Радагор Воронов
Странник 1. Скользящий

Глава 1

Я был странным ребенком, как говорят, не от мира сего. Еще в детстве озадачивал своих родителей сложными вопросами. Все началось после того, как мне приснился страшный сон. Он изменил мою жизнь, перевернул сознание.

– Мама, папа, – тихо, жалобно прошептал я, проснувшись среди ночи, и зарыдал, уткнувшись в подушку, обильно поливая ее слезами. Страх окутывал разум, прикасаясь липкими щупальцами к рассудку. Обрывки сновидений проносились перед глазами.

Пугало мое будущее, нечто ужасное ждало впереди. Сильно жмурясь, я часто дышал. Было очень страшно.

"Умирать ты будешь по-настоящему, осознавая весь ужас происходящего", звучал в голове голос, а затем пришло понимание, что кто-то остался доволен моей смертью!

Я явственно ощутил, как пахнуло неимоверной, запредельной, ледяной мощью. Нет, не холодом, а именно силой. Затем мелькнули тени. Возникло неприятное ощущение, что тебя кто-то вырывает из собственного тела и куда-то тащит.

Я лежал и трясся, спрятавшись под одеяло. Свернувшись калачиком, прижал руки к груди. Тело ходило ходуном от нервной дрожи. Хотелось позвать родителей, но не было сил. Сколько это продолжалось, не помню. Внезапно по мне прокатилась волна умиротворения и я мгновенно уснул.

Утром сон спрятался в глубины памяти. Нет, не забылся и продолжал тревожить, но уже в ином плане. Возникли вопросы не свойственные моему возрасту. Изменилось восприятие, что-то пробудилось, я стал другим.

В один из вечеров, когда отца не было дома, он в очередной раз задерживался на работе, я подошел к матери, и так, невзначай, поинтересовался:

– Мама, а что такое смерть?

Она удивленно посмотрела на меня и пожала плечами.

– Смерть, это когда жизнь подходит к концу, человек умирает.

Я скорчил недовольную рожицу.

– Да знаю, а вот что дальше?

– Что значит дальше, Денис? – не поняла она. – На этом все, человека больше нет.

Я подбоченился и нахмурился. Такой ответ меня не устраивал.

– Ну а я куда денусь?

– Как куда? – она пожала плечами. – Умрешь, похоронят и все.

Это не то, что хотел услышать. Может неправильно задаю вопрос?

– А куда тогда денусь я?

– Ничего не понимаю, кто я? – мать удивленно посмотрела на меня. – Что ты хочешь от меня услышать? Я же сказала, смерть – это конец, дальше ничего нет.

Я вздохнул и ткнул себя пальцем в грудь.

– А вот я, тот, что внутри, куда подеваюсь?

– Кто внутри? – мать уставилась на меня, в глазах появилось беспокойство.

Пожав плечами, я разочарованно махнул рукой и поплелся к себе в комнату, под ее недоуменный взгляд.

Во мне жила уверенность, что я не могу исчезнуть, уйти в небытие. Я есть, а раз это так, как бесследно исчезнет то, что существует? Такого не может быть, тело всего лишь место, в нем я нахожусь в этом мире. Да, оно смертно, а вот то, что произойдет со мной там, за гранью, этот вопрос сильно волновал.

Мне казалось, что в этот мир я именно пришел, а не родился. Но тогда возникал другой вопрос, откуда? Увы, ответов не было, и первое, что хотелось узнать, а кто я такой?

После того страшного сновидения много происходило непонятного в течение моего детства. Раньше я не увлекался литературой, но потом просто обожал читать сказки, а когда подрос, переключился на мистику и фэнтези.

Наверное, в этом нет ничего особенного, в подобных книгах есть волшебство, иная реальность, магия, только я не ограничился подобным. Все переросло в поиск и чтение оккультной литературы.

Понимал в начале мало, но со временем кое в чем стал разбираться. Вот только чем дальше залезал в эти дебри, тем больше напрашивался неутешительный вывод: в книгах ничего нет, одни намеки, домыслы, а иногда просто вранье.

Мне хотелось найти нечто иное, что-то действенное. Что конкретно, сам не знал, но тайны оккультизма манили. В груди трепетало странное чувство, когда понимаешь, нечто необычное где-то рядом. Я был уверен, мне доступно больше, чем обычному человеку.

Со сверстниками общаться было не особо интересно. Нет, я тусовался, имел друзей, поддерживал разговоры, иногда хулиганили вместе. Но это все для того, чтобы не отличаться от других.

То, о чем они трепались, постоянно хихикая, подкалывая друг друга, были разговоры ни о чем. Но я не просто их слушал, а чувствовал настрой каждого, видел их эмоции. Вскоре стал знать наперед, кто что скажет.

Со мной что-то происходило. Вскоре я уже видел в телах других людей какие-то энергетические потоки и хитросплетенные узлы. В них собиралась энергия, затем перемещалась и даже воздействовала на разум.

Все было необычно и это пугало.

Почему я вижу и чувствую, а другие нет? Как объяснить, что явно ощущаю сексуальную энергию в людях? Она, по мнению некоторых авторов оккультных книг, являлась самой сильной. Оно и понятно, основной инстинкт продления рода любого живого существа!

Через некоторое время по своему желанию уже мог на нее воздействовать. Баловался иногда, ну а как без этого, я еще ребенок. Шалость и чрезмерное любопытство присуще моему возрасту.

Было весьма забавно наблюдать смущения ребят, когда усиливал чакру, энергетический центр, так это называлось.

Причем делал просто своим желанием. Пацан тут же возбуждался, совершенно не понимая, что происходит. Было прикольно! Особенно, когда на речке купались. Тут мой результат воздействия никуда не спрячешь. Пацан краснел и бежал в воду. Остальные замечали оттопыренные плавки и ржали, было весело.

Как-то вечером, сидя дома на кровати, пришла в голову мысль, попробовать проделать то же самое с собой. Возбудить себя методом напряжения энергетической чакры. Недолго думая, попробовал, но похоже перестарался.

Возбуждение нарастало лавинообразно, и вышло из-под моего контроля. Я ойкнул, зажав пах руками согнулся вперед и запричитал.

– Ай, ай, ай, ай, – дыхание участилось. Засопев, стал издавать прерывистый, нарастающий стон. Тело напряглось, нахлынули волны экстаза, рот приоткрылся, вырвался протяжный возглас. Все произошло быстро, неожиданно и мощно, полный улет!

Немного посидев, отдышавшись, убрал руки. На спортивных штанах красовалось мокрое пятно.

– Вот блин! – Я всплеснул от негодования руками. Пришлось идти в ванну, принять душ и переодеться.

Когда вновь улегся на кровать, задумался о произошедшем.

– Оказывается, могу сделать так, что кто-то кончит? – Я скорчил хитрую гримасу.

Ой, кому-то скоро достанется!

Был один пацан, Витек, постоянно меня подкалывал в классе. Если я обладаю такими способностями, почему ими не воспользоваться? Вскоре созрел коварный план.

В школе я долго выжидал подходящего момента. Думал, где бы это устроить, и вот он настал, на уроке физкультуры.

Мы все сидели вдоль стены на лавочках. Каждый по очереди подходил к канату и залезал по нему, затем спускался. Пришла очередь Витьки лезть.

Наверх он забрался быстро. А когда стал медленно спускаться, зажав канат между ног и перебирая руками, чтобы не обжечь ладони от терния, тут я и сработал.

Парень спустился, и как-то сразу оторопев быстро покраснел. А со стороны девчонок послышалось хихиканье. Его штаны спереди оттопырились, явно намекая на возбуждение. А затем, он сглотнул и схватился руками за пах. Согнувшись вперед, сжал ноги, засопел, а вскоре и вовсе застонал, но это больше походило на хныканье.

Часто дыша, пацан от стыда стал практически пунцовым и выпрямился. На автомате убрал руки и глянул на штаны. Заодно и все остальные увидели мокрое пятно. На его лицо было страшно смотреть. Оно выражало крайнюю степень смущения и страха. Сорвавшись с места, он выбежал из зала.

Вначале толком никто ничего не понял, но все поставил на своем место физрук.

– Да-а, – протянул он, почесывая затылок. – Многое в жизни видел, но чтобы вот так, от лазанья по канату возбудиться и кончить, это нечто.

Первой прыснула от смеха Светка, а затем и остальные. Весь класс ржал так, в то том числе и я, что многие повалились на пол, держась за животы, не в силах остановиться.

Витьке теперь лучше в школе не появляться, все кому не лень, будут показывать на него пальцем, данный случай по всей школе разнесется быстро.

Его не было два дня, затем парень все-таки пришел. Как только оказался в классе, народ вначале притих. Вновь первой не выдержала Светка и прыснула от смеха зажимая рот рукой. Естественно, остальные подхватили. Витек мгновенно побагровел и пулей выскочил в коридор, по всей видимости убежал домой.

Больше мы его не видели, скорее всего, родители перевели парня в другую школу.

Моя шалость удалась! Довольный и счастливый я злорадно улыбался.

Следующей на очереди была Маринка. На девчонках я еще не экспериментировал, она будет первой. Девочка мне нравилась, только не обращала на меня внимания, даже смотрела с каким-то пренебрежением. Поглядим, как прореагирует.

Ничего более умного не придумал как проделать это на уроке физики.

Маринка, сидела одна в соседнем ряду. Я сосредоточился и в одно мгновение у нее между ног воспылал пламенный огонь страсти.

Ох, как же она сжимала ноги, сглатывала, боясь показать виду, что с ней что-то происходит. Как томно дышала, замерев на месте, практически не шевелясь. Ее милое личико покраснело, глаза расширились, в них отразился испуг.

Вскоре она их прикрыла, сильно закусила губу, и я увидел, как девочка ведет ногтями по столу, а затем сжимает кулаки. Скорее всего, даже пальцы на ногах подогнула. Вся напряглась, стала как натянутая струна, затем чуток выгнулась, и быстро расслабившись обмякла.

Немного посидев, глубоко и часто дыша, открыла глаза и смахнула слезу. Да, Маринка сегодня первый раз в своей жизни испытала настоящий оргазм, оставаясь, при этом девственницей.

Прикольно получилось, наблюдая за ней даже сам возбудился. Вид у девчонки был ошарашенный, она абсолютно не понимала, почему так произошло, как могло случиться?

Я украдкой продолжал на нее смотреть и еле сдерживался от смеха. Маринка сидела, хлопая глазами, находясь в какой-то прострации. Постоянно сглатывала, дожидалась конца урока, и как только прозвенел звонок, тут же сорвалась с места.

Но как бы весело не было, больше я так не шутил. Это Маринка вытерпела, а что было бы, если бы кто-то не удержался и заголосил на уроке? Как представил подобное, долго ржал, никак не мог успокоиться.

Вечером, когда дома читал очередное произведение на тему попаданцев в иные миры, внезапно посетила интересная мысль. А могу ли я привязать человека к человеку? Так, чтобы один к другому испытывал постоянное сексуальное влечение? Ну не давала мне Маринка покоя, уж больно девочка нравилась.

От подобной мысли даже дух перехватило. Это же какие возможности открываются! Мгновенно бурная фантазия нарисовала кучу событий на эту тему. Да и не только Маринка, но и любая девочка будет с ума по мне сходить! Помотав головой, разогнал блудливые мысли.

Нет, не стоит даже пробовать. Уже провел на себе один эксперимент, пришлось в душ идти, отмываться. А тут, ну его нафиг, чем подобное может обернуться неизвестно. Как мне потом от нее избавиться? Смогу ли разрушить связь? Да и вообще, у девчонок я и так пользуюсь неплохой популярностью, ну ее, эту Маринку.

Я тут же вспомнил недавно произошедшую историю.

Пригласил тогда к себе домой Светку, ну так, посидеть, пообщаться, ничего такого. Затем немножко взбудоражил ее своими способностями, а она и разоткровенничалась. Девочка много поведала интересного. Выдала все маленькие секреты женского пола. Болтала не умолкая, стреляя в меня глазками и томно дыша.

А всего лишь спросил о том, что собственно девочкам нравится в парнях. Вот только Светка решила все это на мне объяснить.

– У тебя симпатичное личико, – разглядывая меня произнесла она. – Можно даже сказать красивое. – На что я немного засмущался.

– Да, да, не надо делать такие скромные глазки. Нет никаких прыщиков, ты следишь за собой. Лицо чистое, гладкое, девочкам это нравится. А еще прическа модная, но не в этом суть. Фигура стройная, мышцы немного подкачаны, животик прямо прелесть, – она облизнула губы.

Ну да, подарил мне отец абонемент в фитнес центр. Стал я туда ходить, да и втянулся, а отец, видя, что не бросаю, продлевает его.

Хороший клуб, много всяких тренажеров, бассейн есть, мне нравится. Не то чтобы себя прокачиваю, просто мышцы прорабатываю. Приятно разглядывать тело перед зеркалом, когда они видны и появляются кубики пресса на животе.

– А еще, – Светка не унималась, – от тебя хорошо пахнет.

Я хотел поинтересоваться чем? Одеколоном не пользуюсь, да и не бреюсь пока. Ну не растут у меня волосы. Уже собрался задать вопрос, но не успел, она сама продолжила.

– Даже не пойму, трудно объяснить, просто веет свежестью, можно сказать весной.

Я от удивления вытаращил глаза.

– Ну и это еще не все, – она улыбнулась, – одеваешься стильно, шмотки не дешевые, но это тоже не главное. – Светка отмахнулась. – Ты как-то умудряешься их так подбирать, что стильно сидят. Есть в этом какой-то шарм, легкая непринужденность, что придает сексуальности.

Я собрался возразить, но вновь не успел.

– Молчи и не возмущайся, я знаю, что говорю, – она стиснула губы продолжая меня разглядывать.

– Вот знаешь, на что девочки чаще всего обращают внимание? Молчи, сама скажу, ты не можешь знать. Так вот, на заднюю часть, которая ниже спины, – она хихикнула.

Я захлопал глазами.

– Да, да, – продолжила Светка. – Я часто замечаю, когда ты проходишь мимо, как девочки провожают тебя взглядом, поглядывая туда.

Я покраснел, а она вновь хихикнула.

От возмущения я засопел и собрался возразить по этому поводу.

– Ой, да ладно, – Светка махнула рукой, – радуйся, пусть смотрят, раз нравится.

– Ну знаешь! – не выдержал я.

– Да чего ты, это же круто, правда. Для нас девчонок это имеет значение. Нет, конечно, и остальное тоже важно, но стройная попка в приоритете.

От нее я многое узнал о себе, да и о том, что привлекает их в парнях. Никогда бы не подумал, был изумлен и удивлен.

Светка ушла, а я еще долго осмысливал сказанное. Даже покрутился перед зеркалом, пытаясь разглядеть себя сзади. Задница как задница. Ну, подкачана. Как по мне, так ничего особенного.

Помимо возможностей, что уже мог использовать, появились и другие странные способности.

После одного случая, что произошел полгода назад, я даже затормозил свое стремление к саморазвитию. Многие вещи необходимо осваивать с учителем, только где его взять?

Началось все с того, что меня сильно заинтересовала медитация. Только прочитав множество книг на эту тему, так ни к чему и не пришел. В них не было главного, самой методики как это делать, лишь одни пространные фразы.

Как ни странно, в этом вопросе мне помог отец, имея обширные связи. У нас был разговор, я с ним поделился, рассказал, что интересуюсь медитацией и посетовал на отсутствие серьезной литературы на эту тему. Каково же было мое удивление, когда вскоре он принес старинную книгу по единоборствам, переведенную на русский язык, и оставил мне на несколько дней.

Сама боевая техника меня мало интересовала, но в начале шло описание техники медитации. Там излагались этапы вхождения в ее различные стадии. Главное, все подробно объяснялось, для чего, зачем и как делать.

Эту часть я сфотографировал и вернул книгу отцу. Затем распечатал и принялся усердно практиковаться.

Первые три месяца оказались самыми трудными. Требовалось очистить разум от мыслей, научиться концентрации, пребывая в абсолютном покое. Но постепенно, занимаясь каждый день, кое-что стало получаться.

И вот в один из вечеров, сидя с полуприкрытыми глазами в позе лотоса, я постепенно стал погружаться все глубже и глубже внутрь самого себя, пока не наступило легкое чувство эйфории. Мой разум был в покое, я испытывал умиротворенность.

Просидев так некоторое время, прекратил медитировать и довольно потянулся.

Поднявшись, ощущал в себе неимоверную легкость. Постояв немного, продолжая испытывать блаженство, медленно повернулся.

Дальше случилось то, чего никак не мог ожидать! Я увидел самого себя сидящего в позе лотоса на диване в состоянии медитации!

Я мгновенно замер, возникло полное, абсолютное непонимание, как подобное возможно? Как я могу смотреть на самого себя, стоя рядом с самим собой? Передо мной мое тело, веки полуприкрыты, расслабленная поза, спокойное дыхание.

Это не иллюзия, не больное воображение, все по-настоящему!

Как только это осознал, на меня нахлынул дикий, всепоглощающий ужас. Я перепугался вусмерть, испытав глубокий шок!

Это сработало как триггер, и я мгновенно оказался внутри своего тела, причем ощущения были не из приятных. Вся легкость тут же испарилась. Сложилось впечатление, что влез в бетонную коробку. Появилась тяжесть, мир восприятия сузился, я ощутил свое тело и учащенное сердцебиение.

Открыв глаза, часто надрывно задышал. Немного успокоившись, ощупал себя. Нет, не умер, как показалось вначале, живой и все чувствую! Липкий туман страха охвативший мой рассудок быстро испарялся.

Пытаясь разобраться что произошло, мне удалось кое-что для себя прояснить. В процессе медитации я каким-то образом вышел в астральном теле из физического.

Как оказалось, самое главное в таком процессе, оставаться полностью спокойным. Но я сильно перепугался, поэтому сработал механизм защиты и вернул меня назад.

