Владимир Андриенко
Дмитрий Некрылов
ВИРУС

Пролог
ВОЗВРАЩЕНИЕ ИЗ РЕЙСА

– Парни! Синее небо!

В этих словах капитана спасательного звездолета «Немезида» Феликса Адамовича было столько радости, что весь экипаж, все 25 человек прильнули к иллюминаторам.

– Наш старый добрый Бейд, – с нежностью проговорил Лан Бар, первый помощник капитана. – Как давно мы не ступали на его благословенную землю.

– Два года болтанки в космосе. Ровно два года как мы покинули это место, – отозвался словоохотливый штурман Галино. – Эх, и загуляем же мы!

«Немезида» произвела мягкую посадку на оплавленные плиты главного космопорта планеты Бейд, одного из крупнейших транспортных центров в Галактике. Десятки кораблей ежедневно взлетали и садились в этом порту, оглушая ревом двигателей многочисленных служащих близлежащих микрорайонов и наполняя звонкой монетой казну системы.

Капитан надел свой парадный мундир, замечательно оттенявший его волевой подбородок и серые глаза, в нем Адамович выглядел лет на десять моложе и килограммов на пять легче – в космосе это неважно, а вот на твердой земле лишним не будет, и приказал подать трап. Пора нанести визит начальнику порта.

– А вы пока разминайте ноги, – бросил он своим помощникам, – нас ждет законный отпуск! И какой отпуск!

– Да здравствует компания! – подхватил Галино.

– Мы даже проводим тебя до офиса, а затем посетим одну из портовых забегаловок. Там и разомнемся, – Лан Бар застегнул последнюю пуговицу своего мундира и взял в руки фуражку. – Пора и нам показаться во всей красе.

– Я же сказал, чтобы вы разминали ноги, а не что-либо другое, – засмеялся Феликс.

– Мы прекрасно позаботимся о себе, капитан. Можешь идти к начальнику порта смело. И не начинай скандала с карантинной службой, как в прошлый раз. А то они нас снова промурыжат здесь неизвестно сколько. И придется развлекаться в космическом порту.

– Буду воплощением вежливости и услужливости, даже если в качестве инспектора нам приставят ту же грымзу, что и прошлый раз, – пообещал капитан. – Я даже отвешу ей пару комплиментов.

– Смотри не переусердствуй.

Они вместе, по парадному трапу, сошли на территорию космопорта и направились к прозрачному зданию, где размещались офисы. В прошлый раз посещение этого места окончилось крупным скандалом. Феликс тогда повздорил с толстой чиновницей из карантинной службы, и она наложила арест на команду и в течение месяца всему экипажу «Немезиды» было запрещено покидать корабль. А он всего лишь позволил себе слегка намекнуть женщине на её габариты.

Войдя в Большой зал, космолетчики почувствовали себя немного не в своей тарелке. Бейд был далеко не захолустной планетой и мог похвастаться регулярным сообщением с наиболее развитыми мирами. Население здесь проживало не бедное, и Феликс Адамович с его офицерами в своих старых потрепанных мундирах с потускневшими золотыми значками выглядели едва ли не нищими оборванцами, выползшими откуда-то из мрачных глубин Дикого Космоса.

– Нужно было хоть значки начистить, – пробормотал Лан Бар. – Там на борту нашего корыта форма выглядела намного лучше.

– Это только по сравнению с комбинезонами, – заметил Галино.

– Ерунда, – произнес Адамович достаточно громко, – разве эти напыщенные франты из торговых компаний и полиции могут сравниться с нами – спасателями? Да никогда!

Проходившие в этот момент мимо ригельцы покосились на спасателей.

– Ладно, я иду к начальнику порта, а вы сидите в баре «Космический странник» и ждите меня. Или ты, Галино предпочитаешь иное заведение порта?

– Да нет, и «Странник» сойдет.

– Но смотри пока никаких экзотических девочек.

– Не беспокойся, капитан. Все будет нормально. Тем более что в «Страннике» их нет.

Феликс намекал штурману на инцидент, произошедший во время их прошлого возвращения на Бейд. Тогда Галино нарушил законы системы о запрещении пользования продукцией корпорации «Синтетик-индастри» и капитану пришлось немало потрудиться, чтобы вытащить своего офицера из лап закона.

Продукция «Синтетик-индастри» была запрещена на ряде планет и в том числе на Бейде. Но это только добавило ей популярности. Корпорация занималась клонированием: сначала сугубо в медицинских целях, но впоследствии перешла на производство синтетических любовников и любовниц, для которых использовала самый совершенный генетический материал. С этими живыми игрушками было можно делать все, и потому они пользовались особой популярностью среди самых темных личностей.

Хотя Галино к ним не относился, но тогда не смог равнодушно пройти мимо шикарной поп-дивы…

Лан Бар имел странное для космолетчика хобби. Он любил товароведение и мог спокойно занять должность суперкарго на любом торговом корабле. Во время спасательных операций проходилось сталкиваться с различными вещицами, истинную стоимость которых порой довольно трудно было определить. И Бар был тем человеком, который мог это сделать. Он постоянно находил удовольствие в перелистывании торговых каталогов и предложений о перевозках и сделках. В своей голове он прокручивал всевозможные варианты и просчитывал наибольшую прибыль, пролагал мысленно новые торговые пути, но никогда не применял свои познания на практике, оставаясь спасателем.

Штурман Галино ничего не понимал в торговых сделках и считал это занятие самым скучным на свете, несмотря на деньги, которые оно могло принести. Он любил девушек и в каждом космопорту имел подружку. Более того, этого бравого парня знали во всех притонах десятка ближайших планет.

– Все будет в порядке, – произнес Галино.

– Ты о чем? – Бар оторвался от каталога.

– Да выбрось ты эту дрянь. Мы прилетели отдыхать. Я сказал, о том, что скоро капитан принесет наши бумаги на отпуск. Не менее трех месяцев.

– Три месяца – это мечта. Я бы съездил в губернаторскую библиотеку. Хочется познакомиться с новинками относительно каталогов цен на собственность в ближайших системах.

– И на кой тебе эти каталоги? Ты же все равно ничего не покупаешь?

– Торговые пути постоянно обновляются, и идет жесткая конкурентная борьба. И кто в ней победит, тот сможет получить много, – загадочно улыбнувшись, произнес Лан Бар. – Но тебе этого не понять, Галино. У тебя голова всегда работала хуже, чем другой орган.

– Да. Я бы съездил в парочку заведений. С той же целью, кстати, что и ты. Ознакомление с новинками. Главное чтобы командир не продешевил насчет наградных.

– Не продешевит. Он умеет выбивать деньги. От Адамовича ничего не уйдет. Потребует за все, что мы сделали. Но смотри не попадись, как в прошлый раз на синтетических куклах.

