Соло на айфоне
Айдар Хусаинов

Дизайнер обложки Рим Валиахметов

© Айдар Хусаинов, 2021

© Рим Валиахметов, дизайн обложки, 2021

ISBN 978-5-4498-5210-6

Создано в интеллектуальной издательской системе Ridero

***

Как-то встретил знакомого драматурга, рассказал, что пишу пьесу на такую-то тему, что идея такая-то. Через полгода он зовёт меня на премьеру своей пьесы. Угадайте, о чем в ней рассказывалось?

С тех пор он всем жалуется, что Айдар скрытный, никогда не скажет, над чем работает.

***

Брал интервью у милицейского начальника. Спрашиваю:

– А какие места в Уфе вам нравятся?

– У нас много красивых мест, – отвечает он. – Но куда бы я не пришёл, я все время вспоминаю преступления, которые там были совершены!

***

Поэт Ринат Юнусов говорил:

– Если тебе в 99 местах дали по жопе, иди в сотое, там тебя ждут!

***

Спрашиваю одного башкирского писателя:

– А ты почему с таким-то нашим коллегой не общаешься?

– А, он пиздарный! – отвечает писатель.

***

На птичьем рынке возле Авдона встретил чудесного кролика. Его в руках держит мальчик.

– Ого, – говорю, – какой кролик!

– Он очень вкусный! – с энтузиазмом восклицает мальчик.

***

Лет тридцать назад пришёл на выставку неизвестного мне молодого художника по имени Ринат Миннибаев. Смотрю – интересные работы, сделаны на особой фактурной бумаге.

Народу много, любопытствуют. Тут одна девушка спрашивает:

– А как эту бумагу делают?

– Берут обычный ватман и тщательно жуют, – говорю. – Потом сушат – художник сутки сидит на прессе.

– Не верю! – говорит девушка.

– А вот я могу подтвердить, – встрял какой – то молодой человек, который стоял рядом.

– А вы откуда знаете? – вскинулась девушка.

– Я автор, Ринат Миннибаев, – сказал молодой человек.

***

Один уфимец переехал на ПМЖ в Германию, работы не было и он устроился на мясокомбинат. Там он делал сосиски. Это не просто – надо было набить мясом кишку, а потом размять ее пальцами.

– Слушай, – говорит ему мастер. – Да ты талант! Обычному человеку надо полтора года, чтобы делать такие сосиски!

– Ну я же не зря кончал консерваторию по классу фортепиано, а потом пятнадцать лет работал в театре оперы и балета в Уфе, – ответил наш земляк.

***

Камиль Бузыкаев рассказывает:

– Я женился, как я тогда наивно думал, на самой молчаливой девушке в мире. Поскольку не мог вставить ни слова в разговор, пришлось научиться рисовать.

***

Приходил молодой человек устраиваться на работу. Говорит:

– А если я не справлюсь?

– Захочешь – справишься! – отвечаю.

– Ну это же от меня не зависит! – уверенно сказал он.

***

– Эх, Айдар! – вздохнул поэт Ринат Юнусов. – Как же тебе повезло, что твой организм водку не любит!

***

Музыкант Евгений Напалков из группы «Аннигиляторная пушка» мечтал познакомиться с легендарным композитором Римом Махмутовичем Хасановым. Часто дежурил возле дома, но вот Как-тоне везло.

Однажды он от полноты чувств заснул в подъезде, где жил композитор. Среди ночи его кто-то разбудил.

– Ты кто? – спрашивает.

– Музыкант, – отвечает Евгений.

– Я тоже, – говорит незнакомец.

– Выпить хочешь?

– Хочу! – говорит Евгений.

Выпили они, закусили, познакомились, поболтали и разошлись.

С тех пор Евгений Напалков рассказывает:

– В этом подъезде живут два прекрасных человека – композитор Рим Хасанов и музыкант Селиваныч!

***

Пишу знакомой девушке в Москву:

– С поэтом Залесовым побывали на турбазе ««Айгир». Я снял с себя двух клещей, а он – целых пять.