Есть и еще одно правило, о котором надо помнить, и оно важное! Необходимо в физическом теле оставлять частичку своего сознания. Нельзя полностью его покидать, иначе пустое тело могут занять те сущности, что находятся рядом. Тогда станешь одержимым, или в худшем случае вернуться будет некуда, тело будет занято. Вот этого мне что-то совсем не хочется.

Зато отчетливо запомнилась разница состояний внутри тела и вне его, и это отложилось на всю жизнь.

Вывод для себя из произошедшего я сделал однозначный: смерть, это не конец! Возможно существовать вне тела, а значит, там, за гранью, действительно что-то есть!

Все религии говорят о подобном, наша жизнь не заканчивается с уходом из этого мира. Но слышать или знать об этом, это одно, а вот ощутить на себе, совсем другое.

Данным направлением я больше не занимался, но то, чего достиг, сильно мне помогало в моих экспериментах с энергетикой.

Я стал более четко различать их потоки, быстрее концентрироваться и воздействовать на них. Увидел в человеке то, что раньше было сокрыто, но об этом лучше не вспоминать, от подобного страшно становиться.

Как же мне не хватало знаний, а где их взять? Выход оставался один, попытаться самому что-то найти в закрытых архивах библиотек. Первое, что пришло на ум, это Ленинская. В Москве, где я живу, она самая большая. Там может быть все что угодно.

Когда закончился очередной учебный год, мне стукнуло шестнадцать лет. Отец поинтересовался, чем хочу заняться в период летних каникул? Мой ответ его удивил и озадачил.

– Ты точно этого желаешь? – переспросил он. – Нет, я понимаю, любишь читать, но все-таки?

Я был тверд в своем решении.

Отец усмехнулся.

– Что же, похвально, удовлетворить твою просьбу для меня не составит труда.

Для него действительно многое было возможным. Отец занимал какой-то высокий пост, где-то в министерстве. Где, что, я не интересовался, просто знал, папа чем-то руководит.

Так я оказался на своей первой работе, на неполный рабочий день в Ленинской библиотеке. Помощником чего-то, или кого-то, так и не понял. Собственно, всю работу можно охарактеризовать просто: пойди, принеси, отнеси, подай, сложи, разбери.

У меня ушел целый месяц, чтобы выяснить и отыскать закрытый архив, где возможно находиться настоящее оккультное знание. Делал я это аккуратно, чтобы никто ничего не заподозрил.

Вот только попасть туда не мог. Нет, скрытно пытался, но каждый раз двери были заперты. В то крыло вообще никого не пускали. Но разве это остановит пацана, который так жаждет пробраться в запретное место!

Когда до окончания летних каникул, а значит и моего срока работы, оставалось всего несколько дней, я в очередной раз тайно спустился в хранилище. Как обычно, дернул дверь за ручку, уже ни на что не надеясь.

И чудо свершилось! Она оказалась открытой. Вначале даже замер, сглотнул от нахлынувшего радостного волнения. Быстро посмотрел по сторонам и убедившись, что никого нет, слегка приоткрыл дверь и прислушался. Вдруг кто-то есть внутри, но повезло, стояла полная тишина. Недолго думая, прошмыгнул внутрь. В помещении горел свет, кто-то забыл его выключить.

Я и не предполагал, что хранилище такое большое. Огромное количество стеллажей с ящиками до самого потолка, предстало передо мной. Вначале даже растерялся. Вообще-то думал, здесь будут книги на полках.

И что дальше? Ведь все свои помыслы сосредоточил только на одном, проникнуть сюда. Я совсем не думал, что буду искать. Даже не предполагал, сколько здесь всего!

Вздохнув, покачал головой и принялся мысленно корить себя. Ну как же так? Не удосужился хотя бы примерно выяснить название книг, авторов, что хочу найти.

Идя по проходу, печально поглядывал справа и слева на сплошные ящики, на которых имелись инвентарные номера и какие-то литеры. Внезапно мой взгляд зацепился за один из них. В отличие от остальных, там была надпись, Лазовский.

Остановившись, я задумался. Такой человек мне не знаком, интересно, кто это? Почему ящик подписан? Пожав плечами, потянул его на себя, тот плавно выехал вперед.

Внутри стояли старые бумажные папки. Быстро перебрав их, обнаружил непонятные названия. Слова "Демис", "Пратор", "Туртус", "Модас", "Мород", "Хорос", мне ничего не говорили. А вот в самом конце, находился прозрачный пластиковый пакет.

Вытащив его, я обомлел. Внутри лежал пожелтевший листок. Пробежав по проходу к небольшому столику, трясущимися руками от предвкушения великой тайны, аккуратно вынул его и положил перед собой.

Древний, сложный рисунок, предстал перед моим взором. Многогранная звезда, в центре нее странный символ в виде источника. Много всяких линий, переплетений, различных фигур, абсолютно неизвестных. Но то, что среди этого хитросплетения четко угадывалась семиконечная звезда, это радовало. Я уже знал, что подобный символ есть септаграмма, известная так же, как символ магов.

Как раз, совсем недавно читал об этом. Использовался он еще в Шумере, Ассирии и Халдее. Семь лучей звезды символизируют три элемента вверху и три внизу. Плюс, один самостоятельный, который представляет мага и следование вложенному магическому пути.

В груди затрепетало, руки сами перевернули листок. На обратной стороне находился текст. Понять смысл не удалось, по всей видимости это древнеславянский язык, лишь угадывались знакомые буквы.

Все это сильно взволновало. Я убрал его назад в пакет и запихнул под футболку прижав к телу. Недолго думая, покинул хранилище, задвинув по дороге ящик.

Только дома, когда разложил его перед собой на столе вдруг подумал, а зачем украл? Мог просто на телефон снять и недовольно покачал головой. Нехорошо получилось. Но назад уже не вернуть. Вряд ли дверь в хранилище еще раз будет открыта. В тот раз повезло, уходя кто-то забыл ее запереть.

Усевшись за письменным столом, долго разглядывал рисунок пытаясь понять, что же такое нарисовано, но так ничего в голову и не пришло.

Попробовал разобраться с текстом, но и здесь ждало разочарование. Ладно, начнем с малого.

Вначале, через интернет выяснил, кто такой Лазовский. Оказывается, так называется приморский заповедник. Очень интересное место, к тому же аномальное. Как пишут, все тайфуны, наводнения и катастрофические ливни, как сговорившись, появляются именно там.

Вполне возможно, в тех местах бывали археологические экспедиции. По всей видимости, мой листок найден именно там, а в папках чьи-то записи или отчеты. Но вот почему они в библиотеке, в закрытом разделе, да к тому же оккультном, это загадка.

Я приступил к переводу текста. Но, промучившись больше месяца, так ничего и не добился.

Вот нет таких слов, все перепробовал. Да, буквы славянские, переписал по-современному, слова странные получились, корявые, читать можно, но смысла не вижу.

Долго думал, в итоге пришел к выводу, что рисунок, это какая-то магическая печать, а текст, скорее всего заклятие, поэтому и не понимаю. Может к кому-то обратиться, чтобы помогли разгадать?

Я отогнал данную мысль, если листок ценный, могут и отобрать. Документ, по всей видимости, древний, да и не бумага это, скорее папирус.

В очередной раз, уставившись на рисунок я задумался. Но сколько не смотри, ничего нового не увидишь. Пожав плечами, усмехнулся, внезапно родилась шальная мысль, а почему не попробовать?

Ну да. Я решил нарисовать все это в масштабе, что указан на листке, и прочитать заклинание. Надо только найти уединенное место, где это сделать.

Загоревшись идеей, убрал папирус в стол. Вот этим и займусь!

На поиск места ушел почти месяц. Не так-то просто, оказывается, найти в Москве то, что мне нужно.

Выбор пал на старый заброшенный завод. Случайно на него наткнулся в интернете. Съездил туда несколько раз, далековато, но что поделать. Из охраны только сторож, забор дырявый, просто заброшенная территория.

Обследовал, полазил по этажам разных зданий. Нашел в одном из них большой подвал, а там комнату, три на пять метров, самое то. Заранее прибрался, сгреб мусор, даже пол подмел.

Что хорошо, сохранилась старая металлическая дверь, и она закрывалась. Лучшего места не найти. В итоге назначил себе день, когда пойду на дело!

Чем ближе он подходил, тем больше я волновался. Что-то разнервничался, почему, не пойму. Я же не особо верю в результат, но тайна будоражила, как и сам процесс, который собрался провести.

Наконец настал тот день, когда я буду изображать из себя великого мага.

Что-то наплел родичам, почему вернусь достаточно поздно. Сложил в небольшой рюкзак пару бутербродов, бутылку воды, пачку мела, фонарик и рулетку.

Прикольно, сам себе удивляюсь, даже не верю, что это делаю, изображаю настоящего чародея, даже смешно стало. Волнение куда-то пропало, посмотрев на себя в зеркало, усмехнулся.

Наивный, куда иду, зачем? Но раз решил, доведу дело до конца, после сам над собой посмеюсь.

С такими мыслями поздно вечером и прибыл на заброшенный завод. Огляделся по сторонам, никого не обнаружил. Пролез через дырку в заборе и не спеша направился к подготовленному месту. От лунного света на земле длинные тени, все кажется зловещим и таинственным.

Прокрался вдоль стены, пролез через кусты, подошел к зданию. Только вошел внутрь, как едва сердце не остановилось от страха.

– Твою же мать! – выругался я, прижимаясь спиной к стенке, пытаясь прийти в себя. Кошка, к тому же черная, прошмыгнула возле ног, перепугала насмерть!

Я поежился. Немного придя в себя, двинулся дальше и включил фонарик. Вот и спуск в подвал, еще немного и будет заветная дверь. Подойдя к ней, вошел в помещение и закрыл ее за собой.

Фонарик переключил на рассеянный режим и поставил на пол. Света немного, но все видно. Скинул с плеч рюкзачок, первым делом достал воды и промочил горло. Теперь можно начинать.

Я вынул мел, достал рулетку и положил на пол пергамент. Вначале нарисую центральный круг.

В целом, провозился больше двух часов, даже кофту снял, в помещении достаточно душно. Печать заняла практически весь центр комнаты. Посмотрев на нее, довольно вздохнул, красиво получилось.

Еще раз проверил, точно ли изобразил. Линии, завитушки, символы, все на месте. Удовлетворенный содеянным, недолго думая, присел прямо на пол. Достал и съел бутерброд, напился воды любуясь своим творением.

Пора переходить ко второму этапу.

Взяв в руки приготовленный листок бумаги, где написал на русском заклинание, я встал возле края рисунка, пергамент оставил лежать на полу.

Что-то волнуюсь, даже ладошки вспотели и заулыбался. Полный бред, все равно ничего не получится, но прикольно. Немного постоял и с выражением, как будто цитирую стихотворение, зачитал текст, затем замер и уставился на печать.

– Ну и что? А ничего, как и ожидалось, – произнес я и печально вздохнул.

Скомкав лист бумаги, который держал в руке, бросил его на пол. Знал же, что ничего не произойдет, нет, все равно на что-то надеялся. Накатило горькое чувство разочарования.

Отвернувшись от нарисованной на полу печати, дернул от злости руками затем резко развернулся и выкрикнул:

– А если так! – Я направил руку в сторону рисунка.

Не пробовал и никогда не использовал эту свою способность, а сейчас, плюнув на все и решился.

Вначале ощутил в теле энергетические потоки. Усилием воли собрал и сконцентрировал их в единую точку. Затем усилием воли резко направил прямо в центр печати. Слегка закружилась голова, я сделал несколько глубоких вдохов.

Постоял, напряженно ожидая результата, но вновь разочарование. Вот размечтался, маг недоделанный! Хотя, сам не пойму, а чего хотел? Что должно было произойти?

– Тфу ты, – плюнув на пол, уже почти повернуться, как внезапно меня обдало потоком теплого воздуха. Я сглотнул, откуда он здесь взялся, если дверь закрыта? По телу пробежали мурашки.

Я перевел взгляд на печать. Внутри меня все мгновенно похолодело. Она медленно начинала светиться темно-бордовым.

Я резко отпрыгнул назад к стене, взвизгнув от испуга. Тело задрожало, дыхание перехватило. Медленно попятившись, уперся в нее спиной. Как же мне захотелось сбежать, рвануть от страха куда подальше. Вот только выход был с другой стороны, а переступить через то, что светилось на полу, было выше моих сил.

Сердце бешено стучало в груди, губы тряслись, я тихо заскулил от страха. И тут что-то произошло, как будто само пространство исказилось. Мои ноги подкосились, и я медленно сполз по стене на пол, сев на пятую точку, руки затряслись.

Свечение прекратилось, а вот в центре печати появился человек. Ну как человек, что-то похожее, достаточно большого роста, в длинном, до самого пола черном балахоне, с накинутым на голову глубоким капюшоном.

Но не это меня напугало, да так, что еще немного и лишусь чувств, а то, что вокруг его фигуры плясали языки черного пламени.

Лица не видно, оно скрыто капюшоном, к тому же вокруг головы клубилась тьма.

Я никогда не думал, что волосы на голове действительно могут сами по себе шевелиться. Сейчас подобное испытал.

По его легкому наклоны головы понял, он так же меня разглядывает.

– Ну и кто ты такой, что посмел призвать Темного Властелина? —прозвучал в моей голове хрипловатый голос, внутри все похолодело. В комнате при этом царила полная тишина. Внезапно проскочила пугающая мысль, "Все, доигрался, пипец".

Хотелось заорать от ужаса, вот только не смог. Лишь поджав под себя ноги, обхватил их руками и уткнулся в колени лицом. Как же я хотел куда-нибудь исчезнуть.

Темный Властелин медленно оглядел комнату. Его взгляд на мгновение задержался на фонарике. Затем он посмотрел себе под ноги и сделал легкий пас рукой. Все что я рисовал мгновенно исчезло.

Мужчина шумно и медленно вздохнул, нюхая воздух.

– Земля! – вновь его голос зазвучал у меня голове. – Как же я давно здесь не был. Какое нынче время? – он посмотрел в мою сторону. Я лишь пискнул, сжимаясь еще сильнее.

– Посмотрю сам. – Я почувствовал, как Темный Властелин принялся бесцеремонно копаться в моей памяти.

Словно в калейдоскопе, перед внутренним взором пролетали различные мгновения жизни, фразы, тексты, размытые образы. Сделалось нехорошо, затошнило, закружилась голова.

– В тебе слишком мало знаний, хотя в целом, понятно. Великих Шумер больше нет. Мир серьезно изменился, прошло много времени. – Он посмотрел на пол, нашел взглядом папирус.

Легкий пас и он уже у него в руке, и тут я разглядел его кисть. Мое тело затрясло еще сильнее. Рука была темно серого цвета, пальцы длинные, костлявые, на концах черные острые когти.

Посмотрев на рисунок, он перевернул лист и глянул написанный там текст.

– Странно, на славянском. По всей видимости, волхвы перевели с Шумерского. Где только раздобыли. – Он вновь посмотрел на меня.

– Ты ведь даже не знаешь, что это, – Властелин слегка потряс им. – Это всего лишь часть, сама печать призыва. Тут нет символов врат и магической привязки. К тому же ты не имеешь охранного амулета! Ты что болван? Ну не может человек быть настолько глуп! Да и где ты это взял?

– Би, би, – только и смог я выдавить из себя.

– Так дело не пойдет. – Властелин недовольно покачал головой.

Внезапно все темные всполохи вокруг него исчезли, как и тьма вокруг головы. Он откинул капюшон. Передо мной стоял человек, по крайней мере, черты лица были похожи.

Лысая голова, прямой, чрезмерно длинный узкий нос. О, черт! Именно так в фильмах представляют древних вампиров! Только клыков не хватало и еще, его глаза! Я попытался сглотнуть, но во рту пересохло. Белки были абсолютно черными, а зрачки бордовыми и слегка светились. Он повел пальцем, мое тело внезапно зажило собственной жизнью. Помимо своей воли я медленно поднялся на ноги, выпрямился и перестал дрожать.

– Так-то лучше. – Властелин сделал пас рукой, и сзади него материализовалось призрачное кресло, в которое он сел.

– Теперь говори, где ты это взял? Надоело мне копаться в твоих примитивных мозгах, в этом хаосе мыслей.

– В библиотеке, – произнес я и изумился. От страха не мог говорить, а сейчас отвечаю.

– Что это? – не понял Властелин.

– Хранилище, большое, там много всяких книг, – пояснил я.

– Интересно. Как до вас дошло это знание? Да, печать нетления есть, вот только я же в свое время все призывы уничтожил, всех владеющих этим знанием умертвил. Что же, значит что-то все-таки осталось. – Он отпустил папирус. Тот мгновенно вспыхнул голубым пламенем и исчез, даже пепла не осталось. Та же участь постигла и мою бумажку, на которой я писал заклинание.

– Так-то лучше. – Темный вновь посмотрел на меня. – Так кто ты такой? Как смог активировать печать?

– Не знаю, – честно признался я.

– Погляжу сам, – он замер. По всей видимости, меня сейчас как-то изучали. Прошло всего несколько секунд, повелитель усмехнулся.

– Надо же, какая неожиданность, проявленный. Давненько я не встречал тебе подобных. Ох, как же все это не вовремя! – он недовольно покачал головой.

– Для меня твой призыв путь в один конец. Я не смогу вернуться и здесь не в силах остаться. – Он сердито зарычал.

– Мне надо быстро покинуть этот мир. Как это все раздражает. Птенец, жалкий кусок мяса и костей потревожил мой покой, – выругался он.

– Ты даже не представляешь, перед кем стоишь. Многие страны, короли, цари, великие маги, целые народы падали ниц и молились своим богам, только бы я не обратил на них свой взор. Как бы я хотел забрать тебя с собой. Сломить волю, растоптать, сжечь душу в черном пламени вечных страданий. Предать тело тысячам мук. Содрать живьем кожу, насладиться твоей болью! Выкручивать суставы, слушая как они хрустят, медленно срезать плоть с костей, вытягивать жилы! Затем вновь собрать, возрождая тебя и начинать все заново. А в конце, когда бы утолил свой гнев, сделать себе послушного раба. – Он злобно и недовольно рыкнул. – Но не могу. Самому придется шататься по мирам, искать нужное место. Из-за того, что ты натворил, не так-то просто вернуться назад. А тащить еще и твою бренную тушку с собой, слишком хлопотно. – Властелин замолчал и задумался.

