Александр Абалихин
Встреча в лесу. Сказки

Сказки

Воробей в каше

Зимний день близился к вечеру. Стайка воробьёв прижалась к окошку деревенской избы. Обычно добрая хозяйка подкидывала им хлебные крошки или крупу, но сегодня почему-то забыла. Самый бойкий воробей сидел на открытой форточке и сообщал друзьям:

– Кашей пахнет. Пшённой. Каши у них там много – целый чугунок!

Тут в комнату вошёл сын хозяйки.

– Кыш! – прогнал он воробья с форточки и закрыл её.

Становилось всё холоднее. Мороз проникал между пёрышками у птичек. Все воробьи нахохлились и перестали чирикать.

– Я буду не я, если не поем этой пшённой каши! – заверещал воробей и ринулся к печной трубе.

– Куда ты? – испуганно чирикнула воробьиха, но воробей её уже не слышал.

Он влетел в трубу и камушком стал падать вниз, а потом плюхнулся прямо в чугунок с кашей…

На его счастье, каша почти остыла и была чуть-чуть тёплой. Воробей провалился в жидкую кашу по самый клювик. В этот момент мальчик вытащил из печки чугунок и поставил его на стол.

Он уже хотел зачерпнуть ложкой кашу, как вдруг каша зашевелилась.

– Ой! – чирикнул воробей.

– Мама! – крикнул мальчик.

– Не надо маму! – испугался воробей и взлетел над столом, весь в каше.

Громко чирикая, он заметался по комнате, а потом влетел в печь и понёсся вверх по трубе.

Когда он вылетел из трубы, воробьи не узнали его и бросились врассыпную. А смелый воробей мчался за ними и кричал:

– Стойте! Стойте! Это же я!

Воробьиха первая узнала его и остановилась.

– Бери, угощайся, – сказал воробей, протягивая ей своё крыло, облепленное кашей.

Скоро вся стайка нахваливала смельчака, обклёвывая налипшую на его пёрышки кашу. Каша была вкусная и пахла домом и дымом.

За мёдом

Жил в лесу медведь. Сладкое любил – просто ужас! Однажды, пока не рассвело, влез он на дерево, на котором было дупло с пчёлами. Лапу в дупло запустил, вытащил соты с мёдом. Проглотил мёд вместе с сотами! Пчёлы медведя не заметили. Идёт он по лесу довольный, а на ёлке ворона сидит и кричит:

– Кр-р-р-асавец! Мёд у пчёл укр-р-р-рал! Теперь пчёлы голодными на зиму остались!

Медведь кулаком ей погрозил:

– Не кричи! Я мало съел, даже вкуса не почувствовал.

Ворона возмутилась и пригрозила:

– Ах, так?! Смотр-р-р-ри, кто много мёда съест, тот пр-р-р-рилипнуть может!

Устал медведь, уселся на сосновый пень. А сосну недавно спилили, и на пне смола выступила. Прилипла шерсть у медведя к пню. Хочет он встать, а не может! Ворона кричит:

– Попался, вер-р-рзила!

И синичка подхватила:

– При – лип, при – лип!

Скоро и другие птицы раскричались. Весь лес галдит. Тут и пчёлы подоспели:

– Уж-ж-жалим! Не ж-ж-жалко!

Взмолился медведь:

– Простите меня! Не знал я, что мёда у вас мало!

– Ах, мало?! А ведь мы его все лето собирали, капелька к капельке!

– Я, как отлипну, все цветы из леса к вашему дуплу принесу.

Ворона только вздохнула:

– Дур-р-рень! Так и цветов в лесу не останется.

Смешно пчёлам стало, говорят между собой:

– Полетели, работать надо!

И улетели.

А медведь до вечера на пне ёрзал, по шерстинке отдирал. Насилу встал! После этого случая медведь дерево с пчёлами стороной обходил. А пчёлы успели до зимы мёд заготовить. Трудолюбивые они.

Орешки

Наступила осень. Толстый хомяк любовался кучкой орешков. Его мордочка светилась от счастья.

Из зарослей выскочил заяц, резко остановился и тоже уставился на орехи.

– А я думал, что неурожай орехов в этом году, – сказал заяц.

– Неурожай – подтвердил хомяк.

– Да, неурожай, – задумчиво повторил заяц, – А их тут целая куча.

