Миримон

1

Утро выдалось прескверным. Сначала Стефан запнулся за грузовик, который вечером оставил посреди комнаты, и пребольно упал, потом выяснилось, что их с Агатой хомяк сбежал из банки, и они так и не смогли его отыскать. Наспех позавтракав, ребята понуро поплелись за мамой в садик.

Двор припорошил первый снег, и брат с сестрой приободрились. По дороге в детский сад они рассматривали следы, ловили снежинки и наблюдали, как они тают на теплой ладони. Стефан в итоге так зазевался, что обронил перчатку, но бабушка из соседнего дома, гулявшая в этот момент со своей старой таксой, окрикнула его.

Такса лаяла как сумасшедшая, видимо приняла перчатку за свою добычу, и Стефан опасливо притормозил, вернувшись назад.

– Матильда, да что с тобой такое, фу! – прикрикнула на собаку хозяйка и оттащила ее за поводок подальше. Мальчик торопливо схватил перчатку, сунул ее в карман, и побежал догонять маму с сестрой.

– Как ты думаешь, найдётся ли Федя? – тяжело вздохнув, поинтересовалась Агата.

– Ваш Федя сидит за каким-нибудь шкафом или комодом, и я надеюсь, к нашему возвращению ничего не погрызет, – заметила мама, торопливо заходя в калитку детского сада.

– Он наверняка захочет есть и погрызет, – покачал головой Стефан, – лучше бы мы остались дома и отыскали его.

– Я и так постоянно опаздываю на работу, Стефан, а если задержусь вечером, вы опять останетесь последние не забранные дети. Лучше не опаздывать. До вечера, милые, будьте умницами, – сказала, чмокнув их в щёки мама, и выпорхнула за дверь, оставив тонкий запах своих духов в воздухе, отчего стало еще грустнее.

Агата поторопила брата, застегивающего сандалии, и они, взявшись за руки, зашли в группу, как всегда их ждал удивительный новый день. Но насколько удивительным он окажется, они и представить себе не могли.

Все началось на прогулке. Когда Стефан основательно заморозил руки, карабкаясь по металлическим брусьям, и вспомнил о том, что нужно надеть перчатки.

– Ой, – услышал он совершенно отчетливый писк и застыл в изумлении. Решив, что ему показалось, мальчик вновь потянул руку в перчатку и на этот раз вскрикнул одновременно с кем-то внутри ее большого пальца.

Стефан осмотрелся по сторонам в поисках сестры. Она сидела в беседке и выкладывала буквы из камешков. Любопытство боролось в нем с испугом. Мальчик присел на корточки и попытался вытряхнуть из перчатки то, что там пищало, готовый дать деру в любой момент. Но существо завопило тоненьким голоском:

– Пожалуйста, прекрати, мне нельзя на землю, дверги найдут меня!

– Ты кто такой? – перестав трясти перчатку, спросил заинтригованный Стефан.

– Меня зовут Миримон, я альв.

У Стефана бешено колотилось сердце от необычности всего происходящего, но он почему-то был уверен, что Миримон скорее сам нуждается в защите, чем может навредить.

Он заглянул в перчатку, но никого там не увидел, хотя в большом пальце, теперь он чувствовал, находился кто-то теплый и плотный.

– Почему я тебя не вижу, и откуда ты взялся в моей перчатке?

– Я могу становиться невидимым для своей безопасности, а забрался я сюда, когда ты утром обронил перчатку по пути в детский сад.

Стефан вспомнил, как неистово лаяла утром старая такса на его перчатку, и сообщил примиряюще:

– Той собаки здесь нет, можешь вылезать и показаться, мне ужасно любопытно какой ты.

– Я охотно покажусь тебе, когда мы придем домой, но пока мне страшно. Если ты не против, то я посижу здесь, в большом пальце твоей перчатки, до вечера. Если меня заметят дверги, то больше никто никогда уже меня не увидит, и мама с папой тоже, как они, должно быть, переживают!

Миримон всхлипнул, а Стефан вдруг ощутил, что все происходящее не просто удивительное приключение, но и довольно серьезное и даже опасное событие для маленького существа, с которым он только что познакомился.

