он вообще разучился быть человеком, считай: одежду стирать не надо, мясо жарить тоже! Красота!

– Ты сегодня злая какая-то, – непохоже на Белобоку, – что-то случилось?

– Да так, ладно, забудь, – она подошла ближе к еде, – голодная просто.

И мы принялись за обед.

## Праздник Весны и Больших Костров

> Сколько Лешего не зови,

> Все равно самому искать придется.

> Народная мудрость

Неделя прошла без особых приключений, но меня до сих пор мучала записка бабушки. Лететь на Лысую Гору или не лететь… Лететь, не лететь… Белобока однозначно была против, а Серый был за. Ответ я так и не написала… Брать на себя ответственность за это решение определенно не хотелось, поэтому скину эту обязанность на Лешего.

– Повелитель Темного Леса, выходи, молодая лесная ведьма нуждается в твоём мудром совете, – проорала я на одной из полянок.

Ноль реакции. Ни ветерка, ни ответа – ничего. Правду говорят: сколько Лешего не зови, все равно самому искать придётся.

– Ну, Леший! Леший! – орала я, – Выходи! Поговорить надо!

– Чего тебе, Яга, – вышел из чащобы Леший, – Опять избушка убежала? Говорил я тебе, с ней можно только любовью и лаской, любовью и лаской…

Леший всем своим видом внушал спокойствие. При его появлении сразу запахло лесом, в полном смысле этого слова. Легкие нотки коры, мха и зелени. На поляне стало как-то спокойно, затих едва дувший ветерок и все как будто замерло в благоговейном трепете. Царь леса, безгранично владеющий всем здесь.

– Совет, я же сказала, – я была рада его видеть.

– Ну и?

– Возвращаться мне на Лысую Гору? Бабушка написала письмо, чтобы я возвращалась…

– И в чём собственно дело?

– А в том, что я никому не доверяю, кроме…

– Меня?

– Нет, ты просто незаинтересованное лицо, – я почесала затылок, – Серого и Белобоки. Они со мной на протяжении всего моего… эээ… пути.

– Изгнания? – ну откуда этот Леший всё знает, – Не виляй Яга, думаешь я не догадался кто ты?

– Откуда? – всё это время я была уверена, что Леший не знает.

– В Темный Лес жить приходят не от хорошей жизни, – Леший подошел ближе ко мне, – сюда приходят все отверженные и находят убежище, чтобы ни случилось. А тебя Лес принял, дал кров на зиму, да и вообще. А ты молодая лесная ведьма, а учитывая нашумевшие события несколько лет назад, подозрения у меня возникли сразу. За всю зиму ты не написала ни одного письма, никому. Это подтвердило мои подозрения, но мне все равно. Дела ведьм, людей, не имею для меня значения, а ты приятная в общении иногда бываешь.

– Ну… утешил, – все равно камень с души у меня спал, – Ну так что думаешь?

– Ты им доверяешь?

– Бабушке – да, всем остальным ни на грош.

– Ну так в чём вопрос? – Леший вопросительно посмотрел на меня, – Раз доверяешь, вперёд!

– Но мало ли, её могли заставить, шантажировать…

– Твоя бабушка тебя бы предала?

– Нет, абсолютно нет! Как ты мог такое сказать?!

– Так тогда и доверяй ей. В мире очень мало людей, кому можно доверять. А ведьм, так ещё меньше.

– Но все-таки у меня плохое предчувствие, – на душе скреблись кошки, и я ничего не могла с этим поделать.

– Я бы на твоем месте доверился ей, но решай сама, – тоже мне, замечательный совет, – Тебе потом это разгребать.

– Спасибо, конечно, но…

Не успела я договорить, как он исчез. Видимо кто-то из деревни заблудился и на помощь зовёт, или может просто решил уйти от неприятного разговора.

– Пень трухлявый, а не советчик. Вот ты кто!

В лесу между деревьями пробежал смех, перемешанный с ветром. Все-таки Леший он мудрее всех живущих, но порой нужно сказать прямо, как поступить. А не вилять вокруг да около… Решай сама, твоя ответственность… Тьфу, одним словом!

* * *

В конце недели намечался праздник весны. Все люди в деревне были задействованы в приготовлениях. Кто-то готовил, кто-то делал чучело для костра, а кто-то собирал дрова и поленья. Меня помогать не пригласили, ну а я не напрашивалась. Неужели я сама себе работу искать должна? Нашли дурочку.

Ближе к вечеру к моей избушке прибежала Василиса. Видимо она единственная из все не боялась меня. И надеюсь, единственная, кто знал где находится моя избушка.

– Яга, ты придёшь на праздник? – она запыхалась от долгого бега, – Примерно к закату?

– Да, я приду. От меня чего-то ждут особенного?

– Нет, что ты! Просто приходи, даже приносить с собой ничего не надо.

– Ладно, да вечера, – но пару пирогов я все равно с собой захвачу.

– Пока!

И девчонка убежала. Как её там зовут, Василиса? Необычное имя, и девочка необычная. Интересно откуда она, и где её родители, раз она живёт у тетки? Скорее всего умерли. Ладно, потом разберусь, пока не до этого. И я стала готовиться к празднику.

Это была чудесная ночь для начала весны. Ясно безоблачное, усыпанное звездами, небо, растущий месяц и легкий ветерок. Я не первый раз отмечаю начало весны с людьми, до некоторого времени я жила в похожей деревне. Девушки из той, моей старой деревни, даже научили меня некоторым танцам. Мы с родителями любили такие праздники… Может и они разожгут Большие костры, которые могут опалить звезды?

Все-таки чтобы я не говорила, а сборы доставляли мне некоторое удовольствие. И волосы расчесать, и глаза подвести, и платье белое надеть, украшения…

Белое, из тончайшей ткани, если встать в нём напротив костра, то силуэт тела будет хорошо просматриваться, длинное, но с разрезами на ногах, чтобы было удобно прыгать через костер, и с длинными рукавами, чтобы не замерзнуть в праздничную ночь платье. Я всегда одевала только его. Вообще, оно предназначается для праздника Ивана Купалы, но мне оно безумно нравилось. В нём чувствуешь себя свободно, ничего не сковывает твои движения. Хотя безопаснее было бы надеть простой сарафан, но я же ведьма. Мне можно и не такое. Да, в конце марта в нем будет прохладно, но я возьму с собой шаль, на всякий случай.

Когда я подходила к поляне, то уже из далека увидела огромный костер. Там уже кто-то водил хоровод, мужчины устроили кулачный бой, а дети пытались с накрытых столов стащить что-нибудь вкусное. И было во всем этом празднике что-то близкое, приятное и уютное. Я сразу вспомнила, как ещё маленькой девочкой тоже стаскивала пирожки с клюквой с похожих столов, пыталась повторять движения за девушками постарше и лезла на коленки к взрослым, требуя рассказать старинные легенды и предания. Все в деревне знали кто такая моя мать, уважали моего отца и вообще были людьми не суеверными, на ведьм косо не смотрели… Но ладно, что-то слишком сильно я углубилась в воспоминания.

Я вышла на поляну, и все обернулись. Балалайки замолкли, девушки прекратили петь, а парни остановили кулачный бой… Первый раз увидеть ведьму в белом ритуальном платье – большая честь, как по мне. Все были одеты наряднее чем обычно, но девушки были в сарафанах, мужчины в рубашках и на их фоне я действительно смотрелась своеобразно:

– Яга, что случилось, – ко мне подбежала Василиса, – Где твоя одежда?

– Это и есть одежда, – я повернулась вокруг себя, – Праздничный наряд для встречи весны. Я принесла мясные пироги, надеюсь всем понравятся.

