# Перекрёстки Вундивекля. Перекресток первый: Мир без чудес. Волшебство повсюду. Книга 2 «Видение из будущего»

Анастасия Лопатина

Странные дела творятся на Земле в будущем. Катарина и ее друзья попадают в портал и оказываются в центре политического конфликта между Подводным и Воздушным царством. Чтобы вернуться домой, им предстоит ни много ни мало спасти Землю в двух измерениях. Как с этим связано видение могущественной волшебницы, всемирно известный ученый, машина времени и космические пираты? Какой секрет скрывает председатель Союза Солнечной системы? И есть ли место для истинной дружбы даже в самые трудные моменты?

Редактор Наталья Филимонова

Корректор Ольга Рыбина

Иллюстратор Марина Шатуленко

Дизайнер обложки Вера Филатова


© Анастасия Лопатина, 2020

© Марина Шатуленко, иллюстрации, 2020

© Вера Филатова, дизайн обложки, 2020


ISBN 978-5-4498-4955-7 (т. 2)

ISBN 978-5-0050-2761-0

Создано в интеллектуальной издательской системе Ridero

## Глава 1. Новые знакомые

Председательница международной организации «Девифах» магистр магии Данелия Риддиф сидела за столом в своем кабинете. На столе, под столом, на подоконнике, на полках в шкафу – везде лежали внушительных размеров пачки с бумагами. Легкий ветерок, проникавший в комнату через раскрытое окно, заставлял бумажные листы шевелиться. Он играл в несобранных волосах волшебницы, колыхал занавески и листья цветов. Нусса Председательница водила пальцем над листом бумаги, на котором появлялись слова и предложения, записанные магическим шифром.

Магический шифр хранил заклинания, рецепты зелий и любую информацию, которую волшебники хотели скрыть от непосвященных в тайны магии. В устной речи использовался язык эльфов, который также прекрасно справлялся с задачей сохранения существования волшебства в секрете. Кроме того, имелся древний язык друидов, заклинания на котором были заимствованы волшебниками, покинувшими Землю, и были все еще в ходу на Вундивекле.

Итак, Председательница «Девифаха» была занята важным делом, когда из окна влетела огромная муха и села на стол. Сидеть долго ей не захотелось, муха начала летать по комнате и противно жужжать у самого уха волшебницы. Дана устало вздохнула, взмахнула сначала правой рукой – муха резко вылетела в окно, затем левой рукой – последняя пачка бумаг переместилась со стола на полку в шкафу. Волшебница откинулась в кресле, положив руки на подлокотники, посидела немного в этой позе с задумчивым выражением лица, затем повернула кресло в сторону, собираясь встать.

– Здравствуй, Дана. Давно не виделись, – услышала волшебница за спиной гортанный голос, обратившийся к ней на языке эльфов.

Голос принадлежал худой, сутулой женщине лет шестидесяти пяти, среднего роста, с длинными гладкими белыми волосами, частично прибранными сзади. Она носила длинную темную юбку в пол с белым кружевным передником, удобные туфли на низком каблуке и темный свитер, украшенный бусами с крупными камнями. Морщинистый лоб старухи закрывала короткая челка, ниже виднелись тонкие поседевшие брови, длинный прямой нос, тонкие бесцветные губы. Лицо было бледное, усталое, но спокойное, даже таинственное из-за глубокого ясного взгляда. Старуха была одновременно похожа на лесную колдунью и пожилую горничную из сказочного королевского дворца. Глубоко посаженные пронизывающие серые глаза женщины пристально смотрели на Дану.

– Здравствуй, Авива, – Дана быстро справилась со смесью удивления и беспокойства, которые вызвало у нее неожиданное появление старой подруги, слегка улыбнулась, встала и пошла навстречу гостье. На волшебнице было строгое, но стильное светло-серое платье средней длины и бежевые туфли на низком каблуке. – Не хочу показаться невежливой, – натянуто произнесла Дана, – но что ты здесь делаешь? Что-то случилось с твоим подопечным? Иначе зачем тебе покидать Эльфиэ́лию, откуда выйти так же трудно, как и попасть туда?

– Нет, – покачала головой Авива, она все еще не отводила взгляда от Даны. – Все, что могло случиться с Адрианом, уже случилось. С последствиями он справляется неплохо, насколько возможно в его ситуации, но у меня был другой повод, чтобы прийти к тебе сегодня.

Авива Колох была в свое время известной волшебницей, дочерью последней королевы Вундивекля, которую много лет назад она помогла победить Данелии Риддиф и Назарии Де Алик. После смерти Назарии жизнь подруг сильно изменилась: Дана стала Председательницей «Девифаха» и посвятила жизнь борьбе за мир и порядок на Вундивекле, а Авива уехала в Эльфиэлию – страну эльфов, где тихо и мирно жила до сих пор.

– Разве нужен повод, чтобы навестить подругу? – ласково сказала Дана. – Наши пути давно разошлись, но я всегда рада видеть тебя. Присаживайся, пожалуйста, моя дорогая. Хочешь чай, кофе, может, чучу или что-то еще? Я могу попросить заместителя накрыть на стол, предлагаю отметить нашу встречу подобающим образом.

Чуча – один из самых популярных и любимых напитков в магическом сообществе Вундивекля. Авива любила выпить чашечку чучи, чтобы расслабиться, о чем Дана не могла не знать, поэтому старушка на секунду замешкалась, но потом резко сказала:

– Нет, Дана, спасибо, но я пришла по делу.

Нусса Председательница незаметно вздохнула, затем повернулась к собеседнице, улыбнулась и жестом указала на кресло с другой стороны стола. Авива села, откинувшись на спинку.

– Хотела спросить насчет тебя и Левара: это правда? – Авива посмотрела на подругу с любопытством.

Кровь отхлынула от щек Даны. В отличие от гостьи, она сидела на краешке кресла, нога на ногу, а руки положила на стол, собрав их в замок.

– Кто тебе сказал? – почти испуганно спросила волшебница.

– Ты забываешь, что я ведунья, – усмехнулась Авива. – Признаюсь, он нравится мне больше, чем твой бывший. Не переживай: раз вы держите свои отношения в секрете, я их раскрывать никому не буду.

Дана с трудом улыбнулась. Напоминания о прошлом радости ей не доставляли.

– Конечно, я помню, кто ты. Поэтому с тобой всегда непросто иметь дело.

Авива отвернулась и невесело вздохнула, голос ее стал более серьезным.

– Жаль, что моя сила не помогла Назарии. Я не предвидела ее смерти.

– Ты ни в чем не виновата, – спокойно произнесла Дана. – Сама знаешь, с магией времени сложно совладать.

– Я с тобой не согласна, – возразила Авива.

– Вот как? Почему? – Дана удивленно вскинула бровь.

Авива снова пристально посмотрела на Дану.

– Магия времени не просто сложная, она опасная.

– Почему ты смотришь на меня так укоризненно? – спросила Дана, у нее на лбу выступили капли пота, но внешне она ничем не выдавала волнения.

– Ты прекрасно знаешь почему, – заметила Авива. – Тебе не следует нарушать правила. Нарушишь магический закон один раз – потом не сможешь остановиться.

Дана пожала плечами.

– Феи Судьбы делают это постоянно.

– Но ты не Фея Судьбы, – Авива чеканила каждое слово. – Кроме того, существование Фей Судьбы, как и Библиотеки Истины, которую они якобы охраняют, никем не доказано.

– Но и не опровергнуто, – заметила Дана. – Свидетельств в пользу их существования более чем достаточно, тебе ли этого не знать.

Авива вздохнула.

– Ты меняешь тему, а меня интересуют реальные события и их реальные участники. Мы говорили об опасности магии времени. Не мне тебе объяснять: есть много способов проникнуть в прошлое или будущее, можно попытаться их изменить, но каждый, кто идет этим путем, в конце концов платит слишком высокую цену за вмешательство. Вспомни судьбу моей матери.

– Помню я все, – устало и немного раздраженно произнесла Дана. – Но ты должна понимать, что вмешиваться в дела государств Вундивекля входит в мои обязанности как Председательницы «Девифаха» и…

– Да, – перебила ее Авива и согласно кивнула. – Ты можешь вмешиваться, если эти дела касаются магии, способной помешать миру и порядку, но иногда ты превышаешь свои полномочия. Если ты до сих пор не поняла, что я имею в виду, то я говорю о твоем визите в Институт Времени.

Дана закатила глаза к потолку.

– Не веди себя как ребенок, ты от меня не отмахнешься, – укоризненно произнесла Авива. – Я все еще старше тебя и, видимо, лучше понимаю, что машина времени была создана Ризоняном для того, чтобы изучать историю, а не менять ее. Работники Института Времени держат в строжайшем секрете все известные им сведения о будущем. И правильно делают. Даже трудно представить, какая неразбериха началась бы в противном случае.

