# Флэш. Преследование Барри Аллена

Клэй Гриффит, Сьюзан Гриффит

«Меня зовут Барри Аллен и я самый быстрый человек на свете. Для всего остального мира я обычный судмедэксперт, но я тайно использую свою скорость, чтобы бороться с преступностью и найти таких же как я. Я – Флэш».
Проносясь через Централ-Сити, Барри Аллен видит невероятное – Флэша, только старше, потрепаннее и тяжелораненого. Прежде чем Барри успевает произнести хоть слово, двойник исчезает.
А вскоре сила Барри начинает сбоить – в разгар миссии он на несколько мгновений застывает, как призрак. Его враги, Крысолов, Погодный Волшебник и Пик-а-бу, выбирают именно это время для нападения, поэтому Флэш обращается за помощью к своему наиболее доверенному союзнику.
К Оливеру Куину – Стреле.
Первая часть эпичного кроссовера, который продолжает роман «Стрела: Змеиный клубок».

Clay Griffith and Susan Griffith

THE FLASH: THE HAUNTING OF BARRY ALLEN


Copyright © 2016 DC Comics

THE FLASH and all related characters and elements © & ™ DC Comics and Warner Bros. Entertainment Inc. DC LOGO: TM & © DC Comics.

WB SHIELD: TM & © WBEI (s20)

S0250090

© М. Карманова, перевод на русский язык, 2020

© ООО «Издательство АСТ», 2020

## 1

Меня зовут Барри Аллен, и я – самый быстрый человек на земле. Я решаю все проблемы с помощью быстрого бега. Я бегу все быстрее и быстрее…

Бег заставляет ощутить одиночество. Даже в многолюдном марафоне мир бегуна сжимается с каждым ударом подошвы о землю, с каждым тщательно отмеренным ударом сердца, с каждым ритмичным вдохом.

По крайней мере, Барри думал именно так. Впрочем, легкой атлетикой он никогда не занимался. Большую часть своей жизни он бегал, только когда опаздывал – то есть довольно часто.

А потом в него ударила молния,на самом деле, и он стал больше, чем Барри Алленом. Он стал Флэшем, и он узнал о беге намного больше – особенно о беге с невероятно высокой скоростью. И еще он узнал, что у бега всегда должна быть какая-то цель. Флэш пускался бежать, чтобы помогать людям, ведь именно так поступают герои.

И еще он мог достичь такой желанной эйфории бегуна – и исчезнуть. Когда все вокруг расплывалось, Барри оставался наедине со скоростью. Она была его убежищем.

За исключением тех моментов, когда в его ухе раздавался голос Циско Рамона или еще кого-то из «С.Т.А.Р. Лабс».

– Барри! Код четыре-семьдесят на шоссе шестьдесят четыре, рядом с отметкой один – ноль – три.

В каждом слове звучало нетерпение.

– Фальшивые деньги? На шоссе?

– Четыре-пятнадцать, – вмешался спокойный голос Кейтлин Сноу. – Неосторожный водитель.

– Автовоз, – голос Циско не утратил ни капли восторга. – Транспортирует старинные «корветы».

– Как ты ухитрилсядо сих пор не выучить полицейские коды? – требовательно спросила Кейтлин.

– Я не виноват!

Дружеская пикировка продолжалась, несмотря на то, что они по-прежнему оставались в эфире. Флэш набрал скорость, направляясь к восточной части Централ-Сити. Мир скользил мимо. На этой скорости все казалось абсолютно неподвижным, и Флэш тщательно концентрировался на узком коридоре впереди, то и дело смещаясь вперед и назад, вверх и вниз, чтобы увернуться от препятствий.

Через несколько секунд он увидел накренившийся автовоз.

Массивный трейлер, транспортирующий восемь автомобилей, повернул, выезжая в центр загруженного шестиполосного шоссе, забитого машинами во всех направлениях. Колесо автовоза ударилось о заграждение и отскочило, высоко подпрыгнув. Цепи и крепежные ленты, удерживавшие машины, лопнули, и сверкающие «корветы» взлетели в воздух, вращаясь, словно потерявшие управление ракеты.

Кругом слышался визг тормозов – водители отчаянно пытались увернуться.

Флэш сосредоточился, и молнии засверкали вокруг него, освещая все вокруг искрящимся живым сиянием. Звуки крушения отдавались странным глухим эхом. Грохот превратился в мерное гудение.

Семь машин, двигавшихся по шоссе, могли вот-вот врезаться в другие или столкнуться с падающими «корветами». Если это случится, пострадают многие.

Мужчина лет пятидесяти вывернул руль так резко, что правые колеса его «ауди» оторвались от земли. Флэш оказался рядом с машиной, ухватил рукой закрытую дверь и запустил вибрацию, расшатывая замок. Машина накренилась. Он распахнул дверь, отстегнул ремень безопасности и, вытащив водителя, опустил его на заросшую травой обочину. «Ауди» наконец завершила вращение и заскользила по тротуару на крыше, рассыпая каскады искр.

Водитель по-прежнему вытягивал руки вперед, словно сжимая руль.

Еще одну машину вынесло к огромным колесам трейлера. Эта была модель, о которой недавно говорили в новостях – с бракованными подушками безопасности. Он не хотел выяснять, сработают ли они. Флэш вытащил из-за руля пожилую женщину…

…и внезапно ощутил, что его скорость на мгновение упала.

Буквально на наносекунду.

Флэш ощутил внезапный приступ боли, словно время на мгновение засбоило. Он отпустил женщину, оставив ее висеть над тротуаром.

Какого…

Потом все прошло – словно лишь померещилось. Он тут же вытянул руку и подхватил женщину за мгновение до того, как она рухнула на асфальт. Флэш уложил ее на той же обочине. Еще один нырок в хаос – и водитель грузовика тоже в безопасности. От него несло выпивкой.

Еще четыре машины – четыре столкновения, которых удалось избежать. Оставалась одна, последняя, и у него было еще по меньшей мере восемь секунд, прежде чем малолитражка превратится в блин. Времени предостаточно.

Через секунду он уже оказался в машине.

В окне он увидел перепуганное лицо женщины, неподвижно застывшей от ужаса. Она вытянула руку, пытаясь защитить мальчика на заднем сиденье, который выглядел испуганным и растерянным одновременно. Он смотрел на маму, только начиная осознавать опасность. Тянулся к ней.

Один из «корветов» летел прямо на малолитражку, и женщина попыталась свернуть. У нее не было шансов. Тщательно отреставрированный вишнево-красный «корвет» 65 года завис в нескольких сантиметрах от ее лобового стекла, готовый вот-вот прошибить его. Он двигался плавно, с безжалостной неотвратимостью. Флэш слегка наклонил голову, чтобы увернуться от бокового зеркала «корвета».

Шесть секунд.

У него была целая вечность, чтобы рассмотреть пассажиров. Двигались лишь алые электрические искры. Женщина почему-то казалась знакомой. Она была молодой – слишком молодой, чтобы умирать, но в ее глазах он прочел, что она уже осознала свою участь. До смерти оставались секунды, а она думала только об одном, стремясь дотянуться и спасти сына.