Знакомая пишет в ответ:

– А что вы сделали потом с клещами? Надеюсь, выпустили их обратно?

***

В 2010 году я побывал в Казани на «Державинских чтениях». Нас – большую группу писателей – повезли на родину Тукая, в Арский район.

В автобусе один татарский писатель стал с воодушевлением рассказывать:

– Друзья! Мы въезжаем в город Арск! Это название происходит от татарского слова Арча! Это значит можжевельник! Здесь издревле жили татары!

– Позвольте! – встрепенулся сидевший рядом со мной писатель. – Это название происходит от слова Ар, что означает удмурт. Вот меня, к примеру, зовут Вячеслав Ар – Серги, и здесь издревле жили удмурты.

Татарский писатель встрепенулся, но промолчал, и мы поехали дальше. Побывали в музее Тукая, встречались с читателями, выступали на вечере. Когда ехали обратно, тот же самый татарский писатель с воодушевлением сказал:

– Друзья! Мы покидаем город Арск! Это название происходит от татарского слова Арча, что значит можжевельник! Здесь издревле жили татары!

Вячеслав Ар – Серги встрепенулся, но промолчал.

***

Едем со Светланой Гафуровой в машине.

– Света, откуда ты так хорошо знаешь дорожные знаки? – спрашиваю я.

– Ну как не знать, если я за каждый из них отдала пятьсот рублей! – отвечает Света.

***

Поэт Ркаиль Зайдулла даёт интервью. На все вопросы он отвечает:

– Потому что я татарин!

– Вы известны тем, что всегда говорите то, что думаете. А это почему? – спрашивает наконец корреспондент.

– Это потому что я мишар, сам уже готов высунуть язык и бить по нему! – отвечает Ркаиль.

***

Галарина сказала: «Это только хулиганы собираются в стаю. Вы когда – нибудь видели банду отличников?»

***

– А почему Зухра на тебя обиделась? – спрашивает Галарина. – Ты что ей сказал такого?

– То же, что и тебе – солнышко светит, ветер дует, дождь собирается, – говорю в ответ. – Только ты на это улыбаешься, а Зухра на стенку лезет!

***

Однажды я познакомился с пожилым башкирским журналистом. Агай многие годы жил в Средней Азии. Он рассказал, что работал в казахской, узбекской, киргизской, уйгурской и еще разных других национальных газетах.

– Вы что, знаете все эти языки? – удивился я.

– Достаточно знать сто слов! – засмеялся агай.

***

Мила, дочь художника Камиля Бузыкаева, проводит с отцом разъяснительную работу:

– Папа, если ты меня не нарисуешь, я до вечера буду выносить тебе мозг, пока ты не сделаешь, как я хочу!

***

– Ты, Айдар, не башкирский журналист, – сказал мне как-то Мустай Карим.

– Почему? – удивленно и несколько настороженно спросил я.

– Ты всегда приходишь вовремя! – засмеялся Мустафа Сафич.

***

Бабушка мне в детстве говорила:

– Зачем ты слушаешь эту иностранщину? А что, если они поют «инаннен куте»? (Это башкирское ругательство).

Самое смешное, что когда я узнал, о чем поют рокеры на английском своём языке, я понял, что бабушка была права.

***

Поэт Айрат Еникеев устроился на работу в «Башнефть», в пресс – службу. Пришлось нелегко – заботы и хлопоты с утра до вечера, да ещё начальство постоянно кричит. Наконец Айрат Марсович не выдержал и спросил:

– А почему вы постоянно оскорбляете мое человеческое достоинство? Начальник, москвич средних лет, весьма удивился такой наглости и ответил вопросом на вопрос:

– А как вы думаете, за что мы Вам платим 150 тысяч рублей ежемесячно?

***

Когда меня назначили главным редактором газеты «Истоки», нашлись люди, которые стали говорить:

– Покойный Филиппов хотел Дениса Лапицкого, он должен был стать его преемником.