Домой Стефан торопился вприпрыжку и очень сетовал на то, что мама с сестрой так неторопливы, им пришлось зайти за продуктами, потом долго и мучительно Агата выбирала себе заколки на утренник, пока Стефан не взмолился:

– Агата, наш бедный хомяк умрёт от голода или сгрызет весь шкаф пока ты тут ерундой занимаешься!

Это подействовало, и сестра торопливо подала продавцу вишневые заколки, которые, на взгляд Стефана, особо не отличались от розовых. Он осторожно потрогал перчатку в кармане, проверяя, там ли еще сидит Миримон. Мальчик очень боялся, что неведомый альв найдет себе укрытие понадежнее, чем карман шестилетнего мальчика, и он так никогда и не узнает даже, как выглядел этот Миримон.

Но придя домой, Стефан так и не смог броситься скорее в свою комнату. Мама напомнила детям, что нужно помыть руки.

– Агата, быстро моем руки и идем в комнату, я должен тебе показать кое что! Срочно!

– А Федя? – напомнила Агата.

– Он сидит на кухне в ящике с крупами и вовсе не голоден, – раздался тоненький голосок, и дети от неожиданности подскочили. У Агаты к тому же так вытянулось лицо, будто она услышала привидение.

– Кто это сказал? – прошептала пораженная девочка.

– Миримон, ты где? – спросил, осматриваясь, Стефан.

– Да вот он я, – весело сообщил голосок, и дети увидели сидящего верхом на водопроводном кране мальчика, размером с палец.

Волосы и глаза у него были зеленого цвета, а острый носик был так обильно усыпан веснушками, что непонятно было, как они все там помещаются. Миримон наклонился и попил воды прямо из крана.

– Что ты делаешь, эту воду нельзя пить, – испугалась девочка и сразу стала похожа на маму.

– Можно, когда с утра у тебя во рту не было и маковой росинки, – возразил Миримон и повис на кране вниз головой.

– Почему ты не сказал об этом на прогулке, я бы нашел способ принести тебе воды и поесть в шкафчик, – поинтересовался Стефан.

– Я бы и сам добрался до еды, но в детском саду нет домовых, и поэтому там могут шнырять всевозможные друзья двергов.

Дети стали расспрашивать наперебой:

– А у нас здесь что, есть домовой?

– А кто такие дверги и почему ты их боишься?

Тут мама заглянула в ванную комнату и позвала детей ужинать, сообщив заодно, что хомяк нашелся в ящике с припасами на кухне, и благополучно возвращён в банку.

– И, кажется, он объелся, – добавила мама и пристально посмотрела на детей, – вы почему такие странные, что-то случилось? Разбили что-нибудь? Сломали?

Агата мельком оглянулась на кран, но к ее облегчению там никого не было. Стефан замотал головой:

– Все в порядке мама, я просто хотел спросить, как ты думаешь, что едят домовые и где они спят?

Мама пожала плечами и сказала задумчиво:

– Думаю это вполне можно обсудить за столом, пока ничего не остыло, вперед, на кухню! И откуда в твоей голове берутся такие вопросы…

К большому удивлению мамы, Стефан и Агата очень быстро все съели, поблагодарили за ужин и удалились в свою комнату. Где сразу обнаружили Миримона, он сидел рядом с банкой с хомяком и насвистывал какую-то мелодию.

– Ваш хомяк хочет побегать в карусели, ему тяжело дышать уже от обжорства. И еще он передает вам, что никакой не Федя, а Вильгельм.

– Ты понимаешь речь хомяков? – удивилась Агата.

– Скажем так, я понимаю речь всех живых существ. Вы принесли мне покушать?

– Эээ, нет, Миримон, – смутился Стефан, а Агата и вовсе покраснела, – А чем ты питаешься?

– Преимущественно овощами и фруктами, но подойдет и кусочек хлеба с сыром, например.

Агата стремглав бросилась опять на кухню, а Стефан сел на ковер и задал давно интересующий его вопрос:

– Но где ты живешь, и много ли таких человечков еще существует, почему мы раньше никогда не встречали ни одного?