Флэш преисполнился решительности. Он вскрыл замок с помощью вибрации и распахнул дверь. Капот «корвета» все приближался, до боли медленно вжимаясь в лобовое стекло. По нему постепенно расползались трещины, словно паук неспешно плел свою паутину. Губы мальчика едва заметно шевельнулись. Барри различил слово. Мальчик звал свою маму – в последний раз.

Четыре секунды.

Флэш схватил мать и сына. В застывшем времени их тела казались безвольными и мягкими. Ему приходилось быть осторожным, когда он касался людей, перемещавшихся с обычной скоростью. Если он схватит их неудачно, то от трения останутся ужасные ожоги, а если в своем геройском рвении приложит слишком много усилий, то может с легкостью оторвать руку.

Он мог убить людей, которых пытался спасти.

Обхватив мальчика левой рукой, Флэш потащил женщину к правой двери, а затем оперся на крыло машины. Багажник начал подниматься в воздух по мере того, как удар «корвета» прижимал переднюю часть малолитражки к тротуару.

Три секунды.

Флэш метнулся к другой стороне дороги и, пригнувшись, проскочил под заваливающимся на бок автовозом. Он остановился на мгновение у сверкающего синего спорткара, который пытался убраться с пути автовоза и разлетающихся с него «корветов». Он устремился к капоту машины, которая отчаянно пыталась затормозить, но у водителя было уже слишком мало времени.

Перехватив тело женщины поудобнее, Флэш на мгновение отпустил ее. Она повисла в поле действия его силы. Ужас на ее лице начал медленно сменяться удивлением. Флэш использовал эту секунду, чтобы открыть дверь машины и изо всех сил прижать ногу водителя к педали тормоза. Потом он снова подхватил женщину и двинулся дальше.

Одна секунда.

Флэш затормозил на маленьком газоне. Мир снова обрел нормальную скорость. Крепко держа мальчика, он мягко опустил женщину на землю, на мгновение помедлив, чтобы помочь ей удержаться на ногах, пока она осознавала происшедшее.

Гул смолк, и воздух заполнился скрежетом смятого металла, грохотом столкновений. Люди кричали и пригибались, слыша, как сталкиваются пустые машины. Барри почувствовал, как рука мальчика вцепилась в него. Мужчина в синем спорткаре сумел затормозить как раз вовремя. Машины, приближавшиеся к месту аварии, с визгом тормозили так, что дымилась резина.

Произошедшее с ними ошеломило женщину. Она прохрипела одно слово:

– Дин.

– Он здесь. Он в безопасности.

Флэш передал мальчика ей. Она коротко всхлипнула и крепко обняла сына. Теперь, когда он был с ней, в безопасности, ей понадобилось несколько секунд, чтобы осознать все, что произошло.

Она подняла взгляд и узнала человека в алом костюме.

Мальчик отреагировал быстрее. Его глаза расширились от удивления.

– Это Флэш!

Этот восторженный, восхищенный возглас никогда не надоест.

– Тебе очень повезло, – сказал он мальчику. Он имел в виду не аварию. Флэш тепло улыбнулся матери.

– Вы спасли его, – выдохнула она. – Спасибо.

– Рад помочь. Вы в порядке?

– Не важно, – она прижалась лицом к голове сына.

Флэш положил ладонь на руку мальчика.

– Оставайся здесь и позаботься о своей маме.

Он заново обежал место аварии, убеждаясь, что все в порядке и нигде нет пожара. Вдалеке уже слышался вой сирен. Затем Флэш снова остановился рядом с Дином и его матерью. Женщина, похоже, уже пришла в себя, и Барри наконец-то узнал ее. Она работала в кафе, куда он часто заходил – в «Джиттерс». Ее звали Лили.

– У вас все в порядке? – спросил он.

Женщина ошарашенно смотрела на него.

Мальчик энергично закивал. Ему было лет десять. Он еще не понимал, как близко прошла смерть, и Флэш надеялся, что все так и останется. Встреча с Флэшем заставила его забыть обо всем остальном. Для него это было приключение.

– Не терпится рассказать друзьям, что я тебя видел! – Дин обхватил голову руками, словно боялся, что она может взорваться от восторга. Флэш пожалел, что ему нечего подарить мальчику. Осмотревшись по сторонам, он нашел маленький кусочек дерева и подобрал его. Вибрирующим пальцем он разогрел дерево с помощью трения и выжег на нем подпись, а затем подал мальчику.

Мальчик сжал его в руках, словно это был золотой билет.

Флэш посмотрел на Лили. Она покраснела.

– Не знаю, как вас отблагодарить.

Флэш тепло улыбнулся ей и спокойно кивнул.

– Уже отблагодарили.

Прибыли пожарные машины, и он обернулся к спасателям, бегущим к месту аварии с наборами первой помощи и баллонами с кислородом. Он узнал капитана Сэндовала, тот показал ему поднятый большой палец. Спасатели начали оказывать помощь пострадавшим.

Помахав ему рукой, Флэш снова прибавил скорости.

– Погибших нет, – объявил он в передатчик. – Ну, если не считать «корветов».

– «Корветы»? Неееет, – огорченно взвыл Циско в ответ.

– Машины можно заменить, – возразила Кейтлин.

– Но не старые «корветы», – ответил Циско. – Тебе не понять.

Барри представил, как Кейтлин закатила глава. Он уже удалялся от места аварии.

– Ты появишься? – спросила она у Флэша.

– Может, позже, ребята. Мне нужно доделать кое-какую работу, а на ужин у меня есть планы.

## 2

Дом семьи Уэст всегда был для Барри родным – с тех пор, как ему исполнилось двенадцать. С той ужасной ночи, когда его мать, Нора Аллен, была убита, а его отец, Генри, арестован за это преступление, осужден и помещен в тюрьму.

Барри оказался брошен на произвол судьбы.

Джо Уэст забрал его к себе и обеспечил всем необходимым – он дал ему кров, понимание, личное пространство и, что важнее всего, безусловную любовь. Кроме того, Джо научил его соблюдать правила, что очень важно для ребенка – хотя иногда Барри и проверял их незыблемость.

Уэсты не были богаты. Джо работал полицейским, и его зарплата была не слишком велика. Много времени он проводил на работе… а вот Айрис, дочь Джо, была рядом. Барри и Айрис были одного возраста, так что они быстро сдружились. Благодаря этому Барри смог остаться ребенком, несмотря на пережитое потрясение, разрушившее его привычный мир.

Они жили в небольшом одноэтажном коттедже, но вся его обстановка создавала иллюзию свободного пространства. Полки были уставлены семейными фотографиями и сувенирами. Солнечные и бежевые оттенки создавали ощущение тепла, проникавшего в душу Барри, как только он открывал входную дверь.

На кухне гремела посуда. Айрис была дома. Он ощутил какой-то чудесный запах. Когда Барри вошел в кухню, Айрис как раз склонилась над дверцей духовки, источавшей это восхитительное благоухание. Девушка повернулась к нему.