– Что ты понимаешь! Это самые настоящие девочки, только покорные твоей воле. И зря Бейд присоединился к конвенции по их запрещению. Наоборот такая продукция уменьшает криминогенную обстановку и дает многим потенциальным преступникам выпустить пар.

– Наши законники смотрят на это по-иному. Они заявили, что продукция компании «Синтетик-индастри» пробуждает в душах людей темные стороны и стимулирует агрессию. Потому и ведет к увеличению преступности.

В этот момент Феликс вошел в кабинет начальника порта Гроххона. Тот, увидев Адамовича, встал со своего кресла и бросился к капитану «Немезиды» с распростертыми объятиями.

– Феликс! Дай тебя обнять!

Капитан понял, что отпуска им не видать, как своих ушей. Если Гроххон так себя ведет, то значит ему что-нибудь нужно. И это что-нибудь – совсем не походило на выплату им жалования. Если нужно платить деньги за сделанную работу Гроххон всегда напускал на себя важный вид и недовольно листал отчеты платежных ведомостей, выискивая к чему придраться и на что наложить штраф.

– Ты отлично справился с заданиями.

– Мы выполнили в три раза больше, чем было оговорено в контракте. И вы обещали нам три месяца отпуска и по пять тысяч кредитов. Плюс страховка на наш счет в Федеральном банке.

– Ну вот, ты опять о деньгах. Сразу о деньгах! Конечно, я обо все помню, – Гроххон вернулся к столу и начал шарить по нему в поиске необходимых бумаг. – Вот ваши чеки на 125 тысяч на всю команду «Немезиды». Возьми.

Адамович взял платежные карты и положил в карман своего мундира.

– А документы на отпуск? Вы, конечно, их тоже приготовили? Пройдем, санитарный контроль и смело…

– Погоди, погоди. Заладил о своем отпуске! – нервно прервал его Гроххон.

– Так значит, вы не намерены исполнять своих обещаний? – вскипел Адамович. – Мы провели в космосе два года!

– Феликс, я буду с тобой откровенным. Появилось неотложное дело. И не смотри на меня таким взглядом. Такова ваша спасательская доля.

– У нас отпуск! – Феликс решил проявить твердость до конца: они же не единственная спасательская бригада на планете.

– Речь идет о судьбах людей. Пусть гибнут, не так ли? Если тебе наплевать, то иди – отдыхай! Всем нужен отпуск! Всем! А мне не нужен? Ты думаешь, мне здесь легко?

Феликс скривился, он слышал рассказ о трудностях судьбы начальника порта уже раз десять, не меньше.

– У вас редкое умение убеждать. Хорошо! Говорите, что вам нужно, – Феликс сдался.

– В нескольких сутках гиперперелета от Бейда потерпел серьезную аварию полицейский патрульный корабль.

– И что в этом задании особенного? Почему это можем сделать только мы? На спасательных шлюпках они уйти не могут?

– Не могут, – отрезал Гроххон. – В этом районе нет обжитых планет.

– Ну и что же? Вы думаете, что «Немезида», рассчитанная на перевозку тридцати пострадавших за один рейс доставит тысячную команду полицейского крейсера?

– Ну, речь идет не о крейсере, а всего лишь о скоростном катере. Всего один рейс – туда и обратно, а затем уйдешь в отпуск на четыре месяца. Обещаю.

– Вы всегда это обещаете.

– Но на этот раз я сдержу свое слово. Даже если наша планета сойдет с орбиты. Отпуск в четыре месяца и дополнительно по три тысячи кредиток каждому члену вашей команды…

Феликс понимал, что его неприятности ещё не закончились. Сейчас ему предстоит «обрадовать» своих людей. Сначала разговор с Баром и Галино, а затем и остальной командой на корабле.

Ну, с командой будет попроще. Три тысячи каждому рядовому космолетчику за один рейс не платили нигде. Обычной зарплатой специалиста среднего уровня в пределах системы ЗФЗ было где-то около тысячи и это без учета страховки. На Бейде платили несколько больше – от 1200 до 1500 кредиток. А здесь сразу же двойная оплата, да еще из правительственного фонда. Было от чего закружиться голове любого служащего во флоте. Космолетчики лучше всех знали, что этот фонд крайне редко проявляет щедрость. Более того, деньги семейным уже переведены, и это скрасит разлуку женам и детям.

Но вот старшие офицеры – штурман и первый помощник – встанут на дыбы по-серьезному. Проклятый Гроххон сам не взялся за эти уговоры, все переложил на него.

В баре он увидел, что его товарищи уже изрядно приняли спиртного.

– О! Капитан! А мы и вам заказали выпивку! – Галино протянул ему бокал. – Деньги и отпускные документы с вами?

– Не было разногласий с карантинными инспекторами? – спросил Лан Бар в свою очередь. – Нас скоро отпустят?

Капитан молчал, собираясь с силами.

– Ну, вот! Я же говорил, что он снова поцапался с этой бабой из карантина, – Галино поставил бокал на столик, потому что командир так и не принял его. – Говорил же, будь осторожнее. Какое тебе дело до её габаритов? Не в постель же тебе такую подсовывали. Нравятся тебе худые – и спи с ними. Так нет же, все время лезешь со своими замечаниями и шуточками. Теперь она нас снова месяц промаринует в этом порту! А Гроххон зачтет это время в счет отпуска. Я его знаю. И наплевать на то, что мы столько болтались в космосе.

– Он прав? – спросил Бар.

– Нет! – решительно отрезал капитан. – С карантинной службой у нас не было разногласий. Потому что нам не нужен карантин. Мы снова летим на задание!

Два старших офицера «Немезиды» уставились на своего командира, будто видели его впервые в жизни. Они молча переваривали услышанное. Конечно, они ожидали некоего подвоха, вроде двухмесячного отпуска, но не такой же пакости, как новое задание, сразу вообще без отдыха!

– Ты это серьезно? – первым пришел в себя Галино.

– Совершенно серьезно. Мы летим спасть полицейский патрульный катер.

– И ты дал свое согласие? По инструкции космического флота Бейда каждые шесть месяцев в космосе должны сопровождаться отпуском не менее чем в 30 дней. Не менее! Гроххон просто не может нас заставить взлететь, после того как мы два года были в космосе! Есть и другие спасательные команды. Есть, в конце концов, платные спасатели. Пусть раскошелятся эти кретины из правительства и штаба флота!

– Да я дал согласие! Это задание для лучшего экипажа. Для такого как наш! Полицейские потерпели аварию, и никому они не нужны. А знаешь почему? Они не смогут заплатить тысячи за свое спасение. Они такие же, как мы. И мне не наплевать на их судьбы. А если тебе все равно то…

– Да не кипятись ты, капитан, – прервал его Лан Бар. – Мы разве тебе отказали? Нет. Мы снова полетим вместе. А Галино просто перенервничал. Это у него скоро пройдет. Он сейчас ещё немного выпьет, и все будет хорошо. Мы ведь любим нашу работу.