– Зачем ты мне это рассказываешь, я прекрасно осведомлена, – раздраженно сказала Дана.

– И несмотря на это, ты отправила девочку по имени Катарина Гусева домой через машину времени. О чем ты только думала?

Дана упрямо сжала губы.

– О том же, о чем и ты сейчас думаешь, спрашивая меня про Катарину. Авива, ты хорошо знаешь, кто эта девочка и почему я обязана была ей помочь. На Земле не должны были заметить ее отсутствия. Еще не настало время раскрывать ей правду.

– Тут ты права, – согласно кивнула Авива. – Но зачем ты отправила девочку в Северное королевство?

– Мне нужно было убедиться, что появление портала случайность, что никто про Катарину не знает и не охотится за ней.

Авива неодобрительно покачала головой.

– Тебе повезло, что ничего плохого не произошло. Ты допросила Стражницу? Обращалась в Энергетический отдел Института Магии?

– В этом не было необходимости, я все выяснила своими силами. Не стоит никому знать о моей заинтересованности в личности обычной девочки с Земли. А все закончилось даже лучше, чем я ожидала, – улыбнулась Дана. – Катарина спасла Снежану, а я не могла поступить иначе и содействовала ее освобождению.

– Ты так постаралась, потому что она подруга Левара, – покачала головой Авива. – Ты уже далеко не девочка, а продолжаешь поступать импульсивно. Ну да ладно, ни к чему мне тебя поучать. У меня есть обязанности, к которым я хотела бы скорее вернуться, думаю, у тебя тоже мало времени для пустых разговоров, так что перейду к делу, из-за которого сюда пришла, – Авива сделала паузу, отчего следующая фраза прозвучала более эффектно. – У меня было видение о Катарине. Она и двое ее друзей в скором времени пройдут один из кочующих временных порталов.

Дана широко раскрыла глаза.

– Этому нужно помешать. Второй раз я не хочу подвергать девочку опасности, – волшебница решительно поднялась с места, но Авива жестом предложила ей сесть обратно.

– Вовсе нет. Высшие существа, которые посылают мне видения, хотят, чтобы мы не вмешивались. Видение ясно дает понять, что это путешествие детям необходимо.

– Ты не веришь в Библиотеку Истины и Фей Судьбы, но веришь в высших существ? – удивленно спросила Дана. – Ругаешь меня, а сама не менее суеверна. Любая магия берется из энергии, никто ее нам не посылает, ну а если даже кто-то отправил тебе видение намеренно, то в этом должен быть какой-то смысл. Иначе зачем ты мне это рассказываешь? Что я должна делать с этой информацией? – Дана развела руками и вопросительно подняла плечи.

– Только наблюдать, – спокойно произнесла Авива. – На случай, если детям все-таки понадобится помощь. Указывать я тебе не буду. Скажу только вот что: ты можешь не верить, что высшие существа реальны и что они могут контролировать нашу жизнь, но если бы я была на твоем месте, перечить им я бы не стала, даже если бы была магистром магии.

С этими словами Авива встала.

– Я очень рада, что в твоей жизни появился кто-то помимо подозреваемых, журналистов и подчиненных во главе с твоим заместителем, – Авива улыбнулась. – Кстати, где ты его только откопала? Я смотрю, тебе все еще нравится держать рядом с собой мрачных субъектов. Он должен быть очень хорошим работником, раз ты терпишь его выходки.

– Спасибо, Авива, – Дана улыбнулась. Она знала, что подруга искренне волнуется за нее, и не могла не согласиться, что светлячок при первой встрече вызывал смесь удивления, любопытства, неловкости и даже страха из-за непонимания, как он смог добиться высокой должности и какими сильными способностями должен обладать.

– До встречи, Дана. Привет Левару, – улыбнулась Авива.

Она вышла, притворив за собой дверь, а нусса Председательница облокотилась о спинку кресла и задумалась, нервно постукивая ногой.

* * *

Прошел месяц с тех пор, как Катя побывала на Вундивекле. С каждым днем волшебные приключения все больше казались ей сказочным сном. Хотя Катя и не снимала с шеи амулет Бекки, а с руки – часы Бабы Ягодки, девочка считала, что чем скорее она вернется к обычной жизни без магии, тем будет лучше. Зачем лишний раз вспоминать о говорящем льве, оживших сказочных героях, волшебниках, если даже рассказать об этом некому? Все равно никто не поверит, а навлекать на себя насмешки совсем не хотелось. Хватит жить в мире грез! Да, теперь она знала, что магия существует, но раз она больше не может вернуться на Вундивекль, стоит поскорее забыть о волшебных приключениях.

Может, это и к лучшему, что мы не умеем предсказывать будущее? Трудно сказать, но Катарина точно не предполагала, началом каких событий будет одно самое обыкновенное августовское утро, когда девочка вместе с мамой возвращалась из магазина домой.

– Света-а-а! – протяжно произнесла имя Катиной мамы старушка, сидевшая на скамейке у подъезда дома.

Маленькая сухонькая бабушка с седыми, жидкими, падающими на плечи волосами восседала на скамье, как на троне, окруженная «придворными», которых представляли довольно мурлыкающий кот, позволявший гладить себя, и голуби, клевавшие семечки и дравшиеся за лакомство друг с другом.

– Здравствуйте, – вежливо сказала Светлана Валентиновна.

– Опять кто-то намусорил на этаже. Одни свиньи живут в нашем доме! – злобно ответила на приветствие бабушка.

Замечание в адрес Гусевых было необоснованным: Катина семья всегда следила за порядком на лестничной клетке, в отличие от большинства соседей. Катя эту старушку не любила и за глаза называла Управдом. С одной стороны, девочка ее жалела, особенно когда наблюдала, как бедная согнутая пополам женщина взбиралась по лестнице, опираясь на две старенькие трости. Но, согласитесь, никому не приятно, когда говоришь «здравствуйте», а в ответ слышишь нарекания, тем более необоснованные. Старушка сидела у подъезда почти целыми днями, ругалась с жильцами, большинство из которых или избегали ее, или откровенно ругали, советуя, мягко говоря, не лезть в чужие жизни, а следить за своей. Старушка жила совсем одна, и ссоры с соседями были ее любимым и чуть ли не единственным развлечением.

Светлана Валентиновна вежливо улыбнулась и собралась войти в подъезд.

– Света-а-а! – снова позвала ее старушка. – А когда у вас новые соседи въехали? Они кто?

Сколько Катя себя помнила, жильцы в соседней квартире менялись постоянно и каждый раз Управдом находила к чему придраться: то слишком шумные, то грязнули, то грубят, то просто попались на глаза старушке не в то время и не в том месте.

– Не знаю, – покачала головой Светлана Валентиновна. – Еще вчера я никого не видела.

– Я так и думала! – фыркнула старушка. – Не видите ничего дальше своего носа.

Светлана Валентиновна и Катя ничего ей не ответили, вошли в подъезд и поднялись на шестой этаж. Мама открыла дверь в тамбур и нос к носу столкнулась с высокой темноволосой женщиной с короткой стрижкой.

– О, привет, – женщина улыбнулась и поправила очки. – А я думала зайти к вам уже вечером.

– Марина? – удивленно и одновременно радостно произнесла Катина мама. Женщины обнялись.

Оказалось, соседская квартира принадлежала подруге Светланы Валентиновны – Марине Сергеевне Корнеевой. Они когда-то вместе учились в филологическом вузе, только на разных факультетах: Марина Сергеевна была учительницей немецкого языка, а Светлана Валентиновна – английского. Десять лет назад мужу Марины Сергеевны – Константину Георгиевичу Корнееву, который был хирургом, – предложили очень хорошую работу за границей. И вот теперь, поездив по разным странам, где Константин Георгиевич много работал и одновременно набирался опыта, семья вернулась на родину вместе с дочерью Олей.

* * *

Дана барабанила пальцами по столу, одновременно прислушиваясь к шуму за дверью. Наконец кто-то постучал, волшебница встрепенулась.

– Войдите.

В комнате появился высокий привлекательный мужчина в черном костюме и белой рубашке. К пиджаку был прикреплен бейдж с надписью: «Элиот Левар. Кан защитной магии». А чуть ниже: «Заместитель директора школы магии Фабрювол».

– Вызывали, нусса Председательница? – спросил мужчина, закрыв за собой дверь.

– Хвала эльфам, Элиот, ты наконец-то пришел! – Дана всплеснула руками и недовольно покачала головой. – Ну сколько раз просить тебя звать меня Даной, когда мы одни!

Волшебница мгновенно возникла рядом с Леваром.

– Я не был уверен, что здесь никого нет, – сказал мужчина, слегка улыбнувшись, – нусса Дана, – добавил он, понизив голос до шепота, от чего последние слова прозвучали более чувственно.

Волшебница расплылась в улыбке.

– Ты же знаешь, я не имею права тебя вызывать. Я не директор Фабрювола и не твой начальник в Институте Магии.