– Что же мне с тобой сотворить? – Он постучал пальцами по подлокотнику кресла. Хотя не понимаю, как он вообще там сидит, оно было практически прозрачным.

– Убить? – Я вздрогнул, даже несмотря на то, что был под его контролем. – Нет, это слишком просто и быстро. Хотя, мое первое желание было разорвать твою плоть на части. Трясешься? Вижу, насколько тебе страшно. Это хорошо, меня стоит бояться, поверь, наказание за содеянное тобой, будет ужасным. Ад покажется тебе местом, где можно отдохнуть.

От услышанного меня закачало, перед глазами все поплыло.

– Стоять. – рявкнул он. Тело тут же замерло, а сознание перестало пытаться покинуть меня. Смотря на него, я понял, просить о пощаде бесполезно. Передо мной тот, кто не знает жалости и никого не прощает.

Властелин поднялся и поднял руки вверх, затем резко их опустил. Все помещение вздрогнуло, с потолка посыпалась пыль.

– Так лучше, – повелитель присел.

– Отсюда больше нет выхода, я перенес эту комнату глубоко под землю, – объяснил он свои действия, чтобы я проникся всей безысходностью.

– Не переживай, воздуха будет достаточно, чтобы дышать, а вот остальное не потребуется. Я наложу на твоё тело печать безвременья. Плоть будет долго существовать, жизнь не покинет тебя. – Он сделал странные пассы рукой.

У меня в центре груди появилось тепло. Затем как будто что-то внутри вспыхнуло, обдав жгучей болью. Моя попытка заверещать, не увенчалась успехом. Только и смог, что стиснуть зубы, да из глаз брызнули слезы. Но все быстро прошло, осталось лишь легкое покалывание в груди.

Пристально на меня посмотрев, он удовлетворенно кивнул.

– Я решил поведать, что с тобой будет дальше. Хочется мне, чтобы ты все осознавал и мучился душою. – На его лице отразилась злорадная улыбка.

– У меня есть один должок, который несколько тяготит. Думаю, сейчас как раз смогу его вернуть, исполнить договор с Высшей. – Он глянул на мое побелевшее лицо. – Да, твоя душа достойный подарок Богине. С кем-то другим подобное не проделать, но ты проявленный. Это меня и остановило в порывах злости и немедленной твоей страшной смерти. – Некоторое время повелитель просто смотрел на меня, лицо выражало удовлетворение.

– Станешь Радхилдарконом! – он усмехнулся, – Вечный скиталец смерти. Скажу проще – "Скользящий". Твоя плоть останется в этом месте навечно, а сам будешь переноситься в другие тела, за некоторое время до их смерти.

Мои глаза расширились от ужаса.

– Сколько тебе лет?

– Шестнадцать, – пропищал я.

– Хорошо, – он кивнул и со злорадством на лице принялся подробно рассказывать все то, что меня ждет впереди, добивая окончательно.

– Значит, шестнадцать, так даже интересней. Смерть в юности, особо страшна и мучительна. В каком мире станешь появляться, в чьих телах воплощаться, не ведаю. Но всегда будешь в возрасте до шестнадцати лет. Важно лишь то, что всем им предстоит умереть в скором времени ужасной смертью. Испытать под конец мучения, боль и страдания. Эти души невинны, поэтому их должны заранее изымать из тел, дабы не навредить предстоящим мучением. Что предрешено, того нельзя избежать, поэтому ты будешь замещать их на то короткое время перед смертью. Попав в другого человека, память той личности мгновенно сольется с твоей. Ты полностью станешь тем человеком, а себя нынешнего на время забудешь. Как только смерть настигнет тебя, вновь окажешься здесь, в этом теле и вспомнишь себя нынешнего. В памяти останется то, что недавно произошло с тобой в ином теле. Но ты не будешь помнить все воплощения, только последнее. К тому же не сможешь узнать, сколько их было, одно или тысяча. – Он довольно поглядывал на меня.

Увы, мои штаны стали мокрыми, я описался от страха.

– Сразу скажу, оставь надежду, тебе не освободиться. Да, в процессе кое-что может измениться, если удастся выжить там, где предрешено умереть. Такой исход ничтожно мал, но, если подобное все же произойдет, ты останешься в том теле навсегда. Тогда эта плоть умрет, медленно иссохнет, превратившись в мумию. В том мире, где избежишь смерти вопреки судьбе, вспомнишь себя настоящего и осознаешь, кто ты есть на самом деле и что происходит. Но сам цикл воплощений не остановить. Рано или поздно слуги смерти настигнут тебя, и сдается мне, долго ждать не придется. Как только умрешь, вновь окажешься в новом теле и все начнется заново. Богиня смерти останется довольна, я исполню обещание предоставить раба для подмены.

– Не надо, – выдавил я из себя, дрожащим голом.

– Боишься? Это еще не страх, весь ужас ждет впереди. Ну что же, – он поднялся, кресло исчезло. – Мое время на исходе, пора приступать. – Властелин сделал пас рукой в мою сторону.

Я тут же быстро отошел назад, прилипнув спиной к стене. Темный отдалился в другую сторону, распростер перед собой руки и закрыл глаза.

Вскоре я узрел, как на полу начинают буквально выжигаться различные символы, линии, фигуры. Все это длилось долго, вероятно больше часа, вся поверхность была испещрена. Повелитель опустил руки, открыл глаза и внимательно все осмотрев удовлетворенно кивнул.

– Вот и все. – В комнате прозвучал его настоящий, какой-то шипящий голос. Темный Властелин пошевелил пальцем. Сам того не желая, я прошел на середину рисунка. Аккуратно лег на пол, раскинул руки в стороны и раздвинул ноги. Тут же, откуда-то из пола появились толстые цепи и крепко приковали мои конечности и притянули живот и грудь к полу сдавив их, так что я совсем не мог пошевелиться. Стало трудно дышать, из-за сдавливающих цепей я не мог сделать глубокий вдох, лишь частые небольшие вдохи, сердце в груди неистово забилось.

– Твой светильник я возьму с собой, уж больно интересная вещица. Здесь и так будет достаточно светло. – Сделав пару шагов, он подхватил с пола фонарик.

– Все, мне пора, наслаждайся смертью, скользящий. – Как только он это произнес, пространство колыхнулось, Властелин исчез. Я почувствовал, что давления на мой разум с его стороны больше нет и тут же задергался, а затем неистово завопил. Меня охватила паника.

Я пытался изгибаться, дергался, причитал, рыдал, всеми фибрами души желая освободиться, дергал руками и ногами. Но цепи держали крепко и надежно, от своих действий стал задыхаться, не имея возможности глубоко дышать. Все было тщетно, лишь причинил себе боль.

Я закричал что было сил, звал на помощь, не осознавая, что это бесполезно, никто не придет и не услышит, спасения не будет.

Сердце в груди неистово колотилось, как же мне было страшно! В голове иногда пролетали обрывки его фраз. Отчего еще сильнее всего трясло, выкручивало, я уже не орал, просто дико выл. До меня постепенно доходил смысл. Вскоре по всему телу волной прокатился озноб, и я потерял сознание.

Не знаю, сколько был в беспамятстве, когда пришел в себя, уже не так бесился. Просто мотал головой из стороны в сторону, рыдая при этом.

Вскоре заметил, как печать подо мной постепенно наливаться багровым светом, увеличивая интенсивность. Страх вновь пробил до самой печенки. Я заорал, уже изрядно охрипшим голосом что было сил:

– Не-е-е-е-т. Не на-а-до!

И тут в голове явственно появилось то, что так долго было спрятано в памяти. Мой детский сон, полный ужаса. Все что там говорилось сбылось, как я мог это забыть!

– Не-е-е-е-т, – вновь заорал я.

Начинался мой путь череды боли, страданий, ужасных смертей в качестве раба Богини Смерти.

Внезапно появились мрачные тени. Тут же пришло явственное ощущение, что кто-то, куда-то тащит меня, вырывая из тела. Сознание потухло, погрузившись во тьму.

Глава 2

Очнувшись, я помотал головой. Что-то ощутимо царапнуло по щекам. Открыл глаза и удивился, нахожусь в стоге сена. А что я здесь делаю? Кто я? Как сюда попал? По телу пробежали мурашки. Внезапно возникшая сильная головная боль заставила зажмуриться.

Я застонал и прижал ладони к вискам. Всего несколько секунд, и боль так же быстро прошла, как и появилась. На смену ей хлынул поток воспоминаний.

Память быстро вернула все на свои места. Я вспомнил, что произошло за последнее время, от страха меня пробил озноб, тело задрожало.

Еще совсем недавно находясь дома, мечтал о будущем. Приближалось время начала занятий в магической школе. Я отправился вместе с караваном отца на учебу в город.

Знания, они притягивали и манили. Я впитал в себя все, что было доступно в области естественных наук, и хотел большего. Лишь там, где есть Великие учителя, можно действительно получить хорошее образование, стать настоящим магом, познать свои силы, выявить скрытые возможности.

У меня был магический дар, суливший, как говорил отец, большое будущее. Вот только ничего в этом плане не умел, да и обучить было некому. В нашем роду магией никто не владел, я первый. Да и о самом даре узнал случайно.

Мы с отцом побывали в ратуше. На выходе столкнулись со странным человеком, лет сорока. Извинившись перед ним, уже собирались идти по своим делам, как он внезапно нас остановил. Опустив голову, пристально посмотрел на меня и обратился к отцу.

– У мальчика дар и весьма необычный. Он прирожденный маг, ему надо учиться.

Услышанное поразило обоих. Человек подмигнул мне и добавил:

– Я знаю, что говорю. – Он слегка отдернул плащ. На миг блеснул медальон королевской магической службы. Вытаращившись на него, я нервно сглотнул. Первый раз в жизни так близко увидел настоящего мага.

– Но как же это…, – растерянно пробормотал отец и посмотрел на меня.

– Всякое бывает, – произнес тот уклончиво. – Жаль, что у меня нет времени, – он недовольно покачал головой и с сожалением посмотрел на меня. Похлопав по плечу, он быстро удалился.

Магические учебные заведения находились в больших городах, их было мало, стоило это весьма дорого. Там в основном обучались отпрыски из богатых, родовитых семей. Отцу пришлось сильно постараться, чтобы купеческого ребенка, зачислили в подобную школу.

И вот, в предвкушении радостного для себя события, уже шестой день находясь в пути, я весь извелся в нетерпении. Оставалось еще три дня, а там новая жизнь и магия!

Беда всегда приходит, когда ее не ждут. Наш караван попал в засаду. Большая банда разбойников решила поживиться добром.

Вначале сверкнула молния, затем что-то грохнуло. Откуда-то появились люди с оружием, завязался жестокий, кровавый бой.

Трясясь от страха, я спрыгнул с телеги и спрятался под ней. Сжавшись в комок, дикими глазами наблюдал, как люди убивают друг друга. Ужас окутал душу. Слезы потекли из глаз. Повсюду слышались крики, стоны, звон металла, предсмертные вопли боли.

Заметив недалеко от дороги одиноко стоящий стог сена, промелькнула мысль спрятаться! Поглядев по сторонам, выждал подходящего момента, чтобы на пути никого не было, и рванул что было сил, молниеносно зарывшись в стогу. По всей видимости, от стресса потерял сознание.

Вот только на данный момент, присутствовало какое-то странное чувство. Почему считаю, что тело не мое? Как такое возможно?

Мне двенадцать лет, я сын купца и одновременно кто-то другой, но так не бывает! Я ребенок, но почему-то кажется на самом деле кто-то более взрослый. От подобных мыслей поежился, стало не по себе.

Перед глазами поплыли яркие воспоминания детства. Память все больше и больше убеждала, что я, это я.

Вот бегаю по нашему небольшому поместью. Здесь с ребятами, что проживали неподалеку, мы уже купаемся на речке, смеемся, дурачимся. В ней я едва не утонул, заплыв в холодную воду, где свело ногу. Быстро и активно работая руками, от испуга моментально оказался на берегу.

А здесь уже на мельнице, заворожено смотрю, как крутятся жернова.

Поразмыслить мне не дали. Сено зашуршало, кто-то схватил меня сзади за воротник и с силой вытащил наружу.

Не удержавшись на ногах, я шлепнулся и захлопал глазами. Передо мной стоял парень, немного старше меня. Он был одет в серые широкие брюки, черную рубашку, на ногах короткие сапожки.

Обычное, пацанское лицо, только обветренное, поэтому кажется старше своих лет. Курносый нос, взлохмаченные светлые волосы и небольшой шрам на щеке. В руке парень сжимал кинжал, за спиной висел лук и колчан со стрелами, а также походный мешок. Разглядывая меня, он довольно улыбался.

– Я заприметил тебя, когда бой только начался, от меня не скроешься, – надменно произнес он. – Все закончилось, в караване никого в живых не осталось. Зря вы надеялись на своего мага, у нас покруче оказался. Хорошая досталась добыча, много добра взяли. Наши уже ушли, только я здесь шляюсь, тебя выискиваю. Думаю, раз среди погибших нет, значит, где-то спрятался, и вот наконец-то нашел. А ну, быстро встал! – Он сделал злобное лицо, нагнулся и приткнув кинжал к моему подбородку потянув его вверх.

– Ай, ай, ай, – запричитал я, задирая его. Пацан продолжал давить, кончик впился в кожу, слегка проткнул ее причиняя сильную боль, по шее потекла кровь. У меня брызнули слезы, всхлипывая, повинуясь я поднялся.

– Так-то лучше. – Он убрал кинжал и достал веревку. – Вытяни руки.

– Не надо, пожалуйста, что я сделал, зачем? Отпусти меня. – Запричитал я, пряча их за спиной и делая шаг назад, не понимая, что происходит.

Парень, резко шагнул вперед и врезал мне пощечину, да так что попал и по губам. Голова дернулась, щеку пронзила жгучая боль. Не ожидая подобного, я вздрогнул и ощутил во рту вкус крови, тут же зарыдав, закрыл лицо руками.

– Когда говорю что-то делать, ты должен выполнять! Протянул руки и быстро, – зарычал он.

Продолжая плакать, я опустил голову и боясь, что он вновь меня ударит, подчинился.

Он сложил их вместе, быстро, крепко связал и взявшись за конец веревки дернул ее.

– Пошли.

Повернувшись, пацан потащил меня в сторону леса.

– Не надо, пожалуйста, отпусти! – заголосил я, внутри все дрожало, но он не обращал внимания на мои мольбы.

Пока шли, мне удалось посмотреть на то, что осталось от каравана.

Везде лежали люди, они были мертвы. Валялись отрубленные руки, ноги, головы, очень много крови. Отовсюду шел отвратительный запах смерти, стало дурно.

– Отпусти меня, – вновь взмолился я, всхлипывая. – Не надо, отпусти, пожалуйста.

Пацан остановился. Повернувшись ко мне, достал клинок.

– Еще хоть слово вякнешь, язык отрежу, понял? – прорычал он.

Я побледнел и вздрогнув вытаращился на него. По спине пробежал холодок. Было видно, парень не шутит и сделает это. Причем сама мысль ему нравилась, на лице отражалась мерзкая улыбка. Испугавшись, я быстро закивал соглашаясь.

Убрав кинжал, он вновь потащил меня за собой.

Мы углубились в густой лес, уходя все дальше и дальше от места побоища. Шли по нему целый день. Время уже близилось к вечеру. Я устал, ноги с непривычки болели, идти становилось все труднее.

Иногда делали привал, чтобы немного передохнуть, подкрепиться, останавливаясь возле ручья или небольшой речки. Вот только отдыхал он, развалившись на траве. Что-то жевал, улыбался, поглядывая на меня, привязав мои руки повыше к дереву, так, чтобы я не мог сидеть.

У меня во рту все пересохло, я смотрел на речку, изнемогая от жажды, и молил его дать мне напиться. Пацан усмехался, причмокивая утолял жажду и наблюдал за тем, как я жадно смотрю на него.

От усталости ноги непроизвольно подгибались и тряслись, я провисал на руках, от чего сильно болели запястья. Возникало огромное желание упасть на землю, но я лишь всхлипывал. А затем, подкрепившись и передохнув, он тащил меня дальше.

Пару раз все-таки развязывал мне руки, чтобы дать возможность оправиться. А когда вновь стягивал на них веревку, я морщился и подвывал, дергаясь от боли. Веревка изрядно натерла руки.

Пока шли, меня не покидало чувство нереальности происходящего. Как будто это твориться не со мной, или я просто сплю. Но усталость и боль отрезвляли, еще сильно выматывала жара, солнце палило нещадно, в лесу стояла духота из-за отсутствия ветра.

Мотая головой, сбрасывая наваждение, я пытался облизать потрескавшиеся губы сухим языком и продолжал двигаться вперед. Слезы перестали течь, я лишь изредка тихо всхлипывал, смирившись с неизбежным.

Наконец, когда стало темнеть, мы вышли к заброшенной деревне, расположенной на огромной поляне в глубине леса. Когда и кто здесь жил, непонятно. На данный момент это место облюбовала банда. Избы выглядели старыми, некоторые слегка покосились.

Парень облегченно вздохнул и повел меня к одному из домов. Во дворах стояли лошади и много телег. По дороге я видел бородатых мужиков. Кто-то что-то делал, носили какие-то вещи, корзины, рубили дрова, все были при оружии. У кого короткие, а у некоторых длинные мечи. Кто-то с топором за поясом, были даже с секирой.

Никто на нас не обращал внимания, только изредка бросали косые взгляды и продолжали заниматься своим делом. Одну из телег я узнал, как раз на ней ехал учиться в город. Слезы вновь потекли из глаз.