– Пойдём со мной, я тебе одолжу сарафан, – Василиса взяла меня за локоть и потащила к деревне, – Он тебе будет маловат, но на один вечер пойдёт.

– У меня и у самой есть, – что за наглая девчонка, – Отстань!

– Тебе далеко возвращаться, да и праздник уже начался, до меня быстрее дойти.

Одевшись в сарафан Василисы, и вернувшись на поляну. Девушки уже закружились в танце вокруг костра, и мы присоединились к хороводу. Танцы у людей отличаются от наших, но в них есть особенная притягательность. Эти танцы не такие свободные и открытые, не такие развратные, как танцы ведьм, но люди в танце играют в игру. Девушки пытаются ненавязчиво намекнуть парням кто кому приглянулся, парни пытаются понравиться девушкам. И все делают вид, что ничего такого не подразумевалось. Сначала это немного раздражало, но потом я вошла во вкус.

– Смотри, как на тебя Миродар смотрит, – сказала Василиса, когда мы отошли попить кваса.

– Кто это? Миродар? – необычное имя для здешних мест.

– Вон тот, – она махнула головой к другому столу, – Не оборачивайся! Он дровосек, приехал к нам в деревню в начале марта, на заработки.

– Откуда?

– Из соседнего города, – сказала Василиса, – У него что-то случилось с матерью, он поругался с отцом, вот и приехал.

– С отцом говоришь?

– Он очень красивый, – Василиса захихикала.

– Это я вижу, – хм, так значит я не ошиблась приняв его за дровосека тогда.

Я обернулась и увидела, что к нему подошла какая-то девушка и пыталась вытащить к костру для танцев. Судя по всему, он ей вежливо отказал, потому что она ушла ни с чем.

Первое время я чувствовала себя некомфортно, и даже пожалела пару раз что пришла, но через пару кружек кваса и вкуснейших пирожков со смородиной, я влилась в разговор. С кем-то я пересекалась, покупая у них товар, с кем-то, потому что они приходили ко мне, но друзей, даже просто хороших знакомых, у меня здесь не было. Вот и настало время это исправить. Настоящих друзей, конечно, я здесь не заведу, и доверять точно никому не смогу, но вот приятных собеседников вполне можно найти. Особенно если у них в запасе есть интересные истории.

Одно могу сказать точно, танцевать с ними приятно. Все улыбались, бегали, пели и смеялись. Девушки убегали от парней, а парни делали вид, что не могут их догнать. Потом парни устроили шуточные бои, выбирая самого сильного, а девушки приглашали в свой хоровод тех, кто все-таки выбыл из соревнования. Движения танцев не особо отличались от тех, что знала я, поэтому даже мне танцевать было легко и приятно. По началу ко мне относились с опаской, но к полуночи все поняли, что я не собираюсь никого убивать, да и яд я с собой не взяла, и расслабились.

Я и сама не заметила, как поддалась общему настрою и начала танцевать более открыто и зажигательно. Бегала в хороводе с остальными девушками вокруг костра, который разгорался все больше.

– А вы знаете истории про аспидов?

– Про кого? – присоединился к нашей беседе какой-то кудрявый рыжий парнишка, – Дальние родственники Змея Горыныча?

– Их не существует, – возразил Иван-мясник.

– Нет, они есть, – сказал старик, – мне ещё мой дед про них рассказывал.

– Чего только люди не болтают, – добавила Марта.

– Только никто его не видел никогда, кто бы ни искал…

– А что за аспиды? – хорошо, что Василиса задала этот вопрос, а то мне вроде, как и не по чину.

– Ооо, это древние страшные создания, – старик наклонился к нам поближе, – Жестокие, незнающие пощады твари, которые живут в горах.

– Расскажи, – сказал всё тат же паренёк, но уже с пирожком в руке.

На заднем фоне мирно потрескивал костёр, девушки звонко смеялись шуткам молодых парней, а мы собрались вокруг старика с кружками кваса в руках и огонь играл отблесками на наших лицах.

– Ну, слушайте, – старик прикрыл глаза, – когда-то давным-давно, когда вас ещё и на свете не было, аспиды свободно летали по Руси…

* * *

Аспиды летали по Руси, не зная ни границ, ни уважения, ни пощады. Черные, как уголь, злые, как гадюки, огромные, как морские корабли… Летали змеи по всей земле и приносили в мир разрушения, разлуку и страдания, но было у них одна особенность – не могли они на сырую землю садится, только на камни, да горные скалы.

И как-то раз прилетел аспид в наши края. Разбушевался, стал сжигать только что взошедший урожай, сжигать целые деревни. Но когда аспид завалил горными камнями устье реки, деревням стала грозила засуха и голодная смерть зимой. Собрались мужики со всей округи и стали думать, как же прогнать им аспида с родных земель, да так, чтобы он никогда больше не возвращался. Обратились они за советом к Богам. Глухи были боги к просьбам детей своих, ибо не считали они, что здесь требуется их участие.

Но на помощь к людям пришла Ведунья, горная ведьма, жившая неподалёку в Бесконечных Горах.

– Аспиды – древние существа Нави, – сказала она, – Вы не сможете победить их не обычным оружием, не божественным. Единственное чего они боятся и что для них действительно невыносимо так это победный звук медной трубы.

– То есть, все что нам нужно сделать – это протрубить в трубу? – спросили люди.

– Нет, этого недостаточно, – ответила ведьма, – Хоть аспид и изрыгает пламя из своей пасти, он и сам может пасть от этой стихии.

– То есть нам нужно его сжечь? – спросили люди.

– Не только, – снова ответила ведьма, – Аспиды боятся Матери Сырой Земли, поэтому пока у ваших деревень будут валуны или каменная местность, где аспид сможет отдохнуть, вы не сможете его выгнать из своего мира в Навь.

– Спасибо, горная ведьма, за совет, – поблагодарили её мужики и ушли думать, что им теперь делать.

Аспид прилетал днём, а ночью улетал на горные валуны, которыми перекрыл реку. Поэтому деревня решила, что оставит нескольких людей в деревне отвлекать внимание аспида, а в это время остальные будут разбирать завал.

– Я буду разбирать завал, – отозвался Ратибор, – У меня есть пояс силы, там, где нужны десятки людей, я справлюсь один.

– Я тоже буду помогать разгребать завал, – отозвался Ярополк, – Я ненавижу этого аспида за то, что он разграбил и уничтожил мою деревню, там, где понадобиться несколько человек, я со своей яростью и ненавистью справлюсь один.

– А я останусь в деревне и буду отвлекать его звуком медной трубы, – отозвался маленький мальчик с рыжими волосами.

– А ты справишься, Ладимир?

– Да, – просто ответил он.

На том и порешили. На следующий день так все и происходило. Ладимир скакал на лошади сначала по одной деревне, затем по другой, постоянно трубя в медную трубу, которую накануне выковали кузнецы. А Ратибор и Ярополк с остальными жителями растаскивали завал, который аспид построил как свое убежище.

Начало смеркаться, и аспид решил, что на сегодня хватит разрушений и решил полететь к себе в убежище. Но Ратибору и Ярополку требовалось ещё немного времени для того, чтобы разобрать завал. Лошадь Ладимира уже умерла от усталости и не могла больше возить его на спине, а других лошадей в деревне не было.

Тогда Ладимир вышел на большое поле рядом с деревней и последний раз яростно и громко затрубил в медную трубу. Это привело аспида в ярость. Он не мог больше выносить этот звук. Ладимир с его медной трубой разрывал аспида изнутри, вызывал в нём жгучую ярость и ненависть, но аспид никак не мог поймать и убить Ладимира. И когда аспид уже улетал и услышал звук медной трубы на поле, он обезумел и ринулся на Ладимира в последний раз.