– Какая же это куча? Так, горстка, – хомяк, начиная нервничать, подозрительно посмотрел на зайца.

– Не бойся, не ем я орехи, – засмеялся заяц, – Так ты тут горстку орехов стережёшь?

– Не только орехи, но и свою норку! – гордо заявил хомяк.

– Где же она? – заяц удивленно огляделся вокруг.

– В земле. Я её всю орешками засыпал. На всю зиму теперь хватит!

– А где же ты будешь жить? – спросил заяц.

Хомяк почесал затылок. Он об этом не задумывался. Все его мысли были заняты орехами.

– Чего же ты ждёшь? Зима не за горами. Замёрзнешь на улице! Ешь быстрее, только не лопни! – крикнул заяц и ускакал.

Хомяк, недолго раздумывая, начал грызть орехи. Ел он быстро, закатывая глаза от удовольствия и причмокивая. Сначала было вкусно, а потом стало противно.

«Успеть! – повторял про себя хомяк. – Успеть! И не лопнуть!»

Он уже не мог смотреть на орехи, но всё равно грыз их.

Пришёл ноябрь. На улице стало холодно. Отяжелевший хомяк сидел посередине своей норы и поглаживал гладкий живот.

– Успел. Не лопнул, – бормотал он.

Потом он осмотрел свою норку. Орешков больше не осталось.

«Ну вот, – подумал он, – Теперь места много, а есть нечего».

Спасибо соседи выручили, – белки и бурундуки принесли ему потом часть своих запасов. А то, пропал бы хомяк зимой в неурожайный на орехи год.

Самый ранний гриб

Объявил как-то дятел конкурс на самый ранний гриб. Победителю – почёт и уважение весь год. Собрались погожим утром звери и птицы на опушке. Грибы за ночь разные высыпали. Каждый гриб норовит себя с лучшей стороны показать. Ядовитые грибы сюда не пустили. Белки сказали, что в конкурсе должны только съедобные грибы принять участие.

Один гриб с зелёной шляпкой на белой ножке из-под ёлки проскрежетал:

– Я самый ранний и даже самый вкусный!

– Как тебя звать? – пропищала землеройка.

– Сыроежка зелёная, – отвечает гриб.

– А воротничок белый у тебя на ножке, откуда? – спросила старая белка. – Уж не бледная ли ты поганка!?

Гриб поскорее молча под большую ель спрятался, сухими иголками укрылся.

– Я самый ранний! – сказал боровик. – Как только рожь заколосится, я тут как тут!

– Ты самый вкусный и красивый, – почти хором сказали звери, – но не самый ранний!

– Самый ранний гриб – это я! – сказал подберёзовик. – Я в конце мая вылезаю.

– Нет, мы самые ранние! – затараторили жёлтые лисички, рассыпанные в траве, как монетки.

– Нет, мы! – запищали луговые летние опята.

– А вот, и неправда! Мы первыми выросли! – сказали разноцветные сыроежки.

Шум в лесу поднялся. Каждый гриб доказывает, что он самый ранний. Только чернушки да опята осенние в сторонку отошли и проворчали:

– Вот когда будет конкурс на самый поздний гриб, тогда и придём.

– Тише! Нечего спорить! Итоги подведём в следующем году. Сам лес облетать буду – первые грибы искать, – сказал дятел.

Прошло лето, осень, зима. Наступила весна. Снег сошёл, и на косогорах зацвела золотистая мать-и-мачеха, на опушке вспыхнули синие, фиолетовые и розовые искорки цветков медуницы, закружили над землёй мохнатые шмели. Дятел, пролетая над просекой, глазам своим не поверил: в апреле вырос гриб! Странный такой гриб, с коричневой сморщенной шляпкой. Созвал дятел зверей и птиц. Мышка подошла к грибу и понюхала его.

– Талой водой пахнет и сыростью, листвой прелой, – сообщила мышь и собралась гриб надкусить.

– Не ешь меня! – вдруг произнёс сморщенный грибок.

– Да он же ядовитый! – тут все закричали. – Никакой он не победитель!

– А вот, и победитель! – сказал первый весенний гриб. – Я не ядовитый гриб, а условно съедобный.

– Невелика разница! – сказал дятел, пожимая крыльями.