– Лапицкий все равно не стал бы работать, – отвечал я оппонентам в интернете.

И тут откликнулся сам Денис.

Он написал мне:

– Вы всех обманываете, когда говорите, что я не стал бы работать главным редактором!

– Помилуйте, – пишу ему в ответ. – Вы же сами на второй день после моего назначения пришли ко мне с заявлением об уходе в «Баштрансгаз»!

– Ну вы же понимаете, что от такого предложения не отказываются? – возмущённо ответил мне Лапицкий.

***

Фотограф Николай Критский выкладывал в фейсбуке фотографии уфимцев.

– Каки они у вас мрачные, – написал я ему.

– Вы ошибаетесь, уфимцы очень милые люди! – отвечал мне Николай.

Наконец он сделал выставку и продал первую фотографию, о чем написал в блоге.

– А вот вы продаёте фотографии людей, а если они не согласны с этим? – тут же ему написали в ответ.

– Не согласны – уберу, – написал Николай. – А вообще от этих уфимских правозащитников уже тошнит!

***

Я пришёл на работу в «Молодежную газету» и провёл там интернет. На следующее утро редактор Виктор Савельев собрал коллектив.

– Товарищи, Айдар Хусаинов распространяет порнографию через интернет! Что будем делать? – сурово спросил он.

– С чего вы взяли, что это он? Интернетом все пользовались! – удивился коллектив. Савельев не нашёл, что сказать и закрыл собрание.

Через две недели он опять собрал коллектив.

– Давайте разберёмся, как пишет Айдар Хусаинов, – сказал он.

Коллектив молчал, только кто-то сказал:

– Он же писатель, чего с ним разбираться?

И тут встала корреспондент Светлана Нургалеева.

– В своём репортаже из театра Айдар Хусаинов написал: «Это был практически лукуллов пир духа!» Так говорить нельзя, это аморально и неправильно! Или лукуллов пир, или пир духа, одно из двух, практически! Так она бушевала минут двадцать. Савельев сиял, а кто-то из коллектива сказал про Свету:

– Далеко пойдёт!

Так и вышло – она сменила имя и фамилию, теперь ее зовут Екатерина Некрасова.

***

Жил в Уфе в семидесятые годы журналист Марган Мерзабеков.

Чем – то его обидел первый секретарь Башкирского обкома партии Мидхат Закирович Шакиров. И вот Мерзабеков решил о нем писать повсюду, в том числе в вышестоящие органы.

Прошли годы. Уже сняли с работы Шакирова, уже не стало КПСС, а потом Советского Союза, уже Шакиров умер, а Мерзабеков все писал и писал о том, какой же это негодяй.

Вот так журналист нашёл себе тему на всю жизнь. До последнего дня стоял он на защите правды.

***

В Уфе и Казани порой попадаются люди, которые говорят о том, что между нами нет различий, мол, два крыла одной птицы, и все тут!

Я изучал биографию Сергея Довлатова и вдруг обратил внимание на его приятеля, питерского писателя Валерия Попова. Так вот, Попов всю жизнь жил с начальством очень хорошо, а Довлатов конфликтовал. И что вы думаете? Попов родился в Казани, а Довлатов в Уфе!

***

Когда Раиль Сарбаев стал премьер – министром Башкирии, все мои друзья и знакомые стали меня поздравлять:

– Ну ты же тоже зианчуринец, ты же зианчуринский, как он, а??

Слушал я их, слушал, а когда они устали возбужденно радоваться, сказал:

– Ну да, я зианчуринский! А толку-то?!

***

В магазин вошли три ребёнка лет пяти – девочка и два мальчика. Спросили мороженое, выбрали из витрины. Мальчик и девочка взяли по маленькому мороженому, а второй мальчик взял просто огромный пломбир.

– Почему ты берёшь такое большое мороженое? У тебя лишний вес, тебе же вредно! – сказал я.

Мальчик задумался, тяжкое недоумение отразилось на его лице.

– Потому! – наконец выпалил он и обрадованно пошёл к выходу.