– Да, все будет хорошо, – Галино выпил лунное виски, от которого отказался Феликс. – Любим её проклятую.

– Когда старт? – спросил Бар.

– Сразу после текущей проверки состояния судна. Но с «Немезидой» все в порядке, так что на это много времени не уйдет.

После этого они покинули бар «Космический странник», и каждый оправился по своим делам. Галино решил не терять времени даром и заглянуть в салон «Рэя» на территории космического порта: там тоже можно найти неплохую девочку. Лан Бар пошел отсыпаться в отель для пилотов. А Феликс Адамович должен был уладить ещё один вопрос. Гроххон навязал ему в экипаж второго доктора с особыми полномочиями. И ему предстояло с ним познакомиться в каюте на «Немезиде».

Он прыгнул во флип, который его быстро доставил к судну.

– Капитан, – доложил вахтенный, – вас ждет в вашей каюте…

– Я знаю.

Феликс быстро прошел к своему помещению. В удобном капитанском кресле сидела незнакомая ему молодая женщина. Её белые волосы казались на Бейде непостижимой экзотикой. Стройную фигуру женщины обтягивал блестящий черный комбинезон. Взгляд капитана буквально утонул в её глубоком декольте.

– Вы наш новый врач? – только и смог он выдавить из себя.

– Я прибыла по приказу коменданта порта Гроххона. У меня степень доктора медицины галактического университета и степень доктора биологии. Моей основной специализацией являются микроорганизмы.

– Мне только не совсем понятно, почему вы назначены на мой корабль? У меня уже есть врач. И при чем здесь микроорганизмы?

– Вы задаете очень много вопросов, капитан. Вас поставили в известность о моих полномочиях?

– Да. И это меня тоже чрезвычайно интересует. Особые полномочия просто так не дают, и они…

– Капитан, – она прервала его словоизлияния, – даже Гроххон не знает о причине предоставления мне этих полномочий. Их мне дал не кто-нибудь, а сам Его превосходительство губернатор планеты Бейд.

Феликс не знал, что и ответить. Губернатор Бейда был только по названию правительственным чиновником Звездной Федерации Земли. На деле он являлся фактическим правителем планеты, и его связи с ЗФЗ были чисто формальными. Если этой спасательной операцией интересуются на таком высоком уровне, то Гроххон объяснил Адамовичу далеко не всё…

Звездная Федерация Земли уже много веков назад утратила свое значение и сохраняла титул Центра человеческого расселения только номинально. Маленькая Земля не могла сравниться с такими планетами гигантами как Утремер, Мелия, Иллиния, с множеством современных мегаполисов, уже давно ставшими самостоятельными звездными государствами. Даже Бейду и Альфе она уступала, хотя те еще входили в границы ЗФЗ, и глава Бейда носил скромный титул губернатора.

На Утремере, к примеру, уже несколько столетий правила собственная королевская династия. Но губернатор Бейда мало чем отличался от короля Утремера. Свен Ривз был человеком популярным среди населения, сумевшим жесткими мерами навести в системе порядок, и власть его была практически абсолютной.

Только вот раньше он никогда не вмешивался в вопросы формирования штатного расписания патрульных военных и спасательских кораблей и их экипажей…

Глава 1
ЗАГАДОЧНОЕ СУЩЕСТВО

Губернатор Свен Ривз внимательно слушал своего премьер-министра де Жермена. Новости были не из приятных, и он барабанил пальцами по полированной крышке широкого стола.

– Я не хочу показаться перестраховщиком, Ваше превосходительство. Но полученные сведения заставляют меня принимать экстренные меры безопасности. Вирус, с которым мы столкнулись, пострашнее любого известного бактериологического оружия. И его удар может быть направлен на Бейд в первую очередь.

– И у вас есть информация о том, как этот вирус будет действовать в будущем?

– Нет. Мы о нем почти ничего не знаем. Это особая доселе неизвестная форма жизни. Все усилия наших ученых проникнуть в его тайну ничего не дали.

Губернатор стал нервно прохаживаться по кабинету.

– Значит, у вас нет никакой точной информации. Я уже не говорю о доказательствах. Министр внутренних дел Торет утром заявил мне, что вы готовите грандиозную дезинформацию.

– Что? – не поверил своим ушам де Жермен. Премьер не ждал от своего главного противника такой прыти.

«А этот Торет слишком уж торопится занять мое место» – мелькнула мысль в его голове.

– Он утверждает, – продолжил губернатор, – что таким образом вы хотите меня напугать и доказать свою компетентность и необходимость на занимаемом посту.

– Это подлая клевета! Я работаю на благо жителей Бейда. Если мы пропустим эту информацию, то наша планета может оказаться в страшной опасности. Такие слепцы как министр внутренних дел Торет только и думают, что о своей карьере, словно ничего другого не существует. Он не осознаёт всю опасность, что нам угрожает. Лишь бы ему занять кресло премьер-министра. Но если вирус вырвется на свободу, то ему просто не кем будет командовать. Бейд может превратиться в пустыню, где не будет места для представителей нашего вида.

– Тоже самое Торет сегодня говорил про вас. Не горячитесь так. Я не говорю, что не доверяю вам, де Жермен. Но согласитесь, если некто и пытается разбудить смерть в виде нового вируса, то мы должны дать об этом знать правительству ЗФЗ. И что я могу им сообщить? Ваши подозрения и домыслы?

– Чтобы все проверить, я посылаю к месту аварии спасательное судно «Немезида» под командованием Феликса Адамовича. К его группе мною присоединен биолог Диана Ли. Вашим именем я предоставил ей чрезвычайные полномочия.

– Вы поступили правильно. Не стоит пока привлекать к этому слишком большого внимания. Если информация не подтвердиться мы зря посеем панику, а если наши самые страшные предположения окажутся правдой, то не нужно показывать нашим врагам, что мы что-то знаем. Небольшое спасательное судно не привлечет ничьего внимания. А Адамович опытный спасатель. Я о нем слышал. Но вот Диана Ли… – губернатор сделал паузу.

Де Жермен знал почему. Эта молодая женщина несколько лет назад прилетела с Земли, где проходила практику в биологическом центре. Затем она получила направление для работы на Бейд.

Но никому не было известно, кроме де Жермена, что Диана – дочь Свена Ривза. Они тщательно скрывали это родство по ним одним понятным причинам, и делали это весьма успешно. Но премьер по своим каналам сумел выяснить подлинное происхождение мисс Ли. Все в её биографии или почти все было сплошной липой, и следы подлинной истории жизни столь тщательно запутаны, что ни один полицейский чиновник к ней придраться не смог бы.

Теперь де Жермен ожидал, что скажет его босс. Но тот продолжал молчать, и пауза затянулась.