– Разница есть, – отвечает гриб. – Меня сырым есть нельзя – отравиться можно, а вот если отварить полчаса, воду слить два раза, посолить и пожарить – пальчики оближешь!

– Где же мы тебя варить будем? – растерялся дятел. – Но делать нечего – ты победил. Ты – самый ранний гриб! Как звать-то тебя?

– Сморчок я. А ещё есть у меня братец – строчок. Похож он на меня, но только ядовитый по-настоящему. Мы с ним грибной сезон открываем.

Захлопали тогда все птицы и звери в ладоши и в крылья, славя победителя. А вы, ребята, такие грибы в весеннем лесу видели? Только, если увидите, никогда не пытайтесь попробовать их на зуб, как мышь! Помните, что сморчок говорил? И без взрослых грибы никогда не собирайте.

Сосулька

– Сейчас упадёт! – воскликнула сидевшая на ветке синичка, скосив глазки-бусинки на сосульку, свисающую с козырька подъезда. – Его надо разбудить!

– Ни за что! – возмущённо зачирикал воробей. – Пусть падает. Так ему и надо! Ишь, разлёгся! А ведь недавно он моего приятеля-голубя чуть не сцапал!

Прямо под сосулькой дремал пушистый рыжий кот, который, казалось, не слышал разговора двух птичек. Солнце между тем разогрело воздух и сосулька начала таять. Первая капля сорвалась с сосульки и упала перед носом кота. Кот не пошевелился. Потом капель участилась, и сосулька стала утончаться у основания.

– Я так не могу! Прибьёт его сосулька! – сказала синичка и, вспорхнув с ветки, подлетела к неподвижно лежащему коту.

– Куда ты?! – пронзительно закричал воробей.

Но синичка уже была перед довольной рыжей мордой. Кот, прищуриваясь, улыбался во сне. Синичка звонко крикнула:

– Спасайся, уходи!

Кот мгновенно, не открывая глаз, схватил лапой несчастную птичку. Она заверещала, пытаясь вырваться из страшных когтей.

Воробей сорвался с ветки, подлетел к коту и начал носиться над ним. Кот на секунду отвлёкся и ослабил хватку. Синичка вырвалась на свободу.

Кот, размахивая сразу обеими лапами, пытался поймать птичек, но у него ничего не получалось. Он бросился за синичкой, у которой было повреждено крылышко. Она летела низко над землёй, а потом села на снег. Воробей понял, что ей не спастись. И полетел перед носом кота, припадая на одно крыло. Кот забыл о синице и бросился за воробьём.

Воробей сел на нижнюю ветку берёзы. Кот взобрался по стволу вверх и стал подбираться к птице. Воробей взлетел повыше. Рыжий разбойник последовал за ним. Кот приближался к сидевшему на ветке воробью, который осторожно отодвигался всё дальше от ствола. Ветка прогнулась под тяжестью рыжего толстяка. Но вкусная птичка была так близко: на расстоянии вытянутой лапы!

Воробей прошёл ещё немного по ветке к её краю. Кот, несмотря на то, что ветка стала ещё больше прогибаться, шагнул вперёд…

Хищный зверь летел вниз, размахивая лапами, крутя хвостом и оглашая окрестности пронзительным мяуканьем. Он больно шмякнулся в ещё не успевший растаять сугроб. Полежав минуту, кот выбрался из снега, отряхнулся и, со злостью оглядываясь на воробья, потащился к своему подъезду.

А тот уже подлетел к синичке и клювиком расчёсывал пёрышки на её больном крыле.

– Я так и знал, что этот злодей не поблагодарит тебя за своё спасение! – говорил смелый воробей синичке. – Уж больно ты добрая.

Кот оглянулся и прошипел:

– Я вас ещё поймаю!

Сосулька уже почти растаяла и теперь готова была сорваться с козырька подъезда.

– Осторожно! – закричала синица.

Кот ухмыльнулся и сказал:

– Что ж, добрая душа, прилетай, потолкуем, м-р-р…

Сосулька всё же не выдержала и упала. Она больно стукнула кота по голове. Кот мяукнул и присел, почёсывая лапой затылок.

– Я отомщу! – пробормотал он.