– Уфимец растёт! – подумал я вослед.

***

– Иосиф Давидович, а как вы общаетесь с болгарами? – спросил я поэта Гальперина. – Вы же языка не знаете!

– А я дружески киваю! – отвечает Гальперин.

Кто не знает – мотать головой из стороны в сторону по болгарски значит «да», а кивать значит «нет».

***

Галарина приехала из Питера.

– Ну как, ты встретилась с Тарасом Бурмистровым? – спрашиваю.

– Да-а! – махнула рукой Галарина.

– А что так? – удивился я.

– Да он все время говорит: «Айдар гений, Айдар гений»! – сказала Галарина и махнула рукой, дескать, что с вами поделаешь.

***

Еду как-то в троллейбусе по Садовому кольцу в Москве. Только приближается остановка, пассажир передо мной вытаскивает сотовый и Что-то говорит. Я заинтересовался, прислушался.

– Зиночка, проехали Садово – Триумфальную, – сказал пассажир. Жене, оказывается, докладывает свою дислокацию.

***

В советское время в Уфе проходили учения гражданской обороны. Местные товарищи увлеченно эвакуировали предприятия, осваивали бомбоубежища на территории республики. Все прошло на отлично.

Состоялся банкет. Слово представили старенькому генералу из Москвы. Он откашлялся и негромко сказал:

– В реальных боевых действиях достаточно одной бомбы и все мосты упадут. Вы никуда не выберетесь. Уфа – это большое кладбище.

***

– Почему тебя все любят? – спрашиваю знакомого поэта.

– А я в Уфе башкир, в Казани татарин, а пока еду – то тептяр, то мишар, то чуваш! – отвечает он.

***

Мой брат после армии проездом заглянул в ДАС, дом аспиранта и студента МГУ, к друзьям с психфака МГУ. Сидят, на гитарке играют, умные речи ведут. Мой брат после армии отдыхает душой.

Тут взваливаются в комнату два гопника. Начинают вести себя по хамски, девушек тянут за руку, в общем, очень неприятно стало.

Тут мой брат попросил вежливо прекратить безобразия. Одет он был в гражданку, и два гопника тут же стали на него быковать.

Ну брат и заехал обоим промеж глаз.

Нужно было видеть их недоумение!

***

Вдруг случайно на улице встретил Шамиля Валеева. Поздоровался, чувствую, меня не слушают.

– Извини, – говорю, – я и забыл, что прохожу у тебя по разряду городских сумасшедших.

– Я тебя услышал, – блеснул глазами Шамиль.

***

Идем как-то с Володей Глинским. Навстречу один башкирский писатель.

– Вот, Айдар, ты башкир, а похож на русского. А вот Володя русский, а похож на башкира. – говорит он. – Почему же так получается, а?

– Это потому что он не пьет, – сказал Володя.

***

Захожу в мечеть, а там на входе два ящика для сбора пожертвований. Вытаскиваю купюру, слышу голос из – за спины:

– Молодой человек, подождите!

Подбегают два бородатых товарища в халате.

– Не надо туда бросать, нам отдайте!

– Эге, ребята, – отвечаю. – Это все-таки не вам!

И бросил деньги в ящик.

***

Знакомая девушка жаловалась на судьбу, спрашивала, как быть.

– Напиши двадцать рассказов, станешь писателем, – отвечал я.

Прошло двадцать лет. Столько рассказов она так и не написала, писателем не стала, но и вопросом, что делать, больше не задается. Ясно же – сделать ничего нельзя!

***

Лет пятнадцать назад я пришел на какую – то пресс – конференцию. Девушка за столом регистрации подняла сердитое уфимское лицо и спросила:

– Вы кто?

– Своих поэтов надо знать! – вдруг раздался голос за ее спиной и к столу подошел уфимский журналист Сергей Фуфаев.

Я смущенно поздоровался. Было очень приятно, что меня знают.

Ну и какая судьба ждала в Уфе человека, который знал своих поэтов?