Мы вошли во двор одного из домов и, приблизившись к старому небольшому сараю, остановились.

– Уже поздно, переночуешь здесь. – Парень открыл перекосившеюся дверь, ввел меня внутрь, заставил улечься возле стены на животе и связал руки за спиной. Затем перетянул ноги, согнул их в коленях и притянул веревкой к рукам. Оставшийся конец привязал к скобе, что торчала в стене. Оставив меня, вышел из сарая и закрыл дверь.

Зачем надо было так связывать, я все равно никуда не убегу, только боль в запястьях стала нестерпимой. В такой позе, уткнувшись лицом в землю, даже пошевелиться сложно и на бок не повалишься. Похоже пацану просто нравиться издеваться надо мной. Ноги ныли от усталости, но я все равно вскоре уснул.

Проснулся с рассветом от боли в спине. Запястья не чувствовал, руки свело, ноги ужасно ныли, я застонал и захныкал, не в силах пошевелиться. Еще что-то впилось в живот, на котором лежал. Похоже подо мной был камень, вчера его не заметил, и он причинял мне сильную боль.

Не знаю сколько так промучился, а когда услышал голос пацана, даже испытал облегчение.

Дверь в сарай открылась, он подошел ко мне.

– Смотрю отдохнул, уже проснулся. Как спалось? – он засмеялся и стал меня развязывать.

Какое же облегчение я испытал, когда смог распластаться на земле.

Он кинул мне фляжку с водой.

– Пей.

Я жадно осушил ее до последней капли.

– Вставай, – рявкнул он.

Пока лежал немного пришел в себя и медленно, постанывая поднялся, Пошатнувшись уперся рукой в стену.

– Не притворяйся, не маленький, руки давай, – пацан держал веревку.

Он вновь связал их и потащил меня к какому-то дому.

Только к нему подошли, как на крыльцо вышел здоровый высокий мужик, со шрамом на лбу. Он был одет в черные сапоги, свободные темно-синие штаны и серую широкую рубаху. На поясе в ножнах висел длинный меч. Встав возле двери, прислонившись к косяку, он сложил руки на груди и окинул нас суровым взглядом.

– Здрав будь Атаман, – произнес парень и слегка поклонился.

– И тебе не болеть, – бросил тот в ответ. – Ну и где шлялся?

– Да вот, – пацан кивнул на меня. – Пленника привел. По лесу долго петляли, следы заметал.

– И на кой черт ты его сюда притащил? – слегка приподняв брови, поинтересовался он.

Парень слегка опешил, не зная, что ответить.

– За тобой двое, еще одного ранил, неплохо навострился стрелять из лука, хвалю, – произнес Атаман.

Пацан довольно заулыбался.

– Повторю свой вопрос. Зачем ты его сюда привел? – Мужчина сердито посмотрел на паренька.

– Так я, это…, – растерялся он. – Он сын знатного купца, смотри, какой холеный. Его же продать можно. Такой дорого стоит.

Мужик недовольно покачал головой.

– Вот только где мы, а где невольничий рынок, ты об этом подумал? До него же семь дней пути, и кто его туда повезет?

– Так это…, – парень задумался и почесал затылок. – Я как то, не подумал, – выдал он.

На крыльцо вышел еще один мужик.

– Не подумал он, – недовольно буркнул Атаман. – Ты же знаешь, мы в плен не берем, слишком много мороки, тщательно следы заметаем, а ты сюда его приволок.

Пацан сник.

– Я же петлял по лесу, – тихо повторил он.

– Откуда этот недомерок? – произнес стоявший сбоку мужик и кивнул на меня.

– Да вот, с каравана зачем-то притащил. – Атаман вновь сердито посмотрел на парня.

– И что мне теперь с ним делать? – грустно промолвил пацан, поглядывая то на меня, то на предводителя банды.

– Мы скоро уходим, чтобы к этому времени его здесь не было. Трофей твой, сам привел, сам и решай, – отрезал он и скрылся в хате.

Пацан вздохнул, нахмурился и бросил на меня взгляд полный ненависти.

– Отведи в лес, пореши там и дело с концом, – посоветовал оставшийся на крыльце бандит.

Я вздрогнул, внутри все похолодело.

Парень поморщился.

– Что, не хочешь резать, так есть куча других способов умерщвления, – мужик усмехнулся.

Пацан задумался, затем хитро заулыбался и подмигнул мне, от чего я непроизвольно поежился.

– Пойдем, – он дернул за веревку и куда-то меня потащил.

Всхлипывая, едва передвигая ноги, я поплелся следом. Сердце учащенно билось в груди, внутри все сжалось, стало ужасно страшно.

Мы вышли из деревни и вскоре вошли в какой-то отдельно стоящий большой сарай посреди леса.

Поставив меня по центру, он отошел в сторону, снял с себя все лишнее, оставил лишь кинжал за поясом, и внезапно поинтересовался:

– Сильно устал?

Шмыгнув носом, я кивнул.

– Правда?

Я вновь кивнул.

– Вижу, весь дрожишь, это хорошо. Зачем тебя вот так сразу убивать, поживи немного, прежде чем умрешь, мы немного поиграем. – Пацан принялся что-то искать в сарае.

Его коварная улыбка мне ужасно не понравилась. Как можно быть таким жестоким и бесчеловечным, он ведь ненамного старше меня? Парень упивается своей властью, ему нравиться мучить и издеваться, что он задумал? Что значит поиграем?

Откуда-то сзади он притащил чурбак, на котором рубят дрова и поставил его рядом со мной. Не торопясь, развязал руки. Я застонал, осторожно трогая сильно болевшие, посиневшие и натертые до крови запястья.

– Раздевайся, – приказал он.

Оторопев, я замер, удивленно на него глазея.

– Ну чего зыркаешь, скидывай одежду, говорю. Она дорогая, добротная, еще пригодится, продам где-нибудь. – Не дожидаясь, пока я начну снимать все с себя, сам быстро принялся меня бесцеремонно раздевать. Вскоре, оставшись голым, я смущенно прикрылся руками. Он убрал мои вещи к себе в мешок и вернувшись, зашел мне за спину.

– Руки давай, – я не шевелился.

Пацан не стал повторять, схватил одну руку, рывком завел за спину, затем вторую. Сложив их, туго стянул веревкой, она впилась в запястья, да так, что я заверещал от боли, переступая ногами.

– Ничего, потерпишь, – он злорадно улыбнулся.

Я прикусил от боли губу, пальцы на руках тряслись.

– Вставай, – приказал парень, показывая на деревяшку.

– Зачем? – Мои глаза в ужасе расширились.

– Вставай, сказал, – процедил он сквозь зубы.

Я задергался, зарыдал в полный голос, быстро осознав, что он собрался делать.

– Не надо, пожалуйста, не надо, не делай этого. Пожалуйста, прошу тебя, – запричитал я.

Но ему на мои слова было плевать, даже доставляло удовольствие видеть, как трясусь от страха.

Парень потянулся к кинжалу. Завывая, я поставил на чурбак трясущуюся ногу.

Сам не смог подняться, пришлось ему меня подтолкнуть.

Чурбак был небольшой и зашатался подо мной. Я взвизгнул, боясь упасть и с трудом удержал равновесие.

Мой мучитель куда-то ненадолго ушел, а когда вернулся, то в его руке была длинная толстая веревка. Увидев ее, мое тело само заходило ходуном, страх сковал рассудок.

Не обращая на меня внимания, он перекинул ее через балку на потолке. На одном конце сделал петлю, притащил старый ящик и встал на него, затем накинул петлю мне на шею и слегка затянул. Я еще сильнее заголосил, вновь задергался, задвигал ногами переступая на одном месте, подставка вновь зашаталась.

Выдержать подобное, было выше моих сил. Я в панике заверещал как резаный, внутри все похолодело, а пацан, злорадно улыбаясь, спрыгнул с ящика. Взяв второй конец веревки, натянул ее, да так, что петля сдавила мне шею и стало трудно дышать.

Где-то сзади он привязал ее и вернулся ко мне.

Продолжая трястись и подвывая несмотря на то, что говорить мог с трудом, я вновь принялся умолять о пощаде.

– Что ты как девчонка верещишь, достал уже своими воплями, – сплюнул он от раздражения. Найдя кусок тряпки о отрезав кусок веревки, встал сзади меня на ящик.

– Открой рот.

Я замычал и стиснул зубы.

– Я сказал, открой рот. – Медленно и зло повторил он.

Я захныкал и приоткрыл его.

– Шире, – рявкнул он.

Пришлось подчиниться.

Пацан запахал мне внутрь тряпку, быстро набросил веревку и с силой натянув, завязал сзади, чтоб не выплюнул кляп. Замычав, я стал давиться, тряпка вошла слишком глубоко, даже задвигал пальцами на ногах, подгибая их.

– Не подавишься, —усмехнулся он. – Не фиг было верещать.

Убрав ящик и отойдя немного в сторону, парень окинул меня довольным взглядом.

Мне уже было все равно, в голове звучала лишь одна мысль, "Не хочу умирать". От этого страх пробивал все тело. Но еще больше боялся упасть, потерять равновесие или лишиться чувств, иначе сразу умру, повиснув в петле.

– Пока отдыхай, – он захихикал, – а я пойду перекушу. Только не дергайся, и не трясись, а то сдохнешь раньше времени, – рассмеявшись, он ушел.

Я остался один.

Нет, это все неправильно, так не должно быть! Отец, его же убили.

Вдруг вспомнил я и эта мысль, подобно молнии, пробила мой разум. От накатившего горя я громко застонал, прерывисто, надрывно дыша. Приподнял лицо сильно зажмурил глаза. Слезы полились потоком.

Задвигав ногами от подступающей паники, я закачался, но тут же, испугавшись упасть, постарался замереть на месте. Петля давила, явственно давая ощутить дыхание смерти.

В голове закружилась калейдоскопом история жизни. Двор, летний сад, детские забавы, мать, отец, моя комната, школа! Ох, как же у меня внутри все сжалось! Почему все так ужасно заканчивается?

Хотелось орать, выть, но перетянутый рот не позволял это сделать. Я непроизвольно дернул руками, тут же замычал от острой, жгучей боли. Мои кисти почти онемели, пальцы сами по себе дергались, он слишком сильно затянул веревку.

Я непроизвольно попытался вскрикнуть, но только закашлялся, вновь подавившись тряпкой, что едва не привело к моему падению. Еще больше перепугавшись, постарался не шевелиться.

Пацана не было больше часа. Мои ноги изрядно тряслись и одеревенели. Продолжая плакать, закрыв глаза, я изредка подвывал.

– Смотри, как тебя колбасит, – внезапно услышал я довольный голос пацана и вздрогнув открыл глаза.

Он подошел вплотную и злорадно улыбнулся.

– Боишься смерти, да?

Я только всхлипнул в ответ.

– Ну не надо, не надо горевать. – парень похлопал меня рукой по животу. – Да не трясись, еще немного и все закончится. – От этих слов мне стало совсем плохо. Я вновь замычал, а он рассмеялся.

– Не бойся, я не стану тебя убивать.

Я вытаращился на него в изумлении.

– Удивлен? Просто, ты сам это сделаешь, когда ноги совсем устанут, – он мерзко заулыбался.

Я издал протяжный, надрывный стон.

– Думаешь, почему я стал таким злобным? Зачем тебя мучаю? – вдруг поинтересовался он. – Да потому что еще совсем недавно был рабом, да, да, самым настоящим. А ты знаешь, каково это? Нет? Так я расскажу.

Я уже мало что соображал, но его откровение сильно удивило.

– Представь, когда ты просто вещь своего хозяина, и обращаются с тобой, как с предметом. – продолжил пацан. – Могут делать все что угодно. Моя жизнь принадлежала мелкому баронскому засранцу. А знаешь, как к нему попал? – на лице парня отрезалась ненависть.

– Он проезжал со свитой по нашей деревне. Мне тогда всего десять лет было, а ему, как я потом узнал, только девять. Увидев, как по дороге едет целая процессия, мне стало любопытно. Я в огороде копался, и бросив свое занятие подбежал к ограде. – Парень стал прохаживаться возле меня, заложив руки за спину.

– Поравнявшись со мной, этот мелкий ублюдок глянул в мою сторону и ткнул пальцем, затем гордо отвернулся и они поехали дальше. А трое стражников тут же спешились с лошадей и направились ко мне. Я смекнул, что-то здесь не так и рванул в дом. Да что толку! Отца не было, он уехал с самого утра в другую деревню, дома лишь мать, защитить некому. Они бесцеремонно вошли внутрь. Она дернулась в попытке закрыть меня собой, но ее оттолкнули. Схватив меня за шкирку, потащили на улицу. Мать закричала, стала причитать, просила отпустить, да все без толку. Один из них кинул на стол серебряную монету, как плату за меня. Во дворе меня быстро связали, один из стражников перебросил мое тело как мешок через круп лошади и забравшись в седло, поскакал догонять барона. Так я оказался в замке. А там очень быстро объяснили, что я раб молодого господина, – он тяжело вздохнул.

– Не думай, – пацан покачал головой, – я вначале ерепенился, брыкался, орал, сопротивлялся, даже кусался. Но когда с тебя сдирают полосками кожу с помощью плети, быстро понимаешь, кто ты есть. Становишься смирным и покладистым, делаешь все, что скажут, только бы хозяин остался доволен.

Парень вновь вздохнул.

– О-о, этот маленький поганец был настоящим садистом, откуда только такие берутся. Я не стану рассказывать, многие вещи, что он проделывал со мной просто ужасны, – пацан сморщился и поежился. – На теле полно увечий и шрамов от его мерзких игр. Их семейный маг не лечил меня, лишь слегка подлатает, кровь остановит и все на этом. Он не желал напрягаться, тратить свои силы на раба. А зачем, само со временем заживет. Знаешь, как долго иногда я испытывал боль и страдания?

Он походил по кругу, эти воспоминания для него были весьма неприятны.

– Так вот, – пацан продолжил. – Когда барон понял, что я уже изрядно изуродован, то решил по-тихому продать. По дороге на рынок на его людей напали бандиты. Когда с ними было покончено, мое обмотанное веревкой тело, нашли в телеге. Атаман не знал, что со мной делать. Они достали меня и развязали. Я умолял их оставить у себя. Мужики смеялись, куда мол ты нам нужен, мелкий еще.

Тогда в отчаянии быстро схватив валяющийся на земле нож, я подскочил к одному мужику из охраны каравана, что был еще жив. Тот находился совсем близко, корчился в предсмертных муках, и я одним махом перерезал ему горло, а затем зло уставился на Атамана. Сделал все так быстро, что они опешили, недоуменно взирая на меня. Атаман почесал затылок, усмехнулся и сказал, что возможно из меня выйдет толк. Так я остался в банде. А вскоре мне подобрали хороший лук, с которым я быстро освоился. В итоге стал ходить со всеми на дело. Прятался в засаде и оттуда прицельно стрелял. А сегодня двоих ваших уложил и еще одного ранил. А ты из богатой семьи, ненавижу вас. Ну как тебе мой рассказ? Чего притих?

Я всхлипнул, семья у нас отнюдь не богатая. Теперь стало понятно, откуда в нем неимоверная жестокость и пренебрежение к чужой жизни.

– Знаешь, почему я с тобой разоткровенничался? – пацан слегка нагнул голову и прищурился.

– Во-первых, ты никому ничего не расскажешь, просто скоро сдохнешь. Ой, а чего мы так глаза закатываем? Смирись, это неизбежно.

Мне действительно стало плохо. Прерывисто и шумно дыша, тело непроизвольно вздрагивало.

– Во-вторых, – продолжил он, не обращая на меня внимания. – Я хотел тебя продать в рабство, чтобы такой холеный мальчик на своей шкуре испытал, что значит быть рабом. Поэтому искал тебя, не дал отсидеться, потом сюда приволок, а вышел облом. Ну и ладно, посмотрю хоть как сдохнешь.

Он приблизился ко мне вплотную и принялся злорадствовать.

– Когда повиснешь, петля вопьется в твою худенькую шею. Сдавит ее так, что не сможешь дышать. Засучишь ножками, ища опору. Будет весело наблюдать твой предсмертный танец. Начнешь дергаться, извиваться, пытаться всеми силами вдохнуть и не сможешь. И наконец медленно задыхаясь сдохнешь. – Из моих глаз градом полились слезы.

Пацан, довольно улыбнувшись куда-то ушел. Вскоре он вернулся, неся большую охапку сена. Постелив передо мной, улегся на нее, вытянул ноги и закинув руки под голову уставился на меня. Ему доставляло удовольствие наблюдать как трясусь, к тому же от страха я обмочился.

– Смотрю твои ноги совсем не держат, того гляди ослабнут и подогнуться. – Вновь начал он издеваться. – А ты не мучайся, согни их или чурбак оттолкни. Ну чего ты страдаешь? Это же так просто, будь мужчиной! Подергаешься пару минут, да и все.

Я зашелся ревом, зажмурил глаза, паника ударила по рассудку.

– Ну ты и упрямый! – поднявшись, он вновь приблизился ко мне.

– Повесели меня, ну чего тебе стоит? Согни ноги, пожалуйста, ну сделай это. – Он начал медленно нажимать мне под коленкой, стараясь, чтобы я ее согнул. Я напрягался из последних сил, дрожа от страха.

– Давай, не сопротивляйся, ну что тебе, жалко? Ну порадуй меня. Так хочется посмотреть, как ты подыхаешь, – не унимался он, прикладывая все больше усилий к моей ноге. Она уже дрожала, но я не сдавался. – Смотрю тебе трудно дышать, лицо давно бордовым стало. Ты так хочешь жить, что готов еще помучиться? Смирись, согни колено, а там и второе подогнется, мне же интересно посмотреть, как в твою шею вопьется петля и сдавит ее. Давай, не огорчай меня. – Он со всей силы под коленкой сдавил пальцами мое напряженное сухожилие, затем то же самое проделал на второй ноге. Я вновь завыл от боли, обе ноги сильно затряслись.