Как только мальчик увидел, что на него летит огромный, черный летучий змей он побежал в ближайший овраг. Аспид летел на мальчика, не видя ничего на своем пути. Ладимир прыгнул в овраг и затрубил в медную трубу в последний раз. Аспид бросился на него и изрыгнул из своей пасти бушующее пламя, которое обесплодило ближайшие земли ещё на долгие годы. Удар аспида о Ладимира сотряс землю, и она начала осыпаться с ужасающей силой в овраг, погребая их обоих заживо.

Аспид вырывался, кричал и старался выжить, но ничего не мог поделать, потому что земля уже попала на его крылья, и он не мог ими пошевелить. Земля попала ему на лапы, и он не мог их поднять. В конце концов земля погребла их обоих под собой. И в деревне наступила долгожданная тишина.

Когда Ратибор и Ярополк закончили разбирать плотину, которую организовал аспид, вода вырвалась из заточения и потекла по руслу. Но она изменила свое течение и обогнула место, в котором были погребены заживо Ладимир и аспид. Люди знали, что мальчик уже мертв, поэтому не стали разгребать завал, а наоборот, стали насыпать его ещё больше.

Так продолжалось не одно, не два, а больше, гораздо больше поколений. И в скором времени это место превратилось в самую настоящую гору. По склонам этой горы начали расти деревья, река огибала её на подобии рва, но на вершине горы ничего никогда не росло, как бы жители ближайших деревень не старались посадить там цветы в память о трагической смерти Ладимира. Поэтому прозвали её Лысой Горой. А речку, которая и по сей день течёт там, называли Ведьма-Речка. Из-за той ведуньи, которая спасла жителей этой деревни, подсказав им, как избавиться от ужасающего монстра мира Нави…

* * *

– Как избавиться от ужасающего монстра мира Нави, – закончил свой рассказ старик.

Я слушала затаив дыхание. Картины прошлого, как будто предстали у меня перед глазами. Я как будто вживую видела ужасного аспида, богатырей Ратибора и Ярополка и маленького мальчика Ладимира, который своей смелостью и отвагой спас многие и многие жизни.

– Красивая история, – сказала я.

– Скорее ужасная, – поправил Иван, – Поверить не могу, что такие твари существуют.

– Их с древности никто никогда больше не видел… – вставил Миродар.

И когда он успел к нам присоединиться? Я даже не заметила этого, полностью погрузившись в историю.

– Может такой аспид был единственным? – спросил тот самый рыжий паренёк.

– Может, – ответил старик, – Кто знает…

– Ладно, что мы тут расселись, сегодня праздник Весны, – встала из-за стола Марта, – Идите танцевать! Вы ещё молоды, нечего ноги беречь!

И в тот момент, когда я доедала последний кусочек пирожка, ко мне обратились:

– Яга, а покажи нам танцы ведьм, – молодой человек с русыми кудрявыми волосами видимо говорил за всех, – Они сильно отличаются от наших?

Все замолкли и посмотрели на меня, как бы ожидая ответа. Заинтересованные взгляды девушек и настороженные позы парней показали – они опасаются меня. Это приятно, меня здесь бояться, это растопило моё сердце и подняло чуть было не упавшее в пропасть настроение.

– А почему нет, – я скинула с себя сарафан Василисы и подошла к костру.

– А тебе обязательно так танцевать, – этот вопрос задала уже девушка.

– А как я в сарафане через костёр прыгать буду, – ноги только поломаю, – Если вы стесняетесь можете отвернуться.

– Нет, нет, – несколько мужских голосов раздалось со стороны, – Все отлично.

Ну если они хотят увидеть, как веселятся ведьмы, они это получат. Я встала, высоко подняв руки к небу, резко закричала, что все аж вздрогнули, и дико рассмеялась. Да, мы ведьмы веселимся по-другому.

– Отбивайте мне ровный ритм, а когда я начну прыгать через костер ускоряйте его, так быстро, как только можете.

До лесных духов и мавок им не дотянуть, но хоть как-то они все-таки смогут меня подбадривать. А это хорошая идея, может мне на следующий праздник моих друзей позвать? Мавки не откажутся, а людям интересно должно быть… Хотя кто этих людей знает! Если они при виде Водяного в обморок падают, то не буду их и с мавками знакомить. Посмотрим сначала, как им понравятся пляски ведьм. И я начала свой танец.

Я обожала Танец Весны, ведьмы его называли также, как люди, но вкладывали другое понятие. Восхваление солнца и радость жизни, это все должен отражать танец людей, не ведьм. Мы закладывали настроение и пророчества на весь следующий год. Плодородная почва, длинные лунные ночи, красивые мужчины, успешные шептания и эксперименты… много чего можно пожелать себе в следующем году. Но самое главное – это сияющие глаза, потому что счастливая и довольная жизнью ведьма ведет к спокойствию и благополучию всех окружающих. [6]

Как только я закрыла глаза и прислушалась к ощущениям, сразу же поняла, что за мной наблюдают. Взгляды парней и девушек я ловила на себе, но они меня не тревожили. Сегодня я танцую для себя, для собственного удовольствия и потакая инстинктам. Я поймала на себе взгляд молодого дровосека и подмигнула ему. Надеюсь, он понимает намёки… Хотя кто этих людей разберёт?

Серый тоже пришёл посмотреть на праздник. С людьми он категорически отказывался вести какой-либо диалог, поэтому на праздник я и не предложила ему пойти. Но против танцев ведьм он ничего не имел против. Ну ладно, пусть вспомнит старые счастливые деньки.

Сначала я просто поднималась вверх-вниз на носках под такт деревянных ложек, которыми они стучали по столу и бубнов, которыми играли тот же ритм. Потом я начала плавно кружиться вокруг костра, как бы гипнотизируя всех присутствующих и вовлекая их в происходящее. Я медленно обводила взглядом каждого… Не любому смертному удаётся увидеть танец ведьмы. Этого они точно никогда не забудут.

Я начала приседать, мои движения стали более динамичными, руки проходили через огонь. Я вытягивала языки пламени на себя, и они обволакивали мои руки и волосы. Разрезы на платье позволяли поднимать ноги высоко, махать руками в разные стороны и вращаясь смотреть на небо. Пора.

Главное в Танце Весны не дать заскучать наблюдающим, поэтому я, сделав еле заметный шаг назад, прыгнула через высокий пылающий костер. Это вызвало восторженный «Ах!» среди жителей деревни и их внимание снова было сосредоточено на мне. Приземление, поворот, быстрая пробежка вокруг костра и снова прыжок, но теперь уже спиной. Как я и просила, музыканты стали ускорять темп своего ритма, это добавило динамики в танец. Прыжок, приземление кувырком и сразу прыжок обратно. Хлопки, поворот, хлопки, поворот, прыжок, пробежка вокруг костра. Когда ритм стал достаточно быстрым я запустила руки в огонь и прошептала заклинание:

Чтобы солнце сияло,
Чтобы песня звучала.
Чтоб луна полыхала,
Чтобы вьюга стихала…

* * *

Каждый хорошо понимает намёки, особенно если они совпадают с собственными мыслями и желаниями. И Миродар тоже понял. В такую ночь все чувства обостряются. Он многого ожидал, но, чтобы такого?! Гибкое стройное тело извивалось, повторяя движение огня, её прыжки были высокими и стремительными. В пронзительных глазах цвета молодой листвы читалась жажда жизни. Нахальство, с которым она пришла на этот праздник, даже не потрудившись подобающе одеться, повеселило его. Давно он не встречал таких ведьм.