– Что сегодня на ужин? – Барри подошел к ней и втянул воздух, принюхиваясь.

– Курица «пармиджано», – радостно улыбнувшись, Айрис натянула на руку варежку-прихватку.

– Мое любимое!

Она с любопытством покосилась на Барри.

– Ты каждый раз так говоришь.

– Про киш я такого никогда не говорил.

Ее нежный смех заполнил всю кухню. Продолжая смеяться, она вытащила три противня с запеченными куриными грудками, политыми изысканнейшим красным соусом и расплавленным сыром моцарелла. От одного вида у Барри заурчало в животе. Его ускоренный метаболизм требовал пополнения энергии. И хотя руки у него были частично заняты, Барри восхищенно приобнял ее.

– Ты – лучшая!

– На рынке была распродажа, и я подумала, что сегодня ты наверняка вернешься уставшим и голодным.

– Ты видела?

– Меня отправили туда, чтобы я сделала репортаж об аварии, но ты умчался прочь, прежде чем я успела взять у тебя интервью. – Айрис поводила противнем у него под носом. – Я подумала, может мне все же удастся перехватить кое-что сегодня, после ужина.

– Отлично! – воскликнул Барри и потянулся к шкафу за тарелками. – А Джо собирается сегодня успеть к ужину?

– Он написал мне, что уже едет, так что да, если только не случится что-то экстренное и его не вызовут обратно.

Она нахмурилась.

– Я бы хотела, хоть один семейный ужин доесть вместе, чтобы никому не пришлось убегать посередине.

Барри отправился накрывать на стол, и тут открылась входная дверь.

– У тебя получилось.

Джо Уэст закрыл за собой дверь и улыбнулся. Ключи и бумажник он положил на столик в прихожей.

– Я бы мог сказать то же самое и о тебе. – Пружинящими шагами он подошел к Барри и обнял его, похлопывая по спине. – Рад, что ты успел домой к ужину. И еще лучше, что мне не нужно его готовить.

Хотя Барри и Джо были одного роста – чуть выше метра восьмидесяти, – Джо был шире в плечах и более мускулист. А его постоянно помятый вид дополнял небрежно повязанный галстук. В его низком голосе была мягкость, а в глазах – нежность.

– Ты в хорошем настроении, – сказал Барри.

– Сегодня был хороший день, – многозначительно ответил он, не переставая улыбаться. Барри одолевало любопытство.

– Повышение? Повышение зарплаты? Отпуск?

– Расскажу вам за ужином.

Прежде чем Барри удалось выпытать у него подробности, вошла Айрис. В кухонных рукавицах она несла противень, наполненный дымящейся курицей. При взгляде на отца ее лицо просветлело.

– Привет, папа, – сказала она. – Иди переоденься. Когда ты спустишься, все как раз будет готово.

Детектив улыбнулся еще шире.

– За минуту управлюсь, – сняв значок и табельный револьвер, он направился к лестнице. – Я хочу по меньшей мере три куска, так что не давай Барри начать первым! – сказал он, обернувшись через плечо, уже поднимаясь по лестнице.

Айрис покачала головой.

– Некоторые вещи не меняются.

– Эй, я же не всегда был Флэшем, – возразил Барри. – Я не виноват, что мне приходится поддерживать безумный метаболизм.

– Нет, но даже когда ты был еще ребенком, вы двое всегда словно соревновались за едой. А мне оставалось подбирать остатки – удивительно, что я не умерла с голоду.

– Ну, ты всегда была худышкой.

Айрис подняла бровь, и ему пришлось умолкнуть.

– Может, принесешь чесночный хлеб и салат? – предложила она. Благодарный за перемену темы, Барри проскользнул мимо нее, выполняя просьбу. На обратном пути он все же урвал пару кусочков. Но либо Айрис не заметила, либо она уже привыкла к тому, как он ведет себя за столом.

Заскрипели ступеньки, и вниз спустился Джо, одетый в джинсы и белую рубашку. Он занял свое место во главе стола, не переставая широко улыбаться. Айрис и Барри сели по бокам.

– Мне это нравится, – сказал он. – Пожалуй, давно мы не собирались все вместе за одним столом.

– Имеешь в виду, собирались так, чтобы нас никто не прервал, – смущенно улыбнувшись, сказал Барри. Джо кивнул. Затем он бросил на Айрис обвиняющий взгляд.

– Ведь ты же не выключила телефоны, верно?

Айрис фыркнула с явным разочарованием. Она раскладывала еду по тарелкам и как раз пристраивала на свою четыре порции.

– Мне это приходило в голову, но нет.

– Так что же случилось, Джо? – спросил Барри. – Что случилось, что ты так счастлив?

– Ты так говоришь, как будто в этом есть что-то странное, – ответил Джо, изображая оскорбленный вид. – Я в целом счастливый человек. Верно ведь? – Никто не ответил, и он начал есть и рассказывать одновременно.

– Я принял роды.

– Быть не может! – Барри недоверчиво рассмеялся. – Где же?

– Посреди супермаркета. Мы поехали туда, потому что поступило сообщение об ограблении, но от пережитого стресса у одной женщины начались роды. – Он помолчал и поднял взгляд. – Должен признаться, я до смерти перепугался. Я никогда ничего подобного не делал. – Он посмотрел на Айрис. – Когда ты родилась, мне дали только перерезать пуповину и подержать тебя, вот и все. Самое трудное досталось врачам.

– И кто это был? – Айрис подперла подбородок ладонями.

– Мальчик, – он с теплотой посмотрел на Барри. – Чудесный малыш. Как он на меня смотрел. Как благодарны были его родители. Какие у него маленькие ручки. – Глаза Джо заблестели.

Барри его вполне понимал. Он чувствовал подобный душевный подъем каждый раз, когда становился Флэшем. Иногда его заносило так высоко, что спуститься вниз было практически невозможно. Да он не очень-то и хотел.

– Не каждый день доводится пережить такое, – признался Джо. – В такой работе, как у меня, слишком много жестокости. Но в такие дни, как сегодня, я осознаю, что не хотел бы заниматься ничем другим.

– Я понимаю, что ты имеешь в виду, – сказала Айрис. – Все эти преступления, о которых мне приходится писать в «Централ-Сити Пикчер Ньюз», все эти коррумпированные политики – все это стоит одной истории об обычном человеке, который делает что-то восхитительное, и такая история заставляет меня снова полюбить свою работу.

– За семейство героев! – провозгласил Барри с деланной серьезностью и поднял свой стакан. Потом он подмигнул Айрис и посмотрел на Джо. – И, я думаю, мы знаем, кого нужно благодарить.

Айрис улыбнулась отцу.

– Нас правильно воспитали.

Джо усмехнулся и потянулся за чесночным тостом.

– Нет, правда, – продолжила она. – Ты всегда учил нас, как важно больше думать о других, а не о самих себе.

– У вас обоих отлично получается, – ответил он. – И, Барри, ты двигался в правильном направлении еще до того, как я вообще появился на горизонте.

Барри пожал плечами.