«Понятно, что Ривз не хочет рисковать жизнью дочери» – подумал премьер-министр и рискнул нарушить молчание первым:

– Вы недовольны кандидатурой мисс Ли? Я могу её заменить другим специалистом, но она работала над близкой проблемой, и её опыт весьма мог бы здесь пригодиться. К тому же о ней отзываются как об очень талантливом ученом. Я прочитал все отчеты и рецензии о её практической и научной деятельности. Многие профессора Галактического университета предсказывают ей большое будущее. Несмотря на свою молодость, она уже прошла практику в одной из секретных военных лабораторий.

– Я не сомневаюсь в её профессионализме, но сможет ли она справиться с особыми полномочиями? Это дает ей право в случае необходимости приказывать капитану спасателей и его офицерам. Но показать свою власть космическим волкам не столь простое дело. Особенно для молодой девушки. И Ли может не справиться с такой задачей.

– С этим она справиться. Я хорошо прочитал её досье и могу вас уверить, что она лучшая кандидатура. В анкете указано, что мисс Ли имеет врожденные качества лидера.

– Тогда все в порядке, – ни один мускул на лице губернатора не дрогнул. – Пусть летит мисс Ли.

«А он прекрасно владеет собой. Если бы я не знал, что она его дочь, то в такой ситуации бы ничего не заподозрил».

– Господа! – капитан Адамович обратился к своим коллегам, офицерам и экипажу «Немезиды». – Я собрал вас здесь, оторвав от дел, по важному поводу. Сейчас пред вами выступит наш второй доктор Диана Ли.

В кают-компанию вошла молодая красивая женщина в новеньком с иголочки комбинезоне. Увидев спасателей, она несколько растерялась и её алые губы слегка задрожали.

Заметив волнение Дианы, Феликс пришел ей на помощь:

– Мисс Ли сейчас расскажет нам о некоторых особенностях нашего путешествия. Прошу слушать её внимательно, ибо сведения весьма важные.

Младший механик Свен поднялся со своего места и галантно поклонился.

– Я рад приветствовать вас на борту «Немезиды», мисс. Мы здесь были вообще лишены женского общества, и рады, что наш новый доктор такая очаровательная девушка.

– Вы очевидно штатный любезник «Немезиды», – нашлась Диана. – И всегда говорите комплименты за своего капитана? Так как от него я еще не слышала ни одного.

– Нет, мисс. Я младший механик. И зовут меня Свен.

– Очень рада знакомству, мистер Свен. Диана Ли.

Феликс недовольным жестом указал Диане на её кресло.

– У вас прекрасное имя… – продолжил было Свен свои любезности, но капитан грубо прервал его.

– Хватит! Мы здесь не за тем, чтобы расточать друг другу комплименты. Я прошу выслушать мисс Ли очень внимательно. Вы можете начинать, мисс, если считаете, что комплиментов в ваш адрес отпущено достаточно.

– Благодарю, капитан, – не подала вида, что поняла сарказм Адамовича, Диана. – Итак, господа, я ваш второй врач. И я не посягаю на приоритет вашего судового врача мистера Тима. Я специалист совсем иного рода. Моя основная специализация – микроорганизмы. И именно по этому поводу я сюда и прибыла.

– А зачем нам микроорганизмы? – спросил Галино. – Мы спасатели, а не научно-исследовательское судно.

Услышав своего штурмана, Феликс удивлялся, что он до сих пор молчал, увидев такую женщину на борту «Немезиды». Обычно он первым брал инициативу в таких случаях, оставляя всех иных кавалеров далеко позади.

Диана активизировала голографическую проекцию и быстро нашла нужную карту.

– Полицейский катер номер 1497 потерпел аварию вот в этом секторе, – девушка указала на голографической карте скопление планет. – Обжитых миров здесь нет, и большинство из здешних планет без построения жизнеобеспечивающих куполов непригодно для жизни разумных существ.

– Это нам давно известно, мисс. Мы путешествуем в космосе больше, чем вы живете на свете, – вставил свое слово пожилой техник Монего. – Я бывал в этом секторе раз десять. Более того, я лично совершал высадки на большинстве из указанных вами планет.

– Я не хотела вас обидеть, мистер Монего. Ваше имя мне отлично известно, впрочем, как и всему Бейду. Но судно номер 1497 не просто потерпело аварию. Есть подозрения, что его экипаж заражен неизвестным вирусом, с которым мы встречались до сих пор крайне редко. Его окрестили неприятным для слуха названием «космической чумы». Слышали о такой?

– Нет, – честно признался Монего. – Ничего подобного я не слышал.

– А что это такое? – спросил Лан Бар.

– Случаи «космической чумы» происходили до сих пор только несколько раз, – начала свой рассказ Диана Ли. – Впервые это было триста двадцать лет назад. Тогда исследовательский корабль ЗФЗ «Окрыленный» получил повреждения, и в одном из отсеков произошла разгерметизация. Неполадки быстро устранили, и никто из экипажа сильно не пострадал. Судно вернулось на Землю и только там, спустя месяц, трое членов экипажа заболели странной болезнью. Вот взгляните.

Диана включила привезенную ей из архива голографическую запись. Перед офицерами и экипажем «Немезиды» возникли изображения троих мужчин с краткими биографическим справками. Здесь были снимки до заражения и в период болезни.

– Это первые жертвы таинственного вируса. Сведения о симптомах болезни вам мало что скажут, и мы не станем на них задерживаться, – продолжила Диана. – Все эти люди погибли. Затем вирус исчез и не проявлялся в течение длительного отрезка времени. Следующий случай «космической чумы» произошел сто девять лет назад. На этот раз космический корабль «Игла» с планеты Пегас Утремерского скопления, посетивший этот же квадрат космоса, подцепил ту же болезнь. У пятерых членов экипажа были обнаружены симптомы «космической чумы». И совсем недавно, три года назад с подобным заболеванием столкнулись и мы. Звездолет с Бейда был поражен этим неизвестным вирусом. И мы подозреваем, что наш случай с полицейским катером – это звено той же цепи.

– Но почему тогда никто не знает об этом? – спросил Феликс. – Я никогда не слышал о «космической чуме».

– Я уже сказала, что вся информация была засекречена. Паника никому не нужна, капитан.

– А что говорят ученые? – снова спросил Адамович. – Насколько они за это время продвинулись в изучении этого вируса? Найдено ли противоядие?

– Этот вирус не совсем обычный, господа, и бороться против него стандартными средствами нельзя. Возможно, это мыслящее существо. В первый раз его классифицировали как лихорадку и применили соответствующее лечение, но вирус тут же изменился и стал походить на иное заболевание, и так повторялось раз десять – пока все заболевшие не умерли. Это было в случае с «Окрыленным».

Присутствующие были поражены услышанным, и Диану больше никто не перебивал. Такое необычное преображения вируса не укладывалось в головах спасателей, привыкших иметь дело со стандартными и вполне излечимыми инфекциями.