Это завораживало, гипнотизировало и заставляло забыть всё на свете. У него уже давно не было женщины, не до этого было, но сегодня он не собирался себе ни в чём отказывать. Особенно в той, которая сама ему предложила хорошо провести время.

Как же уме хотелось присоединится к её танцу. Он прекрасно знал все движения, но это бы сразу его выдало и неизвестно, как Ядвига отреагировала бы на это. Нет, ещё слишком рано раскрывать все карты… А может подходящее время никогда не наступит? Она не подозревает кто он такой, да и никто не подозревает. Все как он ожидал.

Негласное приглашение на сегодняшнюю ночь он уже получил и это радовало. Миродар не ожидал такой удачи. Что ж если это будет первая и единственная ночь для него с ней, и она даже не будет знать кто он такой – ничего. Он на это пойдет. Она хотя бы знает его настоящее имя.

Это ночь, когда позволяется многое, когда открываются тайны и загадываются самые заветные желания на будущий год. И он свое уже загадал, остаётся надеяться, что оно исполниться. Он медленно и тихо подарил ведьме аплодисменты, развернулся и скрылся в чаще…

* * *

После того, как я произнесла заклинание – огонь запылал зеленым пламенем и поднялся высоко в небо. Какая красота, наконец-то начало весны. Можно выдохнуть спокойно, если одну зиму пережила, то и следующую переживу. А где две, там и три. Держись, Яга, держись! Пока буду наслаждаться летом и дыханием природы. Я закончила танец на удивление полная сил и энергии.

– Это было потрясающе, – заворожено прошептал кто-то из парней.

– Научишь движениям, – тихо спросила девушка, – Может и у нас получиться.

– А что, – я насмешливо обошла вокруг костра, – Предубеждения по поводу ведьм больше не играют роли?

– Я… не знаю, – она осторожно посмотрела на старосту, который сидел у стола и пил квас, – Ты вроде бы не обычная ведьма.

– Я-то как раз обычная ведьма, – я усмехнулась, – Просто вы первый раз нормально посмотрели на меня.

– За Ягу, – поднял тост Илья, – За нашу новую ведьму.

Его тост поддержали все, у кого в руках в этот момент были кружки, а те, у кого их не было… те просто похлопали. Я сделала шутливый поклон и вечер продолжился в той же дружелюбной манере.

## После бурной ночи всегда суматошное утро

> Выходи за порог, не выходи…

> Чтобы ты не выбрала, все равно жалеть будешь…

> Серый

К избушке я уже подходила глубокой ночью. В деревне все уже разошлись по домам, но кто-то сегодня точно не будет ночевать на своём обычном месте. На пороге моей избушки сидел тот самый молодой дровосек. Лунный свет необычно отражался в его глазах, и необычно холодные голубые глаза отливали фиолетовым. Одним словом – красавец. Что ж, он сам пришёл.

– Зачем пришёл? – я медленно подошла к двери.

– Ты красиво танцуешь, – он встал за мной, – Хотел сказать это лично.

– Ну сказал, теперь уходи, – решила я немного поиграть.

– Не пригласишь на чай?

– Уже поздно для чая, не находишь.

– Да, ты права, – он обнял меня сзади, – Уже поздно для чая.

Он поцеловал меня в шею и стал медленно подниматься к уху, оставляя легкие, невесомые поцелуи. Вот же быстрый, я даже внутрь его ещё не пригласила зайти, а он решил не тратить время… Я не стал сопротивляться, зачем… Он зашёл и закрыл ногой дверь и подхватил меня на руки и поцеловал в губы. У него были мягкие, пухлые губы. Отлично, я не ошиблась в нём, он должен быть хорошим любовником.

Он положил меня на кровать и проложил дорожку поцелуев до ложбинки между грудей. Я запустила пальцы ему в волосы и потянула. Он издал тихий стон.

– А ты дерзкая не только в жизни, но и в постели, – прошептал он мне на ухо, – Может тебя проучить?

– А ты больно нежный, – я укусила его за мочку уха, – Чем дальше, тем больше в сон клонит.

– Что ж, – он завел мои руки над головой, – Сама напросилась.

Он впился в мои губы диким поцелуем. То, что надо, у меня получилось его настроить на нужный лад. Я попыталась высвободить руки, чтобы снять с него рубашку, но он не позволил мне этого, навалившись на меня сверху.

– Нет, ведьма, – он снова поцеловал меня в шею, – Сегодня я хочу покомандовать.

Вот так заявление! И это от простого смертного! Неужели он выпил на празднике так много кваса, что ему все-таки в голову ударило? Я резко обхватила его обеими ногами и перевернулась, оказавшись сверху.

– С ведьмами так не работает, – и начала описывать дорожку поцелуев, хотя он по-прежнему сжимал мои руки.

Попытавшись безрезультатно их выдернуть, я подцепила край его рубашки зубами и начал стягивать её, одновременно двигая бедрами и вырывая из его груди протяжный стон.

– А вот так, – мне это нравилось, – Теперь всё правильно.

– А ты любишь всё контролировать? – прошептал он, – Да?

– Ты предлагаешь поговорить об этом сейчас? – спросила я.

Но он пришёл в себя и сменил позицию.

– Нет, дорогая, – он начал снимать с меня рубашку, – Так не пойдёт. Ты до сих пор в одежде, мне это не нравиться.

– Ну так чего ты ждешь?

– Ммм…

И он снова припал своими губами к моим. Его руки бродили по моему телу, изучая его. И мне это нравилось. Его руки были не такими грубыми как я ожидала, обычно у людей, работающих с инструментами, руки в гораздо больших мозолях, ну да ладно. Он гладил мое тело со знанием дела, и я доверилась ему. На одну ночь. Я действительно получала удовольствие, хотя обычно люди с ведьмами куда деликатнее и осторожнее, поэтому ведьмы всегда предпочитали ведьмаков. Нет, этот дровосек мне определенно нравится…

– Ты ещё не устала, – спросил Миродар, когда мы лежали на спине и смотрели в потолок, – Ночь долгая…

– Это ты меня спрашиваешь, – я перевернулась на живот, – Лучше собирай вещи и возвращайся в деревню, пока тебя не хватились.

– Не хватятся, Яга, – Миродар повернулся боком ко мне, – Если уж мне посчастливилось попасть к ведьме, то я не буду зря терять время.

– Миродар… – только и успела сказать я, когда он прильнул поцелуем к моей шее.

* * *

На утро я проснулась со свежей головой, немного уставшим телом, но вполне удовлетворённая. Ах, какое прекрасное утро. Мой ночной гость уже ушёл. Вот и славно, удалось избежать неудобных разговоров и неловкостей. Он, конечно, как благородный человек, оставил брошенной с утра девушке записку.

«Яга,

Спасибо за прекрасную ночь. Ты прекраснейшая из всех ведьм, что мне довелось встречать. Надеюсь, мы встретимся снова.

Миродар»

Из всех ведьм? Вот даёт, парень! Да я у него первой ведьмой, наверное, была, а он тут заливает ведра в уши. Ну ладно, хочется ему побыть героем-любовником, пусть будет – нам не жалко. Планов на него у меня никаких не было, а в постели на удивление он оказался не плох. Просто замечательно, какой прекрасный день.

– Вставай, егоза, – Белобока стучала своим надоедливым клювом в окно, – Прыгать всю ночь она может, а встать хотя бы до полудня нет.

– Убирайся, а то я из тебя подушку сделаю, – я схватила полотенце, лежавшее на спинке кровати, и кинула им в окно, – Раз, два, три, сорока замолчи!