– Кому и за что? – спросил его лохматый чёрный дворовый пёс Тарзан. – Я всё видел. Вместо того чтобы спасибо сказать, ты птичек чуть не погубил! Хорошо, что пока ты за ними гонялся, сосулька стала меньше, а не то… В общем, уходи отсюда. А будешь опять злом на добро отвечать, я тебя проучу.

Тарзан оскалился и зарычал. Рыжий кот скрылся в подъезде.

Стало совсем тепло.

– А сосулек-то больше не осталось! – воскликнула синичка.

Синичка и воробей, прижавшись друг к другу, сидели и слушали, как звонко и радостно стучит капель о подоконники. Наступила весна…

Приключения комарика

Попал Комарик в смолу, которая на стволе сосны выделилась. Задними лапками Комар прилип, жужжит отчаянно, взлететь пытается, а не может.

Божья Коровка увидела, что комар в беду попал, и спросила:

– Что, попался касатик?

Комар жужжать перестал и пропищал:

– Помоги мне! Я устал, а смола не отпускает.

– Что же делать-то? Ну, давай свои передние лапки.

Ухватила Божья Коровка комарика за передние лапки и начала тянуть его из смолы. Ничего не получается!

Тут зелёная Муха подлетела, уселась рядом с ними и прожужжала:

– Плохо дело! Теперь экспонатом можешь стать!

– Чем?! – перепугался Комарик.

– В музей можешь попасть, говорю, если люди найдут, конечно.

– Если найдут, то обязательно меня прихлопнут, – огорчённо проговорил Комарик. – Очень они на меня злы. Думают, что я их кусал.

– Ты много кого кусал, – заметила Божья Коровка, – но ведь не просто так, а чтобы выжить.

– Да не кусал я никого! – взвизгнул Комарик. – У меня и хоботок для этого не приспособлен! Это комарихи людей и зверей кусают, а мы, комары, нектаром питаемся.

–Я думаю, что с тобой разбираться не будут, а возьмут и прихлопнут! – заявила Муха. – Надо тебе улетать отсюда быстрее!

– Как?! – вскричал комарик и задёргал передними лапками.

– Так что ты говорила про экспонат-то? – спросила Муху Божья Коровка.

– А, так это я как-то в городской музей залетела. Там на витрине, под стеклом, золотистый камушек лежал. Похож тот камушек на смолу, только был он твёрдый.

– Причём тут камушек? Подумаешь, цветом он на смолу похож! – удивилась Божья Коровка.

– Я тоже так сначала подумала. Ну, камушек и камушек, что же удивительного? Я и сама на драгоценный камушек похожа, на изумруд. Мне это знакомый слепень говорил, – у Мухи слегка порозовели зелёные щёчки.

Она взглянула на комара, который перестал трепетать крылышками и уныло затих, опустив хоботок.

– Гляжу, а внутри камушка того золотистого комарик застыл. На тебя так похож был! – сочувственно посмотрела на Комара Муха. – Я специально на люстре спряталась за бронзовой завитушкой и лекцию послушала про этот камень. Он янтарём называется. Люди из него украшения делают.

– С комаром застывшим тоже? – из последних сил завибрировал крылышками Комарик.

– Не знаю, такие камушки, наверно в музей сдают, – пожала крылышками Муха. – А тот комар ещё в древности в смоле застыл, а она окаменела. Вот так!

– Ты бы лучше помогла, чем несчастное насекомое запугивать! – проворчала Божья Коровка. – Ну-ка, берись за лапки, да давай тяни его!

Муха вцепилась в лапки Комарику, зажужжала и как ракета взмыла в воздух. Смола чмокнула, и Комарик взлетел вверх. И вовремя! Уже пучеглазая стрекоза Комара приметила. Съела бы его, да и всё! Мог бы даже экспонатом не стать…

Спрятался Комарик со своими спасителями под листик ландыша, трясётся весь.

– Спасибо, – говорит Комарик Мухе и Божьей Коровке, – что в беде меня не оставили!

– Пей свой нектар, летай, да в смолу больше не попадай, – сказала Муха.

Вы видели когда-нибудь янтарь? Может быть, у вашей бабушки или мамы есть янтарные бусы или кулон с янтарём? Всмотритесь в эти золотистые или коричневатые камушки. Внутри застывшей смолы иногда можно увидеть маленьких паучков, муравьёв, комариков, живших в незапамятные времена… Видно, не было тогда добрых спасателей – Мухи зелёной да Божьей Коровки!