Агата принесла блюдце с яблоком, печеньем, хлебом и сыром, и виновато призналась:

– У нас только яблоки, а морковка замороженная в морозилке, но я завтра попрошу маму купить побольше разных фруктов и овощей, – и девочка добавила с надеждой, – Ты ведь останешься на завтра?

Миримон сел на блюдце, отрезал крошечным ножиком кусок яблока и тяжело вздохнул:

– Боюсь мне придется остаться у вас на всю зиму, если конечно вы не будете против.

– Мы согласны, – выдохнули в один голос ребята, а Агата начала радостно прыгать и хлопать в ладоши, – Но расскажи, откуда же ты взялся и что с тобой случилось.

Миримон достаточно проворно уплетая яблоко начал рассказ:

– Альвы, это маленький волшебный народ, нас еще называют цветочные эльфы, но ни в каких цветах мы не живём и пыльцой не питаемся. Раньше альвы жили вдали от людей, в лесах и холмах, но сейчас мы вынуждены селиться прямо под носом у людей, чтобы помочь природе и защитить ее, иначе скоро не останется ни лесов, ни живописных холмов, ни чистых рек. Своим волшебством альвы по возможности очищают кислород, ликвидируют мусор и загрязнения, останавливают тех, кто уничтожает или калечит растения в городах, подлечивают и спасают от гибели деревья и кустарники, поврежденные деятельностью людей, и помогают тем из людей, кто занимается охраной природы. Эпицентр разрушения нашей среды обитания начинается здесь, в городе, поэтому и мы здесь. Но проблема в том, что в городах нет такого обилия растений, совсем нет холмов, поэтому мы живем в заколдованных подземных городах. Человек, даже если выкопает глубокую яму, не сможет отыскать такой город, он за гранью его восприятия. Но вот дверги тоже, как и мы, обладают магией, и они разыскивают наши города и разрушают их. Дверги, это маленькие злобные гномы, они, в отличие от альвов, всегда жили под землей, и теперь люто враждуют с нами, считая, что мы заполонили их земли и притесняем их. Дверги очень жестоки и по-настоящему опасны, если альв попадёт к ним в руки, они убьют его. Благо альвы очень искусны в магии и умеют защищать себя и свои семьи. Но вот альвы-дети недостаточно искусны в магии, чтобы справиться даже с одним двергом впятером.

– И ты попал в лапы к двергу? Ты ведь альв-ребенок? – прошептала, прикрыв рот ладошками, Агата.

– Чуть было не попал, я забрался в перчатку твоего брата как раз в момент, когда дверг заметил меня. Но магия двергов бессильна против человеческих детей, поэтому, когда я оказался в кармане Стефана, мне уже ничто не угрожало, – Миримон закинул в рот еще кусок яблока и погладил живот.

– А как ты вообще оказался в этой ситуации? Где твои мама и папа? Почему ты был на улице один? – наперебой расспрашивали ребята.

– В мире альвов магия тесно связана с природой. С первым снегом наш подземный город закрывается невидимыми магическими щитами до первой весенней проталинки. Его не сможет обнаружить и проникнуть туда ни один дверг. Мы как бы впадаем в спячку, становимся очень вялые, кушаем и спим. Альвы-дети в это время учатся магии во сне. У нас такие школы, все обучение проходит, когда ты спишь дома в кровати, но сознание твое в этот момент находится в конкретном месте, в школе эльфов. Там обучаются не только альвы, но и другие волшебные существа, и только дверги с этой школой не сотрудничают. У них свои школы, не очень доброй магии. Так вот, я выскочил всего на минутку этим утром, мы играли с моим другом, Илимом, и я проиграл спор, поэтому должен был выбраться из города на поверхность и пробежать до ближайшего дерева и обратно. Каково же было мое изумление, когда я выбрался и увидел кружащие снежинки, это было так красиво и здорово, я засмотрелся на них, потом вспомнил про щит, рванул обратно в лаз, а его нет. И сколько я не искал, так и не нашел ни одного входа в наш подземный город. Ни одно живое существо не может проникнуть через барьер щитовой магии. Иначе дверги давно бы нашли способ добраться до нас пока мы спим, и перебить всех.

– И долго ты оставался один на поверхности земли? – взволнованно спросила Агата.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «ЛитРес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на ЛитРес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.