Разумеется, его побили какие-то негодяи, потом на него много раз подавали в суд, выгнали с работы и он был вынужден уехать в Москву.

***

Когда я перевёл на русский язык эпос «Урал – батыр», я его раздал всем своим друзьям и знакомым – чтобы они высказались, вдруг Что-то не так.

Один башкирский писатель мне тогда сказал:

– Наконец – то я прочитал его.

Другой обрадовался:

– Наконец – то я понял, о чем он написан!

Писатель и переводчик Газим Шафиков огорчился:

– Теперь мой перевод все забудут! – сказал он.

***

Прошло десять лет. Однажды на большом собрании писателей наша известная литератор и общественный деятель Марьям Буракаева долго меня ругала за перевод. Она нашла в нем ошибку.

Я эту ошибку поправил за две минуты. Просто проглядел. Такое бывает.

Прошло ещё пять лет, и другой известный литератор Салимьян Бадретдинов мне написал:

– Айдар, в твоём переводе есть досадные ошибки!

Правда, в чем конкретно эти ошибки выражаются, он так и не сказал.

Так что я жду, когда пройдёт ещё десять лет и кто-то из моих коллег снова меня покритикует.

***

На УФЛИ я процитировал слова Иосифа Гальперина о том, что границу надо пересекать в толпе.

Александр Залесов тут же ехидно заметил:

– Однако границу с Болгарией он пересёк один!

***

Когда я только-только поступил в сельхозинститут и переехал в Уфу, гулял по улице Ленина с одним знакомым, который тоже недавно стал уфимцем. Мы разговаривали о том, о сём, и вдруг он заторопился.

– Куда это ты? – удивился я. Он замялся. Наконец, после долгих расспросов он сказал, что ему надо на автовокзал.

– А что ты там собираешься делать? – ещё сильнее удивился я. Он опять замялся, покраснел, на лице его заиграла целая рок – группа чувств.

– Да я… в туалет… туда езжу… – нехотя, с трудом себя заставляя, сказал он.

– Ну ладно, – сказал я. – Пойдем, провожу тебя. Только давай пойдём через вот этот переулок, так ближе. Хорошо?

Мы свернули с улицы Ленина, прошли десять шагов под арку, и я показал ему… общественный туалет (это было возле МВД, кому интересно). Как же он был счастлив!

***

Как-то все встречные и поперечные мои знакомые стали меня спрашивать:

– Как ты думаешь, кому дадут премию имени Салавата Юлаева?

Одному я улыбнулся, с другим пошутил, третьему пожал плечами. Когда ко мне подошёл пятнадцатый человек, я сказал:

– После Рината Камала можно давать кому угодно!

***

Мы с Наной Эристави учились вместе в Литературном институте на одном курсе. Однажды на перемене вдруг решили поиграть в города.

– Ли, – сказала она.

– Это что за город такой? – удивился я.

– В Ирландии, – ответила она.

– Исянгулово! – сказал я тогда.

– А это что за город? – удивилась она.

– В Башкирии! – сказал я.

Но в Ирландии городов оказалось больше, так что я все равно проиграл эту игру.

***

Как-то меня пригласили в Сербию, погостить в писательской резиденции. Оказалось, что никто из моих коллег не говорит по русски, ну и я ни слова не знал по сербски. Три дня я сидел и слушал застольные разговоры, а на четвёртый день вдруг понял, что они сказали буквально вот что:

– У нас говорят – пьёт, как русский. А этот русский совсем не пьёт!

И я автоматически сказал:

– Это потому, что я пью как серб!

***

Приехал я в одну деревню, а там один бабай мне говорит:

– Что-то ты не похож на башкира!

– Это потому, что вы впервые в жизни видите умного, талантливого и образованного башкира! – ответил я.

***

Разговариваем с моим другом Володей Глинским. Володя говорит:

– Ты меня все время упрекаешь!

– Я тебя ни в чем не упрекаю!

– Нет, ты меня упрекаешь!

– Ну хорошо, как я тебя упрекаю?