– Верно, но в тот момент, когда ты оказался рядом, у меня были все шансы остаться сломленным. Возможно, Джо, без тебя у нас бы не было Флэша. Я мог бы превратиться в социопата, как большинство других металюдей, с которыми мы сталкивались.

– Мне сложно представить тебя суперзлодеем, – сказала Айрис и улыбнулась. – Для этого ты слишком похож на «ботаника».

– «Ботаники» становятся злодеями, – сказал Джо. – Посмотри, например, на… как его звали… Хартли Рэтэуэй. Как там Циско его обозвал? Дудочник.

Барри покачал головой.

– Он не «ботаник». Циско – вот кто ботаник. А Хартли Рэтэуэй – образцовый злой гений. – Он ткнул в воздух вилкой. – Давайте признаем, почти каждому злодею, «ботаник» он или нет, не помешало бы встретить на жизненном пути Джо Уэста.

– Или, по крайней мере, получить хороший пинок под зад, – пробормотал Джо. Он одарил Барри едва заметной улыбкой. – Я слышал, что и у тебя выдался отличный день. Видел видеозаписи. Отличную спасательную операцию ты провернул.

– Да день как день, – пробормотал Барри, насаживая на вилку очередной кусок и перекладывая его себе на опустевшую тарелку. Он неловко поерзал, ощутив, что все смотрят на него, и принялся поглощать курицу.

– Никто кроме тебя с этим не справился бы, Барри. – Джо похлопал его по руке. – Вы оба заставляете старика вами гордиться.

## 3

Назавтра, рано утром, Флэш лавировал по улицам Централ-Сити, устремившись к своему второму дому.

«С.Т.А.Р. Лабс» – обошедшееся в миллиард долларов детище доктора Харрисона Уэллса, успешного ученого и предпринимателя, человека, у которого практика не расходилась с теорией. В школьные годы Барри следил за карьерой Уэллса, восхищаясь его достижениями.

Жемчужиной исследовательского центра был ускоритель частиц. Он задумывался как источник неограниченной энергии, а рекламировался как дверь в беззаботное и изобильное будущее – ключ к наступающему золотому веку. К несчастью, ключ сломался в замке.

Во время первого пробного пуска ускоритель разрушился. Катастрофа вызвала грозу, а по Централ-Сити прокатилась волна загадочной темной материи. Большинство жителей не пострадало, но у некоторой части населения произошли изменения в ДНК, и они превратились в нечто, невиданное ранее.

Этиметалюди стали истинными провозвестниками будущего. Некоторые из них умели летать. Другие могли пропускать сквозь свой разум и тело невероятное количество энергии. Были и те, кто обрел способность изменять свою физическую форму, превращаясь в субстанцию, совершенно непохожую на плоть и кровь.

Эти трансформации оставляли шрамы на теле, душе и психике. Многие из новых людей тяжело переживали этот опыт, отдаваясь на волю страха, гнева или алчности. Некоторые просто находили новые возможности заработать, в то время как другие стремились распространить свою власть на всех, кого считали слабыми и уязвимыми.

Но один метачеловек воспользовался своей силой, чтобы им противостоять.

В ту ночь, когда взорвался ускоритель частиц, волна темной материи накрыла Барри Аллена, находившегося в своей криминалистической лаборатории в штабе полиции Центрального округа – и в тот же момент его ударила молния. В результате этого он погрузился в кому.

Через девять месяцев он очнулся.

Централ-Сити по большей части исцелился от последствий катастрофы, хотя здание «С.Т.А.Р. Лабс» превратилось в пустую оболочку, о которой заботились лишь немногие оставшиеся сотрудники. Когда Барри попытался вернуться в привычный мир, то обнаружил, как сильно он сам изменился, и решил искать ответы в месте, породившем причину случившегося.


Прибыв в «С.Т.А.Р. Лабс», Флэш вломился в двери некогда великого научного колизея и принялся лавировать по коридорам, пока наконец не оказался в центре управления, который они называли Кортексом.

Циско Рамон и доктор Кейтлин Сноу отвлеклись от работы и улыбнулись, выглядывая из-за вихря бумаг, поднявшихся в воздух. Эти двое – все, что осталось от великого собрания гениев, приглашенных когда-то Харрисоном Уэллсом. Барри стянул с лица свою красную маску и подхватил разлетевшиеся бумаги так быстро, что человеческий глаз не смог бы за ним уследить. Он торопливо сложил бумаги на стол и повернулся к своим друзьям. На его мальчишеском лице проступила смущенная улыбка.

Циско приветственно поднял огромный стакан газировки из «Big Belly Burgers». У него было круглое лицо и длинные темные волосы, заправленные за уши так, что он больше походил на практиканта, чем на дипломированного инженера. У него на футболке было написано: «Спросите меня о чем угодно».

Запах бургеров растекался по едва ли не стерильному центру управления, и у Барри заурчало в животе. Даже короткая пробежка по лаборатории заставила его тело изрядно проголодаться. Он не мог отвести взгляд от огромной горы картошки фри на полукруглом рабочем столе рядом с Циско. Барри ухватил целую горсть и отправил в рот, наслаждаясь резким соленым вкусом. Циско и глазом не моргнул.

– Ребята, вы вчера не заметили во мне ничего странного? – спросил Барри.

– Странного? – Кейтлин перестала улыбаться. Даже когда она выглядела радостной, в облике этой молодой темноволосой женщины-биоинженера всегда оставалось что-то отрешенное. В ее взгляде было что-то загадочное и даже пугающее. Хотя ей не хотелось этого признавать, она будто постоянно ждала, что мир ее разочарует. Учитывая ее трагическую предысторию, такой взгляд на мир можно было счесть вполне оправданным.

– Что ты имеешь в виду? – спросил Циско, в ту же минуту ощутив прилив своего неудержимого любопытства. – О, пожалуйста… перекуси вот этой картошкой.

– Спасибо, – не переставая жевать, ответил Барри. – Точно не знаю. Какой-то мелкий сбой? Искажение данных? – Он подошел к Циско и встал рядом с ним.

– Искажение? – Кейтлин нахмурилась и тут же выпрямилась в кресле, сидя за своим компьютером. Пальцы замелькали над клавиатурой. – Что ты имеешь в виду? Какое искажение?

Циско наклонился поближе к костюму Барри, изучая выступающую эмблему в виде молнии у него на груди – в ней были спрятаны микросенсоры. Его голос звучал встревоженно:

– Ты испортил наш костюм?

Перегнувшись через него, Барри вытянул руку, подбирая последние кусочки картошки.

– Нет.

– Слава Богу, – помрачнев, Циско наблюдал, как Барри запихивает в рот картофель фри. – Тогда о чем речь?

– Точно не знаю, – Барри выудил чизбургер из запачканного жиром бумажного пакета, стоящего на столе. Разворачивая упаковку, он произнес:

– Я потому и спрашиваю. Просто… словно что-томигнуло. –Он задумчиво нахмурился, в точности как Кейтлин. – На наносекунду случилось… что-то. Я просто почувствовал, как моя скорость снижается. Думаю, так.