– Не пройдёт, фамильяра не заколдуешь, – она снова настойчиво стучала в окно, – Тебе тут письмо из родных мест.

Опять?! Неужели бабушке так нужно, чтобы я вернулась? Что это они обо мне вспомнили? Ой чую, что это не к добру… Я открыла окно и впустила её внутрь. В окно влетел бабушкин фамильяр. Опять неприлично маленькая записка.

«Ядвига, пустая голова,

Что я тебе сказала?! Свобода достанется не просто, но у тебя получиться. Возвращайся немедленно, успей до Ночи Велеса. Жду.

Твоя бабушка»

Ночь Велеса, это же через две недели! Да уж, нужно торопиться. И вообще, почему это она мной командовать вздумала? В моей голове крутилось негодование смешанное со злобой и раздражением, но я все равно начала быстро собираться.

– Что происходит? Ты как с цепи сорвалась, – Белобока замелькала перед глазами, – Что тебе пишут.

– Я лечу к Лысой Горе, – сказала я, одновременно кидая в сумку запасы отваров, – И ты меня не остановишь.

– Задумайся, почему ты отказалась в прошлый раз? – Белобока была настойчива, – Ты же не просто так не полетела!

– Я сглупила, – я положила запасное бельё, – Я доверяю бабушке, как доверяла матери и отцу. А раз она рискнула написать мне второй раз за месяц, при этом не писала в течение пяти лет, то дело серьёзное. Я не могу пренебрегать её просьбами.

– Но это не просьба, – сорока была непреклонна, – Самый настоящий приказ. А ты же игнорируешь приказы!

– Ото всех, кроме семьи, – я начала собирать запасы в дорогу, – Очень мало тех, кто доверяет мне, а ещё меньше тех, кому доверяю я.

– И непроверенное письмо в их числе?

– Письмо от бабушки, – куда же запропастился мой нож, – Ты меня не переубедишь.

– Может у меня получиться, – в дверях стоял Серый, – Что происходит, Яга?

– Я лечу на Лысую Гору, мне нужно успеть до Ночи Велеса, – я затянула сумку, – У меня мало времени, нужно спешить. Белобока против.

– Выходи за порог, не выходи… – сказал Серый, – Что бы ты не выбрала, все равно потом жалеть будешь.

– Я поеду, – ответила я, – Лучше я буду жалеть, что доверилась, чем жалеть о том, что неприслушалась.

– Я с тобой, – он сказал это спокойно, и я поняла, что одну он меня точно не отпустит.

– Ты не поместишься в ступу, а времени мало. Не хочу идти пешком.

– Сядешь мне на спину, – он смотрел мне в глаза, – Даже не обсуждается. Неизвестно, как тебя там встретят.

– Спасибо, – я склонила голову.

– Всегда, – просто ответил он.

– Ладно, ладно, – Белобока смирилась, – Я с тобой. Куда ты без меня.

– Это точно, – я подмигнула ей.

– А мне спасибо, – Белобока возмутилась до глубины души.

– Спасибо, – я погладила её по голове, – Ты же знаешь, что я всегда могу на тебя рассчитывать.

Я ещё раз оглядела избушку, которая так недолго была моим пристанищем, но уже стала настоящим домом. Не знаю, когда я сюда вернусь, но вернусь обязательно. Это только вопрос времени. Возможно, через месяц я буду уже свободной ведьмой и буду жить здесь без страха и опасений.

Я взяла сумку, взяла высокую прочную палку, без которой в лесу делать нечего и… Точно, ступа! Негоже её так оставлять, да ещё и на улице. Поэтому я затащила ступу и метлу в избушку, оглядела всё ещё раз. Услышав какой-то шум за окном, я выглянула. Никого нет… Я что-то стала слишком подозрительной, нужно прекращать, ещё параноиком стать не хватало. Да уж, беспорядок дак беспорядок. Заперла дверь своей собственной печатью. Теперь её никто, кроме меня не сможет открыть. Ну всё, в путь. Отошла немного в глубь и крикнула:

– Леший, я знаю, что ты меня слышишь! Открой мне лесной коридор до северной границы!

Лешего я не видела, но я отчётливо слышала еле сдавливаемый смех.

– И проследи, пожалуйста, чтобы никто не занял мою избушку до моего возвращения.

– А когда тебя ждать? – прошептал ветер среди деревьев.

Оригинальный, однако, способ общения.

– Раньше, чем закончиться вечность, – по крайней мере я на это очень надеюсь.

– Удачи, Яга, – он открыл для меня лесной коридор, – Береги себя.

Вот так, просто и без долгих прощаний. Так даже лучше, наверное, это вселяет надежду, что я все-таки вернусь. Серый подошёл ко мне:

– Ну, в путь, – он наклонился, чтобы мне было удобнее залезть ему на спину, – Яга?

– Да, конечно, – я залезла на волка.

И мы двинулись в путь. По лесному коридору бежать одно удовольствие, ветки не путаются в волосах, пни не мешают под ногами и расстояние, которое нужно было бы идти весь день, скрадывается в часы. Такими коридорами пользуется сам Леший, чтобы быстрее передвигаться по лесу. Нам с Серым это ускорит путь до границы Темного Леса, но потом власть Лешего кончается и нам придётся добираться своим ходом.

– Прекрасный коридор, – Серый бежал быстро, – нельзя так весь путь пройти?

– Нет, и не расслабляйся. До границы уже близко, думаю к вечеру доберёмся.

Серый бежал весь оставшийся день, я даже уже стала переживать, что он выдохнется. Но нет, он держался и даже ни разу не пожаловался. Подозреваю, что он так пытался доказать мне, что и без ступы мы успеем вовремя.

– Может передохнёшь?

– Нет, все отлично, – слишком гордый, чтобы признать, что устал, – Я как огурчик.

– Ага, солёный от пота, – но он всё равно бежал дальше.

Раньше у меня не было возможности обследовать эту часть леса, но я начала понимать, почему Темный Лес называют темным. Я пришла с западной стороны в начале той осени, но сейчас мы бежали на север, к Лысой Горе. Деревья были высокими, ни одного листочка на них не было, но солнце все равно плохо проникало в глубину. Стоял полумрак, и как-то зловеще накатывал туман, чем ближе мы были к северной границе леса, тем становилось холоднее. Хорошо, что я взяла с собой утеплённый жилет, это Серому жарко, у него мех, а мне холодновато будет.

– Серый, пора остановиться, – уже и кушать захотелось, – Мы не успеем до вечера к реке. И у лесного коридора есть свои ограничения.

– Да, ладно, хорошо.

Мы остановились на привал. Пока мы на территории Темного Леса, я не опасаюсь за наши жизни. В краю отверженных и диких нам ничего не угрожает, как бы странно это не звучало. Мы развели костёр, обжарили куски мяса, которые я предусмотрительно взяла с собой и выпили горячего чая. Чай, несомненно, делает жизнь лучше, а любую проблему решаемой.

Серый подхватил знакомый мотив, и мы уже запели на два голоса. В тишине ночного леса, при мягком свете костра, старая знакомая песня, которую мы так часто пели во время наших скитаний, согревала душу. Никогда не знаешь, когда выдастся ещё одна спокойная ночь, поэтому стоит ловить каждый момент. Это правило мы запомнили хорошо.

– Яга, кто будет вести дозор первым? – спросила Белобока.

– Мы не будем вести дозор, – я была спокойна, – Леший за нами присмотрит. Я ему доверяю.

– А другие? Думаешь в этом лесу нет того, кто сможет ослушаться Лешего?

– Страшнее ведьмы существа нет, особенно в лесу, где она живет, – я выпила залпом оставшийся чай, – Спи спокойно. Сдается мне, что немного таких спокойных ночей у нас будет.