Пацан сделал шаг назад, предвкушая предстоящее зрелище. Даже слегка губу закусил от удовольствия, наблюдая за мной.

– Ну не бойся, это не так страшно. Сгибай, сгибай потихоньку ноги, не расстраивай меня, а то терпение лопается.

Постояв минут десять, видя, что я не сдаюсь, парень недовольно покачал головой.

Но тут моя правая нога не выдержала напряжения и согнулась, а следом вторая. Тут же глаза расширились от ужаса. Я ощутил, как петля с силой сдавила шею, глубоко врезаясь в нее, полностью лишая меня возможности дышать.

– Да! – Закричал довольный пацан, вскидывая руки. – Наконец сдохнешь!

Я дернулся, пытаясь вновь встать, но только оттолкнул чурбак и полностью повис на веревке. Я больше не чувствовал под собой опоры, меня охватила паника.

Петля окончательно затянулась, перед глазами все поплыло. Как он и говорил, я засучил ногами ища опору и силясь вздохнуть. Приблизившись вплотную, пацан смотрел на меня завороженно, даже рот открыл. Он наслаждался моими предсмертными муками.

Я задергался что было сил теряя сознание от удушения, испытав в конце некоторое странное чувство эйфории провалился во тьму.

* * *

Внезапно я ощутил, что живой и судорожно, с надрывом принялся хватать ртом воздух. Силился отдышаться, но не мог глубоко вздохнуть, поэтому делал это быстро и короткими вдохами. Ощущение петли на шее медленно исчезало.

"Я же мертв!" – проскочила странная мысль. Следом пришло осознание произошедшего, я вспомнил кто я такой и где нахожусь.

Из меня вырвался нечеловеческий вопль отчаяния. Стало ужасно страшно, ведь только что, действительно умер ужасной смертью.

Восторженное лицо того пацана, который наблюдал как задыхаюсь, стояло передо мной. События не отпускали и прокручивались заново и заново. Я рыдал, выл, наверное, катался бы по полу, если бы не был прикован к нему. Мотая головой из стороны в сторону, стонал. Сердце бешено стучало в груди, тело содрогалось. Не знаю, сколько бы еще так корчился, но сознание покинуло меня.

Когда очнулся, вздрогнул от неожиданности.

Картинки прошлых событий уже не были такими яркими, но продолжали вертеться в голове. Слезы сами потекли из глаз. Мурашки побежали волнами по телу. Я даже ощутил, как взмокли ладони, и капельки пота скатываются по ним. От отчаяния закусил губу до крови и тупо уставился в потолок, тихо подвывая.

Только не паниковать, только не паниковать. В происходящее со мной не мог поверить. Еще теплилась надежда, что это страшный сон.

Я с силой дернул руками, резкая боль пронзила запястья. Черный, склизкий туман страха, медленно полез в разум, проникая в душу. Во сне не бывает боли, это все наяву!

Внезапно почувствовал, как ужасно хочется пить и повернул голову. На полу, возле стены, лежал мой рюкзак, который там оставил еще совсем недавно. Возле него стояла полупустая пластиковая бутылка минеральной воды. Уставившись на нее, попытался сглотнуть, но во рту пересохло.

Забывшись, что руки прикованы, вновь дернулся и захныкал, продолжая глядеть на желанную воду.

– Мамочка! – заголосил я.

Я могу умереть от жажды и тут же застонал, как же мне было плохо! В голове всплыли слова Темного Властелина. «Воздуха будет достаточно, а вот остальное не потребуется. Плоть может долго существовать, жизнь не покинет тебя».

Я резко отвернул голову в другую сторону. Значит от жажды не умру, но как же хочется пить!

Не знаю, сколько бы еще смог себя сдерживать, прежде чем вновь паника от безысходности обрушилась бы на меня, разрывая сознание. Мои завывания прервала печать, на которой я лежал.

Постепенно, вначале тускло, а затем все сильнее и сильнее она вновь засветилась. Мое дыхание практически остановилось от ужаса происходящего и понимания того, что последует дальше.

Я принялся судорожно хватать ртом воздух, пытаясь вдохнуть. Ох, как же меня обуял страх, ведь то, что предстоит, может быть еще хуже, чем было.

Не успев заорать диким зверем, заметил движущиеся черные тени. Сознание поплыло, вновь нахлынуло ощущение, что меня вырывают из тела и куда-то тащат. Как и прошлый раз, я погрузился во тьму.

Глава 3

Я очнулся лежа на газоне, не понимая, где нахожусь. Медленно поднялся и шмыгнул носом. А кто я? Мурашки побежали по спине. Помотав головой, посмотрел по сторонам.

Обычный, внутренний городской двор между двух девятиэтажек, куча припаркованных машин, детская площадка.

– Так я же сейчас…, – но закончить фразу не успел. Сильная головная боль заставила зажмуриться. Я даже присел, застонал и обхватил ее руками. Хорошо, что быстро прошло.

В сознании прояснилось, я вздрогнул. Мне же домой пора и посмотрел на джинсы. Вот блин, все колени в грязи и руки перепачкал.

Я недовольно покачал головой. Мать опять ругать станет.

А что произошло? Я посмотрел под ноги, земля, трава, нет никакой ограды или торчащей проволоки, тогда почему упал? Грохнулся ни с того, ни с сего, да еще и сознание потерял!

Недоуменно пожав плечами, побежал домой. Надо успеть поесть и переодеться, скоро идти в музыкальную школу.

Поднявшись на свой этаж, открыл дверь в квартиру и тихо прошмыгнул внутрь. Попытался прокрасться к себе в комнату, но это же мама, она все видит и слышит, даже если находится на кухне.

– Где тебя носит? – она вышла в коридор. – Быстро мой руки и марш обедать, еда стынет, а тебе еще на занятия идти.

Я понурился и вздохнул. Стоит в проходе, подбоченилась и сердито на меня смотрит. Вот как она так быстро появляется?

Увидев мои грязные джинсы, мать недовольно покачала головой.

– Нет, я понимаю, когда ребенку пять лет и он извалялся в грязи, но Матвей, тебе уже четырнадцать!

– Мама! – вырвался у меня возмущенный возглас, но я тут же опустил голову и тихо добавил, – просто упал, споткнулся, прости.

– Быстро переодевайся, я два раза греть не стану, – повернувшись, она удалилась на кухню.

Я вновь недовольно покачал головой. Так и не пойму, что со мной произошло.

Забежав в комнату, сменил джинсы. Оттуда заскочил в ванную, вымыл руки и пришел на кухню.

Наевшись, убежал в музыкальную школу. Пока туда шел, все пытался понять, почему упал, только ничего в голову не приходило.

На следующий день встретил на улице Семена. Парень затащил меня в беседку, ему не терпелось рассказать очередную новость о своем старшем брате.

Мы часто о нем треплемся. Старший с ним откровенничает, у них хорошие отношения, а Семка мне рассказывает. Его брат состоит в каком-то оккультном общество, много интересного узнаю.

Тот в очередной раз ходил на магический ритуал, там они снова устраивали призыв духа. Но и в этот раз ничего не вышло, нужна какая-то другая жертва. Пробовали курицу, увы, не получилось. Сёма еще много поведал интересного.

Вернувшись домой, я развалился на кровати. Завтра вечером у его брата вновь сборище, где-то на заброшенном кладбище. Очередной призыв хотят сотворить. Подготовку провели, теперь основной ритуал пройдет.

К тому же гости к ним приезжают, аж из самой столицы. Надо же, не лень в такую даль переться. Пока постоят в сторонке, понаблюдают, а вот через неделю сами что-то устроят, но никто толком не знает что.

Семену брат рассказывал, что где-то у нас в области есть особое энергетическое место. Какое-то древнее капище, и там с незапамятных времен сохранился ритуальный жертвенный алтарь. О его местонахождении никто не знает, лишь одна легенда, но ради него москвичи и приезжают.

Возможно, все-таки выяснили, где он находится.

Завтра они хотят оценить, что собой представляют наши оккультисты и чем занимаются.

Семке брат разрешил с ним пойти, он и меня зовет. Вот лежу и думаю, сходить хочется, хоть во все это не верю, но посмотреть любопытно, подобного еще ни разу не видел. Только как это сделать, чтобы мать ничего не узнала?

Завтра она работает до позднего вечера. Если по-тихому смотаюсь, может и обойдется. Тем более потом выходной, в школу идти не надо.

Соблазнительно, да еще друг уговаривал. Говорит, без меня ему страшно, хоть и брат там будет. Вот и думаю, ехать не близко, за город, но у них свои машины. А если не успею домой до прихода матери? Ой, что тогда начнется! И как быть?

Надо уточнить, во сколько она с работы вернется. Бывает и в ночную смену остается, магазин у них круглосуточный. Правда, всегда заранее предупреждает. Но вдруг повезет, тогда бы я точно поехал.

Утром первым делом решил это выяснить.

Уселся за столом, уплетаю завтрак, а сам на нее поглядываю. Как бы так спросить, чтобы не вызвать подозрений?

И надо же, повезло, сама разговор завела.

– Матвей, я в ночную смену выхожу, приду утром. Чтобы поздно не гулял, ты меня понял?

– Понял, – я покивал. – А почему опять в ночь выходишь? – Ну вот, кажется, с моей поездкой все образуется, повезло!

– Подменить подругу надо. Заболела она, а больше некому.

Я понимающе покивал.

– Вечером в интернете собрался полазать, новый фильм посмотреть, так что, гулять долго не стану. – Соврал, а у самого радостно на душе. Сегодня намечается приключение!

По дороге в школу не удержался, позвонился Семке и обрадовал его, хоть мы и в одном классе учимся. Тот воодушевился, говорит на переменах все обсудим.

В итоге договорились, что он будет ждать меня у своего подъезда к девяти часам вечера, и просил не опаздывать.

Перед выходом я надел спортивные штаны и толстовку темного цвета, чтобы ночью не отсвечивать и прибежал к нему вовремя. Живем недалеко друг от друга, всего через три дома.

Возле подъезда стоял мой друг вместе с братом, о чем-то беседуя. Я поздоровался, и буквально через пять минут за нами приехала машина.

По дороге к нам присоединилось еще две машины. Они ждали на выезде из города. Одна была местная, а вторая с Московскими номерами. Крутой импортный черный микроавтобус с тонированными стеклами.

Ехали по трассе больше часа. Свернули на проселочную дорогу, еще минут сорок петляли по ней, пока не оказались в старой заброшенной деревне и остановились на окраине.

Народ начал выходить из машин. Выбравшись наружу, я с Семеном отошли немного в сторону, чтобы не мешать. Небо было абсолютно чистое, ярко светила луна. Невдалеке видно какую-то старую постройку, больше похожую на покосившуюся избу.

Оккультисты засуетились, принялись доставать из багажника разные вещи. Обрядились в черные балахоны с капюшонами, вынули факелы.

Москвичей было всего трое. Они вышли из своего микроавтобуса и остались стоять возле него. Двое взрослых, одному лет тридцать пять, второму за двадцать, а третий молодой парень, лет семнадцати. Лица серьезные, сосредоточенные, поглядывают по сторонам.

Когда все было готово, процессия двинулась в сторону постройки, ну и мы с Семеном сзади пристроились.

Шли недолго, поравнялись с избой, по всей видимости этот домик был когда-то сторожкой, вот только очень давно, совсем обветшал и покосился.

Прошли немного дальше и оказались на старом, заброшенном кладбище. Захоронения угадывались с трудом, и только потому, что на некоторых еще сохранились надгробия.

Я присмотрелся к одному из них. Да, когда-то здесь было что-то написано, но большая часть стерлась. Сейчас на поверхности угадывались лишь отдельные слова, но язык мне незнаком. Много народностей жило в древнюю эпоху в этих краях, кто теперь знает, чье это кладбище.

Наши оккультисты походили возле надгробий, нашли подготовленное для ритуала. Здесь ограды нет, голая земля, заранее все очистили. Они зажгли факелы, что-то начали чертить вокруг остатков надгробия. Затем воткнули свечи в землю, зажгли их и выстроились в круг.

Семка находился возле брата, а я отошел в сторонку, встав недалеко от Москвичей, так же наблюдавших за происходящим.

Один из оккультистов принялся что-то произносить на распев, я не смог разобрать слов, язык какой-то непонятный. Но мурашки побежали по спине, даже поежился. Все так необычно и таинственно выглядит! Ночь, луна, горящие свечи, люди в черных балахонах, круто!

Оккультист тем временем перешел с распева на странное мычание, все остальные добавляли восторженные возгласы.

– Привет, – произнес кто-то шепотом рядом со мной, я вздрогнул от неожиданности.

Резко повернул голову и увидел молодого парня из Москвичей. Стоит рядом, слегка улыбается, даже не слышал, как подошел.

– Привет, – так же тихо произнес я.

– Пойдем к нам, чего один стоишь. – Он взял меня за рукав толстовки и потянул к своим.

Я немного удивился такой непосредственности, но не стал возражать. Мы подошли к остальным, молча кивнули друг другу.

Странные какие-то эти двое, глаза у них мутные, нехорошие. Что-то в них непонятное, темное, мне сразу захотелось отойти подальше. А парень вполне себе нормальный, даже дружелюбный.

Через пару минут разговорились, не особо обращая внимания на то, что происходит у могилы.

– Давно в городе живешь? – поинтересовался он.

Странный вопрос.

– Родился в нем.

– Ну и как городок? – парень дружелюбно улыбнулся.

Я пожал плечами.

– Нормальный, небольшой, спокойно у нас.

Тот согласно покивал.

– Уже поздно, вернешься домой, родители ругать не станут?

Я пожал плечами, поглядывая на происходящее действо.

– Некому. Отца нет, а мать на работу в ночь ушла, она продавщицей в круглосуточном магазине работает.

– Понятно. Это тот, что в центре? – он кивнул куда-то в сторону.

– Да не, я на Емельянова живу, а магазин на Волоколамском, до него сорок минут добираться, он далеко от центра.

– Так ты что, часто бываешь один? – слегка удивился парень. – А по вечерам, что делаешь, не скучно?

Я пожал плечами.

– Да как-то все равно, один и один. А вечерами я в музыкальную школу хожу, возвращаюсь поздно.

– Так ты музыкант? – восторженно произнес парень. – Это же круто!

– Ну, не музыкант, только учусь играть на фортепьяно, – засмущался я.

– Круто! – Москвич многозначительно покивал. – И что, каждый день ходишь на занятия?

– Да нет, не каждый. Вторник, среда, пятница. К девяти вечера уже дома, – пояснил я.

– Ну, это нормально, время свободное остается, – согласился он.

– Как тебя зовут, а то общаемся, а имени друг друга не знаем. Меня Фролом, – он протянул руку.

– Матвей, – я пожал ее.

– Отлично, Матвей значит, – заулыбался парень. – Смотри, ваши уже закончили. – он указал рукой в сторону оккультистов.

И правда идут назад, я печально вздохнул.

– Ну вот, все пропустил.

– Да ладно тебе, – Фрол дружески похлопал меня по плечу – Там ничего интересного не происходило. Так, попытка вызвать духа умершего колдуна.

– Ну и как? – мои глаза загорелись любопытством.

– Да ни как, – он усмехнулся.

– Матюха! – послышался голос Семки.

Я обернулся, друг уже стоял возле нашей машины и махал мне рукой. Все собираются, снимают черную одежду, кладут ее в багажник, факелы затушили. Хотел Москвича спросить, что он знает про духов, да не успел. Видя, что мне пора, он протянул руку попрощаться.

Я пожал ее и побежал к своим.

Быстро как-то все произошло, видать действительно ничего не вышло. Может день неправильно выбрали, может еще что, я в этом не разбираюсь. Хотели перед Москвичами покрасоваться, да не получилось.

До дому доехали быстрее. Не знаю почему, наверное, так показалось. Попрощавшись с другом, я добежал до дома и вскоре был в своей комнате. Раздевшись, улегся спать.

На следующий день мать ничего не сказала, моя вечерняя поездка прошла незамеченное. А то, зная ее, могла что-то и заподозрить.

Сегодня выходной, после обеда встретились с Семкой. Мы обменялись впечатлениями.

Друг был в восторге от вчерашнего действа, в отличие от меня. Ничего особенного я там не увидел, просто прогулялся, да с парнем из Москвы познакомился.

Семка меня не понял. Ну не знаю, как по мне, так мужики просто развлекались. Я попытался у него выяснить, что там на самом деле происходило. Да только друг так ничего вразумительного и не сказал. Не посвятил его старший брат в тайну действа. Скорее всего ее просто не было, как я и предполагал, шоу устроили для приехавших Москвичей.

После выходных наступили будни, вновь учеба, уроки, все как обычно. Очередная неделя подходила к концу.

В пятницу поздно вечером я возвращался домой из музыкальной школы довольный и радующийся жизни. Как хорошо, когда все получается, даже учитель похвалил. Говорит в будущем из меня выйдет настоящий музыкант, если не брошу развивать свой талант. А я и не собираюсь бросать, мне это ужасно нравится!

Из-за моих успехов меня направят на областной конкурс от нашей школы! Как же я безмерно счастлив, что труды не прошли напрасно. Надеюсь победить, учитель сказала, есть все шансы, а значит получу первый в своей жизни приз!

Продолжая не торопясь идя по тротуару, я насвистывал понравившеюся мелодию, пребывая в грезах. На улице хорошо, тихо, прохожих нет, лишь изредка проезжают машины.

Уже почти дошел до дома, как внезапно рядом со мной остановился микроавтобус и тут же в сторону отъехала боковая дверь.

– Привет, Матвей, – услышал я знакомый голос из салона и изрядно удивился.

Так это Москвичи, вот так встреча, и чего они забыли в нашем районе?

– Привет, Фрол, – я улыбнулся в ответ.

– Увидел тебя, вот и остановились. Так ты что, где-то здесь поблизости живешь? – поинтересовался он.

Я указал рукой в сторону своего дома.

– Вон там.