– В следующем случае с утремерским судном «Игла», вирус изменялся более 15 раз. И симптомы болезни одинаково проявлялись у всех пораженных им. Именно тогда его и окрестили «космической чумой». Снова первые проявления напоминали лихорадку, но после того как она была практически излечена, все заболевшие слегли с симптомами иного заболевания, определенного как «Про-017» и самое странное, что встречалось оно слишком редко, и никогда им не болели вернувшиеся из космоса пилоты. Однако в условиях совершенной клиники и исследовательского центра и этот вирус был побежден врачами. Больные встали на ноги и уже готовились к выписке, но внезапно у всех резко проявились симптомы уже третьей болезни – Кесианской печеночной инфекции, в результате которой происходит перерождение клеток печени. Подцепить подобную заразу можно лишь на планете Кесии илинийского сектора Галактики. Она вызывается даже не вирусом, а местной формой паразита, чем-то напоминающей ленточных червей, но меньшего размера. В итоге все эти люди стали умирать. Причем после вскрытия, к удивлению лечащих врачей, от многих из их внутренних органов практически ничего не осталось. И тогда врачи окончательно сошлись во мнениях, что случай с «Окрыленным» и случай с «Иглой» – идентичны и зараженные пострадали от нового вируса, с аналогами которого никогда ранее не сталкивались. Вирус словно играл, и исследования наших лучших ученых в самых современных лабораториях пока ничего не дали.

– Это очень странно, – пробормотал доктор Тим. – Я никогда не слышал о таком в гуманоидном секторе Галактики. Но нечто подобное происходило лет 50 назад в секторе ксеноморфов. На одной из малозаселенных илинийских планет произошла странная эпидемия с аналогичными симптомами. Кажется, тогда местные аранхи – вы знаете об их способности к изменению формы – раздули вокруг болезни довольно много шума. У их пациентов болезнь менялась три или четыре раза. В числе наиболее страшных для аранхов симптомов было поражение вирусом периферической нервной системы, что вызывало блокировку преображающих процессов. Правда, насколько я помню, кого-то из больных удалось спасти.

– Вы совершенно правы, доктор Тим, – утвердительно кивнула Диана. – Этот случай имел место 56 лет назад на планете Радакет илинийского скопления. Но сопоставлять его с «космической чумой» у нас не решились, учитывая разницу в строении организмов аранхов, населяющих Илинийские планеты и людей ЗФЗ, Утремера и Бейда.

– Однако если вирус абсолютно не изучен и наши ученые просто не знают его природы, то аналогию провести стоило. Неужели я не прав?

– Вы совершенно правы, доктор Тим, – кивнула ему Диана. – Но вирус названный «космической чумой» проявлялся слишком редко, и работать над ним было крайне мало возможностей. Кроме этих трех случаев подобное официально нигде не зафиксировано. В первый раз погибло три человека, во второй раз пять человек. Но на звездолете с Бейда заразился весь экипаж. Все 105 человек умерли. И снова наши изыскания ничего не дали. Похоже, вирус оставил нам послание.

– Послание? – удивился врач. – Вы верно выразились, мисс Ли?

– Да, доктор. Вирус бросил нам вызов. И уже появились дельцы, которые готовы поиграть с этим существом, рассчитывая нажить себе состояние, использовав его в деле создания нового бактериологического оружия. Но они не понимают, как это опасно. Правительству и службе разведки стало известно о планах человека по имени Дуст с одной из планет системы Бейда сектора Эйяла. Он давно на подозрении, но этого человека долгое время считали умственно отсталым и потому неопасным. Вот почему чиновники только посмеивались, когда какой-то богатый безумец взялся строить звездолет по его проекту. Но представьте себе – это судно было построено на далекой планете Мункайд и успешно прошло все испытания на стендовом полигоне. И есть подозрения, что этот корабль специально создан и оборудован как биологическая лаборатория по обнаружению и извлечению опасных вирусов из космического пространства.

– И что это значит, мисс? – спросил Монего.

– А то, Дуст и его странный, если не сказать больше, корабль под названием «Пандора» могли найти штамм вируса «космической чумы» и сейчас активно изучают его и, возможно, готовятся использовать. Но вирус на этот раз, может быть, и сам решил использовать Дуста и атаковать нашу систему. И вы сами понимаете, чем это грозит. Наш вид может быть уничтожен в системе Бейда, а затем и повсеместно. Вот почему я получила указания ничего от вас не скрывать. Вы должны знать, на что идете.

– А этот мистер Дуст контролирует вирус? – поинтересовался Монего.

– Скорее наоборот. Вирус контролирует Дуста, – был ответ.

– Но если этот вирус так «умен» и «хитер», то есть ли у нас шанс нейтрализовать его? – спросил доктор Тим. – Да и не готово наше судно для такой работы. Необходимо специальное оборудование и…

– Все необходимое оборудование имел полицейский катер номер 1497. И где он сейчас? – Диана вызывающе посмотрела на доктора.

– Вы хотите сказать, что вирус, или тот, кто им управляет, знает какое судно идет на его поиски и принимает соответствующие меры? Он не хочет отдавать свою тайну?

– Может быть, всё происходит именно так, как вы говорите, а может быть, и нет. Но меры предосторожности лишними не будут, и наш спасательный корабль вызовет наименьшее число подозрений. У нас нет ни оборудования, ни специально подготовленной команды, поэтому есть шанс победить. Мы просто спасатели и делаем свою обычную работу.

– Мне странно слушать все это, мисс Ли. Неужели вы всерьез полагаете, что вирус может быть мыслящим существом? – доктор Тим не слишком поверил рассказу Дианы и посчитал эту историю с вирусом вымыслом, дабы скрыть истинные цели их экспедиции.

– Нам это и предстоит выяснить. Но главная ваша задача, господа, это спасать людские жизни. Ведь именно для этого и существует спасательная служба на Бейде, не так ли?

– Именно для этого, мисс Ли, – подтвердил Адамович, желая прекратить ненужную никому дискуссию между доктором Тимом и Дианой. – И мой экипаж готов для выполнения своей работы. В штате «Немезиды» только опытные и верные своему долгу космолетчики и спасатели.

– Я слышала о вашем экипаже только хорошее, капитан Адамович.

– Уверен, что теперь вы сумеете в этом убедиться на деле.

Глава 2
СИЛУЭТ «ПАНДОРЫ»

Капитан Джим Ханнер сидел, повернувшись лицом к огромному светящемуся экрану, где плавно и величественно, никуда не торопясь, проплывали мириады крошечных, неразличимых невооруженным глазом частиц, сливавшихся в единое поле.

– Внимание! – прокричал он, и его голос, многократно усиленный, разнесся по всем отсекам космического корабля. – Полная готовность! Мы входим в пылевое облако!