Кейтлин изучила многочисленные данные на экране своего компьютера – биологические показатели, которые постоянно поступали с сенсоров в костюме Флэша и передавались в «С.Т.А.Р. Лабс».

– Сейчас не фиксируется никаких аномалий. Пульс слегка ускорен. Кровяное давление в норме. – Она переключилась на другой экран. – Вчера твоя скорость была постоянной, насколько я могу судить. Нехорошо себя чувствуешь?

– Вовсе нет, превосходно, – покачав головой, Барри покончил с чизбургером. – Но в бургере огурчиков не хватает.

Циско смял пустой пакет и бросил его в сторону мусорки, как в баскетбольную корзину.

Промахнулся.

– Не люблю огурчики.

Кейтлин отвлеклась от своих экранов и пристально посмотрела на Барри.

– Ты уверен?

– Мне лучше знать, люблю я огурчики или нет.

– Я не про это, – Кейтлин отмахнулась от него. – Барри, ты уверен, что все случилось именно так? Можешь описать поподробнее?

– Забудьте, – Барри рассмеялся и пожалел, что вообще поднял эту тему. Он не мог точно сказать,что именно он вообще почувствовал, и было ли это на самом деле. Возможно, это просто его воображение – побочный эффект от выброса адреналина. – Раньше такого никогда не случалось. Просто какой-то сбой, как я уже сказал. Может, меня зацепил обломок одного из «корветов», а на запись это не попало.

Он посмотрел на Циско.

– А бургер только один?

– Я не ожидал, что мне понадобится еда на целую толпу, – с усмешкой ответил Циско. – Может, сходишь купишь еще один себе… и один мне, раз уж ты здесь.

– Считай, что уже сделано, – Барри был не против быстро пробежаться до «Big Belly Burgers». – Это так забавно, пробегать мимо окна выдачи для водителей.

Кейтлин подняла руку.

– Можешь выполнить одну мою просьбу?

– Хочешь молочный коктейль?

– Нет. Ну то есть, да, но сначала не мог бы ты немного поработать на беговой дорожке? Я хочу провести несколько тестов.

– Кейтлин, правда, не беспокойся.

– Я,правда, беспокоюсь, Барри, – возразила она, и в ее голосе зазвучала твердость. – Каждый раз, когда происходит что-то странное, мы обязаны обратить на это внимание. Так что, просто… пробегись. Пожалуйста. Я хочу выявить точку отсчета.

Увидев, как серьезно она настроена, Барри сдался.

– Ладно, – он направился ко входу в соседнее помещение, где стояла его беговая дорожка, обладавшая промышленной мощностью.

– Погоди, – окликнула его Кейтлин. – Будет лучше, если мы воспроизведем внешние условия. Лучше пробегись по Трубе.

Циско запустил свой компьютер, зашел на сервер, который она использовала, и они оба принялись устанавливать параметры костюма. Оставшись в очевидном меньшинстве, Барри вздохнул и зашагал к двери в темпе обычного человека. Он вышел в огромный коридор, который обходил по периметру всю лабораторию. Первоначально в нем планировалось разместить оборудование для ускорителя частиц – как у его более известного швейцарского собрата, позже его переделали в импровизированную тюрьму для металюдей, которых нельзя было выпускать на свободу, чтобы избежать жертв среди мирного населения. Теперь тоннель был темным и тихим. Пустынным. Технически бесконечным.

Войдя в тоннель, Барри включил свет, и тени легли на выстроившееся вдоль стен оборудование. Там, где технику уже убрали, зияли пробелы. Он коснулся наушника в форме молнии, прикрепленного к его голове.

– Ребята, вы готовы?

– Да, как только ты будешь готов, – ответила Кейтлин.

Барри помахал в камеру, прикрепленную высоко на стене, и ринулся вперед.

Когда он вышел на стабильную скорость, у него в наушниках зазвучал голос Кейтлин.

– Подними скорость до четырех-пяти махов. Это максимальная скорость, которую ты достигал во время спасательной операции на шоссе.

Флэш легко, без усилий превзошел скорость 480 километров в час. Хотя он двигался с невероятной скоростью, все вокруг выглядело удивительно спокойным.

– Чуть побыстрее, Барри, – скомандовала она. – Подними до пяти махов.

Флэш восторженно усмехнулся и припустил еще быстрее. Теперь он видел, как на поверхности костюма искрятся молнии, и его тело начало пронизывать знакомое ощущение. Тоннель впереди становился виден все яснее по мере того, как он пробегал по одному и тому же месту каждые несколько секунд. Снова, и снова, и снова.

– Держи этот темп. – Кейтлин полностью погрузилась в вычисления. – Мы проконтролируем твои показатели. Сообщи нам, если что-то почувствуешь. О любых изменениях, – строго повторила она.

– Сообщу, – пообещал он. – Пока все нормально.

Флэш бежал в ровном темпе, почти не замечая, как двигаются его руки и ноги. Потрескивали искры. Вот так вот бежать по прямой проще, чем маневрировать на высокой скорости, уворачиваясь от всяческих препятствий, вроде летающих машин.

Его мысли блуждали, и он нахмурился, вспомнив маленького мальчика, застывшего в поле действия его силы, который в ужасе глядел на маму, испугавшись не за себя, а за нее. А его мать тянулась к нему, не думая ни о чем, кроме опасности, грозящей ее сыну.

– Ладно, Барри, – затрещал в наушниках голос Кейтлин. – Теперь замедляйся.

Он словно не услышал ее слов. Вместо того чтобы затормозить, он ускорился, используя свои силы на полную. Возможно, в следующий раз ему может не хватить микросекунды, чтобы спасти таких же Лили и Дина. Он делал шаг за шагом с гипнотической точностью. Холодные стены Трубы начали растягиваться и расплываться по краям. Кровь пульсировала в ушах.

Справа от Барри появилась алая фигура. Он повернул голову и увидел своего отца, Генри Аллена, в костюме Флэша. Облаченная в алое фигура не отставала от него ни на шаг, хотя отец был тяжелее и старше. Костюм выглядел странно – он казался мягким и словно литым.

Барри посмотрел второму спидстеру в глаза и осознал, что этоне его отец. Это был он сам. Это был сам Барри, только старше. Лицо стало более полным и усталым, морщины у рта сделались глубже. Но глаза остались теми же – их Барри видел в зеркале всю свою жизнь, только в них было больше усталости и… чего-то еще.

Барри-старший потянулся к нему и разомкнул губы, собираясь что-то сказать.

Барри дернулся и обнаружил, что падает. Жесткие лампы, освещающие тоннель, пролетали мимо него. Он ударялся то плечом, то спиной, то ногами. Мир кувыркался вокруг него.

Он беспомощно размахивал руками, пытаясь уберечься от столкновений.

Барри подбросило в воздух от удара, он перекатился и врезался в стену, отскочив от стального пола тоннеля, ударился о вторую. Он тяжело дышал. Его тело описало полный круг, и он обнаружил, что смотрит вверх – на скрытый в темноте изогнутый потолок тоннеля.