Парень сидел в кресло у небольшого столика, на котором что-то лежало.

– Мать вновь на рабате, и ты опять один дома. – с сочувствием произнес он.

Я пожал плечами.

– Уже привык.

– Слушай, раз тебя встретили, может поможешь? Заблудились мы в вашем городе, нам на Академический проезд надо, а указателей нет, – с надеждой произнес Фрол.

– Так это, – я почесал затылок, – отсюда не близко, так сразу не объяснишь.

Парень посмотрел на столик.

– У нас тут карта, покажи, – он махнул мне рукой, чтобы я вошел в салон.

Раз есть карта, то показать будет проще чем объяснить. Сбоку внутри салона сидит мужчина, тот который у них старший.

Войдя внутрь, я поздоровался. Тот в ответ слегка кивнул. Приблизившись к столику, склонился над картой.

– Мы находимся вот здесь, – я указал пальцем местоположение машины, – а вам нужно…, – но не успел договорить. Дверь за спиной резко захлопнулась, кто-то обхватил меня за одной рукой грудь, второй зажал рот, затем с силой прижал к себе. Еще мгновение и почувствовал укол в шею.

Я замычал, несколько раз дернулся, но быстро стал слабеть и погрузился в глубокий сон.

Сколько прошло времени пока спал, трудно сказать. Очнулся на полу микроавтобуса, в проходе между сидений. В салоне никого нет, мы никуда не едем, темно и тихо, по всей видимости уже глубокая ночь.

Дернулся, но бесполезно, руки связаны за спиной. К тому же во рту кляп, на мне нет футболки и кроссовок, лежу босиком по пояс голый, ноги тоже перемотаны веревкой.

Если уже глубокая ночь, значит увезли меня далеко. Посмотреть в окно не получится, где нахожусь не знаю, видно лишь кусочек неба и звезды, и то плохо, стекла совсем темные.

В голове проскочила страшная мысль, тело как током ударило. Меня же похитили, но зачем, почему? Я замычал, в ужасе задергался, осознавая, что произошло.

Дверь в машину внезапно открылась, в салон вошел Флор.

– Очухался, – произнес он.

– Берем и понесли, время подходит. – Следом за ним забрался парень, тот, что постарше его.

Меня подняли и куда-то потащили. Испуганно взирая на своих похитителей, я пытался кричать, дергался, но лишь неистово мычал. Страх закрался в душу, тело затрясло мелкой дрожью. Пока несли, кое-как огляделся. Мы где-то в глухом районе предгорья, это же куда их занесло? Здесь и дорог та нет.

Немного поднявшись вверх по тропе, меня внесли в какую-то глубокую пещеру. Внутри горели фонари, освещая ее.

При входе бросилось в глаза то, что вход в пещеру по всей видимости был недавно прикрыт большим плоским камнем, который на данный момент лежал возле входа. Там еще находился мощный домкрат, веревки, лом, другие инструменты. Точно, Москвичи ее вскрыли.

Меня дотащили до центра и положили на землю, рядом с каким-то возвышением. По всей видимости это алтарь удлиненной формы, напоминающий короткое выпуклое ложе. В его основании с двух сторон были сквозные отверстия, через них уже продета веревка.

Я посмотрел на потолок. Там сбоку имеется небольшое круглое отверстие, свет луны, проходя сквозь него, падал на алтарь. Стало страшно, меня пробил холодный пот, дыхание участилось.

Сама пещера небольшая, искусственного происхождения, выдолбленная когда-то в незапамятные времена прямо в скале. Мрачная не ровные стены, во многих местах черные, по всей видимости от копоти факелов.

Самый старший из похитителей посмотрел на наручные часы.

– Время.

Меня быстро перевернули на живот и развязали руки. Я попытался вырваться, но не получилось, держали крепко, да и ноги связаны.

Меня подняли и положили на спину, на холодный каменный алтарь. Голова повисла, под ней не было опоры, как и под ногами, они согнулись в коленях.

Руки мне оттянули вниз, я выгнулся, выпячивая грудь и замычал, так как поверхность камня стала давить на спину, кожа на груди натянулась, появилась боль в позвоночнике и руках. Крепко привязав их, Москвичи перешли к ногам и притянув ступни алтарю закрепили веревкой.

От напряжения появилась боль в суставах. Меня выгнули до предела и привязали так, что не мог пошевелиться, только с ужасом взирал на происходящее, иногда приподнимая голову. Очень неудобно, когда она запрокинута назад, да еще кляп во рту. Свет луны освещал мою грудь.

Двое из похитителей встали возле моей головы. Третий, тот который самый старший, подошел сбоку. Он медленно провел рукой по отчетливо видимым ребрам, затем поднял с пола деревянный полированный футляр и передал парнишке.

Тот стал с трепетом держать его перед собой на вытянутых руках.

Мужчина открыл крышку и достал оттуда кинжал, причем делал это с большой осторожностью, как будто он хрустальный.

Я глянул, очень красивый, длинное острое черное лезвие, изящная гарда, рукоять украшена золотом, навершие в виде головы демона, в глазницах два красных камня.

Я вновь попытался дернуться, захныкал, только сделал себе больнее в области спины, так и не сдвинувшись с места.

Замычал от отчаянья, из глаз потекли слезы, тело пробила нервная дрожь, мне стало ужасно страшно, пришло понимание, что они задумали. Я сейчас на том самом древнем жертвенном алтаре, в качестве жертвы! Но я не хочу вот так умирать!

На этих мыслях мое тело заколотило, я поднял голову и вытаращился на клинок.

Мужчина бросил на меня взгляд.

– Этот кинжал, – неожиданно произнес он, – дошел до нас из глубокой древности. Великое магическое оружие, но силы в нем иссякли. Чтобы вернуть его былое могущество, необходимо заклятие и сложный ритуал. Сегодня все собрано воедино. Данное место, – он обвел пещеру взглядом, – единственное в своем роде. То, к чему ты привязан, древний, жертвенный алтарь. Мы долго его искали. Сегодня особый день, подобное соотношение планет и луны бывает раз в пятьсот лет. Этот кинжал, – он направил его на меня. – Называется "Пьющий кровь". Не бойся мальчик, – мужчина посмотрел на мое дрожащее в ужасе тело.

Я часто и тяжело дышал, так страшно мне еще никогда не было.

– Ты послужишь источником силы, можешь гордиться, жил не напрасно. Рано или поздно все умирают, не стоит горевать, четырнадцать лет не так и мало, – он слегка улыбнулся. – Кинжал выпьет твои жизненные соки до дна и обретет былое могущество. – Мужчина осторожно положил его мне на грудь.

Я уставился на клинок, безумным взглядом. Присмотревшись, заметил какой-то серый тонкий рисунок на лезвии, похожий на мелкую паутинку.

– Для проведения ритуала было необходимо найти юношу, – продолжил старший, – родившегося в определенное время, имеющего четвертую группу крови, достигшего возраста четырнадцать лет, с сильной жизненной силой, не порочного телесно и чистого душой. Про тебя нам стало заранее известно. Мы все проверили, ты действительно тот, кто нам нужен.

– Время. – Произнес парень, что стоял слева от моей головы, и посмотрел вверх на отверстие в пещере.

– Тогда, приступим, – согласно кинул мужчина.

Они простерли надо мной руки и принялись издавать странные, нечленораздельные звуки. Старший достал из кармана листок бумаги и развернул его. Медленно выговаривая каждое слово, он стал произносить короткие фразы на каком-то древнем языке.

Я приподнял голову и глянул на него испуганными глазами. Затем почувствовал, как кинжал, лежавший на груди, неожиданно стал теплым.

Они замолчали, старший удовлетворенно кивнул и взял его.

– "Пьющий кровь" готов принять силу, – довольно произнес он.

Мужчина прикоснулся кончиком кинжала к моей коже между ребер, точно над сердцем и я почувствовал укол.

Все что-то вновь запели. Старший медленно и плавно начал нажимать на него, и кончик лезвия вошел в мою грудь.

Боль пронзила тело, от раны потекла кровь, я замычал, глаза расширились от ужаса происходящего. Мужчина убрал руку, клинок остался торчать в груди.

Диким взглядом я уставился на него. Он совсем немного вошел в тело, но не падает. Я пытался закричать, молить чтобы его вытащили, но забыл, что во рту кляп и только мычал, мотая головой.

Они тем временем произнесли еще какие-то слова.

Мужчина прикоснулся пальцами сверху к рукояти кинжала и слегка надавил, лезвие вошло глубже точно между ребер.

Мое тело само затряслось от страха и боли. Я уже прерывисто вздрагивал, морщился, жмурил глаза. Сжимая на руках кулаки, двигал пальцами на ногах и постоянно бросал взгляд на торчащий в груди кинжал, заходясь в истерике.

Они еще раз произнесли то же самое, и он ввел лезвие еще глубже.

Мое сердце неистово стучало, отдавая ударами в висках. Помимо боли, появилось ощущение, что кинжал становится горячим и с каждым нажимом приближается к сердцу.

Все трое вновь запели, старшей прочитал очередную фразу и вновь надавил на рукоять. Клинок, как в масло вошел внутрь, и в области сердца меня пронзила резкая, острая, страшная по силе боль, да так, что круги поплыли перед глазами.

Я мычал что было сил и чувствовал, как сердце забилось неровно, какими-то рывками. По всей видимости лезвие коснулось его самым кончиком и теперь царапает, так как оно неистово бьется в груди.

Ужас сковал душу, ведь еще немного и умру, как же стало страшно. Исходящая из груди неимоверная жгучая боль пронизывала тело и разум.

Мельком, в своей агонии я заметил, как на кинжале появились бордовые проблески, рисунок на лезвии проявлялся.

Все замолкли, поглядывая то на клинок, то на мое тело, дергающееся в конвульсиях. Я краем глаза разглядел, как у Флора выступила слеза, он глянул на меня с жалостью, но быстро ее смахнул.

Они продолжали наблюдать, а кинжал по всей видимости насыщался моими жизненными силами, так как рисунок на лезвии становился все более ярким.

Голова у меня повисла, эту боль невозможно терпеть. Тело пробило судорогой, сковывая мышцы, дышать стало тяжело, и я внезапно ощутил, как клинок сам медленно входит в сердце и пронзает его насквозь.

Но вопреки ожиданию, оно не остановилось, а продолжало биться. Я явственно ощутил, даже образ в голове появился, как сердце сжимается, иссыхает, быстро уменьшаясь в размерах. Нет, это не было иллюзией, все происходило на самом деле.

Последнее, что запечатлела память, как рисунок паутинки на лезвие клинка ярко вспыхнул. Бешеное дерганье сердца наконец прекратилось, глаза медленно закрылись, и я обмяк, погружаясь в темноту.

* * *

Резко и широко раскрыв рот, я часто с надрывом задышал, не совсем понимая, где нахожусь, ведь только что умер.

Сознание возвращалось постепенно, тело продолжало содрогаться от боли, но она быстро прошла.

Больше минуты я корчился на полу, пока, наконец, удалось прийти в себя.

Вытаращившись на свою грудь, пытался увидеть торчащий кинжал, но его не было. Я облегченно выдохнул и расслабился.

Пришло осознание, что вернулся в свое тело. Но как же было страшно умирать, как мучительно больно!

Поглядел по сторонам и заревел, память нахлынула потоком, прокручивая в голове недавно произошедшее.

Я мотал ей из стороны в сторону, кричал, не в силах успокоиться, пока прошлое не начало меркнуть.

Не знаю, сколько так пролежал, окончательно приходя в себя.

Последние мгновения той жизни, так и стояло перед глазами.

Вот лезвие кинжала начинает светиться, вот клинок поглощает мою жизнь, высасывая ее, превращая сердце в сморщенный маленький кусочек иссушенной мертвой плоти.

Но поразило не это, а то, что на Земле есть магия! Они использовали магию! Да темную, да отвратительную, с человеческим жертвоприношением, но она работала!

Но как такое возможно? Хотя, о чем это я говорю? Кто тут вызвал Темного Властелина, а теперь лежит прикованный к полу цепями, глубоко под землей?

Я застонал, к подобному невозможно привыкнуть и уставился в потолок.

Надомной Москва, в котором недавно жил. Люди идут по сим делам, ездят машины, а мне никогда туда не вернуться. Как же близок тот беззаботный мир, где я наслаждался жизнью и как он теперь далек!

Слезы сами покатились из глаз, я всхлипнул. В голове вновь начали прокручиваться образы последних событий.

Это были темные маги, зачем им подобный кинжал? Кто они такие на самом деле?

Да какое мне дело, если вскоре вновь окажусь в чужом теле, стану страдать и умирать в ужасе от происходящего?

Я помотал головой из стороны в сторону и закричал от накатившего отчаянья.

Новая волна истерики не успела начаться, так как подо мной засветилась печать.

Меня затрясло от страха. Куда забросят на этот раз? Как же я не хочу вновь умирать в муках и страданиях! Дыхание участилось, сознание постепенно меркло, лишь на грани восприятия я смог различить какие-то тени.

Вновь пришло отвратительное чувство, когда тебя вырывают из тела и куда-то тащат, но вскоре сознание поглотила пустота вечной ночи.

Глава 4

Очнувшись, я открыл глаза и тут же их зажмурил, голова закружилась. Обождал немного и вновь открыл. Где я? Что со мной?

В нос ударил какой-то медицинский неприятный запах, да и воздух был спертый.

Нахожусь в маленькой давящей на меня со всех сторон металлической клетке и совсем голый. Меня буквально сложили, прижав колени к животу, а согнутые руки к груди, да еще голову пригнули к ним.

Все тело затекло, спина болит, даже пошевелиться не могу.

Как сюда вообще запихнули, зачем, да и кто это сделал?

Клетка накрыта плотной мешковиной. Свет сквозь нее пробивается слабо, но его хватает, чтобы оглядеть себя.

Посмотрел на руки, пальцы детские, да и сам маленький. Как же так, мне же…, и тут резкая, сильная боль в голове заставила зажмуриться, я застонал. Несколько мгновений и все прошло.

Я облегченно выдохнул и тут же вздрогнул, меня же похитили!

Слезы потекли из глаз. Память услужливо принялась прокручивать картинки последних событий.

Этот день ничем не отличался от других. Я как обычно гулял, бегал в саду родовой усадьбы. Неожиданно увидел возле дерева "Землянку". Красивый мелкий зверек, гладкая зеленая шерстка, приплюснутая мордочка, ушки торчком. Как она здесь оказалась?

Удивленно ее разглядывая, пришел в восторг и попытался поймать.

Но это оказалось сделать не просто. Зверек постоянно прыгал, никак не удавалось его схватить.

Напоминает мышь, только скачет как лягушка и цвет умеет менять. Ее вообще трудно разглядеть, если сидит на одном месте и не шевелится. К тому же кончик длинного хвоста ночью светится, так она всяких насекомых приманивает, поднимая его вверх.

Уже вечерело. Пора было бежать домой, наверняка все сели ужинать. Мне вновь попадет, но разве пацана это остановит, когда он так увлечен своим занятием.

Я не заметил, как оказался возле забора в самом конце сада, а вот затем что-то произошло. Уже смутно помню. Раздался странный тихий свист, я зашатался, ноги подкосились, чьи-то руки мгновенно подхватили меня. Мелькнул черный плащ, и я потерял сознание, очнулся уже здесь в клетке.

Интересно, а где нахожусь и почему голый?

Ой, дома наверняка сильный переполох. Моя маленькая сестренка плачет, мама с ума сходит. Отец скорее всего организовал масштабные поиски, все-таки глава управы. Я тяжело вздохнул и шмыгнул носом.

Папа меня найдет, обязательно найдет, он всех стражников и магов на ноги поднимет, надо только подождать.

Внезапно раздался шум, кто-то заходил в комнату открывая дверь.

– Почему без моего разрешения сюда занесли? – прозвучал недовольный старческий голос.

– Так ваш ученик сказал, вот мы и внесли, – послышался мужской грубый бас.

– Ну, я ему устрою негоднику. Где товар? – выкрикнул рассерженный старик.

– Так вон же, в углу стоит, под мешковиной.

– А что он такой маленький? – удивился старик.

– Сложили и запихнули в клетку, чтобы удобней тащить было, – пояснил мужчина.

– Надеюсь, не повредили? В этот раз экземпляр стоящий? – придирчиво поинтересовался старик.

– Обижаете, именно то, что вы просили, – прозвучал довольный грубый голос.

– Да? – удивленно переспросил старик.

– Не извольте сомневаться, ошибки быть не может, – подтвердил мужчина.

– Что-то вы слишком долго возились. Притащили мне двух мелких оборванцев. – Голос старца выражал недовольство.

– Ваш основной заказ сложный. Вы же сами говорили, другие вам тоже нужны, – начал оправдываться мужик.

– Ладно, давай посмотрим, – пробурчал старик и они подошли ко мне.

Мужик отдернул мешковину. В глаза ударил яркий свет, я зажмурился.

– Это действительно он! – С удивлением и восхищением произнес старик, разглядывая меня.

– Я так и сказал, – подтвердил мужчина.

Я поглядывал на стоящих возле меня людей, заодно осматривал помещение. Комната была большой, вдоль стен находились стеллажи, с какими-то склянками, баночками, сосудами, всякими коробками. На полу лежали ящики, под потолком висело множество пучков сухих трав. По всей видимости, это кладовка или склад.

Возле клетки, куда я был помещен, возвышался плечистый здоровый мужик, добротно одетый. По его выправке было видно, либо бывший военный, либо наемник.

Рядом стоял, слегка нагнувшись вперед и внимательно меня разглядывая, будто я диковинное животное, небольшого роста старик с длинной седой бородой. Одет он был в какой-то темно-синий, то ли халат, то ли накидку до самого пола, на голове красовался остроконечный колпак с золотым узором. Этого старика я видел, он маг, магистр жизни, так его называли. Почетный и уважаемый человек в нашем городе.