– Но вы – магистр магии, единственный в своем роде, обладающий огромной силой. Я бы не хотел быть человеком, который встанет у вас на пути, – произнес мужчина с придыханием.

Председательница подошла ближе, положила правую руку на плечо Левара и посмотрела ему прямо в глаза.

– Ты не стоишь у меня на пути, – она покачала головой. – Пресвятые драконы, называй меня просто Дана и прекрати выкать! – волшебница произнесла эту фразу почти с раздражением.

– Мне трудно свыкнуться с мыслью, что мы вместе, – сказал мужчина и нежно провел рукой по щеке женщины. – Нас слишком многое разделяет.

– Давай не будем снова говорить об этом, – Дана отстранилась и на мгновение отвернулась.

– Мне не нравится, что мы скрываемся, как какие-то преступники, – мягко сказал Левар, однако в его голосе была заметна горечь. – Я понимаю, что это из-за твоей работы. Ты боишься скандала, не хочешь стать героиней статьи «Правды Грезониса» или «Волшебных известий». Они могут в красках расписать роман обычного кана и самой влиятельной волшебницы планеты. А может, ты сама сомневаешься во мне? Может, ты считаешь, что я всего лишь охотник за…?

– Ты оскорбляешь меня подобными вопросами, – перебила его Дана. – Ты вовсе не обычный кан для меня, а я всего лишь женщина, которая тебя любит, – при этих словах лицо Левара просветлело. – Я обещаю, что все изменится. Потерпи немного. Давай не будем портить нашу встречу.

– Вот в этом все и дело, – вздохнул Левар, отойдя немного в сторону. – Я хочу, чтобы у нас были не встречи, я хочу хотя бы одно нормальное свидание. Пусть это будет недолго, но по-настоящему. Хочу, чтобы мы могли вместе выходить на улицу и не притворяться, что мы друг другу чужие.

Дана снова подошла к Левару и повернула его лицо к себе.

– Мы не чужие, но нужно подождать, – сказала она твердо. – По крайней мере, пока не закончится следствие по делу Снежаны. Я Председательница «Девифаха», ты работаешь в Институте Магии. Наши организации ведут независимые расследования. В интересах следствия мы не должны пересекаться. Если узнают, что мы вместе, могут возникнуть проблемы, прежде всего у Снежаны.

– Но ведь ее невиновность уже доказана, – возразил Левар.

– Рада это слышать, – улыбнулась Дана. – Что Институт Магии и «Девифах» сходятся в этом.

Левар взял Дану за руку, и они вместе сели на диван, стоявший у противоположной стены.

– Хоть мы и не должны обсуждать расследование, но ты приняла столько участия в освобождении Снежаны, что я не могу не рассказать.

– Я сделала это только потому, что видела: ты не остановишься ни перед чем, чтобы помочь ей. Я не хотела, чтобы ты пострадал.

Левар крепче взял руку Даны и сказал:

– Версия с Идди Грефиру не подтвердилась. Он не мог заколдовать меня и Снежану, так как за неделю до смерти Винцендия был найден мертвым.

– Это мы тоже выяснили, – кивнула Дана.

– Кто-то дал Снежане волшебную палочку, с которой мы отправили ее в Мерхентейль. Палочка могла бы указать на виновника, стать весомой уликой, но преступник смог ее забрать. Сотрудники Энергетического отдела продолжают собирать и изучать энергию в Северном королевстве. Понадобится время, прежде чем мы выясним, какой волшебник действовал там, был ли он один, или кто-то ему помогал. Мы точно знаем, что преступник умеет телепортироваться, но это мало сужает круг поисков. А что известно вам?

– Не могу ничем порадовать, – вздохнула Дана. – У «Девифаха» нет других сведений, хотя есть несколько зацепок благодаря допросу Ронария.

Левар воодушевился.

– Он действительно сказал что-то стоящее? Он знает, кто за всем стоял?

Дана отвела взгляд и ответила:

– У нас есть некоторые сведения, которые могут оказаться полезными в поисках.

– Но ничего конкретного, я прав?

Дана ничего не сказала.

– Иными словами, мы ничего не знаем, – расстроенно произнес Левар. – Вы слишком рано стерли Ронарию память!

– Поверь, мы выжали из него все, что было возможно.

– И какой от этого толк? Преступник до сих пор не найден! – Левар стукнул кулаком по стене.

Дана положила голову на плечо волшебника.

– Не говори так. Найти виновного, конечно, важно, но намного важнее оправдать невиновного, что удалось сделать не без твоей помощи. Снежане очень повезло, что у нее есть такой друг. А мне повезло, что ты рядом со мной, – Дана подняла голову, и ее лицо оказалась еще ближе к Левару.

Мужчина наклонился и нежно прикоснулся губами к чуть приоткрытым губам своей возлюбленной.

## Глава 2. Школьные будни

Прошло несколько месяцев. С появлением Корнеевых жизнь Гусевых сильно изменилась. Они часто собирались отдыхать семьями дома и на природе, ездили в парк развлечений, на спектакли и в кино, вечерами взрослые любили посидеть на кухне и обсудить последние мировые новости. Оля и Катя учились в одном классе, даже сидели за одной партой. Девочки подружились, к общей радости взрослых проводили много времени вместе и за пределами школы.

Оля была примерно на полторы головы выше Кати, девочка обладала стройной фигурой и безукоризненной осанкой. Ее живое обаятельное загорелое лицо обрамляли доходившие до плеч непослушные каштановые волосы, лоб закрывала косая челка. Брови у нее были вычерченные, немного выгоревшие, ресницы густые и длинные, нос широкий, щеки с небольшими ямочками. На губах часто блуждала горделивая улыбка, очаровательная или презрительная, в зависимости от того, кому эта улыбка была адресована. Улыбалась Оля, всегда широко раскрыв рот, показывая красивые ровные зубы. В серо-зеленых блестящих глазах девочки почти всегда горел озорной огонек, дополняющий загадочный образ. Олю нельзя было назвать красивой, но она привлекала внимание исключительной уверенностью в себе, острым язычком и собственным отношением к навязанным правилам.

Кате новая знакомая казалась буквально человеком из другого мира, так сильно Оля отличалась от одноклассников. Поначалу Катя чувствовала себя неуютно в ее обществе (девочка всегда трудно сходилась с людьми), но Оле быстро удалось расположить Катю к себе. Корнеева никогда спокойно на месте не сидела, могла менять планы десять раз за день, неожиданно прибежать к Кате, расшевелить всех Гусевых и увезти подружку на какую-нибудь выставку или интересный мастер-класс.

До знакомства с Олей у Кати был только один школьный друг – Володя Блёскин. Они вместе ходили в детский сад, потом попали в один класс. Оба не были популярны среди одноклассников, и это сплотило их еще больше.

Ростом Володя был выше Кати, но казался ниже Оли, так как немного сутулился, за что часто получал жесткие дружеские похлопывания от Корнеевой, пытающейся избавить Блёскина от вредной привычки. У мальчика были еще не окрепшие широкие грудь и плечи. При ходьбе он покачивался из стороны в сторону и торопливо пересекал нужное пространство. Короткие темные ершистые волосы открывали высокий лоб и прямой нос, чуть вытянутое приятное лицо озаряла заразительно-веселая жизнерадостная улыбка. Портрет, казалось бы, вполне счастливого мальчика дополняли карие искрящиеся глаза. На самом же деле улыбчивое лицо было всего лишь маской, с помощью которой Володя пытался скрыться от назойливых и недружелюбных сверстников.

Блёскин был из неблагополучной семьи: отец пил и рано умер, мать много работала, чтобы их прокормить, а в свободное время тоже предавалась вредной привычке. Работа, однако, не позволяла купить сыну брендовые дорогие вещи, которыми щеголяли школьники, пытающиеся добиться определенного статуса. Сверстники считали мальчика неудачником: семья небогатая, сам он отставал по многим предметам. Володя частенько помогал матери, подрабатывал, времени на учебу не всегда хватало. Ко всему прочему у Блёскина был редкий «талант» – попадать в разные нелепые ситуации.

Для Кати это все не имело значения. Она считала, что деньги и положение семьи в обществе не должны влиять на дружеские отношения. Может, это и были мысли наивной девочки, но кто сказал, что быть наивной плохо? Дети должны мыслить как дети, а когда они начинают думать как взрослые, это вовсе не означает, что они взрослеют и становятся похожими на лучших представителей рода человеческого. Очень часто получается, что кумирами детей становятся вовсе не те люди, которым следует подражать.

Володя был хорошим другом, и это все, что было важно для Кати. В любой ситуации он старался сохранить хорошее расположение духа и использовал несколько своеобразное чувство юмора, чтобы сбросить накапливавшийся негатив. Катя всегда жалела своего непутевого друга, подтягивала по учебе (особенно по английскому языку, которым неплохо владела для своего возраста), однако даже ему Катя не рассказывала всего о себе. Девочка не любила делиться переживаниями, предпочитая держать сокровенные тайны и мысли при себе.