Крепко сбитая высокая фигура капитана возвышалась над пультом управления. Суровое, будто высеченное из камня, лицо Ханнера не выдавало никаких эмоций; он, казалось, целиком и полностью сосредоточился над поставленной задачей.

В затылок Ханнеру дышали второй пилот и штурман, которые, не отрываясь, следили за каждым движением капитана. Темно-коричневый загар говорил, что они оба уже не первый год проводят в космосе, и их кожа привыкла к жесткому неэкранированному излучению горячих звезд.

Матиз, служивший на этом корабле в должности второго пилота, не отличался изяществом фигуры. Он был невысокого роста, плечистым, но уже начавшим раздаваться вширь. Штурман Занеф почти противоположность Матизу – сухощавый и жилистый, со скуластым лицом; бритая голова и туго натянутая кожа придавали ему внешнее зловещее сходство со случайно ожившим черепом.

Чуть дальше в гидрокресле сидел, небрежно развалясь, мистер Дуст, джентльмен весьма плотной комплекции с одутловатыми щеками, из-за которых едва проглядывали щелки глаз. Собственно корабль был его родным детищем, а он – его конструктором.

– Мистер Дуст, вы уверены, что обшивка выдержит метеоритную атаку? – спросил тихо второй пилот Матиз.

– Так же, как в самом себе! Корабль успешно прошел испытания на стендовом полигоне Мункайда. Не вижу причин, почему он должен сплоховать именно сегодня.

– Первый блок готов! – донеслось из динамика.

– Второй готов!

Затем доложили о готовности оставшиеся три блока, и Ханнер вновь включил громкую связь:

– Всем отсекам: «Пандора» входит в облако. Включить рассеивающие поля!

Капитан сам набрал на клавиатуре код защитного поля главного отсека.

Громадная машина, пожалуй, самая большая из тех, которой Джиму приходилось командовать в своей жизни, звездолет особой конструкции «Пандора», врезался в нестройные ряды мельчайших космических частиц, отталкивая их прочь от своей и без того достаточно мощной брони-обшивки. Корабль был похож на спрута, выпроставшего свои коварные щупальца – пять блоков, соединенных с центральным корпусом при помощи сравнительно узких переходников, – в стаю беспомощных коралловых рыбок.

– Включить направляющее поле и открыть ловушки! – прогремел голос Ханнера.

В раскрытые чрева блоков широким потоком устремилась пыль, до тех пор хаотично болтавшаяся в пространстве. Теперь после соответствующей обработки ей предстояло превратиться в столь ценимое человечеством сырье для космических заводов – химические элементы в их чистом почти первозданном виде. Такой поразительной чистоты можно было добиться только в условиях вакуума или близких к нему.

Правда, эта масса таила в себе и немалую угрозу: сотни кораблей, попадавших ранее в пылевые облака, получали серьезные повреждения корпуса, пробитого непомерно разогнавшимися метеоритами, и сквозь эти пробоины к ним внутрь врывались смертоносные потоки водородных частиц, которые от соприкосновения с кислородом и внезапного разогрева взрывались, не оставляя людям ни единого шанса выжить.

– Если не произойдет разгерметизации… – штурман Занеф не окончил фразу, нервно расстегнув ворот мундира. Все и так достаточно хорошо понимали, что если корабль не выдержит перенапряжения от этих множественных полей, то сожалеть уже будет не о чем, да и не кому.

– Не произойдет, – отозвался Дуст, – мое присутствие на борту – самая верная гарантия безопасности.

Из всех, кто находился в рубке, только сам конструктор «Пандоры» пребывал в раскрепощенном и вполне уравновешенном состоянии, словно его, в самом деле, не страшили те неисчислимые количества маленьких астероидов, проносящихся за бортом звездолета с сумасшедшей скоростью.

– Ловушки наполнены на 80 %,– поступило сообщение из блоков.

– Выключить направляющее поле! Закрыть ловушки!

Ханнер повернулся к товарищам по экипажу:

– Перегрузка слишком опасна. Не будем рисковать понапрасну – для первого раза хватит.

Голос капитана производил впечатление абсолютно ледяного спокойствия, хотя, когда Ханнер вернулся к экрану, то на лбу у него проступили едва заметные капельки пота. Да, у него тоже нервы не были сделаны из железа, и эта масса астероидов пусть даже очень мелких навевала на него чувство благоговейного трепета – это была неведомая до сих пор сила, сила, которую он – капитан Ханнер собирался подчинить своей воле.

– Выходим из пылевого облака!

Корабль взял обратный курс, покидая гибельные дебри пыльных космических джунглей. Ещё немного и вся эта армада, внушавшая ужас, останется далеко за бортом.

По рубке пронесся вздох облегчения.

– Отбой всем отсекам, – скомандовал Ханнер. – Доложите состояние ловушек и транспортных тоннелей.

– Наполняемость – 83 %. Повреждений не зафиксировано.

Капитана удовлетворил ответ: он хотел услышать, что его корабль вышел из коварного облака, не получив ни единой царапины.

– Полагаю, мы можем возвращаться? – спросил Ханнер у Дуста.

– Не так быстро, – ответил тот. – Сейчас пыль проходит через фильтры. Если попытка не увенчалась успехом, то мы обязаны её повторить.

Капитан недоуменно посмотрел на ученого: он решительно не понимал, что означали последние слова конструктора «Пандоры». Разве их космический комбайн по сбору пыли не выполнил своего задания? В ловушках – тонны мельчайших частиц, и может ли в такой ситуации идти речь о какой-либо неудаче? Однако спорить не стал. Ему все больше и больше казалась подозрительной эта экспедиция.

Пыль проходила через фильтры, оседая в различных блоках, соответствующих её размерам, намагниченности, плотности и некоторым другим показателям, которые инженер постоянно проверял, сверяясь со своими расчетами…

…Джим Ханнер был далеко не новичком в освоенном космосе, и его имя хорошо знали на десятках планет: многие по сей день помнили его схватку с пиратами на зеленой планете Коль, где он умудрился похитить нефритовую статую местного божества и при этом остаться в живых. О такой удачливости другим приходилось только мечтать.

Каждый по-своему налаживает связи с богиней судьбы. Кто-то пытается заслужить благосклонность Фортуны упорным трудом, кто-то – молитвами и пожертвованиями, а Джима Ханнера она любила просто так – без всяких условий.

Капризная и своенравная богиня всегда подсовывала ему состоятельных бизнесменов – как гуманоидов, так и ксеноморфов, желавших погреть руки или щупальца на взаимоотношениях Фортуны и ее любимчика.

Кто, кроме капитана Ханнера, мог провести три торговых звездолета кратчайшим путем через контролируемую пиратами зону вообще без повреждений и прийти в порт назначения раньше торгового каравана, что дало его заказчикам возможность продать свои товары по самой выгодной цене?

