Проект ОКО с самообучающимися нейрочипами
Александр Саяпин

© Александр Саяпин, 2020

ISBN 978-5-4498-3434-8

Создано в интеллектуальной издательской системе Ridero

Робот, который создал свою альтернативную реальность

С тех пор как всем роботам установили универсальный исследовательский нейрочип ОКО, они стали любопытными. Кроме осваивания своей специальности и диагностики, им разрешили тратить нерабочее время на собственное развитие. Единственное условие человека – безупречное выполнение своей работы. Это библия робота.

Кто-то должен делать эту грязную работу

Робот-труболаз целую неделю путешествовал впотьмах по грязной трубе подземных коммуникаций. Он нашел с десяток микротрещин и одну подозрительную раковину, явно заводского брака. Все прекрасно заварил. И теперь стоило хорошенечко вымыться. Он был очень чистоплотным роботом. Люди и так с ним неохотно общались из-за его специфичной многократно складывающейся и скручивающейся конструкции и небольших размеров. Правда, благодаря которой, он мог исследовать любые изгибы труб. Но он не умел имитировать мимику, милые улыбки, как сервисные антропоморфные роботы, не было у него и мягких конечностей. А тут еще если будет запах…

Сейчас же, он почистился до блеска, и, проезжая мимо дверей зала диагностики, решился заглянуть, вдруг сегодня повезет и увидит там человека. Это могло быть только при редких и неординарных ситуациях. Люди его привлекали, как абсолютно непостижимое и сложное явление. Во всех их движениях была непредсказуемость, а в словах – тайна и многозначность.

И повезло! Человек сидел в глубоком кресле и чертил в задумчивости на листке кружочки и стрелки. Иногда поднимал руку и переставлял блоки в сложной объемной схеме, светящейся в воздухе перед ним. Труболаз узнал там только некоторые элементы коммуникаций города. Человек заметил замершего у порога маленького скрученного робота и дружелюбно улыбнулся:

– Заезжай, были проблемы с разворачиванием? Не застревал? Знаю, работа пыльная, трубы древние, будем менять, будем менять… Потерпи.

Труболаз обрадовался легкому началу разговора, до этого ему тут приходилось общаться только с ремонтными стационарными роботами, но какое это общение, обмен данными, наладка и диагностика. Он моментально въехал в комнату, не отрываясь взглядом от лица человека, не опуская ни одного его движения. И сразу заговорил:

– Нет, инженерное оригами восхитительно. Удалось пролезть во все закоулки. Думаю, труба еще послужит, но придется за ней присмотреть, похоже была применена технология поверхностного ионного легирования. Значит это было очень давно.

Конечно труболаз выглядел еще нелепее, никаких ручек и таких глазок у него не было.

Разговор по душам

Все это было говорить необязательно, подробный отчет давно сформирован. Но это и самое удивительное, с человеком можно было говорить о необязательном. Параллельно с этим разговором шла целая лавина другого потока информации: мимика, движения, интонация. Еще ни разу робот не слышал абсолютно одинаковых слов. Что удивляло робота, люди могут не отвечать на вопросы или так отвечать, что вопросов становится больше. И робот начал понимать, что люди общаются как-то иначе. Их слова – только наводка, метки.

– Скучно там лазить в темноте неделями? – спросил человек, опять переставив светящийся блок и связи тоже перестроились. Кажется, он искал самое оптимальное расположение. Но схема все еще была запутанной и мерцала в разнобой.

– Мне нравится моя работа. Трубы для меня, как живая ткань, сосуды. Кажется, я скоро смогу определять по схеме уязвимые места. До обследования своими датчиками. Есть другие признаки, мне потребуется новые инструменты.

– Ты быстро учишься, – заметил задумчиво человек, мысли его были не здесь.

Труболаз услышал в словах добрые нотки и еще нечто, что не смог определить. И он набрался решимости:

– Я могу спросить не по теме?

– Давно пора, ИРВИД-17, (спецификация робота-труболаза). Спрашивай.

– Как сбываются мечты?

Человек вздохнул и ответил, не отрываясь от схемы:

– Так мы проговорим вечность и все ни о чем. Давай, лучше на примере. Ты о чем-нибудь мечтаешь? Неужели тебе захотелось летать?