Какое-то время Катя общалась с одноклассницей – Марьяной Да́ховой – красивой популярной девочкой, не особо, впрочем, умной и интересной. Катя не сразу поняла, что ее просто используют, а за спиной посмеиваются. Марьяна была капризной и самовлюбленной, не считалась с чувствами других людей. Она нравилась Володе, мальчик набрался смелости и пригласил Марьяну в кино. После этого ему пришлось пережить очень неприятную сцену и долгое время его в лицо осыпали насмешками.

– Неужели ты думаешь, что можешь быть мне интересен? – рассмеялась Марьяна. – Я не общаюсь с детьми неудачников.

Володя залился краской и пожалел, что она девочка и он не может ее ударить. Мальчик не любил, когда задевали его семью. Мать любила Блёскина, заботилась о нем и уж, конечно, заслуживала уважения глупой вредины, которая совершенно не знала, что такое тяжелый труд, а получала все, что хотела, от своего богатого папаши.

Перестав общаться с Марьяной, Катя и Володя стали еще ближе друг к другу, совместно держа оборону против так называемой школьной «элиты». Хотя назвать это обороной было сложно. Они лишь пытались всеми силами не пересекаться с определенной группой школьников, в классе тихо и спокойно сидели, думая только о том, чтобы их лишний раз не замечали. То же происходило и на переменах. Принцип «только бы не заметили и не тронули» Катя применяла не только при встречах с собаками. Если же по какой-то причине кто-то из них оказывался в центре внимания (будь то чья-то злая шутка или, наоборот, учебное достижение), девочка молча терпела чужие взгляды на себе, а затем как можно быстрее пыталась избежать настойчивого интереса к своей персоне. Володя в таких случаях, если задевали его, тоже молчал, стискивая кулаки, мог отпустить едкую шутку или иронический комментарий в адрес обидчика, но вполне мог даже влезть в драку, если кто-то пытался задеть подругу. Такие случаи добавляли Марьяне и ее компании лишний повод посмеяться, подразнить неудачников «женихом и невестой» и еще больше увеличить пропасть между собой и ними.

Перемены начались почти сразу после того, как в их классе появилась Оля. Корнеевой не понадобилось много времени, чтобы усвоить все школьные неписаные правила и для того чтобы показать, что ей на них наплевать. Ее можно было увидеть везде в компании признанных неудачников (Блёскина и Гусевой), но от этого Олина популярность, которую она быстро завоевала, не падала, а скорее наоборот. Девочка легко завязывала новые отношения благодаря своей общительности и чувству юмора.

Кате с Олей было интересно, и она чувствовала, что это взаимно, но не могла понять, что держит Олю рядом с ней и Володей? Катя была очень не уверена в себе, поэтому ее смущало такое хорошее отношение. Оля, появившись в их жизни, резко взяла ситуацию в свои руки и заявила, что собирается заняться их воспитанием.

– Володя, ты сам виноват, что над тобой посмеиваются. Ты позволяешь, чтобы окружающим это сходило с рук, так не годится, не веди себя как девчонка. Хорошо, что ты хотя бы отшучиваться научился и не зацикливаешься, как Катя. Надо иногда вылезать из своей раковины, люди никогда не узнают, какая ты на самом деле, если ты не позволишь им это сделать. Тебя многие считают занудой, а ты и не пытаешься их переубедить. Я же уверена, что ты сильная, но тебе нужно, чтобы рядом был человек сильнее тебя, который может поддержать, но не станет подавлять. Такой человек, как я, например.

Катя улыбнулась.

– От недостатка скромности ты не страдаешь.

Оля не обиделась.

– Конечно же, я ценю себя, но преувеличивать собственную значимость не буду. Я считаю, ты слишком скрытная, способна легко решать сложные проблемы, но тебя легко переубедить: сильно зависишь от чужого мнения, а так нельзя.

Вскоре Катя, Оля и Володя стали практически неразлучны. Когда люди проводят вместе много времени, они неминуемо оказывают влияние друг на друга. И такое влияние всегда двустороннее. Катя и Володя становились увереннее в себе и старались меньше реагировать на повседневные неприятности, а Оля училась у них взаимодействию с окружающим миром с наименьшими потерями для себя. Девочке зачастую трудно было контролировать свое поведение и не поступать импульсивно. Все изменения происходили с друзьями лишь благодаря их собственному желанию и усилиям. Жаль только, что в школе их продолжали воспринимать такими, какими они были раньше. Трудно доказать окружающим, что ты изменился, еще труднее доказать это самому себе.

Катя стала более общительной. У Володи и раньше был острый язычок, а сейчас он все чаще устраивал словесные перепалки с Корнеевой. Когда Оля пыталась упрекать его за «девчачье поведение», Блёскин тут же отвечал, что был бы рад поменяться с ней телами, чтобы исправить досадное природное недоразумение.

Характер Оли отчасти смахивал на мужской, она и сама признавала, что природа здорово ошиблась на ее счет. Ко всему прочему, девочка увлекалась машинами и любила спорт, что было основными точками соприкосновения между ней и Блёскиным.

У Кати и Оли тоже были общие интересы, но они любили разные науки. Оля под руководством отца начала изучать химию и биологию, которые они еще не проходили в школе. Катя с маминой помощью повышала уровень английского языка, а недавно решила взяться за французский. Девочки часто спорили, но все равно каждая из них оставалась при своем мнении.

– Не люблю я языки, – говорила Оля, смешно морща нос. – Они скучные. Биология намного интереснее. Кроме того, эта наука никогда не стоит на месте, как, впрочем, и химия.

– Язык тоже изменяется, пополняется новыми словами, а некоторые, наоборот, исчезают, – возражала Катя.

– Для меня важнее знать, из чего я состою, – Оля пожимала плечами.

– Но ты ведь тоже английский знаешь.

– Да, с детства на нем говорю. Выучила по необходимости. Я же за границей выросла, забыла? Я и латынь немного знаю, хочу стать хирургом, как папа. А вот тебе-то эти языки зачем?

Оля обладала очень редким даром: на нее просто невозможно было сердиться. Поэтому любые споры всегда заканчивались мирно.

Катя была рада, что она больше не одна, ведь есть вещи, которые другу-мальчику не расскажешь, но часто ее посещали сомнения. Были ли они втроем настоящими друзьями? Могут ли они положиться друг на друга? И как это проверить?

* * *

Школа – небольшая копия взрослого мира, где далеко не всегда во главе находятся администрация и учителя. Бывают случаи, когда дети берут «власть» в свои руки, создают собственное мини-государство со своей иерархией. Это происходит и за пределами учебного заведения. К сожалению, взрослые зачастую ничего не замечают, занятые ежедневными заботами, выполнением очередного плана и составлением отчетов. Только когда случаются скандальные происшествия, руководство начинает задумываться: а может, надо все-таки воспитывать живых детей, а не копить бумаги? Дети чаще всего просто копируют поведение взрослых, ведут себя в школе так же, как родители дома или знакомые люди на улице. Хорошо, если есть пример, достойный подражания, иначе дети начинают делить окружающих на сильных и слабых, на богатых и бедных, на преуспевающих и неудачников. Короче говоря, вешают ярлыки, от которых не так-то просто избавиться. Многие люди потом всю жизнь ходят с подобными ярлыками, не в силах справиться с детскими травмами.

Школа, где учились Катя, Володя и Оля, ничем не отличалась от любой другой, кроме одного обстоятельства: негласной главой учебного заведения была девочка-старшеклассница по имени Виктория Де́йра. Эта девочка из богатой и влиятельной семьи с детства привыкла получать все и сразу: игрушки, кукол, сладости, одежду, украшения и многое другое. Из нескольких предыдущих школ Виктория ушла со скандалом, рассказывая направо и налево, как сильно ее притесняли учителя и директора. Родители девочки часто были в разъездах, поэтому воспитанием их дочери занимались прислуга и няньки.

Естественно, все эти обстоятельства не могли не отразиться на характере Виктории. Она считала всех вокруг обязанными ей, полагала, что все в школе должны подчиняться ее желаниям. Дети ее боялись и пытались или стать друзьями, или лишний раз не попадаться на глаза, а школьное руководство закрывало на все глаза, так как родители Виктории вкладывали в школу хорошие средства. Именно Дейра создала свое подобие иерархии, где себе отвела место королевы, Марьяне Даховой и еще нескольким девочкам милостиво разрешила исполнять роли придворных дам, школьные хулиганы составляли ее охрану, а все остальные считались людьми низшего сорта.