– Не нагнетай, – Серый удобно устроился у огня, – Перед смертью не надышишься.

– Ха, – оптимизм Серого всегда восхищал меня, – Тебя ничем не проймёшь.

– Угу, – Серый уже сопел.

Выйдем ночью с тобой за порог,
За порогом так много дорог.
Мы пойдем с тобой,
Встретимся с судьбой,
Мы пойдём с тобой встречаться с судьбой…

…Хорошо живем,
Знаем, где наш дом.
Мы идём искать дорогу в наш дом…

* * *

Ночь прошла замечательно. Утром мы разворошили догоревший за ночь костёр, съели полбуханки хлеба на двоих и двинулись дальше. Белобока сама умела добывать себе еду в лесу, поэтому за неё я не переживала. Лесной коридор не закрылся, и мы смогли продолжить наш путь в комфорте, но меня не покидало смутное предчувствие, что за нами кто-то идёт.

– Эй, Серый, – я опять ехала у него на спине, – Тебе не кажется, что за нами наблюдают.

– Скорее преследуют, – прорычал волк, – И идут по тому же коридору, что и мы.

– Как?

– А вот так, – Серый был взбешён, – Леший ещё кому-то дал возможность воспользоваться коридором. Это возможно?

– Ну… – я сомневалась, – может кто-то незаметно проскользнул?

– До реки полдня пути, доберёмся, а там решим.

– Хорошо.

До реки мы добрались без приключений, но тут обнаружилась ещё одна проблема. Оказывается, весенний разлив реки был слегка сильнее, чем предполагали строители временной переправы и хлипкий мостик разодрало в клочья течение.

– Сколько до ближайшей переправы?

– День пути, но может удаться быстрее, – я скептично отнеслась к этой идее.

– И как нам перебраться? – Серый сел на берег и начал жадно пить воду.

– Только вплавь, – раздался знакомый голос из-за спины.

Я резко вытащила нож, Серый развернулся на голос и оскалил зубы…

– Что ты здесь делаешь?! И как ты нас…

– Не сердись, Яга. Я шла за вами весь день и всю ночь, не останавливаясь, – девочка упала на колени, – Возьми меня с собой.

– Как я тебя возьму? Куда? – мне ещё девчонки не хватала в обузу.

– Я не могу оставаться здесь, – она плакала, – Я хочу вернуться в Тридевятое королевство.

– Ты там родилась? – странно всё это.

– Да, моя мать, когда узнала, что беременна не захотела, чтобы об этом все узнали и убежала, – Василиса посмотрела на меня, – Я хочу туда вернуться.

– Где твоя мать?

– Умерла.

– Если придумаешь, как нам быстро перебраться на тот берег, то возьму, – все равно, что я теряю.

– Ты что, сдурела? Яга? – Серый негодовал, – Как мы с ней пойдём? Забыла, у нас в распоряжении всего две недели?

– Ты же увезёшь нас вдвоём?

– Ага, конечно, – он сверкнул на меня глазами, – Я вам что? Лошадь?

– А если договориться с мавками, – Василиса прям уперлась в свою идею переплыть эту реку, – Они бы перетащили плот с нами на другой берег. [7]

– Они всегда что-то требуют взамен, – Серый сразу же переключился на другую тему, – И цена всегда очень завышена. И обманывать им никто не запрещает, дотащат до середины и отпустят, а там греби как знаешь. Я все-таки считаю, что нам нужно идти до переправы. Да, потеряем один день, но целее будем.

– Мавки не могут обмануть ведьму, человека да, сколько хочешь, но не ведьму. Поэтому если Яга заключит с ними сделку, то они её не посмеют нарушать, – поддержала идею Василисы Белобока.

Все это время она летела в своем темпе, но прибыла к реке в одно время с нами.

И все дружно уставились на меня, потому что только я могла бы принять окончательное решение. И я видела по их глазам, что какое бы решение я не приняла, они бы его приняли и исполнили. Вот так в одночасье, сама того не желая, я стала командиром походного отряда, где конечная цель была только у меня.

– Я не хочу брать на себя ответственность! Что вы на меня смотрите!

– Это только твое решение, – Белобока была беспощадна, – А мы вообще можем вернуться.

* * *

Договариваться с мавками откровенно не хотелось. Они, конечно, красивые, грациозные, сладкозвучные и могут быть полезны. Но! Есть одно большое «но» – им нельзя верить. Они обманут, подставят и даже глазом не моргнут. Хотя Водяного они ослушаться не имеют права, но где Водяной, а где я. Хотя Василиса права, ведьме они соврать не могут, но точность формулировки сделки нужно все равно точно отслеживать. Хотя, судя по всему, вариантов у меня не много.

– Будем договариваться, – очень уж не хотелось терять целый день, – У нас времени в притык и ещё не известно, что ждет нас впереди.

– Тогда вся ответственность лежит на тебе, – Серый отошёл мне за спину, – Я умываю руки.

– Лапы ты хотел сказать, – Белобока как всегда.

Для начала мне нужно подумать, что бы я могла отдать им взамен. Они барышни корыстные и просто так для меня ничего делать не будут. Да и плата не любая их устроит.

– Так, вы стойте в лесу и на берег ни ногой, – сказала я своим друзьям, – Как только сделка будет скреплена, только тогда и выходите.

И я вышла на берег реки и начала кидать камешки, которые находила на берегу в воду, напевая себе под нос незатейливую песенку:

Обычно подобные песни приманивают мавок, которые все ещё мечтают найти своего суженного. И я не ошиблась. Через несколько минут такой прогулки я увидела молодую девушку на берегу, которая с интересом на меня смотрит.

– Ты же Яга, да? – мавка, кивнула сама себе и начала подходить, – Я прекрасно знаю зачем мы тебе нужны, но с чего бы нам тебе помогать?

– Я ведьма, – я смотрела ей в глаза, – Я могу многое тебе дать.

– Но и многое забрать, – она не уступала, – Ведьмам верить нельзя, то ли дело люди. С ними весело, они такие пугливые, такие наивные. Поверят всему что им скажешь…

– Они просто доверчивые, не знают, что с мавками дело иметь нельзя.

– Ну тогда я пошла, – мавка резко развернулась и уже собиралась уйти в воду.

– Стой! – она повернула голову, – Что ты хочешь за помощь мне и мои друзьям?

– Твой пруд, – мавка улыбнулась, – Это единственное место, где мы не можем появляться. А последнее время там купается очень красивый молодой человек, вот мы и хотели бы с ним познакомиться.

Тут из воды выныривает ещё одна девушка и начинает мерзко хихикать. Потом ещё одна, и ещё.

– Что ещё за человек? – я аж рот раскрыла от изумления, – Какой такой молодой человек?

– Ааа, да ты не знаешь, – только мавки могут быть настолько мерзкими, – Ведьма, а не знаешь, что в твоем собственном пруду твориться.

– А вы откуда знаете?

– Мы рядом гуляли, в полнолуние и увидели его, – мавки снова мерзко захихикали, – Он такой красавчик. Брюнет, да ещё и высокий. А какие мускулы, какие руки, тебе бы тоже понравилось.

Единственное, что вертелось в моей голове: как только увижу – убью! Прямо на месте! Осквернить мой пруд, да ещё и в полнолуние, моё любимое время. Вот же гад ползучий! Стоп, брюнет?

– Да, брюнет, – видимо я произнесла последнюю фразу вслух, – Ну что согласна разрешить нам плавать в твоем пруду?

– Или?

– А никакого или мы не предлагаем, – мавка, по-видимому, была настроена решительно, – Или пруд или обходите реку до первой переправы.