Кто, кроме удачливого Джима, мог высадиться на дикой заповедной планете Рапан и дать возможность торговцам животными захватить больше ста единиц воющего, лающего и шипящего товара и уйти до того, как егеря и смотрители сумели что-либо понять?

Но все проходит. И дни его благополучия испарились, сменившись чередой непрерывных неудач.

А все началось с того, что однажды некий торговец с несколько подмоченной репутацией, которая, вполне, компенсировалась толщиной его кошелька, зафрахтовал звездолет Джима для перевозки ценного груза. Предлагал он сумму втрое большую, чем обычно платили Ханнеру за рейс, а доставить стоило всего пару ящичков размером с его капитанский чемоданчик. Такие небольшие, но ценные грузы попадались перевозчикам не часто и считались в их среде редкостной удачей, так как позволяли брать попутные товары – ходка-то все равно оплачивалась первым нанимателем!

Главным условием сделки была скорость, и капитану пришлось в очередной раз рискнуть, оторвавшись от патрульных кораблей торгового каравана. Путешествовать с караваном, конечно, безопаснее, но намного скучнее. А чего бояться любимцу Фортуны?

Единственное, чего не учел Ханнер, это того, что богиня – всё-таки женщина, и своих поклонников она меняет чаще, чем прическу или макияж. И в её жизни явно наступил период обновления – видимо, увлеклась какой-то более колоритной фигурой в торговом флоте или новой брошкой.

Ханнер раньше именно в этой части торговой системы Эйяла имел обыкновение демонстрировать свою ловкость, сокращая путь и отрываясь от каравана, оставляя за собой ощетинившиеся пушками корабли военного сопровождения.

Это было рискованно, и мало капитанов отважилось бы на подобное. Но риск как раз и приносил Джиму немалые дивиденды и возможность содержать собственный звездолет.

Неподалеку от пылевого скопления его корабль попал в засаду, напоровшись на пиратскую флотилию. Космические бродяги обложили его со всех сторон, словно волка в логове, прижав к астероидному потоку, прорываться сквозь который не стал бы даже сумасшедший.

Теперь-то Джим знал, что предприимчивый делец со слащавой физиономией был агентом ГИЗы – банды пиратов торговых путей, известной любому звездолетчику по зловещему девизу: «Друзья Бога и враги всего космоса».

ГИЗа родилась из разрозненных сообществ наиболее непримиримых пиратских вожаков, которые не желали идти ни на какие компромиссы с теми, кто был сторонником соглашательства с правительствами систем или, не дай бог, с Федерацией. А таких в Свободных мирах набралось немало среди капитанов и командиров флотилий, уже накопивших достаточные средства и не возражавших против возможности легализовать свои капиталы. Сделать это можно было, только войдя во всеобщую межпланетную банковскую сеть. Но вот пиратов туда приглашать никто не собирался, и поэтому многие из них задумались о соглашении.

По мнению вожаков ГИЗы, подобная политика могла привести Свободные миры к традиционному «рабству» законов и положений, от которого они все некогда сбежали.

В секторе произошли крутые разборки, но никто так и не сумел тогда доказать собственное превосходство. Сторонников хватало и у тех, и у других. А длительная война между пиратами не была выгодна никому, кроме их общих противников. Ослабляя себя, они давали повод любой из систем вторгнуться в пределы Свободных миров, благо предлог придумывать было не нужно, борьба с пиратами – святое дело.

После этой малой войны ГИЗы немного успокоились и заняли свою нишу в пиратском сообществе, вполне независимую и не посягавшую на привилегии других. С ними считались как с мощной организацией, но держали в узде, не давая распоясаться.

Впрочем, сейчас вожди ГИЗы были уже совсем не те, что триста лет назад. Тогда три вожака «врагов космоса» исступленно стояли за полную свободу и независимость. Они отрицали любые законы, кроме права сильного взять то, что ему нравится. Теперь пришло время быть более рациональными и не столь категоричными. Время открытых и бесшабашных нападений на торговцев давно кануло в Лету. Беспредельничать на проторенных путях не давили усилившиеся военные флотилии конвоев.

Бросаться же в лобовые атаки стало крайне невыгодно после многочисленных потерь, понесенных ГИЗами в прошлом столетии, когда их братство едва не развалилось.

Теперь ГИЗы разработали принципиально новую тактику космического грабежа, жертвой которого и стал «удачливый» Джим. Они заманивали неосторожных капитанов, предлагая значительные суммы для перевозки миниатюрных грузов, и давали щедрый задаток, больший, чем обычные наниматели. Понятно, что любой командир транспорта клюнет на такую приманку и не станет гонять свое судно порожним, взяв сопутствующие грузы. И Ханнер не стал исключением из этого правила. Он прихватил с собой солидную партию дорогостоящих промышленных роботов для развивающейся планеты Ваал.

Везти роботов просто так было нерентабельно. Илинийские робототехнические компании, о жадности которых среди звездолетчиков слагались легенды, платили крайне мало и страховку давали пустяковую, экономя буквально на каждой кредитке. Но рейс же все равно будет оплачен, и Джим заключил «выгодный» контракт.

Легендарный предводитель ГИЗы, высокий гуманоид с татуированным лицом, все время подчеркивал свою невероятную щедрость: он оставил Ханнеру и его команде ЖИЗНЬ, отобрав при этом корабль, грузы и даже личные вещи команды. А в небольших ящиках, которые соблазнили Джима на этот перелет, оказались блоки питания для роботов-уборщиков, которых было полным полно на любой, даже самой захолустной планете. Более дешевой робототехнической продукции просто не существовало.

Вернувшись домой без бесславно потерянных корабля и грузов, Ханнер стал объектом охоты судебных исполнителей, натравленных на него илинийцами, которые отобрали у него дом и арестовали все счета в галактических банках.

Выйдя из долговой тюрьмы на Эйяле, Джим превратился в никому ненужного капитана, и на его когда-то безупречной и фартовой репутации был поставлен жирный крест.

Его женщина и по совместительству штурман Элиза Кроули, пока он прохлаждался на нарах, не стала отказываться от должности старшего помощника на большом космическом лайнере, бросив Джима наедине с нажитыми им самим проблемами.

«Удачливый Джим» остался без корабля, жилища, счета в банке, женщины и без надежд найти подходящую работу. Такого не наймут даже вторым помощником, а не то, что капитаном.

Ханнеру пришлось убраться прочь с дорогостоящей Эйялы на более дешевый и непрезентабельный Мункайд, населенный несколькими тысячами горных работяг и десятком бюрократов.

Еще одной привлекательной чертой Мункайда были автоматы бесплатного питания для безработных и возможность заработать на рюмку виски непритязательной космической байкой, которых в арсенале Джима великое множество.