Катя, как и большинство учеников школы, Викторию не любила, однако ни она, ни Володя открыто свои чувства не выражали. Блёскин частенько отпускал шуточки в адрес Дейры, правда только за глаза. Катя соглашалась с ним, но считала, что лучше помалкивать, чтобы спокойно доучиться, ведь что они могут сделать в такой ситуации, если даже директор предпочитает не вмешиваться? Сама Виктория считала парочку друзей неудачниками (с ее легкой руки мнение закрепилось во всей школе). Она просто не обращала на них внимания, как и на другие объекты шуточек и злых розыгрышей. Их устраивали «подданные», чтобы развеселить самоназначенную королеву, которая не трудилась запоминать личности несчастных пострадавших.

Подобное положение дел не могло длиться вечно. Недовольных поведением Дейры и ее приспешников было много, смелости сопротивляться в открытую не хватало ни у кого, пока в школе не появилась Ольга Корнеева.

* * *

Нусса Риддиф принимала у себя в кабинете необычного посетителя. Напротив нее в кресле сидел высокого роста худощавый сероглазый брюнет, виски которого уже посеребрила седина, но других явных признаков приближающейся старости в его внешности не наблюдалось. Мужчина держался с достоинством и был одет со вкусом, хотя не являлся частым посетителем дорогих магазинов одежды. Звали посетителя Джордж Ризонян, и был он известным на Вундивекле ученым – создателем машины времени. На приеме у Председательницы «Девифаха» он оказался не случайно: накануне ученый был любезно приглашен нуссой.

Ризонян в очередной раз устало вздохнул и сказал:

– Я пришел только из уважения к вам, но мой ответ с прошлого раза не изменился. Я создал машину времени не для того, чтобы ею пользовались все подряд для сомнительных, на мой взгляд, целей. Вы же знаете, это очень опасно – вмешиваться во время. Поэтому единственные существующие чертежи машины находятся в моей голове, – он постучал длинным пальцем по виску. – Я отказываю не потому, что не доверяю вам, я отказываю потому, что не доверяю никому, кроме себя, – сказав это, мужчина упрямо сжал губы и скрестил руки на груди.

– Но ведь вы уже один раз помогли мне, – возразила Дана, встав с места, и подошла ближе к посетителю, заставляя его развернуться и сменить позу на менее категоричную. Сегодня волшебница была в светлом брючном костюме.

– И до сих пор себя ругаю за это, – все еще твердо сказал Ризонян. – Вы застали меня врасплох, в тот момент, когда любой ученый становится ранимым и думает вовсе не о благе, ради которого начал что-то создавать. Мне так хотелось провести испытание машины, что я слишком мало задумывался о безопасности девочки, которая ни о чем не подозревала.

– А вот я была уверена, что вы с блеском справитесь, иначе не обратилась бы к вам, – улыбнулась Дана, которая села на диван у стены. Теперь между ней и собеседником не было стола, выполняющего роль непреодолимой преграды.

Ризонян нахмурился и покачал головой.

– Я не понимаю, зачем вы продолжаете настаивать и почему вы дважды обращаетесь ко мне из-за одной и той же девочки?

Дана загадочно улыбнулась.

– У меня, как и у вас, есть свои секреты. Могу только сказать, что у меня есть причины присматривать за Катариной, – волшебница изящно положила ногу на ногу, облокотилась о спинку дивана и продолжила. – Вы знаете, кто такая ведунья?

Ризонян удивленно приподнял бровь.

– Не уверен, но кажется, ведуньи как-то связаны с магией времени.

Дана кивнула.

– Ведуньи и пророки – самый сильный класс провидцев. Они бессмертны, способны видеть не только будущее, но и прошлое и настоящее. Моя подруга Авива Колох – ведунья, и у нее было видение касательно Катарины, из-за которого я к вам и обратилась.

Ризонян подпер рукой подбородок, задумчиво помолчал немного, затем произнес.

– И что конкретно от меня требуется?

Дана мгновенно приободрилась, победно улыбнулась и произнесла.

– Будьте готовы совершить небольшое путешествие. Вам предстоит встретиться с правнуком.

* * *

Корнееву было нелегко запугать и заставить делать то, чего она не хочет. В один из первых дней в школе Оля оказалась в центре переполоха в столовой, когда, купив себе обед, уселась за стол, занимаемый обыкновенно Викторией и ее бандой.

Катя и Володя неуверенно подошли следом. Блёскин скривился.

– Идем отсюда быстрее, пока нас не увидели.

Оля только хмыкнула.

– Ты просто не знаешь, – осторожно произнесла Катя. – Это место Виктории. Мы тебе про нее говорили. Нам здесь нельзя находиться.

– Кто тебе такое сказал? – возразила Корнеева. – Столовая – общественное место, ученики имеют право занимать любой свободный стол. Я буду сидеть здесь и вам советую поступить так же, а то вы стали в проходе, чем нарушаете общественный порядок.

Володя качнул головой и протянул:

– Вроде бы логично, не поспоришь.

Мальчик сел рядом с Олей и быстро набил себе рот листьями салата, отчего стал похож на большого и довольного хомячка.

– Шажись, шего ты еще штоишь? – произнес он, обращаясь к Кате, которая переминалась с ноги на ногу и внутренне сжалась.

Девочка села, хоть и с опаской, она постаралась справиться с содержимым своей тарелки как можно быстрее.

– Это еще что такое? – недовольный голос за спиной они услышали, когда уже почти справились со своими порциями.

Ребята обернулись и увидели Викторию с Марьяной и несколько крепких мальчишек. Володя мгновенно прекратил работать челюстями, Катя отодвинула от себя тарелку с остатками еды, так как мгновенно потеряла аппетит. Только Оля продолжала невозмутимо есть булочку с маком и запивать ее компотом.

– Вы сели на наше место, – недовольно сказала Марьяна.

– Странно, не заметила здесь никакой таблички, – даже не посмотрев на говорившую, произнесла Корнеева.

Виктория прищурилась, ее щеки вспыхнули, губы дрожали. Она схватила со стола пустую тарелку и со всей силы ударила ее об пол. Катя и Володя вздрогнули. Корнеева слегка отклонилась в сторону, чтобы осколки ее не задели.

– Благодарю, ты избавила меня от необходимости относить ее на кухню, – сказала Оля с еле заметной насмешливой улыбкой. Затем она демонстративно встала и направилась к выходу.

– На сегодня я милостиво прощаю тебя, потому что ты новенькая, – крикнула Виктория ей вслед, – но тебе стоит выучить школьные правила и больше их не нарушать.

Оля только фыркнула, повернувшись к Дейре спиной, и покинула столовую вместе с Катей и Володей, которые чувствовали себя крайне неуютно и оглядывались на компанию Дейры.

С этого момента Катя, Володя и Оля перестали быть незаметными фигурами в школе. Неприятные ситуации преследовали их чуть ли не ежедневно. То они находили свои куртки на полу в гардеробе, то у Кати прямо на уроке пропадал портфель, который утащили в мужской туалет, то Блёскина забросала снежками толпа старшеклассников. Мальчика сбили с ног и не давали встать. Он лежал на снегу, прикрыв голову руками, и получал все новую порцию снега за пазуху, пока дворник не бросился на хулиганов с воинственным видом и не разогнал их. В другой раз у Кати на улице сорвали шапку и подняли ее высоко над головой. Ей приходилось прыгать в попытке достать свою вещь, злые мальчишки смеялись, пока Володя не пришел ей на помощь.

Создавалось впечатление, что на них негласно открыли охоту. Оле также доставалось, но, казалось, она не обращала никакого внимания на происходящее. Девочка с легкостью выходила из любой ситуации если не победительницей, то уж точно не настолько пострадавшей, как хотелось бы Виктории.

Однажды, например, Марьяна подставила Олю и пожаловалась учительнице, которую Корнеева недолюбливала. На очередной контрольной работе учительница подошла к Оле в тот момент, когда та только что закрыла сумку, предварительно что-то туда положив.

– Доставай, – грозным голосом произнесла учительница.

– Что доставать? – спокойно спросила Оля и глазом не моргнув.

– То, что ты только что спрятала. Шпаргалку.

– У меня ничего нет, – весело произнесла Корнеева. – Но я могу попробовать достать вас.

С этими словами девочка открыла сумку и вытащила оттуда обычную бумажную салфетку. В классе послышались сдавленные смешки. Марьяна расстроенно прикусила губу. Учительница тоже как будто огорчилась, но ничего не сказала.

– Вот еще, шпаргалку она найти у меня пыталась, – насмешливо сказала Оля после урока. – Если бы я хотела списать, я бы это с умом делала.

Один из майских дней оказался особенно неудачным в жизни Кати. Утром она проспала, пропустила завтрак и всю дорогу до школы бежала вместе с Олей. До места они добрались не в лучшем расположении духа, так как все-таки опоздали на контрольную по математике – самый нелюбимый Катин предмет. Девочка никак не могла сосредоточиться, постоянно отвлекалась, пытаясь одновременно помочь Володе. Уже к концу урока она поняла, что окончательно контрольную провалила. Вдобавок ко всему любимая учительница Кати по литературе заболела и вместо нее урок проводила классная руководительница, которую школьники недолюбливали, называя за глаза жабой.