– Хорошо, по рукам, – потом придумаю как их оттуда выкурить, – Но вы переправите нас ровно напротив, сухими и максимально быстро. Сегодня до наступления вечера.

– Договорились, скрепим договор.

Договор с ведьмой означал нерушимость, но с мавками все договора скреплялись только поцелуями в губы. Со всеми, без каких-либо исключений. Поэтому и мне пришлось целовать эту девку в губы. Как же скользко, брр! Она такая холодная, губы склизкие… Но что я ожидала от утопленницы.

– Зови меня Улада, – мавка с которой мы скрепили договор, махнула своим подружкам, – Мы доставим вас на тот берег. А теперь сними с нас запрет.

– Мавка Улада, я официально разрешаю тебе и твоим подружкам посещать мой пруд и развлекаться в нем, – я щелкнула пальцами для большей эффектности, хотя это было необязательно.

Пока мы разговаривали, остальные девушки принесли большой, нет, просто огромный, лист кувшинки. Мои друзья, видимо поняв, что время пришло, вышли из леса и подошли ко мне.

– Залезайте, – сказала Улада и указала на лист.

– Ой, что-то я им не верю, – Серый с большим сомнением глядел на кувшинку, – Что-то не выглядит она прочной. А я крепкий волк, а не мелкая девчонка.

– Не волнуйся, волкодлак, она тебя выдержит.

Мы не стали терять драгоценное время и все вместе залезли на большую кувшинку. Мавки осторожно начали переправлять нас через реку. Пока мы плыли я смотрела назад и поняла, что это место по-настоящему стало моим домом. Я провела здесь всего одну зиму, но уже не могла представить свою жизнь в другом месте. Как обустраивала избушку… как бесконечно скучала по родителям. Так, это запретная территория. Тут я почувствовала на своих щеках ветерок, как будто мы пересекли невидимую границу. Теперь я беззащитна по эту сторону реки, надеюсь, что мы доберемся до Лысой Горы без приключений.

– Все, приехали, – Улада вышла на берег, чтобы помочь нам спуститься, – Счастливой дороги. И ещё, Яга, надеюсь ты знаешь, что делаешь, возвращаясь на север.

– Я не могу не пойти, -неужели Водяной или Леший не в состоянии держать язык за зубами, – Надеюсь, всё обойдется.

– Не слишком сильно надейся, – Улада посмотрела мне в глаза, как будто все поняла, – Они не прощают нанесенных оскорблений. Надеюсь, ещё увидимся.

– До встречи, – почему все считают своим долгом раздавать мне непрошенные советы.

Заночевать мы решили на берегу, потому что на берегу меньше шансов, что к нам подкрадутся незаметно. Мавки пообещали, что разбудят в случае опасности, поэтому дозорных решили не оставлять, хотя Серый до последнего сопротивлялся и грозился простоять на страже всю ночь. Но когда понял, что весь следующий день у нас не планируется ни одной остановки, все-таки лёг и тут же заснул.

Василиса, устроившись рядом с волком, который защищал её от ветра, тихо посапывала. Белобока устроилась на ближайшем дереве, и я видела её белые крылья среди ветвей. Я ещё долго не могла заснуть и смотрела на бесконечно большое небо, усыпанное звездами. Они позволяли отвлечься от грустных мыслей, которые преследовали меня последнее время. И этот странный дровосек, с которым я провела замечательную ночь, и эта легенда о аспиде… Наверное, есть в этом мире такое место, где люди умеют ценить звезды, пока я такого не встречала, но надежда умирает последней.

Звезды удивительны. Зная о многих созвездиях, да ещё и Леший расширил мой круг знаний, я могла вспомнить множество историй. Грустных и веселых, радостных и трагичных, о героях и о предателях. Все они здесь на звездном небе, смотрят на нашу планету и удивляются: «Почему это они беспокоятся о таких мелочах?». С этими мыслями и решением никогда больше не беспокоиться ни о каких мелочах я и заснула, хотя солнце вроде бы как решило уже подниматься над горизонтом.

На утро я на удивление была полна сил. Мы встали, быстро позавтракали хлебом, парой яблок и набрали полные фляги воды.

– Теперь в путь, – я посмотрела на друзей, – Мы с Василисой поедем на Сером, пока он не устанет, потом сделаем перерыв или пойдём пешком. Белобока не отставай. Последнее время до меня доходят слухи, что нечисть разгулялась и мне бы не хотелось сейчас заводить новые знакомства.

И мы двинулись на север, на Лысую Гору, в место, которое я избегала последние пять долгих лет.

Волку приходилось тяжело, двигались мы не так быстро, как в Темном лесу. Ветки преграждали нам путь, корни, выступающие из земли, останавливали. Да, Серый ускорялся на участках леса, где прослеживалась дорога, но таких мест было мало, а ближе к деревням подходить мы не рисковали. Вскоре, когда Серый уже вымотался, а лесу не было видно ни конца ни края, мы решили сделать привал.

– Вот, держите, – дала каждому по куску хлеба и яблоку, – Оставшееся мясо пожарим вечером, а пока только небольшой перекус.

– Опять яблоки, – Серый был чернее тучи, – Да сколько же можно!

– У нас нет времени разводить костёр – я вспылила, – А без еды вполне можно прожить.

– Яга, судя по солнцу у нас осталось около 4 часов перед тем, как стемнеет, – Василиса прикрыла рукой глаза и посмотрела на солнце, – Может Белобока поднимется повыше и посмотрит место для ночлега?

А девчонка оказалась с мозгами, может и стоит к ней присмотреться. Откуда только она взялась? И почему её мать сбежала из Тридевятого королевства? Из-за беременности? Нет, сомневаюсь, там нравы свободнее, чем в любом другом месте. Тут что-то другое…

Белобока поднялась повыше, а мы все шли и шли. Так как Серый в этом лесу не слишком ускорял темп, решили идти пешком. Я очень люблю лес, но даже я начала уставать, о Василисе и говорить было нечего. Она, надо отдать ей должное не жаловалась, но было видно, что держится она из последних сил.

– Когда остановимся на ночлег? – подала голос Василиса.

– Белобока ещё не возвращалась, – я стала вглядываться в небо, – Может тут по близости нет подходящих полянок.

– Нам придется ночевать без костра? – да, такая перспектива действительно не радовала.

И тут я заметила, что Белобока спускается с неба прямо к нам. Она выглядела немного потрепанной, но невредимой.

– Что, опять с кем-то гнездо не поделила?

– Яга, знай, однажды я выклюю тебе глаза!

– Да ладно, расслабься. Ну что, нашла полянку?

– Тут в получасе ходьбы есть небольшая опушка, там можно будет развести костер, – Белобока посмотрела на меня, – Не нравиться мне этот лес. Конца и края ему не видно. Очень мало птиц и все предельно не разговорчивые.

– Ладно, идем, – решила я, – Иначе мы просто потеряем сознание от усталости и голода. Так больше нельзя.

Хоть сейчас и был апрель, чем дальше мы шли на север, тем холоднее становилось. Я уже одела на себя свой меховой жилет. Если так дальше пойдёт, то и Василисе придётся искать теплую одежду. Хотя она сама знала куда увязалась, так что не моя это проблема. Я не нанималась к ней в няньки.

Через полчаса мы действительно дошли до небольшой опушки. Она была небольшой, но соседствовала с болотом, что меня, откровенно говоря, не радовало. Но делать нечего, альтернативы никакой и ночевать придется тут. Первый дозор придется взять Серому, потому что Василису я не поставлю среди ночи, разве что под утро, а на себя возьму самое опасное время – ведьмин час.