У Барри шумело в ушах, и только теперь он осознал, что это голоса. Кейтлин и Циско встревоженно окликали его.

– Барри! Что случилось? – спросила Кейтлин. – Скажи что-нибудь. Ответь мне!

– Ты в порядке? – добавил Циско. – Я уже спускаюсь.

– Я в порядке, – Барри лежал неподвижно. Его грудь поднималась и опускалась, но не из-за того, что он запыхался. Его сердце оглушительно билось. Он не двигался, пытаясь припомнить увиденное. – Я просто споткнулся.

– Споткнулся? – воскликнула Кейтлин. – Ты никогда не спотыкаешься.

Барри сел. Он снова прислонился к стене и стянул капюшон. А потом встревоженно замер.

– Думаю, я видел призрака, – Барри осмотрел тоннель, выискивая признаки темпоральных искажений.

– Призрака? – откликнулась Кейтлин. – Ты имеешь в виду путешествие во времени? Нет, Барри. Твоей скорости было для этого совершенно недостаточно. И нет никаких признаков повышения уровня тахионов.

– Но я видел самого себя, – сказал он. – Путешествуя во времени, я могу увидеть себя. Сколько сейчас времени? Какой день?

– Ты спустился сюда всего несколько минут назад.

–Какой день?

– Барри, день все тот же, – упрямо повторила она. – Ты не перемещался во времени.

Вдалеке застучали шаги, и из-за поворота Трубы появилась человеческая фигура. Циско запыхался, его кожа блестела от пота, и он, спотыкаясь, спешил к сидевшему на полу Барри. Он остановился и согнулся, упершись руками в колени. Его рот открывался и закрывался, но Циско не мог выговорить ни слова. Барри смотрел на него снизу вверх и ждал.

– Ты?.. – наконец хрипло выдавил Циско. – Ты… ты…

– В порядке? – откликнулся Барри. – Да. А ты? Присядь. Переведи дыхание, приятель.

Циско кивнул и провел рукой по своим темным прямым волосам. Он грузно прислонился к стене и сполз вниз, шумно втягивая воздух. Барри поднялся на ноги и успокаивающе положил руку ему на плечо.

– Дыши. Со мной все нормально.

– На что похож сердечный приступ? Наверняка что-то такое? Похоже, да? Теперь я рад, что ты съел мой чизбургер. Спасибо. Я бы теперь помер, если бы тогда съел весь этот жир.

Барри снова всмотрелся в слабо освещенный тоннель.

– Думаю, я видел себя из другого времени, но Кейтлин говорит, это невозможно.

Циско с интересом посмотрел на него. Его лицо раскраснелось. Он вытащил телефон, проверил его и повернул дисплеем к Барри.

– Что ж, разве что ты вернулсяточно в тот же момент, когда исчез – но раньше такого никогда не случалось. – Он посмотрел куда-то вдаль, а потом добавил: – Но это означает, что мы все постоянно могли путешествовать во времени. – Рот Циско восхищенно округлился, когда Барри помогал ему подняться на ноги. – Ох, кажется я только что весь ум выдышал! – Они направились к ближайшему выходу. Их шаги отдавались в пустом тоннеле.

– Я почти уверен, что видел себя, – сказал Барри.

– Может, из-за высокой скорости возник мираж. Какое-то изображение задержалось на твоей сетчатке.

Барри пожал плечами.

– Может быть. Не исключено. Я признаю, что немного отвлекся на посторонние мысли. – Он покачал головой. – Но Флэш, которого я видел там, не был моим отражением.

– Нет? А как он тогда выглядел?

– Старше. Намного старше. И я был очень напуган, Циско. Я выглядел очень, очень напуганным.

## 4

Когда Барри и Циско вернулись в Кортекс, Кейтлин обеспокоенно посмотрела на них. Экран компьютера Циско мерцал.

– Ты в порядке? – она окинула его критическим взглядом. Переключившись на роль врача, она подошла поближе, чтобы осмотреть его.

– Я в порядке, – заверил ее Барри. – Я просто потерял концентрацию.

– Допустим, ноэто как раз-таки и странно, – отметил Циско, только теперь обратив внимание на мерцающий экран. Он бросился к компьютеру. Барри последовал за ним и заглянул через плечо. Прищурившись, он всмотрелся в изображение.

– Что-то не так?

– Торнадо, – сказал Циско. – Прямо в сердце города.

Барри посмотрел на другой монитор, куда транслировалась картинка снаружи.

– На улице ясно.

– Потому и странно, – Циско вывел на экран трансляцию с уличной камеры. Крутящаяся черная масса рассекала заполненный людьми бульвар, поднимая в воздух мусор и обломки веток.

– На самом деле, – прокомментировала Кейтлин, направляясь к собственному рабочему месту, – торнадо могут случаться на краю гроз. Нет ничего необычного, если они появляются на фоне ясного, залитого солнцем неба.

– Вот только грозы тут нигде нет, – сообщил Циско, взглянув на погодный радар на мониторе по левую руку от него. Он управлялся с клавиатурами как пианист-виртуоз. – Ничегонет. И ни малейшей вероятности, что хоть какая-нибудь гроза появится тут в скором времени. – Он многозначительно посмотрел на них. – Но я готов поспорить, что есть стопроцентная вероятность появления Погодного Волшебника.

Флэш закатил глаза. Марк Мардон был из тех металюдей-психопатов, с которыми ему меньше всего хотелось сталкиваться.

– Где же тот жезл? – спросил он.

Циско подошел к освещенной витрине у стены и извлек из нее металлический цилиндр, напоминавший размером и формой крупный фонарик, длиной примерно с руку, с захватом на конце. Циско сконструировал его во время предыдущего столкновения с Мардоном, чтобы тот не смог использовать свою силу, захватывая содержащиеся в воздухе свободные электроны. Он передал жезл Флэшу.

– Надеюсь, вы вернете его в идеальном состоянии, молодой человек.

Барри повесил устройство на пояс.

– Посмотрим.

Сжав губы, Кейтлин изучала последние данные о показателях Барри.

– Возможно, тебе стоит… – начала она.

– Ладно, мне пора, – объявил Барри и удалился, заставив ее разочарованно вздохнуть.

– …подождать, пока мы соберем больше данных, – продолжила она, обращаясь к нему через передатчик. В ее голосе отчетливо слышалось беспокойство.

– Торнадо в центре, у берега, – ответил он. – Там слишком много людей. Медлить нельзя. – Произнося это, Барри уже приближался к своей цели. Мысли о странном сбое он пока решил выкинуть из головы. Они с этим разберутся. Раньше они всегдаразбирались.

«Пора сосредоточиться, – подумал он. – Пора бежать быстро и спасать жизни».


Ветер дул яростно, взметая в воздух мусор. Барри резко остановился и прикрыл глаза рукой. Он всмотрелся в происходящее на улице.

Вот оно. Вращающееся облако, которое вытягивается к земле, словно змея. Ливень обрушивался на тротуар, потоки воды заливали все вокруг. Бумаги, ветки, листья и грязь летали повсюду – хобот торнадо обчистил ближайший парк буквально до голой почвы. Машина, вращаясь, пролетела по улице и врезалась в дерево. Ее кузов смялся со скрежетом и треском.