– А ну закрыли свои борщехлебатели! – с порога заявила учительница, дети сразу же сникли.

Жаба почти весь урок занималась тем, что отчитывала их, называя самыми невоспитанными и ужасными детьми в школе. Впрочем, подобные слова она ежедневно говорила всем своим ученикам.

После уроков Оля осталась на разговор с классной руководительницей, а Катя и Володя ждали ее в вестибюле. В какой-то момент Катя захотела выйти на улицу, где была хорошая погода, светило и уже хорошо пригревало солнце. Блёскин компанию ей не составил, он остался внутри, оживленно обсуждая что-то с несколькими одноклассниками. Девочка вышла из школы, но успела только свернуть за угол, как вдруг… Катя сразу даже и не поняла, что произошло, но моментально ощутила, что с нее ручьями стекает вода. С мокрых волос, которые девочка больше не заплетала, а собирала в хвост на затылке, и с челки прямо в глаза падали крупные капли. Школьная форма – юбка, блузка и жилетка – промокла насквозь. Катя заглотнула ртом воздух, обернулась и увидела то, что и ожидала: Викторию, Марьяну и двух старшеклассников с ведрами. Одно из них уже было пустое. Все четверо хохотали.

– Сегодня жарко. Тебе стоит поблагодарить меня за холодный душ. Надеюсь, ты немного освежилась? – насмешливо сказала Виктория.

– Спасибо, – сквозь зубы процедила Катя. – Кажется, теперь я твоя должница? – в душе девочки боролась злость на мучительницу и на собственную беспомощность.

– Ну что ты, не стоит. Это я так, по старой дружбе.

– Хм. Какая у тебя блузка модная, – фыркнула Марьяна. – Прямо как у моей бабушки. Адресок магазинчика не подскажешь? Я бабуле продиктую.

Мальчишки злобно захохотали. Виктория тоже улыбнулась уголком рта.

– Передай Оле привет и скажи, что я не позволю ей и дальше меня игнорировать, – сказала Дейра.

Катя сжала руки в кулаки и почувствовала, как ногти больно впились в кожу. Затем она резко развернулась и пошла в сторону дома. Вслед ей летел дикий злобный смех. В эту минуту девочка ненавидела все и всех на свете: Викторию, Марьяну, старшеклассников, хорошую погоду; дорогу, которая казалась ей слишком длинной; птиц, которые весело щебетали; и этот проклятый день; и саму себя; и свежий воздух, которым ей вздумалось подышать; и Володю – за то, что не остановил ее и не пошел с ней; и Олю – за то, что она именно сегодня, как назло, задержалась.

Наконец Катя завернула за угол, окончательно скрылась из глаз обидчиков, тяжело вздохнула, присела на корточки и прижалась к стене. Она даже не знала, что можно так сильно злиться! Ей очень хотелось заплакать от обиды, но она знала, что делать этого сейчас никак нельзя, поэтому только плотно стиснула зубы.

## Глава 3. Неожиданная развязка

Володя все еще был в вестибюле, когда услышал шум, а затем громкий и неприятный хохот. Выглянув на улицу, Блёскин понял, кто издавал эти противные звуки, и разозлился. Володя не очень-то любил драки, побаивался банду Дейры, но он вовсе не был трусом. Он думал недолго, прежде чем выбежать на улицу, чтобы вступиться за подругу. Но его появление только вызвало у Виктории и Марьяны новый приступ истерического смеха.

– Посмотрите на это чучело! – засмеялась Дахова. – Вот это защитник!

– Кажется, он даже собрался драться! – воскликнула Дейра. – А ну, ребята, остудите-ка его!

Очень быстро Володя оказался на земле, а еще через минуту один из старшеклассников опустошил второе ведро. Блёскин еле поднялся на ноги, поскользнулся и снова упал, отчего вымазался в грязи почти с ног до головы.

– Лучше уходи отсюда! – сказал один из хулиганов.

Володя встал, смерил банду сердитым взглядом и пошел в противоположную от школы сторону. Он злился на себя за то, что ничего не смог сделать. Мальчик понимал, что если полезет в драку, то Игорь с Максом легко его одолеют, а Кате это никак не поможет. Зайдя за угол, Блёскин остановился, увидев девочку, которая сидела на земле, обняв колени руками, и невидящим взглядом смотрела куда-то вдаль.

– Хорошо, что ты здесь. Пойдем домой, – Володя сопровождал слова энергичной жестикуляцией. Он нарисовал на лице улыбку, хоть это было и непросто, но мальчику казалось, что он сможет приободрить подругу.

– Оставь меня в покое. Я никуда не пойду, – холодным безжизненным тоном сказала Катя.

– Брось! Все не так плохо! Я знаю, что ты сейчас чувствуешь. Тебе обидно, – Володя сел рядом с девочкой. – Помнишь, мне было четыре года, мама повела меня на концерт, а я неожиданно выбежал на сцену и стал танцевать? Все надо мной смеялись. Администратор нашел маму, а она вначале сказала, что не знает меня. Некоторые ребята до сих пор эту историю вспоминают. И очень неприятные вещи говорят.

– Это… Это не то же самое! – неуверенно сказала Катя, хотя внутренне немного смягчилась.

– Не переживай. Все будет нормально. Это я виноват: не надо было тебе одной на улицу выходить. Оля сегодня повздорила с Викторией.

Катя уже готова была последовать совету друга, успокоиться, забыть неприятную историю и просто пойти домой, но последняя фраза заставила ее разозлиться с новой силой.

– Оля все время нарывается на неприятности, впутывая нас, и я не понимаю, к чему ты мне это сейчас говоришь?!

– Я пытаюсь тебе помочь. Но, похоже, у меня это не очень хорошо получается, – быстро добавил Володя последнюю фразу, когда уловил на себе сердитый взгляд.

Катя не хотела, чтобы ее сейчас утешали. Она пыталась успокоить себя мыслью о том, что совсем скоро она придет домой, попьет любимого чаю с лимоном, поест маминого печенья, и все снова будет хорошо, и исчезнут все проблемы. Но почему-то Кате казалось, что ничего этого не будет. В любом случае будет лучше, если она прямо сейчас уйдет, ей совсем не хотелось вдруг расплакаться на глазах у Блёскина, поэтому девочка резко встала, собираясь уходить. Володя хотел последовать за ней, но Катя его остановила.

– Не ходи за мной.

– Я только провожу тебя…

– Я сказала, не ходи за мной! Я никого не хочу видеть!

– Хорошо, сейчас Оля вернется, и все образуется. Она обязательно что-нибудь придумает, она смоет улыбку с лица противной Дейры, будь уверена.

Катя почувствовала новый приступ ярости, злилась она вовсе не на Викторию.

– Ты что, русского языка не понимаешь?! Оставь! Меня! В покое! Вместе! Со своей! Олей! Кто просил ее дразнить Дейру? Как будто Оля не знает, что та все равно будет делать все, что ей нравится! А если она захочет, то в любую минуту пожалуется родителям, и во всем обвинять будут нас! Я вообще не понимаю, почему она до сих пор этого не сделала? Наверное, у нашей школьной королевы ангельское терпение! У меня же оно уже закончилось. Слышишь? Все! Мое! Терпение! Сегодня! Лопнуло! Иди к Оле! Может быть, она еще как-нибудь разозлит Дейру, и та придумает очередную выходку! Иди! А мне это надоело! – с этими словами Катя резко развернулась и ушла, оставив Володю в одиночестве.

* * *

Как только Володя скрылся из виду, Катя бросилась бежать. Девочка подумала, что лучше не появляться перед знакомыми в таком виде. Необходимо было успокоиться и обсохнуть, и она свернула на тропинку, ведущую в лес. Катя часто бывала тут с родителями, хорошо знала эти места и не боялась заблудиться.

В лесу было слишком тихо для солнечного весеннего денька, но Катя ни на что вокруг не обращала внимания. Она знала, что здесь ей никто не помешает, и, наконец, она смогла дать волю слезам. Катя зарыдала в полный голос, закрыв лицо руками. Наплакавшись и накричавшись, она убрала руки, открыла глаза, вытерла слезы со щек и пошла вперед, время от времени всхлипывая.

Девочке стало немного легче. Она продолжала идти, попутно глубоко вдыхала воздух и выдыхала его, пытаясь успокоиться. «Вот так вот, уже лучше, все хорошо, все наладится, пора возвращаться назад», – уговаривала Катя сама себя, как вдруг ее внимание привлек яркий луч света, проникавший сквозь густую листву деревьев откуда-то впереди.