– Ты говоришь – не пей!

***

Светлана Гафурова написала рецензию на мою книгу «Соло на айпаде». Получилось так: «Сергей Довлатов писал смешнее, чем Айдар Хусаинов, потому что боролся против коммунизма».

***

Янина Свице пишет Светлане Гафуровой:

– Света, я не могу долго читать вашу ФБ ленту. Она мне напоминает жизнерадостную истерику.

***

Поэтесса Тамара Ганеева написала воспоминания о поэте Рамиле Янбекове:

– Когда мы с ним работали в журнале «Агидель», он часто приходил ко мне, рыдал от отчаяния, жалуясь на свою несчастную судьбу. Я боялась, что от моего сочувствия он совсем расклеится, поэтому ни разу его не пожалела.

Я ему говорила:

– Я вот баба, и то терплю, а ты, гнилой лапоть, чуть что, сразу реветь начинаешь!

***

В школе мне часто говорили:

– Айдар, тебе не кажется, что ты слишком много думаешь о себе?

Этот вопрос ставил меня в тупик, я не знал, что ответить.

Прошли годы. Я закончил два института, издал с десяток книг и приехал в родное село. Мне казалось, что я нашёл ответ.

Однако оказалось, что люди, которые задавали мне этот вопрос, или умерли, или спились, или все ещё сидят в тюрьме.

Так мне и не удалось поделиться с ними своими мыслями.

***

Муж одной знакомой пришёл домой счастливый.

– Представляешь, – говорит, – мне выдали паспорт, а там написано, что я по национальности NN. Но ведь я ZZ! Как я на них кричал! И вот мне поменяли паспорт! – с гордостью показал он краснокожую книжицу.

– И тогда я поняла, что мой муж дурак, – с горечью рассказывала потом знакомая. – И что вся родня с его стороны – тоже дураки! Среди них не было никого с высшим образованием! Как же я раньше этого не видела?

***

Пришёл на выставку художника Адиса Агалетдинова. Спрашиваю у него:

– Адис, а вот у тебя в каждой картине есть масонские знаки. Это означает, что ты масон?

– Да нет, – махнул рукой Адис. – Просто я заметил, что когда есть такие знаки, работа лучше продаётся!

***

Я сажаю картошку с пяти лет. Сперва просто бросал в лунку (не просто так, а отрезанной частью вниз), потом боролся с сорняками, потом собирал. Таскал неподъемные ведра и мешки, жарился на солнце и мерз холодной осенью. Бывало, убирал под снегом, засыпающим землю мелкой крупой. Летал даже за тысячи километров чтобы только убрать ее, родимую. Не считаю уже ежегодных поездок за полтысячи км.

И никакого прогресса в этой области не наблюдается. Как прежде, лопата, мозоли на руках и дикая усталость.

К чему я об этом?

На днях беседовал с одной дамой, преподавателем института. Она рассказывала, как в общежитии, где живут студенты, их обворовывают, бьют и насилуют.

– И ничего сделать нельзя! – заключила она.

***

Мы ехали по Сербии в машине с коллегами – писателями. Вдруг я увидел какие-то развалины.

– А что что такое? – спрашиваю.

– А это американцы шахту разбомбили в 1999 году, – говорит один писатель.

– Нет, это русские в 1945! – начал возражать другой. Видимо, решил пошутить.

– Если бы это были наши, тут на сто вёрст в округе были бы развалины! – сказал я.

***

Ходил купаться. На берегу Караидели сидит мужик, поёт песню:

– Умом Россию не понять,

Надо благодарно принимать.

***

– Мустафа Сафич, каково это – быть знаменитым? – спрашиваю Мустая Карима.

– Понимаешь, Айдар, – отвечает он, – не успеешь выбить человеку квартиру, он за орденом приходит. И ещё обижается, что все так медленно движется.

***

Тележурналист Шаура Гильманова училась в Казани. Пошла подрабатывать на Татарское радио. Заведующий промышленной редакцией Леонид Букштейн сказал ей:

– Делай передачу.