Большая лавка в самом центре возле площади, где продавали магические эликсиры, мази, пилюли, редкие ингредиенты, травы, настойки и многое другое, пользовалась у горожан популярностью и принадлежала ему. Даже слышал от отца, что в ней всегда можно найти что-то особо ценное и редкое.

Запомнился он мне из-за своих въедливых глаз, с каким-то жгучим взглядом. Уж больно тогда на меня таращился, прямо насквозь просвечивал, когда в сопровождении охраны я гулял по рынку, пока мать со служанками что-то покупала.

– Ну что, мы выполнили заказ? – поинтересовался наемник.

– Да, да, конечно, – задумчиво ответил старик продолжая на меня смотреть.

Он был слегка ошарашен, явно не ожидая увидеть именно меня.

– И что в нем такого особенного, что вы готовы столько платить? На мой взгляд, обычный двенадцатилетний пацан, – усмехнулся мужчина.

– Вам не понять. Он уникален, большая удача, что я его обнаружил. – Алхимик довольно покивал. – И как же все-таки удалось его заполучить? – старик повернулся к собеседнику.

Я только сейчас понял, что силюсь закричать, но почему-то не могу, лишь часто дышу, это пугало.

– Добывали долго, не простой малец, все-таки сын главы управы! – важно произнес он. – Задали вы нам задачу! Дом их под серьезной охраной, в том числе магической. Даже в сад не проникнешь, а малой, если и выходит из поместья, то только под присмотром стражи. Уж больно папочка берег его, холил и лелеял.

– Ну и как же сумели схватить? – не унимался старик.

– Долго думали, что предпринять, выслеживали, выясняли разные подробности. – начла рассказывать наемник. – Прикидывали и так и сяк, все впустую, пока наконец не созрел один рисковый план. Другого не было, поэтому и решились на него. В общем, подкинули в их сад "Землянку", зверек такой маленький, дети его обожают. Мы точно знали, что пацан постоянно там ошивается, следили за двором. Он ее нашел как бы случайно, затем принялся ловить.

Мужчина усмехнулся.

– У нас был человек, что мог ей управлять. Его мы потом того, ну чтобы ненароком не проболтался. Вот и вывел зверек мальца к забору, а там Темный накрыл пологом. Пацан потерял сознание, тот шустро метнулся и успел его подхватить. Магический контур защиты сада сработал, да поздно, кровосос был быстр. Сделали чисто, ушли незаметно. Затем в одном из заброшенных домов раздели юнца, а вещи сожгли. Надели ему ошейник, тот, что вы дали и упаковали в клетку. Действовали аккуратно, боясь повредить, все-таки товар ранимый и дорогой.

Я смог прикоснуться пальцем к шее. Действительно, надета тонкая полоска металла в виде обруча, и как сразу не заметил?

– Оттуда спустились в подземелье, – продолжал наемник, – долго петляли, один проход намеренно завалили. Там и похоронили того, кто управлял зверьком, чтобы в случаи чего, не вышли на него, а под утро сюда товар принесли.

– Хитро. Так у вас что, вампир в команде имеется? – удивился старик.

– Да, но об этом никто не знает. Если проведают про кровососа, нас всех изведут. – нехотя ответил наемник.

– Понимаю, – старик согласно покивал.

– Рассчитаться бы. И это… – мужик замялся.

Магистр вскинул голову и прищурился.

– Что еще?

– Надеюсь, про пацана никто не узнает? – смущаясь поинтересовался он.

– Сдурел, – рявкнул старик, да так что наемник вздрогнул. – Ошейник не только позволяет управлять его телом, блокирует возможность говорить, но и надежно скрывает от поисковых магов, даже высокого уровня. Проверено неоднократно, сам доделывал. Если у вас болтливых нет, все будет тихо, исчез и с концами.

– Не, у нас с этим строго. Мы себе не враги, в петле не охота болтаться. Да и за этого щенка, легкой смертью не отделаться, – попытался оправдаться мужик.

– Тогда пошли, нечего стоять, лясы точить, рассчитаюсь с тобой. – Пренебрежительно бросил старик и они вышли из помещения.

Вот оказывается, как все было. Я задумался, продолжая шмыгать носом. Слезы катились из глаз, да и тело ныло из-за того, что находился так долго в скрученной позе, а еще мне хотелось пить и в туалет.

За мной оказывается давно охотились. А что он сказал, почему я уникален? Странно, вроде обычный.

Только вот непонятное какое-то чувство внутри. Вроде я это я, а кажется, что нет, раньше подобного не случалось. Возникает ощущение, что кто-то хочет прорваться в мой разум. Я печально вздохнул.

Еще этот гадский ошейник подчинения. Слышал как-то от отца, их пленным на войне одевали. Да не абы кому, а только офицерам, уж больно штука дорогая.

И что же теперь? Мамочки, меня не найдут? По телу побежали мурашки, внутри все похолодело. Я тут же заревел, хлопая ртом как рыба, пытаясь от ужаса закричать, только не издавал ни звука.

Прошло около часа, дверь в помещение открылась, и я увидел юношу лет тринадцати, почти мой ровесник. Войдя, он подбоченился и с гордым, надменным видом уставился на меня.

Короткие черные волосы, нос вздернут, скуластое лицо, маленькие губы, глаза с какой-то хитринкой. Одет в такой же наряд, что и старик, только халат явно не по размеру, низ лежит на полу.

– Не шевелись, – произнес он, видя, что смотрю на него и приблизился, – сейчас выпущу.

О чем он говорит, я и так пошевелиться не могу.

Пацан нагнулся, ухватился за что-то и стал тянуть. Напрягся, засопел, но у него ничего не получалось. Тогда просто с силой дернул. Клетка содрогнулась, боковая стенка упала.

– А-а-а, – Тут же заверещал пацан, запрыгав на одной ноге. Решетка больно по ней ударила.

Наконец успокоившись, потер ушибленное место и выпрямившись, зло на меня посмотрел. Можно подумать я в этом виноват.

– Вылезай, – прошипел он сквозь зубы.

Сделать это было трудно, тело не слушалось, все одеревенело. Пришлось ему меня выковыривать из клетки, и в итоге я вывалился наружу.

Боль прокатилась по всем мышцам. Я принялся медленно разгибать ноги. От неприятных ощущений слезы потекли из глаз.

Наконец удалось вытянуться на полу лежа на спине, и я расслабился.

Пацан все это время молча стоял рядом, взирая на мои потуги.

– Хватит валяться, поднимайся, – рявкнул он надменным голосом.

Мне с трудом удалось присесть, затем медленно, упираясь руками в пол подняться. Слегка зашатало, ноги тряслись.

– Стой. – Пацан быстро метнулся к столу, принес колбу с зеленой жидкость. Выдернул пробку и поморщившись протянул мне.

– Выпей.

Я взял сосуд и с жадностью влил в себя его содержимое, даже не задумывая, что пью. Вкус отвратительный, да и запах тоже, но очень хотелось пить.

От того, как я быстро все проглотил, юношу брезгливо передернуло. Забрав колбу, он пристально посмотрел на меня и пожал плечами.

– И что в тебе нашел учитель, ничего не пойму. Пошли в туалет. Жидкость, что выпил, сейчас выгонит из твоего тела все шлаки.

Он повернулся и засеменил на выход, вот только халат был слишком длинным и волочился по полу.

Наступив на него, запутавшись ногами, парень с грохотом повалился на пол и распластался на нем, разбив при этом пустую колбу. Быстро вскочив, возмущенно засопел, потирая ушибленные локти, пялясь на меня.

Но осознав, что я тут не причем, сгреб ногой в сторону стекло и поддерживая руками халат пошел дальше.

В уборной я был долго. Меня действительно здорово пронесло. Зато, когда вышел, в теле образовалась какая-то легкость, появилась бодрость. От того, что столько времени провел в скрученном состоянии, не осталось и следа.

– Так, – мальчик меня оглядел. – Хоть ты и чистый, но отведу тебя помыться, так учитель велел. Тело должно быть идеально чистым.

Он был уже без халата, в обычных черных штанах и темно серой рубашке. Сверху надета коричневая кожаная жилетка. По всей видимости, до этого просто хотел покрасоваться передо мной, произвести впечатление. Но выглядело все это комично.

Повернувшись, я засеменил следом. Мне так хотелось его обо всем расспросить, узнать, почему я здесь, зачем похитили, но увы, магический ошейник не давал такой возможности. Я лишь вздыхал, да шмыгал носом.

Мы вошли в небольшое помещение. Возле стены находилась скамейка, на ней большая деревянная шайка, наполненная водой. Рядом лежал ковш, мочалка, мыло. Сбоку на стене висело полотенце.

– Мойся, – приказал он и уселся на табуретку возле выхода.

Я подошел к шайке, потрогал воду, она была теплая. Зачерпнул ковш и вылил на себя, затем принялся намыливаться. Мыло пахло какой-то травой, тело слегка пощипывало.

Когда закончил процедуру и насухо вытерся, посмотрел на пацана и указал на себя, намекая об одежде.

Он усмехнулся в ответ.

– Она тебе не понадобится, пошли. – Парень открыл дверь и махнул рукой, чтобы следовал за ним.

Пожав плечами, я поплелся за ним.

Пройдя по невзрачному серому коридору, мы свернули за угол. Там спустились на подземный этаж. Думал уже пришли, но вновь пройдя по коридору, оказались на узкой винтовая лестница, которая уходила глубоко под землю.

Спустившись, мы подошли к массивной, обитой железом двери.

Пацан приблизился к ней, вставил в прорезь какой-то медальон и с силой потянул. Она нехотя поддалась и беззвучно отошла в сторону.

– Проходи, – кивнул он, пропуская меня вперед.

Я вошел и осмотрелся. Это была просторная хорошо освещенная комната. Слева находился большой, массивный стол, его гладкая железная поверхность отливала серебром.

Недалеко стоял еще один, поменьше. На нем находились баночки, коробочки, различные емкости, тарелочки, было даже серебряное блюдо. Все пустые, некоторые закрыты крышками.

Левее еще один столик, там что-то лежало прикрытое красной тряпицей. С другой стороны вдоль всей стены возвышалась странная, стеклянная конструкция. В ней что-то булькало, переливалось, шипело. Справа стояли ступки, чашки, всякие замысловатые инструменты. А под вытяжкой находился глиняный пузатый горшок, из которого вырывалось синее пламя. Что-то мне стало не по себе.

Юноша вошел следом за мной, дверь за ним сама медленно закрылась.

– Стой здесь, – скомандовал он.

Пацан юркнул к столу, схватил колбу с яркой, оранжевой жидкость. Открыл пробку и с наслаждением вдохнул аромат, а затем чихнул, едва не выронив ее из рук. Он тут же побелел от испуга, что мог разбить ее и крепко сжимая, подошел ко мне.

– Пей.

Я посмотрел на колбу, взял ее и стал глотать. Эта была совсем другая тягучая жидкость, изумительная по вкусу, можно сказать нектар. От этого потрясающего напитка слегка закружилась голова, по всему телу разлилось блаженное тепло.

Парень забрал пустую посуду.

– Теперь ложись, – он указал на большой металлический стол.

Я испуганно посмотрел на него, по спине пробежал холодок, появилось нехорошее предчувствие. Но помимо своей воли, подошел и аккуратно улегся на блестящую поверхность, поежился, она была холодной.

Пацан поставил пустую колбу, приблизился ко мне и что-то подложил под голову, приподняв ее.

– Руки выпрями вдоль тела, ноги немного раздвинь и расслабься.

Я повиновался. Обруч на шее подавлял мою волю и заставлял выполнять указания.

Он внимательно меня осмотрел и удовлетворенно кивнул.

– Хорошо. Лежи и не шевелись.

Тело замерло. Стало страшно, вроде и хочешь чем-нибудь пошевелить, а не можешь сдвинуть даже палец.

Парень отошел куда-то в сторону, занявшись своими делами. Я лишь косился по сторонам, пытаясь понять, что происходит, да смотрел на свое голое тело.

Долго просто так лежать не пришлось. Вскоре в помещение вошел старик, как и прежде одетый в халат, только на голове не было колпака.

– Так, что тут у нас? – С ходу поинтересовался он, подходя ко мне. Его ученик мгновенно оказался рядом.

– В туалет сходил?

– Нет учитель, пока не хочу, – парень отрицательно покачал головой.

– Болван. Я о нем спрашиваю. – Рявкнул он, указывая на меня пальцем.

– Зеленую жидкость пил, очистку прошел, – быстро выпалил пацан.

– Что с остальным? – старик нахмурил брови.

– Мылся, как вы и сказали. Розовый эликсир принял пятнадцать минут назад, обездвижен.

– Хорошо, – старик кивнул и хотел было отойти в сторону, как внезапно отвесил мальцу звонкий подзатыльник.

– За что? – вскрикнул тот, хватаясь за голову.

– Я сказал, он должен быть чистый! – прорычал старик.

– Так он мылся, – не понял пацан.

– Почему пятки грязные? – Учитель ткнул пальцем в сторону моих ног.

– Так мы шли сюда…, – ученик медленно попятился назад.

– А башмаки ему дать ума не хватило? – злобно прищурился старик. – Ну-ка быстро взял и вымыл, да так, чтобы пятки блестели.

Малой засуетился. Схватил полотенце, откуда-то появилась миска с водой и он усердно принялся оттирать мне подошвы. Было щекотно.

Учитель тем временем подтащил стоявший неподалеку небольшой столик поближе ко мне. Тот оказался возле моей головы. Я скосился на него. Старик откинул тряпицу. Ужас мгновенно пробил меня до самых костей. Тело задрожало в холодном ознобе.

Там лежали, поблескивая металлом, медицинские инструменты, их было много. Разные ножи, от совсем маленького, тонкого, до широкого и большого. Были и кривые и прямые и с загнутым кончиком. Там же находились разные пилки, зажимы, щипцы, ложечки и много чего ещё, непонятного назначения.

– Ой, – послышалось со стороны ученика.

– Что еще натворил? – старик резко повернулся.

– А чего у него тело так дрожит? – пацан хихикнул, указывая на меня.

– Страшно, вот и дрожит. – Спокойно ответил учитель. – Инструменты увидел, испугался. Понимает, не просто так здесь находится, они для него приготовлены.

– Так может его усыпить? – предложил ученик.

Учитель недовольно засопел.

– Я же тебе объяснял, бестолочь, почему этого делать не следует.

– Не а. – пацан помотал головой и быстро отошел на один шаг назад.

– Ну вот попался же бездарь! – Старик всплеснул руками. – В одно ухо влетает, в другое вылетает.

– А вы меня больше по голове бейте, тогда я совсем думать не смогу и дебилом стану. – Ехидно заметил малец и сделал еще шаг назад.

– Может мне тебя лучше по спине палкой охаживать? – хитро прищурился учитель.

Парен быстро замотал головой.

– Не надо.

– Тогда подошел сюда, – рявкнул старик.

– А бить не будите? – осторожно поинтересовался ученик, продолжая стоят на месте.

Учитель вздохнул и прошипел сквозь зубы:

– Иди сюда недомерок, кому сказал.

Парнишка медленно и осторожно приблизился, опасливо косясь на учителя встал рядом.

– Так вот, объясняю еще раз, для тупых, – начал старик, показывая на меня рукой. – Он должен все видеть, боль купирована, но будет ощущать то, что с ним происходит. Также слышать и видеть. Переживая сильнейший стресс, тело выработает определенные элементы и насытить ими кровь. От этого органы станут наиболее ценными, приобретут дополнительные свойства.

– А-а, это я помню, – улыбнулся пацан и тут же мгновенно отскочил в бок.

– Несносный мальчишка! – буркнул старик.

Ученик медленно вернулся назад.

– А почему он так ценен, ункален, – поинтересовался тот, шмыгнув носом.

– Не ункален, а уникален, – поправил учитель.

– Я так и сказал, – съязвил малой и тут же пригнулся.

Старик рыкнул, зло на него глянул и сделал глубокий вдох.

– У данного экземпляра абсолютно здоровое тело с мощной энергетикой. С такими показателями мог прожить очень долго, быть выносливым, хорошо физически развитым. Также обладать высокой репродуктивной функцией.

– А это что? – не понял пацан.

– Наплодить кучу детей, – уточнил учитель. – Но главное, – продолжил он, – у данного экземпляра имеется магический дар, и весьма сильный, только пока не проявленный. В отличие от многих, в том числе тебя, источник силы не сконцентрирован в одном месте, а разлит по всему телу, пропитывая тем самым каждую клеточку организма. Очень редкие, ценные, можно даже сказать уникальные эликсиры получаться. На подобные препараты имеются заказы, люди готовы платить много золота.

– Понятно, – покивал ученик, с интересом меня разглядывая.

Я лежал ни жив ни мертв. То, что услышал про себя, было откровением.

Родители скорей всего что-то знали, поэтому так сильно меня берегли. Но зачем я здесь? Что они собрались делать?

– Так. – Старик довольно потер руки. – Сегодня большей частью процесса займешься самостоятельно.

Ученик нервно сглотнул и побелел.

– Учитель, если он настолько ценен, может вы сами, а?

– Нет, – отрезал тот. – Большая ответственность заставит тебя собраться, быть серьезным. Станешь четко выполнять то, что скажу и все получится.

– А если…, – попытался он возразить.

– А вот "если" не должно быть, – процедил старик сквозь зубы и сурово на него посмотрел. – Хоть что-то испортишь, я заставлю тебя глотать белых червей.

Мальчик вновь побледнел, прижал руки к груди и испуганно прошептал:

– Учитель не надо, я не смогу. Они же толстые, длинные и такие мерзкие, склизкие, противные. Все в каких-то красных прожилках, – его всего передернуло, – еще омерзительно воняют, – он сморщился. – От этого запаха меня тошнит.

– А как же те двое мальчишек, которым ты их скармливаешь каждый день по одной штучке? – ласково поинтересовался старик.