– Я фиксирую ветер с постоянной скоростью более ста девяносто километров в час, – сообщила ему Кейтлин.

– Не слишком быстро, – ответил Флэш.

– Только для тебя, – возразил Циско.

Буря с ревом двигалась к финансовому центру Ривер, там в дорогих кафе часто собирались хорошо одетые люди. Для окрестностей Централ-Сити торнадо были не в новинку – так что, когда вихрь приблизился, люди уже зашевелились. Несколько человек стояли, потрясенно глядя на немыслимый смертоносный вихрь, появившийся будто из ниоткуда.

Флэш метался туда-сюда, призывая их найти укрытие. Как только все попрятались, он развернулся к надвигающемуся столбу воздуха. Одно дело – наблюдать торнадо по телевизору, и совсем другое – стоять у подножия этого разрушительного явления природы и чувствовать, как внутри него течет невероятная энергия. Издали такие явления казались чарующими и удивительными.

Вблизи они могли убивать.

Дождь лил стеной. Тучи быстро меняли форму, втягивая в себя все больше и больше обломков. Теперь ядро торнадо вращалось почти точно у него над головой, и безжалостная сила вырывала оконные рамы, обрушивая вниз дождь из осколков стекла. С кафе сорвало крышу.

Флэш бросился вперед. Скорость защищала его от силы ветра. Он пробежал вокруг хобота торнадо, который соединял его с землей. Если он сможет разорвать это соединение, буря просто пройдет поверху, не вызвав значительных разрушений.

Размытые очертания проносились мимо, пока он раз за разом обегал вокруг воронки торнадо, двигаясьпротив направления ее вращения. Наконец он ощутил, как торнадо замедляется. Вихрь терял энергию, его хобот оторвался от земли. Как только контакт прервался, результаты не заставили себя ждать. Флэш увидел, как туча поднимается в небо.

На землю обрушился дождь из мелких камней, листьев и тяжелых веток. Вращающееся облако поднялось достаточно высоко, чтобы пройти над финансовым центром, а затем распалось под порывами ветра. За ним проявилось яркое синее небо. Барри облегченно выдохнул, и это было слышно даже на фоне радостных выкриков толпы.

Убедившись, что никто не пострадал, Флэш улыбнулся и спустился вниз, чтобы помочь подняться сбитому с ног мужчине. Крепкое благодарное рукопожатие много значило для него, и когда мужчина посмотрел на него в ответ, Флэш снова узнал этот взгляд. В каждом движении, в каждом жесте читалась искренняя признательность. Осознание этого пронизывало Барри. Другой награды ему не было нужно.

– Кризис предотвращен, – сказал он в передатчик. – Мужчина непонимающе посмотрел на него.

– Цыплят по осени считают, – ответил Циско. – На Канал-стрит формируется еще один торнадо.

– Еще один.

– Боже правый! – воскликнул Циско. – Это категория Эф-пять, самый мощный смерч!

Собравшись с духом, Флэш снова ринулся вперед.


До второго смерча он добрался в тот момент, когда тот двигался по парковке. Люди, отрезанные стеной яростного ветра, пытались пробиться через его порывы, которые двигали машины, словно те были игрушечные. Флэш пробежал по капотам и крышам машин, успев схватить беспомощных, оказавшихся в ловушке очевидцев, прежде чем их снесет.

Через несколько мгновений он уже опустил их на землю в относительной безопасности в вестибюле ближайшего здания. Приглушенный рев шторма нарастал по мере того, как он неудержимо надвигался на ближайшие дома.

– Оставайтесь в укрытии, – велел он и направился к двери. Торнадо засасывал обломки и мусор, как взбесившийся пылесос. Его основание разрослось уже на полквартала.

– Не думаю, что тут будет достаточно просто отрезать его от земли. – Когда он вышел наружу, ему приходилось кричать, чтобы рев ветра не заглушал его слова. Он оценил свои шансы. Обломки посыпались на него, отскакивая от защитного костюма. – У него слишком много энергии.

Этот монструозный торнадо надвигался на него, как Голиаф, наконец заметивший юного Давида. Воронка проломила крышу старинного здания банка «Кейстоун». Угол мраморной постройки разрушился, а столетние дубы, окружавшие здание, попросту переломились. Ужасный рев нарастал, становясь все громче.

Флэш принялся кружить вокруг торнадо, двигаясь в направлении его вращения. Это был единственный способ удержаться на ногах. Шторм обладал такой силой, что Флэш понимал: ему не удастся отсоединить торнадо от земли или сбить это чудовище с курса.

– Ребята, – произнес он в микрофон. – Есть идеи? Я не смогу его долго сдерживать. Пока что мне хотя бы удается оставаться на ногах.

– Барри, торнадо поддерживает свое существование за счет двух вещей, – сказал Циско. – Теплый восходящий поток и холодный нисходящий.

– Я могу охладить восходящий поток?

– Нет. На самом деле, бегая вокруг торнадо, ты добавляешь ему энергии. Однако, если ты сможешь нагреть нисходящий поток, он начнет ее терять. Было бы проще, если бы ты умел летать.

– Ага, если бы, – Барри посмотрел на клубящуюся массу, которая смешивалась с низкими темными тучами. – Погодите минутку. У меня есть идея.

Он остановился. Оглушительный порыв ветра подхватил его и поднял в воздух. Флэш оттолкнулся от какого-то обломка, приземлился на ноги и высоко подпрыгнул. Перескакивая с одного обломка здания на другой, он карабкался вверх в мощном потоке ветра.

Что-то ударило его по голове, и он пошатнулся, но продолжил пробираться по обломкам. На него обрушился вихрь градин диаметром сантиметров десять каждая. Он не мог увернуться от них, так что просто нагнул голову и двинулся вперед. По мере нарастания скорости столкновения тоже становились сильнее, но пока что градины не пробивали костюм и не ранили его.

Земли было уже не видно. Черные клубящиеся облака окружали его, заполняли небо, которое каждые несколько секунд озаряли изломанные вспышки молний. Оказавшись высоко над городом, Флэш пустился бежать против ветра. Перепрыгивая с одного обломка на другой, он словно пересекал бурную реку, двигаясь по скользким камням.

Молния, которая подсвечивала облака, соединилась с искрами, разгоравшимися вокруг его тела, и осветила небо. Чем дольше он бежал, тем сильнее воздух заполнялся горячими белыми вспышками трескучей энергии. Он уворачивался от тонких вспышек молний, оставляя за собой яркий электрический след.

Прожигая небо на бегу, он разогревал холодный воздух над собой. Полностью сконцентрировавшись, он не думал ни о чем, кроме следующего шага, следующего обломка, на который он должен приземлиться, двигаясь по кругу в короне шторма. Гул торнадо уже был едва слышен, заглушаемый ревом его собственного движения.

Внезапно очередная опора ушла у него из-под ног. Ветер терял силу, а значит, больше не мог поддерживать в воздухе обломки. Камни, балки и листы металла, кружась, летели на землю. Барри пришлось последовать за ними, прокладывая себе путь вниз посреди рушащихся предметов.