Она сделала. Букштейн ей и говорит:

– А почему она на русском языке? Делай на татарском. Делать на русском у меня есть евреи.

***

– Айдар, я огорчена, ты начал пить, – сказала мне мама.

– Почему ты так думаешь? – удивился я. – Я увидела у тебя бутылку коньяка и бутылку водки, – сказала мама.

– Я тебе расскажу, откуда они взялись, – сказал я.

В прошлом году я написал статью про известного тележурналиста Шауру Гильманова. И вот я прихожу на телевидение. Мне навстречу идёт Шаура Гильманова и говорит:

– Айдар, как я рада вас видеть, зайдите ко мне. Я захожу в ее кабинет, она говорит:

– Никто никогда так хорошо обо не писал, вот вам в подарок бутылка коньяка.

Я стал отнекиваться, но она стояла на своём. Пришлось взять.

На следующий день я опять попал на телевидение. Мне навстречу опять попалась Шаура Гильманова и сказала:

– Айдар, как я рада Вас видеть, зайдите ко мне. Я удивился, но зашёл. Она сказала:

– Айдар, никто и никогда не писал обо мне так хорошо! Вот вам в подарок – бутылка водки!

Я опять стал отнекиваться, но она стояла на своём.

На третий день я опять зачем – то пришёл на телевидение. Снова мне навстречу попалась Шаура Гильманова. Однако на этот раз она прошла мимо, даже не поздоровалась. Вот откуда у меня две бутылки.

Мама после моего рассказа вздохнула с облегчением и успокоилась.

Прошёл год.

– Айдар, я огорчена, ты начал пить! – опять сказала мне мама.

– Почему ты так думаешь? – удивился я.

– Я увидела у тебя бутылку коньяка и бутылку водки, – сказала мама.

– Ну, мама! – сказал я. – Это же прошлогодние две бутылки!

***

Шёл по улице, встретил Зухру Буракаеву. Она удивилась:

– Айдар, теперь при встрече со мной все знакомые перебегают на другую сторону, у меня ведь вдруг появилась репутация оппозиционерки! А ты почему так не делаешь, неужели не боишься?

– Понимаешь, Зухра, – сказал я, – все дело в том, что после выхода книги «Соло на айпаде» никто не верит, что ты моя сестра!

***

Как-то спорили со Светланой Гафуровой о роли мужчин и женщин. Наконец я сказал:

– Дорогая Света, все дело в том, что ты за мужчинами признаёшь только одно – грубую физическую работу на благо женщин!

– Нет, это неправда, ты ошибаешься! – стала разоблачать меня Светлана.

Так мы и не пришли к единому мнению.

А сегодня она написала в фейсбуке: «Лучший пост Айдара Хусаинова в этом году таков – «Весь день копал картошку»!

***

В шестидесятые годы Александр Касымов очень переживал по поводу возможной ядерной войны. Наконец он написал письмо Илье Эренбургу. Странным образом письмо дошло до адресата. Это стало ясно, когда пришёл ответ.

– Войны не будет, это пропаганда! – писал Эренбург.

Это письмо успокоило Касымова и он стал внештатным сотрудником ««Вечерней Уфы».

Вскоре появилась возможность побывать в Москве. Касымов пришёл на квартиру к Эренбургу, долго вытирал ноги о половик, но так и не решился позвонить. Ему не хотелось терять уверенность в завтрашнем дне, ведь живой классик мог ему не понравиться.

***

Камиль Бузыкаев купил книгу «Соло на айпаде». Принес домой. Дочь Мила его спрашивает:

– А в этой книге про меня написано?

– Да.

– Значит, это хорошая книга!

***

Когда Светлана Гафурова работала в «Башинформе», Шамиль Валеев ей сказал:

– Светлана Марселевна, я запрещаю вам писать о городских сумасшедших! – О ком тогда писать? – удивилась Светлана Гафурова.