Так продолжалось до тех пор, пока он не излил душу неизвестно каким ветром занесенному на Мункайд мистеру Дусту, который и предложил Джиму место на капитанском мостике нового звездного корабля-фабрики, который, впрочем, еще предстояло построить. Деньги на строительство давал некий господин Карл, известный под кличкой Темный Банкир, о котором ходило множество самых невероятных слухов. И не все из них были хорошими. В иных обстоятельствах Джим не стал бы связываться с таким подозрительным субъектом, но теперь выбирать не приходилось…

…Еще несколько недель «Пандора» бесцельно проболталась неподалеку от пылевого облака. Джим Ханнер хоть и являлся капитаном звездолета, но абсолютной властью, какая была ему положена по должности, не пользовался. Не то чтобы его не слушали и игнорировали его команды, но уж больно независимо вели себя штурман Занеф и второй пилот Матиз в компании с инженером Дустом. У этих людей было слишком много секретов от своего командира.

Некоторое время Джим мирился с существующим положением, топя свое безделье в крепких напитках, но в минуты протрезвления его всё чаще посещала мысль о том, что капитану положено играть первую скрипку на звездолете.

Ханнер решил выяснить, сколько они ещё будут болтаться возле опасного пылевого скопления, и каковы же результаты их работы.

Он вошел в кают-компанию и увидел там всю троицу плюс судового врача Блюмингейма, субъекта ему крайне несимпатичного из-за постоянной высокомерной мины на его физиономии.

Доктор Блюмингейм не вписывался в обычные стандарты врача на космическом корабле. В прошлом этот человек был знаменитым учёным и сотрудником Федерального научного центра, одного из самых престижных медицинских учреждений Галактики. А на должностях судовых врачей пребывали все больше специалисты с дипломами врачей, но без перспективы устроиться в планетарных клиниках.

Ханнер «вцепился» взглядом в уже не молодого человека, виски которого давно посеребрила седина.

«А этот мошенник, несмотря на почтенный возраст, сохранил внешнюю привлекательность и хорошую физическую форму, – мелькнуло в голове Джима. – И если бы не это выражение лица, я бы подал ему руку с удовольствием».

Компания оживленно беседовала, но при появлении Джима все умолкли.

– Господа, не пора ли и меня посвятить в ваши дела?

– Что вы имеете в виду, капитан? – сделал вид, что не понял его, Матиз.

– Мы торчим здесь уже довольно долго, и вы знаете зачем. А вот я, ваш капитан, понятия не имею.

– А что у вас есть дома какие-то срочные дела? – съязвил Матиз. – Что вас там ждет? Или у вас есть выгодные контракты? Вы здесь получаете деньги и исполняете обязанности капитана. Что же вам еще нужно? Чем больше проторчим здесь, тем больше каждый из нас получит кредиток.

– Это правильно, – согласился Ханнер. – Но я не привык, чтобы второй пилот со мной разговаривал подобным тоном, мистер Матиз.

– Значит, мой тон вам не нравиться?

– Тихо, господа! – успокоил их доктор. – Не стоит ссориться. Мы с вами делаем одно дело. Может быть, пришло время посвятить нашего капитана в некоторые подробности?

Занеф согласно кивнул.

Подбородок инженера Дуста задергался:

– Вы умный человек, Ханнер, и, наверное, догадались, что наше скромное предприятие не просто вылавливание пыли для лаборатории и получения из неё полезных минералов. Вы сами понимаете, что за такую пустяковую работу не платят столько, сколько сейчас получаете вы.

– Я понимаю, – ответил Джим. – Слишком уж легко господин Карл выделил средства для этой экспедиции. Вряд ли он стал бы раскошеливаться на обычную космическую фабрику. Масштабы деятельности этого господина, как мне представляется, лежат не в столь прозаической плоскости. Он ведь редко занимается чем-то законным, хотя и прикрывается легальными операциями.

– Да, Карл – темная лошадка, правда, с законом проблем у него нет, – произнес штурман Занеф. – Но дело не в Темном банкире. Мы и сами не прочь разбогатеть при помощи космической пыли.

– Никто не против разбогатеть, но меня интересует способ, каким вы собираетесь это сделать. Ваши постоянные шушуканья говорят о грандиозной противоправной махинации.

– А вы у нас законник? – снова вскипел Матиз. – Для вас кредитки пахнут? Мы откопали вас у дрянного аппарата бесплатной еды, где вы жрали питательную массу. Я тогда говорил, что этот теперь землю будет грызть, дабы вернуть себе свое. А он нам сейчас толкует о законах, правах и махинациях. Поймите, что легальная работа вам не светит. Ни одна солидная компания на выстрел атомной пушки вас не подпустит к своим кораблям.

– Да погоди ты, Матиз, – прервал второго пилота штурман. – Капитан хочет знать, что мы ему предлагаем и это его право.

– Ханнер, – взял слово Дуст, – меня называют сумасшедшим, мечтателем и всякими другими неприятными для умного человека прозвищами. Но я не просто талант, я – гений. Космическая пыль – это не только камешки и минералы, пусть даже почти в чистом виде, но и тысячи, миллионы, миллиарды микроорганизмов – микробы, вирусы, споры – все что хотите. И каждый раз, погружаясь в облако, мы ходим по лезвию ножа, который эти невидимые твари всадят нам в спину, не задумываясь ни на мгновение. И защитит ли от этих микроскопических спор наша броневая обшивка, мы не знаем.

– Что это значит? – не понял Джим. – Повреждений у нас нет.

– Обшивка цела. Но для некоторых микроорганизмов она – не преграда. Мы четверо: я, Матиз, Занеф и Блюмингейм имеем некоторую защиту против этих мелких тварей. Не зря же мы привлекли в качестве судового врача такое светило медицинской науки, как наш доктор. Еще работая на военных Звездной Федерации, он создал уникальное средство защиты от некоторых видов биологического оружия, в виде специально вживляемых в организм противовирусных имплантов. Они представляют собой своеобразную колонию лейкоцитов, наделенных собственной матрицей памяти. Это почти что живое существо, которое и помогает нам избежать возможного заражения.

– Постойте-ка, – спросил его Джим с тревогой в голосе. – Значит, мы торчим здесь как лаборатория с подопытными кроликами? И я, и мой экипаж – эти кролики и есть! Ведь у всей команды нет этих ваших защитных имплантов. Не так ли?

– Какой вы догадливый, – засмеялся Матиз. – Знаете, как называли наш корабль, те, кто был посвящен в дело? Не «Пандора», а «Обреченный охотник». Остроумно, не правда ли?

– Если об этом узнают на «Пандоре», то в новый рейс с вами никто не пойдет! – решительно заявил Ханнер.

– Пойдут, – уверенно ответил Дуст. – Ещё как пойдут. Впрочем, нам нужно ещё вернуться из этого рейса. Зачем загадывать, капитан?

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «ЛитРес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на ЛитРес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.