Девочке трудно было объяснить, почему ее так заинтересовал этот свет. Возможно, она просто искала любой повод отвлечься от неприятных мыслей? Не раздумывая ни секунды, Катя пошла вперед. А луч света как будто смеялся над ней, все время убегал, то появлялся, то исчезал, девочка сбилась со счета, сколько раз она свернула с намеченного пути. Луч тем временем совсем растворился в воздухе, а Катя обнаружила, что вышла на поляну, на которой раньше никогда не бывала.

В центре поляны высился обычный деревянный указатель с прибитыми к нему табличками. Необычными казались странные знаки на табличках, которые, впрочем, показались девочке знакомыми. Катя подошла ближе и смогла разобрать надписи на русском языке, которые были вырезаны под символами.


Вперед шагнешь – судьбу свою найдешь.

Назад шагнешь – вовеки не узнаешь.

И


Что потеряно, то должно быть найдено.


Занятая чтением, девочка не заметила нового появления луча света, который исходил прямо у нее из-под ног. Что-то заставило Катю посмотреть вниз, чтобы увидеть, что она стоит на металлической плите, частично скрытой травой. На плите были вырезаны символы, похожие на знаки на указателе, и изображения необычных существ. Разглядеть рисунки Кате не удалось, свет исходил прямо от плиты и, поднимаясь вверх, доходил ей уже до колен. Пару секунд спустя плита под ногами девочки зашаталась, и она провалилась куда-то под землю. Плита снова оказалась на том же месте, а свет мгновенно погас.

* * *

Оля была в прекрасном расположении духа, когда спустилась на первый этаж, где ее должны были ждать друзья. Внизу никого не было, школьники быстро разбежались по домам, а те, у кого занятия еще не закончились, с разной степенью успешности были заняты процессом получения знаний под руководством учителей. Оля выглянула на улицу и почти сразу увидела двух старшеклассников из банды Дейры, которые тащили за собой упирающегося Володю. Блёскин выглядел жалко: весь мокрый, брюки грязные, рубашка местами разорвана, однако мальчик все еще пытался защищаться.

Оля поняла, что вмешаться следует немедленно, и вышла на улицу. Виктория сразу же заметила ее.

– Оставьте Блёскина в покое, – крикнула она парням. – Вас ждет более интересная работенка.

Макс и Игорь отпустили Володю, тот споткнулся и упал.

– Я так полагаю, пришла наша спасительница? Ну и что ты мне сделаешь, Корнеева? Жабе пожалуешься? Или, может, попробуешь заняться моим воспитанием, как некоторые училки? «Это неправильно, ты не должна так поступать!», – Виктория дразнилась и корчила смешные гримасы, свита ей поддакивала. – Такие, как ты, Корнеева, бесят меня до невозможности! – с отвращением сказала Виктория.

Оля фыркнула.

– Желающие объяснить мне, какая я… расслабьтесь. Я в курсе своих достоинств. Что же касается твоего воспитания. Боюсь, это уже давно неактуально, – произнесла девочка и быстрым шагом направилась к Дейре, но дорогу ей преградил Макс – один из хулиганов.

– Чувствуешь, чем пахнет? – спросил он, сунув ей свой кулак прямо в лицо.

– Чувствую, – сказала Оля скривившись. – Не сходимся мы с тобой в религиозных взглядах.

– Не понял, – Макс глупо уставился на Корнееву.

– Я не признаю, что эти две сколопендры, – она кивнула в сторону Виктории и Марьяны, – центр мироздания.

И в этот момент произошло то, чего никто из присутствующих не ожидал. Оля резко схватила Макса за руку, сделала несколько движений вниз, вверх и в сторону, и вот уже парень лежит лицом прямо в грязи.

– В следующий раз будешь знать, как нападать на беззащитную девочку, – произнесла Корнеева. – Ну… или не совсем беззащитную, – добавила она, усмехнувшись.

Игорь бросился другу на выручку. Он схватил Олю за руку, девочка легко вырвалась, предварительно слегка вывернув нападающему руку. Игорь вскрикнул и сел на колено, скривившись от боли.

– Давай, Оля, давай! – восторженно крикнул Володя, который уже поднялся с земли, но близко подходить не спешил. – Покажи им!

Макс поднялся на ноги и снова бросился в атаку. Оля, продолжая держать руку Игоря, увернулась от удара Макса, толкнула его, а затем ударила кулаком по носу, откуда тут же потекла кровь. В этот момент Игорь вырвался и побежал. Вслед ему полетело ведро. Макс же согнулся пополам, держась рукой за распухающий кровоточащий нос.

Марьяна пронзительно завизжала и побежала в противоположном направлении. Оля не стала гнаться за ней, вместо этого она подошла к Виктории, которая продолжала стоять на месте. По выражению ее лица было видно, что она сильно испугана и одновременно злится.

– Если тронешь меня хотя бы пальцем, мой отец…

– Я существую с риском для жизни. Что мне может сделать твой отец? – перебила ее Оля.

– Ты плохо знаешь меня…

– Нет, Дейра, это ты плохо знаешь МЕНЯ. Тебе следует осторожнее выбирать противников. Уж прости, но обломаю я тебе твои рожки. Я хорошо тебя изучила, знаю твои слабости, которых не видят окружающие. Если ты еще хоть раз посмеешь тронуть моих друзей, то я приму меры, возможно даже сама переговорю с твоим отцом. Ему следует многое о тебе узнать.

Виктория передернулась, но тут же взяла себя в руки.

– Что ты о себе вообразила? Отец не станет тебя слушать! Такую, как ты, он и на порог не пустит!

– С удовольствием проверю эту теорию, как только у меня будет шанс.

Оля мило улыбнулась и повернулась к Блёскину.

– Вот это да! Как ты их отделала? Почему ты раньше… – начал было Володя, который со стороны наблюдал за происходящим.

– Я терпеливая, – перебила его девочка. – К тому же насилие – это на крайний случай.

– Где ты этому научилась?

– Да так, папа мальчика хотел, потому в разные секции меня записывал. А где Катя?

– Понятия не имею, – пожал плечами мальчик.

– Исчерпывающий ответ.

– Я думаю, она домой ушла.

– Хм, проверим, но для начала рассказывай, что у вас здесь произошло?

Пока Володя говорил, Игорь поднялся с места и направился к ним. Не успел он что-либо сделать, как встретился с кулаком Блёскина, отшатнулся и предпочел ретироваться.

– Здорово, – воскликнул Володя, размахивая рукой, которая резко заболела после «встречи» с противником. – Так давно мечтал это сделать! – радостно продолжил мальчик. – Слушай, а может, мы еще кого-нибудь побьем? Мне жуть как понравилось!

– Вот уж нет, – фыркнула Оля. – Мы уходим. Надо найти Катю.

– В таком виде?! – сконфуженно произнес мальчик.

– Ничего страшного, высохнешь, – отрезала Оля. – Вещи с собой заберем.

– Может, забежим домой сначала?

– Замечательная идея. А Катя за это время в еще большие неприятности успеет ввязаться. Я сомневаюсь, что она домой пошла.

– По-моему, ты преувеличиваешь.

– А по-моему, ты смелый только списывать.

Володя покраснел, но сдаваться не стал.

– Может быть, не будем переходить на личности? Катя моя подруга так же, как и твоя.

– Я слушаю твои предложения, – примирительно сказала Оля.

Володя задумался.

– Когда у нее плохое настроение, она одна в лесу гуляет.

– Замечательно! И как мы будем ее там искать?

– Обычно она не сходит с основной тропинки, – неуверенно пожал плечами Блёскин.

– Будем надеяться, что Катя привычкам не изменяет, – заключила Оля, и они отправились на поиски подруги.

Некоторое время они шли молча, комментировать произошедшее у Оли не было никакого желания, а Володя мечтал о том, чтобы скорее найти Катю, вернуться домой и привести себя в порядок, желательно до прихода мамы с работы. Раздумывая над этими невеселыми мыслями, Володя заметил свежие следы в стороне от тропинки.

– Кажется, нам сюда, – сказал он.

Оля кивнула, и они пошли дальше, постепенно входя в роль юных следопытов. Совсем скоро друзья вышли на лесную поляну, где следы резко обрывались.

– Катя была здесь, – Володя кивнул на столб-указатель. Рядом с ним лежал красный портфель. К столбу были прибиты таблички с непонятными значками и витиеватыми надписями.

– «Вперед шагнешь – судьбу свою найдешь. Назад шагнешь – вовеки не узнаешь», – прочитала вслух Оля. – Чепуха какая-то!

Володя тем временем положил свою и Олину сумку рядом с Катиной. Он подошел ближе, чтобы прочитать вторую надпись, но так этого и не сделал. Нагнувшись, мальчик увидел, что стоит на плите, из которой вверх струится свет. Плита зашаталась.

– Володя, подожди! – Оля вскрикнула, подбежала и схватила Блёскина за руку. Она хотела вместе с ним отскочить в сторону, но ничего не вышло. Свет мгновенно поглотил их обоих, ребята куда-то провалились и почти сразу же отключились.