–Так это совсем другое дело, – оживился пацан. – Вы их обездвижили, и они выполняет команды. Сидят себе на стульях с отверстием, пристегнутые к спинке, руки привязаны к подлокотникам! Так забавно за ними наблюдать! Оба дрожат, когда подхожу и приказываю широко открыть рот. У пацанов такой умоляющий взгляд в этот момент! – Парень от удовольствия даже прикрыл глаза и довольно вздохнул. – А когда подношу червя, – продолжил он, – они испытывают дикое отвращение и ужас – это нечто! Черви такие толстые, что в рот пролазят с трудом, эти двое пучат глаза, гляди того они вываляться и напрягаются всем телом! Интересно за ними наблюдать.

– Тьфу ты! – сплюнул старик. – Прекрати, мелкий негодник, – рявкнул он. – Они что, в сознании? – учитель нахмурился.

– Конечно, – довольно заулыбался ученик. – Если, как вы велели их усыпить, то будет скучно.

Старик всплеснул в негодовании руками и покачал головой.

– Вот паршивец. Он еще и развлекается!

Пацан шмыгнул носом.

– Вам та какая разница? Поручили грязную мерзкую работу, я усердно ее выполняю. Так хоть веселее.

Старик стал мрачнее тучи, пацан попятился.

– Да чего не так-то? – выкрикнул он.

Учитель от возмущения зарычал.

– Вы мне про червей ничего не рассказали. Дали указание и сбежали от мерзкого запаха в комнате, – пацан насупился. – А я им дышу, когда там нахожусь.

Успокоившись, старик вздохнул и покачал головой.

– Черви слишком ценный и нужный ингредиент, их сложно и дорого доставать в готовом виде из-за запрета. Мало кто осмеливается тайно проводить процедуры по их очистке кроме меня. Проходя через человека, они избавляются от токсинов. Это в свою очередь приводит к интоксикации кишечника, человек в итоге умирает в муках, но иного способа очистки нет.

– А что такое интоксикация? – поинтересовался пацан, с трудом выговорив последнее слово.

– Сильное отравление, вызванное токсическими веществами. Болезненный процесс, и усиливается с их концентрацией. Это, как и сказал, приводит к быстрой смерти, несколько дней и все. К тому же червь повреждает кишечник из-за своих размеров, когда по нему проходит, что причиняет невыносимую боль. Поэтому человека надо усыплять, а они у тебя в сознании! Ты понимаешь, как оба страдают? – учитель вновь помрачнел.

Ученик понурил голову.

– И что с того? Все равно скоро сдохнут, – пробурчал он. – Зато интересно наблюдать, как у них животы шевелятся. К тому же вы сами как-то говорили, бездомных щенков на улицах города полно, так от них хоть какая-то польза. Эти сдохнут, других доставят.

Учитель тяжело вздохнул.

– Похоже, сострадание тебе действительно чуждо. Вот и будешь их глотать в наказание. Сам себе запихивать станешь, а затем, когда они вылезут у тебя через зад, будешь отмывать.

Ученик побледнел, даже руки затряслись.

– Так я и так их отмываю, когда они из них выходят, – пацан надул губы, затем глянул на учителя исподлобья.

– Если вы хотите умертвить меня таким мучительным способом, то зачем в ученики взяли? Клятву заставили произнести, магическую связь с собой создали?

– А потому, что все, кого я испытывал до тебя, падали в обморок. Потом приходилось их…, – он поморщился, – не важно. А ты единственный, кому это безразлично. Да что там, тебе нравится процесс! Я вот удивляюсь, откуда такая жестокость в столь юном возрасте? Абсолютный цинизм, я бы сказал, испытаешь сладострастное удовольствие от чужих мук и страданий. Даже мне не по себе становиться от твоих извращений и выкрутасов.

– А сами? – тут же съязвил мальчишка.

Учитель возмущенно рыкнул.

– Я просто делаю свое дело, мне плевать на все остальное. И у меня нет никаких извращенных желаний, и уж тем более ради удовольствия я не…

– Ну да, ну да, – скептически произнес пацан.

Старик закипел от негодования.

– Иди сюда, мерзкое отродье! – прорычал он, указывая пальцем на место возле себя.

Ученик обреченно вздохнул и опустил голову. Медленно приблизился и шмыгнул носом.

И тут же получил звонкую затрещину. Пацан взвизгнул и закрыл голову руками.

– Приступим. – Старик повернулся в мою сторону.

От страха я затрясся мелкой дрожью.

– А вот та жидкость, розового цвета, что он выпил, это что? – поинтересовался пацан.

– Мой экспериментальный эликсир, – пояснил учитель, бросив на него суровый взгляд. – Пробовал?

– Нет, нет, нет, – пацан замотал головой, даже руки перед собой выставил. – Только понюхал, очень приятный запах.

– Смотри у меня, – старик погрозил ему пальцем. – Я сделал немного, чтобы проверить до конца его свойства.

– А какие? – не унимался ученик.

– Во-первых, – начал он объяснять, – блокирует боль. Во-вторых, кровь из ран не идет, затягивает края. Главное, любой изъятый орган остается живым длительное время, а человек без них не умирает.

– Ух ты, какая сильная вещь! – восторженно произнес пацан.

Старик в ответ лишь довольно усмехнулся и вновь повернулся ко мне.

– Приступим, заболтался я с тобой. С чего хочешь начать? – Он вопросительно посмотрел на ученика.

Тот ненадолго задумался, хитро поглядывая на меня.

– Может с языка? – робко предложил пацан.

Алхимик удивленно вскинул брови.

– Почему с него? – задал он вопрос, но тут же небрежно махнул рукой соглашаясь. – Встань сбоку от его головы.

Ученик обошел стол и встал как велели.

Старик надавил мне на подбородок широко открывая рот, который замер в таком положении.

– Бери щипцы, зажимай язык, и возьми вот тот, плоский ножичек, который тонкий. – указал он рукой.

Довольный малец шустро взял в одну руку нож, в другую щипцы и пощелкал ими. Затем наклонился надо мной, глянул в глаза и подразнил, показывая кончик своего языка.

Все мое тело бросило в дрожь, сердце бешено застучало в груди.

– Несносный мальчишка, – выругался старик.

Пацан тут же стал серьезным и полез в рот щипцами.

Мои глаза наполнились неописуемым диким ужасом. Я почувствовал, как язык сдавили.

– Теперь оттяни вверх. – Учитель начал объяснять, как и что делать. – Сильней оттягивай, вот так. Видишь снизу подъязычную мышцу, подрезай ее, правильно.

Ужасно чувство я испытывал, даже услышал хруст разрезаемой плоти, но боли не было.

– Теперь тяни на себя и под углом вводи нож под основание, правильно, вырезай его.

Я ощущал, как он ведет ножом, глаза выпучились от ужаса.

– Вынимай, – скомандовал старик.

Ученик вынул щипцы, в которых был зажат мой язык, крови действительно не было. Затем мальчишка нагнулся и принялся внимательно смотреть мне в рот. А я не мог поверить в то, что произошло.

– Ух ты! – пацан издал восторженный возглас, – края раны уже затянулись!

– Хватит глазеть, – учитель закрыл мой рот и шагнул на свое место встав напротив живота и стал перебирать инструменты.

– Теперь можешь говорить, я снял блокировку. – Язвительно произнес пацан, поглядывая на мои наполненные ужасом и слезами глаза и хихикнул.

Я попытался пошевелить во рту тем, чего там уже нет. Странное, пугающее ощущение пустоты. Захлопал губами, но не смог даже замычать. Пацан заметил мои потуги, и покрутил щипцами у меня перед глазами, показывая зажатый в них язык.

– Его ищешь? – Хихикнув вновь подразнил. Повернувшись, увидел, что учитель на него смотри, тут же метнулся и убрал его в баночку.

– А что с ним делают, на что идет? – поинтересовался он, закрывая крышку.

– Ни на что. – Старик махнул рукой, подзывая его к себе. – Есть особи, для кого это деликатес. Только еще раз тебя предупреждаю оболтус, свой язык держи за зубами, иначе и тебе вырежу. – Ученик зажал рот рукой.

– Торговля данным товаром, – продолжил старик, – такими…, в общем, опасно это.

Пацан опустил руку.

– Я помню. – Он небрежно отмахнулся, за что тут же поплатился, очередным подзатыльником и обиженно надул губы.

– Соберись, время идет, а у нас полно работы. – Старик недовольно посмотрел на него и распростер надомной руки.

Он стал что-то бормотать, затем провел пальцем от основания шеи до низа живота. Через секунду появилась красная линия, кожа с тела стала исчезать от центра к бокам. Совсем скоро я в диком ужасе поглядывал на свои мышцы, ребра и внутренности.

– Теперь принеси таз и бери большие щипцы и вот этот загнутый нож, – указал он рукой. – Начнем разбирать.

Дальнейшее было за гранью моего рассудка, его окутал дикий ужас. Я выпучил глаза, тупо наблюдая за происходящим, мало что соображая.

Шок был настолько силен, что даже эликсир старика не помог оставаться в полном сознании. Перед глазами все поплыло, я вообще перестал что-либо соображать.

Тело как будто отделилось от меня, стало все равно, что происходит. В голове внезапно появились странные мысли. Я ведь ни тот, кто есть. Я старше, меня зовут Денис. Почему я здесь? Как оказался в этом теле. Откуда я?

Тем временем из меня что-то вынимали, вот еще и еще…

Вскоре почувствовал, как не бьется сердце, уже не дышу, но почему еще жив?

Внезапно перед глазами появились яркие всполохи света, цветные круги, изображение заметалось, исказилось, запрыгало, и я перестал что-то видеть. Через некоторое время голова дернулась, раздался хруст, прошло еще немного времени, и бездна тьмы поглотила меня.

* * *

Я открыл глаза и застонал, часто надрывно дыша.

Осознание того, где нахожусь, появилось мгновенно. Страха не было, лишь небольшая дрожь прокатывалась по всему телу. Картинки произошедшего не затмевали разум.

Да, ужасно неприятно, но все воспринималось со стороны, по всей видимости из-за того, что в последние моменты той жизни я отстранился. Пришло понимание, что на один шаг приблизился к осознанию себя настоящего в чужом теле.

Внезапно я вздрогнул и пошевелил языком и тут же облегченно выдохнул. Он был сухой, но на месте. Странно, жажда не мучила, просто хотелось промочить горло. Быстро приподнял голову и оглядел себя.

– Фу-у. – Расслабляясь я выдохнул. Тело не повреждено.

Помотал головой, сбрасывая ужасное наваждение.

Где же я был, в каком мире? Меня…, нет, того пацана просто разобрали на органы. Он был для них всего лишь ценным ингредиентом. Как же это мерзко и бесчеловечно.

Я глянул по сторонам. Та же комната, ничего не изменилось. У стенки по-прежнему стоит мой рюкзак, бутылка воды. А что тут может изменить?

Я глянул на руки, от таких цепей точно никогда не освободиться и захныкал.

Так, стоп, надо успокоиться! Не освободиться, или все-таки возможно?

Я попытался почувствовать в себе энергию, использовать прежние возможности, но ничего не получилось, лишь в районе груди появилась боль.

Я скосил туда взгляд. На мне футболка, под ней ничего не видно.

По всей видимости, повелитель наложил какую-то печать. Ну да, он же сказал, что тело не сможет умереть, и скорее всего, она же блокирует мои способности.

Да и какой смысл освобождаться? Я все равно не выберусь. Если он не соврал, а зачем ему это, то комната теперь находится глубоко под землей.

Повернув голову на бок, всхлипнул, и все же заплакал. Разум так и не смирился с происходящим.

Мы воспитаны в двадцать первом материальном веке, все потустороннее для нас сказка, фэнтези, абсолютно ни во что не верим.

Внезапно вспомнился дом, мать, отец, как они там? Наверняка сходят с ума, ведь я пропал, и нет никаких следов.

Отец наверняка подключил все свои связи. Но это бесполезно. Меня никогда не найдут.

– Мама, папа, – тихо, жалобно прошептал я и вновь заплакав. От слез все поплыло перед глазами.

Не знаю, сколько так пролежал, здесь времени не определить. Может десять минут, может час, вполне возможно и два. Только совершенно незаметно для себя провалился в глубокий сон, больше похожий на то, когда теряют сознание.

Проснувшись, я вздрогнул. Нет, нахожусь все там же. Какие же были прекрасные сновидения!

Снилась школа, моя комната, мать что-то говорила, улыбалась. Пацаны, наши тусовки. Я печально вздохнул.

Значит, как говорил Темный Властелин, необходимо каким-то образом очнуться в другом теле, это единственный путь освобождения. Что-то же уже получилось в самом конце. Вот только это ничего не дало, но хоть какой-то прогресс.

Что же мне делать? Скоро вновь куда-то отправят. Как там очнуться, как избежать смерти? Но если удастся, ведь тогда это тело умрет? Я попытался глубоко вздохнуть, но не получилось.

Мне нравилась моя жизнь, я был здоров, полон сил. А что будет там? Что достанется? Тело тощего малолетки? А разве есть выбор?

А что потом, если удастся вспомнить себя настоящего? Властелин сказал, слуги смерти все равно настигнут меня, долго не проживу.

Есть лишь один положительный момент, уже не буду бояться смерти, зная, что все равно не умру.

А сколько раз уже умирал?

Я усиленно принялся копаться в своей памяти, пытаясь что-то выяснить. Да, нечто промелькнуло, голову прострелило болью, а затем внезапно явственно ощутил петлю на шее. Как она затягивается сдавливая ее, перекрывая возможность дышать. Закашлявшись, захлопал ртом, хватая воздух.

Наваждение быстро исчезло, но это было очень страшно. Получается, уже не первый раз умирал, лучше не ворошить прошлое. Хорошо, что не помню, а то и с ума можно сойти. Немного успокоившись, задумался.

Интересно, а меня занесет когда-нибудь в наш мир, или я так и стану скитаться непонятно где?

А вдруг все, что пишут в книгах, правда? Ведь я был в мире, где есть магия, там еще упоминали о вампирах.

Значит, могут быть и тролли, гоблины, орки, темные эльфы, гарпии, демоны, некроманты, зомби? Я же могу где-то у них оказаться и меня живьем сожрут или выпьют всю кровь! Надо же было так во все это вляпаться!

Вновь страх принялся окутывать разум, прикасаться своими липкими щупальцами к моему рассудку.

Пугала неизвестность будущего. Какой страшной смертью предстоит умереть в следующий раз? То, что она не будет легкой, в этом не сомневался.

Холодок пробежал по всему телу, я сильно зажмурился и сжал зубы вспомнив слова Темного Властелина.

«Умирать, ты будешь по-настоящему, осознавая весь ужас происходящего».

Подо мной вновь засветилась печать, я напрягся, мурашки побежали по телу, ну вот, вновь начинается.

– Вспомни себя, вспомни себя, вспомни себя…, – затвердил я, все громче произнося слова, пока не сорвался на крик.

Мелькнули тени, вновь появилось неприятное ощущение, что тебя кто-то вырывает из тела и куда-то тащит. Сознание потухло, погрузившись во тьму.

Глава 5

Очнувшись, я почувствовал боль в затылке, застонал и открыл глаза.

Лежу на полу, рядом стоят ящики, корзины с различными овощами и фруктами.

Присев обхватил голову руками. По всей видимости упал, ударившись обо что-то. Но как это произошло, ничего не помню.

В памяти возникла странная фраза «вспомни себя». Бред какой-то, и тут боль в голове резко усилилась.

– Ай, ай, ай, – я запричитал, даже зажмурился и прижал подбородок к груди. Хорошо, что все быстро прошло. Потрогал затылок, убедился в наличии большой шишки.

Так я же на склад за продуктами пришел! На кухне капуста закончилась, лука мало, вот меня сюда и послали. Да как же умудрился грохнуться? Поскользнулся что ли?

Поднявшись, осмотрел пол, но он чистый, ничего нет. Дверь закрыта, валяется моя пустая корзинка, что же произошло?

"Вспомни себя", в голове вновь прозвучала та же фраза. Что за дурацкая мысль? Как я могу вспомнить себя, если полгода назад была серьезная травма головы, что привело к полной потере памяти.

Впоследствии мне дали имя Дэн, это хозяин таверны придумал, чтобы как-то называть.

Нашли меня наемники, полудохлого в канаве возле дороги, на том месте караван ограбили.

Кто я такой, откуда, неизвестно. Одежда добротная, замшевые черные брюки, дорогая рубашка, жилетка, кожаные короткие сапожки, явно не из бедной семьи. Это мне так потом рассказали, сам находился в полном беспамятстве.

Осмотрели меня, на вид лет четырнадцать, волосы светлые, аккуратно пострижен, черты лица правильные. Обыскали, но нигде ничего нет, кто такой, неизвестно.

Довезли до таверны, а куда еще девать, у них дальний путь, с собой не потащишь. Переговорили с местным хозяином, попросили забрать пацана, раз по дороге не помер, значит выживет.

Таверна стоит на проезжем тракте, здесь и гостиница, и скотный двор, недалеко поселок. Только мага там нет, но есть женщина, которая травами лечит. Хозяин смекнул, я не из бедной семьи, родные найдутся, отблагодарят за спасение. Немного подумал, да и согласился меня оставить у себя, лишние руки в хозяйстве сгодятся.

Отправил он гонца в поселок за травницей, потратил немного денег на лечение. Хорошая женщина, выходила меня, так и остался у него жить. А куда идти, если понятия не имею кто такой.

Помогаю в хозяйстве, обслуживаю гостей в зале, когда много народу и Лада с Мирой не справляются.

Разговаривал со многими людьми из разных мест, но никто меня не знает, так и живу при таверне.

Неподалеку находится старая крепость, часто там бываю. До нее всего шесть миль. Таскаю их начальнику хорошее вино.

Его тоже можно понять, невесело работать в тюрьме. Это когда-то там гарнизон стоял, дальше дикие земли были. Сейчас княжество расширило свои владения, вот и сделали из нее тюрьму, для всякого отребья, как он говорит.

Покидает ее редко, скучно мужику, пьет потихоньку, но обещал поспрошать через своих служивых обо мне.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.