Лесные пожарные

– Горит! Горит! – закричала малиновка.

– Где? Что? Почему? – спросил дятел.

– Трава сухая горит! – каркнул ворон.

Со стороны поля надвигался огонь. К сосне, на которой сидели птицы, подлетел жаворонок.

– Помогите! Спасите птенчиков! – кричит несчастный. – Сейчас погибнут! У нас гнездо на земле. Трава горит!

– Там их мама над гнездом мечется, кричит, ничего сделать не может, – подтвердил заяц. – Я сам только что с поля прибежал.

– Жуки полевые, кузнечики погибают! – пропищал с земли муравей. – Если в лес огонь придёт, совсем плохо будет. Сотни животных погибнут, сосны столетние сгорят!

– Ты говори, что делать-то? – спросил дятел.

– Придётся нам лесными пожарными стать. Огонь надо остановить. Мы, муравьи, ров уже начали рыть, чтобы огонь в лес не прошёл!

– Долго же вы рыть его будете! – сказал дятел и начал снизу сухую сосну возле самого корня быстро-быстро долбить.

– Ты что делаешь? – спросила малиновка.

– Деревья валить буду, чтобы огонь в лес не прошёл!

– Ер-р-рунда! – каркнул ворон. – Сейчас я огонь быстр-р-ро потушу.

И полетел на поле. А там, перед стеной наступающего огня, скачут кузнечики, бегут жужелицы, бабочки летят. Ворон стал крыльями над огнём махать, а огонь от этого ещё сильнее разгорается! Чуть крылья ворон не опалил, назад полетел.

Сидят птицы на сосне, дрожат от страха, жаворонок крылышками головку обхватил, плачет. Под сосной зверушки лесные собрались: ёжики, зайчики. Лиса прибежала. Все звери помирились.

– Это мальчишки подожгли! Я их видела. Стоят, радуются, что огонь полыхает! – защебетала подлетевшая синичка.

– Как же так, радуются? Нам горе, а они довольны! Нет у них сердца! – воскликнул жаворонок.

Перестал дятел стучать по сосне, опустил клюв и заплакал:

– Плохие из нас вышли пожарные. Сил у нас не хватит.

Зайчик смахнул его слезинку с ушей, потом другую смахнул, третью, и взглянул на небо, а небо заволокло тучами и дождь начался… Тут все птицы стали щебетать, верещать, а зверушки скакать и прыгать от радости.

Прилетела мама птенчиков, рассказывает:

– Огонь у самого нашего гнёздышка остановился! Птенчики все уцелели, только перепугались сильно!

Обнимаются они с папой-жаворонком, радуются. Дятел слезу смахнул и говорит:

– Вот бы те ребята знали, что это такое: огонь в поле и в лесу!

– Да и родителям их неплохо бы сказать, что траву жечь нельзя. А то, как весна или осень – жгут траву и сухую, и сырую, дымят, сами дышат гарью и чихают. Неужели не понимают, что это вредно и опасно? – удивилась малиновка.

– А они скажут, куда сор-р-рняки девать? – сказал ворон.

– Сорняки лучше в компост класть. Потом на нём огромные огурцы и помидоры вырастут, – ответила синичка.

Возвратятся на пепелище кузнечики и жужелицы. И трава новая вырастет. А вот людям надо помнить, как страшно бывает зверушкам и птичкам, когда трава горит!

Фантастические рассказы для детей

Пришелец

Голубая планета, укутанная слоистыми облаками, становилась всё ближе. Пилот второго («Б») класса Жмурль вцепился пушистыми пальцами в штурвал. Спускаемый аппарат направлялся к поверхности загадочной планеты, до которой экипаж звездолёта из далекой звёздной системы с тремя синими солнцами и одной, но прекрасной молочно-белого цвета планетой, добирался долгих пять земных лет.

Жмурль ожидал увидеть серебристую траву и деревья с ярко-фиолетовой листвой, как у себя на родине, но внизу расстилались зелёные леса и луга, желтеющие поля, разбитые на ровные прямоугольники.

Жмурль удивлённо замурлыкал что-то себе под розовый нос и сообщил по рации Мрылю, пилоту первого («А») класса – командиру звездолёта, оставшемуся на орбите, – что планета обитаема и, вероятно, населена относительно разумными существами, а также о том, что он готов к посадке.