* * *

Катя очнулась. Сознание возвращалось медленно, но верно. Солнце слепило даже сквозь закрытые веки. Девочка приоткрыла глаза, села, открыла глаза и не спеша огляделась. Она сидела на траве под деревом, листва которого скользнула по ее щеке. Нигде поблизости не было ни поляны, ни указателя с табличками. Катя сразу поняла, что местность вокруг ей совершенно незнакома: и деревья, и земля, и трава, и солнце, пробивающееся сквозь листву, и даже звуки – все было чужим. Катя отчетливо слышала звериный вой и вздрогнула. Инстинктивно девочка взялась за горло и нащупала там амулет Бекки, который всегда носила на шее в память о волшебных приключениях в Северном королевстве.

– Я бабочка! Я ба-бо-о-о-оч-ка! – нараспев произнесла Катя, пытаясь себя успокоить.

Техника не сработала, но девочка поняла, что оставаться на месте не лучшее решение. Она встала, осторожно осмотрелась и пошла вперед по тропинке. Надо же выяснить, где она и как отсюда выбраться. Земля под ногами пестрела разнообразными следами. Катя вздрогнула и сжалась, когда наткнулась на звериный след размером примерно с две ее головы.

«Какая же я глупая! – подумала девочка. – Нечего сказать: хорошая подруга! Накричала, нагрубила… Сама этого хотела, одной побыть. Вот и сбылось желание: Оли и Володи нет, я одна и провалилась неизвестно куда. Что это за лес? Где я?».

## Глава 4. Джордж Ризонян IV

Оля пришла в себя первой. Она встала и отряхнулась от налипшей на форму листвы и травинок. Попутно девочка успела увидеть на земле черный круг, исчезнувший на ее глазах. Оля решила не придавать значения увиденному, покачала головой и толкнула Блёскина в бок. Никакой реакции. Корнеева шлепнула его по щеке. Володя вначале пробормотал что-то непонятное, потом добавил уже более внятно:

– Да, мам, я сейчас. Уже встаю.

– Какая я тебе мама! – рассердилась Оля и подергала мальчика за нос. Блёскин чихнул и тут же очнулся. – Неужели? – с сарказмом произнесла Корнеева. – А я уже думала переходить к более радикальным методам.

Володя скривился.

– Не надо, – он встал и осмотрелся, оценивая местность вокруг. – А где это мы? – наконец сказал мальчик.

– То же самое я хотела спросить у тебя, – сказала Оля. – Это же ты под ноги не смотришь и по твоей милости мы сюда попали!

– Можешь злиться, если тебе так хочется, но Катины следы заканчивались около плиты, значит она тоже где-то здесь, – сказал Блёскин, который не любил оправдываться, но Олины иронические замечания ему уже начинали порядком надоедать.

– Пошли, следопыт-любитель, – Оля покачала головой. Продолжать спор было бессмысленно, мальчик был прав: они все еще не нашли Катю и следовало продолжать поиски.

Земля была влажной, на ней виднелись разные звериные и птичьи следы. Среди них выделялись маленькие следы туфель, которые друзья достаточно быстро обнаружили и по которым последовали. Они шли уже довольно долго, когда до них донесся отдаленный приглушенный шум. Трудно было определить, что это такое, но одно стало понятно практически сразу: источник шума быстро приближается.

– Такое впечатление, что табун лошадей несется, – сказала Оля.

Очень скоро ей предстояло проверить свою теорию. Девочка успела вовремя броситься в сторону, когда спустя несколько минут мимо пронеслось огромное животное, оставив за собой густое облако пыли. Тем не менее, Оля успела разглядеть, кто это был. И результат увиденного ей вовсе не понравился.

– Поздравляю тебя, Корнеева, похоже, ты сошла с ума, – сказала она вслух сама себе. – Володя, ты это видел? Володя? – девочка посмотрела по сторонам в поисках Блёскина, но нашла его не сразу.

– Здесь я, – раздалось откуда-то сверху.

Мальчик сидел почти на самой верхушке дерева, куда он забрался с невиданной для самого себя скоростью.

– Что ты там забыл? Слезай сейчас же! – сказала Оля.

– А мне и здесь неплохо, – заметил Володя, хотя его интонация говорила об обратном.

– Ты что, издеваешься? Спускайся вниз немедленно! – грозный Олин вид заставил бы испугаться кого угодно в этот момент. Блёскин сглотнул, но с места не двинулся.

– Не знаю, как ты, а я не уверен, что слон не вернется.

– Ты меня поражаешь, – покачала головой Оля. – Какой еще слон?

– А кто тогда это был? Очень на слона похож. Только на очень лохматого.

– Блёскин, ты болван. Никакого слона здесь не было. Лохматых слонов вообще не бывает. Это был мамонт.

– Мамонт? – переспросил Володя. – Откуда здесь мог взяться мамонт? Разве они не вымерли? Или… я что-то неправильно помню? А может, ты ошиблась?

– Ты сомневаешься в моих знаниях? – Оля вскинула бровь.

– Ну… – протянул Володя, соображая, что бы такое ответить, чтобы не пасть жертвой Олиного гнева. – Что мы будем с тобой делать?

– Для начала слезай с дерева. Если ты думаешь, что мне очень удобно разговаривать с тобой в таком положении, то ты глубоко ошибаешься! У меня уже шея затекла. Слезай, или я тебя сама сниму!

– Ладно, только без рук, – Володя тяжело вздохнул, покорившись жестокой судьбе.

Он стал осторожно спускаться вниз, когда вдруг ему показалось, что кто-то схватил его за ногу.

– Ай-яй-яй!

Мальчик резко вырвал ногу и быстро залез обратно.

– Что это такое было?

Володя посмотрел вниз и увидел растущий под деревом огромный красный цветок, который прямо на глазах распускался.

– Интересное дело, – задумчиво произнесла Оля. – Я видела однажды такой цветок на картинке, точно не помню, как называется, но это цветок-хищник. Он раскрывается, чтобы привлечь внимание насекомых, ловит их и съедает. Кажется, он принял тебя за добычу, – пошутила Оля.

Володя сильнее сжал руками ствол дерева.

– Тогда я останусь здесь до конца жизни. Это мое последнее слово. Я вовсе не хочу, чтобы меня съело растение.

– Не волнуйся, у него от тебя будет отрыжка, – насмешливо сказала Корнеева, затем добавила. – Прыгай на землю с другой стороны. Сейчас же, пока не нашелся более реальный охотник за твоей головой.

Блёскин вынужден был подчиниться.

* * *

Катя шла уже довольно долго и успела порядочно устать. Девочка села прямо на землю, облокотившись о ствол дерева, но полноценно отдохнуть у нее так и не получилось. Через некоторое время Катя услышала шум, который заставил ее насторожиться и спрятаться за деревом. Девочка замерла и прислушалась. Ей показалось, что она слышит чьи-то приближающиеся голоса. Совсем скоро она смогла различить, о чем говорят путники. Катя не поверила своим ушам. Она аккуратно выглянула и застыла на месте, так как совершенно не готова была увидеть Олю и Володю.

– Я официально заявляю, что больше идти не могу, – сказал Блёскин. – Давай отдохнем немного.

– Нашел время! Отдохнем, когда найдем Катю или…

– Или когда я свалюсь от усталости, – перебил Володя подругу, сел прямо на землю, вытянув ноги, затем добавил. – Это мое последнее слово.

Катя вышла из-за дерева. Увидев друзей, она тут же забыла, как совсем недавно злилась на них, забыла она и про усталость, и про все остальные чувства, которые владели ею всего несколько минут назад. Девочка плохо понимала, что происходит вокруг, но постепенно чувство страха ее покидало, ведь теперь она не одна. А вместе они смогут найти выход.

– Как же я рада, что вы тоже здесь! – радостно воскликнула девочка. – Не представляю, что бы я без вас дальше делала.

– Катя? Ты слышал, это был Катин голос! – воскликнула Оля, тут же забыв, что собиралась в очередной раз отчитать Блёскина. Девочка вертела головой из стороны в сторону, но никак не могла понять, откуда исходит голос подруги.

– Ты где? – спросил вскочивший со своего места Володя. – Катя-а! Ау-у!

– То есть как это где я? – удивилась девочка. – Я здесь. Прямо перед вами стою. Вы что, так сильно обиделись на меня, что видеть не хотите? – Катя посмотрела на обеспокоенные лица друзей и поняла, что ее предположение неверно. – Неужели вы меня не видите? – добавила она.

Катя невольно посмотрела вниз и увидела, что амулет Бекки светится сквозь блузку ярко-оранжевым светом. Свет пульсировал, но с каждой секундой становился все слабее. Что происходит? Почему друзья ее не видят? И почему амулет стал светиться?

Оля и Володя тоже никак не могли понять, в чем дело. У них что, слуховые галлюцинации? Но что их могло вызвать?