***

Светлана Гафурова часто меня критиковала. Ну, будем честны – ругала. Будем ещё честнее – не она одна. А сегодня Светлана мне сказала:

– Айдар, как я тебя понимаю!

– А что случилось? – удивился я.

– Понимаешь, Айдар, – вздохнула она, – С тех пор, как я начала писать байки, столько людей на пустом месте на меня обиделись!

***

– Мне было пятнадцать лет, у меня не было девушки, не было друзей, я был одинок. Тогда я и начал писать стихи.

– И что, стихи помогли тебе найти девушку и друзей, избавиться от одиночества?

– Нет, но благодаря стихам я к этому привык.

***

Мы с Зухрой Буракаевой познакомились в 1990-м году, когда ехали поступать в Литературный институт. В общежитии Слава Ананьев спросил у нас:

– А вы кто?

– Мы башкиры, – сказали мы с Зухрой.

– А чем вы отличаетесь от других народов?

На этот вопрос было трудно ответить, поэтому мы пожали плечами. Наступило 16 сентября. С утра мы с Рамилем Зиннатуллиным поехали в город и где – то на Рижском вокзале на последние деньги купили килограммов пять сосисок. Вернувшись в общежитие, мы отдали их Зухре и сели праздновать ее день рожденья.

В комнату набилось огромное количество людей. Было весело и шумно.

На следующее утро я зашёл к Зухре и сказал:

– Зухра, свари пару сосисок!

– А ничего не осталось! – ответила она.

А в коридоре в этом время пьяный Слава Ананьев кричал:

– Пошли к башкирам!

Видимо, он уже понял, в чем же наше отличие.

***

Первым, с кем познакомилась Зухра Буракаева в Литературном институте, был поэт Александр Белокопытов. Он строго спросил у неё:

– Ты комсомолка?

– Да, – испуганно пролепетала Зухра.

– Взносы будешь платить мне! – грозно сказал Белокопытов. – Я комсорг Литинститута!

И до третьего курса Зухра и другие наши студентки из национальных групп платили ему взносы, пока Белокопытов по пьяни не разболтал, что он никакой не комсорг, а деньги просто пропивает.

***

В начале семидесятых годов после концерта Радика Гареева в его гримерку зашёл представительный мужчина и стал им восхищаться.

– Ты хорошо поешь, Радик! – сказал он. – Я дам тебе квартиру в центре Уфы!

– А вы кто будете? – удивился Радик Гареев.

– Меня зовут Мидхат Шакиров! – сказал мужчина.

Прошло пятьдесят лет. В гримерку одной певицы вошёл представительный мужчина и стал ей восхищаться.

– Ты прекрасно поешь! – сказал он. – Я дам тебе квартиру в центре Уфы за миллион!

– А вы кто будет? – удивилась певица. – Меня зовут Эдуард Ижбаев! – сказал мужчина.

Певица отдала ему миллион, но квартиру так и не получила.

***

Когда я поступал в Литературный институт, у нас было собеседование в ректорате. Ректор Сидоров меня спросил:

– Ты из Башкирии?

– А откуда вы это знаете? – удивился я.

– У нас учились Сабир Шарипов и Риф Туйгунов, – засмеялся Сидоров. – Только от вас приезжают мужики, здоровенные как медведи!

***

В 2002 году в составе делегации общественников я поехал в США. Все они были руководители разных НКО, а когда спросили меня, я сказал, что поэт. Они пожали плечами, дескать, из чего это следует?

Через дня три – четыре у нас состоялась встреча с руководителем программы от США. Приятная дама стала спрашивать, какие у нас ощущения. Все наперебой стали восторгаться и благодарить, а я сказал:

– Вы знаете, я живу один в роскошном номере и плачу около двухсот долларов в сутки. Для меня это почти полугодовая зарплата, это меня очень огорчает. Нельзя ли нас селить хотя бы по двое?

Дама сказала, что подумает, а мои товарищи по делегации после собрания набросились на меня с упреками и негодованием:

– Как ты мог такое сказать! Они подумают, что мы жадные, что хотим денег!

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.