– Нет, по вертикальным трубам я прекрасно забираюсь на распорном механизме, – ответил робот, но осекся, зря поспешил. Он опять пропустил иронию. Захочет ли человек с ним еще общаться? И он решил все быстрей объяснить:

– Я понял, что мечта – это то, что невозможно в данный момент. Или вероятность ничтожно мала. Иначе это будет просто цель, а цель легко программируется.

– Верно, ИРВИД-17.

– Получается, можно ошибиться выбрать пустую мечту?

– Бывает, – согласился человек, все еще глядя особенно внимательно на какой-то сложный узел схемы.

Признание

Кажется, у него что-то начало получаться, связи схемы распутались, а блоки выстроились в красивый узор и запульсировали в такт. Он откинулся в кресле и прикрыл глаза. Робот решил: или сейчас или никогда.

– Я много раз представлял себе, что это не трубы, а… – робот замялся, – космические тоннели времени. И я лечу среди звезд. Это мечта?

Человек отложил карандаш и листок и с интересом посмотрел на маленького трубопрохода, так, что тот свернулся еще больше и стал похож на автомобильный домкрат.

– Ты увлекся фантастикой? Давно ли?

– Я понимаю, что это очень далеко от специальности, даже не имеет никакого отношения. Но это никак не повлияет на качество моей работы, я уверяю вас. На простых участках делаю чисто механическую работу. Я выполняю операции, которые давно освоил, там просто нечему научится. Поэтому иногда приходят такие… образы.

Взгляд человека стал пристальней с прищуром. Робот плохо разбирался в оттенках эмоций, у него было мало для этого материала, только общение вскользь. Но показалась человек смотрит не на него, а в промежуток между ними, странный взгляд. Ему стало не по себе, зря он вкатился сюда. Это была плохая идея. Глупая, опрометчивая.

– Ты очень хорош в своем деле, – сказал человек задумчиво и медленней, чем обычно. Но, если показалось, что все знаешь о предмете, то, поверь мне, это заблуждение. Совершенствованию нет предела. Невозможно знать свое дело до конца. Потенциал ОКО далеко не раскрыт. Все-таки попробуй обосновать свое предложение по новой диагностике проблемных участков, это интересно. И запроси какой тебе нужен апгрейд. У нас еще много архаичных коммуникаций, особенно подводных. Тяжелое наследие века грязной промышленности. Как земля все это выдержала. Там работы непочатый край. Однако ты удивил меня космическими тоннелями, удивил… Может быть это похоже на мечту…

– Я очень скоро найду решение, – поспешил заверить робот. – потребуются ультразвуковые датчики, частоту я выясню.

– Удачи, ИРВИД-17.

Робот вылетел из комнаты, как пуля, вернее, как мог, на своих маленьких рифлёных клацкающих колесиках. Его на минуту охватила паника. Это была самая легкомысленная в его жизни идея. Все могло закончиться не просто сканирующей диагностикой, а реальной дисквалификацией. А это равносильно потери своего Я. Робот должен прежде всего безупречно выполнять свое дело. За это получает свободу для развития. Хватит мечтать, из-за этих глупостей можно потерять все.

Но, когда оказался в своем отсеке и встал на зарядку – успокоился. Просмотрел тысячекратно встречу с человеком, разложив по частотам его голос, проанализировав все модуляции, жесты, движения зрачков. И пришел к выводу, кажется, опасения напрасны. Более того – человек его приободрил. Так долго с ним никто не беседовал!

И все-таки он чего-то не договорил. И это взгляд, может быть он все еще решал свою головоломку? Вот, когда пожалеешь, что даны только основы психологии для общения с техподдержкой. На сегодня хватит.

Прежде, чем перейти в спящий режим, ИРВИД-17 подумал:

А все-таки, что такое мечта?

Робот-марсоход, который сделал неудачное селфи

Внезапная эвакуация

Случилось экстраординарное. Робота-марсохода (спецификация инопланетного исследователя ИМАС-03) срочно забрали с Марса реактивной керамической капсулой. Это неспроста. На земле его уже ждал с нетерпением совет собственной службы безопасности Периметра. Уже от одного этого – у любого робота могли начаться сбои питания. Потребовали предоставить полный отчет о последнем месяце. Но не просто, а запросили и промежуточные результаты, все варианты собственных, выводов, включая ошибочные, чего никогда не делалось. И конечно все ключи шифрования. Ведь у каждого робота был свой уникальный алгоритм и своя оперативная система. Отчет распух, как от ста роботов сразу.