Уклонившись от небольшого поселения, возведённого местными жителями, Жмурль направил свой корабль в сторону густого леса. Аппарат пронёсся над широкой синей рекой и начал притормаживать.

Для посадки Жмурль выбрал укромную лужайку в глубине леса. Он опустил трап и спустился на поверхность неизведанной планеты. Ему сразу же бросились в глаза красивые разноцветные бабочки, порхающие над изумительными цветами. Потом на лужайку выскочил серый длинноухий зверь и удивлённо уставился на диковинный серебристый скафандр Жмурля и его «летающую тарелку». Зверь был примерно одного роста со Жмурлем и постоянно что-то жевал. Жмурль поднял правую руку, приветствуя местного жителя, но тот резко развернулся и скрылся в зарослях.

– Встретил местного жителя. Кажется, аборигены глуповаты и трусливы, – сообщил Жмурль командиру звездолёта Мрылю, и снял шлем и скафандр, оставив на голове лишь наушники.

От ароматов закружилась голова. Жмурль почесал когтями свою покрытую рыжей шёрсткой грудь, проверил, на месте ли его лучевой пистолет, и двинулся в направлении населённого пункта, который он заметил при посадке.

Чем ближе Жмурль подходил к посёлку, тем тревожнее становилось на душе. Ещё издалека он услышал лай. Так лаять могли только злейшие враги соплеменников Жмурля. Встретиться с этими умными и ловкими хищниками без оружия не решился бы ни один житель его родной планеты.

«Неужели, они есть и здесь?» – с ужасом подумал Жмурль, сжимая лучевой пистолет.

Он пролез в щель между досками забора, и уже миновал было грядки с неизвестными растениями, как рядом раздался лай, и огромный чёрный лохматый хищник с оскаленной пастью бросился на Жмурля. Нападение было внезапным, но пилота спасла цепь, которая удерживала зверя. Жмурль с облегчением вздохнул.

Местные жители научились справляться с этими чудовищами! «Стоит у них поучиться», – подумал Жмурль.

Но успокаиваться было рано. На лай ужасного лохматого животного откликнулось ещё несколько таких же зверей. Когда один из них оказался рядом со Жмурлем, тот отчаянно мяукнул и мигом очутился на дереве.

На родной планете он никогда бы не полез на дерево, это считалось дурным тоном. Но хуже всего было то, что он потерял в огороде свой лучевой пистолет, а внизу бесновалась уже целая стая хищников. Они лаяли, брызгая слюной, подпрыгивали и кружились под деревом. Жмурль от ужаса чуть не потерял сознание, но тут увидел на соседней ветке пушистого, серого с белой грудкой, местного жителя. Он как две капли воды был похож на обычного жителя Мурмлины – родной планеты Жмурля.

– Приветствую вас от имени великой цивилизации Мурмлинов! – сказал Жмурль и поднял правую руку.

– Мяу! – произнес местный житель.

– Здравствуй, брат по разуму! – снова попытался заявить о своих добрых намерениях Жмурль.

– Мур, – миролюбиво ответил местный житель.

Контакт не устанавливался. Но вскоре лающие монстры замолчали. У строения, расположенного рядом с деревом, открылась дверь, и оттуда вышло жуткое двуногое существо громадного роста. Его одежда напоминала ту, что была в моде на Мурмлине триста лет назад. Существо передвигалось на двух ногах, как обыкновенный мурмлянин.

Существо прикрикнуло на стаю, и хищники, рыча, отступили. Странное создание подошло к дереву. Следуя десятому пункту инструкции, в критической ситуации пилот Жмурль должен был принять облик местных жителей, похожих на мурмлян. Он мгновенно скинул с себя одежду и замер.

– Э, да вас тут двое! – сказало двуногое существо, снимая с веток одного за другим двух котов.

Жмурль, обмирая от ужаса, затих на руках существа, когда оно понесло его в своё жилище. За ними бежал столь похожий на мурмлянина, местный житель.

В доме отец протянул сынишке рыжего кота:

– Смотри, какого кота вместе с нашим Пушком я спас от собак. Ухоженный кот. Ну, морда, где же твои хозяева?

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «ЛитРес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на ЛитРес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.