Флэш откидывал в сторону все что мог, но даже он был не в силах полностью остановить поток дерева, металла и кирпичей, обрушивающийся на землю. Все содержимое угасающего торнадо обрушилось с жутким грохотом. Опустившись на тротуар, Флэш увернулся от дерева, которое вонзилось в землю рядом с ним и ушло вниз почти на два метра.

– Царапина… еще одна.

Тяжело дыша, Барри проскользил по земле и остановился. Опустившись на колени, он старался вдохнуть столько воздуха, сколько вмещали его уставшие легкие.

– Ты в порядке? – спросила Кейтлин.

– Просто потрясающе, – выдохнул он.

– Эти два исчезли довольно быстро, – пробормотал Циско.

– Тебе это показалосьбыстрым?

– Будь осторожней, Барри, – сказала Кейтлин. – Погодный Волшебник, должно быть, где-то рядом.

– Пока никого, – ответил Флэш. – А Мардон не упускает случая заявить о себе. – Выпрямившись, он размял уставшее плечо.

– Ага, он любит быть в центре внимания, – согласился Циско.

– Никто не выдвигает требований. Не устраивает сцен. Похоже, Погодного Волшебника тут нет, – Флэш осмотрелся по сторонам. – Один вихрь торнадо довольно сильно повредил банк «Кейстоун», но Мардон вроде его не грабит. Нетипично для него.

Люди выходили на улицу, потрясенно рассматривая причиненные ураганом повреждения. Подняв большой палец вверх, Флэш заверил их, что они в безопасности, а затем снова вышел на высокую скорость, чтобы осмотреть все здания, которые задел торнадо. То и дело он останавливался, чтобы помочь раненным или контуженным людям. Он доставал пострадавших из-под обломков здания банка и уже транспортировал несколько человек в больницу, когда сирены службы спасения еще только звучали вдалеке.


– Ты уже пришел в себя?

Он пожимал руку врачу в приемной скорой помощи, отказываясь от осмотра, когда у него в ухе раздался голос Циско.

– Пришел в себя после чего? – невозмутимо ответил он. И, прежде чем Циско успел ответить, добавил:

– Я превосходно себя чувствую. Я не простоговорю о погоде, я могу с ней что-то сделать.

– Что ж, теперь пора заняться преступлениями. Кто-то ограбил Национальный музей естественных наук.

– Никаких признаков активности металюдей, – добавила Кейтлин. – Полиция отреагировала на вызов.

– Тогда я лучше отправлюсь туда…

Флэш уже устремился в нужном направлении.

– …я же работаю в полиции.

## 5

Музей естественных наук Централ-Сити был окрашен в классический серый цвет, но над зданием возвышался стеклянный купол. С улицы сквозь стекло виднелся распластавший крылья птеродактиль. Двери главного входа были открыты.

Проносясь на высокой скорости по разным отделениям музея, Флэш увидел последствия ужасающих актов вандализма, но застать преступника с поличным не удалось. И на верхних, и на нижних этажах каждый зал представлял собой одно и то же печальное зрелище. Уничтоженные стеклянные витрины. Реликвии и артефакты, расколовшиеся от удара об пол. Эта картина ранила его в самое сердце.

Он сделал еще один круг, выискивая признаки проникновения – выбитые окна или взломанные двери. Их не было. На глаза ему попался только один человек – юноша сидел за столом и разговаривал с кем-то по телефону. Он выглядел потрясенным.

Снаружи завыли сирены, и Флэш отправился навстречу Джо Уэсту, который как раз подходил к зданию. Значок полицейского был закреплен у него на поясе, в руке он уже держал блокнот. Джо хмурился и был сосредоточен, но сразу обратил внимание на исчезающие синяки, еще заметные под маской Флэша.

– Привет, Флэш, – сказал он. – Ты отлично справился с торнадо там, в центре. Они могли натворить немало бед. Похоже, у тебя была та еще битва. Это Погодный Волшебник?

– Нет, попал под град в одном торнадо, – с усмешкой ответил Флэш. – Мардона я не видел, но это наверняка он.

– Да это же просто великолепно, – Джо кивнул в сторону музея. – А в чем тут дело?

– Там полный хаос, – Флэш потер затылок и тяжело вздохнул. – Так много экспонатов уничтожены. Печально.

– Видел кого-нибудь внутри?

– Да, один человек в административном крыле. Выглядит ошарашенным. Думаю, он и вызвал полицию. Сегодня музей закрыт, посетителей нет. Тот, кто нанес такой ущерб, давно скрылся – кто бы это ни был.

Офицеры полиции начали собираться вокруг Джо, и он обернулся к ним.

– Нужно прочесать здание. Имейте в виду, внутри есть один человек, мужчина. Вероятно, не вооружен, но будьте осторожны.

Несколько офицеров, держа пистолеты на изготовку, вошли в здание. Джо и Флэш последовали за ними.

– Кому вообще придет в голову крушить все в музее? Что-то украсть – это понятно, но устраивать такой разгром? Какой в этом смысл?

– Даже представить не могу, сколько всего мы тут потеряли, – Флэш печально покачал головой, осторожно переступая через коллекцию окаменелостей, лежащих теперь грудой отдельных бессмысленных фрагментов.

Джо нахмурился.

– Мне понадобится Барри Аллен, чтобы в этом разобраться, – сказал он.

Флэш кивнул.

– Уверен, он здесь скоро появится.

– Я и не сомневался.

– Что ж, похоже, у вас тут все под контролем. Удачи, детектив.

С этими словами Флэш унесся прочь.


Барри вошел в музей, неся на плече сумку с оборудованием криминалиста.

– Привет! Меня вызвали. Похоже, тут полный хаос.

– Меня всегда восхищало, как быстро тебе это удается, – тихо сказал Джо. – Как у тебя получается наслаждаться жизнью на такой скорости?

– Вроде есть какая-то поговорка насчет того, что наслаждаться жизнью нужно не спеша, но я ее не помню.

– Однажды я возьму вас с Айрис в отпуск, где нам не нужно будет делать вообще ничего.

Барри усмехнулся.

– Ты же знаешь, мне это понравилось бы.

Офицер полиции подошел к ним, ведя за собой того молодого человека, которого Флэш видел в административной части здания.

– Детектив Уэст, – сказал полицейский. – Это Питер Стингл. Это он позвонил в девять-один-один. Он здесь работает.

– Я с-стажер, – заикаясь, поправил Питер. Он был худым, лет восемнадцати, бледным, и выглядел явно потрясенным. – Я только стажер. Просто пришел разложить некоторых насекомых. – Он посмотрел на Джо, будто готовый расплакаться. – Я занимаюсь насекомыми. Упорядочиваю коллекции. Вот чем я занимаюсь.

Джо жестом отпустил полицейского и открыл свой блокнот.

– Расскажите мне все, мистер Стингл.

– Ну вот, я пришел рассортировать насекомых, и… – он взмахнул руками. – И тут все это.