Разожгли огонь, Василиса принесла отличный хворост, а Серый своими могучими лапами обломал толстые ветки, которые мы использовали вместо дров. Жареному мясу были рады все, даже несмотря на то, что оно получилось жестковато и суховато. Но в походных условиях на такие мелочи попросту не обращают внимания.

– Как же хорошо иметь волка в хозяйстве, – настроение после ужина сразу поднялось, – И ужин добудет и ночью посторожит.

– Как же хорошо иметь в хозяйстве ведьму, – Серый видимо не собирался первым выходить на дозор и уже уютно устроился у огня, – Наложит пару заклинаний и охранять ничего не надо.

– Нет, это так не работает, – тоже мне отлынивать вздумал, – Ты сиди до двух, а я потом до пяти. После меня уже Василиса.

– Ну вот, весь день вези вас, потом дров наломай, – Серый все-таки встал и занял наблюдательный пост, – Никакого пиетета перед волкодлаками. Если так и дальше пойдет, ведь и укусить могу.

– Ага, и отравишься.

Ночь была тихой, а это в лесу порой настораживает даже больше, чем хруст веток и завывание волков. Но искры от костра уходили в ясное звездное небо и все потихоньку начали засыпать.

Я проснулась в середине ночи из-за того, что стало прохладнее. Когда я открыла глаза, то увидела, что костер погас.

– Серый! – где этот волк, шкуру с него спущу, – Серый!

А это животное мирно посапывало и знать не знало ни про какой костер, ни про охрану нашего лагеря. Что он вообще о себе возомнил? И где Василиса?

– Серый! Сее-ее-ерый! Что такое? Почему ты меня не разбудил? Где Василиса?

– Чего ты орешь? – он приоткрыл один глаз.

Потом сообразив, что уснул на посту, вскочил на все четыре лапы и огляделся. Василисы действительно не было рядом, костер потух и уже не было возможности его раздуть, а я сверкала на него злыми зелёными глазами.

– Прости, я не знаю, что произошло… – взгляд у него действительно был виноватый и испуганный, – Я не спал, уже хотел тебя будить. А потом не помню, в голове темно.

– Так, сейчас нужно определиться, где Василиса, – с ним я разберусь позже, – Она просто ушла в туалет или произошло что-то серьезное.

– Я… не знаю, – Серый был в растерянности.

Я быстро вскочила, обошла её место и не увидев каких-либо признаков борьбы, уже было упокоилась, но тут заметила это.

– Вот же, упырская зараза! – только этого не хватало.

– Что такое? – видимо чувство вины у волка действительно обострилось.

– Так оставайся здесь и передай Белобоке, что, если я не вернусь к полудню, дело дрянь.

– Ты куда?

– Исправлять твои ошибки!

– Да не знаю я, что произошло!

– Это уже не важно, нужно разбираться с тем, что есть.

– Я пойду с тобой и не спорь, – Серый встал во весь рост.

– Ну, у меня есть план, и ты в него не входишь. Сиди здесь и смотри за вещами, – я достала из сумки нож, пару склянок со снадобьями и веревку.

Я не сказала Серому, что увидела у спального места Василисы. Он и так себя винит, хотя после того, что я увидела он явно не виноват в случившемся. От Бродячих Огоньков никто не застрахован. Сами по себе они славные, я даже дружила с парочкой дома, но Одноглазого Лиха они жутко бояться и выполнят практически любое поручение. [8]

У места, где спала Василиса, я увидела её следы и небольшой круглый отпечаток примятой подгоревшей травы. Такой след может оставить только Бродячий Огонёк, который некоторое время сидел на траве. Видимо пытался её разбудить. Тьфу, одним словом!

Как назло, на болото опустился туман. Я, как лесная ведьма, знаю какой на вкус настоящий туман. Он влажный, прохладный, с привкусом свежескошенной травы, а этот был каким-то сухим… На языке ощущался скорее еловыми колючками и опилками, чем свежей листвой. Его явно сделали искусственно, но кто? И зачем? Ведьма? Ведьмак? Я уже ни в чём не уверена.

И тут на достаточно широкой тропинке, по которой я шла к болоту, в небольшой отдалении от меня в тумане что-то промелькнуло. Я замедлила шаг и пригляделась. Из чащи справа медленно вышло оно. Туман смазывал картину, но по силуэту стало понятно, что это Лихо. Я покрепче сжала в руке нож, но не отводила от него взгляда. Сейчас главное не оборачиваться к нему спиной.

Я сделала полшага навстречу, оно обернулось на меня. Двигалось оно медленно, как будто туман сковывал движения, но своим единственным глазом пристально смотрело на меня. Оно было под три метра ростом, тощее. С костлявыми руками и ногами, запутанные волосы в болотной тине, от которых ужасно пахло. Гнилью и тиной. Было видно, что Лихо пытается ускорить шаг, но у него не получается, но мне от этого легче не становилось. Может Василиса ранила это и поэтому оно идёт так медленно?

Так, Яга, ты чего это раскисла. Ты ведьма или как? Знаете, почему ведьмы не бояться ходить ночью по лесу? Потому что прекрасно знают, что они в лесу самые опасные существа. Поэтому я перехватила нож в руке поудобнее, проверила в кармане склянки и двинулась на встречу Одноглазому Лиху. Страшнее ведьмы существа нет, особенно разбуженной ночью ведьмы.

Я видела, где кончается туман и поняла, что, если Лихо выйдет за его границу, оно вернет себе прежнюю скорость передвижения. Поэтому нужно срочно бить в глаз, чтобы хотя бы лишить его зрения. Подойдя на десять шагов, я перехватила нож и метнула Лиху в голову. Ещё чуть-чуть, ну давай же! Вот леший, знала же, что нужно больше практиковаться! Мой нож угодил не в глаз, и даже не в голову, а только в плечо. Оттуда брызнула жидкая зеленная кровь и дикий душераздирающий крик пронесся по лесу. Так тебе и надо! Это не то, на что я рассчитывала, но тоже не плохо.

Лихо достало нож из плеча и швырнуло его в сторону, куда-то в глубину леса. И снова двинулось на меня. Так, мне нужно срочно остановить его, даже если я уже не увижу Василису живой, то хотя бы отомщу за неё. У меня в запасе секунд двадцать, пока Лихо не дошло до края тумана, и я достала из кармана одну из склянок. Быстро выхватила засопожечек и отрезала от веревочки небольшой кусочек и ставила один конец в склянку. Десять секунд.

Быстрее, быстрее! На конце веревки появился маленький огонёк и стремительно направился по веревке в сторону смеси. Я взяла склянку в правую руку, прицелилась… три, два, один…

– Стой, дура! – откуда-то слева донёсся голос, но было уже поздно. Я выпустила склянку из рук, и она полетела точно в Лихо. Ну уж, если я из-за кого-то щёголя промахнусь опять, то уж от него точно мокрого места не останется!

# Примечания

1

Морена – в славянской мифологии богиня зимы, холода и смерти.

2

Упырь – восставший из могилы мертвец

3

Болотник – дух, живущий на болоте и заманивающий людей в топи

4

Анчутка – противный маленький дух, чьи проказы могут довести до смерти

5

Здесь имеется в виду созвездие пояс Ориона.

6

Ведьмы произносят все заклинания шепотом, чтобы тот, на кого это заклинание направлено его не услышал. Так же это усиливает эффект от заклинания (как хорошего, так и плохого).

7

Мавки – водные духи утонувших девушек, славянские русалки.

8

Бродячие Огоньки – маленькие славянские духи, живущие в темных лесах и на болотах, сами по себе незлые, но часто выполняют мелкие поручения Одноглазого Лиха.